![](/files/books/160/oblozhka-knigi-son-vo-sne-353623.jpg)
Текст книги "Сон во сне"
Автор книги: Сандра Тэйл
Жанр:
Прочая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)
Глава 2 – Что-то здесь не так
Ровно в семь часов вечера прозвучал гонг, оповещающий о начале ужина. Солнце только недавно начало заходить за горизонт, но свет в доме уже был включен. Слуги заканчивали свои последние приготовления, зажигая свечи в канделябрах и поправляя сервировку на столе. На отдельном столике располагался поднос с закусками и несколькими бутылками вин различных сортов.
Эвелин как раз надевала вторую серьгу с жемчугом, когда она услышала гонг. Поправив одной рукой себе прическу на голове, она внимательно рассматривала себя в зеркале. Выглядела она прелестно: на ней было одето синее вечернее платье с оборочками, на талии была обтянута лента, подчеркивающая фигуру, в ушах и на шее красовались жемчужные ожерелье и серьги, а в волосах поблескивала золотистая заколка.
Все было готово к ужину, только вот не хватало самого главного – настроения. По необъяснимым причинам, Эвелин все никак не могла прийти в себя после приезда отца. Она была чрезвычайно рада его появлению, но ей пока было трудно свыкнуться с мыслью, что в их тесном семейном кругу появился кто-то еще, некто посторонний. Пусть это и была жена отца, и в тайне дочь искренне радовалась за него, но нельзя было игнорировать тот факт, что внезапное появление Изабеллы нарушило привычный уклад их жизни. Что-то изменилось, и к этому предстояло привыкнуть.
В библиотеке до начала ужина, Арчибальд старательно провел беседу с сестрой, чтобы развеять ее сомнения и тревоги, хотя бы отчасти. Доверительный разговор с братом несколько успокоил девушку, ей было приятно, что тяжело приходится не только ей, пусть брат и не подавал виду, что его что-то беспокоит. И все же маленький червячок сомнения точил душу Эвелин, она ни в чем не могла быть уверена. Ей хотелось верить, что Изабелла впишется в их семью, и спустя год они и помыслить не смогут, какого это жить без нее. Потому что будет очень печально, если этого не произойдет. Тогда они могут потерять отца, ведь новая жена полностью завладеет его вниманием. Нужно приложить все усилия, чтобы все закончилось хорошо.
Подбодрив таким образом саму себя, Эвелин позволила себе улыбнуться в зеркало и подмигнуть. Затем она поднялась со стула и задвинула его обратно к тумбочке с ее вечерним туалетом. Гонг прозвучал снова, ненавязчиво поторапливая домочадцев.
На кровати девушки покоилась небольшая коробка, обернутая в подарочную упаковку и обвитая ярко-розовой лентой – подарок для молодоженов. Подарок был приобретен и оформлен задолго до прибытия мистера и миссис Форест, Эвелин решила сделать все заранее. Теперь настал нужный час, коробка вышла на свет в ожидании момента быть подаренной.
Подарок Эвелин держала на вытянутых руках, чтобы не повредить упаковку. Она торопливо спустилась по лестнице, стараясь смотреть себе под ноги, чтобы избежать риск наступить себе на юбку и покатится кубарем вниз.
Благополучно добравшись до входа в обеденный зал, Эвелин увидела брата, стоявшего возле дверей и смотревшего на свои карманные часы. Выглядел он бесподобно, ведь он всегда одевается так, словно ожидает аудиенцию у самого его величества, будь то обычный выход в город или обычный семейный ужин.
– Ты успела, почти все собрались, – ответил Арчибальд, не глядя на сестру и продолжая рассматривать свои часы.
– А кого мы еще ждем? – Эвелин немного запыхалась. Она так спешила, ведь ей хотелось еще успеть спрятать куда-нибудь подарок до прихода молодоженов. Девушка растерянно осмотрелась по сторонам и заглянула в обеденный зал. Там пока находились только слуги.
– А как ты думаешь? Не хватает самых главных людей сегодняшнего ужина.
– Что ты там все рассматриваешь? Портрет своей любовницы? – девушка боком повернулась к брату и постаралась посмотреть на его карманные часы, которые он так пристально разглядывал.
– Ничего такого, не надо за мной подсматривать! – Арчибальд лишь лукаво улыбнулся и захлопнул крышку часов прямо перед носом сестры, чуть не прищемив той нос, – любопытные остаются без носов, слышала об этом?
– Слышала, слышала, вредина, – Эвелин поморщила носик и недовольно посмотрела на брата, – я думала, у нас друг от друга нет секретов. – Она вновь поглядела по сторонам. – Лучше помоги мне спрятать наш подарок до того момента, как придут папа с Изабеллой, я хочу, чтобы это был сюрприз.
– Ох уж эти твои сюрпризы, – усмехаясь, парень аккуратно забрал коробку из рук сестры и направился в обеденный зал.
Свечи горели, создавая атмосферу уюта, а на потолке сверкала большая хрустальная люстра. Она освещала своим теплым светом все пространство обеденного зала вместе с длинным столом, покрытого белой скатертью, на котором был разложен красивый и дорогой сервиз. Несколько слуг стояли неподалеку от стола в рядок, терпеливо ожидая момента, чтобы прислуживать хозяевам за ужином. Подносы с едой уже были наготове, накрытые серебристыми крышками.
– Как ты думаешь? Куда лучше спрятать? – бегло осмотрев комнату, Эвелин повернулась к слугам и приложила пальчик к губам, прося тем самым не выдавать их с братом. На лицах слуг не отразилось ни одной эмоции, они лишь молча и учтиво ей поклонились.
– Хороший вопрос, а что это ты раньше об этом не подумала? – Арчибальд крепко держал коробку в руках и вертелся по кругу в поисках тайника для подарка. – Здесь все видно, как на ладони!
– Может, стоило спрятать его… Ах, папочка! А вот и ты! – звонкий голосок Эвелин оповестил о скором появлении мистера Фореста.
Растерявшись, Арчибальд чуть согнулся в коленях, лихорадочно соображая, и, не придумав ничего лучше, положил подарок на пол и одним ловким толчком ноги запихнул его под стол. Белая скатерть доставала почти до пола, так что видно ничего не было. Эвелин уже обнималась с отцом, приветствуя его к ужину, как она кивком головы и глазами указала брату на стол. Парень посмотрел туда, куда она намекала, все понял и украдкой поправил скатерть над тем местом, где ныне покоился их подарок, и присоединился к сестре, приготовив на вооружение свою обаятельную улыбку.
– Отец, вот и ты, рады вновь тебя видеть, будучи отдохнувшим, а где же твоя дорогая супру… О, Изабелла! Дорогая! – не успел Арчибальд задать вопрос отцу касательно отсутствия Изабеллы, как она возникла перед ним словно из ниоткуда. От неожиданности парень даже слегка дернулся, но не растерялся. Изабелла благосклонно подала ему руку для приветствия. Арчибальд взял ее руку в свою и слегка поцеловал, – добро пожаловать домой, дорогая Изабелла, добро пожаловать в семью!
– Добро пожаловать в семью, – тихо повторила за ним Эвелин. Девушка немного стушевалась перед появлением мачехи, но умело держала лицо.
– Мне, конечно, ласкает слух обращение миссис Форест, – игриво сказала Изабелла, посмотрев при этом на мужа. Тот расплылся для нее в улыбке, как кот, съевший сочную рыбу, – но для семьи сойдет и простое обращение по имени.
– Любовь моя, у тебя такое красивое имя, – мистер Форест нежно взял жену под руку и поцеловал ее в щеку, – произносить его снова и снова – одно из величайших удовольствий!
– Вы мне льстите, дорогой мой супруг, – миссис Форест кокетливо похлопала ресницами.
– Еще раз добро пожаловать, и пошлите уже за стол, мы все изрядно проголодались! – воскликнул Арчибальд и пошел занимать свое место за столом. За ним последовали и все остальные.
Стол был внушительным и длинным, но семья всегда предпочитала располагаться всем вместе на одной его стороне, чтобы при трапезе и легких разговорах их не разделяло расстояние. Задвигались стулья, слуги помогли усесться домочадцам по местам и тот час начали их обслуживать за столом, подавая поочередно блюда и разливая напитки.
Начался ужин с коротких возгласов при появлении вкусной и изысканной еды, но они тут же пропали в процессе поедания пищи. Молодожены, проголодавшись с дороги, едва сдерживали себя правилами этикета, дабы не наброситься на еду как пара голодных волков. Арчибальд и Эвелин до своей прогулки в парке успели только позавтракать, так что у них также не возникло желания прерывать трапезу ненужной болтовней, чтобы нарушить образовавшуюся тишину, прерываемую лишь стуком приборов по тарелкам и звоном бокалов.
Как только главный аппетит был удовлетворен, а пара бутылок вин были опустошены, на всех снизошло приятное ощущение отдыха и расслабленности, и непринужденная беседа полилась сама собой. Начал разговор сам мистер Форест, он начал делиться с детьми своими впечатлениями после продолжительного свадебного путешествия, и от переизбытка эмоций он активно жестикулировал.
– Мы были в Праге, затем направились в Париж, оттуда мы и вовсе не хотели уезжать, подумывали остаться там подольше, потом поехали в Турцию… Какие я вам подарки привез! Будете у меня верещать, как пара довольных щенят!
Изабелла лишь иногда что-то комментировала или высказывалась попутно речи мужа, продолжая ковыряться вилкой в тарелке и с улыбкой посматривать на радостного рассказчика.
– Там был такой роскошный собор, Изабелла, помнишь тот собор? Он был великолепен, дети, как только я разберусь со всеми своими делами после долго отсутствия… дайте мне год, это предел! И мы соберемся все вместе и отправимся в путешествие! Вы должны увидеть то, что видели мы с Изабеллой: такие поразительные дома, люди, пейзаж. Это захватывает дух, поверьте! А сколько впечатлений!
Зеленые глаза Эвелин были широко распахнуты, ее очаровательное личико излучало восторг. Она внимала речам отца, как послушная ученица слушала учителя, боясь утерять или пропустить хотя бы слово из повествования. Арчибальд реагировал на бурные эмоции отца спокойно, лишь время от времени вскидывая от удивления бровь. Таким, каким дети видели отца сейчас, живым и задорным, они не видели уже многие годы. Это не могло не радовать.
То брат, то сестра поочередно украдкой посматривали на Изабеллу. Та в свою очередь ничем себя не выдавала, она держала себя скромно и интеллигентно. Эвелин и Арчибальд посмотрели друг на друга, пока их отец продолжал о чем-то упоенно вещать. Они пообщались между собой глазами. Связь близнецов говорила сама за себя, порой им не нужно было раскрывать рта для того, чтобы что-либо обсудить. Прочитав во взгляде поддержку и ответ, брат с сестрой улыбнулись и продолжили слушать отца, попутно о чем-то его расспрашивая или что-то уточняя. Мистер Форест с радостью им все пояснял, не обратив своего внимания на переглядывания детей.
Их отец счастлив, сказали они друг другу глазами, и все будет хорошо, жизнь действительно продолжается. Уверенность в этих вещах у брата и сестры была практически непоколебима, до тех пор, пока Изабелла не решила заговорить.
– Теперь осталось поженить вас двоих! – Изабелла указала ножом поочередно на Эвелин, затем на Арчибальда, – пора и вам найти свое счастье и отправиться в путешествие в новую жизнь.
Невинная, казалось бы со стороны, фраза, прозвучала довольно отчетливо и резко, словно угроза. На мгновение в обеденном зале воцарилась тишина, которую не решились прервать даже слуги. Те замерли на какой-то момент в процессе обслуживания.
Все разом ощутили резкую перемену атмосферы вокруг, в том числе и Изабелла, которая тут же поспешила исправить положение.
– Ох, ну вы же такие взрослые! Вас давно пора женить! – Изабелла ловко убрала со своего голоса твердость и перешла на высокий невинный тон, – ведь это так прекрасно, иметь собственный дом и рядом с собой человека, с которым можно разделить все свои горести и мечты.
– Но наш дом здесь! – возмутилась Эвелин, – я не собираюсь пока ни с кем делиться! Не хочу уезжать в другое место к незнакомым людям, где я никого не буду знать и утрачу ощущение домашнего уюта.
– Эвелин, – мягко осадил мистер Форест ярую защиту дочери, – мы уже это обсуждали, – мужчина обратился одновременно к дочери и к жене, поглядывая на обеих, – никто тебя отсюда не прогоняет, и ты вольна выйти замуж тогда, когда найдешь себе подходящего человека. Твое приданое будет солидным, ты ни в чем не будешь нуждаться. В любви спешить нет смысла, она сама тебя найдет.
– Но, Николас, – внедрилась в пламенную речь мужа Изабелла, – Эвелин уже взрослая девушка, ей 23 года, и ей давно пора заняться вопросом касательно свадьбы и поиском жениха!
– Причем именно в таком порядке, или зачем еще нужны женихи? – тихо и саркастично сказал себе под нос Арчибальд, глядя в тарелку.
– Милая Изабелла, – мистер Форест улыбнулся жене, – я пытаюсь решить этот вопрос последние пять лет, и все безрезультатно. Моя дочь строптивая и переменчивая натура, но она точно знает, чего она хочет, и знает, что будет лучше для нее. Пока замужество не входит в ее планы, и ничего нельзя изменить, до тех пор, пока она сама на это не решится. Тогда я буду рядом и ее поддержу.
Отец посмотрел на дочь, взглядом спрашивая, прав ли он касательно нее. Эвелин ему кивнула и подмигнула, в ее глазах читалось ликование и удовлетворение.
– С другой стороны, я переживаю за ее будущее, как склонен переживать за будущее своего ребенка любой отец, – продолжил мистер Форест и немного отпил вина с бокала, – а с другой, я очень рад, что у меня такая смышленая и рассудительная дочь. Она любит все тщательно обдумать, прежде чем на что-то решится, ей не свойственная ветреность и спонтанность, она умна не по годам и подходит к серьезным вопросам с серьезной подготовкой. Брак – это очень важный фрагмент жизни, к нему нужно подходить с уверенностью в своем сердце и сердце своего избранника. Многие девушки спешат вылететь из гнезда и поскорее получить статус замужней женщины, титул и обеспеченность. И вскоре многие из них заскучают и разочаруются, потому что, помимо выгоды, в браке должен присутствовать крепкий союз двух людей, связанных разумом и чувствами.
– Вино явно придало тебе сил в искусных речах, – усмехнулась Изабелла, с интересом наблюдая за мужем, – я прекрасно тебя понимаю, мой дорогой супруг, и уважаю интересы Эвелин. Пусть у нас и было мало времени на то, чтобы сблизится, я уверена, что она сильная личность, которая еще продемонстрирует миру свои умения и талант. Она вольна выйти замуж тогда, когда посчитает нужным.
Миссис Форест постаралась придать своим речам сладкий оттенок и с нежностью взглянула на падчерицу. Эвелин заметно расслабилась, ее плечи опустились. Вопрос замужества всегда действовал на нее отрицательно, словно она была кошкой и ее гладили против шерсти. Ей понравилось, что Изабелла встала на ее сторону. Что довольно неожиданно.
– Благодарю вас, Изабелла, я выйду замуж тогда, когда буду уверенна в том, что в браке я обрету счастье и любовь, а не попаду в золотую клетку, или, того хуже, в своего рода «тюрьму» с нелюбимым человеком. – Медленно отодвинув от себя тарелку, Эвелин дала понять, что она закончила с блюдом, и прислуга тут же сменила для нее сервиз, – меня должны убедить в необходимости брака, пока что я, на примере своих недавних подружек из пансиона, вижу в замужестве лишь одни недостатки.
– А пример нашего брака с твоей покойной матерью тебя не убедил? – мистер Форест с любопытством в глазах обратился к дочери. – А мой нынешний счастливый брак тебя так же не убедил?
– Убедил, конечно убедил, но ты, папа, один и тот же человек, женившись удачно дважды, а мне нужно еще несколько примеров, побольше фактов и доказательств, чтобы принять решение, которое навсегда изменит мою судьбу, – ответила девушка спокойно, пока слуга подливал вино в ее бокал. Она взяла бокал и чуть из него отпила. От наслаждения она даже прикрыла глаза – вино было очень вкусным.
– Теперь ты понимаешь, почему я оставил попытки выдать мою дочь замуж? – обратился мистер Форест к жене, – упрямая и смышленая натура, вся в меня. Кстати, вино, что мы сейчас пьем, мы с Изабеллой привезли из Турции, из самого Стамбула!
– Удивительный вкус, я чувствую ягоды, – Эвелин облизнула губы.
– Я поняла вас, просто мне отныне и впредь небезразлична судьба Эвелин, – сказала Изабелла и загадочно продолжила, – далеко не безразлична.
К дегустации вина прислуга подала домочадцам несколько блюд с различными нарезками и закусками. Среди них были различные сорта сыров, мясо нескольких видов, поджарый хлеб и выпечка, фрукты, овощи, орехи и восточные сладости, привезенные молодоженами со свадебных путешествий, что привлекали взор насыщенными цветами, а нюх ароматами.
– А на сердце есть какой-нибудь избранник? – спросила Изабелла, не оставляла своих попыток изучить Эвелин. В ожидании ответа она пригубила вино и съела кусочек рахат-лукума, аккуратно взяв его тонкими пальчиками.
– Нет, пока нет, когда появится, тогда и поговорим об этом, – вежливо ответила Эвелин, но внутри она снова начала понемногу раздражаться.
«Столько личных вопросов, – подумала она про себя, – да кто она такая? Да, она жена моего отца, но мы не настолько близки, чтобы я ей тут же все выкладывала, что на духу. Какая разница, есть у меня муж, воздыхатель или избранник или нет его, я что, не могу просто быть собой? Без брака я уже никому не интересна как личность? Что за вздор?».
– Хорошо, тогда мы договорились, что когда придет время, тогда и посекретничаем, между нами девочками, а пока пусть все идет, как идет, – Изабелла подмигнула Эвелин и легонько прихлопнула в ладоши.
Мистер Форест взял руку супруги в свою ладонь и с трепетом прижал к своей груди, а затем поцеловал. В ответ Изабелла одарила мужа своей очаровательной светлой улыбкой. Эвелин от этого зрелища закатила глаза и сделала большой глоток вина. Ее горло тот час же наполнил горячий поток. Сдерживая желание как следует прокашляться, девушка поспешила заесть приступ кусочком сыра. Но стало только хуже, она зашлась в кашле.
– Эвелин, ты не торопишься с браком, но не торопись напиться за ужином как матрос, – Арчибальд заботливо постучал сестру по спине, не забыв при этом над ней подтрунить.
– О, Арчибальд подал голос! – воскликнула Изабелла, – теперь ты мне ответь, когда планируешь сделать какую-нибудь счастливицу своей миссис Форест?
– О черт, – едва слышно проговорил парень и в растерянности приоткрыл рот. До этого момента он удачливо был в роли молчаливого слушателя и наблюдателя. Но он раскрыл себя, а сваха принялась за новую жертву.
– Ты тоже не спешишь жениться, как и Эвелин?
– Кхм, да, все так, но главной моей причиной является желание попробовать себя на поприще юриспруденции, – взяв себя в руки, спокойно заговорил Арчибальд, а его лицо тут же приняло серьезный вид, – я уже рассматриваю одну уважаемую и известную контору как место для своей дальнейшей практики и учебы.
– Вот как! Юриспруденция! – глаза Изабеллы широко распахнулись в удивлении, – довольно необычный выбор профессии, но благородное и умное решение для молодого человека.
– Мой сын – будущий адвокат! – с гордостью в голосе произнес мистер Форест, помахав вилкой с нанизанным на ней куском жареной перепелки.
– Моя предстоящая цель – карьера, а пока меня не заинтересовала ни одна девушка, – продолжал говорить Арчибальд, гордо подняв подбородок.
– Тебя интересуют сразу все девушки, – подтрунила над братом Эвелин и усмехнулась. Ее шутка возымела успех, и с ней засмеялись все, кроме озадаченного парня.
– Попрошу меня не перебивать, дражайшая сестра! – обиженно сказал Арчибальд, с прищуром посмотрев на сестру. А ее это совершенно не смутило, она так и продолжила смеяться.
– Ты и брак – вещи такие же совместимые, как вода и масло, – сказала Эвелин, махнув рукой, – Изабелла, оставь его в покое, он безнадежный случай.
– Всему свое время, дети мои, – с трудом сдерживая приступ смеха, сказал мистер Форест, – всему свое время. Я погуляю на обеих ваших свадьбах!
Высоко подняв свой бокал, мистер Форест решил провозгласить тост:
– За счастливые браки, пусть они лучше приходят поздно, чем слишком рано или слишком неудачно! За любовь!
– За любовь! – хором вторили ему все и по залу разнеслось эхо от перезвона бокалов.
Количество выпитого вина и съеденной еды сделали свое дело, создав веселую атмосферу вокруг и расположив домочадцев к открытости и чрезмерному дружелюбию по отношению друг к другу. Все были довольны, речи становились проще, а смех раздавался чаще. Даже без видимой на то причины. От былых сомнений и неловкостей не осталось и следа. Семья сплотилась как никогда, и начало казаться, что так было всегда и так будет дальше.
Только вот они не могли и подозревать, что такой теплый и приятный семейный ужин стал для них последним.
Мероприятие подходило к своему логическому концу, когда Арчибальд вдруг стукнул себя по лбу и воскликнул:
– Подарок!
От его отчаянного вопля все остальные подскочили на своих местах как ужаленные.
– Подарок? – спросил мистер Форест, – о чем ты, сынок?
– Подарок! – ахнула Эвелин и схватилась за щеки.
– Подарок, какой подарок, о чем вообще речь? – удивленно посмотрел мистер Форест на своих детей, раскинув руками.
Дети не удостоили изумленного отца и не менее изумленную мачеху ответом, а лишь поразили их еще сильней. Они одновременно вскочили со своих стульев и залезли под стол.
– Это что еще за шалости? – мистер Форест ошалело наблюдал за происходящим, – Изабелла, что было в том турецком вине? Конопля?
Из под стола показалась головка Эвелин, ее волосы несколько поистрепались, а ожерелье съехало на плечо. Она оперлась обеими руками на стол, чтобы встать, тот угрожающе заскрипел. Следом за ней выполз Арчибальд, держа в руках подарочную коробку. С трудом поднявшись на ноги, парень нацепил на лицо дурацкую улыбку и вытянулся, а рядом с ним стала Эвелин, радостно подпрыгивая на месте.
– Сюрприз! – в унисон прокричали они мистеру и миссис Форест. Их шоку не было конца.
– Это что, нам? – рискнула пояснить Изабелла, прижав руки к груди.
– Открывайте! – протянув коробку в руки отца и Изабеллы, Арчибальд с Эвелин в возбуждении ожидали реакции молодоженов.
– О, что у нас здесь! – мистер Форест с детским восторгом начал немедленно распаковывать подарок, и Изабелла ему в этом усердно помогала. В ажиотаже они срывали обертку за оберткой. И вскоре на свет из коробки появилось оно – чудо невиданной красоты и в то же время нелепости.
То был глиняный слон, слепленный весьма искусно и умело, но что-то в нем было неказистым и странным. Покрашена статуэтка была в зеленый цвет, а по размеру доходила до колена, если поставить ее на пол. Ее покрывали различные узоры синих и розовых цветов, присутствовали некоторый вкрапления разноцветных камней. Выглядело творение привлекательно и в то же время абсурдно. И определенно заостряло на себе внимание и повышало интерес.
– Это что еще за зверь? – мистер Форест был приятно поражен подарком. Изабелла лишь продолжала удивляться.
– Это слон папа, ты что, не видишь? – усмехнулась Эвелин и указала пальчиком, – вон хобот, а вон его большие ноги.
– За лепку отвечала Эвелин, поэтому он такой странный на вид, – пояснил Арчибальд.
– Так это вы его сами сделали? – мистер Форест был приятно поражен до глубины души, – я был уверен, что вы нашли его где-нибудь в недрах магазинчика Безумного Фреда, у него, обычно, много подобных необычных вещей, в которых присутствует искусство на грани безумия.
– Да, это мы его сделали! – гордо подтвердила Эвелин, – я специально ходила на курсы лепки в город, и предложила Арчи мне помочь в сотворении вашего свадебного подарка. Мы решили сделать что-то своими руками и от чистого сердца, чтобы ты и Изабелла поняли, как много для нас значите.
– Такого рода подарки ценятся гораздо больше любых дорогих вещей, – сказала Изабелла своим медовым голосом и крепко взялась за статуэтку слона своими тонкими пальцами, – в этой вещи содержится энергетика вас двоих, и в ней чувствуется мощная сила. Это сила – любовь. Спасибо вам огромное, дорогие мои!
Изабелла положила статуэтку обратно на стол и неспешно поднялась со своего места, чтобы подойти и обнять Арчибальда с Эвелин. Те молча обняли ее в ответ, продолжая улыбаться как малые дети. К ним присоединился и мистер Форест.
– Ну вы и даете, какие вы у меня молодцы!
– Росписью, между прочим, занимался я! – поспешил уточнить Арчибальд и снова вздернул подбородок, как это часто он любил делать.
– Отменный подарок, нужно будет поставить его куда-нибудь на видное место, может быть, в гостиную, – мистер Форест почесал подбородок, – мне хотелось бы поставить слона у себя в кабинете, но тогда его мало кто увидит. Подумаем об этом завтра! А пока, пусть слуги унесут его на время в безопасное место.
Мистер Форест обратился с указанием к слугам, и те бережно взяли слона, убрали остатки подарочной упаковки и унесли диковинную вещь в неизвестном направлении.
– Ты рад, папа? – на глазах Эвелин проступили слезы счастья.
– Конечно рад, дочка, – отец крепко обнял дочь и похлопал сына по плечу. – Я очень вами горжусь!
– Мы вами очень гордимся, – подчеркнула Изабелла.
– Все мы изрядно устали, пора идти спать, завтра нас ожидает не менее насыщенный день, – мистер Форест мягко отстранился от детей и взял супругу под локоть. – Так много эмоций, так много событий. Пошлите все отдыхать, у нас впереди еще целая жизнь.
Напоследок еще раз обнявшись из-за переизбытка чувств, домочадцы неторопливым шагом вместе покинули обеденный зал. За их спинами потихоньку начала сновать прислуга, убирая стол и все последствия ужина, негромко переговариваясь между собой.
Еще раз ненадолго пообщавшись и обменявшись любезностями, Форесты, пожелав друг другу спокойной ночи, разбрелись каждый по своим комнатам, где начали готовиться ко сну. Постепенно и сам дом начал меркнуть и готовиться ко сну. Слуги с большего погасили свечи и выключили некоторые лампы, оставив местами блеклый свет для возможности передвижения по коридорам в случае необходимости. Последние приготовления и указанья главного дворецкого были выполнены, и прислуга отправилась спать. Дом погрузился в звенящую тишину и дрему.
В своей спальне, Эвелин отказалась от помощи горничной, освободив ее от обязанностей на сегодня, и переоделась ко сну самостоятельно, неуклюже стянув с себя платье и бросив его на спинку стула. Надев на себя ночную сорочку, девушка вытащила из волос заколки и сбросила их на тумбочку. Те разлетелись в разные стороны, а одна даже упала на ковер. Затем она взяла свою любимую деревянную расческу, на которой была вырезана лошадь, и принялась усердно расчесывать запутавшиеся волосы после насыщенного вечера. Покончив с этим занятием, Эвелин направилась к кровати, слегка пошатываясь, и с умиротворением улеглась на свою мягкую постель. Отдых после приятного времяпровождения так сладок!
Уютно устроившись под одеялом, девушка промычала от удовольствия и повернулась на бок, подложив под голову руки. На душе у нее пели птицы, ей было радостно от приезда отца, и радости этой не было предела. Наконец-то он с ними снова дома, до этого момента дому как будто чего-то не хватало, чего-то очень важного. Теперь все были на своих местах, и это замечательно. И Изабелла, как оказалась, была не так плоха. Они и вправду стали семьей. Все будет просто замечательно.
Прокручивая в голове впечатления после ужина, Эвелин постепенно погружалась в крепкий и насыщенный сон. Ее глаза были закрыты, а губы растянулись в довольной улыбке. Вскоре весь мир исчез и погрузился во мрак и забвение вместе с ней.
***
Посреди ночи внезапно Эвелин проснулась. Это было настолько неожиданно и резко, что девушка сделала шумный вдох и вскрикнула. Сердце ее тревожно застучало, внутри нарастала паника, и было непонятно, что послужило тому причиной. Девушка потеряно окинула взглядом комнату и потрясла головой.
Что-то здесь не так, сразу подумала Эвелин, что-то определенно не так. Нечто поменялось в ее комнате, атмосфера переменилась и стала тревожной. Очертания самой комнаты потеряли свою четкость, все выглядело размытым и в серых тонах. Светлым пятном выделялось окно с занавесками, но и оно не вселяло надежду на успокоение. Скорее наоборот, предвещало страх и ужас.
За занавеской кто-то был. Даже при блеклом лунном свете за тонкими занавесками можно было разглядеть чей-то силуэт. Он стоял неподвижно.
– Эй, кто здесь? – негромко произнесла Эвелин. Звук собственного голоса придал ей немного уверенности. – Арчибальд, это ты?
Девушка старалась смотреть куда угодно, но только не на силуэт за занавеской, дабы не выдать себя тем, что она его заметила. Она старалась наблюдать за его реакцией боковым зрением, тем временем продолжая разбираться в происходящем и осматривать комнату.
– Арчи, пожалуйста, не пугай меня, мне очень страшно, – заскулила Эвелин, и снова потрясла головой.
«Может это сон? Может, ей все это просто снится?»
Девушка вжалась в кровать и накрыла себя одеялом с головой, будто это могло ее от чего-то защитить. Она лихорадочно соображала и попыталась все происходящее и свои неприятные ощущения списать на похмелье после вина. А силуэт мог оказаться плодом ее воображения.
– Это все мне снится, это все мне снится, – проговаривала самой себе Эвелин. Руки крепко сжимали одеяло и держали его надо головой. Появилось желание вновь выглянуть из убежища, чтобы убедить себя в том, что ничего страшного не происходит, и ей все просто показалось. Хотелось, чтобы это поскорее закончилось, вновь спокойно лечь спать и уснуть.
Рискнув, Эвелин медленно начала опускать одеяло, держа глаза закрытыми. Когда ее голова показалась снаружи, девушка посчитала про себя до трех, чтобы раскрыть глаза. Нарастающее беспокойство не покидало ее. И вот она набралась храбрости и открыла глаза.
От испуга ее рот широко распахнулся, и девушка не смогла произнести ни звука, хотя все ее нутро хотело кричать от ужаса.
На расстоянии вытянутой руки на Эвелин прямо в глаза уставилось лицо. Лицо было злым, оно источало ненависть и презрение, глаза горели зеленым огоньком, и вся фигура обладателя этого лица изогнулась так, словно готовилась к нападающему прыжку. Холод окатил бедную девушку, мурашки побежали по всему телу, которое в страхе онемело. Весь кошмар заключался в том, что Эвелин узнала это лицо. То была Изабелла.
Это была уже не милая, очаровательная женщина, что одной своей улыбкой могла очаровать сердце любого человека. То было существо, источавшее злобу и одну лишь злобу, и жаждавшее причинять боль и страдание. Само ее присутствие было удушающим и отталкивающим.
В голове Эвелин пронеслось множество вопросов за долю секунды, но вслух она не произнесла ни одного. А хотела ли она знать ответ? Страх парализовал ее, она не могла пошевелиться, а даже если и могла, то ни за что бы этого не сделала, чтобы не спровоцировать того, кто сейчас во все глаза пялился на нее. Все, что она могла сделать на данный момент, это в панике ожидать дальнейших событий. Зло одержало верх, она была в его полной власти, и ничего не могло решиться в ее пользу.