Текст книги "Ну, здрасте, дедули (СИ)"

Автор книги: Milada.

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц)

– Мистер Поттер, как бы прискорбно это не звучало, но вы остались без пары, – едко сказал новый учитель ЗоТИ. – Быстро ко мне, а вы – он обвёл взглядом класс, – по очереди насылаете на партнёра Петрификус Тоталус. Надеюсь, все помнят движение, но зная, что есть индивидуумы, которым это не дано, – он посмотрел на Рона, – специально для них показываю движение.

И профессор взмахнул кистью, посылая луч в стену. Потом он резко повернулся к Поттеру, посылая заклятие в него и тот еле смог отразить его, выставив нужный щит. Всю пару без перемены ученики оттачивали движения и заклинания, к концу занятий Слизерин получил пятьдесят баллов благодаря Малфою, Забини и, как не странно, Паркинсон с МакДугал. А потом, явно сожалея, он дал по десять баллов Грейнджер и Томасу, и целых двадцать Поттеру.

Последняя на сегодня гербология, по сравнению с предыдущими уроками, интересной вообще не была, ведь ухаживать за волшебными розами было не опасно для жизни и психического здоровья.

После обеда Гермиона потащила всех в библиотеку делать уроки в тишине, а потом они пошли гулять к озеру, где Гарри пытался постоянно сдерживать смех, потому что Рон пробовал ухаживать за Гермионой.

После озера они отправились на ужин, откуда Гарри, сославшись на сытость, помчался в туалет Плаксы Миртл, но не дошёл, так как Снейп, появившийся из-за угла, сообщил, что директор хочет его видеть.

========== Глава 27 ==========

Альбус Дамблдор смотрел в зеленые глаза юноши, которой был его внуком. Взгляд директора лучился светом, и он вещал внимательно слушающему Гарри о злом Томе Реддле, что стал Тёмным Лордом, держащем в страхе всю Магическую Британию. В глазах Избранного светилась жажда мести, он хотел, насколько понял директор, сойтись в дуэли с Волдемортом, что не могло не радовать старика.

Но вот сам Поттер не разделял мыслей директора о плохом дяденьке Томе, сейчас детская обида была сильнее, и все злодеяния Тёмного Лорда меркли по сравнению с поступками Альбуса Дамблдора.

Юноша был полностью уверен, что кто-кто, а директор Хогвартса точно был осведомлен о внуке-бастарде.

«Так почему старик спокойно сидит сложа руки и ничего не делает? Почему он даёт угаснуть роду, ведь он явно намекает, что Гарри Поттер – надежда мира – должен сразиться со злом и скорее всего умереть. Почему он так поступает?»

– Скажите, сэр, – со всем уважением спросил Поттер, – вы не можете уточнить дату рождения Тома Реддла. Ведь как говорят, противника нужно знать в лицо.

– Он родился тридцать первого декабря тысяча девятьсот двадцать шестого года. Но ты не думай, что он слишком стар. Его возраст для мага – это расцвет сил.

Гарри попытался мысленно прикинуть, сколько было Тому, когда родилась Лили. Тридцать четыре года, всё вполне объясняется, возможно Амелия Эддингтон была женой Реддла или возлюбленной, вот только почему девочка оказалась у Эвансов, было вопросом.

Гарри перевёл взгляд на директора и улыбнулся. Никто не знает о Тёмном Лорде больше, чем тот, кто возомнил себя его величайшим врагом.

– А сколько ему было, когда он стал главой Пожирателей? – он буквально выплюнул слово «пожирателей», показывая, как он их презирает. Право, его голос прозвучал так убедительно, что он мог гордиться своими театральными способностями.

– Ну, об этом мало кто знает точно, мальчик мой, разве что первые его сподвижники. Но насколько я знаю, ему было тогда лет двадцать пять.

Поттера мысленно перекосило от фразы «мальчик мой», хотелось рассказать директору, в каких местах он может найти своих мальчиков. Он не знал почему, но он начал чувствовать острую неприязнь по отношению к директору. Не знал почему, но тот казался омерзительным. И в сказке о волшебниках, самый, казалось бы, добрый дедушка, встал вровень с «плохими ребятами».

Он был словно большой паук, плетущий свою паутину и заманивающий в неё глупых мух. Странно, почему появилась такая аллегория, но именно так он теперь представлял директора. Кажется, он начал понимать слизеринцев, не переносящих Дамблдора.

– Спасибо, сэр, – быстро вернулся в реальность Поттер, – вы многое мне рассказали и мне есть о чём подумать. Я, наверное, пойду.

– Конечно, мой мальчик. Знаешь, я не должен тебе этого рассказывать, но соблазн уж слишком велик. Профессор Снейп хвалил тебя и лестно отзывался о ваших летних занятиях, – директор лукаво сверкнул глазами из-под очков-половинок.

Поттер кивнул и попрощался с директором, покидая его кабинет. Он быстрым шагом направился в подземелья. Хотелось поговорить со спокойными и уравновешенными людьми, которые не будут пытаться его обмануть.

Слизерины встретили его радушно, он сел в кресло и вытянул ноги на столик, слушая ставший привычным доклад от Добби. Слизерин сделал замечание, что будущему лорду не стоит задирать ноги на стол в присутствии дамы, на что Гарри лишь мило улыбнулся, получив озорную улыбку Белинды в ответ.

Поттер смотрел на Добби, выставляющего книги по теме и в алфавитном порядке, тот просто фанател от уймы работы. Глядя на методично переставляющего книги эльфа, Гарри размышлял. Он никак не мог соединить в одно целое Тёмного Лорда, главу «Ордена Феникса», «Борцов за жизнь» и письмо от мамы. Постоянно получалась неразбериха. Он хотел попробовать выработать новую тактику, выяснить временные рамки произошедших событий. Нужно начинать с самого начала.

Сначала были Борцы, значит, с них и нужно начать.

– Расскажите мне о «Борцах за жизнь», лорд, – Гарри посмотрел на мужчину. – Я думаю, что вы ничего не успели забыть.

– Оскорбляете, Поттер. Нам никогда не дано знать, что будет после смерти, и все здравомыслящие маги собирают воспоминания, дабы оставить потомкам.

– Следуйте за мной в лабораторию, вместе с эльфом! – с каким-то нездоровым энтузиазмом сказал Слизерин.

– Он скучает по интригам, – попыталась оправдать отца дочь.

– Но я не успел даже заикнуться ни о каких коварных планах, – недоумевал Поттер.

– У него на такое нюх, – не слишком весело сказала Белинда.

– Добби, – обратился Гарри, – бери Белинду и бегом в лабораторию.

В лаборатории их ждал Слизерин.

– Нужно отодвинуть шкаф, – сказал он, смотря на кованый шкаф, занимавший полстены, – я попросил своего эльфа сразу после моей смерти задвинуть им вход в мою спальню.

Добби быстро отодвинул, казалось бы, неподъёмный шкаф и показалась большая дверь, завешанная паутиной. Гарри смахнул её рукой и толкнул дверь, подумав, что Тайная комната занимает всю территорию под Хогвартсом. За дверью явно было большое помещение, но разглядеть что-то во тьме Поттер не мог, пока догадливый эльф магией не зажёг огромный камин, занимавший всю стену. Всё было в пыли и паутине.

– Что я должен найти?! – заорал он, чтобы маг услышал.

– Возле письменного стола стоит думосбор, а на столе воспоминания, возьмите их.

Гарри подошёл к столу и увидел на нём лишь маленький сундучок и больше ничего, значит воспоминания основателя были в этой крохотной шкатулке. Он взял её в руки и, кивнув Добби на пыльный думосбор на какой-то причудливой подставке, попросил эльфа отправить всё это в библиотеку, куда и направился сам, взяв Белинду.

В библиотеке уже стоял думосбор, блестевший чистотой, рядом едва не плясал эльф.

– Чего тебе?

– Хозяин, разрешите убрать в комнате.

– Иди, – махнул рукой Гарри и перевёл взгляд на Слизерина.

– Ну и как её открыть?

– Воспоминания вместе со шкатулкой защищены моим личным заклинанием, дабы снять его скажите «Ar agor»*, но советую прежде положить сундучок на пол.

Гарри положил шкатулку, как посоветовал маг и, направив палочку, сказал требуемую фразу. Сундучок начал расти и расширяться, превращаясь в сундучище. Ввысь он был Поттеру по пояс, да и в ширину был не меньше. Гарри открыл крышку и чуть не ахнул, сколько же было здесь воспоминаний. К сундуку были явно применены чары увеличения пространства, если бы Поттер хотел, то мог бы спокойно лечь на дно сундука. Внутри него на маленьких полочках стояли разного размера склянки с мутным веществом.

– Давайте, я помогу вам разобраться, – предложил Слизерин.

Гарри немного передвинул сундук, чтобы магу было удобно, и тот начал всматриваться, пытаясь вспомнить, где что лежало. Где-то через полчаса на столике стояло примерно двадцать пять флаконов. И тут Поттер вспомнил, что сейчас далеко не лето, и он в замке не один и что его могут искать, так что он быстро попрощался с Слизеринами, сказав, что скоро вернется.

***

Если не считать Гермионы и Рона, сидевших возле камина, то гостиная была абсолютно пустой.

– Мы думали, ты пошёл сюда, а тебя здесь нет. Ты куда ходил? – спросила Гермиона.

– Я шёл в гостиную, но меня захотел увидеть профессор Дамблдор и я всё это время был у него.

Где-то за пять минут он вкратце рассказал друзьям о беседе с директором, и сославшись на усталость, потащил Рона спать. Быстро приняв душ, он опустил балдахин и принялся ждать, пока не утихнут все мальчишки. Невилл с Симусом долго о чём-то говорили, но Поттер даже не вслушивался. Постепенно голоса стихли, и он подождал, пока дыхание всех парней не станет ровным и тихим. Как только это произошло, он надел приготовленную мантию-невидимку и выскользнул из спальни.

Комментарий к Глава 27

*ar agor (валлийский) – открыть

========== Глава 28 ==========

Гарри смотрел на расставленные на столе флаконы. Как только он пришёл, маг скомандовал достать ещё с дюжину воспоминаний и выстроить их в заданном им порядке. Гарри смотрел на все эти воспоминания и думал, что ему явно не хватит ночи, чтобы всё пересмотреть. Но делать было нечего, мало того, что он с самого рождения был в этом… по уши, так ещё намеревался самостоятельно увязнуть ещё глубже. Видимо, придется именно ему расхлебывать всё, что наворотили дедули.

– Насколько вы знаете, – сказал Салазар Слизерин, – из воспоминаний нельзя вынырнуть самому, вам это поможет сделать другой человек, оставшийся в комнате, либо вы должны просмотреть всё до конца. Именно поэтому маги пытаются делить воспоминания на части, чтобы они не были слишком долгими, и если вы взяли не то воспоминание, вам не придется долго и скучно смотреть то, что вам абсолютно не нужно.

– К чему я это, собственно, веду – я мог случайно дать вам два или три ненужных воспоминания, но что я могу поделать, их там тысячи.

Гарри терпеливо выслушал слегка скучноватый монолог лорда и взяв воспоминание под номером один, вылил его в думосбор. Он почему-то окинул взглядом Белинду и, дождавшись пока тёмная струйка воспоминаний растворится, с головой погрузился в мутноватую жидкость.

***

Молодой высокий мужчина крепкого телосложения быстрым шагом шёл по полуосвещённому коридору. Остановившись возле большой дубовой двери, поправил воротник и без того безупречной рубашки и высоко подняв голову, открыл дверь.

– Вы желали меня видеть, отец? – спросил молодой наследник рода Слизерин.

–Да, Салазар, садись.

Статный мужчина, сидящий за столом, поднял голову, оторвавшись от бумаг и перевёл взгляд холодных серых глаз на свою младшую копию. Он пристально смотрел на сына, сидевшего словно статуя, а потом откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

– Сегодня произошло нападение на Акилу Нотта, Фарон в бешенстве.

– Он жив? – парень сжал руку в кулак. – Напав на шестилетнего мальчика, они пересекли черту.

– Наследник в полном здравии, отделался лишь шоком да парой царапин. Фарон отследил одного из нападавших, он сейчас в его подвалах. Сын, – голос мужчины был строг и холоден, – я планирую обезопасить вас с матерью и Элиотом. Собирайся и сообщи брату, что на некоторое время вы переедете в поместье во Франции, – мужчина ненадолго умолк. – Напав на Нотта, они объявили нам войну.

– Хорошо, отец, – сказал враз ставший более серьезным молодой человек. – Я могу идти?

– Да, – мужчина снова начал перебирать бумаги.

***

Гарри вынырнул из воспоминаний давно мёртвого мага и перевёл слегка расфокусированный взгляд на Слизерина. Тяжелое, наверное, у того было детство с таким строгим отцом. Его, правда, не заставляли работать в саду, но всё же особо радоваться, кажется, было нечему.

***

Молодой Салазар Слизерин сидел на большом валуне у моря, смотря, как мальчик восьми лет купается под присмотром эльфа.

– Салазар, Салазар, смотри, Авар летит, – радостно закричал Элиот, выбегая из воды.

Юноша перевёл взгляд на небо. Действительно, к нему приближался большой чёрный филин. Он спикировал на землю и важно подошёл к Салазару, протягивая тому лапу с письмом. Юноша снял послание с лапы птицы и провёл рукой по перьям. Авар щелкнул клювом от удовольствия и, не ожидая ответа, взмыл ввысь.

– Это письмо от отца? – нетерпеливо выкрикнул подбежавший черноволосый мальчик.

– Ты слишком несдержан, Элиот, наследнику благородного рода не следует столь яро выражать эмоции. Отец бы не одобрил такого поведения, – строго сказал старший брат, смотря на пристыженного мальчика, подвигаясь: – Садись рядом.

Развернув послание отца, Салазар прочитал:

«Сын, как только получишь это письмо, сразу портключом перемещайся домой. Отец».

– Тор, быстро проводи Элиота в поместье, – вызвав эльфа, он подошёл к брату: – Скажешь матери, что меня вызвал отец. Всё, иди.

Он дождался, пока эльф аппарирует вместе с братом и достал висящий на груди медальон. Небольшой, сверкавший на солнце, с выгравированной буквой С, он был его портключом многоразового использования. Салазар сжал его в руке.

– Слизерин-мэнор.

Юноша появился на лужайке возле величественного замка в готическом стиле и вошёл в двери. В коридорах было тихо, казалось, что он был совершенно пуст, но это было не так.

– Рок, – позвал он, – сообщи отцу, что я прибыл.

Эльф исчез, вернувшись через несколько минут.

– Лорд ждёт вас, наследник, – и, согнувшись в поклоне, Рок исчез.

Юноша быстро поднялся к той самой дубовой двери, три коротких удара, тихое «войди», и вот он стоит перед отцом. Тот расположился возле окна и всматривается вдаль.

– Сегодня Фарон собирает у себя лордов, в основном из Палаты… Мы проведём допрос нападавшего, не в Визенгамот же нам его тащить, – он усмехнулся сыну. – Я хочу взять тебя с собой, одевайся, через полчаса аппарируем в поместье к Ноттам.

– Рок, приготовь мне парадную одежду.

Юноша поднялся на третий этаж в свою комнату. Кроме шкафа, кровати и стола с стулом в ней ничего не было. Еще одна дверь вела в комнату, в которой стояла лохань для омовений.

Раздался неожиданный хлопок, эльф принёс одежду. Молодой человек взял вещи и скрылся в соседней комнате. Спустя некоторое время он вышел оттуда, облачённый в штаны из драконьей кожи и такие же сапоги до колен, белую шёлковую рубашку и длинную мантию. Свои длинные, чёрные, как смоль волосы он собрал в низкий хвост. Салазар оглянулся вокруг и снова пошёл к отцу, тот ждал его в похожем одеянии, его не менее длинные волосы были собраны в такой же хвост. Слизерин-старший осмотрел сына и сказал:

– Аппарировать будешь вместе со мной, лорд Нотт лишь ослабит родовую защиту на время, но не снимет её, придется прорываться сквозь неё, ты сам скорее всего пока не справишься. Так что, руку, – маг протянул ладонь сыну, зная, что парень не будет перечить, и тот ухватился за неё.

Они прорвались через ослабленную родовую антиаппарационую защиту Нотт-мэнора и грациозно появились на лужайке возле дома.

– Лорд Слизерин, наследник, – возле них сразу появился эльф, – хозяин Фарон велел проводить вас в большую гостиную.

Отец и сын шли по коридорам старинного мэнора вслед за эльфом, пока тот не остановился, показывая ручкой на дверь. Маги вошли и увидели стоящего у окна Фарона Нотта.

– Доминус, Салазар, рад вас видеть, вы пришли первыми, остальные скоро подтянутся.

– Фарон, – лорд Слизерин склонил голову в почтительном приветствии, также, как и его сын.

С разрешения хозяина мэнора они сели на стулья, стоявшие вокруг огромного стола для переговоров. В течении пяти минут все места были заняты, присутствовало много магов, большинство со своими наследниками старше семнадцати лет. Здесь были лорды Эйвери, Розье, Краучи, Поттеры, Блэки, Малфои, Гриффиндоры, Певерелы, Прюэтты, Рейвенкло, Хаффлпафф, Паркинсоны, Забини, Лестрейнджи, Принцы и прочие чистокровные волшебники.

– Все знают, по каким причинам мы собрались здесь, – взял слово Нотт, – в нашем мире началась война, мы должны разобраться в этом, ведь кроме нас, этого не сделает никто. Сегодня мы обсудим наших врагов, именующих себя «Борцами за жизнь» и допросим одного из них. Итак, приступим…

========== Глава 29 ==========

Маги внимательно смотрели на Фарона Нотта. Тот взмахнул рукой и на столе появились различные бумаги, карты и наброски.

– Давайте подытожим факты, которые нам сейчас известны, хотя бы для того, чтобы наследники поняли, о чём идёт речь. Итак, полтора года назад произошло первое нападение на леди Элизабет Крауч, и в это же время мы впервые услышали о некоем сообществе под названием «Борцы за жизнь». Возможно, некоторые из вас слышали это название и раньше, но до нападения никто не обращал на него внимания. Ровно через месяц нападение повторилось, но уже на наследников Гарольда Прюэтта и Дориана Розье, находившихся на Косой Аллее. И, как и в случае с леди Крауч, были просто заклинания и никто не видел волшебника, выпустившего их. И снова лишь небольшие телесные повреждения. Если раньше многие думали, я извиняюсь, лорд Крауч, что леди Элизабет перешла кому-то дорогу, то нападение на наследников заставило насторожиться, – голос говорящего был ровен и холоден, но иногда просачивались скрываемые эмоции: ярость и жажда мести.

Вышеперечисленные лорды, сыновья которых попали под удар, сидели здесь же, но не пытались скрыть эмоции. Их лица были бесстрастны, но вот глаза… В них плескались чувства отцов, едва не потерявших самое главное для них. Глаза горели яростью и жаждой крови, казалось, что в каждом мужчине живёт дикий зверь, готовый бороться за потомство до последнего вздоха. Это было завораживающе – настолько живые глаза на абсолютно спокойных лицах.

– У чистокровных волшебников возникли опасения, – тем временем продолжил Нотт. – Многие лорды отправили детей с жёнами в безопасные места и, если те и появлялись в людных местах, то только с проверенной охраной. Прошло несколько месяцев, уже казалось, что всё успокоилось, и тут, в какой-то момент, все лорды почувствовали, как кто-то пытается пробить брешь в их родовой защите, – Нотт умолк, смотря, как юные наследники переводят взгляды на отцов – они о таком не знали.

– Благо, что ни одна кровная защита не подвела, хотя пришлось и попотеть. Такие нападения продолжались раз за разом и на все мэноры одновременно. Разумная тактика, ведь нападая на всех одновременно, они не давали нам возможности прийти на помощь друг другу.

Обеспокоенные лорды начали отправлять своих детей в другие страны, используя разные методы – многоразовая аппарация, которую невозможно отследить, не отслеживаемые портключи. На дома накладывались различные родовые защитные чары.

– Всё было хорошо, только я где-то сплоховал. Меня отследили до мэнора и, так как я не могу всё время быть дома, во время моего отсутствия на Акилу напали. Два защитника, приставленных к нему, погибли, но остальные вовремя среагировали, и я успел прийти на помощь. Нападавшие исчезли бесследно, все, кроме одного. Его то я и отследил, – лорд умолк и никто не нарушал тишину. – Они объявили войну. Войну чистокровным магам.

Казалась, что в и так тихом помещении стало еще тише.

– Возможно, вы обратили внимание, что здесь находятся не все лорды, за столом сидят лишь те, которые не предадут, в которых никто не сомневается…

***

Гарри вынырнул из воспоминания и повернулся к Слизерину:

– Кого не было? Ну, тогда, за столом у Нотта, – пробормотал он.

– Не было Уэсли и Корбинов.

– И почему именно они? У вас были точные факты их предательства?

– Понимаете, Поттер, тогда всем было страшно, начиналась война и посвящать в свои планы кого попало не хотелось. Не было тех, кто мог предать под страхом смерти, не было тех, кто мог провести врагов и выдать им тайны, – маг чуть ли не шипел, поражаясь недогадливости Поттера.

– Они оправдали ваше недоверие? – спросил тот, широко зевая.

– Лучше смотрите, может, чему-то научитесь.

Поттер взял следующее воспоминание.

***

– Прошу следовать за мной, – сказал Фарон Нотт, направляясь к двери.

Маги чинно встали, тихо переговариваясь между собой. Салазар тоже поднялся и собирался стать рядом с отцом, когда увидел Годрика Гриффиндора, смотрящего на него. Молодые люди встретились взглядами и одновременно кивнули. Они пристроились позади идущих и смогли хоть на время снять хладнокровные маски.

– Здравствуй, Рик, – поднимая вверх уголки губ, сказал Салазар.

– Привет, Салазар, – широко улыбаясь, ответил Гриффиндор, – расслабься уже, уж с кем, с кем, а со мной можешь быть спокоен. Рядом с друзьями можно побыть собой, а не занудным наследником, – тихо сказал Рик.

Черноволосый парень скептически посмотрел на друга, но всё же немного расслабился.

– Что ты думаешь, Салз, по поводу всего этого.

– Отец посвящал меня во всё это, но никогда не говорил о нападении на мэнор, никогда не рассказывал, что пытались пробить родовую защиту. Да я тоже молодец, ведь я наследник и связан с родовым камнем, но ничего не почувствовал.

– Не кипятись, Салз, я тоже ничего не почувствовал.

– Прекрати называть меня Салз, – по слогам отчеканил Слизерин.

– Да ладно тебе, ты ведь зовешь меня Рик, – хмыкнул парень.

Вся процессия спустилась в подземелья древнего мэнора, тихо переговариваясь.

– Слабонервные могут не входить, – с ехидцей сказал хозяин дома, открывая железную дверь.

За дверью была достаточно большая комната, чтобы все присутствующие смогли расположиться полукругом, как раз напротив прикованного мужчины, находящегося в ней.

Он висел на длинных, свисающих с каменного потолка цепях, так, что его ноги едва касались пола, и с хищной улыбкой смотрел на вошедших. Его худое тело, в одних лишь разорванных брюках, начало медленно дрожать от смеха. Руки были вывернуты из суставов, он был весь в крови, губы разбиты, длинные волосы слиплись и падали на лицо так, что сложно было рассмотреть его. На теле подвешенного было несколько глубоких ран, которые кровоточили, и множества разного размера синяков и ссадин. Он хохотал, и булькающий смех разносился по подземельям.

– Ну и зачем вы пришли? – он вдруг стал совсем серьезным. – О, кого я вижу, Крауч и Прюэтт, – протянул он, – как поживают наследнички? Сколько людей… Ваши детки следующие, – обведя хищным взглядом мужчин, он снова расхохотался диким истерическим смехом.

Кто-то из толпы повёл рукой и чёлка пленника откинулась назад, открывая худое лицо с обезумевшими глазами. Под ними залегли большие тени, от лба до уха тянулась кровоточащая рана и кровь тихо капала на пол.

– Пенгебор? – тихо прошептал Салазар, смотря на отца, тщательно скрывающего удивление.

– Не ожидали, – тот захохотал, – люблю делать сюрпризы!

Нотт взмахнул рукой и тот замолк, содрогаясь в судорогах, его конечности выгибались под неестественным углом, а глаза раз за разом закатывались.

– Ты расскажешь нам о «Борцах за жизнь», – прошипел Нотт, снимая заклятие.

– Я вам всё расскажу, слушайте внимательно, – Пенгебор был спокоен и серьезен до предела. – Вы не цари сего мира, есть люди поважнее вас и вскоре вам всем придёт конец.

– Говори по существу, – чуть ли не на парселтанге зашипел Слизерин.

– А вот и не скажу, – висящий мужчина высунул язык, – готовьтесь, ваши ублюдки скоро умрут, можете расширять семейные склепы.

– Разрешите, – обратился Слизерин к присутствующим обозлённым магам, выходя вперёд, – я давно хотел показать Салазару действие одного семейного заклятия, вы не против?

Маги кивнули, зная, какие родовые заклятия у тёмного рода Слизеринов.

– Латар белаканг кулит*, – зашипел на парселтанге Доминус.

В подземелье раздались крики мучимого адской болью пленного. Он висел и ужасающе орал, но с самим телом ничего не происходило. Но это ошибочное мнение исчезло из голов присутствующих через некоторое время, когда под кожей у мужчины начало что-то двигаться, и вот уже спустя несколько минут задвигалась вся кожа.

– Смотри, сын, сейчас она с него слезет.

И словно в подтверждение его слов с пленного начала медленно слазить кожа, отваливаясь небольшими кусками, с тихими влажными шлепками падая на пол. Некоторые наследники отвернулись, но Салазар не отвёл взгляда.

– Прекрати, сукин сын… прекрати… слышишь, я всё расскажу… только прекрати…

Слизерин сразу же отменил заклятие. Узник перестал кричать, и только мучительные стоны срывались с разбитых губ. Он выглядел ужасно, кожа местами облезла, а местами висела, держась на мышечных тканях. Пенгебор поднял голову, кусок кожи, висевший под глазом, устрашающе колыхнулся.

– Я вам всё расскажу, высокомерные уроды – прохрипел он. – Слизерин, твой паршивый отпрыск Элиот умрёт, корчась в адских муках, слышишь, мы пришлём тебе его труп.

Лорд Слизерин взмахнул рукой, накладывая заклятие немоты на пленника.

– Господа, у моего сына есть экспериментальное зелье, которое заставит его говорить правду, не знаю, как долго, и я не совсем уверен в последствиях, но думаю, что ему уже всё равно, – он окинул взглядом плачевного вида живой труп. – Если вы не против, то он попросит эльфа доставить зелье сюда.

– Давай, давай, – послышались одобрительные голоса.

Юный Слизерин покинул комнату вместе с Фароном Ноттом, дабы тот пропустил его эльфа сюда. Когда лорд ослабил защиту, эльф смог аппарировать в дом.

– Принеси мне моё последнее зелье и давай живее, никто не будет долго держать щиты опущенными.

Эльф аппарировал туда и обратно, очень быстро принеся прозрачное зелье. Салазар с лордом вернулись назад в камеру. Юноша, едва сдерживая дрожь, влил содержимое флакона в рот пленнику и надавил на шею, заставляя глотнуть. Потом отсчитал тридцать секунд и задал вопрос, чтобы проверить действует ли зелье, предварительно сняв заклятье немоты.

– Как вас зовут?

– Элайджа Гибон Пенгебор.

Салазар облегчённо выдохнул.

– Я назвал зелье «печать правды», действует около десяти минут и теперь он может говорить только правду. И да, есть вероятность, что он умрёт сразу после допроса, зелье ещё не доделано. Спрашивайте его, – сказал довольный зельевар.

Мужчины подошли ближе и начали поочерёдно задавать вопросы:

– Ты состоишь в группе «Борцы за жизнь»?

– Да.

– Кто ваш главарь? – спросил, судя по голосу, Певерелл.

– Он называет себя Деус.

– Деус? – кто-то хмыкнул. – Деус значит Бог.

– Какова ваша цель?

В этот момент глаза мужчины закатились, по телу пошла дрожь и Пенгебор, судорожно вздохнув, затих навсегда.

– Доминус, – воскликнул кто-то, – твой сын убил наш единый шанс узнать хоть что-нибудь.

– Игнатиус, будь другом, – обернулся лорд Слизерин к Певереллу, кивнув на труп.

– Твой наследник наворотил, тебе и исправлять, – недовольно высказался невысокий мужчина с чёрными глазами.

– Кто тут некромант, я или ты?

Мужчина, скривившись от омерзения, положил руку на лоб трупу и начал нараспев читать катрены на неизвестном языке. Труп начал подниматься, пока не принял вертикальное положение.

– Госпожа недовольна, что мы забрали его. У вас не так много времени и не смейте применять никаких заклятий и заклинаний. Я больше не смогу его поднять.

– Ты будешь говорить, Пенгебор? – спросил Нортон Флинт.

– Нет, – прозвучал загробный голос, – вы скоро вернёте меня за грань и ничего не узнаете.

Лорд Слизерин отделился от толпы и подошёл к Игнатиусу Певереллу.

– Ты сможешь заставить его?

– Я постараюсь, – Певерелл шагнул к трупу и снова начал читать катрены.

Через пару минут некромант уставшим голосом повторил оставшийся ранее без ответа вопрос:

– Какова ваша цель?

– Уничтожить чистокровных и их паршивое отродье.

– Зачем?

– Вы недостойны жизни. Вы и ваша магия.

– Вас много? – рыкнул кто-то.

– Да.

– Сколько вас? – задал кто-то более точный вопрос.

– Не знаю, не считал.

– Зачем ты, отпрыск благородной семьи, пошёл против братьев и сестёр?

– Они не достойны жить. Они должны уступить место нам.

– Кому вам? – рявкнул один из лордов.

– «Борцам за жизнь».

– Но зачем это вам? – спросил какой-то наследник.

– Власть.

– Вы ведь ещё и не начали сражаться в полную мощь? – спросил тихий голос Доминуса.

– Нет, это только начало.

– Он уходит за грань. Всё, я больше не могу его держать, – произнёс Певерелл.

– Я думаю, что мы услышали более чем достаточно, – сказал Аларик Гриффиндор.

– Прошу всех наверх, – проговорил Фарон.

* С малазийского – кожу прочь

========== Глава 30 ==========

Поттер вынырнул из воспоминаний.

«Чёртовы чистокровки».

Он с долей неприязни посмотрел на Слизерина, который стоял так спокойно тогда, когда на его глазах убивали человека. Но его можно было понять, ведь напрямую угрожали его семье.

– Вы дружили с Годриком Гриффиндором? – задал Гарри совсем неуместный вопрос.

– А разве нет, Поттер? Или вы верите, что два врага внезапно решили возвести школу? Да и странно, что после этого воспоминания вас интересует именно этот вопрос. Больше ничего спросить не хотите?

– Что вы чувствовали, когда на ваших глазах умирал человек?

– А вы всё-таки странный, Поттер. Что я чувствовал? Я жалел, что не моя рука наслала на него проклятье.

«Гарри поморщился. И это он ещё странный! Но если бы у него тоже были родители и брат, и им бы угрожали, он бы тоже стал защищать их, но вот убить? Смог бы он убить? Он не знал».

– Хозяину нужно спать, – сказал появившийся из спальни Слизерина Добби.

– Пожалуй, я действительно пойду, – задумчиво протянул юноша, – остальное посмотрю завтра.

Он встал и вышел из комнаты, голова гудела, глаза слипались, он чувствовал себя омерзительно. Он не помнил, как добрался к портрету Дамы, но она уже спала. Пришлось разбудить её и выслушать нотацию, что желательно ученикам благородного факультета приходить пораньше. Повозмущавшись вдоволь, она всё-таки впустила его.

На часах было полтретьего утра, а ведь ему казалось, что в обществе портретов он провёл всего полчаса. Парень тихо проскользнул в кровать, под балдахин, пытаясь не потревожить спящих товарищей.

Глаза сразу закрылись и последней мыслью, перед тем, как он провалился в царство Морфея, было:

«Да, я бы убил».

***

– Заткнитесь все, – рявкнул Гарри Поттер, и это были его первые слова, сказанные прекрасным сентябрьским утром. – Спасибо, – сказал он удивлённым соседям, – вот так-то получше, – и хлопнул дверью в ванную.

Холодная вода привела его в чувство, и он словно по-другому посмотрел на мир. Когда он вернулся, в комнате были только Рон и Невилл, молчавшие до сих пор.

– Извините, просто не выспался.