Текст книги "Пираты Карибского моря: Сокровища Потерянной Бездны (СИ)"

Автор книги: Рыжая Сплетница

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

– Ну… Скажем так, я была занята не только этим, – ушла от ответа Онората.

Джек довольно хмыкнул.

– Мы идём в Бухту Погибших Кораблей.

– Будешь отдавать долги? – вставила пиратка свой комментарий и даже спиной почувствовала реакцию Воробья.

– В другой жизни, пожалуй, – ответил он наконец. – А тебе, дорогуша, не стоит столько общаться с… джентльменами на Тортуге.

– Созывается Совет Братства? Снова? – сосредочённо всматриваясь в остров и проигнорировав последнюю реплику собеседника, уточнила девушка.

– Нет, конечно, – с сарказмом начал Воробей, – мы плывём отдохнуть от морской суеты и Тени ходячей проблемы, которая вечно лезет, когда и куда не просят.

– Но кто его созывает? И почему я узнаю об этом только сейчас? – продолжала допрос Онората.

– А с чего это ты должна была знать? – с подозрением спросил Джек. – А насчёт созывателя не знаю. Кто-то, видимо, решил оторвать всех от более важных дел.

– Я… – Онората открыла рот, чтобы ответить, но внезапно передумала. Да и Гиббс оповестил с капитанского мостика, что «Жемчужина» вот-вот причалит к Бухте.

Девушка бросила ещё один взгляд на Бухту Погибших Кораблей и, так ничего и не сказав, ушла в сторону трапа.

«В другой раз ты ответишь мне, Онора, – подумал Воробей, провожая взглядом пиратку. – Надоели эти долгие пустые паузы».

***

Через полчаса, как и предсказывал Гиббс, «Жемчужина» подошла к Бухте.

Онората вошла в каюту капитана, где Джек уже сворачивал карту. Девушка подошла к столу и, облокотившись на него, внимательно посмотрела на капитана.

– Ты возьмёшь карту с собой? – спросила пиратка через секунду.

Джек выпрямился.

– Не оставлять же мне её здесь. Ей будет очень одиноко без своей подруги, смекаешь?

Онората положила свободную руку на пояс, за который она заткнула карту и смерила Воробья красноречивым взглядом, ясно давая понять, что углядела в его словах подвох.

– Джек, ты что-то не договариваешь.

– Да, и это моё право. Кстати, цыпа, сообщаю тебе замечательную новость про твою новую уникальную возможность: ты остаёшься здесь.

– Что? – Онората фыркнула. – И кто же будет мне указывать?

– Я. – Джек усмехнулся. – Если ты не забыла, милая, то на этом судне я – капитан, а следовательно, ты не можешь ослушаться моего приказа. – Он не спеша обошёл вокруг стола и, облокотившись на дверной косяк, вымолвил: «Счастливо оставаться!» прежде, чем захлопнул дверь.

Девушка тут же оказалась у двери, но та уже была закрыта.

«Ну не может же он и в самом деле…» – подумала Онората, но тут же отогнала от себя эту мысль, услышав звон ключа в замочной скважине. – Эй! – она забарабанила по двери, с силой постукивая по ней ногой. – Джек! – Дверь не поддавалась: видимо, уже не первый раз её пытались вот так бесцеремонно выбить. – Ты не можешь оставить меня здесь: я один из баронов!

Дверь немедленно открылась, и из-за неё показалась довольная физиономия Воробья.

– Вот с этого и надо было начинать, цыпа.

***

Онората не заметила, как они (Гиббс, Джек и она сама) пришли к крепости Бухты, где и собирались все Пиратские бароны. Она не была здесь ни разу да и, собственно, бароном она стала относительно недавно, как только стала капитаном. Место Пиратского барона, когда мисс Суон, или теперь уже вернее будет сказать: миссис Тёрнер стала королём пиратов занял её старпом с корабля Сяо Феня. Ведь когда Элизабет сошла на берег, именно он стал новым капитаном. После на том же судне («Смелый», по-китайски – «勇敢») плавала Онората, очень быстро дослужившаяся до помощника капитана и после его смерти получившая титул Пиратского барона.

Это всё пиратка успела пересказать Джеку, пока они подходили к крепости, и Воробей, похоже, совсем не устал её слушать. Обычно общение с женщинами было ужасно скучным и сводилось к банальному (кроме Элизабет, разве что), но теперь, кажется, он слушал с явным интересом, и не потому, что тема интересовала в первую очередь его самого, но и потому, что ему, возможно, нравилось слышать её голос?..

Хлопнула дверь и в огромном зале, где обычно проходили собрания, настала тишина. Здесь уже собралась целая куча народу и, кажется, все бароны были в сборе: Амман – пиратский барон Чёрного моря, Шеваль (Средиземное море), мадам Цинь (Тихий океан), Жокар (Атлантический океан), Сумбаджи Ангриа (Индийский океан), Эдуардо Вильянуэва (Адриатическое море) и ещё один какой-то незнакомый молодой человек, по видимому занявший место погибшего Гектора Барбоссы.

Онората проследила за Джеком и, заметив, что он воткнул свою саблю в довольно большой глобус, прямо в Карибское море, сделала то же самое, но в стороне Южно-Китайского моря.

– Зачем было собирать Совет Братства вновь? – спросил один из баронов после открытия Пятого Совета.

Онората опасливо посмотрела в его сторону. На этом собрании она была всего лишь второй женщиной, и хотя это её ни капли не смущало, она не могла в полной мере быть уверена, что всё это сборище не закончится как в прошлый раз…

– Потому что скоро и Совет Братства может прекратить своё существование, – заговорил неизвестный молодой человек, барон Каспийского моря, и Онората была готова поклясться, что узнала этот голос. – Господа бароны, не слишком ли часто стали гибнуть пиратские корабли?

– Тень Дэйви Джонса, забирает себе власть, – произнёс Эдуардо Вильянуэва.

– И топит п’гек’гасные ко’габли! – картавя заявил француз-Шеваль.

– Может, стоит чётче разъяснить суть проблемы? – предложила мадам Цинь, строго приостановив свой взгляд на недружелюбно смотрящих друг на друга Шеваля и Вильянуэву.

– А куда чётче, мадам Цинь? – спросил барон Каспийского моря. – Участники прошлого совета освободили морскую богиню, владычицу морей Калипсо. Она-то и создала Тень Дэйви Джонса, чтобы он переправлял души на тот свет.

– Всё просто! – вклинился в дискуссию Сумбаджи Ангриа. – Если Калипсо хотеть мести баронам…

– Запрём её вновь в теле женщины – и дело с концом! – вскочил Амман. – К чему весь этот сыр-бор?

– Не согласен! – вскочил ещё один барон.

– Почему всё ‘гешается без меня?!

И вновь начался бедлам. Все бароны громко кричали, спорили, чем-то размахивали, пытаясь, видно, привлечь внимание. Спокойно стояли только трое: Онората, Джек, которого, похоже, даже забавляло происходящее, и приеемник Барбоссы. Он спрятал лицо в ладони, то и дело качая головой. Ещё через минуту Онорату переполнил гнев. Она выхватила из-за пояса пистолет и громко выстрелила из него в воздух, привлекая внимание. Весь бедлам мгновенно стих.

– Что за бой пьяных матросов?! – громко начала говорить пиратка. – Вы – пиратские бароны дерётесь, как пьяные матросы из-за лучшей распутницы на Тортуге! – почти все вняли её словам и растрёпанные разгорячённые заняли свои места, а Джек, пользуясь случаем, поднял обронённую кем-то бумажку и спрятал в карман. – Тень Дэйви Джонса – не просто старые сказки! Вернулся и лорд Беккет. – От этого имени многие сердито зашипели, кто-то переглянулся. – Калипсо не виновата! Она сама… – девушка мельком взглянула на Воробья, – в настоящий момент является пленницей Тени! – Гевный шёпот. – Моря и океаны кишмя кишат чудищами, а законы из Кодекса теперь являются законом для всех! Не это ли доказательство? Было потоплено судно «Месть Королевы Анны»… Чем больше времени вы позволяете Джонсу гулять по морским водам, тем больше шансов у него захватить власть окончательно. Он перебьёт нас всех, по отдельности, если мы не дадим отпор! Возможно, кто-то и не верит мне… – она обвела взглядом толпу пиратов, – но наш единственный шанс уничтожить Тень Джонса – это найти волшебное зеркало Аквамарины.

Многие засмеялись.

– Но это же старые сказки! – заявил Вильянуэва.

– Сказки или нет, но сокровища Потерянной Бездны существуют, – спокойно ответила девушка. – А значит, и остальные легенды правдивы.

– Зеркало может победить проклятие, с которым не справилась морская богиня? – с иронией осведомился Жокар.

– Это и не зеркало вовсе, – неожиданно вклинился в беседу барон Каспийского моря. – Если верить мифу, то это камень, настолько блестящий и гладкий, что из него сделали зеркало.

– Да, Бартоломью, а ещё по тому же мифу оно может уничтожить любое существо и исполнить любое желание нашедшего его, – фыркнул Эдуардо. Глаза Воробья при этих словах загорелись.

– Совету нужно выделить людей, которые будут искать это зеркало, – настаивала Онората. – Остальным вменяется не лезть на рожон вплоть до необходимых обстоятельств.

Многие не были довольны таким раскладом, но понимали, что спорить сейчас не имеет смысла. К тому же, им не очень хотелось, чтобы их вновь сопоставляли с какими-то матросами.

– Значится, так оно и есть! – подытожил Сумбаджи.

– Решено! – заключил Бартоломью. – Остаётся вопрос: кто будет искать зеркало?

Все молчали, переглядываясь. Собравший всех барон Каспийского моря поднял руку. К нему ещё присоединилась Онората и сразу же после неё с некоторым сомнением поднял руку Воробей.

– Отлично. Значит, трое. Капитан Бартоломью, капитан Онората и капитан Джек, – подвёл итог сам же Бартоломью. – Пятый совет на этом объявляю законченным, – в подтверждение своих слов он выдернул шпагу из глобуса и вернул её в ножны.

Все пираты начали расходиться, ведь на Совете присутствовали не только бароны, но и их «свита». К Онорате между тем подошёл капитан Бартоломью и быстро о чём-то заговорил. Воробей как-то не очень дружественно посмотрел на пирата, но стоило ему двинуться к ним, как…

– Джекки! – окликнул его басистый низкий голос. Капитан обернулся и увидел перед собой своего отца. Они были очень похожи между собой за исключением разве что возраста.

– Привет, пап, – Джек в последний раз оглянулся в сторону беседующих Онораты и Бартоломью и подошёл к отцу.

– Прекрасное выступление, – прокомментировал капитан Тиг, едва уловимо кивнув в сторону пиратки.

– Ну само собой, – Воробей явно не был особенно предрасположен к общению с родителем. – Как мама? В порядке? Ну тогда…

– Успокойся, Джек, – мягко осадил его хранитель Кодекса. – Она никуда не уйдёт.

– Почему ты так уверен? – спросил капитан «Жемчужины» прежде, чем осознал, что сказал. – Ну… В смысле я…

Капитан Тиг улыбнулся и похлопал сына по плечу.

– Тогда беги, Джекки. Имей в виду, – бросил он, когда Воробей уже собрался уходить, – если ты упустишь и эту девушку, ты упустишь и моё наследство тоже.

– Тогда мне стоит очень постараться, чтобы это сделать, – улыбнулся Джек и наконец ушёл.

========== XVI. Предательство ==========

Джек подошёл к беседующим Онорате и Бартоломью, о котором, к слову, не слышал ни разу до этого момента, что уже наводило на некоторые… м-м… подозрения, и, «сохраняя» скрытность встал прямо рядом с говорившими.

– Почему ты вызвался помочь с Зеркалом? – спросила пиратка как-то очень по-особенному глядя на Бартоломью, который, стоит сказать, был очень хорош собой: высокий и точно отличавшийся физической силой; светлые волосы волнами спадали до самых плеч; он был одет в распахнутую на несколько пуговиц рубашку; сверху был накинут жилет, а поверх него – светлого оттенка шоколада китель; за пояс была заткнута пара длинных пистолей и, само собой разумеется, сабля; голову барона покрывала широкополая шляпа с острым синим пером в качестве украшения.

Этот… Бартоломью сразу не понравился Воробью, но дослушать разговор было всё-таки надо, тем более: такой уникальный момент!

– Брось, Онора, – приемник Барбоссы сделал странное движение, будто хотел взять девушку за плечи, но передумал. Джек с внимательным прищуром наблюдал за развитием событий, выжидая только подходящего момента, чтобы усмирить этого… джентльвана. – Я ничуть не изменился, и ты же знаешь, что я бы вызвался в любом случае.

– Странно, – улыбнулась Онората, – я думала, годы пиратства искоренили в тебе любое благородство.

– Ну, – молодой человек пожал плечами, – относительно себе подобных – да. Но есть ведь и исключения из правил, – он завел прядь волос пиратки ей за ухо, улыбнувшись.

– Очень приятно быть таким «исключением», – девушка засмеялась, и тут уже лицезревший всю эту… «неправильность» Джек не смог удержаться, чтобы не поздороваться с «Барбоссазаменителем».

– Добро пожаловать, компаньон! – Воробей максимально высокомерно посмотрел на барона.

– Капитан Джек Воробей! – Джек разочарованно сузил разрез глаз, потому что не к чему было придраться в приветствии ещё одного лицемера в его окружении.

Бартоломью сразу протянул ему руку для рукопожатия уж слишком дружественно улыбаясь. Капитан «Жемчужины» с максимально кислой миной пожал ему руку, а после незаметно вытер её о свой китель.

– Очень много слышал о твоих похождениях, – не унимался приемник Барбоссы. Пират в отместку вновь вернул свой высокомерный вид.

– Да, есть, что рассказать. А вот, похоже, кому-то – нет. Целый лист да и пустой.

– Возможно. – Бартоломью, кажется, в упор не замечал предвзятого отношения к нему Воробья и не понимал причину. – Чей корабль будет флагманским? – спросил он, переводя разговор в деловое русло.

– Конечно же «Чёрная Жемчужина», – с излишним пафосом изрёк Джек. Онората в этот момент недоумённо взглянула на него. Да, Джек – это Джек, но почему он так недружелюбно настроен к её давнему другу Бартоломью? Если только, она хитро прищурилась, Воробей не ревнует…

– Отлично! Тогда мой «Эдем» пойдёт за ней. Думаю, нам стоит пойти уже сейчас.

– Первая резонная мысль за последнее время, – ответил Джек. Онората едва сдерживала, чтобы не рассмеяться, когда они выходили из крепости: Воробей держал себя достойно, но со стороны это было просто смешно.

– Ну вот, – пираты остановились у причала, – мы пришли, если кто-то ещё не заметил мою красотку.

– Джек, а какой именно корабль твой? – уточнил Бартоломью, обводя взглядом корабли у пристани. – Я знаю, как выглядит «Чёрная Жемчужина», но я не вижу её здесь.

– Купи себе очки, можешь даже со стёклами, – съязвил Джек, но тут же потерял дар речи, потому что поганец ведь был прав: «Жемчужины» у причала не было. Зато был напрочь запыхавшийся мистер Гиббс, который что-то бессвязно напевал себе под нос.

– О, Джек! – Джошами наконец увидел Воробья, но заметив выражение его лица уже не так жизнерадостно продолжил: – Корабль уплыл.

– Правда? А я думал он невидимый! – капитан был явно очень сердит. – Ну и где, позвольте узнать, он находится сейчас?

– В море, сэр! – отозвался старпом.

Онората озадаченно посмотрела на Бартоломью, который, казалось, тоже ничего не понимал, потом на капитана, у которого вновь увели его корабль, и нервно рассмеялась.

***

Джек с задумчивым видом сидел на одной из самых высоких рей и не обращал внимания на окружение. Он снова потерял свою «Жемчужину», опять… Это уже больше походит на проклятия, нежели на… обычные совпадения. Да ещё и этот… Бартоломью! Какого чёрта он появился в самый неподходящий момент!

– Джек! – кто-то позвал Воробья с палубы, и пират от неожиданности чуть не свалился с рея.

– А, Гиббс! – Джек схватился за канат, увидев старпома, и быстро спустился вниз. Главное – не подавать виду, что что-нибудь не так. – Э-э. Как дела?

– Джек со стороны Бухты идёт нешуточный ураган и это не просто слова, – обеспокоенно произнёс Джошами, оглядываясь в сторону уже исчезнувшей на горизонте Бухты Погибших Кораблей.

– И что? Мистер Гиббс, если Вы не забыли, то на этом судне, мой титул капитана магическим образом испаряется, – Воробей презрительно посмотрел в сторону стоявшего на капитанском мостике Бартоломью, возле которого почти всё время находилась Онората. Правда, сейчас её там не было.

– Но, Джек…

– Пусть сам разбирается. У меня есть дела поважнее, чем помогать этому… капитану, смекаешь? – Пират хлопнул в край озадаченного Гиббса по плечу и вольготно прошёл в сторону капитанской каюты, в последний момент сменив направление.

«Надеюсь, здесь хотя бы есть ром…» – подумал он, исчезая в тёмном проходе.

В трюме его ждал «приятный» сюрприз: так называемые матросы, которые тоже, оказывается, решили разнообразить свой досуг. Капитан сердито сцепил зубы и, пройдя ещё несколько поворотов и коридоров (ведь корабль был довольно большой), оказался наконец в тихой маленькой каюте. Он с силой захлопнул за собой дверь и, резко придвинув к себе стул, сел на него, попутно доставая из-за пояса кое-какие бумажки. Это была часть карты. Та самая, которую Онората не так давно соединила воедино. Должно быть, она выронила её, доставая пистолет на Совете.

Джек принялся внимательно изучать половину карты, как вдруг…

– То есть это – то, что мы имеем.

Воробью даже не стоило поворачиваться, чтобы понять, кто это, но он всё же это сделал. Перед ним стояла Онората, скрестив руки на груди.

– Что ты делаешь? – спросила пиратка сердито. – И откуда, позволь спросить, ты достал эту вещь?

– Нет, не позволяю. – Джек закинул карту на стол и, прошествовав к Онорате, прижал её к стене, преградив пути отхода. – Чертовски надоело притворяться, цыпа.

– Отпусти меня, Джек. – Она произнесла это совершенно спокойно, но от её взгляда пробежались мурашки по коже.

– Знаешь, известную фразу: послушай бабу и сделай всё наоборот? – он сощурил глаза. – Я, например, знаю. А вот твой новый поклонник, по-моему, – нет.

Девушка непонимающе посмотрела на Воробья, а потом рассмеялась.

– Ну допустим, Барти – мой давний ухажёр. И что ты сделаешь? Вызовешь его на дуэль?

– Гораздо проще застрелить.

– Да кто дал тебе право вмешиваться в мою личную жизнь? – она изогнула бровь.

– Такого права не существует. Это моя привилегия, – ответил пират, ещё ближе прижав к себе Онорату.

– Ну можешь потешить себя ей. Или продать в трудное время.

– Ты хочешь получить по заслугам?

– Поставишь меня в неудобное положение перед капитаном этого судна? – она внимательно посмотрела на своего «тюремщика». – Ты на такое не способен.

– Неужели? – Воробей усмехнулся, заметив в глазах девушки неподдельное сомнение. – А как же благодарность за твоё спасение? Ты и это хочешь оставить за бортом, м?

– Спасение? Но… – пиратка пыталась разглядеть в его словах подвох. – «Голландец»… И я…

– Потеряла сознание, – ответил капитан «Жемчужины». – Джонс наврал.

– Я… С-спасибо, Джек, – ответила теряясь Онората. – Ты настоящий… пират, – и она, удовлетворив желание этого похотливого мерзавца, поцеловала его в губы, после чего быстро сорвалась с места и убежала на палубу.

Джек был чертовски доволен.

***

Когда Воробей поднялся на палубу, уже вовсю хлестал ливень и поднялся сильный ветер. Бартоломью едва справлялся со штурвалом, что заставило Джека раздражённо закатить глаза. Да этот парень выглядит как будто первый раз встал за штурвал! Пират ухватился за перила лестницы и практически беспрепятственно поднялся наверх.

– Эй! Юнга! – позвал он криком через громкие звуки дождя. – Кхм… Бартоломью! – наконец Джеку удалось подобраться к капитану. Матросы уже вовсю шныряли по палубе, то и дело поправляя паруса, но не слыша от капитана судна никаких команд.

– О, Джек, здравствуй! – Молодой человек лишь мельком взглянул на прошедшего Воробья, но тут же резко вывернул штурвал в сторону. – Прошу прощения, но мне сейчас немного не до разговоров.

Джек фыркнул.

– Пожалуйста. Если хочешь утопить и свой корабль, и себя, можешь продолжить в том же духе, – и он спустился с мостика, явно делая вид, что ему безразлично происходящее. Он спокойно взобрался на рей, не без удовольствия отмечая любую ошибку неопытного капитана.

К счастью, шторм очень быстро пошёл на убыль: видно, Гиббс ошибся в своих предположениях, но радость не продлилась долго: через минуту воцарился полнейший штиль, а все тучи разошлись. Джек соскользнул с рея и чуть ли не бегом бросился к напрочь растерянному Бартоломью, который что-то объяснял матросам.

– Успокойтесь! Это, должно быть, ошибка! – заверял капитан свою команду.

– Ошибка – это то, что ты вообще встал за штурвал, – отметил Джек, протиснувшись-таки сквозь толпу пиратов.

– Как ты можешь знать, что произошло? – и тут уже «Барбоссазаменитель» сорвался.

– Ну да и правда, откуда мне знать? – с иронией спросил Джек самого себя, а затем уже совершенно серьёзно продолжил: – Ты завёл корабль в Мертвые воды, вот что произошло, друг. Не завидую я твоей команде…

– Хватит! Я знаю, что я делаю! – отрезал капитан судна, но заметил, что словам Джека его команда вняла больше, чем его заверениям.

– Чем вызвана твоя уверенность, Джек? – попыталась вразумить обоих Онората. – Это обычный штиль…

– После такого сильного шторма одна дорога в штиль – это Мёртвые воды, – ответил Джек, вытащив саблю и направив его на оппонента. В тот момент он вообще не думал о последствиях, но нет, он не импровизировал.

Бартоломью не отставал и тоже вытащил свою шпагу с резным эфесом.

– Хватит! Ведёте себя, как дети! – повысила голос Онората, но это не уняло пыл мужчин.

– Решим всё здесь и сейчас, – с запалом произнёс молодой человек.

Джек лишь усмехнулся.

– Ты уверен, что готов кончить свою жалкую жизнь именно так?

И благородных кровей человек не выдержал. Он первым бросился в атаку, хотя ни разу больше так не делал. Команда «Эдема» расступилась, подначивая дерущихся. Удар за ударом – ни один из них не был намерен отступать, даже при том, что Онората уже почти сорвала голос, разнимая их. Солнце ушло за горизонт, в последний раз отразившись от лезвий дуэлянтов.

– Превосходно владеешь шпагой, верно? – спросил Воробей, не прекращая парировать яростную череду ударов. Возможно, что эта ситуация забавляла его?.. – Жаль будет хоронить это умение под килем, смекаешь?

Бартоломью резко прошёлся над головой наглого пирата, который успел вовремя пригнуться, так что клинок первого рассёк воздух.

– И это – легендарный Джек Воробей? – решил не отставать с любезностями капитан «Эдема». – По-моему, даже твоя Тень была лучше.

Очередной звон – и вот победитель уже смотрит на обезоруженного, направляя клинок прямо в грудь.

– А вот с этого момента поподробнее, пожалуйста, – произнёс Воробей почти одновременно с Оноратой, которая уже была прямо возле Бартоломью, пытаясь закрыть его на случай чего, но моментально позабывшая о своих намерениях.

Девушка тут же закусила губу от резкой боли в ладони. Как она могла забыть! Она аккуратно посмотрела на ладонь: буквы мерцали алым светом в темноте, образуя слово: Notatum es Mors. Появилась последняя буква…

Восемь дней… – прошептал уже знакомый голос на ухо. – Если ты готова отдать жизнь за своё сердце, то поспеши. Одна часть лежит на острове, где смерть обрёл один из них… Ещё одну найдёшь ты у врага, что другом стал уж навсегда… – «Пиратская доля, Гектор…» – услышала она слова Воробья, но не поняла к чему это он, пока не осознала, что она всё ещё стоит на палубе «Эдема» с широко распахнутыми глазами и полным непониманием происходящего.

***

Тень Дэйви Джонса сидел около огромного органа и сосредоточённо рассматривал что-то в бутылке.

– Теперь тебе придётся жить под моим началом, – со злобной усмешкой шептал Джонс, – хочешь узнать, каково это, быть всего лишь Тенью, Калипсо? – В маленьких глазах морского дьявола не было ни капли сострадания, это было лишь чистое порождение злого умысла.

Джонс встал и отошёл наконец от бутылки, в которой была заключена уменьшенная в сотни раз морская богиня. Она с неприязнью смотрела на своего тюремщика, что-то тихо бормоча себе под нос.

– И где же стоит мне искать это Зеркало? – «Рыбья харя» издевательски потряс бутылку. – Может, мне стоило просто убить тебя и забрать твою силу окончательно? Или ты всё же расскажешь мне, где я смогу найти эту вещь? – спросил Дэйви Джонс, поставив бутыль на место.

– Нет! – злостно ответила Калипсо, застыв в центре бутыли, что удерживала её здесь. Тень, которую она создала, действительно, набрала силу больше, чем её создательница. Джонс собирал по всем морям кровь, ненависть и всю тёмную сторону медали, питаясь этим и набирая силу, создавая ужасных мифических тварей и других Теней, что возможно было убить лишь двумя способами: если человек в момент убийства испытывал настолько сильное чувство, что способен был победить Тень да и, к тому же, никто, кроме Джонса или «оригинала» не мог этого сделать, уж слишком сильными были эти субстанции. – Ты не узнаешь ничего от меня, Тень!

– К чему же сложности? – спросил морской дьявол, вновь поднимая тюрьму Калипсо. – Если ты мне скажешь, где оно находится, то я, возможно, даже…

– Капитан! – в каюту неожиданно ворвался один из матросов, напрочь позабыв, что за такое Джонс был готов и убить, и разорвать в клочья. – На горизонте… «Чёрная Жемчужина»!

– Что?! – капитан «Голландца» резко вскочил с места, бросая бутыль обратно на стол. – Какого чёрта?! – матрос выбежал из каюты, а Джонс ненадолго задержался в дверях, однако лишь для того, чтобы ясно дать понять Калипсо, что её участь предрешена.

Морская богиня яростно схватилась за медальон в форме серебряного сердца, что также был ещё и музыкальной шкатулкой, и принялась что-то нашёптывать в слегка приоткрытую крышку.

Поднявшись на палубу «Летучего Голландца», Дэйви Джонс тут же увидел на горизонте, буквально в нескольких милях от судна, корабль о чёрных парусах. Сомнений не осталось, стоило лишь только приглядеться: это, действительно, «Чёрная Жемчужина».

– Под воду! – приказал капитан, и все матросы приготовились к погружению, а легендарный корабль-призрак действительно скрылся под толщей воды, вынырнув спустя несколько секунд в нескольких метрах от правого борта «Жемчужины».

Но злое ликование морского дьявола быстро сменилось недовольством, ведь у штурвала стоял отнюдь не Джек Воробей.

– Кто ты такой и что делаешь на этом судне? – рыкнул Тень, когда большая часть команды «Голландца» неожиданно оказалась на борту соседнего судна, а сам капитан оказался перед ещё одним человеком, что осмелился подойти к «Голландцу» на пушечный выстрел.

Стоящий у штурвала мужчина был высоким и коренастым с густой рыжей шевелюрой, что виднелась из-под шляпы; светло-карими глазами; крючковатым носом и в одежде, ну уж никак не соответствующей его образу капитана.

– Моё имя – Джим, – невозмутимо ответил матрос, словно он каждый день разговаривал с живыми мертвецами, – и я украл «Чёрную Жемчужину» у капитана Воробья.

Вся команда «Летучего Голландца» расхохоталась при этих словах.

– Угнал судно, говоришь? Воробей ничуть не учится на своих ошибках, – гоготнул Тень. – И зачем же ты искал «Летучий Голландец», позволь спросить?

– Передать информацию. – На лице угрюмого юнги появилась кривая усмешка, которая была больше свойственна Джонсу, нежели ему. – Насчёт всего.

– Отличная мысль. Но где гарантия того, что это не ложные сведения? – осведомился капитан «Голландца».

– Мне незачем вам врать. К тому же, – продолжил он, заметив явное недоверие в лицах членов команды, – я перейду на «Голландец» для передачи сведений, – он, вынув из-за пояса пистолет и абордажную саблю, бросил их на палубу, – безоружный.

Морской дьявол усмехнулся, беря его за руку и заключая с ним рукопожатие.

– Идё-ёт, – произнёс он, выпуская руку Джимми, что уже стоял напротив Джонса, но на «Летучем Голландце» и с Чёрной Меткой на руке, которую выпустил Дэйви Джонс.

========== XVII. За горизонт ==========

Через какое-то время Онорате до ужаса надоело играть в молчанку. Сидеть на одной из рей и глядеть на всех свысока – это, может, и хорошо, но ужасно нудно. Так что девушка, переборов себя, схватилась за канат и, содрав руки до крови, спустилась вниз. Странно, но когда её ступни коснулись палубы корабля, она почувствовала странное спокойствие и умиротворение; все проблемы отошли на второй план, если не на третий; сознание было ясным, как никогда прежде, и теперь пиратка наверняка знала, что она будет делать, и что нужно сделать, на то она и была капитаном.

Онората, не обращая внимания ни на что, кроме собственных мыслей, начала делать размеренные шаги по приятно скрипящей палубе. Мёртвые воды, Мёртвые воды… Если вспомнить всё, что она читала про это место, то отсюда выбраться ещё сложнее, чем из межпространственного состояния после Тайника, но, – к счастью, – это было возможно.

«Выход есть везде, куда можно войти, стоит только поискать», – заключила свою мысль капитана вслух и, гордо задрав кверху нос, пошла куда-то, сама не зная куда, едва не убившись таким образом о грот-мачту.

– Мыслишь-то ты правильно, вот только идёшь не в ту сторону, – подметил кто-то, «явно очень остроумный» из-за спины пиратки.

– А куда это я должна идти, гений неправильных мыслей? – Онората повернулась и, несмотря на то, что Воробей был выше её почти на пол головы, умудрилась посмотреть на него сверху вниз.

– Ну как минимум, цыпа, на допросе твоего давнего друга ты должна появиться, – с явным презрением к объекту обсуждения произнёс Джек. – И почему это вдруг неправильных мыслей? Я правша, между прочим, дорогуша.

Онората не выдержала и прыснула.

– Кое-кому следует хоть раз придержать свою праворукость при себе, – всё ещё слегка посмеиваясь, произнесла девушка и пошла вперёд, оставив капитана «Жемчужины» за спиной.

– А кое-кому придётся научиться ходить в правильные стороны, – усмехнулся Джек и пошёл в противоположном направлении, слыша, что через секунду она догнала его.

***

Джим сдержал своё слово и, закрыв глаза на тот факт, что Тень Джонса поставил ему на руку Чёрную Метку, что являлось в некотором смысле знаком недоверия, он перешёл на «Голландец» и ушёл в каюту капитана вместе с самим капитаном, разумеется. Не вдаваясь в подробности слов весьма своенравного бывшего юнги, он рассказал Дэйви Джонсу всё, что только мог узнать. И про Совет Братства, и про нового барона Южно-Китайского моря, однако отдельное внимание в его рассказе всё же было уделено особым отношениям между Оноратой и Воробьём.

– Что же… Возможно, это действительно можно использовать в будущем, – протянул Джонс. – А где находится следующая часть карты, говоришь? – уточнил он. На его столе уже лежала точная копия той половины карты, что имели его враги. Джимми, видимо, успел сделать копию перед тем, как реквизировать корабль. В конце концов, это было не так уж и плохо, ведь так?

– В Долине усопших у одного из пиратов, выступавших против Беккета в последней войне.

При упоминании этого имени, харю морского дьявола перекосило.

– И кто же этот… пират? – спросил капитан «Голландца», отогнав от себя мысли, что мешали ясно думать.

– Гектор Барбосса, – криво усмехнулся Джим.

***

Возможно, стоит вновь вернуться к «Чёрной Жемчужине», ведь самый быстрый корабль в Карибах как-никак заслуживает больше внимания к себе.

После того, как юнга Джим так неосмотрительно оставил корабль, на него пробрались двое человек. Один из них едва ли не нёс на руках второго: маленькую, хрупкую женскую фигурку. Это были Уилл и Элизабет. Да, любовь Тёрнера к своей супруге заставила его сделать невозможное: он пробрался на борт «Летучего Голландца» незамеченным. Да, он в течение долгого времени был капитаном этого корабля, но всё же…