290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Агротора. Дожить до зари (СИ) » Текст книги (страница 7)
Агротора. Дожить до зари (СИ)
  • Текст добавлен: 9 декабря 2019, 20:00

Текст книги "Агротора. Дожить до зари (СИ)"


Автор книги: Тея






сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

– Э-э… Что?

– Кто может до сих пор тебя ревновать, кроме моего заносчивого брата? – чуть громче проговорил Матвей. – А что ты удивляешься? Мне нужно знать степень угрозы.

Безмолвно шевеля губами, словно рыба, выброшенная на берег, я таращилась на вампира.

– Тебе кто-нибудь говорил, что ты жутко ревнивый? – наконец удалось выдавить.

Мужчина усмехнулся и, сев ровно, поправил пиджак.

– Я собственник, любовь моя, – заявил он. – Ты должна к этому привыкнуть. Скажи мне, есть ли чувства между тобой и тем вторым агротором?

– Я и Миша?

Тут нельзя было не рассмеяться, но вампир так глянул на меня, что я тут же посерьезнела.

– Матвей, – мягко начала я. – Мы с Мишей очень близки, но как брат и сестра, не более. И никогда не переходили грань.

– А тот странный красавец, с которым ты танцевала на помолвке? – смотря в сторону, с трудом выдавил мужчина.

Помолвка, помолвка… А с кем там танцевала? Ну, папа, Олег явно не считаются… Волков, что ли?

– Да ла-адно, – неверяще протянула я. – Ты даже там меня приревновал, пока я была под наблюдением друзей и близких?

Матвей отвернулся к окну и угрюмо молчал. Всем своим видом он показывал, насколько разозлен. Обидели мальчика, блин…

Ну, ты напросился. Пошла тяжелая артиллерия…

– Что насчет Леры Стрельниковой, твоей бывшей любовницы? – начала я. Матвей едва заметно вздрогнул. – Она до сих пор работает в твоем ресторане директором… Вы с ней часто видитесь? Или Александра Волынкина, нынешняя секретарша, с которой у тебя был роман. Все еще потрахиваетесь в обеденных перерывах?

– Соня, это совсем не то… – недовольно произнес вампир, оборачиваясь.

Я скрестила руки на груди и вызывающе подняла брови:

– Чем докажешь, что ты не спишь с ними?

Матвей молчал несколько минут, затем расслабился и хохотнул:

– Ну вот все ты узнаешь… Хорошо, сдаюсь. Постараюсь не ревновать.

Я гордо улыбнулась. Еще бы, мне это информация далась в руки не так легко! Долго пришлось уговаривать Лизу помочь мне.

– Давай кусай меня, и я пойду к сестре.

***

Через пять минут автомобиль с тихим урчанием тронулся с места, оставив меня, слабую и крайне возбужденную, в одиночестве на вечерней парковке. Я побрела в сторону больницы, обхватив себя руками и слегка пошатываясь. Последний обмен кровью забрал почти все силы, так что перед разговором с Агнией нужно выпить крепкого кофе… Горячего и ооочень сладкого.

В надвигающихся сумерках я не сразу заметила выросшую на пути преграду.

– Ой! Простите… – пробормотала, врезавшись в кого-то.

– Все в порядке, чертенок, – отозвался… Богдан.

Я моментально узнала этот голос. Подобралась и встретилась со светящимся золотом взглядом. Несмотря на то, что солнце уже почти село, даже в тени шрам на лице полудемона был виден и казался гротескным.

– Что? Потеряла дар речи? – насмешливо осведомился Богдан, пока я пыталась собраться с мыслями… Черт! Почему именно сейчас, когда я еле стою на ногах из-за третьего обмена кровью? Вот даже в этот момент, когда полудемон провел ладонью по моей щеке, все, что я смогла, это судорожно выдохнуть. – Ты слаба сейчас. И щит в разум тоже ослаб. Что же ты так подставила себя? Зато я смогу свободно войти в твое сознание и подчинить себе. Спасибо, чертенок…

В общем, это было последнее, что я услышала. А потом… Золото демонических глаз все расширялось, поглощая меня, в какой-то момент я поняла, что тону, задыхаюсь в этом сверкающем солнце. Я хотела вцепиться руками в горло из-за нехватки воздуха, но где мои руки? Точно ли я ощутима? Может, все уже забыто. А я – всего лишь остаточная энергия, так называемый призрак. Мертва. Отправлена в царство тьмы его наследником.

В какой-то момент мир золота вокруг стал темнеть, обретать багровые тона. И больше не слепило глаза, тьма этих оттенков помогла успокоиться. Но… они все больше напоминали капли крови, и постепенно, сначала издалека, но постепенно приближаясь, начал доносится разъяренный голос:

–… набитая! Мерзавка! Как ты вообще могла додуматься?! Дрянь!..

Раздался стон, и каким-то чутьем я поняла, что выдала его я. С трудом разлепив веки, я встретила сверкающий злобой взгляд полудемона. Богдан, эта ошибка природы, прижимал меня к дереву, вцепившись в шею. Даже дышать удавалось с трудом, но я выдала издевательский каркающий смех сразу перед болезненным спазмом где-то в районе бешено стучащего сердца.

– Что, не ожидал этого, козел? – слабо проговорила я, хотя вырвался только хрип.

Полудемон без слов закричал и влепил мне пощечину, да такую, что я отлетела на несколько метров. К счастью или сожалению, боль от удара я не почувствовала: распространяющийся с каждым ударом сердца по всему телу спазм занимал меня гораздо больше. Тело выгибалось, непроизвольно скручивало, и даже, вроде бы, ломало. Хотелось кричать, чтобы хоть как-то вызволить накопившуюся боль, но, кажется, Богдан что-то повредил мне, потому что вырывались только хрипы и жалкие стоны.

Сквозь красное зарево в глазах я заметила, что полудемон ходит рядом туда и обратно, точно разъяренный тигр в клетке. И где-то внутри, за болью из-за превращения, маленькая сучка внутри меня ликовала, ведь нам удалось обыграть чуть ли не Антихриста.

Посмотрим, какой шаг он предпримет в ответ…

***

Богдан мой бог…

– Ты слышишь меня? Конечно, слышишь, чертенок. Ты молодец, только вампиризм смог защитить тебя от предначертания. В этот раз ты выиграла. Но ты думаешь, я тебя тут же отпущу? Нет, чертенок, я найду способ использовать тебя.

Он меня любит…

– Я оставлю тебя здесь, в заброшенной гробнице, в заколдованном гробу. Этакая современная Белоснежка. Вон, даже волосы как вороново крыло и кожа как снег… Только принца не будет, чертенок. Ты проснешься тогда, когда мне это будет нужно. Камень, из которого сделан этот гроб, был привезен из мест, куда святые люди опасаются даже смотреть. Он, как ты понимаешь, промоет тебе мозги, и ты станешь моей слугой. На это уйдет около десяти лет, но я подожду. А потом буду смотреть, как ты убиваешь своих любимых, как ты разрушаешь мир и порядок в своей стране… Ты будешь вечно ползать на коленях около моего трона и вылизывать мои ноги… Или что-нибудь повыше. Чего такой красоте пропадать. Хотя твоя нежная сестренка мне нравилась больше. Может, я её навещу, пока ты спишь.

Никто не защитит меня, кроме него.

– Подумать только, я тебя не навещал уже больше трех лет. Хорошо спится, чертенок? А ведь жизнь за этими стенами бурлит. Твоя семья считает, что ты сама сбежала с любовником. Вампир, твой создатель, только недавно прекратил поиски. Интересно, он уже подавил желание убить тебя за предательство? Может, ты проснешься? Ах да, ты же не можешь. Я ведь заколдовал тебя.

Он часть меня, а я часть него.

– Это последний раз, когда я прихожу к тебе. Просто хочу, чтобы ты знала кое-что. Я задавлю твоего Матвея как бизнесмена, он уже почти банкрот. Когда ты проснешься, его останется убить физически, потому что морально и финансово он почти мертв. Мне некогда ездить сюда часто, мало ли, вдруг какие активисты-конкуренты захотят проследить за мной. Так что спи спокойно, чертенок, и знай, что в следующий раз, когда ты услышишь мой голос, это будет знак к пробуждению не Сони Стрельцовой, благородной агроторы с прекрасной родословной, а к рождению нового монстра, что уничтожит мир, и на его пепле создаст мне новое царство.

Я люблю тебя, Богдан…

***

Тишина, пустота, тьма. Они окружали меня, казалось, вечность, этот омут мрака. Это как сон. Ты осознаешь, что находишься в кошмаре, но не знаешь, как вырваться. А тут даже не знаешь, куда бежать, потому что вокруг – Ничто. И лишь где-то далеко-далеко, едва разборчивый шепот твердит одну мысль.

Богдан мой бог, он защитит, он любит меня, он часть меня, и я его часть. Меня предадут все, кроме Богдана. Богдан мой бог, он защитит, он любит меня, он часть меня, и я его часть. Меня предадут все, кроме Богдана. Богдан мой бог, он защитит, он любит меня, он часть меня, и я его часть. Меня предадут все, кроме Богдана…

***

В какой-то момент тьма начала пульсировать. Вдруг появились шорохи, и с каждым мгновением становились все сильнее. И во мраке, в месте без запахов, цветов и вкусов, вдруг все это появилось.

Мучительно-сладостный вкус. Горячая жидкость. Багряный цвет.

И все, тьмы как не бывало. Весь мир стал кроваво-красным, и вдруг я ощутила себя, свое тело, его долгую, долгую жажду, его томление и истощение. И еще одно тело – под собой, горячее, пышущее жаром, жизнью… кровью.

Я не открывала глаз, ибо зрение не требовалось, чтобы найти шею, где за тонким слоем кожи текла амброзия богов. Где-то в уголке сознания я слышала, как кто-то кричит, пытается оттащить меня от священного источника. И не надейтесь. Я голодна, я так голодна, и ничто не остановит эту жажду, кроме крови.

Но он исчез. Источник моего насыщения, мешок с кровью, предназначенный вернуть меня к уродливой вампирьей жизни. Меня оттащили, причинили боль, но на этот раз я сумела открыть глаза и вслушаться в окружающий мир.

– …Подожди, пожалуйста, подожди немного, – взмолилась женщина, сильно сжимая мое горло. Её красивые болотно-зеленые глаза показывали взволнованность. – Понимаю, как тебе больно, но первый голод утолен, так что возьми себя в руки. Мне нужно помочь нашему общему другу.

Знакомая незнакомка медленно расслабила руку и отпустила мою шею. Я, подобно хищнику, не отводила от неё взгляда, даже когда она пошла в сторону издающего жалобные стоны мужчины.

Обратив на него внимания, я шумно втянула воздух и прикрыла глаза. Манящий запах крови обволакивал меня, казалось, даже обнимал. И я сделала маленький шажок.

Женщина тут же развернулась и нахмурилась:

– Не смей! Соня, он твой друг. Терпи.

Я зарычала, словно животное, но тут же застонала, с силой прижимаясь к каменной стене. И вдруг… захныкала, дрожа всем телом.

– Не могу… – с трудом выдавила я. Голос оказался очень хриплым, словно я молчала годами. – Пожалуйста…

Женщина потянулась к своему рюкзаку.

– Это отвлечет тебя на время, – вздохнула она и кинула его.

Я разорвала черный рюкзак в мгновение ока, потому что оттуда доносился удивительный запах крови…

Успокоить свой бушующий организм удалось только после третьей литровой бутылки. Теперь я чувствовала себя слабой, как будто болела гриппом в самой ужасной версии. Меня знобило, в голове стучало, пот ручьями тек по лицу, но я чувствовала себя живой.

За это время женщина, освободившая меня от ужаса убийства собственного друга, успела оказать первую помощь жертве. Мужчина потихоньку бранился, но вскоре речь его стала спокойнее.

– Не знал, что она так мгновенно отреагирует, – сказал он едва слышно, но в каменном склепе это прозвучало точно гром.

– Мы предполагали, что так случится, – вздохнула его спутница. – Ну что, порядок? Пошли, поможем ей.

Женщина ловко поднялась на ноги и протянула руку моей жертве, без труда подняв его на ноги. Тот слегка пошатывался. На горле его белел бинт, но по всему остальному телу находились следы крови.

Я в это время забилась в самый дальний угол склепа и спрятала лицо за всклокоченными грязными волосами. Стыдно, страшно, больно. Сквозь темные пряди я видела, как медленно подступают ко мне они. Спасители… наверное.

– Соня, ты должна верить нам, – спокойно начала женщина. – Мы не навредим тебе. Ты ведь помнишь… нас?

Кулаки слабо сжались, и я прошептала:

– Анастасия… Дариуш… – горло сжал спазм, слезы обожгли глаза, но я выдавила: – По… помогите…

– Дар, иди заводи машину, – велела вампирша, почти ставшая моей семьей. – Я приведу её.

Почему-то сейчас было тяжело подняться, хотя Анастасия придерживала. Ноги стали словно ватные, и каждый шаг давался с трудом. Стало хуже, когда я вышла навстречу сияющему солнцу. Небесное светило было нещадно к вампирам-новичкам. Я зажмурилась и скрыла лицо за волосами.

– Сколько? – прошептала я, направляемая вампиршей.

– Девять лет, – кратко ответила Анастасия.

Девять из десяти…

– Вы почти опоздали.

***

Еще два литра крови и горячий, без капли холодной воды, душ окончательно восстановили мое тело. Ломота в конечностях исчезла, дрожь тоже, я наконец-то чувствовала себя живой. Что изменилось после превращения? Кроме острой жажды – ничего. Не было усиленного слуха, зрения или осязания. Не было чувства всесилия. Суперскорости. Анастасия заверила меня, что только интенсивные тренировки приведут к подобному. Но есть ли на них время?

Богдан даже не вывозил меня за пределы Питера. Просто поместил в склеп и заколдовал его от поисковых заклинаний. Возможно, он сделал это, чтобы я всегда была под рукой.

Много вопросов вертелось в голове. Как меня нашли Анастасия и Дар? Как они вообще начали работать вместе? Где остальные? Что произошло за девять чертовых лет?

Это только начало. Мысли в голове разбегались в разные стороны, и нужно было выйти из ванной комнаты. Но было стыдно. Я Дара чуть не убила. Как можно теперь смотреть ему в глаза? Агротор не простит меня, такую сволочь кровожадную.

Но сидеть здесь больше было бессмысленно. Поэтому я глубоко вздохнула и медленно отворила деревянную дверь.

Дар лежал на диване, одной рукой прикрыв глаза, другой осторожно потирая забинтованное место. Он не обратил на меня внимания, так что я как можно тише села в самое отдаленное кресло. Анастасия стояла у подоконника спиной к нам, смотрела с одиннадцатого этажа квартиры Дариуша, как скрывается за высотками бледное солнце, едва видное из-за серых туч.

Молчание длилось долгие минуты. Никто из троих не шевелился, лишь грудь агротора ровно вздымалась и опускалась. Я плотнее закуталась в теплый мужской халат серого цвета и выдавила:

– Дар, мне никогда не искупить своей вины.

Колдун убрал руку с глаз, ясно посмотрел на меня и усмехнулся:

– И никогда не забывай об этом, золотко. Потому что ты не должна сорваться в следующий раз. Не хочу получить ордер на тебя.

Я опустила глаза и кивнула. Анастасия встрепенулась и повернулась к нам.

– Полагаю, у тебя много вопросов, – начала она. – Давай я расскажу тебе все, что знаю, а потом ты задашь оставшиеся вопросы. Когда я приехала девять лет назад в Питер, чтобы провести твое обращение, и не нашла никого, то растерялась. Твоя сестра не знала, где ты. Матвей тоже. И все поиски ни к чему не привели, а ведь мы искали тебя разными способами – заклятия, зелья, камеры слежения по всему городу, даже обратились к частному детективу. Твои вещи исчезли из квартиры Агнии, осталась только записка «Не хочу быть игрушкой». И все. Все, кто был замешан в поиске, разделились на две категории. Большая часть, зная твой нрав, верила, что ты сама сбежала. Твои родители, Агния, Олег. Влад… да почти все Вишневецкие. Те, кто знали тебя ближе, сомневались в столь глупом побеге: твой бывший напарник, подруга-оборотень, а в особенности – Матвей. Я в это время оставалась в стороне, так как не считала нужным вмешиваться. Прошло три года. Совет нашел иной способ предотвратить вражду наших семей, но эта тройка активистов продолжали бессмысленные поиски. И вдруг звонок. Ты позвонила Матвею, но тот как раз был на совещании, и твое сообщение сохранилось на автоответчике. После этого Матвей, Миша и Лиза опустили руки. Но меня кое-что насторожило в твоих словах, и поиски, на этот раз скрытые, начала уже я. За шесть лет я почти выучила, что ты сказала на автоответчик. «Хватит, Матвей, ты не найдешь меня. Сама же я не вернусь к тебе, ибо ты противен. Твои прикосновения отвратительны, и я едва сдерживала себя. Я хорошая актриса, да? Спросишь, зачем мне все это? Я Стрельцова, ты – Вишневецкий. Ненависть между нашими домами для меня священна, потому я тебя и использовала. Влюбила, хорошенько трахнула и выбросила. Потому что ты слабый любовник, если честно. Надо было выбрать Влада. Хотя… теперь я могу хвастаться, что поимела и разбила сердца двум горячим братьям. До свидания, Матвей. Когда мы увидимся в следующий раз, я уничтожу твой мир».

Я прикрыла рот рукой и потрясенно выдохнула. Как Богдан сумел провернуть это?

– Никогда я не говорила этого! – воскликнула я и тут же задумалась: – Но что именно тебя удивило в этих словах?

Анастасия сдержанно улыбнулась и призналась:

– Все. Ненависть к моей семье у тебя отсутствовала. Влада ты презирала. И твои слова про прикосновения Матвея… Я, как и все в вечер нашего первого знакомства с тобой, прекрасно слышали, в каком восторге ты была от… хм, нашей фамильной библиотеки.

Я отчаянно покраснела, но вздернула подбородок вверх. Дариуш, до этого молчавший, рассмеялся.

– Вот и второе доказательство, – насмешливо заметил он. – Никогда еще ты не смущалась при упоминании своих сексуальных геройств.

Анастасия покачала головой, скрывая улыбку, и продолжила:

– В какой-то момент я познакомилась с Даром. Просто однажды Агния на упомянула во время ужина, что её помощник помог тебе. Я нашла этого парня, и уже от него узнала, что ты обратилась за помощью к Питерскому агротору. Оказалось, Дар тоже не верил в твоей побег, но решил не вмешиваться. Как и я раньше. Но его получилось уговорить. – Анастасия послала в сторону Дариуша ехидную ухмылку. Колдун демонстративно проигнорировал это. – Не скажу, что мы каждую минуту шесть лет думали о тебе. Но мы искали способ и испробовали их сотни.

– В итоге нам повезло, – вставил агротор, – мы нашли цветок папоротника, и он исполнил наше общее желание.

Я удивленно взглянула на друга. Цветок папоротника… Легенда, почти сказка, даже в нашем волшебном мире. Дар языческих богов, редкий и могущественный. Видимо, сама судьба помогла Анастасии и Дариушу.

– Ладно, – вздохнула я, пряча ледяные ноги под длинным подолом халата. – Расскажите, что произошло за время моего отсутствия.

Анастасия переглянулась с Даром, и оба замялись. Видно было, что они не решаются начать. Я нахмурилась и почувствовала холодок испуга. Ведь девять лет – это очень много, жизнь текла и после моего «погребения» в склепе, все могло измениться.

– Я расскажу все, что знаю, – пообещала вампирша. – Но с чего начать?

Я хотела начать с Матвея, узнать, как он и где он, но боялась услышать непоправимое. Поэтому попросила рассказать о семье.

– Та-ак, – протянула Анастасия. – У тебя была подруга, племянница Корнеева. Лиза, кажется. Так вот, она вышла замуж за твоего брата и недавно родила дочь. Сейчас они живут в Москве, Олег Стрельцов довольно востребованный адвокат. Ну, Наталья Маркова давно умерла, и твой папа представляет теперь колдунов в Совете, причем довольно успешно. – Я улыбнулась. Ну кто бы сомневался. – Григорий Бобровский собирается покинуть пост делегата вампиров и активно продвигает на свою должность моего внука, твоего несостоявшегося свекра. И в этом ему помогает Павел Стрельцов. Они сейчас чуть ли не лучшие друзья, Ростислав и Павел, – усмехнулась Анастасия.

Для начала новости хорошие. Папа, несомненно, лучший вариант для представителя колдунов, его талант политика оценен по достоинству. Я горжусь им.

– Как мои сестры? Маша и Эльвира? О, а Агния? – с жадностью спросила я.

Анастасия вновь переглянулась с Дариушем.

– Не знаю, что там с Эльвирой, – медленно, словно раздумывая над каждым своим словом, произнесла вампирша. – О ней мало упоминается, твои родители сделали все, чтобы у девочки была спокойная жизнь. Но мы слышали о Марии, девушка окончила с отличием медицинский, но работать не пошла. Она недавно вышла замуж.

Я уже устала поднимать брови все выше и выше. Маша… моя целеустремленная, одаренная сестричка бросила свою мечту ради любви?

– Должно быть, её супруг бог, раз она отказалась от карьеры, – я усмехнулась. – Кто он?

– Какой-то оборотень, – пожала плечами Анастасия. – Богатый, по слухам, и чертовски красивый. Больше ничего не знаю.

– Кстати, о семейном счастье, – насмешливо закивал Дар. – Наш общий знакомый, Влад Виш, обрюхатил одну дурочку-вампиршу. Как оказалось, она совсем не дурочка, и доказала в суде отцовство Влада. Теперь он выплачивает огромные алименты.

Эта новость заставила меня рассмеяться. Почему-то вообще не удивлена, за что боролся, собственно.

– Да, мой младший правнук редкостный идиот, – согласилась Анастасия.

– Ладно, дело не в Маше и не в Эльвире, о них вы говорили спокойно, – прищурилась я. – Значит, дело в Агнии. Почему вы не хотите о ней говорить?

Впервые на лице у Анастасии проявилось волнение. Вампирша, такая древняя и величественная, вдруг сжалась, прикусила губу, а зеленые глаза её забегали по комнате, так и не возвращаясь ко мне.

Мое сердце на миг остановилось. Агния… Она же такая… хрупкая. Глупенькая, излишне самоуверенная, часто резкая. Вертит любовниками, как хочет. Она же могла в какой-то момент недооценить мстительность и ревность бывшего возлюбленного.

Я перевела гневный и вместе с тем испуганный взгляд на Дариуша. Тот несколько смутился.

– Бобровский и Маркова, несмотря на твой «побег», добились своего, пусть и не сразу, – решилась Анастасия. Говорила она неохотно, и теперь виновато смотрела на меня. – Семьи Вишневецких и Стрельцовых объединились… путем брака Матвея и Агнии.

Одна фраза… И все. Мой мир рухнул. На миг показалось, что я вновь оказалась в той беспросветной тьме, где не только слышать, но и чувствовать невозможно. Но вот я здесь, в уютной квартире друга, окруженная заботой, но сердце разрывалось от боли, из-за чего я не сразу заметила, как задыхаюсь.

Анастасия мгновенно оказалась рядом, взяла мои руки и встревоженно посмотрела в глаза.

– Соня, милая, дыхание не нужно вампирам так, как людям, но ты себя убиваешь сейчас, – проговорила она, до боли сжимая мои пальцы.

Я честно пыталась дышать, но ком в горле не позволял сделать этого, и я лишь хватала воздух губами, как рыба. Легкие жгло, и эта боль помогла отвлечься от мысли, что Матвей…

Дариуш резко отодвинул вампиршу и с размаху влепил мне пощечину. Силы-то у агротора много, и он не жалел её. А чего для друга-то жалеть? Боль появилась не сразу, а вот фейерверки в глазах моментально. Я пораженно посмотрела на Дариуша, но не обижалась. В его глазах я видела испуг, и этого достаточно для прощения. Тем более я даже дышать начала.

– Больно, – жалобно проныла я, откидывая голову на спинку кресла.

– Извини, не рассчитал силы, – недовольно произнес Дариуш, скрестив руки на груди.

Я покачала головой и, посмотрев прямо в глаза другу, положила руку рядом с сердцем.

– Вот здесь больно, – призналась я. Слезы сами собой потекли из глаз, и их было не остановить.

Анастасия вздохнула и взяла Дара за руку.

– Пойдем, – сказала она. – Дадим девочке все осознать. А завтра утром узнаем, кто её похитил и зачем.

Я осталась одна. Наедине со своей болью… ненавистью.

Люблю, оказывается. Так сильно, что одна только мысль, что Агния – его супруга… Её он любит, с ней проводит ночи, от неё ждут наследников. Не меня, а мою сестру он будит поцелуями по утрам, её запах вдыхает, о ней заботится. Агния получает подарки, Агния имеет законное право терзать его губы страстными поцелуями, Агния… заняла мое место…

Ночью я лежала без сна и смотрела в потолок. В квартире стояла тишина, шорохи в другой комнате давно затихли, и только мне не спалось. Закрывая глаза, я представляла свою любимую сестру и своего любимого мужчину в одной постели, поэтому разглядывать витиеватые тени на потолке оказалось очень занимательно. Тем не менее, мысли постоянно возвращались к этому.

Меня предадут все, кроме…

Казалось, я вновь начала слышать шепотки по темным углам комнаты. Чей-то изучающий взгляд скользил по мне, и в итоге я включила свет в комнате. Конечно, одна. Кто еще здесь может быть?

Тихонько пробравшись на кухню, я взяла лежащий на столе ноутбук, должно быть, принадлежавший Дариушу, и залезла в интернет, узнать кое-что, чего не могла сказать Анастасия.

Богдан Земцов – новый делегат ведьм в Совете. У него крупный бизнес в Москве и Питере. Не раз возникали конфликты с другими бизнесменами, в том числе и с Матвеем. Какое-то время СМИ даже обсуждали, что Богдан и Матвей не поделили женщину, вполне возможно, даже нынешнюю прекрасную супругу последнего…

Почти случайно мне попалась ссылка на страницу Агнии в социальных сетях. Главной фотографией сестра выложила совместную с супругом фотографию. Они обнимались на какой-то набережной, и Агния написала «Наше место. Любим поздним вечерком погулять с Матвеем здесь».

Место мне было совершенно не знакомо, но чудо современной техники, то есть ноутбук, услужливо указал место, где был именно была сделана фотография. Люблю геолокацию.

Запомнив маршрут до этого места, я быстро надела джинсы и черный свитер, которые мне дала Анастасия. Случайно я заглянула в комнату к ней и только слегка удивилась, когда увидела её спящей на обнаженном плече Дариуша. Общая цель сплотила голубков.

Без труда добралась до набережной, так как она была довольно близко к дому Дариуша, и уселась на железную ограду, нахохлившись, словно воробей, спиной к самой набережной и лицом к реке. Мимо изредка проходили держащиеся за руки парочки. Они периодически останавливались, чтобы насладиться губами друг друга, и в этот момент я отворачивалась.

По дороге сюда я стрельнула сигаретку, зажигалку тоже одолжила без труда, и впервые за долгое время затянулась сладкой отравой. Дым, казалось, окружил меня защитным покровом, и больше я не слышала влюбленного воркования.

Зачем я сюда пришла? В надежде увидеть его? Или их? Дура, драматичная идиотка. Матвей даже не любит меня больше, он телом и душой принадлежит моей сестре… Как можно любить их обоих и в то же время ненавидеть? Сгорать от желания обнять их и никогда больше не видеть…

Одно мое желание исполнилось. Я кожей ощутила, как они приближаются ко мне. Агния щебетала что-то про свою новую выставку, её звонкий голосок трудно было не узнать. Спина непроизвольно напряглась, а сигарета была отправлена в путешествие по воде…

– А еще мне сказали, что… – внезапно Агния замолчала, и я окончательно замерла, так как голос был предельно близко. Узнала со спины? – Матвей, ты ведь меня совсем не слушаешь.

Нет, как оказалось.

И вот раздался его божественно чарующий голос.

– Да, прости, милая. Заработался сегодня.

– Зай, опять проблемы с Земцовым? – сочувственно спросила его супруга.

Матвей хмыкнул:

– Да, эта мразь мне знатно нервы треплет. Если я не найду выхода, то придется продать рестораны в Москве. И ладно только это, не первый мой конкурент, но… он намекает мне.

…Богдан мой бог…

Закрыв глаза, я пребывала в нирване от звуков любимого голоса, и не сразу обратила внимание на смысл.

– На что намекает, зай? – поинтересовалась Агния.

Их голоса не отдалялись. Наверное, они присели на скамейку прямо напротив меня, потому что слышимость была хорошая.

– Земцов постоянно ухмыляется и… с намеками говорит о… ней.

Почему-то Агния не удивилась и догадалась, что супруг имеет в виду. Поняла и я, после чего стала прислушиваться еще внимательней.

– Он говорит, насколько темпераментна она. Говорит о… зеркальных родинках на её бедрах, о привычке засыпать в позе эмбриона. Земцов говорит фразы, которая говорила когда-то Соня. Намекает, насколько приятно погреть бледную кожу юной вампирше на оплаченном мужчиной курорте…

Богдан считал всю информацию обо мне с Матвея, настолько близко он меня не знал, это сто процентов. Играет не по правилам, как и всегда.

…Он любит меня…

– Ты уверен, что это о ней? – очень тихо спросила Агния, но я услышала.

– Помнишь её сообщение? «Когда мы увидимся в следующий раз, я уничтожу твой мир». И знаешь… Мне почему-то кажется, что она выполнит обещание. Причем очень скоро. Интуиция, наверное.

Я с силой сжала железные перила, вновь начиная испытывать душевную боль. Нет, я никогда не смогу причинить вред Матвею. Пусть он счастлив с другой. Пусть это моя сестра. Все равно не смогу.

– Она твое прошлое, милый, – медленно, словно гипнотизируя, проговорила Агния. – Она сбежала, бросила тебя, унизила. При всей моей любви к Соне, я не могу отрицать, что она разбила тебе сердце, причем не сожалея. И, если честно, ты не первый. Спроси у своего брата…

Хм, или все-таки смогу?..

…Меня предадут все, кроме Богдана…

Матвей резко перебил девушку:

– Агния, если ты опять намекаешь мне про свою верность и готовность стать вампиршей, то сразу замолчи. Одну Стрельцову я уже обратил, достаточно. Ты моя жена, и ею останешься, моя любовь и верность принадлежит тебе, но ты будешь колдуньей, пока я не пойму, что момент подобран правильно.

Девушка промолчала. Похоже, обиделась. Я криво усмехнулась и продолжила вглядываться в темные воды Невы. Вообще странно, что они не обращают на меня внимание, говорят о личном… расслабились, должно быть. Не видят угрозы, глупцы. А ведь Матвею стоило бы подумать о своей безопасности, особенно во время конфликта с Богданом.

…Он часть меня, и я его часть…

У Матвея зазвонил телефон, и он, недолго побеседовав, извинился перед Агнией, а потом ушел, пообещав вернуться через десять минут. Кажется, ему должны привезти какие-то документы.

Через некоторое время я чуть повернула голову и периферийным зрением рассмотрела сестру. Девушка достала из сумочки пачку сигарет и, закуривая, включила телефон, набирая кому-то сообщение.

Не знаю, что меня заставило, но я развернулась, спрыгнула на мощеную дорожку и медленно пошла к Агнии. Девушка настолько была увлечена телефоном, что заметила, как оказалась не одна, только когда я подошла вплотную и хрипло поинтересовалась:

– Сигаретки не найдется?

Не глядя, двоюродная сестра вытащила из сумки пачку сигарет и протянула мне. По привычке Агния запихивала зажигалку сразу в пачку, так что зажечь сигарету не составило трудностей.

– Да уж, я еще долго буду привыкать носить с собой зажигалки. – Я села на скамейку как можно дальше от девушки. От переизбытка эмоций голод вновь проснулся, и в груди начало стучать в такт сердцебиению потенциальной жертвы. – Все-таки силой мысли поджигать сигареты было весело.

Агния замерла и, кажется, затаила дыхание. Потом медленно, очень медленно повернула голову и, не моргая, посмотрела на меня. В этих глазах больше не было такой привычной издевки, радости и уж тем более любви. Колдунья смотрела на меня обреченно, с какой-то тоской.

– Идешь по моим стопам, да? – Я встретила её взгляд смело, все сильнее начиная злиться. – Сначала дала одному брату, потом выскочила замуж за второго. Как ты там сказала? Я, такая эгоистичная сука, бросила очередного любовника, и Матвей для меня ничто не значит? А теперь ответь, прежде всего самой себе, о ком ты говорила – обо мне или все-таки о себе?!

Агния часто-часто заморгала и опустила глаза.

– Соня… – начала девушка, комкая в руках сумочку. Телефон её давно упал на асфальт.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю