Текст книги "Тот, кого нельзя любить (СИ)"

Автор книги: West Darina

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 41. Лиса

Мы вышли из подъезда, и в тот же момент подъехало такси. Машина плавно остановилась у обочины. Дверь открылась – и из автомобиля вышел Артём.

Я замерла. Он всегда был симпатичным – уверенный в себе, расслабленный, с фирменным шармом, который часто прикрывал шутками. Но сейчас…

Сейчас передо мной стоял совершенно другой человек.

Чёрный костюм сидел на нём идеально, подчеркивая фигуру. Серебряные молнии на брюках и рукавах пиджака смотрелись дерзко и стильно, добавляя всему образу нотки рок-н-ролла. Черная майка под пиджаком делала образ более расслабленным, но не менее эффектным. Эти серебряные вставки, словно змейка, вились по ткани, создавая ощущение свежести и стиля, который невозможно было игнорировать.

Марина рядом присвистнула.

– Ну всё, Лиса, я готова пересмотреть своё решение по поводу того, чтобы замутить с этим чёртом. Ты на него посмотри, он выглядит так, будто собирается свести с ума половину зала одним взглядом!

Я слабо усмехнулась, но тоже, как и она не могла отвести глаз от Артёма. Он шагнул к нам, взгляд задержался на мне дольше, чем обычно. И вдруг – он стал серьёзным, совсем без привычных шуточек.

– Ты выглядишь потрясающе, Лис. – Его голос прозвучал глубже, чем я привыкла слышать.

Я почувствовала, как сердце сжалось. На секунду показалось, что в его взгляде мелькнуло что-то иное. Что-то, чего там быть не должно.

Нет, это просто воображение. Мы друзья. Всегда были и останемся друзьями.

И всё же, это был мужской интерес? Или мне действительно показалось?

– Спасибо, – выдохнула я, стараясь звучать уверенно.

Марина хлопнула меня по плечу.

– Ладно, королева и её телохранитель, идите уже. Желаю вам удачи. А если кто-то попытается обидеть тебя, Лис, мысленно представляй, как я кромсаю их косметичкой прямо на месте.

Я не смогла сдержать улыбку и кивнула. Мы с Артёмом сели в такси. Как только я закрыла дверь, заметила на сиденье рядом огромный букет красных роз.

– Это что? – удивлённо спросила я, глядя на него.

Он пожал плечами.

– Не мог приехать с пустыми руками. Для именинницы.

Я покачала головой, едва сдерживая лёгкую улыбку. Внутри всё равно оставалась тревога, но рядом с Артёмом было чуть легче дышать.

– Ну что, готова покорять всех этим нарядом? – Артём перевёл на меня взгляд, его тон стал чуть мягче. – Если что, я рядом. Буду твоей бронёй.

Я кивнула.

– Знаешь, я правда благодарна, что ты едешь со мной. С тобой я чувствую себя увереннее в разы.

Я отвела взгляд к окну. Пальцы дрожали – хоть и не так сильно

Такси остановилось возле роскошного здания. Я почувствовала, как сердце гулко стукнуло в груди, готовое вырваться наружу. Артём первым вышел из машины, взял в руки огромный букет роз и повернулся ко мне, протянув локоть.

Он не сказал ни слова – просто взглядом дал понять: «Давай, я рядом».

Я глубоко вдохнула, словно ныряя в ледяную воду, и взялась за его руку. Его уверенная хватка была как якорь в этом бушующем море эмоций. Мы вместе двинулись ко входу ресторана, и каждый наш шаг отдавался эхом где-то в глубине моего сознания.

– Подсказывай по ходу, ладно? – негромко сказал Артём, наклоняясь ближе– Кто есть кто, я-то знаю только по твоим рассказам. А вот как выглядят эти герои светских хроник – не в курсе.

– Хорошо, – выдохнула я, стараясь не споткнуться о собственное волнение. – Помимо семьи, будут партнёры Олега с семьями. Возможно, Максим и Лера. Они редко появляются на таких мероприятиях, но исключать этого нельзя.

Артём кивнул, и мы зашли в просторный холл, направляясь к лифту. Глянцевые стены, мягкий свет, зеркальная поверхность дверей – всё это отражало мой напряжённый взгляд и сжатую до боли челюсть.

В лифте я ощутила на себе прямой взгляд Артёма

– Лис, выдохни. – Его голос был мягким. – Ещё чуть-чуть, и ты, кажется, упадёшь в обморок. Не заставляй меня объяснять твоей маме, почему её дочь лежит у меня на руках. К тому же, мне одной рукой держать букет еще.

Я хрипло рассмеялась, представляя эту нелепую картину.

– Ты прав… – прошептала я, слегка сжимая его локоть. – Спасибо.

Артём чуть кивнул, и в этот момент я почувствовала, как напряжение внутри начинает понемногу отпускать. Я уже бывала на подобных мероприятиях раньше. Конечно, этот вечер будет отличаться от других, ранее я приходила в менее эффектных нарядах, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, да и с Даниилом нас ничего не связывало, но сейчас всё было по-другому.

В конце концов, мне уже не восемнадцать и не двадцать . А двадцать пять лет – и я больше не та наивная девочка, которая позволяет другим видеть свою слабость. Я не позволю себе дрогнуть. Не перед ними. И уж точно не перед Даниилом.

Двери лифта с тихим звуком открылись и я автоматически выпрямила спину.

Мы направились ко входу в ресторан, и первыми, кого я увидела, были мама с Олегом. Они стояли у входа – словно сошедшие с глянцевой обложки.

Мама выглядела потрясающе. Мы вместе выбирали это платье – приталенное, цвета насыщенного вина, с открытыми плечами и тонкими тёмными вставками, подчёркивающими её фигуру. Ткань мягко переливалась при каждом её движении, добавляя образу утончённой элегантности. Волосы были собраны в аккуратную прическу – чёткие линии, никаких лишних деталей. На губах тот самый глубокий оттенок вина, идеально дополняющий её образ. Она выглядела безупречно.

Олег стоял рядом, как всегда невозмутимый, в классическом тёмном костюме с идеально сидящим галстуком. Его взгляд был отстранённый, сосредоточенный – в нём не читалось ни одной лишней эмоции.

Стоило маме заметить нас, её лицо тут же озарилось улыбкой. Она сказала что-то Олегу, и я увидела, как её глаза буквально загорелись.

Мы подошли ближе. Сердце колотилось так сильно, что мне казалось, его может услышать даже Артём.

– Мама… – Я подошла ближе, обняла её и мягко поцеловала в щёку. – С днём рождения. Ты выглядишь великолепно.

Глава 42. Лиса

Он стоял прямо передо мной.

Я пыталась не смотреть на него. Честно пыталась. Но этого короткого, мимолётного взгляда было достаточно, чтобы разглядеть всё. Весь образ до мелочей, который, казалось, был создан для того, чтобы раздавить мою слабость.

Он был, как всегда, безупречен.

Чёрная шёлковая рубашка с расстёгнутыми пуговицами, открывающая чуть больше кожи и татуировки, чем позволял бы приличный вид. Пиджак с идеально выверенными линиями и брюки, сидящие так, как будто были сшиты специально для него. Серебряные кольца на пальцах – акценты, которые добавляли образу остроты.

Он выглядел как воплощение самого дьявола. Такой, которому достаточно одного взгляда, чтобы ты уже была готова совершить любой грех, лишь бы задержаться рядом на мгновение дольше.

Я заставила себя дышать ровнее. Это не тот момент, когда можно позволить себе дрогнуть.

Но когда наши взгляды встретились…

Это был не просто взгляд.

Это был удар.

В нём бушевала буря. Гнев?

Нет. Хуже.

Это было что-то первобытное, невыразимое словами. Он не был таким даже тогда, в номере, когда злость кипела в каждом его движении. Это было глубже.

Как смерч, готовый смести всё на своём пути.

Я отвернулась, скользнув взглядом на Лилию, стараясь спрятаться от этой эмоциональной мясорубки за вежливым разговором.

Лилия первой нарушила тишину, повернувшись к Даниилу с лёгкой улыбкой:

– Дорогой, – её голос звучал мягко, как будто этот вечер был идеальной сценой для театрального спектакля, – мы как раз обсуждали молодого человека Лисы.

Вот так, прямо в сердце.

Я почувствовала, как Даниил перевёл взгляд на Артёма.

Это было ощутимо, как будто воздух вокруг стал плотнее.

Но Артём... Он не изменился ни на грамм. Спокойный, расслабленный, как будто стоял рядом с другом на обычной вечеринке, а не под пристальным взглядом человека, который был готов разорвать его взглядом.

– Мы знакомы, – сказал Артём с лёгкой улыбкой, поднимая бокал. – Мы с Лисой были на мероприятии, посвящённом мотокроссу. Там и встретились с Даниилом.

Лилия удивленно посмотрела на сына:

– Правда?

Я взглянула на Даниила и увидела, как его губы медленно изогнулись в нечто похожее на усмешку, но без тени теплоты. Его голос был низким, тягучим, словно растягивающий каждое слово с особым ядом:

– Да, встречались. В тот вечер вы вроде были просто друзьями, – его взгляд скользнул по мне, как холодный нож, – Удивлён, что вы уже встречаетесь.

Пауза повисла в воздухе.

Тишина. Тяжёлая, гнетущая, словно перед бурей.

Артём хмыкнул, пригубив из бокала, и я почти физически почувствовала, как напряжение вокруг стало чуть мягче. Он держался уверенно, словно ничего не произошло.

Я лихорадочно думала, как бы уйти из этого разговора, но Лилия вдруг вмешалась, снова переводя внимание на Артёма:

– Расскажите мне о своей выставке в Париже. Какого рода ваши фотографии?

Я только открыла рот, чтобы ответить, но Даниил перебил.

– Мама, – протянул он медленно, будто смакуя каждый слог, – фотографии такого рода, что, думаю, Артём прекрасно знает, как выглядит половина присутствующих дам без одежды.

Этот выпад был не просто грубым – это было унизительное испытание на прочность.

Артём даже не дрогнул. Спокойно улыбнулся, встретившись с Даниилом взглядом.

– Не совсем так, – его голос был лёгким, почти насмешливым. – Я придерживаюсь этики и не могу распространяться о своих клиентах. Хотя, – он сделал паузу, взгляд стал чуть более серьёзным, – женское тело – это искусство. Для меня каждая съёмка – это работа. И, знаете, у меня уже есть моя муза.

Я увидела, как лица Инессы Михайловны и Виктор Алексеевич слегка изменились – непонимание и осуждение промелькнули в их взглядах, а вот Лилия все с большим интересом смотрела на Артёма.

Но друг, не придавая этому значения, продолжил, уже с лёгкой улыбкой:

– Хотя, признаюсь, мои работы немного другого характера. Но ведь именно это сейчас на пике популярности, не так ли?

Лилия кивнула, лицо её было задумчивым, но голос оставался ровным и вежливым:

– Безусловно. Искусство тела всегда было актуально. И сейчас это действительно в моде.

Спасение пришло неожиданно.

– Все уже на месте, можем присаживаться за стол, – мама подошла вместе с Олегом, улыбаясь так, будто напряжения последних минут и не существовало.

Я едва сдержалась, чтобы не выдохнуть с облегчением. Но это было не всё. Мама повернулась ко мне, её взгляд был мягким и ободряющим:

– Лиса, твоё место рядом со мной. Артём, конечно, с тобой.

Мы двинулись за именницей, направляясь к столу, и я отчётливо ощутила, как Даниил шёл прямо за нами.

Я чувствовала этот взгляд. Как иглы, вонзающиеся в затылок. Он был таким ощутимым, что мне казалось – если я повернусь, то увижу не лицо, а огонь, прожигающий меня до самой души.

Я с трудом выровняла дыхание и только сейчас обратила внимание на других гостей. Вокруг было столько незнакомых лиц – влиятельные люди, семьи партнёров Олега, знакомые матери.

– Екатерина, если я не ошибаюсь, это ваша дочь? – внезапно обратился к маме один мужчина, появившийся вместе с женщиной в вечернем платье.

Мы с Артёмом остановились. Мама, не теряя своей улыбки, кивнула:

– Да, это моя дочь, Лиса. А это её молодой человек, Артём.

Артём вежливо наклонил голову и пожал руку мужчине, а я просто улыбнулась. После короткого приветствия мама продолжила разговор с подошедшей парой, и они вскоре двинулись вперёд. Мы с Артёмом не успели сделать и шага, как рядом остановился другой мужчина – высокий, представительный.

– Неудивительно, что у Екатерины такая прекрасная дочь, – произнес он. Я уже хотела спокойно улыбнуться на комплимент, как заметила, что его взгляд скользнул по мне… слишком долго задержавшись на линии декольте.

Мне стало мерзко. Я впервые за долгое время почувствовала себя уязвимой, словно стою на этом месте обнажённая. Внутри всё сжалось, и я сделала полшага ближе к Артёму.

Глава 43. Лиса

Но мои пожелания, похоже, остались без внимания.

Моё место оказалось прямо напротив Даниила. Он сидел рядом с Олегом.

Когда я подняла глаза, я почувствовала, как сердце сжалось, а дыхание стало тяжёлым. Его взгляд был не просто пристальным – в нём чувствовалась игра, где каждый мой нерв превращался в цель. Я опустила глаза на тарелку, стараясь не выдать смятения. Но он не отводил взгляда.

Боже, почему он так смотрит?

Этот взгляд не просто цеплял – он прожигал насквозь. Прямо, хищно, с долей чего-то тёмного и опасного. Я бросила быстрый взгляд на Олега. Догадывается ли он о том, куда смотрит его сын?

За время, проведённое рядом с ним, я успела изучить его достаточно хорошо. Даниил внешне напоминал Лилию, но характер унаследовал от Олега – холодный, сосредоточенный, умеющий сохранять невозмутимость даже тогда, когда внутри бушевал ураган.

Рядом играла группа музыкантов, наполняя зал лёгкими звуками классики, которая должна была сглаживать углы напряжения. Но даже она не спасала меня от этого огня.

Когда подали первое блюдо, я почувствовала, как Артём слегка наклонился ко мне и прошептал на ухо

– Честное слово, я подумываю переключиться на фотографии еды. Потому что на тарелке – настоящее произведение искусства.

Я опустила взгляд на свою тарелку. Он был прав. Как бы я ни старалась привыкнуть к таким приёмам – эта еда всегда выглядела так, будто её не есть надо, а поместить под стеклянный купол и хранить в музее.

Повернувшись к Артёму, я наклонилась к нему и тихо прошептала у самого уха:

– Бедные организаторы твоей парижской выставки. Представляешь, вместо обнажённых снимков – фотографии еды. Скандал на весь художественный мир.

Артём усмехнулся, но затем мы услышали.

– О чём это вы так весело шепчетесь? – в своей манере спросил Даниил. – Может, поделитесь с остальными? Нам бы тоже хотелось посмеяться.

Голос Лилии, сидящей рядом с ним, прозвучал с лёгким удивлением:

– Даниил, что за манера вмешиваться?

Но было поздно. Взгляды Олега и мамы уже были направлены на нас. Я выровняла спину, медленно подняла голову и, подарив матери тёплую улыбку, ответила с мягкой уверенностью:

– Мы как раз обсуждали искусство. Кто-то увлекается фотографией, кто-то ужином.

Я повернулась к Даниилу и посмотрела ему прямо в глаза – не дрогнув. Взяла вилку и нож, аккуратно разрезала кусочек блюда и, не отводя взгляда, поднесла вилку ко рту.

Даниил улыбнулся – широко и беззаботно. Но я видела, как за этой улыбкой скрывается буря. Я не отводила взгляда, пока не прожевала и не проглотила кусочек, затем плавно повернулась к Артёму и сказала:

– Ты был прав. Это действительно вкусно.

Разговоры за столом возобновились. Люди обсуждали дела, партнёров, какие-то нейтральные темы. Но я чувствовала, что силы мои на исходе. Я снова и снова ловила его взгляд.

Хуже всего было то, как он смотрел: его взгляд медленно скользили от моих глаз к губам, к шее, к линии декольте.

И я ощущала это так, будто он прикасался ко мне руками. Каждое движение его взгляда по моей коже было словно обжигающий ток.

Он знал. Он понимал, как я реагирую. И делал это намеренно.

Я хотела отвернуться, сделать вид, что не замечаю. Но в глубине души знала – он ждал этого. Ждал моей слабости.

Я взяла бокал с соком и медленно поднесла его к губам, снова встретившись с ним взглядом. Он чуть наклонил голову, а губы изогнулись в той самой ленивой, хищной усмешке.

Я лишь сделала глоток и спокойно поставила бокал обратно.

Это была наша игра. Молчаливая битва взглядов и эмоций, которую почти никто за этим столом не замечал.

Наконец появилась возможность вырваться, когда объявили перерыв. Музыка сменилась на более лёгкую, приглушённую; несколько человек уже направились на танцпол, кто-то вышел покурить или просто пообщаться.

А я хотела уйти. Хотела хотя бы на мгновение найти передышку от этого давления.

Я собиралась пойти в туалет, побыть одной. Но внутри сразу раздался тревожный сигнал.

Если я уйду одна, велика вероятность, что наткнусь на него. Сердце сжалось, боль, как яд, медленно растекалась по венам.

Да, я могла сегодня смотреть на него. Могла выдерживать его взгляд.

Но боль становилась невыносимой.

Моё сердце разрывалось от одной лишь мысли, что ещё пару дней назад всё было иначе. Ещё недавно он был моим.

Был рядом.

Я могла чувствовать его дыхание, его прикосновения, его тепло.

А теперь? Он предпочёл кого-то другого.

Эта боль была как острая игла, которая пробивала каждую клетку тела. Это не просто разбитое сердце – это была жгучая ревность, которая разрывала меня изнутри.

Почему он это делает? Почему не оставит меня в покое!?

Неужели ему было мало? Он наигрался, выжал всё до капли, а теперь просто смотрит на меня как на мишень, с желанием раздавить то, что от меня осталось?

– Артём, – мой голос прозвучал тише, чем я хотела. – Пойдём выйдем.

Он сразу понял, что мне нужно, и не стал задавать лишних вопросов. Просто кивнул.

Мы поднялись и направились к выходу.

Даниил всё ещё сидел за столом. Его внимание было отвлечено разговором с Олегом и другим мужчиной, но я всё равно чувствовала его взгляд на себе, будто невидимый канат тянулся за мной, держал на привязи.

Мы направились на террасу. Артём шёл рядом, молча, оставляя мне пространство.

– Ты держишься просто отлично, Лис. Всё не так страшно, как тебе казалось, – его голос был мягким, спокойным.

Я не ответила.

Пока мы шли, я ощущала на себе внимание. Женщины окидывали меня быстрыми, оценивающими взглядами. В них было что-то колкое – будто они пытались примерить меня на себя и найти изъяны.

Но хуже были мужчины.

Они не стеснялись: я чувствовала, как их взгляды скользили по моему телу, задерживаясь там, где меньше всего хотелось бы. Я ощущала себя обнажённой, словно это платье сняло с меня последнюю защиту.

Глава 44. Лиса

– Ох-ох – тягучий, хищный голос Даниила ударил по воздуху, будто разрезая его на части. – Кажется, я пришёл как раз вовремя.

Моё сердце застыло.

Я почувствовала, как Артём напрягся и сделал полшага вперёд, заслоняя меня собой – будто инстинктивно защищая. Движение было быстрым и резким: он мгновенно уловил угрозу.

Даниил остановился в нескольких шагах от нас и, скользнув взглядом по нашим сцепленным рукам, замер. Мгновение – и его лицо изменилось: стало жёстким, холодным. В глазах не осталось ни тени прежней игры – лишь ярость и стальная решимость.

Он чуть приподнял бровь, а уголки губ изогнулись в хищной, ледяной полуулыбке.

– По-моему, эту Лису нужно спасать от твоего внимания, Артём. – Его голос капал ядом, спокойным и смертоносным.

Я видела, как Артём выпрямился, напрягшись, готовый к любому исходу, но оставался спокоен.

– Исчезни. – В голосе Даниила больше не было игры. Он прозвучал как приказ. – Мы с Лисой хотим пообщаться. Наедине.

Артём шагнул вперёд и, не теряя уверенности, холодно произнёс:

– По-моему, пообщаться с Лисой хочешь только ты. Она – нет.

Я поняла: это за гранью. Всё шло в опасную сторону. Я должна была вмешаться.

– Даниил, – мой голос прозвучал твёрже, чем я ожидала. – Мы с тобой уже всё обсудили. Я ясно сказала, чего хочу…

Но в этот момент он безжалостно перебил меня, даже не дав договорить.

– Это был не разговор, Лиса, а жалкий лепет и побег, – его голос стал жёстче, словно каждый звук царапал кожу, как наждачная бумага. – Сейчас мы наедине. И обсудим всё по-настоящему.

Я смотрела в его чёрные глаза и чувствовала, как сердце отбивает барабанную дробь в груди.

– Я не собираюсь обсуждать с тобой что-либо наедине. Всё уже сказано.

И тут его голос снова стал опасно мягким.

– Лиса, Лиса… малыш, – произнёс он тягуче, с такой интонацией, что мне захотелось закричать. – У нас с тобой ещё много тем для разговора. Очень много…

Он перевёл взгляд на Артёма, и в голосе вновь прозвучал ядовитый сарказм:

– Но, конечно, сначала твой друг уйдёт. Он ведь не парень, верно? Пусть идёт фотографировать.

Всё внутри меня вспыхнуло.

– Не смей. – Мои слова были как удар. – Не смей его оскорблять.

Я крепче сжала руку Артёма.

– Мы уходим.

Но Даниил не позволил этому случиться.

Он посмотрел на наши сцепленные руки, и его голос стал резким, как выстрел:

– Не думаю. Если ты сегодня и уйдёшь, дорогая моя Лиса, то только со мной. Ко мне. В мою кровать. Ты снова будешь стонать так же, как стонала пару дней назад.

Это был удар. Настоящая пощёчина.

Я резко дёрнулась – будто что-то внутри оборвалось. Воздух застрял в горле, дыхание перехватило.

Артём мгновенно отреагировал: его рука крепче сжала мою ладонь, словно защищая от боли, которую причиняли эти слова.

Его голос прозвучал холодно и твёрдо:

– Знаешь, Даниил? Ты сам всё разрушил. Просрал тот момент, когда мог быть рядом с ней. Это твоё дерьмо – и разбираться с ним тебе. И да, теперь рядом с ней я. И ты ничего не сделаешь.

Я чувствовала, как напряжение в воздухе достигло точки кипения. Всё внутри сжалось, будто готовясь к взрыву. Их взгляды столкнулись, как два обнажённых клинка.

Судорожно вдыхая воздух, я пыталась вспомнить: был ли когда-нибудь Даниил замечен в драках? Нет. По крайней мере, публично – никогда. Он всегда держал себя в руках. Всегда. Но сейчас…

Это мамин вечер. Я резко повернулась к Артёму:

– Пожалуйста… без драки. Слышишь? Я тебя прошу. – Голос дрожал, почти шёпотом, но я знала, он услышал.

Артём посмотрел на меня. Его лицо оставалось жёстким, глаза – холодными, но он кивнул. Это было обещание.

Я выдохнула с облегчением, но стоило мне подумать, что напряжение начало спадать, как раздался голос Даниила:

– Какой послушный мальчик. Слушается приказов, да? Лиса, солнце, скажи ему, чтобы он свалил нахрен, – в его голосе сочился яд, и он явно наслаждался каждым словом.

Я повернулась к нему. В его глазах бушевала буря – не гнев, а безумная одержимость.

– Зачем ты это делаешь? Что тебе нужно? – Мой голос едва не сорвался.

В этот момент взгляд Даниила изменился. Всё веселье ушло, уступив месту ледяной решимости.

– Я уже говорил, Лиса, – его голос стал мягким, опасно спокойным. – Всё заканчивается только тогда, когда этого хотят оба. А я не хочу.

У меня пересохло во рту. Эти слова ранили сильнее, чем крик. Резко выдохнув, я отвернулась, не позволяя ему увидеть, что творится внутри, и встретилась взглядом с Артёмом. Он понял всё без слов – видел, как я сдерживаю слёзы, и его выражение стало ещё жёстче.

– Мы уходим, – произнёс он твёрдо, будто выносил приговор.

Мы направились к выходу, но Даниил не собирался нас отпускать – он преградил путь.

В глазах Артёма вспыхнула ярость.

– Ты потерял её, Даниил. Проебал момент, когда она могла быть рядом. Отойди.

Улыбка медленно появилась на лице Даниила, но глаза при этом оставались жёсткими и холодными – как сталь.

– Проебал? – Его голос понизился до угрожающего шёпота. – Ты даже не понимаешь, во что встреваешь, мальчик. Я ничего не потерял. Она уйдёт со мной.

Артём шагнул ближе:

– Внушай эту хрень подальше от нас.

Улыбка Даниила исчезла.

В следующую секунду раздался удар – мощный, резкий, точный.

Кулак Даниила врезался в лицо Артёма с такой силой, что воздух прорезал глухой звук, похожий на треск льда.

– Артём! – Я вскрикнула, в панике схватившись за него.

Он пошатнулся, но устоял. Проклятие сорвалось с его губ, и я увидела кровь на его губе.

– Ты больной ублюдок, – выдохнул Артём, вытирая кровь с губы.

Даниил снова изменился. Его лицо застыло, будто это был не он, кто только что нанёс удар. Он слегка склонил голову набок, а голос прозвучал холодно – как морозный ветер:

– Давай, Артём, проверь и узнай, насколько я ублюдок и спойлер, ты блять будешь удивлен.