Текст книги "Венец тьмы"

Автор книги: Мануэлла

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)

Оливия раздавала хлеб, а Томас стоял рядом, помогая ей. Внезапно среди беженцев возникло движение. Кто-то закричал. Оливия подняла голову и увидела мужчину, который странно двигался, словно его тело не подчинялось ему. Его глаза были затянуты чернотой.

– Одержимый! – пронесся крик по площади. – Среди нас одержимый мраком!

Люди в панике бросились врассыпную. Мужчина повернул голову, зашагав сломанной куклой к Томасу, и Оливия с ужасом увидела, как из его тела выползают тени – не такие, какие она видела обычно, а искажённые, нестабильные формы, беспрестанно меняющие очертания. Они потянулись к мальчику, словно почуяв его страх.

Не раздумывая ни секунды, Оливия бросилась к Томасу, закрыв его своим телом. Она присела, крепко обнимая мальчика, и закрыла глаза, ожидая удара.

Вокруг кричали люди. Кто-то звал на помощь стражу. Потом внезапно наступила тишина – такая полная, что Оливия слышала только бешеный стук своего сердца и прерывистое дыхание Томаса.

Она медленно открыла глаза и подняла голову.

Одержимый стоял в нескольких шагах от них, но выглядел совершенно иначе. Чернота исчезла из его глаз, а тени, которые извивались вокруг его тела, растаяли. Он выглядел ошеломленным, как человек, внезапно пробудившийся от глубокого сна.

– Что… что случилось? -пробормотал он.

К ним уже бежала перепуганная сестра Магдаю

–Оливия! – воскликнула она, помогая ей и мальчику подняться.– Вы чудом спаслись!

Стража окружила бывшего одержимого, который всё еще выглядел растерянным. Он не сопротивлялся, когда его увели.

– Я не понимаю,– прошептала Оливия, всё еще дрожа от пережитого страха.– Говорят, что одержимых никак не остановить, не очистить. А он...

– Да,– подтвердила Магда, обнимая Томаса.– Я видела его глаза. Они были чёрные как ночь, он точно был одержим. Но свет, что я разглядела внутри тебя, – с уверенностью в голосе продолжила.– Очистил его. Это благословение.– устремила она глаза к небу.

В этот момент к ним подошла сестра Агата. Её лицо исказилось от ярости.

– Я всё видела, – прошипела она, наклонившись к Оливии так близко, что та почувствовала её горячее дыхание. – Аббатиса была права, подозревая тебя с самого начала. Это не благословение – это проклятие! Все знают, кем были твои родители.

Оливия застыла, чувствуя, как холодеет кровь в жилах.

– Дочь такая же, как они, -с ненавистью продолжила Агата. – И если ты думаешь, что сможешь скрыть свою истинную природу, то глубоко заблуждаешься. Я расскажу обо всём преподобной матери, и тогда…

– Тогда что, сестра Агата?– спокойно перебила её Магда. -Тогда аббатиса узнает, что Господь даровал сестре Оливии дар изгонять мрак? Дар, которого нет ни у кого из нас?

Агата растерянно моргнула.

– Это не дар, это… это колдовство! Мракоборцы, они... Мрак их поглощает, это все знают!

– Колдовство несет тьму,– возразила Магда.– А здесь мы все увидели свет.

Агата бросила на них последний злобный взгляд и удалилась.

Оливия обняла Томаса, который всё еще дрожал от пережитого страха.

–Всё хорошо, – прошептала она. – Теперь всё будет хорошо.

Но в глубине души она знала, что это лишь начало. Сестра Агата была права в одном – Оливия действительно скрывала свою истинную суть. Того, что в ней душа уже не слабой и изнеженной Оливии, а сила– не простой землянки Тани.

7. Рейвен

Рейвен Стормхилл лежал с закрытыми глазами, ощущая, как утреннее солнце касается его лица через полупрозрачные шторы. Рана на боку, полученная во время последнего столкновения с приграничными тварями, почти зажила, но слабость никуда не делась. В молодости подобное ранение не доставило бы ему дискомфорта и дня, но теперь… Годы без истинной пары давали о себе знать. Древняя драконья кровь, текущая в его венах, постепенно теряла силу. Проклятая природа задумала подобное не просто так– с её стороны это было стимулированием поиска драконом своей пары, создания семьи, рождения новых драконов. Ведь они могли рождаться лишь от истинной пары, в браках с другими и собственный дракон слабел, постепенно превращая обладателя в простого смертного, и потомство рождалось обычными людьми.

Он почувствовал движение с обеих сторон кровати. Две теплые и очень разные женские фигуры прижимались к его могучему телу. Рейвен усмехнулся уголком рта, не открывая глаз. Генерал любил женщин, и они отвечали ему тем же – несмотря на многочисленные слухи о его похождениях, ни одна из них не могла устоять перед золотоволосым великаном с жестким, но притягательным нравом. Почти каждая была уверена в том, что уж на ней-то он точно остановится– влюбится, женится. И, почти каждая, ошиблась. Как бы ни лгал себе Рейвен, но в глубине души он мечтал встретить ту самую, единственную, истинную. Перед его глазами был и пример родителей, и рассказы прадеда, когда Рейвен был ещё совсем маленьким, о том, что с ней все будет иначе. Жизнь будто новыми красками заиграет.

– Ты проснулся, мой дракон?– промурлыкала Джулиана, рыжеволосая прелестница , поглаживая его широкую грудь.

– Как можно спать, когда такие красавицы рядом? – хрипло ответил Рейвен, наконец открывая глаза и окидывая взглядом обеих женщин.– Пару минут– и я весь ваш. Снова.

Элоиза, брюнетка с точеной фигурой танцовщицы, потянулась и села, не стесняясь своей наготы.

–Если бы– наш.– мрачно усмехнулась Джулиана.– Ты спешишь осчастливить своим вниманием каждую женщину в королевстве. – упрекнула она его полушутя.

Рейвен, вскинув бровь, парировал:

–Но ведь меня действительно на всех хватает. По крайней мере, ещё никто не жаловался. – он лениво следил за небольшой упругой грудью Элоизы.– Я готов предложить любой леди себя в полное безраздельное пользование, любую свою часть. Кроме, безымянного пальца.– спохватившись, добавил он, намекая на невозможность брака.

– Кстати, Рейвен, – сказала Элоиза, лукаво улыбаясь, – Флавиния Прескотт в открытую заявила на балу у графини Уэсли, что до конца года станет твоей женой.

Генерал искренне рассмеялся:

– Прескотт уже третий год пытается поймать меня в свои сети. Я её уважаю и иногда благодарю за настойчивость, но не более.

– О, это еще что! – вмешалась Джулиана, приподнимаясь на локте. – Я своими ушами слышала, как леди Бредбери поклялась королеве, что одна из ее дочерей станет генеральшей еще до конца сезона. А ты знаешь, что она двоюродная сестра короля! Их семейство настроено весьма решительно. Так что, наш неприступный дракон, ты обречён!

Обе женщины весело рассмеялись, когда Рейвен картинно застонал.

– И всё же, зря леди Бредбери надеется,– фыркнула Элоиза. – Рейвен -дракон воздуха, пытаться удержать его все равно что ловить ветер пальцами. Он просочится сквозь любые ловушки.

Генерал притянул к себе обеих женщин, наслаждаясь моментом беззаботности.

–Вы обе знаете, что я ценю свою свободу превыше всего, – произнес он, поглаживая их по волосам.– Но ведь в этом есть большой плюс, не так ли? Иначе, вместо такого чудесного времяпровождения с вами, я вынужден был бы сопровождать супругу на скучном вечере или вытирать слюни наследникам ...– тут он задумался– Хотя, там ведь будут няни. Много красивых нянь...

–Ох, Рейвен, ты неисправим!– легонько ткнула его пальчиком в грудь Элоиза, а он, перехватив её руку, поцеловал тонкие пальцы, пристально глядя ей в глаза. Затем, медленно, нежными и лёгкими движениями, стал ласкать языком каждый из них, заставив девушку тихо простонать его имя. Джулиана, тяжело дыша, как завороженная следила за ними.

Резкий стук в дверь нарушил интимную атмосферу. Не дожидаясь ответа, в спальню вошел Грегори, личный камердинер генерала.

– Прошу прощения, милорд, но из дворца прибыл гонец. Его Величество требует вашего немедленного присутствия по неотложному делу.

Рейвен поморщился, но тут же посерьезнел. Король никогда не вызывал его без серьезной причины.

–Передай, что буду немедленно,– ответил он, после чего повернулся к дамам. -Долг зовет, мои чаровницы.

К удивлению женщин, генерал без тени смущения встал с постели, абсолютно нагой. Его высокая, атлетически сложенная фигура с россыпью старых шрамов производила внушительное впечатление. Золотые волосы, падающие на плечи, казалось, ловили солнечный свет.

– Бесстыдник!– восхищённо протянула Джулиана.– Неудивительно, что половина знатных дам королевства мечтает тебя окольцевать.

– Лишь половина?-шутливо изогнул бровь Рейвен. – Мне стоит стараться лучше.

Он легко поцеловал каждую из женщин и повернулся к камердинеру:

– Грегори, распорядись, чтобы для моих гостий подали завтрак, а затем организуй их доставку домой с подобающей деликатностью.

– Как прикажете, милорд, -поклонился Грегори, привычный к таким поручениям.

Через четверть часа первый генерал королевства, облаченный в безупречный мундир с золотыми драгонскими нашивками, садился в черный экипаж без опознавательных знаков, присланный из дворца. Такие кареты использовались только для особо важных и секретных дел.

Рейвен смотрел в окно, пока они пересекали богатые кварталы столицы Аркадии. Ему нравилась энергия этого города – величественные особняки знати сменялись оживленными торговыми площадями, храмами и университетскими зданиями. Но чем ближе они подъезжали к королевскому дворцу, тем серьезнее становилось его лицо.

Королевский дворец Солнечной Короны возвышался на холме в центре столицы – колоссальное строение из белого мрамора с золотыми куполами. Многочисленные башни, украшенные флагами и витражами, отражали утреннее солнце, создавая иллюзию, будто здание объято пламенем.

Карета проехала через боковые ворота и остановилась у входа для особо важных гостей. Рейвена встретил придворный мажордом, который немедленно повел его длинными коридорами к личным покоям монарха. Генерал знал дорогу наизусть– не раз он бывал здесь по самым важным государственным вопросам.

В королевском кабинете его ждали двое– сам король Ричард четвёртый, нервно расхаживающий по комнате, и лорд Валентайн, первый советник короны. Старик, прослуживший трем королям, восседал в кресле, перебирая какие-то документы. При виде Рейвена король остановился.

– Наконец-то! -воскликнул монарх. – Надеюсь, твоя рана не помешает выполнению важного задания?

– Служу короне, Ваше Величество, – поклонился Рейвен. -Что случилось?

Король жестом указал ему на кресло.

– Как ты знаешь, Мрак проникает через границу, -без предисловий начал Ричард. – Барьеры слабеют, одержимых становится все больше. Придворные маги не справляются, защитные стены рушатся с беспрецедентной скоростью.

– Мы считаем, что-то подпитывает Мрак, – вмешался Валентайн, поднимая водянистые глаза на генерала. – Что-то или кто-то дает ему новые силы.

Рейвен нахмурился:

– Мы усилили патрули на всех границах. Если бы кто-то специально пытался разрушить барьеры, мы бы знали.

Валентайн и король обменялись многозначительными взглядами.

–С приграничья пришли странные новости, – проскрипел старый советник. – Одна из послушниц монастыря Святой Агнессы на глазах у десятка свидетелей успокоила одержимого Мраком человека. Не уничтожила, как это делают маги, а именно исцелила, вернула его сознание.

Старик сделал паузу.

– Каково же было наше удивление, генерал, когда мы узнали, что эта послушница – дочь Найтмеров. Леди Оливия ван Гарден.

В комнате повисла зловещая тишина. Рейвен напрягся. Семейство Найтмеров, некогда одно из самых влиятельных в королевстве, было уничтожено семнадцать лет назад за союз с Мраком. Все члены семьи были ликвидированы тайным сыском, кроме их малолетней дочери, которую после множественных проверок отправили на попечение одной из приближенных к королю семей, а после выдали за Дейра ван Гарден.

– Но ведь её разум регулярно проверяют самые сильные маги королевства,– медленно произнес Рейвен.– И у нее не находят никаких способностей, никаких следов тьмы. Или следов воздействия на разум.

– Именно поэтому я и обратился к тебе, – вмешался король. – У меня есть подозрения, что лорд Дейр, отвечающий за контроль над девушкой все эти годы, ведет двойную игру. Я снимаю с него ответственность и поручаю тебе отправиться на границу и привезти леди ван Гарден во дворец.

Рейвен нахмурился:

– Ваше Величество, если все так, как вы говорите, разве не опасна сама леди? Если у неё проявились способности, но она не умеет ими управлять, тьма может не просто поглотить её, как обычных людей. Она может подчинить её волю. Вспомните, что случилось с её родителями.

Король раздраженно махнул рукой:

– Её родители действовали сами по себе, а леди Оливия будет под нашим контролем. Это приказ, генерал. Езжайте немедленно.

Рейвен покинул дворец с тяжелым сердцем. Он многое знал о деле Найтмеров– семнадцать лет назад он сам командовал операцией по их задержанию. То, что он увидел в их родовом поместье, до сих пор преследовало его в кошмарах.

Он мог бы долететь до приграничья за день– в своей драконьей форме он был быстрее любого скакуна. Но силы нужно было беречь. Без истинной пары его регенерация становилась все медленнее, а трансформации все болезненнее. Поэтому он выбрал более долгий путь– карету с четверкой быстрых лошадей и двумя сменными наездниками.

Путь к монастырю святой Агнессы занял почти неделю. Дважды пришлось останавливаться из-за сломанной оси в карете, а в одной из приграничных гостиниц генерал задержался на сутки, пока чинили колесо. Он наблюдал за жизнью пограничья – она казалась обычной, но присмотревшись, можно было заметить, как люди нервно озираются, закрывают ставни до заката и никогда не выходят поодиночке в сумерках.

Монастырь святой Агнессы возвышался на скалистом холме недалеко от границы. Древняя крепость, переделанная под нужды монашек, выглядела суровой и неприступной. Когда Рейвен подъехал к тяжелым воротам, его встретила настороженная привратница. Только после предъявления королевской грамоты с печатью ворота со скрипом открылись, и ему велели ждать в переднем дворе.

Пока Рейвен стоял у коновязи, разминая затекшие от долгой дороги мышцы, его внимание привлекла одна из молодых послушниц, сновавших по двору, выполняя рутинные бытовые дела. Она несла тяжелую корзину с выстиранным бельем, и солнце играло в ее непокрытых золотых волосах – верный знак, что она еще не приняла полного пострига. Что-то в ее осанке заставило его замереть.

Словно почувствовав его взгляд, девушка подняла глаза. Их взгляды встретились через монастырский двор. Послушница оступилась, корзина выскользнула из ее рук, и белье рассыпалось по каменным плитам. Рейвен, сам не понимая почему, бросился к ней на помощь.

– Позвольте, – внезапно севшим произнес он, опускаясь на одно колено рядом с девушкой, собиравшей разбросанные простыни.

Их руки одновременно потянулись к одному и тому же предмету и соприкоснулись. В тот же миг обжигающая боль пронзила запястье Рейвена. Он задохнулся от неожиданности и увидел, как на его коже проступает метка истинности– древний символ в виде стилизованного цветка, связующий драконов с их единственными настоящими парами.

Девушка отдернула руку с тихим вскриком. На её запястье проступал точно такой же знак.

Рейвен не мог поверить своим глазам. Он, облетевший весь континент в поисках истинной, нашел её случайно, в богом забытом монастыре на краю земли? Судьба либо издевалась над ним, либо благоволила, как никогда ранее.

– Подождите,– тихо позвал он, когда девушка испуганно подскочила, – Как вас зовут?

– Я… я должна идти, – прошептала она, глядя на метку с ужасом. – Пожалуйста…

Не успел Рейвен что-либо ответить, как тяжелая дверь монастыря открылась, и во двор вышла настоятельница – строгая старуха с глазами, холодными как лед. Он кивнул ей, но, обернувшись, не увидел послушницы. Она сбежала, точно её и не было. Только вот пульсирующая на запястье метка как нельзя лучше подтверждала, что всё произошедшее было реально. Очень реально и очень некстати. Но отказываться от истинной– о, нет. Не для этого он столько искал её.

– Я – мать Беатрис, настоятельница этой обители, – представилась она, сурово глядя на генерала. – Чем обязаны такой… высокой чести?

Рейвен выпрямился во весь рост. Все его существо рвалось к убежавшей послушнице, но долг требовал сначала завершить поручение короля.

– Первый генерал королевства Рейвен Стормхилл, – официально представился он. – Прибыл по личному приказу Его Величества. Я должен немедленно сопроводить в столицу леди Оливию ван Гарден.

По лицу настоятельницы пробежала тень раздражения.

– Ах, эта… – она не закончила фразу. – Что ж, королевский приказ не обсуждается.

Рейвен лихорадочно думал о золотоволосой послушнице– как бы ему добиться её освобождения тоже.

– Сестра Мария,– позвала настоятельница одну из проходящих монахинь, – Приведите сюда Оливию. По воле короля ей придется покинуть наше убежище.

– Я должен также поговорить с одной из ваших послушниц, – начал Рейвен, готовясь использовать весь свой авторитет. Если нужно– он весь этот монастырь с лица земли сотрёт, но заберёт свою пару.

Но слова замерли на его губах, когда во двор вернулась послушница с золотыми волосами в сопровождении монахини. Мать Беатрис окинула девушку неприязненным взглядом:

– За тобой приехали, Оливия. По воле короля ты должна вернуться в столицу с первым генералом.

С этими словами настоятельница отвернулась и быстро удалилась, словно не желая находиться рядом с девушкой ни секундой дольше.

Рейвен и Оливия стояли друг напротив друга, не в силах произнести ни слова. Они одновременно посмотрели на свои запястья, где проступали одинаковые метки истинности. Рейвен очнулся первым. Охрипшим от чувств голосом он велел ей:

–Леди Оливия ван Гарден, вы должны поехать со мной.

8. Рейвен

Генерал Рейвен смотрел на дорогу перед каретой, сжимая поводья до белизны костяшек. Уже третий день пути из монастыря Святой Агнессы выдался на удивление солнечным, но душевного спокойствия это не приносило. Внутри кареты ехала леди Оливия ван Гарден, жена одного из влиятельнейших генералов королевства, несколько месяцев назад сосланная в монастырь собственным мужем.

Три дня назад, когда он прибыл за ней по приказу короля, всё изменилось навсегда. Помогая ей поднять вещи из корзины он коснулся её руки, и на запястьях обоих проступили метки истинности – древние символы, связывающие судьбы воедино.

А дальше последовали эти три дня. Дни молчания, изредка прерываемого необходимыми фразами. Три дня, когда она изучала его украдкой, думая, что он не замечает. Три дня, когда он изо всех сил боролся с внутренним драконом, рвущимся к ней, требующим заявить права.

Рейвен вновь бросил взгляд на карету. Внутри него что-то болезненно сжалось. Леди Оливия была красива, но не в этом дело. Женской красотой генерала не удивить – при дворе достаточно прекрасных дам, готовых на всё ради его улыбки и лёгкого комплимента. Да и вне двора желающих было ничуть не меньше. Дело было в чём-то другом. В её взгляде – настороженном, но проницательном. В её достоинстве, не сломленном даже монастырским заключением. В её руках– тонких, с длинными пальцами, на которых всё ещё были мозоли от монастырской работы. А ещё... Ещё он ощущал в ней нечто иное, что-то, не схожее с другими женщинами в его жизни. Некую странность, за суть которой никак не мог ухватиться. Но, может быть, это истинность. Она заставляла его чувствовать её особенной, не такой, как иные.

Впервые за многие годы внутренний дракон генерала, его вторая сущность, беспокоилась и требовала. Никогда еще Рейвен не чувствовал такого жгучего, нестерпимого желания обладать женщиной.

Ему приходилось выходить из кареты, брать коня и ехать верхом, просто чтобы проветрить голову. Ночами он не спал, стоя на страже у дверей кареты или в одной придорожной гостинице– устроившись на полу рядом с её кроватью, отгоняя не только возможных недоброжелателей, но и собственные мысли.

Сегодня они вновь остановятся на ночь. И с каждой милей, приближающей их к гостинице, тревога Рейвена росла. Он знал, что вновь не возьмёт ей отдельную комнату. Не сможет. Дракон внутри не позволит оставить её без защиты, вне поля зрения.

"Плевать, что она леди и замужем,"– думал он, направляя лошадь. -" Этот трус Дейр потерял все права на неё, когда не ценил, когда предал, сослав в монастырь. Истинность решила всё за нас. ".

Вспомнился момент отъезда из монастыря. Настоятельница, эта старая карга, до последнего издевалась над Оливией.

– Не могу позволить вам забрать вещи, леди ван Гарден, – сказала она с притворным сожалением. – Началась вечерняя молитва. Сёстры заняты. А вам более нельзя входить в келью.

Глаза Оливии вспыхнули гневом, но она лишь кивнула, слишком привыкшая к таким унижениям. Рейвену стоило огромного труда не наказать старуху на месте. Но тогда он не стал возражать, понимая, что и сам не желает, чтобы Оливия везла обратно хоть какие-то вещи из купленных мужем. Он обеспечит её всем необходимым сам.

Генерал спешился и подошёл к карете. Пора было поговорить с леди Оливией, узнать больше о её даре. О том, что привело к ссылке. Несколько дней он пытался разговорить её, но она упрямо молчала или обходилась ничего не значащими фразами. А вот вынужденное одиночество пошло ей на пользу– теперь она сама жаждала его общества. Он видел это по восторгу, вспыхивающему в её взгляде, когда он изредка возвращался в карету. В эти мгновения его дракон довольно урчал. Ему нравилось, что истинная радуется, ждёт его, желает его.

– Позволите присоединиться к вам? – спросил он, открывая дверцу кареты.

Она кивнула. В её глазах мелькнула тревога, но Рейвен заметил и любопытство.

– Я слышал, что вы спасли мальчика, когда на него напал одержимый мраком, – сходу начал он, усаживаясь напротив. – Как вам это удалось?

Оливия нахмурилась, отвернувшись к окну.

–Я не знаю,– ответила она после долгой паузы. – Должно быть, это была не я. Я просто обняла ребенка, закрыла глаза– и ничего не видела.

Рейвен усмехнулся.

– Мне можете не лгать, леди Оливия. Видели метки истинности на наших запястьях? – кивнув на цветок на её руке, он показал свою метку, тёмный силуэт дракона, обвившегося вокруг запястья. – Если я не желаю стать простым смертным, а я, поверьте, не желаю, то не в моих интересах допускать, чтобы вам грозила опасность. Я обязан защищать вас.

Она долго смотрела на него, оценивая, прежде чем решиться.

– Я стала видеть тени, – наконец произнесла она тихо. – С недавних пор. Силуэты у каждого человека разные. В основном это животные, пресмыкающиеся или птицы.

Рейвен подался вперёд.

– Продолжайте.

– У кого-то они совсем прозрачные, бледные, безопасные, – она подбирала слова, словно впервые облекала свои наблюдения в словесную форму. -У кого-то тёмные, агрессивные, готовые напасть на любого. А у одержимых… их мрак нестабилен. У теней нет постоянного образа, он меняется так часто, что невозможно отследить. И он ощущается иначе. Опасней.

–А у вас? – спросил Рейвен.

–У меня гончие, -она впервые улыбнулась, пусть и грустно. -И кажется, они могут нападать, если мне грозит опасность.

Рейвен кивнул. Теперь многое прояснялось.

– Расскажите, почему муж сослал вас в монастырь?

Оливия сложила руки на коленях.

– Это произошло, когда к нам приехала его любовница, леди Верена.

Рейвен невольно скривился.

–Какой у него дурной вкус в отношении любовниц, – пробормотал он. – Собственная жена красивее и достойнее во множество раз, а он ищет общества таких, как эта…

Лёгкий румянец окрасил щёки Оливии, но она продолжила:

– Ночью её убили. Я спустилась на шум и увидела её в крови, с перегрызенным горлом. И мои тени… гончие были там, у тела.

– Вы убили её? – спросил Рейвен напрямик.

– Нет! – вскинула голову Оливия. -Но когда муж вернулся с границы и узнал о случившемся, он не стал разбираться.– она замялась, слегка испуганно скосив на него взгляд, что свидетельствовало о том, что леди, всё же, решила умолчать о чем-то важном.– И сразу отослал меня в монастырь.

Рейвен задумчиво провёл пальцами по подбородку.

– А у леди Верены, какие тени были у неё?

Оливия удивлённо моргнула. Но ответила.

– Змеи.

– Такой гадюке подстать,– усмехнулся он. Затем изогнул бровь. – А у этой старой карги, что именует себя настоятельницей?

– Сороконожки, – ответила Оливия без запинки.

– Она ведь до жути боялась вас, так? – спросил Рейвен с насмешливой улыбкой.

Оливия пожала плечами, не скрывая правды:

– Да, того, что я вижу мрак вокруг неё, вижу тени. Она не могла напрямую наказывать меня – мои гончие тут же нападали на её тени, и ей становилось плохо. Но мстила наказаниями, тяжёлой работой.

– А видели ли вы хоть одного человека без теней?

Она нахмурилась, перебирая в памяти.

– Я лишь недавно стала их видеть, не так много людей встречала, но… – она на миг задумалась. – Да, сестра Магда. Я не видела у неё никаких теней вовсе.

Рейвен кивнул, словно получил подтверждение своим мыслям.

– А у меня? – спросил он, наклоняясь вперёд.– Есть ли тени? Какие они?

Оливия грустно улыбнулась:

– Ваших теней я не вижу. Я даже своих гончих не вижу, когда вы рядом. Они будто спят, зная, что истинный не может причинить зла.

Рейвен с грустью взглянул на неё, но промолчал. Дар видеть тени был редкостью, но, очевидно, работал иначе, когда рядом находился истинный. Что, конечно, было весьма печально. Но говорить об этом он не решился.

К закату они достигли гостиницы – небольшого, но опрятного здания на окраине торгового города. Рейвен спешился первым, подавая руку Оливии. Прикосновение вновь разбудило дракона внутри, заставив сердце биться чаще.

Хозяин гостиницы, пузатый мужчина с масляными глазами, немедленно вышел навстречу.

– Чем могу служить, ваша милость?– обратился он к Рейвену, но взгляд его липко скользил по фигуре Оливии.

Рейвен мгновенно почувствовал, как внутри закипает ярость.

– Смотреть только на меня, когда разговариваешь! -рыкнул он, шагнув к хозяину так близко, что тот попятился.– Ещё один такой взгляд на леди, и я выжгу тебе глаза.

Хозяин побледнел.

– Простите, ваша милость! Я не хотел…

–Лучшую комнату, – перебил Рейвен. – Ванну с горячей водой, ужин на двоих и никаких беспокойств.– бросил он на стол несколько золотых.

– Сию минуту, ваша милость!– хозяин суетливо забегал, кликая слуг.

Когда их провели в лучшую комнату гостиницы, Оливия нервно осмотрелась. Здесь была одна большая кровать, небольшой стол, два кресла, и ширма в углу.

–Мне нужна отдельная комната, -произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.

– Нет, – ответил Рейвен, бросая плащ на спинку кресла.

Вскоре слуги принесли большую медную ванну, которую служанки начали наполнять горячей водой. Рейвен достал из кошелька ещё одну золотую монету и бросил хозяину, пришедшему проконтролировать работу слуг лично.

– За тишину и отсутствие любопытства.

Когда все вышли, Оливия осталась стоять у окна, напряжённая, как струна.

– Вам следует покинуть комнату, пока я буду мыться, – сказала она, не оборачиваясь.

Рейвен подошёл к ней сзади, почти касаясь. Она вздрогнула, почувствовав его тепло.

– Ты теперь моя, – тихо произнес он, впервые переходя на "ты".– Хочешь ты этого или нет. С момента появления метки истинности ты принадлежишь мне, а я – тебе.

Он мягко развернул её к себе.

– Позволь помочь.

Не дожидаясь ответа, он начал медленно расстёгивать пуговицы на её простом монастырском платье. Оливия замерла, не в силах сопротивляться. Её глаза расширились от смеси страха и странного предвкушения.

Когда платье упало к её ногам, Рейвен помог ей войти в ванну. Затем, взяв мягкую губку, он начал омывать её плечи, спину, руки… Каждое прикосновение было чувственным, почти насильственным в своей неотвратимости, и одновременно полным почтения.

– Не бойся, – шепнул он, когда она вздрогнула от его рук на своих плечах.-:Я не возьму тебя сегодня. Не так должен быть наш первый раз.

После купания они ужинали в молчании. Оливия, завёрнутая в простыню, с мокрыми волосами, казалась Рейвену ещё прекраснее.

–Завтра прибудем в столицу, – сказал он, отставляя бокал. – Король желает видеть тебя немедленно.

– Зачем?– спросила она, впервые за вечер.

–Узнаешь, – ответил Рейвен. – А сейчас спи. Я буду рядом, в кресле.

Она посмотрела на него с удивлением.

– Вы не ляжете со мной?

– Приглашаешь?– насмешливо изогнул он бровь, но тут же посерьёзнел. – Сегодня нет,– покачал головой . -Спи.

***

Королевский дворец встретил их суетой и шумом. Прежде чем представить Оливию королю, Рейвен настоял на том, чтобы ей предоставили подобающий гардероб, камеристку и горничную.

– Это займёт несколько часов, – сказал он слуге, передавая распоряжения.

В этот момент в комнату стремительно вошёл старик с тонким аристократическим лицом, лорд Валентайн, главный советник короля.

–Что ты делаешь, Стормхилл? -раздражённо бросил он, используя родовое имя Рейвена. – Король ждёт! Он хочет немедленно видеть леди ван Гарден.

Рейвен обернулся, его лицо стало жёстким.

– Ты что, хочешь, чтобы она своим уставшим оскорбила взгляд короля? – грубо оборвал он советника. – Да будет тебе известно, что муженёк её не дал ей собрать вещи нормально, а грымза-настоятельница отобрала и то последнее, что было. Я не представлю леди королю в монастырском тряпье.

Валентайн нахмурился, но, взглянув на Оливию, смягчился.

– Пусть ей принесут всё необходимое,– кивнул он. – Я подожду с вами.

Час спустя, после ванны и переодевания, Оливия вернулась в сопровождении камеристки. Валентайн и Рейвен, беседовавшие у окна, обернулись и застыли.

Вместо бледной женщины в потёртом монастырском платье перед ними стояла настоящая леди. Зелёное платье из тяжёлого шёлка подчёркивало тонкую талию и изящество фигуры. Золотые волосы, уложенные искусными руками камеристки, обрамляли лицо мягкими волнами. Но главное – в её глазах появился новый свет, словно она начинала верить в возможность иной жизни после всех бед, выпавших на её долю.

– Великие боги, – выдохнул Валентайн, жадно разглядывая Оливию. -Так вот какую красоту скрывал от нас ван Гарден?

Он шагнул к ней, взял её руку.

– Позвольте представиться, леди Оливия. Лорд Валентайн, главный советник Его Величества. Для меня огромная честь…

– Кажется, ты говорил, что король заждался, – грубо перебил Рейвен, чувствуя, как внутренний дракон рычит от ревности.

Он отодвинул Валентайна и предложил Оливии руку.

– Леди Оливия, позвольте проводить вас к королю.

Она положила свою руку на его предплечье, и они вышли, оставив раздосадованного Валентайна следовать за ними.

9. Оливия

Коридоры королевского дворца казались бесконечными. Леди Оливия ван Гарден шла, сохраняя безупречную осанку, хотя сердце её трепетало– Таня в теле аристократки не знала как себя вести, что ей предстоит. В монастыре всё было гораздо проще– за своей злобой мать Беатрис не успевала разглядеть в ней странностей, а другие сестры были измучены тяжким трудом, молитвами и усталостью. Но здесь, во дворце, неизвестно, что её ожидает. Зачем так спешно доставили– даже память тела не могла подсказать этого.