Текст книги "Три сердца в унисон (СИ)"

Автор книги: Liticia09

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 33 страниц)

Все привыкли к таким отношениям.

– Не смей так разговаривать со мной!

– А как ты разговариваешь со мной?!

– Если ты ещё раз…

– Что? Скажешь отцу? – Т/И издала саркастичный смешок. – «Мой отец узнает об этом, Т/Ф». Боюсь, эти угрозы уже года три неактуальны.

– Ох, ты несносна!

***

Лёгкие выжигало изнутри, адреналин заставлял сердце биться чаще. В этом полумраке ничего не видно, но Драко, видимо, это мало волновало.

Т/И облизнула пересохшие губы пока Драко парил где-то высоко в небесах. Она едва различала его силуэт, который практически слился с облаками.

Не верится, что она согласилась полетать с ним.

Полетать. С Малфоем. Ночью.

– Просто безумие, – шептала она, наблюдая за тем, как Драко медленно пикировал и приземлился в метре от неё. – Мы разобьёмся, Драко. Я не доверяю этой штуке. Она убьёт нас, серьезно.

– Торжественно клянусь, что моя метла не причинит тебе никакого вреда, – Малфой, даже не слезая с Нимбуса, положил руку на сердце. Потом он, конечно, залился смехом, но Т/И всерьёз это не восприняла.

Да, Т/Ф сильная и смелая, но до глубины души ненавидит мётлы.

– Драко, я.

– Всё будет хорошо, Т/И, правда. Рано или поздно нужно начать, и лучше бы тебе сделать это со мной, чем с каким-нибудь зазнайкой с Гриффиндора или Когтеврана.

– Но ведь лучше поздно чем никогда, не так ли? – Т/И улыбнулась как-то слишком вымученно, на что Драко лишь закатил глаза. – Тем более. Я ведь сама с Когтеврана, помнишь? Не понимаю, как я вообще согласилась на это.

– Доверяешь мне? – его серые глаза пленяли, и тут Т/И уже не в силах ему отказать. В качестве ответа она приняла поданную им руку и ловко села на метлу, стараясь не вспоминать, к чему привёл её прошлый полёт.

Она прошептала что-то неразборчиво, и они плавно начали набирать высоту.

Если бы Драко был один, он бы никогда не был так осторожен: он бы взлетел на бешеной скорости, попутно сделав пару трюков. Но сейчас с ним Т/И, а на её безопасность ему не плевать, о ней он готов заботиться всё свое время.

Пускай Т/И маглорождённая, пускай её всё время окружают зазнайки и пара «выпендрёжников». Т/И беспокоится об оценках и соблюдении правил, но в то же время ей глубоко плевать на запреты, и она вовсе не такая тихая девочка, как может показаться на первый взгляд.

Может, этим она и пленила Малфоя.

Естественно ему весело: он, наконец, смог уговорить Т/Ф прокатиться на метле, несмотря на её дикое отвращение к такому виду транспорта.

Почему-то Драко надеялся, что Т/И закричит, как и любая друга девчонка, даже громче Мандрагоры.

Но ему давно пора было понять, что Т/И не как остальные девчонки.

Она держалась за него слишком крепко, уткнулась носом ему в спину. Т/И страшно до безумия, в то время как Драко наслаждается. Ему становится хорошо от такой езды, ему дико приятно, что Т/Ф – девушка, что занимает все его мысли и сердце – прямо сейчас крепко в него вцепилась, и, вероятно, не отпустит ближайшее время.

Т/Ф метлы ненавидит, но ради Драко согласилась.

Естественно, она могла взять пару уроков у Поттера, что так любезно предлагал ей помощь. Кто знает, просто ли из вежливости, или им двигало что-то большее?

Т/И знать об этом не хотелось, и, тем не менее, она бы не согласилась полетать с Гарри.

С Малфоем по-другому: пускай его взгляд холодный и пустой, но только он способен подарить самые тёплые объятья в ужасные дни. Т/И доверяет ему, она всегда будет на его стороне, какой путь он бы не выбрал.

***

Т/И сдавленно выдохнула, снова почувствовав землю под ногами. Невероятное облегчение – оказаться живой после длительного полета.

– Сумасшедший, – бросила она, слезая с метлы. На её лице играла улыбка, хотя руки немного тряслись.

– Но ведь тебе понравилось? – Малфой взял её руки в свои, пытаясь хоть немного унять дрожь. – Ты совсем замерзла… – сделал вывод Драко, снимая с себя мантию и накидывая на плечи девушки. Т/И с Когтеврана, но ей безумно идёт зелёный цвет. И Драко не мог не улыбнуться этому факту.

– Как-нибудь повторим, да? – немного запинаясь, пробормотала девушка.

Ей понравилось. Определённо понравилось прижиматься ближе к слизеринцу и ощущать его тепло.

– Безусловно.

О да, Драко Малфой сделает всё, что угодно, лишь бы стать частью её мира.

Пускай не сразу, но… он ведь Малфой. А Малфои всегда своего добиваются.

***

Блейз Забини был одним из немногих, кто не обращал внимание на популярность Малфоя и не был зависим от его окружения.

Они могли разговаривать, делиться секретами, давать советы друг другу, а со временем даже стали лучшими друзьями.

В очередной раз, когда Пэнси проходила мимо Т/Ф, слизеринка специально задела её плечом, так, чтобы книги девушки упали.

А Паркинсон тем временем оскорбляла девушку всем, чем придёт в голову. За этой картиной наблюдал Блейз Забини.

– Паркинсон, прекрати. Т/Ф уже сыта твоими оскорблениями, – Забини сначала помог поднять книги, а потом встал перед ней, как бы защищая Т/И.

– Забини, с каких пор ты защищаешь грязнокровок? – спросила слизеринка.

– Просто не переношу несправедливости, – спокойно ответил Блейз. – Тебя Дафна, кстати, искала.

– Что ж, на этот раз тебе повезло, Т/Ф, – проговорила Паркинсон и ушла с важным видом.

– Спасибо, Блейз, – улыбнулась Т/И.

За все годы их обучения Забини ни разу не сказал плохого слова в адрес когтевранки, поэтому девушка хорошо относилась к юноше.

Этот случай стал началом их дружбы. Втроём – Т/И, Драко и Блейз – они часто выбирались в Хогсмид или просто прогуливались по школе.

========== Глава 6 ==========

Я всегда смотрел на тебя, когда ты не видишь, и со временем я осознал, что это стало привычкой.

– Драко, твой отец Пожиратель Смерти, ведь так? – однажды спросила девушка, когда они были в Выручай-Комнате.

– Ты же знаешь. Поттер всем разболтал, – скривился парень. – Почему ты спрашиваешь?

– Обычно дети Пожирателей идут по стопам своих родителей и тоже становятся Пожирателями. Но ты ведь не будешь? Ты не примешь Чёрную метку? – взволнованно спросила когтевранка.

– Отец действительно хочет, чтобы я стал одним из приспешников Тёмного Лорда, но я сказал ему, что не хочу.

– Обещай мне. Обещай, что не примешь Метку, – Т/И смотрела Малфою прямо в глаза.

– Обещаю, – сказал Драко, сомневаясь, что сдержит слово.

***

– Почему ты меня игнорируешь?

– Я никого не игнорирую, – Т/И недовольно закатила глаза, продолжая поедать свой сэндвич, в то время как её подруги ошарашенно смотрели на стоящего рядом с ними Малфоя. Не каждый день слизеринец подойдет к когтевранскому столу за обедом. – Тебе кажется.

– Ты не говорила со мной две недели!

– Ты назвал мою маму истеричкой! – воскликнула Т/И в ответ, чем вызвала улыбку на губах Драко.

– Не думал что, ты настолько примитивная.

– Я не примитивная! А ты… – девушка стукнула блондина по ноге, – просто придурок.

***

– Т/И, нам надо поговорить.

– Только после твоих извинений, – холодно отозвалась девушка.

– Хорошо.

Т/И кивнула и выжидающе уставилась на Драко.

– Признаюсь, я вёл себя неподобающе. Но в свое оправдание хочу заметить, что я чистокровный волшебник и у меня мягкие волосы, поэтому я считаю, что заслуживаю самого лучшего, например дружбу с тобой.

– Ладно, извинения приняты.

***

Когда завтрак кончился, пяти-и семикурсники остались слоняться в вестибюле, а прочие ученики разошлись по аудиториям.

Затем, в половине десятого, оставшихся начали класс за классом приглашать в Большой зал. Когда все расселись по местам и успокоились, профессор Флитвик сказал: «Итак, начали» – и перевернул огромные песочные часы.

Т/И дрожащими руками взяла свой билет и прочла первый вопрос «Опишите движения палочки для создания манящих чар».

Этот вопрос был элементарным, и Т/И принялась строчить правильный ответ.

Потом они перешли в небольшую комнатку рядом с Большим залом, откуда их должны были пригласить на устный экзамен.

Вскоре их начали вызывать маленькими группами в алфавитном порядке.

Прозвучало имя Т/И. Когтевранка вошла внутрь.

– Профессор Тофти свободен, мисс Т/Ф, – сказал Флитвик, стоящий сразу за дверью.

Он показал Т/И на маленький столик в дальнем углу, за которым сидел экзаменатор. Неподалеку от него волшебница увидела профессора Марчбэнкс – она принимала экзамен у Драко.

Т/И выступила хорошо. Экзаменатор даже похвалил её.

На следующий день был экзамен по трансфигурации. В письменной части девушке нужно было описать «Закон о невозможности трансфигурации» и «Закон непостоянства превращений». На устном экзамене требовалось продемонстрировать превращение крыс в кубки и исчезновение игуан.

В среду они сдали экзамен по травологии, а на четверг был назначен экзамен по защите от Тёмных искусств. Т/И без труда ответила на все письменные вопросы, а на устном экзамене с особенным удовольствием применяла все требуемые чары на глазах у Амбридж, которая холодно наблюдала за ней.

– Великолепно! – воскликнул экзаменатор. – Что ж, полагаю, это всё… если только Вы не хотите что-то дополнить. Конечно, за дополнительные баллы…

Т/И подумала, что это её шанс. Она подняла палочку и взглянула прямо на Амбридж. Жаба скривилась.

– Экспекто патронум!

Из палочки когтевранки вырвалась серебряная лиса и пробежала по залу из конца в конец. Все экзаменаторы проводили её глазами, а профессор Тофти восторженно зааплодировал.

– Прекрасно! – сказал он. – Очень хорошо, Т/Ф, можете идти!

У дверей, проходя мимо Амбридж, Т/И встретилась с ней взглядом. В уголках её широкого лягушачьего рта играла мерзкая усмешка, но девушку это не задело. Если она хоть что-нибудь понимала, ей только что поставили «превосходно».

***

На выходных Малфой умудрился заболеть, и дни напролёт девушка сидела возле его больничной койки.

– Я умираю, Т/И.

– Не притворяйся, Драко, – девушка недовольно закатила глаза, – пару часов сна и будешь как новенький.

– Когда я буду в гробу лежать, ты так же скажешь? – Малфой так же, как и девушка закатил глаза. – Не притворяйся, Драко?

– Ты просто королева драмы.

– Да пошла ты, – ухмыльнулся слизеринец. Впрочем, это не обидело девушку. Они привыкли к таким отношениям.

***

Счастью нет конца, когда рядом есть тот, кому ты нужен, даже если это тот, кого ты презирал ранее. Всегда во всем есть исключения… и даже в маглорождённых.

Она счастливо улыбается в его объятиях, смотрит такими чистыми глазами на него. Она знает его секреты, она не боится быть рядом…

А он боится за неё.

Если родители узнают о его дружбе с грязнокровкой, если хоть кто-то узнает…

Она пострадает, её жизнь станет невыносима… ведь семья Малфой презирает маглорождённых и всё, что с ними связано.

***

В понедельник был экзамен по зельеварению. Задания были довольно сложными, но благодаря работе с близнецами девушка знала все зелья. Они часто использовали их для своих вредилок, и Т/И помогала им. Несколько зелий она даже придумала сама, и Уизли внесли их в свой список полезных снадобий.

Экзамен по астрономии прошёл без неприятных сюрпризов. Затем было магловедение. С этим когтевранка справилась блестяще.

***

– Какие планы на лето? – спросил Драко, садясь на диван рядом с Т/И.

Они вновь были в Выручай-Комнате.

– В Нору поеду. Давно Фреда и Джорджа не видела.

– Понятно, – протянул парень. – Я просто хотел предложить погостить у меня.

– Правда? А как твои родители отнесутся к этому? – спросила Т/И.

– В этом небольшая проблема… Но мы можем сказать, что ты чистокровная…

– Стесняешься меня?..

– Нет. Просто мои родители… Они не поймут. Но я очень хочу, чтобы ты приехала.

– Хорошо, – согласилась когтевранка, – я смогу погостить у тебя несколько дней, а потом поеду в Нору.

– Отлично, – обрадовался слизеринец. – Только ты же понимаешь, что должна соответствовать… Манеры, одежда, внешний вид и вся эта прочая ерунда.

– Не волнуйся, с этим проблем не будет – аристократкой я быть умею, – ухмыльнулась девушка.

***

– «ТОТ-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ ВЕРНУЛСЯ. В кратком заявлении, сделанном в пятницу вечером, министр магии Корнелиус Фадж подтвердил, что Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся в нашу страну и вновь принялся за старое.

Альбус Дамблдор, восстановленный в должности директора Школы чародейства и волшебства «Хогвартс», а также на посту Верховного чародея Визенгамота, пока никак не прокомментировал происшедшее. В течение всего прошлого года он настаивал на том, что Вы-Знаете-Кто, вопреки широко распространенному мнению, не мертв, а снова набирает сторонников, готовясь к очередной попытке захвата власти» – прочитала Гермиона.

Они находились в больничном крыле после сражения в Отделе Тайн. Т/И в этом не участвовала, но обо всех событиях уже знала из первых уст.

– Ну ладно. – сказала Гермиона. – А что новенького в школе?

– Во-первых, Флитвик избавился от болота, которое сотворили Фред и Джордж, – начала Т/И. – Ему понадобилось на это около 3 секунд. Правда, один крошечный кусочек под окном он уничтожать не стал и обнёс его канатом…

– Зачем? – удивилась Гермиона.

– Он сказал, что это образцовое колдовство, – пожала плечами Джинни.

– По-моему, он решил оставить в школе что-то вроде памятника Фреду и Джорджу, – рот у Рона был набит шоколадом, и слова звучали невнятно. – Это, между прочим, они прислали, – сообщил он Гарри, кивая на гору лягушек рядом с собой. – Похоже, их магазинчик приносит неплохой доход, а?

– Значит, после возвращения Дамблдора все неприятности кончились?

– Да, – ответил Невилл. – Всё снова идёт своим чередом.

– Филч небось на седьмом небе от счастья? – поинтересовался Рон.

– Не сказала бы, – возразила Джинни. – По-моему, он чувствует себя просто ужасно… То и дело повторяет, что в Хогвартсе никогда не было такого замечательного директора, как Амбридж.

***

Тихие шаги донеслись до уха когтевранки. Т/И сидела в гостиной, читая книгу. Луна осторожно ступала, пробираясь в свою комнату. Даже не глядя на неё, Т/И понимала, что на губах у неё сейчас слабая, но искренняя улыбка. Несмотря на то, сколько у когтевранки случилось неприятностей, эта девушка осталась такой же светлой и милой. И иногда Т/И удивлялась, как такое возможно? Как этот светлый лучик солнышка никогда не гаснет?

– Луна, где ты была? – не сдержавшись, спросила Т/И.

Та резко выдохнула. Наверное, совершенно не ожидала такого внезапно вопроса. Луна не хотела отвечать. Но её подруга смотрела на неё выжидающе.

– Я… Я искала свои вещи, – тихо прошептала Лавгуд.

В её голубых глазах мелькнуло что-то таинственное, немного мечтательное и наивное. Луна, словно маленький ребёнок, всерьёз думала, что жизнь наполнена только прекрасными моментами. Временами Т/И считала, что всё это полная глупость. Но не могла об этом сказать Лавгуд, она ведь слишком хрупкая, слишком мягкая. Одно неверное движение и её сердце может разбиться. Оно восстановится, разумеется. Но разве уже будет таким же, как прежде?

Т/И было страшно, правда страшно за подругу. Кажется, будто удар судьбы сможет ей навредить. Она снимет свои розовые очки и увидит мир таким, какой он есть на самом деле. Со всей грязью, болью и грустью. Очень бы этого не хотелось.

– Луна, я же сказала, что завтра утром мы вместе их найдём, – как можно мягче произнесла девушка.

Лавгуд слегка улыбнулась, наклонила голову вбок, а затем обхватила свои плечи руками. Сейчас она действительно выглядела как маленькая девочка, не знающая, что она здесь забыла.

– Понимаешь, Т/И, то, что ты моя подруга, не обязывает тебя разбираться с моими проблемами, – тихо проговорила Лавгуд.

Т/И резко выпрямилась и серьёзно взглянула на неё. Но Луна лишь улыбнулась. Она всегда улыбалась, когда ей не хотелось что-то доказывать, что-то объяснять. Девушка не любила споры и конфликты. Да никогда и ни с кем не спорила.

– Луна, твои проблемы – и мои проблемы тоже, – сказала Т/И, положив ей руку на плечо. – Просто пойми.

Лавгуд кивнула, слегка закусив губу. На её щеках появился лёгкий румянец. Он придавал ей какой-то шарм. Хотя Луна всегда выглядела ласково и нежно. В её случае и внешность, и характер сошлись.

– Спасибо, Т/И. У меня никогда не было и не будет такой подруги, как ты, – призналась Луна.

Она вкладывала в каждое слово частичку себя, частичку своего сердца. И Т/И, не сдержавшись, поднялась с кровати и обняла её. Лавгуд тепло улыбнулась, а по щеке скатилась слеза.

У неё никогда не будет такого друга, как Т/И.

***

– Прекрасно выглядишь… – сказал Малфой, когда к нему вернулся дар речи.

Когтевранку действительно было сложно отличить от истинной аристократки. Красивое синее платье выгодно подчёркивало фигуру, волосы струились локонами по спине. Единственное, что портило весь образ – повязка на запястье, но снять её было нельзя – надпись выдала бы девушку с головой.

– Спасибо, – смутилась Т/И. – Мы можем идти?

– Да, – Драко подал девушке руку.

Через несколько минут они стояли возле Малфой-мэнора.

– Здесь, – Т/И прочистила горло, – Довольно мрачно.

Она обвела взглядом тёмный двор, задерживаясь на чёрной скамейке, куда сразу же села. Сзади дома не было ничего такого, что могло бы вызвать восторг. Лишь кусты разных форм и скамейки с тропинками.

Драко присел рядом, нервно постукивая ногой.

– Сам не в восторге, – подал голос Малфой. – Но у нас нет выбора.

– Это твой отец настоял на таком оформлении?

– Моя мать никогда бы не выбрала такую расцветку. Она не любит светлые цвета, но это не значит, что ей нравится чёрный.

– А мама… мама у тебя отличается от отца? – Т/И склонила голову, с интересом смотря на него. Драко скосил взгляд, ему было неудобно обсуждать свою семью. – Или она его противоположность?

– Второе, но схожие черты есть. Пойдём, не стоит опаздывать, – Малфой поднялся со своего места. – Родители решили устроить что-то наподобие светского вечера.

– Будет много людей?

– Нет, не очень. В основном, это партнёры отца. Некоторые придут со своими детьми.

– И они все… ну… плохо относятся к маглорождённым?

– Большая часть. Но тебе нечего бояться. Я буду рядом.

– Спасибо, Драко, – искренне поблагодарила девушка.

В самом Малфой-мэноре было намного светлее, чем снаружи, но всё равно царила зловещая атмосфера.

– Мама, отец, – Драко подвёл Т/И к своим родителям. – Познакомьтесь, это Дакота Стоун, я вам о ней рассказывал.

Малфой специально назвал Т/И другим именем. Люциус Малфой знал, что девушка, с которой его сын познакомился на первом курсе – маглорождённая, поэтому её имя упоминаться не должно.

– Рада наконец познакомиться с Вами, Дакота, – проговорила мать Драко.

– Взаимно, миссис Малфой, – сказала Т/И.

– Вы учитесь в Хогвартсе, не так ли? – спросил Люциус.

– Да, отец. Дакота на Когтевране, – опередил Т/И Малфой.

– Кто Ваши родители? – продолжал расспрос Малфой-старший.

– Мой отец работает в Гринготтс в Египте, а мать – колдомедик, – придумывала на ходу девушка.

– Они чистокровные волшебники? – не унимался Люциус.

– Конечно.

– Люциус, не надоедай подруге нашего сына вопросами, – обратилась к мужу Нарцисса. – Драко, покажи гостье наш дом. Дакота, наслаждайтесь вечером.

– Спасибо, миссис Малфой. Приятно было познакомиться с Вами.

Драко повёл девушку по дому.

– Мне кажется, твой отец что-то подозревает, – сказала Т/И.

– Он со всеми ведёт себя так. Не обращай внимания.

– У вас хорошие отношения? – спросила девушка.

Драко задумался.

Отец.

Это слово должно быть наполнено теплотой и любовью, должно вызывать улыбку на губах и пробуждать самые прекрасные воспоминания.

Но нет. У Драко всё совсем не так. Мысли об отце вызывают только отвращение. И многие могли бы осудить его за такое. Как же так, как можно не любить родного отца? Поверьте, можно, если ваш отец – Люциус Малфой.

Каждую ночь.

Каждую ночь он сталкивается с ним лицом к лицу. И вместо родительских объятий получает пару круциатусов. Вот она отцовская любовь. Он пытается заставить его вступить в ряды Пожирателей Смерти. Но Драко категорически против. Он совсем не хочет быть похожим на своего жестокого и деспотичного отца, жаждущего власти.

– Нормальные, – ответил Драко, понимая, что лжёт. Но Т/И слишком светлая и не винная, чтобы понять правду.

Слизеринец провёл девушку в гостиную. Она была заполнена разными людьми. Взрослые со своими детьми. Некоторых из них Т/И знала по школе. И абсолютно все они были слизеринцами. Такое скопище «змеек» пугало девушку. Нет, она не считала их злыми и ужасными, – это всё стереотипы, но ожидать от них можно чего угодно, поэтому нужно держать ухо востро.

В гостиной находились и родители Драко. Они беседовали со своими друзьями, хотя Т/И сомневалась, что их действительно связывала дружба – только холодный расчёт.

К Драко подходили разные люди, здоровались, на Т/И они не обращали внимания. Из знакомых когтевранка увидела Крэбба, Гойла, Теодора Нотта, Асторию и Дафну Гринграсс.

Ближе к вечеру люди стали расходиться, осталось всего несколько человек, но они разбрелись по разным комнатам.

Всё было неплохо, пока Нотт не заметил девушку.

– Малфой, – воскликнул он, – зачем ты привёл грязнокровку?

Эти слова не остались без внимания Люциуса Малфоя. Он быстро пересёк комнату и оказался рядом с Т/И и Драко. Нарцисса поспевала за ним. Люциус намекнул Теодору, что тому пора домой, и, убедившись, что в комнате больше никого нет, развернулся к Т/И.

– Ты обманула нас?! – взревел он.

– Я…

– Отец, я всё объясню. Это моя… – начал Драко.

– А с тобой я позже разберусь! – крикнул на него тот.

– Люциус, давай всё спокойно обсудим, – попыталась успокоить мужа Нарцисса.

– Молчи! Не лезь!

– Мистер Малфой, я понимаю… – начала Т/И, но Драко прервал её.

– Пойдём отсюда, – сказал он и потащил девушку за руку.

– Круцио!

Удар настиг её между лопаток. Боль разнеслась по телу быстро. Сломила её пополам, заставляя юное тело упасть на ковёр и начать извиваться, как рыба, брошенная на раскалённый песок.

Гнилая боль, с ожесточением кинутая в спину, вместе со словами Люциуса Малфоя:

– Грязнокровка! Как ты посмела прийти в мой дом?

Всё тело душило, резало, прожигало. Словно горячие цепи обвились вокруг тела.

– Круцио!

Внутренности залиты кровью, наверное, судя по тому, как их выворачивает. Она не кричит, закусив губу. Видимо, губа лопнула, так как девушка почувствовала, как что-то скатилось у неё по подбородку тонкой струйкой.

Больно.

Кричать нельзя – нельзя доставить сопернику такое удовольствие. Боль всё держится на её теле, заламывает руки, кусает плечи, бьёт по ногам. Заставляет хвататься за ковры, цепляясь ногтями за ворс. А слёзы текут, обжигая солёными дорожками скулы, но она не чувствует.

Только боль.

– Отец! Прекрати! – Драко бросился на отца, но тоже попал под горячую руку:

– Круцио!

Малфой упал, тем самым дав возможность Т/И подняться. Её тело пробивала дрожь. Драко зло поднял глаза на отца. Тот холоден и спокоен.

– Ты должен сказать мне «спасибо». Я избавил тебя от отравляющего твой мозг создания. Она не стоит тебя. Бросай это ребячество, – Люциус медленно развернулся к сыну спиной, уходя.

Руки Т/И всё ещё дрожали, но она достала палочку и направила на Малфоя-старшего:

– Петрификус Тоталус!

Люциус упал, не в силах пошевелиться.

– Бегите! – прошептала Нарцисса, глядя на тело мужа.

Повторять ещё раз не пришлось. Драко поднялся с пола, схватил Т/И за руку и потащил к выходу из дома.

Добравшись до безопасного места, они остановились. Т/И всё ещё тряслась, по лицу текли слёзы. Малфой, привыкший к Круциатусам, выглядел получше.

– Как ты? – спросил он подругу. – Прости, что так вышло.

– Я нормально, – голос дрожал, выдавая девушку с потрохами.

– Это была плохая идея. Я должен был предусмотреть, – сокрушался парень.

– Ты не виноват. Всё хорошо, – когтевранка попыталась улыбнуться.

– Отправляйся в Нору. Там тебе будет лучше.

– А ты? Как ты вернёшься обратно? – волновалась девушка.

– Всё будет в порядке. В конце концов, он мой отец, – говорил Драко, не веря своим словам.

Т/И обняла парня.

– Береги себя.

– А ты себя.

Малфой разомкнул объятья и поспешил домой.

***

Сказать, что Люциус Малфой был зол – это не сказать ничего. Сейчас он был слишком зол. И если обычно всё заканчивалось для Драко парочкой круциатусов, то в этот раз дело обстояло иначе. Малфой помимо круциатуса получил ещё и режущие заклятия. Казалось, всё его тело уже покрыто этими порезами, но отец не останавливался. А напоследок ещё и левую руку сломал.

От криков охрип голос, а голова нещадно гудела и кружилась. Тело по понятным причинам болело и жгло, к горлу то и дело подступал ком тошноты.

Он выдержит.

Теперь ему есть, за кого бороться.

========== Часть 5. Пока дышу, надеюсь Глава 1 ==========

Драко любит обещать, давать надежду, а затем забирать и топтать её, видеть отчаяние в глазах напротив, уходить. У него холодный взгляд, лёгкая ухмылка, плавность в действиях, он хитёр, он зол на мир.

– Что скажешь, как я выгляжу? – спросила Т/И, крутясь перед зеркалом.

– Ну, цвет платья как-то не очень. И с причёской проблемы, нужно переделать, – ответил Фред, осматривая девушку с ног до головы.

– Что? Ты хочешь сказать, что я плохо выгляжу? Я три часа собиралась!

– Да я шучу. Ты выглядишь всегда великолепно.

– Шутник. Ладно, пойдём. Я думаю твоя мама не обрадуется, если мы опоздаем на ужин.

После событий в Малфой-Мэноре девушка приехала в Нору. О том, что произошло с ней в гостях у Драко она умолчала.

Фред и Джордж были счастливы увидеть девушку, как и она их. Что может быть веселее этих двух рыжиков? Т/И в их компании уже давно. Девушке кажется, будто она знает их с самого рождения. Такие они уж родные и милые, что просто слов нет, как передать её чувства к ним. Т/И любит их, как родных братьев. И просто жизни не может без них представить. Фред и Джордж – это частичка девушки.

***

– Ну вот чего ты смеёшься? Откуда я знала, что твои братья решат добавить свои изобретения в этот шоколадный батончик?

– Это же Фред и Джордж. Все прекрасно знают, что нельзя брать что-то из их рук без последствий для своего организма, – продолжал смеяться Рон.

– Между прочим, батончик лежал на столике, и они сказали, что его оставила Гермиона!

– Нашла кому верить. Т/И, ты дружишь с близнецами 4 года. Пора было научиться перестать доверять всем их словам.

– Вот знаешь что, лучше бы нашёл этих шутников и заставил их дать мне противоядие.

– А мне и так нравится, – не мог успокоиться Рон. – Тебе идёт такой цвет волос. К тому же, синих глаз я ещё ни у кого не встречал, будешь выделяться. Правда, синий цвет лица выглядит немного странно, но все быстро привыкнут.

– А ты, Уизли, будешь выделяться огромным фингалом под глазом, если не прекратишь свои шуточки и не приведешь сюда своих братьев! – начинала закипать девушка.

– Ладно, ладно, я всё понял, сейчас их приведу. Только ответь на один вопрос: не думала сняться в «Аватаре»? Тебе ведь теперь даже не нужно будет накладывать грим.

– Рональд Уизли!

– Уже иду, – парень вышел из комнаты, не прекращая смеяться.

***

– Вот это да! – воскликнула Т/И, остановившись возле магазина близнецов.

Среди тусклых, залепленных министерскими плакатами витрин соседних магазинов лавочка Фреда и Джорджа била по глазам, словно фейерверк.

Витрина слева от входа сверкала невероятным разнообразием товаров, которые подскакивали, вертелись, светились, прыгали и пищали. Даже больно было смотреть на эту пестроту. Витрину справа целиком закрывал гигантский плакат, тёмно-фиолетовый, как и плакаты от Министерства, но на нем пылали гигантские ярко-жёлтые буквы:

Почему так всех волнует Тот-Кого-Нельзя-Называтъ?Лучше пусть народ волнует Тот-Кто-Умеет-В-Кишках-Застреватъ!Он хитёр, он шустёр! От него с давних порУ всей страны запор!

– Это гениально, – сказала Т/И, вытирая слёзы, выступившие от смеха.

– Мы старались, – петушился Фред.

– Пойдём внутрь, – добавил Джордж.

Т/И стала озираться по сторонам, рассматривать ящики и коробки, наваленные до потолка. Стояли целые контейнеры шуточных волшебных палочек – самые дешёвые при взмахе просто превращались в резиновых цыплят или в пару боксёрских трусов, а самые дорогие модели колотили незадачливого пользователя по голове и по загривку. Лежали в коробках усовершенствованные перья для письма: самозаправляющиеся перья, перья с автоответчиком и перья со встроенной проверкой орфографии.

– Потрясающе… – то и дело восхищалась Т/И, рассматривая различные вещицы.

– Можешь брать всё, что хочешь.

– Естественно, бесплатно.

– Спасибо! Невероятно! Как вы всё это проделали за моей спиной? – удивилась когтевранка.

– Мы хотели устроить сюрприз, вот и не говорили.

– Кстати, – сказал Фред, – этот магазин оформлен на троих.

– Ты, Джордж, а ещё кто? – спросила Т/И.

– Ты, конечно, – сказал Фред так, словно это само собой разумелось.

– Вы серьёзно?

– Абсолютно, – сказал Джордж. – Ты полноправная владелица магазина.

– Спасибо! – девушка прыгнула на шеи своих друзей.

– Задушишь, – прокряхтел Фред.

– Ой, прости.

– Да, и ещё у нас есть кое-что для тебя, – сказал Джордж, бросив взгляд на забинтованное запястье подруги.

– Ещё? Вы не устаёте удивлять.

Джордж вошёл в небольшую комнату, что-то вроде склада, и вернулся с баночкой. Вся продукция близнецов маркировалась, на этикетках написан состав, производель и автор идеи. На некоторых баночках даже значилось имя Т/И. Это значит, что она принимала участие в разработке того или иного продукта. На этой баночке было указано, что идея принадлежит Фреду и Джорджу Уизли.

– Мы долго пытались найти нужную формулу…

– Много разных ингредиентов перепрбовали…

– И наконец нашли. Представляем нашу новейшую разработку…

– Сделанную специально для тебя…

– «Заживин», – хором крикнули Уизли.

– «Заживин»? Над названием долго думали? – не сдержала смешка Т/И.

– Эй, мы вообще-то старались, – театрально обиделся Фред.

– Ладно, ладно, извини. И что он делает?

– Заживляет. По названию всё ясно, – сказал Джордж. – Дай руку.

– Это безопасно? – засомневалась девушка.

– Безопасно, давай.

Т/И протянула левую руку. Джордж взял немного мази и нанёс на уже ставшие шрамами буквы.

«Я грязнокровка»

– С первого раза улучшений заметно не будет, но если каждый день наносить, результат не заставит себя долго ждать, – сказал Фред.

– Спасибо, – сказала девушка, когда Джордж закончил.

Т/И набрала кучу всего: перья с встроенной орфографией, несколько баночек «Заживина», Порошок мгновенной тьмы, Отвлекающие обманки и многое другое.

***

Т/И всегда была желанным гостем в семействе Уизли и часто проводила каникулы в Норе, обитатели которой прекрасно знали о её неуклюжести.

И вот после ежедневной утренней пробежки девушка влетела в столовую, споткнулась о порог и впечаталась носом в деревянный шкаф, падая на пол.

– Ты там хоть жива? – сочувственно поинтересовался Фред.

– Вроде бы да, – Т/И встала на ноги, держась за нос.

– Когда ты научишься смотреть под ноги? – пронудил Рон.