Текст книги "Зеркала миров (СИ)"
Автор книги: Svetlana
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 24 страниц)
– Меня послали забрать их, – терпеливо как маленькому пояснила Мари. – В этом замке находится последнее гнездо голубых дракончиков. Я должен спасти их и переправить в наш мир.
– Что-то вы путаете лорд. – Отец Егоний как-то странно смотрел на нее. Казалось, что еще немного и он покрутит пальцем у виска. – Нет у нас никаких дракончиков. Да отродясь и не было никогда. Что за ерунду вы говорите? Не понимаю. Вас послали, чтобы собрать личную информацию о принце Антрейском, потому что такая возможность нежданно предоставилась. Впервые. Чтобы так вдруг, да ещё и совпало сразу все. Возраст, внешность, пол. Чтобы прежний лорд неожиданно сбежал, тем самым освободив место для наблюдателя.
– Значит ему не сообщили, что я женщина, – подумала Мари, попутно отмечая, что к сожалению, Егоний не знал и про дракончиков.
Конечно, это пока еще ни о чем не говорило. Потому что информация о дракончиках могла быть тщательно засекречена. Даже от своих. Кто знает, что тут за люди.
А синие дракончики… Это – редкость. Это тайна. И они – последние в этом несчастном мире.
Мари посмотрела на Егония.
– Извини, мой друг за глупую шутку. Мне рассказывали много старых легенд. И одна из них гласила о том, что давным-давно… Не просто давно, а очень, очень давно – в ваших землях обитали волшебные голубые дракончики. Возможно, это всего лишь старая сказка. Я решил пошутить. Извини, к сожалению наверное неудачно.
Отец Егоний насмешливо фыркнул.
– Нет. Ты как раз очень удачно выдал. Значит, судя по всему, знаешь нашу поговорку. Знаешь, что порой говорят «допиться до голубых дракончиков». Ну до полного бреда. Правда никто еще не додумался поверить в то, что эти дракончики существуют или существовали когда-то взаправду.
Высокие деревья по краям тракта сменила молодая поросль в которой проглядывали поляны заросшие диковинными цветами и травами. Может и не диковинными, а самыми обычными, земными.
Но Егоний торопился и теперь путники ехали не настолько медленно, чтобы можно было рассмотреть всё в деталях. Даже порхающую над цветами фею, Мари заметила вскользь, случайно.
– В вашем мире есть магия? – растерянно спросила она у Егония.
– Какая еще магия? – удивился тот. – Нету тут ни магии, ни сказок. Одна только голая реальность.
Теперь он заговорил как выходец из ее мира и ее времени. Мари вздохнула и оставила попытки угадать кем же на самом деле является Отец Егоний. Завербованным местным, или сотрудником станции по перемещению.
Сейчас ее тревожило другое. Иннокентий утверждал, что магия есть. Мог ли он ошибаться? Это была фея или экзотическое местное насекомое?
А может быть о магии тут тоже не принято говорить? Здешняя вера или религия…
Кстати, а какая тут вера? Какого бога почитают люди этого мира? Иннокентий упомянул, правда, что вера похожа на наше христианство, но более терпима к иным религиям. Здесь не преследуют еретиков и атеистов. Что уже наверное хорошо.
Оставшуюся часть пути они ехали молча.
Мари наслаждалась поездкой.
Встречный веторок освежал лицо и развеивал вдоль дороги пыль из-под копыт лошадей. Тихий шелест листвы, пение птиц и ласковые лучи местного солнца дарили удивительное ощущение свободы.
Тракт неожиданно сделал крутой поворот и из-за кустов и деревьев проступило выложенное из бревен строение. Вдали неясно слышались чьи-то голоса.
– Приехали, – сообщил Егоний.
* * *
Продолжение следует.
Глава 3
«Веселый павлин»
Да, Мари изучала Средневековье. Да, она знала как одеваются бедные и зажиточные люди, что носят и как предпочитают себя вести дворяне, правила светского этикета высшего общества и рыцарского сословья. Даже принимала несколько раз участие в исторической реконструкции той эпохи.
Но сейчас студентка исторического вуза встретилась с «далёким прошлым», что называется воочию.
Когда постоялый двор ощутимо приблизился, то первое, что ощутила путешественница из мира давно позабывшем о «прелестях» Средневековья – это запах.
К «душистому» запаху навоза примешивалась что-то кислое, прогорклое, залежавшееся, задохнувшееся и бог знает что еще.
Ее затошнило и когда они подъехали ближе Мари торопливо соскочила с лошади, справедливо опасаясь, что внезапная рвота юного лорда не облагородит дальнейшее путешествие.
Возле постоялого двора стояли, скучая на привязи, несколько лошадей. А сам двор был обильно устлан лошадиными «подарками» различной степени давности. Возможно их убирали, но вот как часто?
Чуть поодаль виднелся скорее всего хлев ибо рядом с ним в загончике принимали воздушные ванны несколько свинок. И большой птичник тут тоже был. Судя по всему.
Лишний навоз и помет похоже сбрасывали в огромную канаву выкопанную поодаль. А может продавали как удобрение крестьянским хозяйствам?
Уточнять детали этого процесса Мари не стала. Хотя ради детальной исторической картины далекого прошлого, наверное следовало бы провести тщательную разведку и выяснять все подробности ведения хозяйства.
На улице суетились слуги и шлялся какой-то совершенно бесцеремонный местный средневековый сброд встречавший путников усмешками и откровенным разглядыванием.
Стараясь глубоко не вдыхать насыщенный всевозможными ароматами воздух, обходя особенно сочные кучи и мелкий мусор (ну там обглоданные кости, подгнившую репу и лук) Мари осторожно приблизилась к входу в эту забегало… нет. В это достойное заведение, на пороге которого благородный господин из местных… блевал прямо в навоз.
Как можно быстрее Мари распахнула дверь, буквально ворвалась внутрь и наконец-то смогла перевести дыхание. Или почти перевести.
Наверное… тут запахи были всё же благороднее уличных. Ароматы жаркого, тушенной капусты, крепкого мужского пота и перегара. Тоже крепкого.
Средневековый люд, наверное чувствовал себя в этих крепких стенах, как дома.
Сидели на лавках вокруг столов, на столах и даже на полу.
Ели, пили, кричали, а кое-кто даже пел. Егоний тут же нашел себе место неподалёку от входа.
От непривычности этой обстановки Мари слегка замешкалась и в этот момент к ней быстро приблизился какой-то весьма неоприятный старик. С огромным трудом она вспомнила, что это кажется камердинер лорда.
Самозванка бросила быстрый взгляд на Егония. Тот улыбнулся и кивнул отвечая на немой вопрос.
– Мальчик мой, – трясущимися руками старик дотронулся до её одежды пытаясь наверное обнять своего господина.
Инстинктивно Мэри отстранилась.
– Прости меня мой лорд, – камердинер сразу же отодвинулся и вежливо поклонился. – Радость видеть тебя живым и здоровым! Ты возвратился и я счастлив.
Улыбаясь старик опустился на колени.
– Прости меня, господин. Прости своего нерадивого слугу, что не уберег. Что допустил эту оплошность.
Мари растерялась Слуга, который растил, одевал и оберегал лорда сейчас стоял на коленях в этой забегаловке униженно выпрашивая прощения у лорда. Девушка не представляла как бы поступил в этой ситуации сам Мерриан. Но сейчас, в окружении жрущих, пьющих и смеющихся зрителей, не могла спокойно смотреть на это унижение.
Она наклонилась к камердинеру.
– Вставай Осбон, – Мари крепко взяла его за плечи и помогла подняться. – Вставай мой друг. Ты не для того служил мне столько лет, чтобы сейчас ползать по грязному полу.
Глаза камердинера увлажнились. Он хотел что-то сказать, но его перебили.
– Браво, лорд, – крикнул какой-то крупный детина в одежде простого люда. Такой лохматой копны волос причем при короткой стрижке, Мари ещё не видела. – Давай сюда. Садись к нам. А ну! Освободите место господину!!
– Не думаю, что это необходимо. – холодно отрезала Мари окинув собравшихся презрительным воистину королевским взглядом.
* * *
Станция перехода. Наш мир. 22 век.
– Отлично держится, – отметил один из техников станции следящий за качеством картинки. – Молодец девчонка. Прям как настоящий лорд.
Они очень долго отлаживали работу камеры, которая сейчас в форме заветной булавки с «ярким камешком» вела трансляцию из «Веселого павлина». Требовалось не только наладить связь между двумя смежными пространствами, но и получить устойчивую картинку. Используя принцип Энштейна-Розена и теорию Гиляровского команде исследователей удалось совершить невозможное и сейчас камера транслировала происходящее минуя временную разницу и порог сопряжённости пространств.
– Языковый барьер успешно преодолен, – отметил один из группы делая отметку в журнал.
Разумеется жители иномирья не болтали на русском. Не было там и других распространенных на Земле языков.
А был иновед. Специальный препарат, который активировал нужную часть мозга и человек мгновенно «вспоминал» иную речь.
Согласно гипотезе А. Кондрашевского (позднее благополучно подтверждённой), мозг младенца только потому обладает огромным лингвистическим потенциалом, что тот уже заложен в него генетически. Какую речь разбудишь в определённый возрастной период, на той и будет говорить человек. То же самое, касалось и смежных миров.
Когда-то ученые предположили, что в своей основе, сознание человека, независимо от уровня и развития общества, в котором он находится всегда содержит одни и те же языковые структуры. Причем различия можно не учитывать. Сознание одного и того же вида всегда будет идентичным независимо от различия миров.
Это было уже давно доказано. Только не все знают о таких исследованиях и изобретении специального препарата помогающего усвоить любую речь как родную.
Иновед сработал как часы.
Правда сроки его действия специалисты затруднялись определить. Кто-то уверял, что месяц. Другие склонялись к мысли о нескольких днях.
Девушка играющая роль юного лорда окинула презрительным взглядом наглого малого пригласившего ее за стол в компанию своих приятелей, и гордо отвернулась.
Петя, который как непосредственный участник проекта присутствовал в смотровой, хотел пояснить собравшимся, что Мари не играет. Она-то как раз ведет себя естественно. Такое поведение вполне обычно для неё. Как однажды, кто-то шутливо отметил, что эта девушка обладает «чересчур развитым чувством собственного достоинства.»
А как она смотрела на них с Иннокентием? Если бы Петр не знал Мари с детских лет, то решил бы что перед ними гордячка с раздутым самомнением.
Петр усмехнулся своим воспоминаниям и решил не посвящать остальных в мелкие детали. Пусть все думают, что Мари – гениальная актриса.
* * *
Между тем разговор на постоялом дворе иного мира еще не завершился.
– Эй! Что с тобой приятель? – детина пригласивший лорда к столу похоже изумился. – Не хочешь и поздороваться?
Но Мари не сочла нужным даже повернуться к говорившему.
Местный сброд, был слишком далек от дворца, ее задания и вообще служил лишь временным фоном на пути к заветной цели.
– Что за тип? – поинтересовалась она у камердинера.
– Мальчик мой, – начал слуга. – Дело в том, что…
Он замолчал, потому что дверь вновь распахнулась и в заведение «по приёму и кормлению граждан» с вошёл «гражданин» в одежде, которая вполне могла быть воинской формой в этом мире.
– Наверное это военный, – мысленно решила Мари. – Скорее всего. Если судить по серому одеянию, галунам и яркому шарфу, то…
Народ за столами слегка заскучал. Было видно, что появление господина с галунами не привело в восторг публику.
– Добрый сегодня вечерок, ребятки! – зычно провозгласило новое действующее лицо.
– Для кого как, – пробормотал один из приятелей детины, что приглашал Мари (т.е. лорда) к столу.
– Шел бы ты отсюда Каддис, – предложил ему лохматый. – Ничего тебе тут ловить. Тебя и твои уловки все уже давно знают.
– Прикуси свой язык, Фалько, – рявкнул Каддис. – Это ты на лавке свой зад отсиживаешь. Ишь, устроился как у мамаши на пирогах. Тупое ничтожество!! Настоящие мужчины сейчас грудью защищают твою страну. Чтобы ты мог спокойно жрать, трахаться и пить.
– Пойдёмте господин. – пролепетал Осбон касаясь одежды своего лорда и пытаясь увести того подальше от пришедшего. – Не нужно вам с ним общаться.
И хотя он говорил очень тихо, Каддис все же его расслышал.
– Добрый вечер, вам лорд. – он вежливо поклонился. – Не желаете ли послужить отечеству? Учитывая ваш титул вы могли бы стать личным оруженосцем одного из лучших воинов нашей доблестной армии.
– Не имею такого желания, – спокойно ответила ему Мари отворачиваясь и таким образом завершая разговор. Этот господин не имел никакого отношения к дракончикам, а следовательно дальнейшая беседа не представляла интерес.
К сожалению Каддис думал немного иначе.
– То есть как это – нет желания!! – он быстро подошел к Мари и встал напротив девушки оттеснив Осбона. – Это святой долг любого дворянина.
– Простите, пожалуйста господин, – низко кланяясь Осбон неожиданно встрял в беседу. – Но мой лорд уже получил назначение оруженосца. Он едет к принцу Антрейскому.
Камердинер торопливо зашарил в своих карманах и наконец вытащил слегка помятый лист бумаги с гербовой печатью принца.
– Сим полагается, – начал читать Каддис. – Прибытие… Ага. Вот видите тут написано третьего числа месяца. А сегодня какое? А? Я вас спрашиваю? Четвертое. Так? Так. Значит, что отсюда следует? Наш юный лорд не приступил к обязанностям оруженосца в обозначенное время. А следовательно, что это означает? Это значит, что он…
Мари надоела эта бестолковая беседа. Она хотела было вежливо объяснить причину отказа от воинской службы, но внезапно подумала, что в средневековье свои правила поведения. Да и кроме того, почему-то припомнились советы специалистов станции перед переходом.
А именно – дворянин проявляет вежливость только к высшим по рангу и своей ровне. С остальными – разговор короток.
– А ну, пошел вон, – ледяным тоном отрезала Мари обрывая запутанную и невыносимо длинную речь Каддиса.
В забегаловке мгновенно стихли все разговоры.
От возмущения Каддис словно увеличился в размерах. Он выпятил грудь и пошел на Мари.
– Да, что ты себе позволяешь! Мальчишка! Да я таких, как ты уму разуму учил еще когда ты в люльку ссал.
– Господин, господин, – бросился ему под ноги Осбон. – Будьте благородны!! Простите моего лорда. Он слишком юн, чтобы…
Не останавливаясь Каддис небрежно отшвырнул старика в сторону. Тот упал и проехался по заплеванному полу до ближайшего стола.
Из рассеченной при ударе губы обильно хлынула кровь.
Мари, которая и до этого испытывала немалое раздражение от того, что поездка затягивается, а ночевать прийдется в этом убогом месте, теперь ощутила настоящее бешенство. Проблемы проблемами, но пока же все шло как надо. Тихо, спокойно. По плану.
И тут, неизвестно из какой дыры, вылазит эта шваль и портит всю миссию.
Она выхватила меч, так быстро, как всегда, вынимала его на тренировках. Каддис ухмыльнулся и попытался просто перехватить ее руку. Но не успел.
Мари не собиралась убивать его. И приём, который ей как-то показал тренер, как вывести противника из строя, вспомнился сейчас ой, как кстати.
Спустя мгновение, грохнувшись от ловкой подсечки, вдобавок оглушённый рукоятью меча лорда, Каддис повторил маршрут Осбона. Правда скользил он в другую сторону по пути сбив пару лавок и снеся стол.
Мари удивилась увидев, как быстро окружающие уступили ему дорогу.
– Вот так. – веско сказала она, внезапно успокаиваясь и отправляя меч в ножны. – Индюк недоношенный.
За другим столом (не тем что упал, а стоящим поодаль) послышался смех. Хохотал лохматый.
Но веселье быстро сошло на нет, ибо дверь распахнулась и в небольшом помещении стало еще теснее. Доблестные воины сопровождавшие вербовщика на его нелегком пути прибыли на выручку своему господину. Одни сразу загородили выход. Другие бросились поднимать Каддиса.
– Их много, – подумала Мари, отступая к лестнице ведущей на второй этаж. – Их очень много. И мне не одолеть их всех. Неужели это все? Я так позорно провалила миссию. Но моей вины тут нет. Я не знала, что этот хмырь прицепится и… Что делать? Переговоры? Но думаю мира тут не получится. Нужны – деньги. Много денег. Либо покорно шагать за этим дуболомом Каддисом в действующую армию.
Она наблюдала как приближаются солдаты, пытаясь, разгадать что у них на уме.
– Прошу вас!!– весь в крови Осбон протиснулся вперед и загородил путь служивым. – Прошу вас…
– Надо возвращаться, – тоскливо подумала Мари, отчетливо осознавая, что после того, как «тело лорда» на глазах у всех растает в воздухе, ей уже будет проблематично вновь попасть сюда, в том же обличье.
После такого, ей уже не вернутся в этот мир.
Она нащупала на одежде кнопку перехода.
И тут же как молния пронзила внезапная мысль.
Дракончики!! Сейчас она исчезнет. И тогда никто не спасет, не увезет маленьких беспомощных дракончиков.
Они будут обречены!
Сердце Мари застучало яростно и возмущенно протестуя против минутной слабости.
В это мгновение она увидела, как один из свиты Каддиса выхватил кинжал и вонзил его в Осбона. Вонзил просто так. Потому что слуга стоял у него на пути.
По одежде старого слуги начало медленно расплываться красное пятно.
Нет! Это неправильно. Так, не должно быть. Не должно было происходить. Только не так.
Горло Мари стиснуло будто спазмами от горькой боли.
И уже без тени сомнений вновь выхватывая меч и заодно извлекая из ножен кинжал она не отводила взгляд мысленно готовясь к бою и просчитывая возможные движения.
– Бедная мама, – промелькнула где-то на задворках сознания случайная мысль.
– А ну, оставьте парнишку в покое!! – крикнул кто-то. – Он вообще не при чем!!
Лохматый удерживая небольшую дубинку как-то очень быстро оказался на столе, находящимся поблизости от вояк.
И все завертелось сразу. Какие-то люди бросились к воинам со своим подручным арсеналом.
А к Мари устремился один из солдат. Она ожидала именно этого. Ожидала начало своего главного сражения, до боли сжав рукоять меча лорда.
– За дракончиков!! – неожиданно для самой себя, закричала Мари бросаясь в отчаянную атаку.
* * *
Станция перехода. Наш мир. 22 век.
На станции царила легкая паника. Именно так можно было назвать ситуацию, когда одна часть персонала рвалась в бой, на помощь «юному лорду», а вторая, удерживала горячие головы от опрометчивых поступков.
Среди последних был и Иннокентий.
– Ну и где этот твой Егоний⁈ – орал Петр Иннокентию. – Почему не помог?
– Да вот же он, – вовремя встрял в разговор один из техников показывая на картинку. – Сбоку орудует. Одного от нашей девочки оттащил. Другого приложил. Да! Да! Еще! Так его! Так Егоний!
– Ну вот видите, – добавил Иннокентий не отрываясь от экрана и повторяя как заведённый. – Все под контролем. Все у нас в порядке. Все хорошо. Все нормально.
– Мочи гадов! – неожиданно яростно гаркнул он лохматому Фалько, который конечно же его не слышал, но в унисон с пожеланиями очень ловко орудовал своей дубинкой. Словно уж ускользал он от мечей и кинжалов, успевая, тем не менее, ломать кости особо настойчивым.
Про юного лорда, который по сути и был виновником всей кутерьмы солдаты уже забыли.
Мари отодвинулась к стене и теперь наблюдала за сражением со стороны. Тем не менее меч она держала наготове.
– Ну вот видите, – выдохнул Иннокентий торопливо выбрасывая пустую упаковку из-под сигарет в мусорное ведро. – Я же говорил, что все под контролем.
* * *
* * *
Глава 4
Письмо лорда
Только что, все было хорошо.
Всего-то и надо было – добраться до замка принца, забрать дракончиков и возвратиться в свой мир. И на этом коротком пути неожиданно стали происходить страшные вещи.
Откуда вообще взялся этот злополучный Каддис? Ведь в записке, которую оставил настоящий лорд было ясно написано, что разговор с вербовщиком уже состоялся и он записался в действующую армию. Тогда зачем Каддис явился вторично? Или до него на постоялый двор приходил другой наниматель?
Бедняга Осбон. Он не должен был погибнуть вот так, стоя на коленях перед мразью, уговаривая подонков не трогать лорда.
Но его убили.
Да и её скорее всего тоже отправили бы следом. Если бы не вмешались те парни, что оттянули всех солдат на себя…
Все что она успела – это удачно отразить пару ударов, а потом напавшего на нее воина отвлекли. Кажется – тот лохматый.
Она вспомнила, что никак не могла поверить в смерть камердинера.
После того, как все стихло, и мечи вернулись в ножны, а народ начал перевязывать раны, Мари изо всех сил старалась спасти жизнь старого слуги. Она требовала, чтобы ей помогли приподнять его, перевязала рану своим широким поясом, пыталась расслышать дыхание или хотя бы удары сердца.
– Да, мертвяк, он. – веско отмечали любопытствующие и сочувствующие окружившие юного лорда, который старательно и прилежно пытался оживить покойника.
– Точно. Чего его поднимать.
– Он сразу умер. Даже не почувствовал ничего.
– Нее. Легче ему уже не будет. Зря только пояс испачкали.
– Да, оставьте вы уже труп в покое лорд. Вы будто мертвых никогда не видели!
– Как вы можете? – возмущенно произнесла Мари прерывая свои жалкие попытки спасения. – За жизнь надо бороться! До конца. Пока остаётся надежда.
Выпрямившись она потерянно оглядела собравшихся. – Если бы тут была реанимация.
– Чево?
– Ученый лорд у нас. Какие диковинные слова знает.
– А чево он сказал-то?
– Не. Ему уже только некромант поможет, – заметил кто-то из сочувствующих.
– Похоже парень тронулся от горя.
Отпихнув остальных к Мари протиснулся Фалько с чашей какого-то местного пойла.
– Вот. Выпейте лорд. – приказал он протягивая ей свою бурду. – Сейчас это поможет.
Мари растерянно посмотрела на «экзотический» напиток и потом перевела взгляд на Фалько.
Еще недавно, она бы и разговаривать с ним не стала. Но сейчас…
Если бы он не вмешался вовремя, не оттянул всех солдат на себя и своих напарников, то возможно ее вояж уже закончился бы. Рядом с Осбоном. На окровавленном полу.
Фалько постоянно держался поблизости. Только благодаря его находчивости, отваге и благородству она осталась жива. Егоний тоже помогал, но он не успевал. Да и держался больше в стороне. А Фалько не боялся рисковать. Он появлялся в самые сложные моменты боя. И разумеется он заслуживал другого, гораздо лучшего отношения.
– Оставь себе, – вежливо с теплотой произнесла Мари отводя в сторону дружелюбную руку с чашей. И отстранив удивлённого Фалько, наряду со всеми сочувствующими она быстро направилась к одному из слуг убиравших обломки мебели.
– Проводи меня в комнату камердинера.
Слуга непонимающе уставился на нее.
– Так Осбона поселили в ту же комнату, что и вас, господин. Помочь с одеждой, принести завтрак и…
– Ну вот и проводи в мою комнату, – делая ударение на слове «мою», произнесла Мари, уже жалея, что не обратилась за этим к Егонию. Голова отказывалась мыслить логично. Торопливо она нашарила взглядом своего спутника.
– Пожалуйста посмотрите. В карманах моего камердинера был приказ принца Антрейского о назначении. Я не смогу его обыскивать.
Отдав распоряжение Егонию, она кивнула слуге и поднялась за ним на второй этаж.
Сейчас, сидя в одиночестве при неярком свете пары свечей, за небольшим деревянным столом она пыталась успокоиться и не торопясь обдумать случившееся. Хорошо, что она никого не убила. Хорошо, что сама осталась цела. Кроме Осбона погибли еще трое воинов из свиты Каддиса. Остальные получили небольшие ранения, как и их главный.
Мысли путались, мешались с картинками воспоминаний, а надо было идти дальше.
Да. Надо идти дальше. Лучше не задерживаться надолго на этом постоялом дворе.
* * *
Раны солдат Каддиса промыли чистой водой, наложили целебную мазь и перевязали. А потом вояк просто вышвырнули с постоялого двора, даже не собираясь выслушивать их объяснения напоследок.
– Ты бандит, Фалько, – обратился к лохматому Каддис, пока служивые делали перевязку своему начальству. Ранения были несерьёзными. Кинжал, которым позже разжился Фалько, лишь разорвал одежду Каддиса и оставил на вербовщике пару неглубоких, но болезненных порезов.
– Бандит и мошенник. И теперь ты от меня так просто не отцепишься. Твое место – на передовой, в действующей армии, либо в петле виселицы.
– А ты добряк, Каддис, – ухмыльнулся Фалько. – Смотри. Не валяться бы тебе с перерезанной глоткой, где-нибудь на мостовой заместо этого бедолаги Осбона. Ну скажи мне, за что твои доблестные воины прикончили несчастного? А?
– Это была оплошность, – недовольно засопел Каддис. – Ребята подумали, что на меня напали и вели себя так как обязывал их долг воина и охранника.
– Кто напал? Этот несчастный старик? – один из напарников Фалько помогавший убирать обломки мебели повернулся к Каддису. – Ну и ублюдок же ты.
– Да, парень просто ошибся, – без тени смущения тут же заявил вербовщик. – И армия непременно судила бы виновного в соответствии с порядком и уставом, но вы!! Вы сами не дали это сделать, отправив несчастного на тот свет раньше, чем он предстал перед справедливым судом.
– Каддис и сам не верит в то, что говорит. – заметил другой из защитников юного лорда. Сейчас он брезгливо поднял с пола чьё-то отрезанное ухо и размышлял выбросить его на помойку или же оставить на память пострадавшему.
После минутного обдумывания, он вздохнул и ухо все же полетело в бак с отбросами.
– Слушай, Йен. – успел заметить его манипуляции хозяин. – Убери эту гадость из моего бака. Ишь шустрый какой. Мы в нем свиньям корм собираем.
– Ааа. Так это того. Тоже как бы мясо, – не растерялся оплошавший парень. – Сытнее будет.
Лицо хозяина медленно наливалось красным. Откуда-то в руках появилась огромная, смахивающая на дубину поварёшка.
– Все. Все. Уже иду, – Йен быстро приблизился к баку. – Тааак. Что тут у нас? Это —лук. Вид у него того. Не очень. А тут? Ага. Обрезки репы, кусок моркови, листья салата. Слушай, хорошая закуска для хряка! А это что? Хлеб!! Фил, ты выбросил корку хлеба! Как ты мог, а?
Подавальщицы убирающие разбросанную посуду и остатки блюд захихикали.
Сбоку к балагуру приблизилась на опасное расстояние поварёшка, за которой маячило разгневанное лицо хозяина.
– Все. Все. Фил ты только не волнуйся. Вот, то что ты так искал! – почти незаметным жестом фокусника весельчак быстро извлек неприятный предмет и осторожно удерживая его двумя пальцами отправился на улицу.
– Проследи, чтобы он закопал эту дрянь. – кивнул хозяин слуге. – А то скормит ненароком моим хрюшкам.
Между тем, упирающегося Каддиса, Фалько с напарником уже тащили по направлению к дверям.
– Ничего. Я запомню это Фалько. – орал тот. – Теперь ты уже не отвертишься от службы.
– Не понимаю, о чем ты. – Фалько напоследок ухватил крикуна за шиворот готовый уже спустить того со ступенек входа.– Я конюх его высочества принца Антрейского. Вся моя жизнь принадлежит лишь ему и никому более. Так что заткни свою вонючую пасть и ступай отсюда.
Он сделал знак напарнику и Каддис ругаясь во всю глотку полетел в придорожную пыль. Дверь захлопнулась и очередные бранные пожелания вояки остались лишь для любопытствующей улицы.
Внутри зала, тело Осбона перенесли на лавку, смыли немного кровь и Егоний осмотрел одежду несчастного.
Он достал из карманов камердинера все нехитрые, но бережно сохраняемые «сокровища». Тут были бумаги, горсть монет приготовленная на оплату постоя, связка ключей, вышитый платок и очень маленькая деревянная статуэтка коня похожая на старую детскую игрушку.
– Вот и окончил свой путь бедолага, – произнес кто-то из сочувствующих окруживших покойника. Эти слова прервали непродолжительную, уважительную тишину царившую во время извлечения всех мелочей из одежды Осбона. И тут уж заговорили все разом.
– И как это лорд не понял, что его слуга мертв.
– Может трупов до этого не видел?
– Да, брось. Кто у нас их не видел? Разве, что младенец какой. В окружении нянек.
– Я и говорю. Странный он какой-то стал. То был крикливым, истерики устраивал по любому поводу.
– Да. И Осбону бывало перепадало. Даже ногами его бил.
– Ну это он пьяный был, – вступился Фалько. – Он тогда на брудершафт пытался со мной пить. Ну и не рассчитал малость.
– Да. Выпить он любит, – согласился Йен, который уже закончил все дела и подошёл к собравшимся. – Да и трусоват малость. Не думал я, что он сможет так приложить нашего Каддиса. Странно все это. В драку полез один против всех и не струсил. А из-за слуги, которого унижал как мог, чуть не рехнулся. Странно.
Все замолчали.
– Что же тут странного, – внезапно вмешался в разговор Егоний. – Парень повзрослел. Один остался. И вел он себя достойно.
Вокруг все покивали соглашаясь.
– Ты вот что. – обернулся Егоний к Фалько. – Отнеси молодому лорду все что нашли в карманах его камердинера. Пусть распорядится на своё усмотрение. Йен подготовь нужное для похорон. А я молитву прочитаю над телом.
* * *
Мари постепенно приходила в себя. Картины недавнего боя уже не так настойчиво маячили перед глазами. Она попыталась вытащить кошель с монетами, который ей вручили на станции. Но одежда была еще не столь привычна, да и сотрудники упаковали деньги так надежно, что пришлось снимать камзол. Булавка с камнем оказалась прикрытой тяжелой тканью, но Мари не обратила на это внимание.
Как же ей оказывается тяжело было в этом допотопном «убогом сюртуке» с кучей ненужных наворотов. Если бы можно было остаток пути ехать в рубахе, которая, кстати, была не обычной, а тоже специальной одеждой. Она отлично маскировала выпуклости женского тела и делала фигуру самозванки – юношеской, мужской.
И только избавившись от камзола, ей удалось, наконец, достать искомое.
– Наверное, этого хватит на похороны Осбона, – обдумывала Мари разглядывая содержимое кошеля. – Или нет? Интересно, были ли у лорда наличные? И сколько?
В дверь громко постучали и створка сразу распахнулась пропуская Фалько.
Вместе с ним в комнату ворвался запах крепкого мужского пота и легкого перегара.
– Вот, все что было у камердинера в карманах, – лохматый положил на стол бумаги, небольшую кучку серебрянных монет и остальные мелкие предметы несчастного Осбона.
– Монеты возьмите себе. – произнесла Мари торопливо припоминая все что ей известно о проводах покойника в этом мире. – Сколько надо, чтобы совершить все правильно, провожая усопшего?
Фалько удивлённо посмотрел на неё. – Да, ничего не надо, лорд. Парни уже собрали все. Вы б на бумаги глянули. И если там что важное, то уберите подальше. Пригодятся, когда к его высочеству прибудете.
Мари развернула аккуратно сложенный первый лист. Это было направление на службу к Его Высочеству.
Лорд действительно должен был прибыть еще вчера.
Второй листок, порядком потрёпанный и затертый – письмо Мерриана, которое он настрочил перед своим побегом.
Машинально она прочитала и его.
– А что, Каддис или другие вербовщики сюда часто заезжают? – неожиданно спросила Мари поднимая свой взгляд на Фалько.
Почему-то парень растерялся. Не от самого вопроса, а словно от чего-то другого. Он очень странно смотрел на неё.
