Текст книги "Системный скуф. Том 3 (СИ)"
Автор книги: Морфиус
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)
– Ничтожества!
Через миг он уже был за десятки километров, перечеркивая мечом Чундара Кловда. Прародитель предателя, Вендора Кловда, тоже оказался предателем. Впрочем, как и все остальные сенаторы! Впрочем, это было логично. После этой войны у самого первого номера не быо более причин оставлять других в живых. Его власть стала сильнее. А необходимость опоры отпала. Республика выполнила свою задачу. Позволила победить в войне. Соратники стали щитом и мечом, что казнил императрицу, которая в свою очередь тратила все ресурсы на себя саму. И хоть и стала потому куда сильнее, чем даже сам первый сенатор, но это не уберегло ее от смерти.
Удар! – И тело Рашама Насдама тоже истлевает, а энергия пятого номера втягивается в меч. Шаг. И удар. Шаг и удар. Через десяток вдохов он остался один. Возможно, один во всем этом мире. Но в душе адепта света впервые за последнюю тысячу лет родились настоящие, живые эмоции. Настоящее ликование. Он победил.
Через час он уже был у себя дома. В столице республики. И его гнев пролился уже на родной дом. Потоки света выжгли целые кварталы. Всех, кто хоть как-то был связан с предателями. Их семьи, слуги, кланы, все сгорело в очищающем свете. Ибо такова была воля стихии и его желание. А через сутки, решив все неотложные вопросы, убедившись, что со всем остальным справятся подчиненные, теперь уже не сенатор, а единоличный император обоих миров, уединился в своей резиденции, глубоко вздохнув.
И разом выпивая всю энергию, накопленную в мече. Ведь после смерти императрицы, после всей той прорвы сил, что меч выпил на руинах пирамиды, внутри него мерцал тот самый свет. Отголоски воли.
Тело императора вспыхнуло. Вскипело. Кожа начала осыпаться прахом. Все семь ядер затрещали, удерживаемые от разрушения только духом. И той самой волей, что, пережигаясь, начала по микрону становиться подвластной ему самому. Это было опасно. Это было прохождением по грани. Но иным путем и не достичь силы. Без риска не стать бессмертным. А потому Лириссанд почти полностью утратил связь с миром, обращая свой взор внутрь себя. И поплатился за это, когда реальность вокруг вспыхнула, проминаясь и выкидывая его в бездну.
Шаг скво… – Пошедшая вразнос энергосистема, чуть не убившая его, с трудом смогла втиснуть дух в технику шага. Одного из ядер сдетонировало, приводя императора в ярость. Но ярость сменилась затем паникой, когда шаг не удался. Когда он словно наткнулся на невидимую стену, оставшись парить в бездне. Где не было ничего, кроме далекого силуэта молодой женщины, скорее даже девочки с пылающей краснотой глазами.
– Ты действительно думал, что я выглядела как та старуха? Ха-ха! – Детский, инфернальный смех, разнесся по бездне. Но император лишь бросил все силы на стабилизацию своей энергосистемы! Пускай его травмировали. Пускай эта сука его подловила! Вырастила вместо себя обманку! Пускай заблокировала пространство. Но она и сама не сможет удерживать его тут долго. Бездна коварна. Она выпьет и убьет любого. Хоть звезду, хоть адепта шестого этапа, пускай и медленнее. А значит, надо просто дождаться момента, а затем…
– Прощай, ничтожество! – Девочка махнула ручкой, исчезая. Вот оно!
Шаг сквозь безд… – Император попытался и сам вернуться в реальность. Дух искривил пространство. Почти. А затем его снова словно впечатало в стену. И через миг Ксандра возникла вновь, заливаясь смехом.
– Ха… – Она высунула язык, одновременно показывая обеими руками неприличный знак. И исчезла вновь. Вот только Лириссанд вдруг осознал, что она не покидала Бездну. Покидают ее не так. Она просто исчезла. И все встало на свои места. Жемчужины. Те самые, про которые докладывали шпионы. Жемчужины пространства. Что еще может дать такие возможности по манипуляции пространством?
Шаг! – Он попытался вновь. Но не смог. Тогда он разогнался, улетая в сторону, чтобы уже оттуда прорваться за едва видимую грань мира. Но ответом ему был лишь смех. Выражающий всю глубину насмешки и презрения.
Тогда он попытался найти и атаковать суку. Но не смог. В потоках хаоса отыскать почти невидимую жемчужину оказалось невозможно. Постепенно ярость и отчаяние затапливали так и не состоявшегося императора. И так минуту за минутой, пока, наконец, через пару часов его тело не захлестнуло потоком бездны, растворяя в небытии плоть и энергосистему.
Только тогда императрица нанесла свой удар, ставя точку в этой войне. Принеся в жертву всю свою империю, чтобы остаться победительницей.
Глава 26
Финал игры
Сколько прошло времени? Кажется, этот вопрос я задавал себе уже сотни тысяч, а то и миллион раз. Даже с идеальной памятью ответить на него я не мог. Все часы, что были у меня с собой, или сломались или остановились. Последние я сжег, когда нечаянно вышел с ними в бездну. Но и до того момента хронология событий уже хромала. Бездна подтачивала не только физическое, но и психическое состояние. Одновременно размягчала мысли. Но и являлась тем, что закаляло меня все это время. Тем, что стало основой самого моего существования.
Рука неосознанно прошлась по длиннющей бороде, достигающей пояса. Впрочем, это тоже был так себе ориентир. Не седая, и то отлично. Вначале я брился. Потом несколько раз отращивал бороду, и снова сбривал. К тому же скорость роста волос у меня явно была не совсем человеческая. А мои постоянные эксперименты с морфизмом лишь усугубляли ситуацию. Временами я впадал в долгую спячку. Не сразу. Первое время я контролировал каждый миг снаружи жемчужины, боясь пропустить тот судьбоносный момент, когда мимо мелькнёт серая пелена мира. Возможно, уже не моего. Возможно, мира бесконечно далекого от обеих сфер миров, империи и республики. Хотя я и не мог знать, существуют ли они. Могло статься и так, что помимо этой грозди миров во все стороны простиралась по-настоящему бесконечная бездна. В которой мне суждено было погибнуть от старости. Мысль, даже отголосок которой мог свести с ума. Если уже меня не свел.
Первые недели были самые сложные. Потом самые сложные месяцы. И, наверное, самый сложный год. У меня были свои взлеты и падения. Приступы энтузиазма сменялись клинической депрессией и настоящим безумием, когда я днями напролет смотрел в одну точку. Особенно тяжко стало после того, когда я понял, что так просто не умру. Ибо старые привычки и инстинкты заставляли тело выживать. А разум искать пути решения.
Тяжелее всего было с воздухом. С кислородом. Его недостаток начал ощущаться еще в первую неделю. Ведь запас жемчужины был хоть и велик, но конечен. Именно тогда я приложил все усилия для создания замкнутой экосистемы. Я перебрал все кольца, все трофеи, каждую полку, мешочек и шкатулку, выискивая то, что мне пригодится. Вода становилась стратегическим ресурсом, камни я дробил в мелкий песок, что потом смешивал с перегноем, который отстаивал тут же, сбрасывая кучу еды в огромные чаны. Самое дорогое вино превращалось в закваску для дерьма, и закаленные микроорганизмы начинали свою работу, перерабатывая органику. На энергии я экономил меньше всего, а потому жемчужина преобразилась, вылепливая из светящегося пола разнообразные грядки, полки и стеллажи, пруды и бассейны.
Самыми дорогими сокровищами стали растения. И все другие виды живых организмов, что я смог найти. Каждая травинка становилась моей надеждой. Редкие корни и семена, что валялись у многих адептов, радовали меня сильнее всех драгоценностей. Но не все из них удавалось прорастить. И тогда я погрузился опять в освоение стихии жизни. Жизнь стала моей надеждой. На выживание. На то, что я смогу реанимировать своей силой как можно больше видов флоры. Фауна тоже появилась. Жучки, черви, небольшие насекомые. Те, что прятались в корнях, не всегда отмытых от земли. Но самым прекрасным приобретением стала рыба. Какие-то сомики, которых активно жрали, но транспортировали еще живыми в бочках. Они прижились в прудах, сжирая почти все, что я им давал. Сначала простую еду. А потом я приучил их и к перемолотым растениям.
И каким-то чудом, но растениям и водорослям хватило сил, чтобы поддерживать нормальный уровень кислорода. А куча артефактных светильников под потолком черной сферы стали отлично заменять солнечный свет. В итоге вся жемчужина превратилась в один цветущий сад. И временами я находил в этом утешение и самое настоящее развлечение. Следить за каждым цветочком. Наблюдать за каждым видом, помогать ему. Даже кормить собственной кровью. Но потом сомнения, страх и бессмысленность происходящего доканывали меня. А убить себя я все не решался, здраво опасаясь, что алтарь может не сработать.Как и не решался создать ядро, чтобы не лишать себя шанса возрождения. Я сам стал узником своих же ограничений.
Затем потянулись долгие, очень долгие взлеты и падения. Уныние и апатия. В которых я был совершенно один. Вилару Зандкрат, пленную менталистку, и ту я оставил, сплавив ее в подчинение одному из Десниц, ибо она была ценным кадром. Мыслей было много. И о том, что осталось там, после меня? Как идет война? Что стало с Линессой и Дарундой. Иногда накатывали приступы ярости. Иногда безразличия. Но затем встала новая проблема, что и оживила меня. Энергия. Жемчужина спасла меня от бездны, стала ковчегом, несущим мою бренную плоть сквозь хаос, где даже сильнейшие адепты не могли выжить долго. Вендор лишь знал, что путешествия между мирами по бездне теоретически возможны. Были даже исследования, разработка артефактов. Но все заглохло за ненадобностью.
Я же, получив замкнутую экосистему, мог дрейфовать в бесконечности столько, на сколько хватит запаса сил у жемчужины. А они сокращались. И я даже не представлял, хватит ли ее заряда на миллион лет или на год? Скорее истина была ближе ко второму варианту. Несколько десятков лет, может меньше. Может меньше десятка. Мои запасы ресурсов могли продлить этот срок. Груды эссенций, огромное количество природных кристаллов энергии, которыми я украсил сады и пруды. Но даже это все было конечно. А потому я вернулся к тому, с чего начинал. С попыток обуздать Бездну.
Переход! – И вот я оказываюсь снаружи, как и тысячи раз до этого. И смотрю в пустоту, задаваясь извечным вопросом.
Что есть Бездна между мирами?
За это время я многое о ней узнал. Через тысячи часов медитаций, когда с каждым разом я мог оставаться здесь хоть на секунду, но дольше, когда я отбрасывал все, в упорной, почти доходящей до сумасшествия попытке познать тайну этого мира, когда я жрал осколки просветления, тратя их не на поиск спасения, а просто для созерцания этой пустоты…
Именно пустоты. Парадоксально, но факт. Бездна была пустотой. Все те невообразимо красивые потоки багровых красок являлись лишь иллюзиями. Или, пускай, чем-то чуть более сложным, чем иллюзия, видимое всеми, но в то же время иллюзорное. А еще бездна несла в себе огромные объемы энергии. Это я тоже ощутил. Именно эта энергия и разрушала покров, именно она и убивала потерявшихся здесь. И именно в этом парадоксе, в этом дуализме и крылась величайшая загадка. Как электрон был одновременно частицей и волной, так и бездна была и энергией и пустотой. Возможно, даже воплощением некоей стихии, может быть даже той самой стихии «пустоты», которой некоторые адепты владели.
Зачерпнуть этой энергии было нельзя. Невозможно. Все равно что попытаться съесть свет от радиации. Ты его и ртом не ухватишь, и не прожуешь, и сдохнешь потом. Так ничего и не усвоив. И сколько же попыток я потратил, стучась башкой об стену и ставя опыты. Тысячи опытов. Пока не получил откровение. Оно пришло словно само. В момент глубокого транса под осколками просветления.
Ты познал Концепт «Бездна» (постижение: коснувшийся(1)) (ступень 37)
Что такое бездна, я так и не смог ответить, но стал ее ощущать. А потом и последовательно, через сотни попыток и часы медитаций, где я все равно мог выходить не более чем на минуту, пока покров не разрушался, улучшил это познание аж до познавшего.
Ты улучшил Концепт «Бездна» (постижение: познавший(3)) (ступень 17)
Тогда я начал ощущать бездну. Видеть ее потоки. Хотя видеть было не совсем корректным словом. Предугадывать? Прокладывать? Схлопывать вероятности? Потоки бездны сложно было постичь смертной логикой. Они словно работали по чуть иным законам пространства, вероятности и логики. Вот только пользы от этого было ноль. Я летел все также в бесконечном ничто. А куда полезнее было то, что я научился извлекать из бездны энергию. Не напрямую. Нет. Поток хаоса все так же испепелил бы меня. Но я научился другому. Улавливать тот ничтожный слой, словно микронный, на котором моя ци в покрове соприкасается с хаосом. Там происходил распад. Взрыв. Нечто сродни ядерной реакции. И энергии выделялось даже больше, чем сгорало моей ци. Научиться ловить распад было сложно. Но я все же смог. И после стал затягивать эту тонкую пленку в жемчужину. Та уже охотно жрала дармовую силу. А я сам тянул ци из жемчужины. После этого черная сфера медленно, но начала расти.
– Я един с бездной. Ибо кроме Бездны у меня нет ничего… – Прикрыл я глаза, полностью отрешаясь от всего остального. Смиряясь с происходящим и находя гармонию во всем этом. Мой путь возвышения продолжался. Хоть он и стал совершенно иным. Прошлое меня более не волновало. Я выжег его потоком просветления, переписав свои мысли и стремления. Теперь я жил бездной… И бездна была во мне.
– Какого?
Я распахнул глаза, ощущая, как потоки хаоса меняются. Меняются так сильно, как никогда ранее я не ощущал. Я попадал в мощные течения. Они казались мне бурными реками. Но теперь, словно падая в пропасть, будто зависая на краю водопада высотой с десяток километров, я отчетливо понял, что раньше видел лишь слабые течения в стоячей воде. Это даже вызвало страх. Это согрело душу, вызывая давно забытые эмоции. Предвкушение. Азарт! Я не стал сразу прятаться, позволив потоку себя подхватить.
И лишь за миг до смерти перешел в жемчужину, продолжая наблюдать за всем изнутри. Черная сфера над головой болезненно сжалась, тратя просто колоссальные объемы силы. А меня все ускоряло и ускоряло. Несло куда-то. И так продолжалось минуту за минутой. Пока… Пока я вдруг не увидел в Бездне звезды. Это было невероятно. Незнакомо. И я не знал, что это. Но светящиеся точки, бесконечно далекие, проступали сквозь алую пелену. И я вдруг ощутил внутренний подъем! Значит, не все закончено! Значит, просто надо достичь одной из звезд, пускай это займет сотню лет!
Вот только моим планам не суждено было сбыться, ибо меня на скорости просто впечатало в нечто серое. И прежде чем я вспомнил, что именно так и выглядел мир со стороны хаоса, нечто просто пробило мной этот барьер, как пуля пробивает бумажку. Миг. И алой хмари вокруг больше не было.
Прошла секунда. Вторая. Десятая. И только тогда я смог пошевелиться, сбрасывая с себя оцепенение от шока. Это закончилось? Закончилось?
Выйти! – Через миг я был уже в реальности. В пускай и крайне странной, сюрреалистичной, но реальности. Пускай меня тут же вжало в землю, с гравитацией раз в пятнадцать превосходящую земную. Пускай по плотности покрова, выставленного на полную мощь, по привычке, я и понял, что вокруг вакуум, вернее крайне разряженная атмосфера. Пускай Небо, черное, сияло чем-то неестественным, а горло продрало чем-то крайне горячим, как будто меня медленно изжаривали как в микроволновой печи…
– Реальность… – Прохрипел я, проводя пальцем по поверхности земли. Хотя земли ли? С трудом, но я поднялся на ноги, понимая, что гравитация больше нормы даже не в десять или двадцать раз, а куда выше. Смертный тут бы мгновенно умер. Я же кое-как держался. Тем более за все это время я стал худым. Очень худым. И даже уменьшил свой рост, все ради выживания. А взгляд тут же зацепился за землю, вернее пол. Или как назвать то, что явно имеет искусственное происхождение, но тянется от горизонта до горизонта. А обернулся несколько раз. Но все стороны тянулось одно и то же. Почти идеально ровная поверхность с умопомрачительным фрактальным узором. Сквозь идеальные в своей красоте прорези из-под земли вырывался яркий свет. Его линии разъединялись и соединялись миллионы раз во всех направлениях, формируя каналы и толщиной меньше человеческого волоса и обширные реки в сотни метров.
Подняв палец, я без особого удивления увидел ожог. Да и плотность ци вокруг зашкаливала. Я ощущал дикое жжение даже сквозь текущий покров, что за время борождения бездны, наверняка, стал плотнее и сильнее, чем даже у ядровиков. А то и еще выше.
– Не хотелось бы умереть тут просто так. После всего… Ха… – Рассмеялся я, поднимая глаза к небу. Вернее к черноте космоса, что тоже сносила крышу… С чего бы можно было начать? С того, что над этим миром сияло северное сияние, такое мощное, что напоминало корону солнца, только тусклую. Или с того, что тут было светло как днем. Но не из-за солнца, а из-за… Я пару секунд силился подобрать термин, напрягая мозги и вспоминая космологию. Газовая туманность? Светящаяся газовая туманность? Скорее всего, она. Такая яркая, что была сильнее солнца. Вот только напрягали два момента. Ее невероятно плотные и резкие контуры. А может, и не два, а три и четыре момента.
– Это же голограмма. Это не может быть реальностью… – Произнес я, растрачивая ценный воздух на выдох в этот мир. Но мне было не до того… Туманность была слишком ровной, словно художник взял кисточку и нарисовал по абсолютной черноте какое-то пятно. Даже попытался придать глубины с помощью текстуры. Но что было изображено, я так и не понял. Какая-то трехмерная фигура с отростками. Второе, что меня напрягло. Черная дыра. Она, конечно, отличалась от того, что я видел в интерстелларе. Но бесконечное преломление света вокруг шара тьмы угадывалось. Как и искажение всего, что было за ним. А вот диска квазара не было. Более того, уже без удивления, так как удивляться я просто не мог, присмотревшись, я заметил еще черные дыры. Некоторые маленькие, как звезды, некоторые побольше. Но все они искажали свет, дополнительно затрудняя опознание формы туманности.
Ну и словно бы этого было мало, чтобы добить психику, чуть в стороне, в глубинах темноты, космос слабо мерцал геометрическим узором и ниточками… Чего-то. Чего-то светящегося, что уходило во все стороны.
Вы выполнили скрытое задание!
Задание «кролик сбежал из клетки»
Описание задания: Это не баг, а фича! Ладно. Это баг. Но раз задание есть, баг был учтен.
Вам полагается награда «морковь»
Наверное, не сойди я с ума ранее, то сошел бы сейчас. Сел бы и рассмеялся в истеричном гоготе. Но вместо этого я лишь поднял морковку, что возникла из ниоткуда, упав на фрактальный узор и даже немного сплющившись и поджарившись. Впрочем, кто бы ни писал эту систему, какой бы воспаленный разум ни играл миллиардами жизней, заставляя их проживать новые воплощения, в креативности ему было не отказать.
Предмет «морковь» (Этап: нет) (качество: Вне категорий) – Съев эту морковь, вы можете полностью исцелить все свои травмы, в том числе травмы души, а также любым «разумным» способом поменять свое тело, внешность и психику. А при желании переписать собственные воспоминания и стремления.
Я просто сел. Просто уставился наверх, рассматривая звездное небо, достойное самых сюрреалистичных картин. Я не понимал, что происходит. Что это за место? Что за задание? Можно ли считать, что я «завершил игру»? А что дальше? И будет ли это дальше вообще? На той планете, если это вообще планета, мне не выжить. Добраться до другой? Теперь я знал, что это возможно. Теоретически. Но кто сказал, что мне хватит тысячи лет? Десяти тысяч? Или что я не вынырну в следующий раз в черной дыре?
Я думал долго. Смотрел на морковь, что была словно насмешкой, дикой и жестокой. Учитывая, что я не мог отсюда выбраться. Или мог?
Шаг сквозь… – Попытался я активировать умение, ныряя в бездну. Если что, я мог сразу вернуться. Вот только умение не сработало. Нечто словно оттолкнуло меня с той стороны. И я сразу же осознал. Тот поток, что меня сюда и выкинул, не даст мне выйти обратно в бездну. Я застрял тут. Навечно.
– И что теперь делать? – Спросил я пустоту.
– Ничего. – Ответила пустота. А через миг мое тело засветилось, распадаясь в ошметки под вспышку чудовищной боли.
Глава 27
Возвращение к истокам
Страха уже не было. Просто в какой-то момент я понял, что умер. Но как-то странно. Я все еще мыслил. И даже видел. Видел, как мое тело распалось в черный пепел от той беспрецедентной мощи, источником которой была фигура. Впрочем, и удивляться долго я не мог, ибо через миг, словно в обратной промотке видео, мое тело собралось обратно, а свободный дух втянуло в бренную оболочку.
– Ахр… – Непроизвольно сделал я вздох, скашивая глаза на фигуру. Гуманоида, сотканного из потоков света, уплотнившихся и принявших форму чего-то похожего на пластик или металл. Ни лица, ни мелких черт не было. Передо мной стоял лишь манекен. И все же от этого манекена веяло такой мощью, что я даже примерно не мог понять его уровня сил.
– Твое тело распалось в пыль, не выдержав моего присутствия. Но я откатил твою смерть. А теперь и отгородил от внешнего воздействия и создал рядом с тобой воздух. Как и изменил гравитацию. – Послышался все тот же спокойный, монотонный голос. Лишенный эмоций. Естественно, мыслить нормально после всего случившегося не мог даже я. Но все же четыре потока разогнанного сознания пытались ответить самому себе на множество вопросов. И самым ярким среди них был один.
– Кто я? – Спросил манекен, словно читая мои мысли.
– Это будет сложный ответ, тем более что мы общаемся посредством слов. Твой разум не сможет выдержать прямой передачи образов. Но я постараюсь объяснить. То, что ты видишь перед собой, это лишь часть того, что ты можешь называть Творцом. Творец – это сущность десятого этапа. Ну а я лишь часть ее, осколок, воплощение, или, скорее функция. Мое отношение к целому можно сравнить как отношение твоего тела и отдельной клетки в нем. Или как отношение сложнейшей языковой модели, обладающей сознанием и небольшой простой функций, которую она написала быстрее, чем за миллисекунду.
– И вместе с тем меня тоже можно назвать сущностью десятого этапа. Или сущностью пикового девятого этапа, находящуюся на грани прорыва. Так стало понятнее?
Повисла тишина. Долгая. Пока наконец я не сформулировал вопрос. Мой рот открылся. Но так и не успел ничего сказать.
– Где мы? – Повторила мой невысказанный вопрос эта богоподобная сущность.
– Мы на поверхности планеты, как ты понял и сам. Только эта планета искусственная. Она состоит целиком и полностью из искусственного механизма, который… Подбирая самые близкие тебе термины, это можно отдаленно назвать компьютером. Квантовым компьютером размером примерно с Юпитер твоего мира. И одновременно это генератор энергии. Он извлекает энергию и ци из вакуума. Или из бездны.
– Что же касательно остального, то эта планета обращается по стационарной орбите вокруг черной дыры, что позволяет лучше извлекать энергию. И все это находится в мире, который похож на космос твоего прежнего мира. Топологически все наше трехмерное пространство можно представить как поверхность тороида. С радиусом примерно в десять миллиардов световых лет. Собственно, наш мир довольно маленький.
– Вы можете читать мысли? – В том хаосе, что сейчас был у меня в голове, на поверхность как утопающий выбился один вопрос. Я его не произносил. Просто представил.
– Да. – Ответ застывшего манекена был на этот раз краток.
– Зачем, старший? – С каким-то благоговением, с бесконечным шоком, с ощущением, что сейчас наступил самый важный, финальный момент моей жизни, спросил я. Сам не понимая вопроса. Да и обращение, «старший» звучало словно бы как насмешка. Ибо разрыв между нами был столь велик, что, подозреваю, ни в одном мире не существовало даже норм этикета для встречи столь разных существ. Десятый этап? Творец? Что это?
– Зачем что? Твои мысли слишком хаотичны, что сейчас нормально. Зачем я говорю с тобой? Потому что хочу, естественно. Зачем ты попал сюда? Увы, но у меня нет ответа на этот вопрос. То, что ты оказался здесь, в этом мире, скорее всего лишь случайность. Погрешность, которая случалась уже не раз. В этот мир иногда попадали путешественники через бездну. А вот покинуть этот мир так невозможно. Великий закон не позволяет этого сделать, окружая весь наш мир слишком мощными потоками бездны. И даже сила творца не властна над ними.
– Это не вы создали игру? Не вы создали механизм, что возродил меня, старший? – Все же взял я себя в руки, попытавшись докопаться до истины.
– Нет. Это сделал кто-то другой. Я-мы-Он властны только над этим миром. И не более.
Снова повисла тишина. Мучительная. Я не знал, что сказать. А сущность словно бы не имела энтузиазма, объяснять что-то еще. Это ломало все представления, всю логику, спутывало мысли. Но я все же заставил себя думать дальше. И раз мне так подробно отвечали на вопросы, то заставил себя сформулировать их еще. Чего бояться, если все мои мысли и так читают.
– Что это? – Указал я рукой на яркое пятно, занимающее половину небосвода. Ту самую туманность.
– Скульптура. – Ответ был краток. И на этот раз мне даже дали высказать вопрос вслух.
– Скульптура из звезд и туманностей? – Переспросил я.
– Да.
– И что она изображает? – Происходящее все больше напоминало бред.
– Создательницу. Исток. Творящую. Ту, что создала все миры. Или создала тех, кто творит миры. – Был мне ответ.
– И создала вас, старший? И почему пятно бесформенное?
– Первый вопрос слишком философский. Прямой ответ на него нет. Не я создал этот мир. Сущность я-мы-Он лишь возвысилась здесь, подчинив себе все это мироздание. А всю красоту фигуры ты не видишь, потому что мы находимся в подножии монумента. В нем самом. Но я покажу его тебе со стороны.
Не успел я что-либо подумать, как мир мигнул. И вместо ровнейшей поверхности исполинского технологического творения под моими ногами скрипнули старые камни и песок. Пару секунд я осматривался, но все стороны простиралась лишь мертвая скалистая пустыня. Воздух был нормальным, небо синим. Дышать я тоже мог, хотя со всей этой магией я мог дышать и там, так что непонятно было вообще, возможна ли здесь жизнь? По крайней мере, ни одной травинки я не видел.
– На этой планете нет жизни. – Последовал ответ на невысказанный вопрос. Но я уже поднял глаза в небо, замирая от шока. Утреннее солнце висело в стороне, над горизонтом. Там же проходила невероятно яркая черта, словно делящее небо на две части. А прямо передо мной, раскидываясь на почти весь небосвод, предстала исполинская фигура.
Человек? Или скорее просто гуманоид. Две ноги, тело, четыре руки. Вместо лица маска, на котором застыли, я бы даже сказал, хтонические глаза, в количестве куда большем чем два. И все это переливалось тысячами оттенков. Все было настолько детализировано. В каждой частичке поверхности заключался целый космос, переливаясь сиянием. Мерцающие звезды создавали узор разных цветов, от белого до насыщенного зеленого. И в этот момент меня начало плющить. Плющить осознанием собственной ничтожности на фоне всего происходящего. Сущность молчала. Словно позволяя мне насладиться зрелищем и прийти в себя. Восстановить равновесие души. Я даже начал поглощать осколки просветления, собирая в кучку мысли. И это позволило заметить, что одна из четырех рук фигуры еще не закончена. Вместо кисти там мерцало бесформенное облако, что словно налеплялось на статую.
– Она создала все? – Спросил я наконец. Вспоминая момент своей первой смерти. Когда та демоница упомянула какую-то госпожу, что и была причиной моего возрождения и существования нового мира. Неужели она имела в виду это?
– Скорее всего. Точно мы не знаем. Известно лишь, что в некоторых мирах она словно оставляла обрывки информации, легенд и знаний, о себе и мироздании. Я-мы-Он собирали эти отголоски прошлого. Легенды гласят, что некогда мироздание умерло. Что вся гроздь миров стала дефектной и погибла, издав последний вопль. Не осталось ничего кроме этого звука. И из него родилась она.
– Я уже не поворачивал головы, чтобы слушать ответ. Вместо этого смотрел на звезды, из которых состояла фигура.
– То что ты считаешь звездами, ими не является. То что ты видишь как точки свечения, это галактики или скопления галактик. – Спокойно прозвучал голос позади. И не будь я под дозой просветления, то наверняка не смог бы в это поверить. Сейчас же я, как компьютер просто принял информацию. Ну да… Кто-то был настолько могущественнен, что лепил скульптуру из тысячи тысяч галактик. Подумаешь…
– Это невозможно. Если это так, то свет не успел бы дойти сюда. Рассеялся бы по пути, так что фигуру нельзя было бы увидеть простым взглядом. А сама она схлопнулась бы под действием гравитации! – Попытался я возразить. Попытался найти то, в чем меня обманывают. Ну да. Это же можно было сделать с помощью иллюзии. Что стоило такому существу взять меня под ментальный контроль? Внушить и заставить увидеть все, что оно хотело? Ничего! Страх и ярость снова начали нарастать в моей душе.
– Законы гравитации подвластны Мне-нам-Ему. Как и константа скорости света. Я-мы-Он изменил ее, как и прочие законы мира, сделав возможным увидеть фигуру творящей на любом расстоянии.– Ответ словно удар кувалды разбил вдребезги все мои сомнения.
– Зачем? – Задал я один вопрос. Уже не сомневаясь, что меня поймут. Казалось, все мироздание ужалось до этого вопроса. Словно я был муравьем, которому вдруг объяснили, что он ползет по ракете, скоро улетающей в космос. Горизонты бытия не просто расширились, они рухнули. Исчезли. Все, что было до этого, уже не имело смысла.
– Это самый главный вопрос. Важный и сложный. – В бесстрастном голосе манекена появилась словно бы эмоция одобрения. Или мне так лишь показалось.
– По той же причине, по которой ты продолжал пытаться познать Бездну, когда вроде бы твой логический аппарат говорил, что это невозможно. Но это было единственным путем, подвластным тебе. – Философски ответил манекен. И я лишь отметил, что он не только читает мысли, но и знает обо мне, наверное, все. Все мои воспоминания. Почему-то это уже не пугало.
– Но я объясню подробнее… – Словно бы сжалился он надо мной.
– Всякий мир есть тюрьма. Всякое Небо это потолок… – И снова нечто философское влилось в мои уши.
– Ты уже и сам понял, что ваш мир был игрой. Просто экспериментом. Пока ты ничтожная часть в нем, тебя это не волнует. Но если бы ты стал императором всей своей сферы миров, как грезил в мечтах, то ощутил бы этот невыносимый груз ограничений. Когда ты не можешь вырваться их текущих рамок. Это экзистенциальное переживание может сводить с ума даже творцов. – Сделал он паузу.
