![](/files/books/160/oblozhka-knigi-lyubov-bez-sahara-si-377008.jpg)
Текст книги "Любовь без сахара (СИ)"
Автор книги: Uma
Жанр:
Короткие любовные романы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 11 страниц)
4. Платье цвета амаранта
Вечером я зашла в торговый зал «Дамского счастья» и очумела от продаваемых там вещей. Все такое, какое мне хотелось бы носить, – великолепное, модное, из журналов и интернета. Сердце замирало от восторга! Трусики и лифчики из нежного кружева, шелковые пеньюары, сорочки, блузки, юбки самых разных фасонов. Настоящее женское счастье состояло не в том, чтобы скупить это все, а в том, чтобы украсить себя этим для любимого мужчины…
На глаза мне попалось красное коктейльное платье, такое простое и милое, что я стояла перед ним минут десять, как под гипнозом; рассматривала, трогала, одним словом, любовалась и представляла себя в нем на вечеринке рядом с Кириллом. Я знаю, воровать плохо, даже думать о том, чтобы взять чужое, плохо. Но красное платье никто не замечал, оно висело с прошлого года, об этом было написано на магнитном ярлыке: «Жужу. Коллекция 2016». Несмотря на это, цена была для меня космической – со 50 % скидкой платье стоило 999 долларов. Я приложила к расстроенному лицу ладони, и поняла, что тихо плачу. Плакала я редко, поэтому помотала головой, отгоняя горькое отчаяние, – ни за что не желала быть слабой и униженной.
В бутик перед закрытием никто не заходил, зал был пуст и издевательски роскошен. Примерочные с отдернутыми атласными шторами приглашали меня зайти, примерить желанное платье, чтобы решить, стоит ли оно моих переживаний и слез. Я рывком сняла платье с напольной вешалки, перекинула его через левую руку и, загнанно озираясь, зашла в примерочную.
Мы с платьем от Жужу были созданы друг для друга, это стало ясно, когда я, сняв с себя юбку и рубашку, аккуратно его надела. Декольте, ласково приподняв мою грудь, сделало ее выше и соблазнительнее, подол колокольчиком сделал мои ноги еще стройнее. Едва заметная «молния» сбоку застегнулась легко, оставив на коже приятный холодок.
Я вышла в зал и покрутилась перед чистейшими зеркалами в серебристых рамах. Размещались они параллельно, поэтому прекрасно отражали меня со всех сторон, и заговорщически перекликались с моими мыслями: "хороша! Ей идет!"
За восторженным кружением перед зеркалами меня застала продавщица Лиза. Она была блондинкой с кукольным лицом, возрастом чуть старше меня, и похоже, всерьез разбиралась в том, что продавала.
– Жужу капризный бренд, идет не многим. Шьют одежку для богатеньких дочек, учат их хорошему вкусу, концепт у них такой, – сказала она, рассматривая меня, замершую, с лицом, пылающим волнением. – Качественная тафта, цвет «амарант» цена, конечно, кусается…
– Мне идет, как думаешь? – спросила я, поглаживая платье ладонями. Вполне возможно, что со стороны я выглядела обезьянкой, наряженной не в свое, – дура дурой.
– У тебя красивые руки и плечи, не тощие и не полные, так что, да, идет. Твой фасон, выглядишь, как какая-нибудь Голди Макнамара, собравшаяся на тусовку, – развеяла мои сомнения Лиза, слабо улыбнувшись. – Клатча с коксом не хватает! Слышала о Голди? Она дружит со Светозаровым, но, по ходу, дальше флирта и споров за жизнь дело у них не идет. Он называет ее "золотце", она его "мечтатель"…
– Да, слышала, и читала о ней… У меня нет денег, чтобы купить это платье, – зашептала я отрешенно, опять готовая заплакать. – Почему его никто не купил до сих пор? Оно висит здесь с прошлого года…
– Потому что у девчонок, вроде тебя, нет денег, а у богатых женщин нет фигуры, – усмехнулась Лиза, складывая руки на груди с видом знатока. – Повесит до нового сезона, если не купят со скидкой, отправят назад…
– Если бы можно было бы его надеть разок. Всего один раз, – продолжала шептать я, скорее себе, чем продавщице. Сердце моё ныло от отчаянного желания иметь такое платье. – Ладно, пойду сниму, – я нехотя направилась к примерочной под бдительным взглядом Лизы.
Сняв Жужу, я вернулась в свою скучную одежду, которая после него казалась мне тряпками для мытья пола.
Выйдя из примерочной, я заметила, что Лиза, словно нарочно, отошла в самый дальний угол торгового зала, да к тому же уткнулась в телефон. Закинув платье на плечо, я, не оглядываясь, вышла из бутика и пошла по коридору к служебному лифту. На моё счастье или беду охраны нигде не было. Не видя никого и ничего, я шла быстро-быстро, не чувствуя ног, слыша лишь свое частое шумное дыхание…
Платье я спрятала в шкафу своего кабинетика, поэтому из небоскреба вышла почти спокойно, даже улыбнулась охраннику, стоящему на выходе. Тот, видимо, подумал о себе, не бог весть какие лестные вещи, приосанился и проводил меня долгим взглядом до самой остановки. Я же смотрела на всех мужчин с позиции похожи они или непохожи на Кирилла. Этот охранник отдаленно напоминал мне его, – смазливый брюнет среднего роста, от природы стройный, умеющий гипнотизировать меня своей слегка притворной улыбкой. У Кирилла была неподражаемая манера строить из себя капризного мальчика, которому за красивые глазки многое прощалось. Даже моя недоверчивая бабушка, едва не ставшая Кириллу тещей, говорила о нем с мечтательным придыханием: "сукин сын!"
Перегляды с охранником помогли мне расслабиться, перестать вздрагивать от каждого шороха и бояться собственной подлости.
Именно подлостью я считала то, что сделала сегодня, ведь еще утром я подозревала в воровстве кого-то из своего отдела. Завтра управляющая заметит пропажу платья и мгновенно поймет, кто его взял, украл, выдрал из невозмутимо-прекрасного антуража бутика. И мне крышка! Алена Ветрова потеряет все достигнутое за эти два нелегких года, и возможно отправится в тюрьму за воровство.
Взять платье с собой я не могла. В дамскую сумочку оно не поместилось бы, да и магнитный ярлычок наверняка сработал бы на выходе из небоскреба. А в кабинетике оно прекрасно улеглось в шкафу для верхней одежды, там внизу был обувной ящик. Открыв шкаф, его не сразу заметишь, сначала нужно согнуться, выдвинуть. В общем нехитрый тайник…
Вернувшись домой, я позвонила тете Жанне. Фактически она была моей второй матерью, потому что первая сбежала в неизвестном направлении, когда мне десять лет. Жанна по молодости крутила любовь с Кириллом и чуть не вышла за него замуж, но выбрала Данила, молодого, очень красивого, но не богатого. Год назад у них родился сын.
«Ну как первый день на новом месте?» – спросила тетя.
Я рассказала ей о пропаже дорогого платья, вскользь намекнув, что подозревала воровство. Выслушав меня, тетя Жанна: хмыкнула: «с ума сойти! Аленка, прошу тебя не чуди там, я знаю, ради кого ты туда пошла, но лучше выкинь эту дурь из головы!». Конечно, сама-то имела права «чудить» с Кириллом, а мою любовь к нему считала дурью.
– Почему тебе можно было любить его, а мне нельзя?! – злилась я.
«Кирилл старше тебя на целую жизнь, он из другого мира, – твердо ответила тетя Жанна. – И он может причинить тебе боль, такую же, какую когда-то причинил мне…»
– Это будет моя боль, я хочу ее пережить! – упрямилась я, мечась с телефоном по кухне. Меня выводили из себя доводы тети Жанны. – Может быть ты ревнуешь? Втайне мечтаешь вернуться к нему?
«Ой перестань, Алена, если бы я мечтала о Кирилле, то не выбрала бы Данила, – тон тети Жанны не терял твердости. – Тема закрыта. Делай что хочешь, только потом не сильно плачь. Придешь к нам в субботу?»
Я сообщила тете, что наши посиделки в честь моего совершеннолетия отменяются из-за корпоративной вечеринки в «Новом Олимпе», – пусть родня не обижается, в другой раз я обязательно уделю им внимание.
5. Новый нервный день
Ночь выдалась бессонной и душной. Уснуть я не пыталась. Постель превратилась для меня в раскаленную сковороду, по которой я нервно каталась, не в силах справиться с мыслями о последствиях моего поступка, готовилась, конечно же, к худшему. Утром, приняв прохладный душ я почувствовала себя почти нормально, хотя голова моя гудела от роя мыслей, а тело бил нервный озноб. Казалось, что вместо кофе я выпила яд, к бутерброду с колбасой не притронулась.
На работу я пришла какая есть, встревоженная, даже дерганная, готовая ответить за кражу платья по всей строгости закона, но на всякий случай надела серенький брючный костюм, чтобы быть незаметнее. Кто бы мог подумать, что я захочу стать серой мышкой!
У центрального входа в небоскреб я заметила черный большой джип, рядом с ним стоял вчерашний охранник. Фигура у него была красивая, словно выточенная из камня, – иного сравнения я подобрать не могла. Проходя мимо него, я рассмотрела квадратные скулы и блестящие синие глаза. Ими он опять проследил за тем, как я вышла из автобуса и направилась к главному входу. Наверное, я ему понравилась, как девушка, или за мной уже следили. Такие вещи чуешь за версту. Парень приподнял уголок своего серьезного рта, показывая, что он меня узнал, помнил и хотел наладить контакт, пусть пока и таким «удаленным» способом. А я, не улыбнувшись ему, слилась с потоком служащих, и там столкнулась с продавщицей Лизой.
– Тачка Светозарова, и его личная охрана, значит сам сегодня здесь, – пояснила она, оборачиваясь на тот самый джип – Как он тебе? Светозаров. Мне кажется, совсем отмороженный…
– Почему? – спросила я. Обычно меня остро интересовало все, что касалось Кирилла; интервью, газетные сплетни, даже котировки акций его компаний. – По-моему, он очень красивый, добрый…
Бывший брокер Даниил, муж тети Жанны говорил, что бизнесмен из Кирилла не очень, он больше тратит, чем зарабатывает. На плаву он держится за счет отлаженной системы, закаленных топ-менеджеров и огромного влияния своих братьев.
– О внешности я молчу, мужик с таким ртом, наверное, круто целуется! Говорят, он любит жесткий массаж, это когда тебя чуть ли не ломает огромный массажист, и всякие модные штуки вроде поющих чаш, исцеляющих камней. Интересно, что он любит в постели… Я о другом. Ну как объяснить…? – пожала плечами Лиза, не отставая от меня. – Столько денег вбухивает в своих андроидов…
– Это ведь его деньги. Разве нет? – я мельком посмотрела на сотрудницу, потому что спешила от нее оторваться. – Он может тратить их на что угодно. Вроде бы сейчас он забросил роботов…
– Вот именно, наигрался и бросил! Ты понимаешь, он говорит, что ему начихать на проблемы других, – горячо продолжила Лиза. Мы шли по громадному холлу, похожему на цилиндрический кристалл. – Да, у него есть деньги, но сосет он из наших карманов. Посмотрела бы я на него без денег и связей! Я, кстати, не иду на летнюю вечеринку. Она влетит мне в копеечку…
– А я пойду, если пригласят, мне очень нужно туда попасть… – прервала я Лизу, тревожно вглядываясь в лица мимо проходящих людей.
– Ну давай, попади! Охранники у Светозарова тоже ничего и при деньгах, – подхватила продавщица. – Босс меняет их каждый год, оставляет одного, самого верного при себе. Девушки охотятся за ними в последнее время…
– И ты тоже? – спросила я.
– Я не рыжая, тоже приглядываюсь к новому набору, – Лиза догнала меня и шепнула на ухо, – видела того у машины? Будет моим! Спорим?
– Да ладно, удачи тебе! Пока! – Я наконец отошла от болтушки и пошла к своему лифту
В любой момент я готовилась быть разоблаченной и пойманной. Внутри меня словно сжалась пружина, одно подозрительное движение в мою сторону могло заставить меня бежать без оглядки.
Однако всем, похоже, было наплевать на девушку из отдела доставки крошечного по меркам «Нового Олимпа» бутика. Никакой суеты по поводу кражи красного платья в небоскребе не наблюдалось.
И тут я впервые за два года увидела Кирилла. Он преспокойно прошел в десяти шагах от меня, сопровождаемый двумя охранниками. Мужчины шли свободно, здоровались, кивая знакомым и старались не отставать от своего энергичного, осанистого босса, одетого в черное. Он рассекал кондиционированный воздух холла своим крепким телом, двигаясь в каком своем, притягательном для меня ритме, и, кажется, не замечал кивков, приветствий и любопытных оглядок в свой адрес. Сказать, что я зависла, глядя ему вслед, ничего не сказать, – я повисла в воздухе, забыв обо всем…
В своем кабинетике я немного успокоилась. Платье лежало там, куда я его вчера спрятала. За ним никто не приходил, по крайней мере, пока. Чтобы убедить себя, что все идет хорошо, я присела и, не доставая платье из ящика, погладила его, как кошку. В ответ получила ощущение комфорта, дороговизны и вседозволенности.
Меня ждал напряженный рабочий день, потому что вчера, в нервной лихорадке и в водовороте событий, я не успела разобраться в делах службы доставки. Они были путанными из-за простоя, возникшего после ухода беременной управляющей.
Сначала я распорядилась разобраться с теми товарами, которые должны были быть доставлены в этот день, – при мне не должно возникнуть никакого простоя. Дальше я собиралась в ручном режиме наладить доставку за предыдущие дни. Ничего сложного в этом не было, главное, чтобы сотрудники не посчитали мои действия рутинными и согласились работать по плану муравьев, признавая во мне «королеву», которая знает статус обязанности каждого.
Курьеры прислали мне сообщения о том, что задача им понятна. Сотрудницы склада тоже готовы были исправно выдавать сегодняшние заказы. Покупателями были разосланы шаблонные извинения за просрочку и обещания исправить все в ближайшие три дня. И наконец, в почтовом ящике я нашла приглашение на вечеринку, оно гласило: «Алена! Вы внесены в список участников вечеринки. Будем рады видеть вас…» и т.л.
– Ну что, привыкаешь? Смотрю заказы начали выдаваться в обычном режиме. – В конце рабочего дня ко мне нагрянула управляющая, вся такая ухоженная и снисходительная. С собой она привела рабочего мебельного склада и указала ему на пустое место в моем кабинете. – Сюда поставим стандартный диван.
– Ясно, Дарья Борисовна, – привычно кивнул рабочий. – Завтра все будет…
Тут я чуть не умерла от разрыва сердца, потому что вездесущая управляющая открыла двери пустующего пока шкафа. В обувной ящик, где лежало платье, она не соизволила заглянуть, ее интересовали полки. Барабаня по краю одной из них пальцами, женщина деловито спросила:
– У тебя что, совсем нет никаких милых вещичек? Чашки, вкусняшек, веселых фоток? – она, встав в непринужденную позу, рассматривала меня с приветливым любопытством, явно хотела наладить отношения. – Уж извини, но на фею ты не тянешь. Монашка, у тебя есть хобби?
– Э-э, есть, я занималась латиноамериканскими танцами, – наспех ответила я, невольно мои глаза косили туда, где хранилось мое платье. – А что, это нужно для работы?
– Для работы здесь нужно быть роботом, больше ничего. Плати взносы, получай бонусы за выполнение корпоративных правил, – вздохнула Дарья, плавно меняя положение тела на более деловое и напряженное. – Я спрашиваю, чтобы понять, какая ты. В рекомендациях пишут, что «закрытая». Оно и верно. Что с вечеринкой? Не передумала?
Я упрямо мотнула головой, при этом закусив нижнюю губу. Теперь мне одна дорога, точнее, две – на вечеринку и в тюрьму. Дарья пожала плечами, дескать, ну попробуй, только я тебя предупреждала, и вышла от меня со словами:
– Много не пей там. И не позволяй себя лапать, потом не вспомнишь с кем провела ночь и был ли он один…
6. Разоблачение
Я поднялась на пятый уровень «Нового Олимпа» в краденом платье цвета амаранта. Оно сделало из меня вполне привлекательную девушку, о чем я сама давно догадывалась по взглядам, бросаемым в меня парнями. Эти взгляды я отбивала серьезным выражением лица или равнодушными взмахами ресниц, и шла покорять одного единственного мужчину. Так я делала последние два года. За это время мои одноклассницы успели найти бойфрендов, пережить первые взрослые отношения и благополучно из них выйти. Я же оставалась верной Кириллу, кроме любви к нему, у меня ничего не было…
У входа на открытую площадку охранник спросил с меня номер приглашения, я его назвала, и меня пропустили, любезно пожелав приятного вечера. Музыка пробовала войти в резонанс с моим телом, – ее я любила в любых жанрах, – но не спешила танцевать, бродила по огромной площадке, ища для себя место.
Приглашенные на летнюю вечеринку были, если и не отъявленными тусовшиками, то точно частыми гостями ночных клубов и ресторанов. Громкие взрывы смеха, легкомысленные жесты, модные платья и изысканные смокинги, открытый флирт с каждым, кто попадался на глаза, меня немного напугали, поэтому я не могла расслабиться, бродила, как тень вдоль стен. А еще была обалденная высота и закат, расплескавший над городом все оттенки золотого, и пронзающий стеклянные стены «Нового Олимпа» тысячами лучей.
– Привет! – передо мной возник парень, тот самый, которого я видела у входа в небоскреб. Сейчас он был в смокинге, на лице осторожная улыбка. Он вышел из толпы прямо на меня. – Ты не против познакомиться?
– Не против, – я попятилась назад, напрягшись еще сильнее, однако умудрилась с улыбкой спросить. – Ты ведь… охранник, тот с улицы?
– Да, из личной охраны босса, – кивнул парень, самодовольно качнувшись и пряча руки в карманы брюк. – Иван! А ты из какого отдела? Не видел тебя раньше…
Я назвалась Еленой из отдела доставки, пояснив, что работаю в небоскребе без году неделю. Парень предложил выпить чего-нибудь. Мы пошли в бар, там я почувствовала себя смелее, отчасти благодаря алкоголю. Впервые я пила так много и с удовольствием. Коктейли лечили мои сердечные раны, заставляли забыть в кого я превратилась в последние шесть дней. На работе меня начинали уважать, зато сама себя я перестала.
Пока я за счет Ивана тянула через соломинку обжигающий коктейль, он пытался со мной флиртовать, – улыбался, рассказывал, что у него накопилось несколько дней отпуска, и босс отпустил его на все четыре стороны, хотя он почти незаменим. При этом он как бы невзначай касался моей руки, свободно весящей вдоль тела.
– А твой босс тоже здесь? – спросила я, вытащив изо рта соломинку и помешав ею остатки напитка в овальном стакане. Все, что попадалось мне на пути я старалась использовать для приближения к Кириллу.
– Конечно, здесь! С парочкой друзей… и дочкой. У него немного мест, где он чувствует себя… в своей тарелке, – ответил Иван, и наконец перестав трогать мою руку, подался ко мне, явно желая меня поцеловать. Я уперлась ладонью ему в грудь и увернулась. – Извини, я думал, ты не против, – его кажется сильно удивило, что я не целуюсь с первым встречным. – Потанцевать-то можно?
– Лучше расскажи о своем боссе, – в попытке узнать что-нибудь о Кирилле я снова мило заулыбалась. Готовясь слушать, а сжала губами соломинку и вскинула на Ивана глаза.
– Он и твой босс тоже, если что. У меня с ним договор о неразглашении. Жизнь у него небогата на скандалы, но люди из любой мелочи могут их раздуть. – Парень начинал терять ко мне интерес, этого допустить я не могла. Он взглядом искал повод отойти от меня или сменить тему. – Вне работы ни слова о работе…
Я выпустила изо рта соломинку и поднялась с барного стула:
– Пошли танцевать! – предложила я, кокетливо склонив голову набок. – Я на днях окончила курсы латиноамериканских танцев, – мои бедра сделали соблазнительную восьмерку. – Могу научить тебя кое-чему…
Мой спутник оживился, в глазах у него зажглись игривые огоньки. Но выйти из бара мы не успели, потому что меня окликнул голос безупречной управляющей Дарьи. Первым моим желанием было убежать, вторым – спрятаться за широкую спину Ивана. Ни того, ни другого я не сделала, решившись на еще одну глупость, – объяснить свой поступок.
– Алена! Ну-ка, дай я посмотрю! Платье… – Дарья разглядывала на мне платье, и, разумеется, распознала Жужу цвета амаранта из прошлогодней коллекции. На ее лице проступала гримаса ужаса, словно она медленно, но верно узнавала во мне чудовище. – Это платье из нашего бутика?! Да, оно, я знаю все наши платья, и это Жужу 2016. Ты украла его, что ли?
– Нет, я взяла на один вечер. Мне оно очень нужно, оно висело целый год! Никто его не купил, значит, оно не самое лучшее, – лепетала я бессильно, пятясь и ища путь для побега. – Я верну его, пожалуйста, не говори никому. С ним ничего не случится, я помылась, прежде чем его надеть, на нем не будет ни капли моего запаха…
Быть доброй феей управляющая не хотела, она схватила меня за руку и дернула на себя с совершенно неженской силой. Это была сила сотрудницы, которая боялась потерять работу, репутацию и уважение подчиненных.
– Это платье было нашей с девочками целью, поэтому мы ждали, когда на него будет максимальная скидка! Все думали, что оно лучшее, девчонки пылинки с него сдували и ждали, что оно будет на ком-то из нас, а не на крысе вроде тебя! Это было платье-талисман! Ты понимаешь, что вылетишь отсюда завтра же?! – прошипела она мне в лицо, и тряханула так, что у меня подогнулись колени. – Нет, сегодня же! Охрана!
Меня скрутило так, что я, наверное, потеряла слух и дар речи на две-три минуты, лишь помню, как сидела на полу, обняв согнутые колени руками и спрятав лицо от десятков глаз, которые уставились на меня. Опомнилась я тогда, когда управляющая начала пинать меня острым носом своей туфли.
– Раздевайся, раздевайся, поганка! Это воровка, – повторяла она каждому, кто подходил посмотреть на мой позор. – Давай, снимай платье… Охрана. Позовите охрану!
Обморок, который мог бы спасти меня от этого кошмара, не наступал, я слышала все, я все чувствовала, и знала, что за меня некому заступиться, и во всем этом я была виновата сама. По залу уже прошел слух: «там воровку поймали». Народ, забыв о музыке и флирте, ломился в бар, толпился около бара, некоторые поднимались на цыпочки, чтобы увидеть воровку. У многих в руках были телефоны, которыми они снимали меня.
Я встала на ноги, отвернулась к бару и расстегнула молнию на платье, потом сняла его с трясущихся плеч и позволила ему сползти с меня на пол, затем я просто переступила через него. Прилюдно раздеваясь, я наказывала себя.
– Что тут у вас? – сквозь язвительные, презрительные и обжигающие шепотки раздался чистый и холодный, словно кусок льда, мужской голос. Остальные почтительно притихли, а он продолжал, приближаясь. – Что за цирк вы устроили? Это кто? Почему она раздета?
– Кирилл Андреевич, эта девчонка украла платье из бутика, – тон управляющей потерял уверенность. – Я хочу, чтобы ее наказали. На кону моя репутация…
– Папа, я слышала, как она заставляла ее раздеться, отвратно! – сочувствовал мне по-детски нежный голос Жанны Светозаровой. – Не смотри так, я искала Нуртезию. Честно, я не пила!
– Бред какой-то! Иди за столик, – ответил ей Кирилл и обратился к управляющей. – Если произошла кража, то нужно обращаться в полицию или в отдел внутренней безопасности, а не устраивать публичную экзекуцию… – Сказав эти слова, он дотронулся до моего плеча. – Одевайтесь! Мы во всем разберемся..
Я, съежившись, стояла спиной к нему, наверняка, он видел мои белые трусики, голую спину и сжатые плечи. Кто-то, наверное, Иван поднял с пола платье и протянул его мне.
– Разойдись, народ! Девчонку в нижнем белье не видели? – заговорил он. – Алена, вот твое платье..
– Твоя девушка? – спросил его Кирилл быстро.
– Познакомились час назад, хотели потанцевать, тут эта фурия налетела. Не понял, как реагировать, – оправдывался Иван перед боссом. – Какие будут распоряжения, Кирилл Андреевич?
– Выяснить, кто она, из какого отдела, – сказал Кирилл, легко похлопав меня по плечу. – Мадмуазель, не представитесь, может хоть повернетесь к нам лицом? Вообще-то вы сделали наш вечер…
Медленно, еле переставляя онемевшие ноги, я развернулась к мужчинам, низко опущенной головы пока не поднимала, растрепанные волосы скрывали мое лицо. Рука Кирилла откинула их, как темную вуаль. Я вскинулась, и наши взгляды встретились. У него были очень придирчивые глаза, они цеплялись за каждую деталь, будь это вещь или что-то живое. Сейчас его взгляд остановился на мне, пристально анализировал, кто я, похожа ли я на воровку, и вообще, где он имел несчастье меня видеть.
– Так, значит это ты… – эти слова были тяжелыми и горячими, как расплавленный металл. Почему-то именно эта метафора пришла мне на ум в тот момент, хотя раскаленный металл я видела только по телеку. Кирилл меня, конечно, помнил, и теперь точно знал, что со мной делать.
– Сопроводи девушку в мой кабинет, – велел он Ивану, не спуская с меня глаз. – Иди с ним, я приду через полчаса…
В кабинет Кирилла мы с Иваном поднялись на служебном лифте. По пустому коридору гуляли лавандовый сквозняк и приятная, после противного шума моего позора, тишина. В приемной, на столе секретаря горела одинокая лампа. Когда передо мной Иван открыл дверь кабинета, я робко вошла, и всем телом ощутила его респектабельность, она обступила меня со всех сторон.
Вечер за панорамными окнами уже тушил яркие краски дня. Светлую мебель, – диванчик, рабочий стол, кресло с высокой спинкой, нишу с полками в стене, – еще можно было хорошо рассмотреть, а воздух уже наполнялся сумерками.
– Присядь. Босс сейчас подойдет, – сказал Иван, на ходу, быстрым жестом указывая мне на диван. Сам он прошел к нише, не снимая с руки злосчастное платье. – Хочешь выпить? Тебе, надеюсь, есть восемнадцать?
– Исполнилось на этой неделе, – ответила я тихо, присаживаясь на край кожаного дивана. – А что? Иван, я действительно украла платье…
– Разберетесь, сильно не переживай из-за платья. Случаются кражи посерьезней, даже среди топов, – отозвался Иван, наливая что-то в бокал. – Я понял тебя. Ты хотела быть красивой. Босс тоже, кажется, понимает все. Он у нас адекватный…