Текст книги "Дневник. Начало (СИ)"
Автор книги: shellina
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)
Однажды, по секрету, Малфой мне рассказал, что творилось после той ночи незабываемой, но всеми забытой, когда своих верный слуг Риддл нашел голыми на поляне, вперемешку с голыми же аврорами. А мы с ним оказались в таком фаворе потому, что нас там в этот момент не было.
Я тогда попросил Люциуса рассказать поподробнее, что же потом произошло и что сказал об этом Лорд, а в обмен я показал ему то, что было до того как.
Малфой тогда спросил:
– А нецензурную лексику оставить?
– Постарайся опустить.
– Он промолчал.
– И долго он молчал?
– Часа три. Из его молчания стало ясно, что нашел он эту компрометирующую картину вместе с Аластором Грюмом. Они ничего друг другу не сделали, только, злобно зыркнув на оппонента, принялись рассортировывать своих людей. Судя по тому виду, в котором находились наши, сортировали ориентируясь исключительно по наличию Метки.
– Так, постой, а почему я при этом молчании не присутствовал?
– Так тебя и не вызывали. Меня, собственно, тоже, однако дело происходило в моем доме, так что я стал невольным свидетелем данного интима.
– Ты что, подслушивал?
– Конечно же нет. Я караулил возле двери, чтобы никто Лорду не помешал. Я же не виноват, что двери такие тонкие.
– А Лорд тебя об этом просил?
– Я преданнейший слуга Темного Лорда. Ему не надо просить меня о подобных мелочах. Кстати, он немного применил легилименцию. Поздравляю. Твоя авада его впечатлила. Он даже тебя в пример ставил. Правда, он понял, что ты начал кидаться непростительными в тот момент, когда прибыли авроры, и, поняв, что превосходство на их стороне, ретировался. Я был вместе с тобой.
Что-то я подобного в собственных воспоминаниях не видел. Ну да Мерлин с ним.
– А где твой прекрасный друг, кстати?
– Северус, не начинай. Я понятия не имею, о ком ты говоришь! Сколько можно об одном и том же, тебе не надоедает?
Я немного подумал, а потом ехидно произнес:
– Нет.
И под ругань Малфоя со смехом аппарировал.
Моя семейная жизнь, если можно ее так назвать, как-то не задалась.
Фрай, как я и предполагал, ничего не помнила о нашей свадьбе. Потом, когда она пришла в себя и перестала швыряться в меня посудой, мы пришли к выводу, что ей нужно все обдумать. Из всего моего состояния она забрала только ключи от квартиры в Лондоне. В сейфы, судя по отчетам Грипкуфа, она не заглядывала ни разу. Вообще, по настоянию Алекса, наш брак держался в строжайшей тайне. И все из-за моей Пожирательской деятельности.
Нет, наличие у меня супруги не расстроило бы никого, ну, разве что Эйвери, но жена – магглорожденная у одного из преданнейших и любимых слуг Волдеморта, выглядела бы, мягко говоря, странно. Узы, которыми связал нас пьяный Аберфорд, были нерушимыми и полностью попадали под категорию « пока смерть не разлучит нас», поэтому и мне и моей жене необходимо было смириться с этим положением вещей. Так как мы работали вместе и часто сталкивались в Отделе Тайн, я решил немного поухаживать за Фрай. В конце концов, я не монах и у меня тоже есть определенные желания, а измена – это не для меня. Это подло по отношению к женщине, которая невольно оказалась со мной связана. Так что у нас теперь конфетно-цветочный период, то, что он происходит непосредственно после женитьбы, меня не сильно волнует. Я часто остаюсь ночевать у Фрай, но до полноценной семейной жизни дело пока не дошло. Я после Лили боюсь повторения. Чего боится Фрай я не знаю, но она не настаивает на моем постоянном пребывании на своей территории. Не знаю, чем все это кончится, но я постепенно начинаю привыкать к ней. Нет, я не люблю ее, но она уже мне небезразлична. Порву любого, кто посмеет косо на нее взглянуть. А может, это и есть любовь?
Кстати, маме Фрай понравилась. И сейчас, когда она наконец-то смогла пересилить себя и начала выбираться в Британию ненадолго, то почти все время мои женщины проводят вместе. Вот и сейчас им совершенно не до меня.
А вот Лили совсем охренела. Не понимаю, что она пыталась этим добиться, но прислать мне приглашение на ее свадьбу с Поттером, приложив к нему колдографию, где она кружится с этим оленем под падающими листьями – это уже слишком. Она что, рассчитывала на поздравления? Я ей и так дом подарил. Первым моим желанием было порвать колдографию, но потом я довольно долго её рассматривал и решил сохранить на память. Потому что Поттер выглядел как-то не очень. Трудно поверить, что этому парнишке нет еще и двадцати. Начинаю задумываться, может мне фантастически повезло, что мы с Лили расстались?
Альбус сходил-таки на свадьбу. Потом зачем-то мне рассказал о ней в подробностях. Со слов крестного, там было весело, однако, родственников со стороны невесты на свадьбе не было, как и родителей жениха. Видимо, никто эту свадьбу не одобрял.
Ну поженились и поженились, мне то что? У меня своя семья сейчас есть, отношения в которой меня волнуют гораздо больше.
9 января 1980 года, в мой День Рождения, мы решили организовать небольшие посиделки тесной компанией в «Кабаньей голове». Мои женщины укатили во Францию еще утром, наскоро поздравив меня, так что собралась чисто мужская компания.
Альбус решил совместить приятное с полезным, назначив на это время собеседование с потенциальной преподавательницей прорицания. Его долго не было, за столом уже пошли похабные шутки на тему, как именно проводится собеседование на должность преподавателя в Хогвартс. Я решил его поторопить и поднялся наверх. Подойдя к двери, за которой они о чем-то беседовали, я услышал замогильный голос.
«Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда...рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца...»
Окончания я не услышал, потому как ко мне подошел уже изрядно поддавший Аберфорд и попытался утащить меня вниз. В это время Альбус открыл дверь, чтобы посмотреть, что это за шум раздается в коридоре. Так получилось, что благодаря манипуляциям этих двух братцев, я буквально ввалился в комнату и увидел женщину, которая озиралась по сторонам. Она была похожа на большую блестящую стрекозу. Трелони была очень худа, толстые стекла очков многократно увеличивали и без того огромные глаза, на плечах газовая, в серебряных блестках, шаль. С тонкой шеи свисали бесчисленные цепочки и ожерелья, пальцы и запястья были украшены перстнями и браслетами. У меня зарябило в глазах. Альбус как-то мне говорил, что хочет упразднить этот бессмысленный предмет. Сейчас самый подходящий момент, чтобы это сделать. Однако Альбус выволок меня за шиворот в коридор и приказал не терпящим возражений голосом:
– Северус, позови Милтона и подождите меня в соседней комнате.
Спустившись вниз, я махнул вечно трезвому, несмотря на то, сколько он выпьет, Алексу и поднялся обратно наверх.
Спустя какое-то время компанию нам составил Альбус, который радостно заявил с порога:
– Ребята, у нас проблемы!
– И?
– Только что было произнесено пророчество, касающееся нашего дорогого Тома. Я его сейчас озвучу, чтобы потом не повторяться. «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца... и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца...»
– И в чем ты тут видишь проблему?
– Ну так, пророчество ведь, – недоумевающее смотрел на меня Альбус. – Оно же истинное.
– Ну и что? Оно относится к классу тех пророчеств, которые начинаются сбываться только тогда, когда их начинают исполнять. Можешь засунуть его… куда подальше, и никому не показывать. Пускай это останется простым набором слов.
– Оно же автоматически появляется в Министерстве, – перебил меня Алекс.
– И где же оно появилось? Не у тебя ли в отделе, случайно? Я и не знал, что ты настолько пунктуален, чтобы просматривать все новые пророчества, как только они произнесутся. Я однажды заходил в этот зал и видел, что там этих шариков миллионы. Заняло свое место и заняло. Никто его просто так не найдет, если не будет искать целенаправленно.
– Ладно, давай пока оставим эту тему на недельку. Оценю все возможные расклады. Посмотрю, сколько женщин должны родить в июле, а там подумаем, что будем делать дальше. А теперь пошли праздновать. Юбилей как-никак.
И вот сегодня мы собрались этим же составом: я, Алекс и крестный в кабинете Альбуса в Хогвартсе.
Начал разговор Милтон:
– Альбус, прежде чем я перейду к главному, я хочу задать тебе один вопрос, маленький такой вопросик. Какого Мерлина ты творишь? Что еще за Орден Феникса? Твои детки, которые в детстве в войнушку не наигрались, уже сорвали нам три четко спланированные операции. Три, Альбус! Это все ведет к совершенно ненужным жертвам! Только благодаря Северусу мне удалось вытащить этих идиотов из пекла. Благодари своего крестника, что никто из этого стада баранов не погиб!
– Алекс! Только благодаря созданию Ордена мне хоть как-то удается держать молодежь, хоть как-то! Если бы не Орден, то сорванных операций было бы не три, а тридцать три! И я глубоко сомневаюсь, что хоть кто-то из них на сегодняшний момент остался бы жив. А так мне удалось разбавить воинствующих мстителей несколькими авторитетными личностями: Аластор Грюм и Кингсли Шеклболт, к примеру. Они держат их в ежовых рукавицах. Если бы вы делились хоть крохами информации, то я бы смог удержать ребят от опрометчивых поступков.
– Ладно, Северус, информируй Альбуса о проведении каких нибудь незначительных рейдов, где стопроцентно не будет ни самого Лорда, ни Ближнего Круга.
– Обкатка молодняка и проверка их на лояльность подойдет? Только совсем уж легкой прогулки для вашего Ордена я не обещаю, там всегда присутствует кто-нибудь из Ближнего Круга. Чаще всего это Эйвери, иногда Долохов. Ну, я надеюсь всей дружной толпой вы справитесь. Да, я не буду возражать, если кто-то из этих отморозков однажды пострадает, возможно даже смертельно.
– Так, с этим разобрались, переходим к главной теме сегодняшних посиделок. Пророчество. Северус, дай нам краткую характеристику на Волдеморта.
– Алекс, ты меня достал. Я на тебя уже тонну пергамента перевел. Сколько можно разных отчетов писать?
– Сев, Темные Лорды приходят и уходят, а отчетность вечна.
– Что-то я не помню, чтобы аврорат тебе хоть раз вовремя предоставлял отчеты.
– Сев, о чем ты говоришь? Ты когда нибудь видел пишущего аврора? Вот и я нет. Я вообще думаю, что всю отчетность ведет Аластор. То-то я гляжу, он вечно чем-то недоволен. Так что давай, поведай о своих наблюдениях теперь в устной форме и нам обоим.
Я ненадолго задумался, и принялся описывать Лорда, учитывая мои наблюдения и собственные соображения на его счет.
– Итак, описание внешности можно пропустить. Все здесь присутствующие прекрасно знают, как Лорд выглядит. Начну пожалуй с личностных характеристик. Вертикаль власти в организации Пожирателей Смерти основана на диктате. И как любой диктатор, Волдеморт страдает паранойей и склонностью к мистицизму. Также, я думаю, присутствует мания величия. Любое совершаемое им действие обязательно должно быть произведено в присутствии большого количества людей и обставлено как можно более театрально. Но есть несколько моментов, при которых Лорд пытается остаться в одиночестве, это как правило связано с его паранойей и боязнью за собственную жизнь. В последнее время он частенько заводит разговор о собственном бессмертии, что дает право думать о уже произведенных шагах им в данном направлении. Изменившееся в последнее время поведение: склонность к истерии, некоторые неадекватные поступки, проявляющиеся время от времени достаточно дерганные жесты, хотя обычно каждый его жест выверен и отточен до совершенства и, наконец, окончательно покрасневшие глаза. Это приводит к выводам, что этот…э…небольшого ума человек состряпал себе крестраж, ну или крестражи.
– Это вполне логично, Том всегда был отчаянным юношей. Сколько по твоему у него крестражей?
Мы все ненадолго задумались, потом как-то одновременно выдали:
– Семь!
– Чтобы разобраться в этом вопросе и определить местонахождение всех игрушек, нам нужно время. И желательно на это время отвлечь внимание Волдеморта от всего, за исключением одной вещи, Пророчество.
– Я так понимаю, что передавать Пророчество придется мне?
– Сев, ну не мне же, – хор из двух голосов был на редкость слаженным. Хоть в чем-то они действовали согласовано.
– Тебе придется не только передать Пророчество, но и взрастить паранойю Лорда, холить ее и лелеять, в нужный момент удобрять, чтобы она ни в коем случае не завяла без твоей неустанной заботы.
– Лорд все-таки не идиот, зачем он кинется исполнять такое противоречивое Пророчество?
– Так ему и не нужно знать его полностью. Расскажи ему ту часть, которую непосредственно слышал и пусть интерпретирует его, как ему угодно.
– Алекс, ты нашел женщин подпадающих под Пророчество?
– Обижаешь, конечно, нашел. Их, собственно, три.»
– Подождите, как три? Ведь всегда говорилось только о двух семьях.
– Грейнджер, если ты дашь Уизли продолжить, то мы скоро узнаем, кто третий потенциальный избранный.
«– Первая, самая вероятная кандидатура, полностью подходящая под исполнение пророчества – Нарцисса Малфой. Древнейший род, ребенок родится далеко не слабым магом. И одно то, что Люциус познакомил Лорда с тобой, можно считать за неслабый такой вызов, так же как и то, что сама Нарцисса все еще продолжает вертеть хвостом, отказываясь принимать Метку. И то, что Лорд, фактически, поселился в их доме, должно провоцировать хозяев на небольшие оплошности, которые сам Лорд, вполне может принять за бунт. Так что нерожденный наследник Малфоя и есть истинный Избранный. При любом другом раскладе, Избранного придется создавать нам самим.
Я не знал, что Нарси должна родить в конце июля, хотя то, что Малфои ждут ребенка тайной не было. Меня уже даже подписали на роль крестного, но после всего этого я откажусь, потому, что Нарциссу я Лорду не отдам. Небольшой несчастный случай, вовремя подставленная подножка и ребенок родится, ну скажем, в начале июня.
– Вторая кандидатура – Алиса Лонгботтом*. Практически то же самое, кроме приближенности к Лорду. Лонгботтомы очень сильные волшебники. Алиса очень умненькая девочка. Семья Фрэнка – без комментариев.
И наконец третья кандидатура – Лили Поттер. Ну что тут сказать. Ничего кроме того, что ребенок должен будет родиться в конце июля не указывает на соответствие условиям Пророчества. Тебе решать, Северус.
Я подошел к окну. Какая все-таки омерзительная нынче зима. Дождь со снегом даже здесь, в Шотландии. Я смотрел на подтеки воды на стекле. Еще ни разу от моего решения не зависело так много. Нарси я не отдам, это не обсуждается. Алиса, я ее совсем не знаю. Симпатичная, умная девчонка. Непредсказуемая, эта будет драться до конца. Да и Августу не стоит сбрасывать со счетов. Но я не смогу их подставить под удар, просто не смогу.
Другой вопрос, а смогу ли я подставить Лили? Да, смогу. Именно тобой, моя бывшая почти жена, я могу пожертвовать. Надеюсь только, до этого не дойдет.
– Это будут Поттеры.
– Почему? То, что ты Нарциссу не подведешь под Пророчество – очевидно. Не знаю уж как ты это сделаешь и знать не хочу. Самой вероятной кандидатурой являются Лонгботтомы. Я неплохо знаю Августу, она не будет прятаться от опасности, всё будет сделано как надо, и риск будет минимален.
– Вы исключаете чисто человеческий фактор. Тем более, что если Лорд будет выбирать между Поттерами и Логботтомами, он все равно выберет Поттеров. Лорд будет интерпретировать Пророчество так, как ему нравится. А он питает определенную слабость к полукровкам. Да и к Августе он пойдет в самую последнюю очередь. Альбус напомни мне, они ведь когда-то учились вместе, я не ошибаюсь? А не от нее ли он прятался в туалете, в котором впоследствии погибла Миртл? Думаю, что Лорд пока не готов встретиться с Августой лицом к лицу. Так что, это будут Поттеры.
– Что требуется от меня? – Деловито спросил Альбус.
– Я думаю, что не стоит облегчать Волдеморту жизнь. Позаботься, чтобы Поттеры хотя бы Фиделиус на дом наложили. Да, и предупреди Августу на всякий случай.
– У меня есть одно условие. Я оставляю за собой право предупредить Поттеров.
– Сев, они и так будут предупреждены.
– Я имею в виду, что предупрежу их накануне акции. Возможно даже наложу защиту на их ребенка.
– Северус, ты считаешь, что это разумно?
– Нет, я считаю, что это далеко не разумно, но или вы соглашаетесь на мои условия, или сделка отменяется.
– Делай, что хочешь. И начинай готовиться уже сейчас.
– Как я объясню Лорду, что я делал в «Кабаньей голове», когда было произнесено пророчество?
– Как это что? Выполняя задание Лорда, ты пришел на собеседование с директором Дамблдором, чтобы устроиться в Хогвартс на работу.
– Какое задание Лорда?
– А это уже неважно. Ты все равно мне отказал. Я же подслушал Пророчество и побежал докладывать его Лорду. И нет мне доверия! Ай-ай-ай!»
Пока сидевшие в зале люди переваривали новость о том, что Драко Малфой мог стать Избранным, Перси перевернул страницу и принялся читать дальше.
Лонгботоммы – это Долгопупсы. Принципиально не буду использовать перевод имен, извиняйте, если что.
====== Глава 40 “Прикладное акушерство” ======
«3 ноября 1981 года.
Что ты наделала, Лили? Что же ты наделала? Зачем? Я никогда не понимал причин твоих поступков. И вот сейчас я сижу в своем поместье и пытаюсь мысли привести в порядок. А на моей кровати спит годовалый черноволосый человечек со странным шрамом в виде молнии на лбу.
Убедить Волдеморта в том, что пророчество истинное не составило труда. Он безоговорочно поверил в то, что Пророчество было произнесено в конце июня 1980 года. И в то, что меня вышвырнули из кабака, не дав дослушать его до конца. И в то, что оно истинное. Точнее, Лорд даже не задал себе никаких вопросов, просто поверил в него и все.
Самой разумной мыслью было бы: а не проверить ли мне, чего это Северус наплел.
Но в Отдел Тайн его бы не пустили. А связываться с невыразимцами не хотел никто, будь он хоть трижды Темным Лордом. Почему-то они (невыразимцы, то есть) не вмешиваются в творящиеся вокруг дела и на том им огромное спасибо.
Здесь играет свою роль, в самую первую очередь, завеса тайны над Отделом. Если ты не знаешь, даже приблизительно, кто в этом самом отделе вообще работает, да и чем собственно отдел занимается, то и оценить противника ты не можешь. А значит, не делай резких телодвижений и даже не смотри в ту сторону. Алекс мне рассказал достаточно исторических страшилок на тему Отдела Тайн.
Никогда, ни в одном перевороте, никто даже не пытался нападать на Отдел. Это совсем нужно без мозгов быть, чтобы решиться на подобный шаг.
Все заговоры, свары и другие игры аристократов проводились всегда с оглядкой на Отдел. По-умолчанию считалось, что если все идет достаточно гладко, и никто из твоих союзников не умирает в страшных конвульсиях от неизвестного яда или проклятья, то Отделу или все равно, или невыразимцы одобряют твои действия. То, что сами невыразимцы могут извлекать свою выгоду из этих ситуаций и даже немного направлять заговорщиков, никого, кроме этих незримых работников меча и магии, не касалось. Милтон однажды поведал мне страшную тайну о том, что Отдел был всегда, только во времена Империи это была Собственная Служба Безопасности императоров. Место в Министерстве, занимаемое самим Отделом самое древнее, а, собственно, само Министерство было выстроено вокруг этих помещений. Но это все лирика.
Вот убедить Волдеморта, что ему нужно сосредоточиться исключительно на Поттерах, было совсем не просто. Он долгое время колебался и даже склонялся больше в сторону Лонгботтомов. Но когда Лили родила мальчика на день позже, чем Алиса, Лорд окончательно убедился в том, что Избранный – Гарри Поттер.
Тут мне пришлось немного подогреть Лорда, даже поунижаться перед ним. Причем публично, то есть в присутствии всего Ближнего Круга. Ничего другого мне в голову не пришло, как вымаливать у него жизнь Лили. Почти все знали, что в школе у нас был роман, так что, наверное, Пожиратели думали, что старая страсть не затухает. Я делал это настолько убедительно, что кажется перестарался. Лорд даже пытался мне каких-то аристократочек подсунуть. Но я был тверд в своем идиотизме. Мне даже показалось, что многие были буквально зазомбированы: убить сына, не убивать мать, или наоборот? В общем, когда я понял, что скоро сам окончательно запутаюсь, я от него отстал.
Почему я передал пророчество так поздно? Все просто. Мы с Малфоями рожали сына. Нет-нет, это не описка. Я же не думал, что она сразу начнет рожать. Но обо всем по-порядку.
Мы с Милтоном обсудили варианты, как сделать так, чтобы Нарцисса родила раньше и пришли к выводу, что это должен быть несчастный случай. Что за случай может быть несчастнее полета с лестницы?
Итак, 5 июня 1980 года для меня ничего не предвещало беды. В начале все пошло как было запланировано. Вот Цисси, одетая во что-то белое и воздушное заносит ногу, чтобы спуститься вниз к обеду. Вот Люциус галантно ждет свою супругу у подножья лестницы. Вот я, идущий сзади накладываю невербальное заклятие. Небольшой уплотненный сгусток воздуха по пути следования будущей матери и...
Никто так и не понял, что произошло дальше. Нарцисса не издала ни звука, пока катилась с лестницы, только пыталась прикрыть живот руками. Она свалилась прямо под ноги застывшему Малфою. Он поднял безумный взгляд на меня и, прошептав: «Северус, у нее все платье в крови», рухнул рядом с женой. Скотина! На его месте должен был быть я!
Аппарировав с лестницы перед супружеской парой, так как передвигать ногами со страху я не мог, я сначала долгую секунду раздумывал, к кому бежать в первую очередь. Потом, решив, что беременная женщина как-то важнее, я подхватил Нарциссу на руки и бросился к камину, чтобы переместиться в Мунго. В этот момент она застонала, и по моим рукам потекла какая-то светлая жидкость, вперемешку с кровью, и ее количество заставило меня заподозрить, что что-то идет не так.
Аккуратно положив Нарциссу на ковер перед камином, я кинулся к нему, бросил в огонь горсть летучего пороха и зачем-то связался с мамой.»
– Малфой, всех обычно роняют после рождения, а тебя до, – попытался сострить Рон.
– Ну тебя-то, Уизли, похоже роняли по правилам: после рождения и не один раз, – растягивая слова произнес Драко.
– Да прекратите вы уже перепираться! – возмущенно вскрикнула Гермиона. – Перси, что застыл, читай давай!
«Как только мама появилась в поле зрения, я сразу начал паниковать.
– Мама, Нарциссе плохо! – заскулил я.
– Что случилось? – недоуменно приподняла бровь мама.
– Она упала с лестницы, из нее вытекло много какой-то жидкости… кровь…она стонет постоянно, мама, что делать?!
– Подожди я сейчас, – она потянулась к полке, – Мерлин, порох кончился. Эйви, быстро мне сюда порох! Сев, сними с нее всю одежду и отправь кого-нибудь за чистыми простынями и теплой водой!
– Как раздеть?!
– Руками! Если ты палочкой пользоваться разучился.
Вынырнув из камина, я зачем-то отключил связь. Взмах палочкой, и Нарцисса осталась обнаженной. Я с ужасом заметил, что живот начал как-то странно сокращаться, и во время этих сокращений Нарси начинала беспокойно себя вести. Она была в полубессознательном состоянии и, скорее всего, не до конца понимала, что с ней происходит. Рядом с ней лежали простыни, и стоял тазик с водой, из которого валил пар. Похоже эльфы знали, что нужно делать намного лучше меня. Я снова побежал к камину, бросил в него порох и позвал маму.
– Я не знаю что делать дальше! У нее живот как-то странно сокращается!
– В смысле сокращается! Он не должен сокращаться! Так, согни ее ноги в коленях и разведи их в сторону. Посмотри, что происходит в промежности.
Я выполнил то, что она говорила. Когда я увидел, что между ее ног появилась белобрысая макушка, я чуть не прилег рядом с Люциусом. Вот тварь, он так и продолжал труп из себя изображать!
Взяв себя в руки (относительно), я побежал обратно к камину и сунул голову в огонь:
– Там похоже макушка...
– Слишком рано! Северус, ты уверен?!
– Мама, я уже ни в чем не уверен! Но что-то округлое с белобрысыми волосиками не может быть чем-то другим!
– Северус, главное теперь не мешай ребенку. Он сам знает, что ему делать. Когда он родится до пуповины, ты должен будешь его вытащить. Ты подстелил под нее чистую простынь?
– А? Что? Сейчас, – я уже вынырнул из камина, когда до меня донеслись крики матери:
– Только не отключай камин!
Я безумными глазами посмотрел на камин и… отключил связь.
Подбежав к Нарциссе, я аккуратно подсунул под нее простынь. И стал ждать. Вот родилась полностью головка. Странная головка. Вытянутая какая-то. Это точно человек? Я невольно посмотрел на Люциуса, сравнивая. Эта скотина даже не пошевелилась! Тут меня снова бросило в пот: головка начала куда-то поворачиваться. Я опять побежал к камину и бросил порох в огонь. Мама стояла напротив и что-то капала себе из флакона в стакан.
– Мама, зачем он вертит головой?!
– Северус, я же сказала: не мешай! Он знает, что делать! Твоя задача: не дать ему упасть и вытащить, когда он родится до пуповины, слышишь?! Не отключай этот Мерлинов камин!
Я кивнул и отключился.
Когда я приполз обратно, показалась уже одна ручка. В это время ребенок как бы оперся на плечико и начал сгибаться. Я зачем-то протянул к нему руки, но, вовремя вспомнив вопли матери, быстро их убрал. Ребенок вытащил вторую ручку. Через некоторое время показалась пульсирующая пуповина. Дрожащими руками я захватил крошечное тельце и легонько потянул. Ничего не произошло. Я потянул сильнее и ребенок оказался у меня в руках полностью.
В какой-то книге я читал, что новорожденного ребенка кладут на живот матери. Быстренько положив причину моего полуобморочного состояния Нарциссе на живот, я вскочил и побежал к камину.
Бросив в огонь горсть пороха, я нырнул в него. Мать стояла возле камина и что-то пила уже прямо из флакона.
– Мама, что с пуповиной делать?
– Ничего с ней не делать! Займись сперва ребенком! Обмотай указательный палец мокрой чистой тканью и залезь ребенку в ротик и хорошо там все протри! Затем возьми тоненькую палочку, обмотай ее мокрой чистой тканью и протри так же носик. Каждую ноздрю. Изнутри. Он сейчас кричит?
– Нет.
– Тогда какого ты стоишь?! Бегом, возьми его за ножки и переверни, он должен закричать! И освободи мне камин, я скоро буду.
Я вынырнул из камина и подбежал к ребенку. Схватил его за ножки и перевернул вверх ногами. Крошечное тельце содрогнулось и тут произошло одновременно три вещи: ребенок закричал, из камина шагнула мама, и Цисси открыла глаза.
Мама быстро отобрала у меня ребенка, а я на негнущихся ногах подошел к Малфою чтобы посмотреть, что с ним. Нагнувшись над Люциусом, я уже не смог больше выпрямиться. Потому что потерял сознание...»
– Мужчина может убить, спасти, защитить, он может лгать и предавать. Играть свою роль до конца, рисковать собой, иногда другими. Но почему-то девяносто девять процентов мужчин, увидев рожающую женщину, что является очень естественным процессом, лишаются чувств. Один процент я отдаю мужчинам-колдомедикам, – задумчиво проговорила Эйлин. – Люциус, ты так и провалялся без сознания все это время?
– Нет, я периодически приходил в себя. И вообще, не мешайте мне, – резко произнес Малфой и снова уткнулся в уже приличных размеров свиток.
– А что ты там такое пишешь?
– Не важно, это касается только меня и Северуса, – отмахнулся Малфой.
– Ну не важно, так неважно. Перси, читай дальше.
«30 октября 1981 Лорд вызвал нас, чтобы сообщить о том, что он нашел способ добраться до Поттеров, и что завтра вечером он нанесет им визит. Разумеется, все это было представлено в виде пафосной длинной речи, на которую я, к сожалению, не опоздал, потому как важная информация была представлена буквально в двух словах в самом конце полуторачасового монолога: «Завтра я иду к Поттерам.» Единственная важная для меня информация заключалась в том, что Волдеморт нашел Хранителя. Интересно, кого этот олень выбрал на эту ответственную должность. Скорее всего, Блека. Два других просто не укладываются в моей голове. Это что же должен был сделать Поттер, чтобы Блек его предал? Значит гриффиндорская дружба не такая уж и крепкая, как о ней говорят.
Так же я понял, что Лорд никого брать с собой не намерен. Довольно быстро выпроводив нас всех, он оставил возле себя только троих Лестрейнджей и Барти Крауча. Тот еще тип. Сын главного инквизитора и палача, который сумел разругаться даже с Милтоном. Младшенький изначально маньяком и не был, но под чутким руководством Лорда дурная наследственность взяла верх. Пришел-то он сюда не от безумной любви к Темному Лорду, Темным искусствам, так называемым, и проводимой политике Волдеморта, да и против магглов-то особо ничего не имел. Просто решил таким образом войти в оппозицию к отцу, может с надеждой на то, что тот, наконец-то, его хотя бы заметит. Да что говорить, больше половины Пожирателей, по сути, ими и не являются. Попытка доказать, что они что-то из себя представляют не потому, что они дети знаменитых родителей или дети из чистокровных семей, а что они способны на поступок сами по себе. Даже на такой дурацкий, как принятие Метки.
Мы сейчас живем, наверное, в таком времени, что по-другому доказать ничего никому нельзя. Либо ты аврор, либо Пожиратель. Других вариантов нет. Взять к примеру Регулуса Блека. Ну какой он Пожиратель? Имея такую кузину как Белла, принятие Метки – это просто единственный способ защитить остатки своей семьи. Сейчас он вообще куда-то пропал. Самое главное – Лорд о нем не вспоминает. Видимо, Риддл приложил к его смерти руку. Надо найти его тело, да матери отдать, чтобы похоронила. А то от Блеков только один Сириус скоро останется. Не лучшее завершение древнего и могущественного рода.
Я все больше и больше соглашаюсь с планом Милтона. Мы вырождаемся. Живем в каких-то средневековых условиях. Я большую часть времени провожу в маггловском мире и мне есть с чем сравнивать: они развиваются, а мы топчемся на одном месте. Скоро от нас останется одно название. И то, название, которое некому будет вспоминать. Пускай нас будут называть деспотами, кровавыми маньяками, тиранами, но мы соберем, как планировали, все тухлые яйца в одну корзину и с грохотом её уроним.
Я сразу аппарировал к себе, оставив Люциуса дежурить возле двери, чтобы Лорд «чувствовал себя в безопасности».
