Текст книги "Отец моего парня - мой босс (СИ)"

Автор книги: Любовь Попова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 37. Георгий

Странно, но Слава явно не ожидал меня увидеть сегодня. Как, впрочем, я не ожидал увидеть его дочку в светло зеленом костюме.

– Ты вроде не особо рыбалку любишь, – жмет друг мне руку, а я пожимаю плечами. Иду доставать снаряжение. Все это было куплено еще тогда, когда я пытался наладить с уже повзрослевшим сыном контакт. Но ему были интересны девушки, интернет и деньги, а просто сидеть и рефлексировать не для «четких пацанов».

– Не то, чтобы люблю. Просто я не знал, что это ты у нас заядлый рыбак.

– Да я иногда люблю посидеть, подумать о вечном.

– Вы долго там будете лясы точить? Надо лодку на воду спустить.

Лодку, да? Остается надеяться, что Слава не проболтается и Брамов не выкинет меня из той лодки.

– Слав, – торможу его за руку. – Не стоит пока Захару знать о нас с Машей.

– Так вы просто в ресторане сидели… Так вы уже того… А дочка говорила она с Гошей…

– Слав…

– Да понял я, понял. Никаких проблем.

Подхожу ближе и вдруг на меня оказывается направлена удочка острием, как кинжал.

– Никаких разговоров о работе, иначе придется плыть самостоятельно.

– Я могу и на берегу посидеть. Возьмите Кристину, она вон вся горит от нетерпения.

– Смешно. Бабам в лодке не место. Георгий, заводи машину.

Мы подгоняем прицеп с катером к воде, вскоре загружаясь всей троицей. В моем холодильнике пиво, которое отлично заходит всей компании.

– И как там Маша работает? – первым заводит разговор Брамов. Слава со смеху прыскает, а я пихаю его в бок. Тоже мне, партизан.

– На удивление, неплохо. Но мы вроде как о работе говорить не планировали. У тебя же еще дети есть?

– Да, еще двое помимо Маши. Всегда парит, если девчонка нарвется на какого – нибудь урода, будет потом всю жизнь мучатся. Слава, я на твоем месте замуж бы Кристину выдал. Нехорошо, что она от мужика к мужику бегает.

– Я в ее жизнь не лезу. Она девочка взрослая, сама решит, что ей нужно.

– Ну точно не работать.

Захар хмыкает, а Слава хмурится.

– Хочешь сказать она ничего не делает?

– Ну почему, ничего, плетет интриги – мастерски. А в остальном, ей ведь не надо напрягаться. Ты за все заплатишь.

– Маща сказала, что ты планируешь участие в тендере на постройку загородного поселка?

– Есть такое. Маша и сама зубами в него вцепилась.

– Ты вроде по городским больше застройкам. С чего такое рвение.

– Понравился проект, который она предложила. В конце концов, страна огромная можно хоть всю застроить.

– Но только не в этот раз

– Планируешь выиграть?

– В прошлый раз получилось.

– Потому что ты спиздил мой проект.

– А доказать сможешь?

– Нет конечно. Но это было понятно всем.

– Не пизди о том, чего не знаешь, не хотелось бы первого начальника Марии найти на дне озера.

– Думаешь так просто будет меня утопить?

– Брейк мужики, пиво стынет, а рыба сама себя не поймает. Гош, у тебя клюет.

Мы еще долго сидим в одной лодке, общаясь на разные темы и все время мне кажется, что Слава пытается тянуть на себя одеяло. Никогда этого не замечал, но мы чаще вдвоем общались.

Когда он отходит, чтобы выпроводить ноющую Кристину и вернуться к жарке рыбы, я решаюсь, а может алкоголь за меня решает.

– Вы правда были связаны с криминальным миром?

– У Славы длинный язык, я бы не доверял ему на твоем месте.

– Но вы и сами с ним общаетесь?

– Слышал про друзей и врагов?

– Слышал. Но всегда считал Славу безобидным.

– Они обычно самые опасные. Но тут только тебе решать. Главное держи Машу подальше от его Кристины и от его самого.

– Она в дизайнерском отделе. На самом вверху, да и с Кристиной у них терки.

– По поводу?

– Маша встречалась с Гошей, как только пришла к нам в компанию. А он так вышло Георгий Георгиевич Воронцов. Ну и я вроде как тоже.

– Понятно почему ты тендеры проиграешь. С фантазией совсем беда.

– Ну так сына называли без моего участия. Как и меня.

– Тоже верно. Главное своего сына так не назови.

– Ой, нет. Да и Маша вряд ли позволит.

Захар резко поворачивает голову, и моя улыбка выключается как лампочка.

– А причем здесь Маша?

– Мама, я хотел сказать мама ребенка вряд ли позволит. Выпил, – показываю бутылку. – Язык заплетается.

Захар больше не общается со мной, но смотрит подозрительно, особенно когда беру телефон, на котором Маша присылает мне сообщение.

«Ну как? Вы теперь лучшие друзья?»

«Вряд ли, но я работаю над этим».

«Жду тебя, мой герой»

«Покажи, как ждешь, а то я скоро сдохну от скуки»

Маша через пару мгновений присылает мне фотографию себя в моем кабинете на полу. Лицо и упругая попа чуть дальше.

– Девушка пишет? – Интересуется Захар, а я тут же телефон убираю.

– Да, – коротко и ясно, давая понять, что обсуждать эту тему мы не будем.

В итоге ночевать я там не остаюсь и сбегаю при первой возможности. Понятно, что хороших отношений мне с отцом Маши не видать. Раз уж он своих друзей врагами считает, а что говорить за будущего стареющего зятя.

Мельком смотрю в зеркало. Может и не такого стареющего конечно, точно моложе Славы и самого Захара. Но для последнего это вряд ли будет аргументом.

– Алло, Маш, не разгоняй любовников, заставим рыбу чистить.

Машка хохочет и от звука ее смеха по позвоночнику в копчик стекают мурашки. Весь день ее не видел и оказывается, чем больше времени я с ней провожу, тем тяжелее проводить это время порознь.

– Тогда я пока на цепь их посажу, чтобы не сбежали, а то я их совсем замучила.

– А на меня силы остались?

– Ну если только чуть – чуть… – я прям чувствую, как она перевернулась на ковре и легла на свои же рисунки, чуть раздвинув ноги. – А потом мы вместе почистим рыбу. Или ты соврал?

– Нет, с десяток окуней тебе везу.

– Добытчик мой. Тогда в магазин за лимончиком и винишком.

– Тебе нельзя пить. Ты спальни путаешь.

– Поверь, сегодня я могу максимум перепутать в какую дырочку ты засунешь свой член.

У меня кажется даже температура подскочила. Любая другая девушка постеснялась бы такое говорить своему парню, с которым все только началось, но Маша уверена в себе и в том, как на меня действует.

– Ты там живой еще?

– Сердечный приступ, малыш.

– Я сделаю искусственное дыхание…

– О, будь так добра.

Каким – то чудом я добираюсь до дома всего за час. Даже светофоры мне благоволят. А штрафы небольшая цена за счастье окунуться в страсть одной маленькой чертовки, что ждет меня дома.

Недавно мы съездили за вещами в общежитие, а потом еще ездили три часа по магазинам, добирая необходимое для проживания девушки в берлоге холостяка.

Залетаю в цветочный, что у нас на первом этаже комплекса, потом уже в квартиру. Открываю дверь, где меня встречает рыба… Я не сразу понимаю, кажется, что просто глюки словил, но потом замечаю широкую улыбку прямо в центре рыбьей головы.

Меня пробирает на смех. Смеюсь и не могу остановиться, пока Маша не затягивает меня в квартиру и поворачивается спиной, где вырезана дырка на одной очень привлекательной части тела. Она уходит в комнату, двигая телом, словно плывет, а я по ходу дела раздеваюсь, чтобы окунуться в эту золотую рыбку с головой.

– Ты сумасшедшая, ты знаешь? – ловлю свою рыбку и наклоняю над кроватью. – Хочешь, чтобы тебя трахнул в этом костюме?

Маша поворачивает голову, а я со смехом смотрю как она открывает и закрывает рот, как настоящая рыба. Хлопает в этот момент ресницами. Не до смеха становится обоим, когда я сажусь на корточки, продолжая стягивать с себя шмотки и вылизывать свою рыбку изнутри.

Глава 38. Маша

Жадно, сильно, грубо. Мой большой Гоша знал, как удовлетворить свою рыбку, а я знала, как исполнить любое его желание. Казалось, что для нас просто нет запретов в общении и секса.

Мы словно безумные набрасываемся на друг друга снова и снова.

Он рвет чертов костюм, который так и не смог расстегнуть, берет меня сзади, спереди, сбоку. Крутит на своем члене, тыкал своей удочкой, выуживая из моего тела новые и новые стоны.

Жаркие, потные, словно их парной мы скользим друг по другу, не имея возможности насытиться. Словно обезумевшие животные в период спаривания. И мне нравится чувствовать его на себе, в себе, по всюду. Его запах, вкус и безумно пьянит, что и он чувствует то же самое. Что он не стесняется мне сказать:

– Какая у тебя писечка, Маш, как она меня затягивает.

– Главное, чтобы не укусила, – поворачиваю голову, тут же получаю смешок и поцелуй – укус. Он сжимает пальцами мою шею, второй рукой бьет по заднице, продолжая натягивать на себя как резиновую куклу до пошлых шлепков и сочных брызг. От запаха секса приятно мутит, словно мы приняли что – то запрещенное, подчиняющее нас похоти.

– Гош, Гош…

Он резко вытягивает из меня член, снимает презерватив и прижимается к моей попке. Сквозь влажный туман блуда догадываюсь о том, что меня ждет. И ведь не откажешь, сама предлагала. Интересно, как это будет.

– Маш, хочу твою попку…

Я сглатываю, испытывая странный страх боли. Но не дергаюсь, когда он вжимает головку прямо в мою пуговку, лишь напрягаюсь всем телом, сжимая зубами подушку.

Смазки много, она стекает по бедрам, жжет половые губы, но я все равно испытываю боль от проникновения, когда Гоша дергает бедрами.

Всего пара резких движений внутри, а потом палец на моем клиторе, который пытается заставить меня забыть о распирающем чувстве, которое давит со всех сторон.

Но Гоша не сдается. Снова и снова давит на сосредоточие нервных окончаний, гладит соски, пока тело не воспринимает боль за удовольствие, позволяя ему продолжить эту пытку.

Все закончилось моим оргазмом и испачканной простыней, в которую Гоша меня же и завернул, чтобы понести в душ. Там он долго успокаивал меня, гладил по голове, обещая, что в следующий раз будет лучше.

– То есть, у меня еще горит задница и возможно я не смогу сидеть, а ты уже думаешь о следующем разе?

– Как я могу, я же не сволочь.

– Да иди ты, Воронцов. Ты рыбу чистишь, я жарю.

– Это слишком суровое наказание, – целует он меня, а я выталкиваю его из душа и наконец полноценно моюсь. Сегодня я весь день сидела над доработками проекта. Мне очень нужно уесть отца. И это никак не связано с нашим спором. Просто это отличный шанс доказать, что я выросла и могу сама принимать решения. А еще забрать наконец свою машину.

Выхожу из душевой, заворачиваюсь в полотенце, слышу звонок телефона. Беру телефон, отвечаю отцу.

– Привет пап. – Гоша заглядывает в спальню, а я делаю большие глаза.

– Я приехал в общежитие, хотел рыбки тебе передать, а тебя нет. Ты, говорят съехала. И вот что странно, домой ты так и не доехала.

Холод скапливается в области живота, а Гоша протягивает руку, собирается вырвать телефон. Я качаю головой, лихорадочно придумывая отмазку. Как – то я не подумала о том, что папа может приехать.

– Так я это… Квартиру сняла. Комнату.

– Вот как? Адрес, детка. А то рыба-то тухнет.

– Ой, пап, да чего тебе по всему городу мотаться. Отвези маме, она оценит.

– А может ты себе ебаря завела, а меня забыла с ним познакомить?

– Что ты, пап! Как бы я могла! Ты же такой великодушный и понимающий отец. Я буду всех, всех своих ебарей с тобой знакомить.

– Маш, ты нарываешься.

– Но ты сам сказал.

– Адрес.

– Хорошо, я сейчас скину.

Тут же отключаюсь, набираю выдуманный адрес. Он не поедет через весь город.

– Неужели ты думаешь, что если он узнает, то из окна меня выкинет? – подходит сзади Гоша, а я откидываюсь ему на грудь. Отец снова звонит, но я просто отключаю телефон. Неужели я не могу быть занята?

– Просто не хочу об этом думать. Хочу жарить рыбу, а потом чтобы жарили меня, – поворачиваюсь в его объятиях, встаю на цыпочки и целую.

– Ну тогда давай приступать, а то у меня в животе урчит, слышишь, – давит он на шею, пытаясь меня спустить на колени. Приходится со смехом вырваться и убежать в коридор.

Мы разбираем рыбу, чистим. Я солю, обваливаю в муке. Забавно, но мама меня никогда не учила готовить, я лишь смотрела, как она это делает, но и этого мне хватило, чтобы повторить почти любой ее рецепт. И если раньше я думала, что готовка – это рабский женский труд, то сейчас начинаю понимать, почему она это делает. Ведь так приятно делать приятно тому, кого любишь…

Гоша стоит рядом, сильными руками удаляет из рыбы все лишнее, пока я бросаю рыбку на сковороду и смотрю как она шкварчит и покрывается аппетитной корочкой.

– Мм, у меня сейчас желудок выпрыгнет из живота, как вкусно пахнет.

– А что на гарнир? Салат?

– Давай.

В этот момент раздается звонок в дверь.

Мы переглядываемся.

– Ты кого – то ждешь?

– Только молодильных яблок, чтобы не казаться рядом с тобой дряхлым стариком.

– Иди открывай, вдруг это они? – подмигиваю и тут же получаю шлепок по заднице. – Кстати больно.

– Мне тоже. Ты развиваешь во мне комплексы…

Я убираю часть рыбы со сковороды, слушая, как Гоша открывает дверь. Рука с рыбой застывает, когда из коридора раздается знакомый грубый голос.

– Здорово, Гош. Ты удочку забыл, решил завести. Мм, как вкусно пахнет. Тебе одному, наверное, много… Зайду, перекушу. Устал.

– Я не один.

– А, с девушкой своей.

– Ну тогда познакомлюсь.

Я тут же все бросаю и залезаю за диван, съежившись всем телом. Страх буквально сворачивает внутренности.

– Захар, не самое удачное время. Она не одета.

– Так пусть оденется, – голос все ближе, я жмусь к полу, когда свет заслоняет тень. – Ой, дочка, так я не понял, вы тут трахаетесь или в прятки играете?

Глава 39

Хочется провалиться сквозь землю. Кажется, что сейчас и в аду будет не так жарко. Я скукожившись сижу за диваном обнаженная, а отец стоит сверху. В этот момент мне падает что – то тканевое и я делая вид, что я дерево и просто тяну ветку, чтобы напялить на себя, ага, футболку. В голове опять мелькают ангел и черт, которые жмутся, к друг другу и трясутся от страха.

– Захар, как вас там. – Господи, ничего лучше придумать не мог? Как вас там. – Захар, да не стойте вы над ней. Ничего страшного не произошло. Мы просто с Машей любим друг друга.

– Просто, – я даже видеть не хочу, что там происходит. Так и сижу мышкой. Вдруг все закончится без моего участия. – Просто ты хрен трахаешь мою дочь? Чтобы что? Чтобы я тебе тендер отдал? Или может быть всю компанию подарил?

– Папа! – не выдерживаю. – То есть меня можно трахать только за твою компанию?

– Рот закрой и спрячься, – поворачивается ко мне отец.

– У меня и своя прекрасная компания и до вашей мне нет никакого дела. Думаю, вам нужно просто смириться, что Маша будет со мной.

– Смириться? А ты ничего не попутал сынок? – шагает папа на Гошу, и я закрываю глаза, когда они начинают драться. Бросаются друг на друга как два буйвола, пытаясь доказать, кто тут главный.

И тут над ними поднимается черный дым, они перевернули сковородку с рыбой и несколько капель масла попала им на кожу. Они если и заметили, то вида не подали, продолжая друг друга метелить.

Я наконец перепрыгиваю через диван, захожу в коридор, в котором видела огнетушитель. Сбываю клапан и навожу прицел на двух хищников, сцепившихся в страшной схватке.

Как только пена попадает на их седые головы они расходятся в разные стороны, начиная отплевываться и хором орут.

– Маша!

– О, заметили, что я еще тут. Вы между прочим рыбу мне испортили.

Отец снимает с себя пену, встает и кивает на дверь.

– Мать тебе рыбу приготовит. Сейчас мы уходим.

– Она никуда не пойдет.

– Закрой рот, пока я тебя к стоматологу не отправил.

– Попробуй, окажешься в травматологии.

– Да я поняла, что на вас врачи озолотиться. Папа, я никуда не пойду. Мы с Гошей встречаемся, и я останусь тут.

– С Гошей. А ты не быстро одного Гошу на другого сменила. Ты спроси, может тебе деда Гоша тоже зайдет. Будешь переходящим призом. Не думал, что моя дочь станет…

Гоша не выдерживает, бьет папу в челюсть. Тот валится на диван, а я бегу к нему.

– А поаккуратнее нельзя было?!

– Ты… – Гоша замолкает под моим взглядом. – Выпроводи отца, надо тут порядок навести,

Да, погром жуткий, но я вытираю лицо папы. Но он дергается, убирая от себя мои руки. Встает и просто уходит, хлопнув дверью так, что затряслись стены.

Все произошло так быстро, что я растеряно рассматриваю ужас, который мужчины натворили. Гоша поднимает сковороду, бросает в раковину. Я продолжаю сидеть на диване, чувствуя, как попа пропитывается пеной. Поднимаюсь и иду переодеваться. Гоша в душ.

Мы молчим, словно поругались, хотя, как раз между нами конфликта никакого нет. Но вот между ним и отцом. И почему папа сказал, что Гоше нужна его компания. У него же своя есть. Да и я сама по большей части его соблазняла, он скорее против был. Вон, даже расстаться хотел. Если только не обманывал меня с самого начала. А может быть они вообще с сыном договорились меня развести. Чтобы что? Даже если он на мне женится, то вряд ли отец с распростёртыми объятьями отдаст ему компанию.

– Ну что ты тут села, – Георгий садится рядом, переплетает наши пальцы. – Это было неизбежно. Будь я отцом дочери, я бы тоже отметил мужика, который посягнул на ее честь.

– Ну а чего ты тогда дрался. Надо было лежать неподвижно.

Мы смеемся, Я тут же влезаю на его колени и сжимаюсь, обнимаю любимого за талию.

Все это глупость. Гоша и сам прекрасный бизнесмен и архитектор и у него никогда не было мысли у кого – то что – то отобрать. Это просто не в его характере.

– Там все в пене, малыш. Надо клининг вызвать, а нам с тобой поехать отдохнуть

– Куда?

– В воду поедем. Словим релакс, снимем номер.

– Рыбу жалко.

– Я тебе ее поймаю.

– А я костюм надену.

– Договорились, – щелкает он меня по носу и отправляет одеваться, пока договаривается, чтобы пришли и убрали всю квартиру.

Пока мы едем в спа центр мне звонит мама. Ну что, нотации неизбежны. Но мама хотя бы не орет.

– Привет, мам, – мельком смотрю на Гошу, но он спокойно ведет машину, держа одну руку у меня на колени. – Папа уже рассказал?

– Да, пришел весь в пене, злой как черт. Чуть зеркало в ванной не разбил. И выражался не очень прилично.

– Про меня.

– В основном про Гошу. Но и про тебя мелькало. Я думала вы с Гошей расстались.

– Ну вообще да,

– Тогда я ничего не понимаю.

– У Гоши отец тоже Гоша. Который мой босс.

– О… – мама замолкает. – Оу… Неожиданно. А как это произошло?

– Ну… Там такая, забавная вышла ситуация. Я перепутала спальни…

– Так, ладно, этот разговор отложим до момента, когда тебе стукнет тридцать, я не готова это слушать. Ты любишь его?

– Люблю.

– Ну и хорошо. А в остальном разберетесь.

– Поговоришь с папой. Он почему – то думает, что Гоша со мной по расчету.

– У него денег нет?

– Да есть. Все у него есть.

– Я поняла, поняла. Поговорю, насколько это возможно. Ты же его первенец. Он все остро воспринимал связанное с тобой. Помню, как тебя толкнул мальчик, так он его папе руку сломал, потом его Зотов вытаскивал. В общем, думаю он просто хочет убедиться, что все серьезно, чтобы потом тебе не было больно. Понимаешь?

– И поэтому больно делает другим. Логично.

– Он такой какой есть. А тебе нужно найти способ их примерить, если хочешь, чтобы больше не было конфликтов.

– А ты…

– А это не меня он с парнем застал.

– Думаю тебя бы он убил.

– Скорее всего, – смеется мама. Он вышел, пойду расспрошу. И звони, а то с тобой пару дней не пообщаешься, ты вообще в космос улетишь.

Я выключаю вызов, смотрю в окно, потом на Гошу. Он чуть хмурится, внимательно следя за дорогой.

– Подкинула я тебе проблем, да? – опускаю ладонь на его обтянутое трениками бедро.

– Ты мне их с лихвой компенсируешь. Вот как приедем, сразу потребуется лечение моему побитому телу.

– Да на тебе даже синяков нет!

– Есть один. Большой и твердый. И если ты и дальше будешь гладить мое колено, он может посинеть.

– Ой… – смеюсь я, тут же отворачиваясь к окну и убирая руку, но Гоша возвращает ее на место, продолжая ловко маневрировать по ЗСД.

Глава 40

Мы приезжаем в водный центр, где сразу снимаем номер и заказываем в номер фруктов и шампанского.

– За знакомство? Оно вышло весьма запоминающимся.

– Это точно. Я, правда, не ожидала, что он так вот заявится.

– Он твой отец и беспокоится за тебя. На мой взгляд, это достойно уважения.

– А почему ты не жил с Гошей?

– Что он тебе рассказал? Версию, как я бросил семью ради другой?

– Ну, вроде того. Обижен на тебя был сильно всегда. Только вот, где эта другая?

– Она всегда со мной. Ты тоже на ней помешана.

– На ком? – хмурюсь, пытаясь разгадать загадку о таинственной любовнице, ради которой рушатся семьи. Что-то вертится на языке, какое-то слово. Простое и понятное. – Работа?

– Конечно.

– Странная такая. Ты же ради них старался! Ради семьи. Не хотел ни от кого зависеть. Никому не лизать зад. И я в этом тебя очень хорошо понимаю. Я поэтому ушла из дома, чтобы не согласовывать ничего с отцом, особенно свою личную жизнь.

Гоша опускает взгляд, выпивая остатки шампанского.

– Знаешь, я когда-то тоже был наивным и думал, что получу свой первый миллион и буду обязательно самостоятельным. Сам себе начальник. Сам себе король. Никому, как ты сказала, не буду лизать зад. Только вот все равно приходится, просто задницы потолще и побогаче.

– Клиенты?

– И компании, у которых ты выпрашиваешь тендер. Договариваешься, продаешься. Как бы человек ни хотел стать свободным, он так или иначе будет от кого-то зависеть.

– Это как-то печально…

– Согласен, но если подумать об этом, то лучше уж так и в "Мерседесе", чем смотреть на "Мерседес" с остановки. Суть одна, только положение разное.

– И твое тебя устраивает?

– На самом деле, даже страшно, потому что сейчас у меня ощущение, что я несусь на скоростном поезде по имени Счастье. Скорость головокружительная, и страшно, что он может сойти с рельс, – Гоша грустно улыбается, тянет меня к себе, отбирая бокал.

– Значит, ты поезд? – усмехаюсь, толкая его на кровать и залезая сверху. –

– Скоростной, – закидывает он руки за голову, наблюдая за тем, как я поглаживаю его член сквозь плавки и, кажется, вагонный состав вот-вот задымится.

– Ну, может быть, тогда поезду притормозить, спрятаться в туннеле?

– Мм… Обожаю прятаться в этом тесном туннеле, – шлепает он меня по заднице, приподнимает, сдвигая полоску трусиков и собственные плавки. Секунда, и мой туннель целиком заполняет поезд, сразу достигая тупика, в который упирается.

Я запрокидываю голову, стону в голос. Господи, как же хорошо чувствовать в себе член Гоши. Ощущать, как он заполняет меня, как трется об стенки влагалища! Нужно немного притормозить, дать понять, что я не помешанная на сексе дурочка, или, как говорили девочки, давать голодать, чтобы любил сильнее. Но я понятия не имею, как долго это все может продлиться, поэтому беру все, до последней капли, которую высосу из его члена, как только безумная скачка закончится. Но дело в том, что она мне безумно, безумно нравится! Нравится, как он долбится головкой в самое нутро, нравится чувствовать, как тугие выпуклые вены царапают влагалище, нравится находиться в полной его власти. Подчиняться любому требованию, даже взгляду.

– Да, да! Гош, как мне хорошо, как приятно! Сильнее, еще сильнее.

Гоша тут же садится, чуть замедляя скачку, обхватывает обе груди, сжимая их в ладонях, продолжая на полной скорости двигать бедрами, скользить членом вперед – назад.

– Какая же ты сладкая, – хрипит он мне в губы, захватывает язык, лижет его своим, целует губы. Потом толкает. – Встань раком.

Я тут же занимаю нужную позицию, отклячивая зад, об который тут же трется влажная, горячая головка. Скользит между вспухших половых губ. Раскрывает их, давая стечь терпкому соку. Толкается одним жестким толчком, вынуждая зарыться лицом в простыни, рыча от напряжения, которое сковало тело.

Гоша натягивает трусы, продолжая двигаться во мне все быстрее. Пока комната не заполняется грязными звуками смачных шлепков тел друг о друга и сочных стонов, которые звучат в унисон, пока мы бьемся бедрами, выбивая другиз друга дух и соединясь душами.

Я кричу в подушку, в которую Гоша вжимает мою голову, принимаясь долбить на полной скорости. И стоит ему только тронуть клитор, как я взрываюсь, сжимая мышцы тугим кольцом вокруг члена.

Гоша еле успевает достать, заливает спину, хрипит и целует шею.

– Кайф, – только и хриплю, чувствуя, как похоть отступает, давая место релаксу и неге.

Мы моемся и идем плавать, рассекая воду ленивыми гребками, лишь иногда посматривая друг на друга и улыбаясь тому контрасту, который ловим после безумного совокупления в номере.

– Знаешь, – подплываю к Гоше и обнимаю его ногами за талию, держусь за шею. – Уверена, что каждая женщина в этом центре мечтает оказаться на моем месте. Но как же приятно осознавать, что ты только мой!