Текст книги "Тот, кого нельзя любить (СИ)"

Автор книги: West Darina

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 13. Даниил

Лиса отошла в сторону, попросила у кого-то из команды воды и сделала несколько глотков, пытаясь прийти в себя. Я видел – сажать её обратно в машину сейчас бессмысленно: она выглядела так, будто только что сошла с палубы после трёхдневного шторма.

Я подошёл ближе, окинул её взглядом и не стал спрашивать, как она себя чувствует – всё и так было очевидно. Вместо этого сказал:

– Снимки получились?

Она глубоко вдохнула, сжала в руках камеру, будто только сейчас вспомнила о ней, и кивнула.

– Да, но... – она включила экран, пролистала кадры, подвинулась чуть ближе, показывая мне. – Очень резко. Я старалась удерживать баланс, но на поворотах это было почти невозможно.

Я просмотрел снимки. Они определённо стали лучше, но всё ещё не такими, какими я хотел их видеть. Были удачные кадры, но композиция местами рушилась из-за резких рывков, а перспектива не всегда передавала нужный эффект.

– Лучше, но всё ещё не то, – я прикинул время, посмотрел на трассу и отметил, что до конца заездов осталось несколько часов. – Ладно, сейчас нет смысла снова сажать тебя в машину. Приди в себя и будь здесь через час.

Она кивнула, чуть поправила волосы, явно всё ещё ощущая последствия поездки, но ничего не сказала. В этот момент к ней подошёл один из её коллег, высокий парень с тёмными волосами, который тоже был закреплён за съёмками гонщиков. Он показал ей экран камеры, что-то оживлённо рассказывал, и я видел, как Лиса моментально переключилась, полностью погрузившись в обсуждение. Она внимательно смотрела на снимки, указывала на детали, мягко, но уверенно давала советы.

Я отошёл чуть в сторону, скрестив руки на груди, лениво наблюдая за тем, как она работает. Через пару минут она уже оказалась на другом конце локации, быстро двигаясь, меняя позиции, приседая, вставая, наклоняясь так, будто её вообще не волновало, как это выглядит со стороны. Она была полностью в процессе, сосредоточенная, увлечённая, будто весь остальной мир для неё перестал существовать. Не скрывая интереса, я следил за её движениями.

Странно.

Раньше я думал, что с её фигурой работать в таких позах будет сложно. Но, похоже, я ошибался. Она двигалась легко, гибко, без лишних задержек, и вообще выглядела так, будто делает это всю жизнь. Я скользнул по ней взглядом – джинсы обтягивали бедра, футболка была заправлена небрежно, но подчёркивала талию, и теперь мне даже стало любопытно, почему раньше мне казалось, что она... ну, скажем так, не особо привлекательная.

А фигура-то у неё есть.

Я усмехнулся про себя, чуть склонив голову набок.

И почему, чёрт возьми, я думал, что она толстая?

– Даже не верится, – рядом со мной остановился Макс, скрестил руки на груди и посмотрел в ту же сторону, где находилась Лиса. – Кто бы мог подумать, что эта девочка-отличница может так измениться?

Я усмехнулся, не отрывая взгляда от происходящего.

– Ты про неё или про её фотоаппарат?

Макс рассмеялся, но отвечать не стал. Он ещё раз бросил взгляд на Лису, слегка покачал головой и тихо хмыкнул, будто увидел в этом что-то забавное.

Спустя час, когда я подошёл к машине и занял место водителя, Лиса удивлённо подняла брови. Она явно не ожидала, что за руль сяду я, но промолчала – лишь чуть дольше, чем обычно, задержала на мне взгляд.

– Ты!? – всё же вырвалось у неё, но она быстро осеклась.

– А что? Думаешь, я не умею? – я улыбнулся, пристёгивая ремень.

Лиса посмотрела на меня с лёгким сомнением, будто раздумывая, стоит ли задавать лишние вопросы, но потом просто выдохнула, села рядом, застегнула ремень безопасности и проверила камеру.

– Готова? – я кинул на неё короткий взгляд.

– Да, – быстро ответила она, чуть плотнее сжав камеру в руках.

Я проверил сцепление, резко нажал на газ, и машина сорвалась с места, оставляя за собой облако пыли.

Вот оно.

Адреналин хлестанул в кровь, будто я снова вернулся в те времена, когда мы гоняли с Максом на дрифтовых тачках, проверяя, кто быстрее впишется в поворот, у кого хватит наглости пройти трассу на грани возможностей.

Чувствовать скорость, держать машину, рассчитывать каждый поворот – это была моя стихия, и чёрт возьми, я скучал по этому ощущению.

Я резко взял вираж, корпус плавно скользнул по песку, а затем мы вылетели на прямую.

Лиса среагировала мгновенно.

Камера щёлкнула.

Я знал, что ей нужно, поэтому начал подстраиваться под мотоциклистов, лавируя между трассами, чтобы она успевала делать кадры в движении.

Впереди несколько участников отрабатывали манёвры, один из них собирался прыгать с трамплина.

Я замедлился, позволил Лисе поймать момент.

– Сейчас будет хороший кадр, – сказал я коротко, чтобы она успела сориентироваться.

Она не ответила, но я заметил, как сильнее сжала камеру, сосредоточенно следя за движением.

Я выдержал скорость, дал ей нужный угол, а затем выжал газ, чтобы догнать другого гонщика, входящего в поворот.

Лиса едва заметно прикусила губу, снова подняла камеру, и я услышал, как её пальцы быстро нажимают кнопку затвора.

Я усмехнулся.

Она полностью ушла в процесс.

Резкий вираж, короткое торможение, новый заезд.

Сердце стучало быстро, в голове билось только одно – чёрт, как же я скучал поэтому.

Я выдал несколько сложных манёвров, резко зашёл в один из поворотов, и в этот момент увидел, как Лиса быстро среагировала. Вцепилась пальцами в поручень, но не отвела камеру.

Держалась.

Я усмехнулся. Она даже не вскрикнула.

– Нормально? – спросил я, выруливая на прямую.

– Всё отлично, – ответила она так быстро, что я даже засомневался, не соврала ли.

Дал ещё один круг, чуть увеличил скорость, подбросил машину на небольшом бугре – резкий толчок, и я заметил, как она сильнее прижала камеру к лицу, но всё равно продолжала снимать.

Чёрт, так и должно быть.

Я прищурился, держа ситуацию под контролем. В какой-то момент Лиса слегка повернулась ко мне, подстраиваясь под новый ракурс, и на секунду мне показалось – она действительно получает от этого удовольствие.

Глава 14. Лиса

Машина сорвалась с места, и я инстинктивно вжалась в сиденье, сильнее сжав камеру в руках. Первые несколько секунд я сосредоточенно дышала, стараясь привыкнуть к скорости, к резким рывкам, к тому, как подвеска отзывалась на каждую кочку трассы.

Главное – удержать баланс. Главное – не терять фокус.

Я поймала движение через объектив, начала быстро нажимать на затвор, следя за гонщиками, которые мелькали перед нами. Всё шло слишком быстро, но мои руки работали автоматически – ловили, щёлкали, фиксировали.

Когда Даниил резко вошёл в вираж, машину тряхнуло, но я успела схватиться за поручень. Даже не вскрикнула. Я не могла позволить себе отвлекаться.

– Нормально? – его голос прозвучал громко сквозь шум двигателя.

– Всё отлично, – ответила я, удивляясь самой себе.

И это действительно было правдой.

В отличие от первой поездки, меня не укачало. Сердце билось быстрее, но не от страха – от концентрации, от азарта, от осознания, что я справляюсь.

Даниил вёл машину легко и уверенно. Каждый манёвр был выверен, каждый поворот подстроен так, чтобы я могла поймать удачный кадр. Я поняла это где-то на втором круге, когда он сбавил скорость перед трамплином, дав мне возможность настроиться.

Он подстраивался под меня.

Я даже не сразу осознала, когда кайф от самой поездки начал пробираться под кожу. Когда страх окончательно ушёл, а на его место пришло другое чувство – азарт, возбуждение от скорости, от ветра, от того, как резкие повороты сливаются с вибрацией камеры в руках.

На одном из поворотов я прикусила губу, сфокусировалась на гонщике, который взлетал над трассой, и поймала момент.

Щелчок.

И ещё один.

Даниил выровнял машину, резко набрал скорость, и я поняла, что улыбаюсь.

От удовольствия.

Я бросила на него короткий взгляд. Он не смотрел на меня, но по тому, как горели его глаза, как хищно выгибалась полуулыбка, я поняла, что он чувствовал то же самое.

Ему тоже нравилось. Мы сделали ещё один круг, я снова поймала кадр, вжалась в сиденье на резком подъёме, но не остановилась.

Я была в процессе.

И в этот момент я осознала одну простую вещь. Я хотела бы повторить это снова.

Я глубоко вдохнула, когда машина остановилась.

Даниил посмотрел на меня оценивающе, чуть прищурился.

– Ну?

Я перевела дыхание, опустила камеру, облизнула пересохшие губы и тихо ответила:

– Это было круто.

Он хмыкнул, потянулся к вороту своей футболки и стер ладонью пыль с шеи.

– Не ожидал, что тебе понравится.

Я чуть усмехнулась, но ничего не сказала. Внутри еще бушевал адреналин, но я старалась выглядеть спокойно, будто это было что-то обычное.

– Покажи, что получилось, – сказал он, кивнув на камеру.

Я быстро включила экран и пролистала несколько кадров. Сердце все еще билось быстрее обычного, но я заставила себя сосредоточиться. Это всё ещё была работа.

Даниил чуть подался вперед, оперся локтем о руль и посмотрел на экран. Мне пришлось слегка наклониться ближе, чтобы показать фотографии.

Я поймала его запах – смесь дорогого парфюма, бензина и раскаленного солнца.

Я прижала язык к нёбе, стараясь не думать о том, насколько интимным показался этот момент, и сосредоточилась на экране.

– Здесь хороший угол, – тихо сказала я, показывая кадр, где гонщик завис в воздухе.

Даниил медленно кивнул, продолжая смотреть.

– Здесь тоже, но можно было чуть ниже взять, – он кивнул на другой кадр, затем бросил короткий взгляд на меня. – Ты быстро схватываешь.

Я почувствовала, как тепло разливается где-то под кожей.

– Просто ты хорошо вел, – я быстро улыбнулась, стараясь разрядить ситуацию.

Сбоку послышался короткий смешок, а затем самодовольный тон:

– Всё верно, я отличный водитель.

Я покачала головой, но уголки губ все равно дрогнули в улыбке.

– Сам себя не похвалишь…

– Именно, – он лениво откинулся на спинку сиденья, потом снова посмотрел на экран. – Ладно, давай скинем Крис, пусть посмотрит, что из этого можно будет взять.

Я кивнула, уже переключаясь на работу.

– Тут много хороших кадров, особенно моменты в воздухе, когда они взлетают с трамплинов. Эмоции сильные, динамика крутая.

– Да, – Даниил снова склонился ближе, оценивающе просматривая снимки. – Это уже не просто «можно использовать». Эти кадры надо сразу передавать в новостные паблики и в медиа, чтобы начали гонять по заголовкам.

Я подняла взгляд, но ничего не сказала.

– Кристина уже ведет переговоры с несколькими зарубежными спортивными платформами, – он говорил спокойно, но в голосе чувствовалась сосредоточенность. – Надо, чтобы новости начали муссироваться везде. Чем больше шума, тем лучше.

– Хорошо, – я быстро переключила файлы, отметив лучшие кадры. – Я обработаю еще несколько ключевых снимков, чтобы можно было оперативно отправить.

– Давай сразу, – он кивнул, потянувшись за телефоном. – Скинешь мне сейчас, я сразу перекину Крис и она всё передаст дальше.

Я взяла камеру, стала перебрасывать файлы на телефон. Даниил молча наблюдал, как я работаю, и когда первые фото оказались у него, он чуть прищурился.

– Чёрт, они реально пиздец как круто выглядят.

На такую своеобразную похвалу я среагировала слишком остро – внутри всё сжалось от предвкушения. Как бы я ни старалась, сохранять спокойствие становилось всё труднее.

– Это моя работа, – сказала я, улыбнувшись краешком губ.

Он коротко хмыкнул, но было видно, что доволен.

– Тогда продолжай в том же духе.

Когда мы вышли из машины, я почувствовала, всё ещё лёгкий остаточный адреналин. Даниил закрыл дверь, кинул мне короткий взгляд, кивнул, будто подтверждая, что работа сделана, и без лишних слов развернулся, направляясь к своей команде. Я тоже не стала задерживаться, вдохнула поглубже и быстрым шагом направилась к отелю.

Я ещё не успела осознать до конца, что именно произошло. Всё внутри было в странном возбуждении, словно меня пропустили через миксер, и теперь каждая клетка моего тела находилась в напряжённом, но приятном состоянии.

Глава 15. Лиса

Я сидела на кровати, пытаясь проверить уведомления, в то время как Марина буквально насильно красила мне ресницы, периодически отодвигая телефон, чтобы я «не дёргалась».

– Господи, Лиса, ну ты и счастливая, у тебя ресницы хоть завивай, хоть не завивай – всё равно идеальные, – пробормотала она, прищурившись и двигая кисточкой с таким сосредоточенным лицом, будто от этого зависела моя жизнь.

– Я вообще не люблю косметику, – пробормотала я, стараясь не моргать.

– А я люблю. Особенно когда вокруг столько горячих парней, что можно умереть прямо в этом отеле от передоза – Марина отступила назад, оценивающе посмотрела на меня и довольно кивнула. – Вот! Теперь ты официально готова к нашему выходу.

Я улыбнулась и вернулась к телефону.

Мама: «Завтра в шесть вечера у нас ужин. Приезжают родственники Олега. Постарайся быть».

Я сжала телефон в руке и прикусила губу.

Родственники Громова…

Значит, придётся весь вечер чувствовать на себе их взгляды, их оценки, слушать вежливые, но холодные фразы.

А ещё там будет Даниил. Я задержала палец над экраном, не сразу отправляя сообщение.

Раньше эта мысль вызывала у меня только напряжение, но сейчас всё было иначе.

После сегодняшнего дня я чувствовала себя по-другому. Как будто мы действительно работали вместе, как будто я впервые оказалась с ним на одной волне. В машине, на скорости, в этом адреналине – это было что-то новое, что-то неожиданное. И мне понравилось.

Я даже поймала себя на том, что хочу снова это испытать. Снова оказаться рядом с ним в этой бешеной гонке, где нет времени на мысли, где есть только скорость, кадры и ощущение полёта.

Я быстро отправила ответ маме и заставила себя выдохнуть, отложила телефон, стараясь пока не думать об этом.

Марина, конечно, не пропустила мой задумчивый вид.

– Что? Что-то случилось?

– Завтра ужин у мамы, приедут родственники Олега, – сказала я спокойно, но она тут же скривилась.

– Ну всё, прощай, нервная система Лисы, – протянула она, – но ты держись там, может, хоть напьёшься по такому поводу.

– Не смешно, – сказала я, вставая с кровати и надевая широкий чёрный пиджак поверх черной майки, на которой был нарисован, в стиле граффити, большая голова клоуна с хитрым лицом и высунутым языком. Эту майку мне подарил Артём, сказав, чтобы я начала выходить из стеснения и не боятся привлекать к себе внимание.

Марина придирчиво посмотрела на меня и довольно кивнула.

– Теперь ты выглядишь как уверенная в себе женщина.

Я закатила глаза и пробормотала.

– Никто не волнуется.

– Конечно-конечно, – кисло сказала Марина, всем своим видом давая понять, что не верит мне.

Перед выходом я взглянула на телефон и увидела сообщение от друга.

Артём: «Ну что, звезда экстремальной фотографии, ты жива?»

Я усмехнулась, набирая ответ.

Лиса: «Да, более чем. Живее, чем когда-либо».

Артём: «Это уже настораживает. Я ожидал сообщения в духе “Меня к чёрту укачало” или “Срочно приезжай, спасай”».

Лиса: «Я справилась. И знаешь что? Это было круто».

Прошло несколько секунд, прежде чем он ответил.

Артём: «То есть ты реально кайфанула?»

Лиса: «Да. Я даже не думала, что мне настолько понравится. Скорость, движение, ощущение полёта. Даниил вёл машину, и он идеально чувствует трассу. Мы подстраивались под мотоциклистов, и я ловила лучшие кадры».

Я отправила сообщение, но, прочитав его ещё раз, вдруг поняла, что написала слишком воодушевлённо.

Артём: «Даниил, значит».

Я нахмурилась.

Лиса: «Да, а что?»

Артём: «Да ничего».

Я усмехнулась, не став это комментировать.

Лиса: «Всё, мы уже выходим».

Артём: «Ладно, только смотри там, не пропадай в этом своём новом экстремальном мире».

Я улыбнулась, закрыла телефон и подняла на себя взгляд в зеркале.

Мне было легко и хорошо. Сегодня я просто хотела наслаждаться моментом.

Бар был наполнен звуками музыки, смехом и голосами, в основном на английском, хотя изредка проскакивали и немецкие, и французские фразы. Здесь собрались гонщики, организаторы, технический персонал и, конечно, наша команда фотографов. Все были расслаблены, в приподнятом настроении.

Мы заняли один из длинных столиков в центре, откуда открывался отличный вид на барную стойку и танцпол. Марина тут же заказала себе коктейль с текилой, парни взяли виски и пиво, а я выбрала безалкогольный мохито.

– О, Лиса, у тебя просто потрясающий стиль, – вдруг протянула Надя, скользнув взглядом по моей одежде. – Обожаю такие расслабленные образы. И, кстати, твои волосы – это просто космос.

Я машинально убрала прядь за ухо, чуть смущённо улыбаясь.

– Спасибо. Хотя, если честно, с такими волосами тяжело обращаться. Они слишком густые, слишком непослушные…

– Тем более! – оживилась Надя, подвинувшись ближе. – Ты просто обязана когда-нибудь прийти ко мне на фотосессию. Я давно хочу сделать что-то яркое, атмосферное – и ты идеально вписываешься в этот замысел.

Марина хитро улыбнулась, но промолчала, а Надя, не унимаясь, продолжила:

– Лис, ты должна согласиться! – воскликнула она, возбуждённо подаваясь вперёд. – Такие волосы, такие черты… Это будет просто бомба!

– Я уже как-то пробовала, – сказала я, покачав головой. – Артём в своё время уговорил меня на небольшую съёмку.

– Ну так значит, ты знаешь, как это работает, – не отступала Надя. – И тем более должна согласиться!

– Да, но это было немного другое, – я пожала плечами. – Я не очень привыкла к тому, чтобы быть по ту сторону камеры.

– Значит, нужно привыкать, – уверенно заявила она. – Смотри: ты снимаешь других, а я хочу показать, какой ты можешь быть в объективе камеры.

Глава 16. Лиса

Я проснулась, ощущая на коже прохладный утренний воздух, лениво врывающийся в комнату через открытое окно. Свет уже пробивался через шторы, но я не торопилась вставать, продолжая лежать в кровати и вглядываясь в потолок. Вчерашний день всё ещё эхом отзывался в голове. Всё смешалось: азарт, адреналин, скорость, фотография, смех ребят в баре… и потом – Даниил.

Я ненавидела то, как легко мой день мог измениться из-за одного момента. Как я могла быть расслабленной, счастливой, заряженной эмоциями, а потом за долю секунды всё рушилось, стоило мне увидеть его – с другими. Это жгло меня изнутри. И ещё сильнее жгло то, что я понимала – это ревность меня разъедает. Настоящая, пульсирующая ревность, которую я не имела права чувствовать.

Я раздражённо выдохнула и перевернулась на живот, уткнувшись лицом в подушку.

Всё, хватит.

Новый день, новые задачи. Надо работать, надо вычистить из головы этот чертов бред.

– Лиса, вставай, – голос Марины донёсся с соседней кровати. – Понимаю, ночных оргий не было, но вставать всё равно пора, детка.

Я фыркнула, всё ещё не открывая глаз.

– Через пять минут.

– Через пять минут нам уже нужно будет выходить. Давай, поднимай свою ленивую задницу. Надя уже козочкой ускакала на завтрак.

Я нехотя села, запустила пальцы в волосы, пытаясь привести их в порядок, но поняла, что бесполезно.

Марина тут же зашуршала в рюкзаке, достала какие-то крема, подушечки для глаз и присела рядом.

– Так, пока ты не убежала, нам нужно обсудить важный вопрос.

Я лениво потянулась, зевая.

– Какой ещё вопрос?

– Что ты наденешь на семейный вечер?

Я моргнула, не сразу понимая, о чём речь.

– Ах, да…

– Ах, да! – передразнила она. – Ты врубаешься вообще, что идёшь на сборище миллионеров?

– Это просто семейный ужин, – я скептически взглянула на неё, а потом тихо добавила – семейный ужин в кругу миллионеров.

Марина скрестила руки на груди.

– Слушай свою подругу, – она ткнула в меня пальцем. – Я не отпущу тебя туда без нормального наряда. И без макияжа.

Я только вздохнула.

– Я ещё не думала, что надену.

– Отлично, тогда сегодня после съёмок поедем в город. Ты купишь нормальный наряд, а я тебя накрашу. И мне нужно увидеться с парнем. Так что возражения не принимаются! Всё, план готов, – радостно хлопнула в ладоши Марина.

Я только покачала головой, но знала, что сопротивляться бесполезно.

День прошёл в привычном ритме. Мы с ребятами снова погрузились в съёмки – движение, мотоциклы, попытки поймать идеальные кадры. Сегодня я уже лучше чувствовала ритм гонок, подстраивалась под них, точно зная, где поймать идеальный кадр. Каждый раз, нажимая на кнопку, я ловила мощь, скорость, азарт – всё, чем дышало это место.

Я была полностью погружена в процесс, но время от времени взгляд всё равно невольно скользил туда, где был он.

Даниил.

В отличие от вчерашнего дня, он почти не пересекался со мной. То где-то вдали – отдавал указания, то рядом – разговаривал с гонщиками. В какой-то момент я заметила, как он что-то объясняет Максу, указывая жестом на трассу, а тот согласно кивал.

Я не удержалась и сделала пару его снимков. Надеюсь, он этого не заметил.

Ближе к трём часам мы с Надей сдали отснятые материалы и отправились с Мариной в город.

– Что будешь надевать? – спросила подруга, пока мы ехали.

Я чуть пожала плечами.

– Думаю, костюм.

– Какой?

– Помнишь, мне мама подарила на прошлое день рождение? Такой мятного цвета. Брюки широкие, с высокой талией, пиджак оверсайз.

Марина кивнула одобрительно.

– Отлично. Только обещай мне, что под пиджак ты наденешь не футболку.

Я усмехнулась.

– Хорошо, не футболку.

Когда мы вернулись, я первым делом пошла в душ. Тёплая вода смывала напряжение дня, и я закрыла глаза, позволяя себе пару минут просто постоять и почувствовать, как тело постепенно расслабляется.

Выдохнув, я вышла из душа, завернувшись в полотенце. Марина в это время растянулась на кровати, переписываясь с кем-то и жуя кусочек пиццы, которую мы заказали ещё в дороге.

– Давай, садись, красить буду, – сказала она, даже не поднимая головы.

Я послушно села, а она тут же принялась за дело.

Спустя тридцать минут макияжа (я все-таки настояла, чтобы это был естественный), я надела костюм, оставив под пиджаком короткий топ белого цвета с треугольным вырезом, дополнила образ серебряными цепочками и каблуками.

Марина окинула меня взглядом с головы до ног и одобрительно кивнула.

– Честно, Лиса, если бы у меня был такой натуральный третий размер, я бы продала душу дьяволу.

Я закатила глаза.

– Марин…

– Нет, серьёзно. Ты офигенная. Я не знаю, как ты этого не понимаешь!?

Я усмехнулась, но не стала спорить.

– Так, теперь я ещё больше завидую. Ты выглядишь сексуально и горячо.

Я посмотрела на себя в зеркало. Волосы оставила распущенными – и, нужно признать, выглядела действительно неплохо.

Я подвезла Марину до центра, где её уже ждал парень, а потом вырулила на трассу, ведущую к дому Громовых. В груди неприятно сжималось, ладони вспотели, пальцы нервно постукивали по рулю. Я пыталась дышать ровно, заставить себя не думать лишнего, но напряжение только нарастало.

Сегодня будут все: родители Олега, его сестра с мужем – возможно, даже Лилия. Она почти никогда не пропускала такие вечера.

Я до сих пор не понимала, как мама на всё это смотрит. Большинство женщин на её месте либо устроили бы сцену, либо всеми силами старались бы вычеркнуть бывшую жену мужа из своей жизни. Но между мамой и Лилией установилось странное, почти хрупкое, но всё же гармоничное равновесие.

Когда я впервые познакомилась с Лилией, она была высокомерна, холодна и сдержанна – без открытого пренебрежения, но и без тепла. Для неё я всегда оставалась просто дочерью Екатерины, девочкой, не имеющей к ней отношения. Думаю, она даже не придавала мне значения. Со временем, когда встречи стали неизбежными, отношения немного сгладились. Мы вряд ли когда-нибудь станем близкими, но в её поведении не было откровенной неприязни – и этого мне было достаточно.