Текст книги "Гамбит Криптора: Отзвук Справедливости - Перо Реальности (СИ)"

Автор книги: Lirio De AuruM

сообщить о нарушении

Текущая страница: 62 (всего у книги 64 страниц)

Колосс вновь открыл пасть, помимо вертикального глаза на всю длину головы, по сторонам черепа открылись еще два горизонтальных, жвала под верхней челюстью сочились черной дымкой, намекая на способ рождения этого существа и заслоняя пеленой пепельного тумана пространство вокруг их обладателя.

Несмотря на свою мощь, оно было пустым, я моментально попал в резонанс с этим телом, получая полный контроль и став его аватаром. Это было само олицетворение Гарма в реальном мире, после окончательного признания себя во владении иным хозяином, она подарила мне свое эство, измененное бездной. Мое сознание теперь существовало там и здесь одновременно, я видел мир глазами иного существа, правды истинных богов, рожденной из пустоты в противовес утрате этого мира.

Мимолетный страх за возможность потери себя быстро улетучился, сознание пришло в спокойствие, и я почувствовал, что опасности нет. Напротив – все было, словно так, как и должно быть. Я поставил себе цель думать про это, как про дополнительную десницу, а не как про другое эство и моментально выкинул из головы все противоречия и вопросы, ведь все было ясно как день, любую пустоту должно заполнить, и программа вселенной с этим справилась, дав нам возможность заблаговременно себя переписать.

Люди в ужасе наблюдали за разломом и свернувшейся перед ним сколопендрой с огромными крыльями, кто-то дико испугался, кто-то впал в ступор, а кто-то наоборот обрадовался, что «это» на их стороне.

Каждое мое слово резонировало переливами на теле «Охотника Пустоты»:

– «Я не желаю больше быть частью этой глупой войны... Но я прослежу, чтобы твоя жертва не пропала зря... «Хранители Бездны» позаботятся о твоих детях... Стань единым с бесконечностью и пусть она станет частью тебя...» – с этими словами я вложил клинок обратно; – как только раздался характерный звук полного схождения ножен, время остановилось, а пространство проломилось под напором энергии. Зрачок ока «Охотника Пустоты» засиял венами света и расширился, раздался вопль, пронизывающий саму ткань бытия, вопль, перекликающийся с каждой душой и каждым воспоминанием, он стал финальным штрихом разрушения реальности вокруг. Сияние почти бескрайнего креста осветило космос всюду, куда могло добраться. Врата Гарма выстрелили.

Над рубкой пронесся луч энергии, шириной в сотню километров, он сошелся с лучами огня воспоминаний и холода реальности, создавая кольца света каждые несколько километров своего хода. Десница темного бога мгновенно переломила баланс, начав постепенно сдвигать центр столкновения ближе к планете.

Вросшая в родину землян, словно колоссальный сорняк, тварь, изо всех сил пыталась сосредоточить внимание не желающих умирать душ на контроле луча, но увидев длань смерти, они затихли, все больше их сущностей смотрело на приближающегося палача, продавливающего свою гильотину ближе к ним.

Прошлое, будущее и настоящее, смешались словно миг, став олицетворением реальности. Мы получили силу, которой до этого никто и не мечтал обладать, силу, способную повелевать действительностью. Она могла превращать самые яркие наши чувства в оружие, а страхи в доспех. Она могла даровать быструю смерть и вечную жизнь. Она была, и это уже стало парадоксом.

Три луча сожгли спектральную энергию и соприкоснулись с ее источником, ударив прямо в каменную корону (пасть), тела Хельхейма. Ледяной и огненный лучи затерялись в силе пурпурного, несущего энергию бездны. Голову пожирателя душ пробило насквозь, длань достигла своей цели. Врата Гарма на черепе «Охотника Пустоты» перестали испускать луч, но разлом миров за колоссом не закрылся.

Над планетой образовался огромный сияющий нимб, когда верхний панцирь мертвого бога раскололся. Из атмосферы вылетели куски древнего существа, сопровождаемые затуханием вен света на отростках и остатках клюва, сила постепенно покидала монстра, его материя становилась прахом.

Нифльхейм закрыла пасть, ее взгляд был пуст и многословен одновременно, хоть это и видел только я. Связав себя с богами, я ощущал каждую ее эмоцию, будто сам был ее братом. Она просто не могла понять, правда ли все это.

Присцилла буквально упала на колени в своих мыслях, ее сущность ощутила спокойствие, впервые за бесчисленные годы, ведь дорогой ей человек был жив, она ничего больше и не хотела. «Кантоку» избавился почти ото всех предохранителей, после выброса такого количества мощи, сияние на ее корпусе почти потухло.

Флот Хранителей практически не пострадал, что нельзя было сказать про остальных. После битвы двух армад выжить было сложно, но самые сильные справились с испытанием. Экспериментальные зараженные крейсера «Фениксы» и «Старгейзер», использовали весь потенциал, но регенерация уже почти излечила их раны. «Идзанами» была сильно повреждена, «Идзанаги» и «Старгейзер» держали ее массивную сигнатуру на гравитационной лебедке, – они знали, что тайны наших технологий лучше уничтожить, чем отдать кому-либо. Наши легкие корабли почти все были беспилотными, так что отсутствие половины оных легко могло быть возобновлено верфями.

Хуже дела обстояли у храмовников Эквистелла. С «Хаммельсгодхейм», конечно, изначально эвакуировали население (перед прибытием), но его бездыханное уже почти высохшее тело практически испарило биомеханическую основу, оставив только верхний панцирь и металл внутри. Колосс постепенно ставал пеплом, из которого когда-то разжег свое пламя. В пылу битвы было потеряно множество дредноутов Храмовников, но большое количество членов экипажа удалось спасти благодаря «Минерве» и «Ваидэну», что вовремя прикрывали основу построении и подхватывали спасательные капсулы грави-лучами, затягивая их в радиус поля защиты.

Конфедерация и Госпитальеры тоже понесли потери, но меньше чем Эквистелла. Их корабли больше были полуразрушены, нежели полностью расколоты либо взорваны. Дредноуты и остатки легкого прикрытия ютились в небольшом радиусе возле «Кантоку» и как ни странно полностью целого эскадрона «Тартарус», стараясь оценить обстановку и понять, что же делать дальше. «Минас» и «Регулус» находились вплотную, буквально в сотне метров друг от друга.

– «Он побежден... Неужели все?.. Не будет ни взрыва, ни...» – Агнесса недоверчиво наблюдала за тем, как гигантский нимб над планетой периодически мерцает.

– «Мы долго к этому шли... Эти души заслужили покой, не стоит так поверхностно смотреть на вещи... Сама наша история доказывает это... Взгляни...» – я грустно вздохнул, чужие воспоминания вновь пришли ко мне, мы свершили то, что должны были, тело Хельхейма рассыпалось на светлячки энергии, которая воспаряла к кольцу над ним.

– «Что именно?.. Я просто... никогда такого не видел...» – Томас уже пришел в себя и, как и мы все, наблюдал за открывшейся картиной смерти существа, древнее самой вселенной.

– «Я думал, что это будет по-другому... Почему-то когда смотришь на подобное, совсем иные ощущения... Нет ни чувства победы, ни завершенности... Словно ты совершил необходимое, но не хотел этого... Словно ты поступил неправильно...» – я ощущал скорбь, хотелось отвернуться, но взгляд пристально следил, как каждую секунду тело бога превращается в рябь света, соединяясь с иным миром. Портал за колоссом тьмы размывал грани реальностей, облегчая душам и пастырю путь. Переход почти завершился, последние частички Хельхейма воспаряли, оставляя в планете огромный кратер пустоты. Врата измерений начали закрываться.

– «Мы... нет... я...» – знакомый голос тихо послышался в голове. Нимб воссиял ярче любого зарева, божественный свет раскинулся на весь космос вокруг, его вспышка прошла от кольца, не оставив ни одной тени.

* * *

«Эпилог: Охотник Пустоты»: Сцена девятая: Самый сильный дух

Всюду были лишь безграничные небеса, сознание словно находились на планете без земли, лишь гладь спокойствия и вечность вокруг. Я стоял на невидимой поверхности, а вокруг медленно плыли пушистые облака. Оглянувшись, я заметил силуэт знакомого старца, он снял потрепанный капюшон Храмовника и улыбнулся морщинистыми уголками губ. Под его глазами были потемнения, будто он не спал целую вечность.

– «Брат... ты...» – Нифльхейм тоже была здесь, от ее ледяной ауры в этот раз не осталось и следа, богиня стояла на месте, не зная, что ей делать. Муспельхейм опустил взгляд, его эство рассыпалось каждое мгновение:

– «Я... не знаю что сказать...» – он понимал, насколько сильно оплошал, ведь его решение повлекло за собой иные последствия.

– «Ненавижу тебя...» – Нифльхейм сделала несколько шагов вперед и обняла старца, он лишь прижал ее к себе и принялся гладить по голове. Слезинки падали с глаз Нифльхейм, ее брат просто не решался что-то предпринять, никаких слов не хватило бы, чтобы описать его чувства, но этого и не требовалось, ведь память – ключ ко всему.

– «Будь сильной... Прости, что так глупо поступил... Я не смог совладать с иными воспоминаниями, они стали мной, а я ими... Боль затуманивала мой разум, но сейчас я наконец-то могу стать пустотой вновь... Мой огонь никогда не должен затухнуть... Та девочка станет приемником силы пламени... Как ты, Хранитель, стал приемником силы брата... Будьте всегда вместе... Не теряйтесь никогда... Постройте новый мир на пепелище старого... Пусть там не будет боли, которую вынесли все эти поколения... Прошу, вы должны...» – Муспельхейм со всей силы обнял свою сестру, не желая исчезать, ему оставалось совсем немного.

– «Хорошо...» – я опустил взгляд, видеть заплаканную богиню вновь совсем не хотелось, все эти эмоции проходили и через меня, я ощущал, с каким немыслимым трудом старец говорит каждое слово и насколько сильно он не хотел разжимать заключенную в объятьях богиню.

– «Хранитель, скажи брату, чтобы он прожил достойную жизнь... Не дай ему просто так упустить подаренный тобою шанс... И пожалуйста, присмотри за моей сестрой... Она достаточно от меня натерпелась... Ей нужен брат, которого она заслуживает... После всего, что я в тебе познал, сомнений нет, ты достоин того, чтобы нести наше бремя... Береги этот мир и своих близких... И пусть огоньки тянуться к твоему пламени... Не дай ему погаснуть...» – свет все больше поглощал душу бога, он стал почти незримым,

– «Мы не можем умереть... Лишь вернуться в цикл... Если наш дух достаточно силен – он сохранит себя... Я слышал... У вас говорят: «еще увидимся...» – Муспельхейм улыбнулся, слезинка упала с его щеки, прежде чем его силуэт окончательно исчез, оставив за собой лишь пустоту.

– «...» – богиня стояла неподвижно, она не могла поверить в произошедшее.

– «Как ты?..» – я подошел к ней и положил руку на плечо, мне хотелось ее утешить, но я понимал, что ничто в мире не способно скрасить пустоту после потери настолько дорогого человека. Нифльхейм вытерла слезы, ее взгляд стал более серьезным:

– «Плохо... я... Мне нужно подумать...» – она шмыгала носом, очеловечиться оказалось для нее проще, чем я думал.

– «Конечно... Если что, мы всегда будем тебе рады... Возвращайся с нами, теперь это и твой дом...» – я погладил ее по голове, растрепав волосы, – «Ведь дом – это место где тебя ждут... А мы никогда от тебя не откажемся!! Даю слово главы Хранителей Бездны!!!»

– «Хорошо...» – богиня повернулась, ее улыбка была совсем обычной, но я чувствовал доверие с ее стороны, – «Позаботитесь обо мне?..»

– «Конечно!.. А если кто-то будет много пиздеть, я их в шлюз выкину!.. Вот так!..» – я невольно рассмеялся, скрестив руки на груди.

– «Ловлю на слове!» – она подхватила настроение. Мы еще немного постояли, всматриваясь в бесконечность, но измерение постепенно растворялось, его контуры смазались, вернув нас обратно с мир материи.

* * *

Разлом полностью исчез, уступив место непониманию и различным эмоциям со стороны всех, кто участвовал в решающей битве. Каждый думал о своем.

Мако вопросительно вглядывалась в меня, она явно беспокоилась. Ее волновало смогу ли я совладать с тем, что мне досталось. Она верила в то, что любой шаг имеет смысл и укрепляет нашу суть, так было и со мной.

Томас улыбнулся, его переполняли вопросы, он очень хотел познать все новое, что мы получили, но и поглядывал на «Кантоку». Ученый был счастлив найти стольких друзей и стать частью этого мира рука об руку со своей любимой.

Агнесса желала лишь поскорее улететь из этого забытого всеми места, ее мысли были наполнены противоречиями, связанными с новыми фактами мироздания, и двуликости некоторых обстоятельств.

Нифльхейм спокойно кружила вокруг планеты, передавая тихий хаос новых, обретенных эмоций. Богиня желала немного времени, ее душа была сильна, но не неуязвима пред обретенной сущностью органиков.

Присцилла полностью перестраивалась изнутри, сила души пламени завладевала ее мыслями, создавая основу нового бога, родившегося уже трижды. Смятение перемешалось с облегчением связанным с судьбой.

Остальные находились не настолько близко к моему эству, но немного сосредоточившись, я все же мог познать и их эмоции тоже, словно бы они были моими мыслями и читались также легко.

Рейнхард хоть и был довольно немногословным на вид, но в его голове всегда сидело беспокойство за свою половину. Он наконец-то, спустя долгое время от их первой встречи на обреченной планете, был по-настоящему спокоен за нее.

Соларис всегда пыталась смотреть на ситуацию позитивно, ее энтузиазма хватало на двоих. В этот раз она просто вспоминала весь свой путь, стараясь понять, как же все так повернулось. Девушка была рада, что смогла помочь миру стать немного светлее.

Инглиш был доволен тем, что мы справились, он уже прокручивал в голове все битвы, желая не забыть ни одного яркого момента. Теперь я понимал все и видел, что парень давним-давно вспомнил все события связанные с Рэн, он просто хотел, чтобы их с ней связь осталась нетронутой, а история «Лазурного Богомола» завершилась ничем.

Скорпикор был поглощен мыслями о дальнейшей жизни, он ощутил спокойствие за свой шанс и впервые задумался над началом размеренного существования без рисков, ему теперь было ради кого так думать. Твердая основа и крепкий эмоциональный фундамент решили за него этот вопрос.

Прайд ощущал настоящее счастье, чувство выполненного долга и облегчение, ведь он выжил, как изначально и обещал. Груз этой вины все еще тяготил его, но уже не так болезненно, как когда-то.

Доцент – закаленный многочисленными боями военный, был холоден снаружи но внутри думал о том, что возможно это самый важный шаг к его цели. Тина больше всех беспокоилась о нем, как и остальные приближенные люди она отрывала свой взгляд от цели защиты, но была намного ближе чем они.

Кайфат не слишком сильно беспокоился и уже готовил план на ближайшую вечеринку, абсолютно забыв, чем закончилась предыдущая. На мостике у них уже начался миниатюрный праздник, который пытался остановить Кей-Кей.

Айро вертел в голове всякие мысли про смокинги для больших мужчин и обдумывал, не стоит ли ему похудеть. Риза уже связалась с ним, отругав старика за безалаберность в бою и сказав, что обязательно прибудет в гости, как только уладит пару дел.

Антон и его коллекционеры уже практически ушли восвояси, зная что сделали все что смогли, хоть и прикрывались какими-то смутными намерениями. До этого момента я не мог подумать, что этот человек вновь заявит о себе и вспомнит настоящий смысл того, зачем было создан эскадрон «Тартарус» – сохранять людские надежды любой ценой.

Соул очень сильно устал от всего этого, на него ужасно давила ответственность за целую фракцию, которой он обещал свободу и равные права для каждого. Президент был действительно счастлив, поскольку тем кто выбрал его путь более ничего не угрожало.

Герхард источал довольство за свержением старой власти. Он и Розария уже постепенно строили свои массивные планы по расширению ордена и становления его вновь, прямо на пепле старого Империума.

Хекс ощутил облегчение, поскольку долгий путь мести его народа подошел к концу, но епископ не мог простить себя за то, что позволил оплоту своей веры так просто сотворить подобное, он не верил, что его счастье оказалось настолько мимолетным.

Пилоты, солдаты и персонал пилотируемых кораблей знали, на что шли, но победа все же далась колоссальными потерями, хоть они, по большому счету, и числились корабельными, нежели человеческими. Души вопросительно всматривались в то, как последний светлячок поглощает тьма, а нимб с вратами окончательно исчезают, оставляя родную планету людей с огромной раной бороздить просторы космической бездны.

Они были поглощены своей правдой, но желали поскорее услышать заветные слова.

– «Я не скажу, что мы победили... Нет... Мы проиграли... Ведь – эта битва несла иную цель... Мы не выполнили ее, но... Выполнив другую, ставшую просьбой того, чья жертва дала нам шанс выжить и продолжить нести свои идеалы... Никто из вас не услышит, что мы выжили благодаря совместным усилиям... Нет... Мы выжили благодаря одному единственному существу!!! Которому хватило духа на всех нас!!! НО МЫ НЕ БУДЕМ ЕГО БЛАГОДАРИТЬ, ВЕДЬ ОН САМ ТАК РЕШИЛ!!! ЭТО БУДЕТ ОСКОРБЛЕНИЕМ ВОСПОМИНАНИЙ О НЕМ!!! МЫ ПОСТУПИМ ИНАЧЕ!!! МЫ СДЕЛАЕМ ВСЕ, ЧТОБЫ ЕГО ВЕРА НЕ СТАЛА ОШИБКОЙ!!! Я ПОСТУПЛЮ ТАК, КАК ПОДСКАЗЫВАЕТ МНЕ МОЯ СУЩНОСТЬ!!! ПЕРО РЕАЛЬНОСТИ ПОМОЖЕТ МНЕ НАРИСОВАТЬ ПЛАМЯ, И ПУСТЬ КАЖДЫЙ ЗНАЕТ, ОН МОЖЕТ ДУМАТЬ О НАС ЧТО ХОЧЕТ, НО МЫ СТРАЖИ, МЫ БУДЕМ СЛЕДИТЬ ЗА ПОРЯДКОМ ВСЕГДА, МЫ – «ХРАНИТЕЛИ БЕЗДНЫ»!!!» – я почувствовал, что сама реальность была подвластна мне. Мир энергии слушал мои мысли, он мог менять иные и знать их, мир информации связывал все свои олицетворения, создавая сеть, а тело не родившегося бога несло их силу в мир материи, будучи призванным не своим хозяином, но его приемником, оно стало десницей нового мироздания.

Империум был обезглавлен и разобщен, Конфедерация понесла чудовищные потери от вируса, как впрочем, и первая упомянутая фракция, но больше всех пострадали храмовники Эквистелла, они лишились своего дома, бога и веры, став полностью обескровленным. Млечный путь лежал в руинах, он ждал, пока на пепелище взойдут новые ростки жизни.

– «Может просто добить оставшихся и захватить власть в галактике?..» – я окинул взглядом мостик, – «По сути, мне никто не помешает этого сделать!.. Хм...» – я почувствовал всплеск первозданного ужаса у выживших военных и наемников, глаза Гарма смотрели на них, таких крошечных и слабых.

– «Оно тебе нужно? Во-первых, там одни некрополисы. Если, конечно, ты теперь не можешь города взглядом строить, о всемогущий! Во-вторых, долго аннексировать, много недовольных. Или ты одновременно у всех можешь воспоминания менять? Разве тебе их не жалко? А себя? Столько головной боли!» – Мако подошла и начала вертеть в руках мой шарф, который постоянно пытался вырваться из ее хватки, словно змея, и уползти обратно мне шею.

– «Ты права... Нечем там править... Воспоминания я менять не буду... Как говорится: «и пусть огоньки сами тянуться к пламени»... И да, мне их жалко, но больше просто лень... Мне и за одним городом следить лень... А когда столько мыслей одновременно, то в сотню раз больше лени привалило... Ну, хоть с новым телом можно не беспокоиться про многое...» – я погладил любимую по волосам, тихо смеясь над ее попытками завладеть нитью судьбы, которая зашипела и, вырвавшись, спряталась в капюшон.

– «Но, одно я знаю точно!.. Если кто-то посмеет опять затеять войну, или посеять семена хаоса в разумах людей, мы их вычистим... Если нужно, то я сам это сделаю...» – тело Гарма сложило крылья на спине, а три его глаза немного прищурились, словно подтверждая мои слова.

– «ВЫ ПРАВЫ!!! МЫ УЖЕ ЗАКЛЮЧАЕМ КОНТРАКТ О ПОСТОЯННОМ СОЮЗЕ!!! ВАМ НЕ НУЖНО БЕСПОКОИТЬСЯ!!!» – нервный голос Соула зазвучал на общей частоте, он был хорошим правителем, но из-за системы демократии не было известно, кто же придет после него, и как на это отреагирует млечный путь.

– «Рад слышать!.. Но, я предупредил!.. Галактика должна стать целой!.. Никаких больше войн и грызни!.. В противном случае «Хранители Бездны» вновь придут, но на этот раз не на переговоры...» – я подмигнул Мако, в ответ она хихикнула.

– «Слышали?? Придет и поставит вас в угол!!! Так что, слушайтесь божественного лентяя!!!» – моя любимая встала в пафосную позу, сложив руки на груди, мне было абсолютно не понятно зачем, или я просто не хотел понимать из-за того, что этот жест подчеркнул кое что весьма значимое и разбудил низменные инстинкты.

– «Как-то это прозвучало... Ну, такое... да...» – я почесал бороду, пялясь на ее грудь. Черная, угловатая форма смотрелась на моей Мако просто отлично и подчеркивала все что должна, – «Может самое время придумать мне новое прозвище?.. Хотя, лень...»

– «Хранитель Сариэль... Я должна кое-что у вас спросить...» – разум Присциллы неожиданно помутился от страха, она хотела знать, что ей делать, ей нужен был совет.

– «Ня?!» – я повернулся в сторону «Кантоку», мое другое тело тоже это сделало и мило поджало передние серпы лапок, словно богомол, подымая голову и начиная пялиться на титан Эквистелла. Я неожиданно почувствовал, что могу оставлять в нем немного своей души, даруя телу колосса тьмы разум невысокого уровня, словно создавая домашнюю зверушку, которую в любой момент можно вновь направить куда нужно.

– «Я хочу помочь им! Людям! Я не исправлю то, что сделала, но у меня появился шанс на то, чтобы сделать что-то хорошее для них! И мне нужно разрешение... Я не имею права просить об этом, но... но...» – в разуме Анаэль царила буря эмоций, она боялась задавать этот вопрос.

– «Хочешь использовать кибернетические остатки его тела?..» – я покачал головой, осознав, что ее беспокоило.

– «Да... Мне нельзя просить о таком... Я не имею на это право, но я могу использовать связь, которой он обладал с этой броней и восстановить контроль, тогда...» – она запнулась. Томас посмотрел на меня, улыбаясь, он показал большой палец.

– «Нифльхейм?..» – на мой вопрос богиня лишь хмыкнула, ее истинная форма рассматривала тело Гарма, плавно летая вокруг него и словно обнюхивая.

– «Ясно... Она дает добро, сделай это!» – я почувствовал, как измерение информации ею переполняется, а потоки данных, постепенно оплетают пустые части программ и технологий расы перед нами. Экзоскелет Муспельхейма начал постепенно светиться все ярче, его биомеханическая структура зажгла дополнительные двигатели, пустой панцирь полетел к планете, создавая за собой огромный столб пламени. Огибая нас, он очень быстро сократил дистанцию с Землей и разошелся ребрами, словно зонт, пытаясь охватить как можно большее пространство.

– «Я должна использовать и эту платформу, в ней много необходимых материалов...» – Присцилла провернула кольца на «Кантоку», треугольное ядро корпуса вместе с основным двигателем отделилось от титана, оставив структуру главного блока управления, размером с дредноут, парить в пространстве. Кольца соединились, словно огромная бобина и полетели вдогонку корпуса «Хаммельсгодхейм», который уже уничтожал последние остатки атмосферы своим эффектным приземлением и множественным возгоранием воздуха.

Механизированная оболочка открылась полностью. Когда-то пристанище и спасение изгнанников врезалось в полюс планеты, которая была источником их боли. Сотни ребер удлинялись на тысячи километров, пытаясь обхватить как можно больше пространства. Воздух и токсичные облака ходили кругами, рану все больше прикрывал раскрывающийся щит материи, преобразованный из остатков ненужного материала, кольца беспризорных нанитов целой туманностью устремились к контрольному пункту в центре зонта – «Кантоку».

Титан сел прямо в центре полюса, он быстро преобразовался в шпиль до небес и начал перепрограммировать микроскопические машины на выполнение новых функций – возрождение былого величия столицы. По ребрам мегамеханизма пошли полосы энергетической активации, платформа, простирающаяся на половину планеты начала всасывать в себя весь воздух и материю, которая перерабатывалась для полного преобразования, тогда как зараженный «О2» становился чистым, благодаря синтезу.

Погубив один мир, Присцилла решила возродить другой – это было довольно иронично, у себя в голове я еще раз поставил галочку, что баланс – штука страшная. Кибернетизированная планета постепенно обрастала восстановленными по новому образу, мегаполисами и их этажами. Процесс быстро завершился и вот уже совсем новый шарик красно-оранжевого цвета сиял в лучах, старой и многое повидавшей, звезды.

– «Неплохо!.. Осталось только устроить акцию и нанять побольше риелторов!..» – я расплылся в улыбке от вида довольного Томаса, он был невероятно горд за свое дитя, и понимал, что многое должен с ней обсудить.

– «Сами разберутся!!! Пошли уже отсюда, а то еще придется с кем-то что-то обсуждать опять! Мы свое дело сделали!» – Мако недовольно надула губки, – «Ну давай уже! Я хочу домой... Ты же тоже устал?..»

– «Странно...» – я подошел к ней и обнял, пристально посмотрев в глаза,

– «Это разве не моя коронная реплика?..»

– «Ты на нее авторские права не покупал! Так что не твоя! И вообще!» – Мако обвила руками мою шею, – «Так хочется сказать... Я очень тебя люблю... Больше ни на шаг не отпущу... Как прилетим, пойдем кольцо-телепорт делать...»

– «Пойдем...» – я поцеловал ее, – «Заодно, отнесем отчет Даймонду, он просил, чтобы я достал его из кабины «Нидхёгг»... Ты, кстати, тоже иногда моими фразами говоришь...»

– «Разве?» – Мако округлила глаза, – «Не помню такого!»

– «Аха-ха-ха!! Врешь же!..» – с трудом я оторвался от нее, но далеко не отходил, – «Нужно домой...» – по моей команде «Охотник Пустоты» повернул голову в сторону и когда его глаза сверкнули, в космосе возник новый портал бездны, длань миров вела нас обратно, на той стороне виднелись очертания знакомой туманности.

– «Ни у кого нет возражений, если мы, наконец-то, вернемся домой и окончательно окопаемся?!?» – задавая этот вопрос, я рассчитывал на отсутствие ответа, так и произошло, полное радиомолчание было несколько секунд,

– «ТОГДА ВПЕРЕД, ЧЕРТИ!!! Я КАЖДОМУ ИЗ ВАС ВЫГОВОР УСТРОЮ, ЕСЛИ НАЙДУ РАБОТАЮЩИМИ В ЭТОТ ДЕНЬ!!!»

– «ООООООО!!!!» – возглас боевого клича издали все капитаны кораблей и пилоты, частота заполнилась хаосом эмоций.

– «Одни убытки будут... Вот же раздолбаи...» – Мако покачала головой, – «Но, сегодня разрешаю... Так и быть...»

– «Не прогорим!.. У нас самый крутой бухгалтер в галактике!!» – я наблюдал, как моя любимая краснеет, а флот Хранителей тем временем, в сопровождении двух колоссов по бортам, вошел в разлом. Один за другим, черные корпуса исчезали и всплывали в новом океане материи, оставляя позади остатки трех фракций.

– «Я предупредил... Планету делите... Увижу, что плохо себя ведете – убью...» – «Охотник Пустоты» пропустил вперед остальных, и перед тем как пройти сам, я повернул одну и вторую головы, посмотрел на силы союзников и сверкнул огнями глаз и крыльев, выдохнув при этом облако черного тумана из пасти. Выглядело это очень устрашающе, как минимум нужное впечатление произвело. Сколопендра быстро развернулась обратно и молниеносно скрылась в разломе, который моментально за ней закрылся.

* * *

«Эпилог: Охотник Пустоты»: Сцена десятая: Возглас единства

Потрепанный флот летел к дому Хранителей – станции Арктур. Корабли обгоняли друг друга в попытке быстрее встать в доки, их зеленые, пурпурные и золотые фотонные хвосты смешивались в цвете с самой туманностью. Светило приветствовало нас нестабильными раскатами плазменных бурь на своей кромке. Город черной стали уже знал с какими вестями мы вернулись, но не ожидал подобной комплектации.

Звездолеты начали постепенно швартоваться, пристыковываясь к докам. Пока я наблюдал за действом, прошло немного времени и «Справедливость» пришвартовалась последней. Выйдя на свет мы увидели сотни ошарашенных людей, трепет их душ резонировал с мыслями двух колоссов, ставших особняком возле станции, в ожидании пока что-то произойдет. Толпы с небольшой опаской поглядывали на гигантов но, поняв, что опасности нет (не без использования Гармом няшной позы), принялись поспешно встречать прибывших.

Утомленные затяжным боем, воины выходили из пристыкованных кораблей, среди хаоса душ не было видно никого конкретного, до определенного момента. Из толпы, в поисках своего предводителя, переглядываясь, постепенно появлялись знакомые лица, своими взглядами они требовали, чтобы я кое-что им сказал. Каждый или каждая из них знали – это начало новой эры.

Агнесса закинула руку на плечо Томасу и молча смотрела, как он начинает постепенно теряться, древнее существо имело фатальный недостаток, он был цундере. Его половинка знала это. Возле них, смущенно пряча взгляд, стояла Присцилла. Ее отец с улыбкой провел рукой по голове девочки, та моментально расцвела и заулыбалась. Контрольный модуль «Кантоку» давно был пришвартован рядом с остальными дредноутами, а управление полями нанитов позволяло конструировать основы, так могли все боги и ИИ с третьего уровня, девочка была первым вариантом. История трех Предтечей корнями вросла в повествование вселенной, но несмотря ни на что, они нашли свой истинный путь.

Анна пыталась выглядеть радостной, но несколько слезинок все-таки упали вниз, вырвавшись по вине того, кого она ждала. Прайд лишь обнял ее и что-то тихо сказал, после чело эти двое присоединились к шествию.

Рэн дала подзатыльник своему брату, за то, что он чуть не споткнулся об нее, штудируя какой-то текст на инструментарии. Доцент развел руками и тоже дал ему подзатыльник, после чего они оба стали смеяться над разведчиком, который скорчил недовольную мину и обиженно пошел впереди.

Кайфат и Кей-кей ожесточенно спорили на неизвестную тему, но маты было слышно и сюда, даже без усиления слуха или чего-то подобного. Как ни странно только один из этих двоих вспомнил меня, второй обычно над таким не задумывался.

Соларис активно жестикулировала, пытаясь что-то описать пристально ее слушающему Рейнхарду, в его взгляде читалось спокойствие. Рядом с ними важно шагал Айро, также слушающий интересную историю. Тройка бывших пиратов прошла с нами многое, но от этого ни капли не изменилась.

Держа в зубах сигарету, а в карманах халата руки, Саманта деловито вышагивала с кортежем из ученых, среди которых ярко выделялись двое, стоящие к ней ближе всех по разные стороны. Скорпикор выглядел недовольно, у него, видимо, вновь не осталось сигарет. Даймонд просто сиял от полученных данных, он провожал взглядом, идущую вдали пару довольно изможденных людей.

Хельхейма, с бледным лицом, под руку вела та, кто осталась с ним, несмотря на боль и время, та, что, не покидая, держала его за руку бесчисленное количество лет, та, что всегда верила в него – Лилианна. Люди явно не догадывались о том, какой характер происхождения у этих Предтечей, да и не интересовались особо. Одетые в выданные лабораторные халаты, они не отличались от работников Триллиум. Наша Ученая, видимо, догадалась, что и как их прислало, и подсуетилась с этим делом.