Текст книги "Биас (СИ)"
Автор книги: Madame Ndiaye
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)
Глава 31
Я не хотела открывать глаза утром. Последняя моя надежда, что высшие силы смилостивятся и обменяют нас с Джунки местами перед концертом, рушилась по мере того, как я осознавала себя в заботливых объятиях Тоюна. Как я и просила, меня не сгребли в охапку, как предыдущей ночью, но от обнимашек друг не смог удержаться. Парень сопел мне в шею, а я готова была разреветься!
Что, если я теперь насовсем останусь тут? Забуду, что была Иркой Соколовой, женюсь на Союн, нарожаю с ней детишек… Буду счастлива! Вот только уже не я…
От нахлынувших эмоций я всхлипнула. Тоюн заворочался. Вот! Теперь ещё с другом объясняться.
– Проснулся? – парень задал вопрос, не открывая глаз.
– Ага.
– Что-то не так? Можем же поспать ещё немного. Папочка не станет злобствовать в день концерта.
– Мне не спится.
– Тогда пошли раздобудем что-нибудь поесть.
Тоюн бодро потрусил в душ, сделав вид, что не заметил мои слёзы. Что ж, спасибо ему за это. Ещё один разговор по душам мне сейчас не нужен.
Завтрак Минджун позволил поплотнее, зная, что день будет длинный.
– До саундчека ещё успеете переварить! – заметил «папочка».
Кусок не лез в горло, но я заставила себя поесть: ещё неизвестно, будет ли у нас обед и что нам позволительно есть в день концерта посреди дня.
С таким же тяжёлым сердцем я принимала душ, садилась в машину с ребятами, ехала до места… Мне представлялось, что я приговорённый к смертной казни преступник и прямо сейчас меня везут на эшафот, где сперва прилюдно побьют камнями – для пущего унижения – а потом повесят под улюлюканье зевак.
Удивительное дело, на зрительских местах толкались какие-то люди! Воспользовавшись свободной минуткой, заглянула в интернет и ахнула! Саундчек подразумевал под собой почти полноценный концерт, лишь немного в упрощённом варианте, куда допускались зрители с vip-билетами. Но при свете дня и в более расслабленной обстановке поклонники лучше смогут меня рассмотреть! Что, если кто-то заметит странности Джунки?
Во время исполнения сольных песен голос предательски дрожал. Я боялась, что он пропадёт вовсе, но упрямо пела знакомые до боли слова…
– Хорошо, макнэ! – подбодрил меня Минджун. – Немного будто неуверенно, но так проникновенно! Зрители плакали!
Да? Правда что ли? Я и сама почти рыдала!
– Мне так страшно, хён! Словно я опять трейни!
Минджун помолчал минуту, сканируя меня взглядом. Для опытного артиста, айдола, это совсем странные заявления! Но мне просто необходима была поддержка!
– Я очень надеялся, что Союн будет в зале…
Я снова прибегала к спасительной лжи. Пусть уж лучше лидер думает, что макнэ расстроен из-за невесты.
– Мы не обсуждали её приезд, но ведь она полжизни прожила в Америке…
– Понимаю, – прервал меня старший. – И знаешь, что, Джу? Несмотря на то, что Союн нет в зале, не пой для всех, спой для неё.
– Для неё?
– Конечно! Ты столько лет пел для неё одной, пока вы снова не встретились! И тебе было совершенно всё равно, есть ли она физически рядом. Ты знал, что сердцем она с тобой. И это придавало тебе сил.
– Ты прав! Спасибо, Минджун!
После саундчека мы с парнями получили драгоценную возможность перекусить под чётким руководством «папочки» и отдохнуть. Привычные разговоры сошли на нет, никто не шутил. Мне это напомнило ритуал перед поездкой у нас в России, когда все должны сесть на минутку и замолчать.
Я размышляла над словами лидера.
А ведь Минджун прав! Я чувствовала, что его совет может помочь мне справиться со страхом. Рядом с Союн мне было так легко и так уютно! Пожалуй, их с Джунки «гнёздышко» – самое приятное для меня место в теперешней жизни.
Я ухватилась за эту спасительную соломинку и держалась за неё всеми силами души! Пока мы одевались для выступления, пока стайка визажистов колдовала над мейком, пока ребята-танцоры открывали шоу…
Что ж, мне надо выжить и не подвести ребят и моего биаса! Любой ценой! И сейчас все средства хороши!
Я представила, что там, среди орущей толпы зрителей стоит Союн. Она очень гордится мной и всем сердцем желает успеха – в знакомой ей и совсем неизвестной мне Америке.
Первый номер прошёл без эксцессов. Второй… Тоюн был всё время рядом. Минджун подбадривал, когда мы оставались на заднем плане. Зрители, кажется, не замечали ничего необычного. Все кричали и веселились! А у меня в душе поднималась волна радости, готовая захлестнуть и унести далеко-далеко! Пожалуй, это стоит тренировок и репетиций.
Третья песня – моя. То есть Джунки. Самая любимая моя композиция – ещё в прошлой жизни. Проникновенная мелодия и слова, написанные биасом – о разлуке и ожидании. И теперь я точно знала, кому именно они были адресованы.
Я посмотрела на ребят. «Рисинки» дружно показали пальцы вверх. Минджун кивнул и улыбнулся. Воображаемая Союн махала рукой из зала. Я вышла к микрофону и помахала ей в ответ. На секунду меня оглушили овации, но я смогла собраться и запела знакомые строчки. На втором припеве дыхание перехватило, голос дрогнул. Я удержала ноту, позволив себе лишь мимолётный взгляд на лидера. Минджун снова коротко кивнул.
В этот момент картинка перед глазами поплыла, зрители слились в живой океан, а пол словно ожил. Я сжала кулаки, борясь со слабостью. Только не сейчас! ORYZA не должна пострадать от моей слабости! Пусть я не Джунки, но я всей душой, всем сердцем болею за ребят!
Мир вокруг моргнул, совсем как тогда в метро. Я успела услышать обеспокоенный голос Тоюна, называвшего макнэ по имени. А дальше навалились темнота и полнейшая тишина…
* * *
Я открыла глаза и чуть не вскрикнула: я сидела в своей комнатке, в нашей питерской квартире и держала на коленях потрёпанную тетрадку – мой детский дневник.
Я вскочила и кинулась к шкафу – там было большое, в мой рост, зеркало. Распахнула дверцу и уставилась на свою привычную физиономию. Я снова была Иркой Соколовой! Немного уставшей, чуть-чуть вроде даже похудевшей и более подтянутой, но определённо собой прежней.
В этот момент во входной двери повернулся ключ. Я узнала этот звук заедающего замка! А потом мамино ворчание на папу! И папины обычные оправдания.
– Ну, что ты снова пилишь, Анютка? Починю я замок! Он же работает! Подумаешь, скрипит!
– Мамочка! Папуля!
Я выбежала из комнаты и с разбегу бросилась на шею папе. Повисла на нём и разрыдалась.
– Ну, вот, Вов! Это то, о чём я тебе всё время толкую. Этот скрип разбудил Иришку. А ты же знаешь, что она только поправилась.
Я отлипла от папы и прижалась к маме. От неё пахло её любимыми духами и немножко общественным транспортом, как всегда по вечерам после работы.
– Я не спала мам. Проснулась из-за кошмара. Так испугалась! А тут вы пришли. Я так вас обоих люблю!
– Знаю, глупышка! – мама ласково провела ладонью по моим волосам. – А кошмары от нервов! Ты же сама не своя последние недели!
– Это ничего, мам! Мы со всем справимся!
– Вот это слова настоящего бойца! Горжусь тобой, дочь!
Папа вернулся в коридор и сгрёб нас с мамой в охапку. «Совсем как Тоюн!» – подумала я и рассмеялась своим мыслям. Мама ещё ворчала на папу, но уже беззлобно и борясь со смехом. Я выскользнула из их объятий и оставила маму с папой обниматься вдвоём. Такие смешные! Как будто сами влюблённые подростки, а не родители абитуриента!
Сходила в ванную – ещё раз посмотреть на себя в зеркало и убедиться, что я – это я. А потом юркнула обратно в комнату. Спать сегодня я вряд ли смогу, но надо обдумать то, что со мной произошло!
Глава 32
Первое время я сидела, тупо уставившись в завиток на обоях. В голове творилась такая же неразбериха, как первые часы в теле Джунки.
На какой-то момент мне вообще показалось, что я схожу с ума от перегрузок в школе, вот и живу в галлюцинациях. Я нуждалась в том, чтобы подтвердить этот вариант или опровергнуть его! Главное– не висеть посередине, в неизвестности.
Я отправилась на кухню выпить чаю. На холодильнике висело «расписание». Кажется, моё. Интересно!
*Подъём в 6 утра
*Пробежка 30 минут
*Завтрак…
Рядом примерный список завтраков. ПП и ничего лишнего! И лишь небольшая приписочка в конце: «Если очень захочется вкусненького, съешь! Насилие над собой не на пользу!» Не, ну как мило, а! Хмыкнула, вспомнив, как ревностно Минджун следил за меню парней. Мне не раз влетело за чипсы или шоколадный батончик.
Это что же, Джунки решил приучить меня к порядку? Следующие пункты, включающие спортивные тренировки, это подтверждали.
Да! После такой насыщенной жизни моему биасу должно быть было чертовски скучно в моей реальности! Интересно, чему он решил научить моё девчачье тело?
Но ведь завтра школа!
– Мам, который сегодня день?
– Суббота, Ирунь. Ты чего это снова чудишь?
«Снова». Видимо, сюрпризов будет много! Интересно, а как долго «рисинки» будут вспоминать макнэ мои косяки?
Утром в воскресенье будильник разбудил меня привычным писком. Я уже было собралась в школу, когда осознала: пробежка! Ведь ещё вечером нашла на стуле аккуратно сложенный спортивный костюм. В голове застрял вопрос: отчего такой скучный цвет? Хотя почти сразу я вспомнила тренировки в зале, репетиции. Пот, пыль, мои слёзы… Да, тут не до красок – выжить бы!
Бегать оказалось довольно легко! Точно легче, чем до моих приключений.
– Ирунь! Я приготовила твою овсянку. Иди поешь!
Не успела я войти в квартиру, мама позвала на кухню. Вот это да! Неужели Джунки и родителей заставил следовать режиму? Вот если бы Минджун попал ко мне домой, точно бы весь подъезд построил по линеечке!
– Вот, решила, что пора и мне за ум браться. Возьмёшь меня на пробежку завтра? – мама ошарашила вопросом.
– И меня! – вошёл на кухню папа. – И дайте мне вашей волшебной овсянки! Сто лет не ел! А ведь когда-то и моё спортивное утро начиналось с полезного завтрака!
– Спортивное? – глядя на папино пузико, не удержалась я.
– Да, папа у нас лёгкой атлетикой занимался в начальной школе! – смеялась мама, уловив мои мысли.
– Да… Потом был перелом, операция. Короче, ушёл из спорта.
– А почему не рассказывал? – я всё больше поражалась своим же родителям.
– Если честно, так переживал тогда, что загнал воспоминания глубоко в память. Даже маме сознался на третьем году совместной жизни. Так что, дочь? Берёшь нас прицепом?
– Конечно беру! Вместе всегда веселее! Коллектив – это сила!
В школе тоже странностей было много. Чего один Горохов стоит!
– Доброе утро, Ира! – без всякой издёвки произнёс одноклассник, когда я прошла мимо.
– Доброе, Слава… – произнесла на автопилоте. И только потом поняла, кому это сказала.
Я хотела пройти в класс, но Горохов меня остановил.
– Слушай, Ир… Я тут подумал над твоими словами.
– И что? – вздёрнула нос вверх, упёрла руку в бок. Блефовать мне не привыкать!
– Ну, короче, ты права! Давно надо было поговорить нормально, а я как дебил себя вёл.
– Хорошо, что ты это понял!
– Ну, так что? Мир, Соколова?
– Мир, Горохов!
Я радостно протянула ладошку (мою, маленькую ладошку!) однокласснику. Кажется, Джунки тут времени не терял. Надо бы разузнать, что он сотворил с Гороховым!
Вошла в класс, села за парту. Ну, как же здорово вернуться!
Пролистала дневник за несколько последних недель, пока отсутствовала. На одной страничке карандашом было написано: «Горохов тебя любит». Интересно, кто это написал? Почерк и похож на мой, и нет одновременно. Неужели, писал Джунки?
Вопреки моим страхам, я не сильно отстала по учёбе! Нужные знания словно были в голове. Какое невероятное облегчение! И спасибо биасу, который, как я поняла, активно осваивал российскую программу! Эта последняя мысль наполняла сердце теплом и благодарностью. Джунки, звезда, самый красивый айдол Кореи, решал задачки и штудировал учебники, чтобы одна питерская школьница не провалила экзамены!
– Иркааааа! – в класс влетела Маринка.
Я так и подскочила. Так рада была увидеть эту девчонку. Не удержалась и обняла её.
– Ты чего, Ир? – отстранилась подруга и заглянула мне в глаза. – И вон без своего макияжа…
Ух, ты! Джунки научил Ирку краситься? В школу? Надо будет попробовать!
– Да проспала немного – не успела.
– А ты знаешь, что я нашла? – не унималась Маринка
– Что?
– Вот!
Подруга сунула мне под нос мобильник, и сердце мгновенно подпрыгнуло и забилось набатом: полный концерт ORYZA в Лос-Анджелесе!
– Я тебе уже скинула ссылку. Посмотришь потом! Это невероятно! Джунки и правда красавчик! Я не удержалась и глянула. Думала, посмотрю немного – пойму, чем моя Ирка дышит. И залипла. Представляешь?
Чтобы не разнервничаться окончательно, пришлось отвлечь Маринку мыслями об экзаменах и самой взять себя в руки. Хорошо ещё, что у меня был шанс поупражняться в последнем!
Но стоило мне оказаться дома, как я кинулась к ноуту. Дрожащими пальцами включила прибор, нашла ссылку. Вот оно!
Съёмки со всех ракурсов, беснующиеся фанаты… Несколько кадров из гримёрки. Я и не заметила, что нас снимали!
Я глядела на экран и не могла понять, что испытываю! Удивление? Страх? Смущение? Радость?
Первые три песни там была я. Я! Ирка Соколова!
Вот я оступилась в самом начале второго номера. Минджун поддержал меня и помог устоять, а в следующую секунду мы оба продолжали танец.
Третья песня! Моя! То есть Джунки, конечно… Ну, вы поняли!
А очень неплохо смотрится. Макнэ известной ORYZA выходит к микрофону, машет рукой кому-то в зале (представляю, сколько девчонок тем вечером говорили, что Джунки помахал ей!). Музыканты играют вступление… Вот взгляд в сторону. А потом… Макнэ поднимает взгляд куда-то вверх… Зрители ещё ничего не поняли, но ребята из группы уже вышли на сцену. Макнэ несколько раз закрывает и снова открывает глаза… И падает! Всё как в замедленной съёмке. Потом эти кадры показывают ещё несколько раз – с разных ракурсов. Тоюн первый подбегает к другу…
Я помню его голос. Он взял меня за руку и звал: «Джунки! Макнэ!»
А потом музыкант открыл глаза. Взгляд чуть растерянный. Он встал и обнял ошарашенного друга.
Минджун сориентировался и объявил перерыв.
Что было за кулисами, не показали, но… После перерыва ребята вышли на сцену – и Джунки тоже! – и отыграли программу!
Я следила за биасом как заворожённая! Подумать только! Он очнулся на сцене и тут же просёк ситуацию, подхватил ритм! И кажется, ни разу не налажал, в отличие от меня! Всё-таки каждый должен быть на своём месте, и для биаса – это сцена!
Единственное, что огорчало: мне никак не узнать новости о Союн. Но судя по всему, у этой парочки всё в порядке. Они любят и держатся друг за друга.
* * *
Я ехала в метро после последнего вступительного – не передумала поступать на журфак. Но теперь я на себе знаю, как важна журналистская этика, и что есть грань, которую никогда не позволю себе переступить!
Ещё я решила найти преподавателя по вокалу.
Прошерстив свой комп, нашла восстановленные файлы с моими песнями. Записывала их для себя – послушать со стороны. А потом так стеснялась кому-то показать – даже маме – что тут же и удалила. Самые удачные записи были смонтированы в пару роликов – хоть в интернет выкладывай! К другим были сделаны небольшие пометки, вроде: «Хорошо, но следи за дыханием» или «Темп сбивается»… Поняла, что это сделал Джунки. И как описать мои чувства? Снова смущение, стыд и невероятная радость! Я много лет слушаю его песни, и вот теперь случилось то, что я даже не могла вообразить: Джунки услышал меня!
Он не удалил всё, а напротив, прослушал каждую запись и дал советы! Кто из «корешков» может таким похвастаться?
Из задумчивости меня выдернул голос:
– Это вы?
Подняла голову. Передо мной стоял высокий улыбчивый парень. На вид, чуть старше меня.
– Ну, помните, тогда в метро?..
– А…
– Понимаю, что обстоятельства тогда были… ну… не очень располагающие к знакомству. Вы убежали сразу.
Независимо от моего желания, губы разъехались в улыбке. Этот красавчик что, пытался подкатить к Джунки? Ну, то есть, ко мне, но тогда в моём теле был корейский айдол… Это показалось мне таким забавным, что я рассмеялась.
Парень немного опешил.
– Что тут такого смешного?
– Простите, это нервное! Я сегодня последний экзамен сдала.
– Желаю, чтобы успешно!
– Спасибо!
– Тогда не буду мешать. Вам, наверное, хочется отдохнуть. Вспоминаю себя после вступительных: мне казалось, что я выжил в зомби апокалипсис! Вот! – он протянул мне бумажку. – Это мой номер. Если хотите, позвоните потом.
Я хитро прищурилась. Может, небольшая часть от Джунки во мне всё же осталась, иначе как объяснить мою внезапную смелость.
– Вы хотите пригласить меня на свидание?
– Вообще-то да! Я Макс, – парень протянул руку.
– Ирина. Но для своих Ирка. Так мне привычнее.
– Мне больше нравится «Ирочка»…
– Ну… Посмотрим, как дело пойдёт!
– Тогда буду ждать звонка!
– Я позвоню, Макс!
Запрыгнула в подошедший поезд и помахала рукой парню на станции. Вот так сюрприз! Небольшой бонус за то, что я старалась не расстроить Союн? Спасибо, Джунки!
* * *
Ближе к концу октября, когда мы с Максом возвращались домой после учёбы, я получила СМС с иностранного номера. Красивое фото улыбающихся Джунки и Союн в свадебном платье. И подпись по-английски: «Я знаю, кого из „корешков“ особенно порадует это фото».
Макс заглянул через плечо.
– Это кто?
– У друга на днях была свадьба.
– Красивые! А как вы познакомились? Ребята явно постарше тебя. И…
Я остановила поток вопросов, обещав, что когда-нибудь всё обязательно расскажу.
