Текст книги "Призрачный свет (СИ)"

Автор книги: Лили Фет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 24 страниц)

– Не могу сказать, хозяйка. Я спал.

Асана торопливо спрыгнула с кровати и побежала в ванну. Быстро умылась и оделась. И принялась думать, заплетая косу.

Что же это такое делается. И Веро ночью спала, не видела и не слышала ее прихода. А был ли приход? Похоже, тут вмешалась особо мощная магия… Асана медленно завязала волосы расшитой еще бабушкой лентой. Вроде из памяти ничего не исчезло. Работа в библиотеке. Шепот. Катакомбы. Длинные коридоры. Бесконечные двери. Шепот внутри. Асана внутри большой залы. И пустота с шепоточками…

Желтые глаза. Она встрепенулась. Желтые глаза она недавно уже видела, у того парня в темном библиотечном шаре. Но эти были другие, и точно принадлежали не тому парню.

Асана спешно зарисовала глаза, чтобы не забыть. На рисунке обрисовала общий фон – серо-текучие шепотки. Мрачный трон. И темный мужчина на нем. В цвете сделала лишь глаза. Миндалевидные, узкие, полностью насыщенно-желтые, даже золотые, без белков. Асана припомнила, что боковым зрением видела, как мужчина отвел в сторону руку, в которой что-то было. Вроде жезл, и вроде был он черного цвета с красными прожилками.

Девушка задумчиво кусала грифельный карандаш. Странное место это было. И шепотки странные. Пришли, ушли. И смысла в произошедшем с ней девушка пока не увидела и не поняла. Она отложила карандаш и рисунок на письменный стол. Пора заняться обычными делами, каитрай ждет.

На завтраке девушки-соседки за столом обсуждали бал, ставший уже привычной темой для разговоров. Из разговоров за завтраками ранее Асана уже уяснила, что балы в Академии проводят каждый месяц в предпоследний день, двадцать девятый. Ну, название «бал» для этого действия довольно громкое. На самом деле это просто незатейливые танцы, но с более-менее изысканными нарядами гостей-студентов. На бал обычно допускались все студенты, но существовал небольшой список тех, кто на бал не может попасть ни под каким предлогом. В списке, как правило, стояли имена злостных хулиганов, прогульщиков и тех, кто учится бесконечно плохо. К каждому балу список обновлялся, статичным, конечно, он не был.

Также дозволялось приглашать гостей со стороны. Но приглашенные обязательно должны быть магами или иметь магический дар. Иначе Врата не пропустят. Простые люди пройти через них не могут по определению и хотению безвестных мастеров, что строили Академию в незапамятные времена.

И вот на этих приглашенных действовала интересная особенность Академии – после полуночи все гости оказывались за ее пределами, перед Вратами. Изменить это правило было не под силу ни одному, ни целой куче архимагов, потому все так заведено и осталось – в предпоследний день месяца после ужина начинался бал в танцевальном зале, и продолжался все пять часов до полуночи. А после все расходились – гости по домам, студенты по комнатам.

Асана мельком взглянула в свое расписание. Сейчас у них змеиный язык в аудитории 18–10. Добираться до нее далековато, восемнадцатые аудитории расположены далеко, в самом конце западного крыла Академии. Зато из окон открывается чудесный вид на зеленый парк, это девушка тоже услышала за завтраком.

Честно говоря, змеиный язык изучать Асана не рвалась. Ашшей она разумно опасалась, они были не особо мирной расой. Даже не так. Их мировоззрение строилось на межвидовой борьбе за все – за власть, положение в обществе, женщин, красивые пещеры.

Да и вообще Асана змей не любила, в детстве ее даже кусали два раза.

Один раз во дворе, у самого дома. Благо тетя оказалась рядом, вовремя все увидела, и успела вколоть противоядие. Вскоре после этого приехала мама. Она все-таки беспокоилась за дочь, не только поправить свое здоровье после ранения мама тогда решила.

Вот вторая змея застала девочку врасплох у реки, а водные альсы самые опасные и ядовитые. Девочка гуляла одна, и подошла слишком близко к берегу. Злая змея выпрыгнула из текучей воды скрученным лассо. Ужалила в открытую нежную кожу детской ручки, хлестнула хвостом, отталкиваясь от тела жертвы, и упала в воду, тут же подхваченная течением. Асана вспоминала свой испуг, и понимание, что вот теперь она умрет, не успеет добраться до дома. Но в памяти уже жили истории о волшебстве, рассказанные мамой. Девочка выбралась из приречных кустов и крепко зажмурила глаза, усиленно думая о том, что в ней есть магия и она обязательно поможет нейтрализовать укус. Слабость не дала толком додумать. Девочка потеряла сознание и упала.

В себя она пришла на закате. Совершенно здоровая и выспавшаяся. И без малейших следов укуса.

Студенты неспешно заполняли аудиторию 18–10, остальные все еще наслаждались завтраком в столовой.

Обычно Асана выбирала место на втором ряду, да там и сидела. Вот и теперь она медленно прошлась между столами, решая, куда бы присесть. Студентов оказалось почему– то больше, чем надо, и притом, часть из них была ей незнакома.

Свободное место нашлось рядом с окном. Асана прошла мимо кучки хихикающих девиц, что смотрели как раз на это окно. «Что, туда кнопки подложили? – недоуменно подумалось Асане, – Или налили клей?» она с подозрением осмотрела свои стол и стул. Все чисто. Осторожно уселась, и достала свои вещи. И только потом заметила, что девицы смотрели не на ее место, а чуть позади.

Ей стало интересно, и она обернулась. И встретилась глаза в глаза с Аримисом, недавним соседом из библиотеки. Парень доброжелательно улыбнулся ей и кивнул, здороваясь. Почему он не сделал это вслух, Асана поняла чуть позже. Она тоже ему кивнула и отвернулась. И поняла, что девицы больше не хихикают – они злобно и недовольно смотрят на нее, посмевшую завладеть вниманием первого красавца их группы. То, что красавец оказался совсем недоступным, только подогревало к нему девичий интерес.

Асана украдкой осмотрела аудиторию. Похоже, на занятие объединили два курса. Интересно, это тоже первый курс?

Ребята были такие же, как в ее группе. Смеялись своим шуткам, рассказывали друг другу что-то интересное. И все-таки производили впечатление более знакомых друг с другом, нежели первокурсники. Значит, это не меньше второго курса, сделала она вывод.

Асана раскрыла учебник, что лежал на столе, как обычно бывает на первом уроке. Скудные картинки, непонятная транскрипция, мало знакомых слов. Незнакомых – много. Будет трудно, даже несмотря на то, что с бабушкой змеиный язык они немного учили. Но бабушка и сама его знала нетвердо, потому уроки у них были скудными на знания и понимание.

После ознакомления с кладезем мудрости змеиного языка Асана выглянула в окно. Парк радовал зеленью фруктовых деревьев и ягодных кустарников, и сочными цветами спелых фруктов и ягод. Зрение у Асаны было хорошее, даже немного улучшенное у гномов в подземельях, и теперь она различала кисточки смородины, тяжело волнующейся на ветру, желтые брызги дамши, одиночной ягоды размером с вишню, очень полезной зимой от холодных хворей.

Да и вообще сад оказался красив, и как она еще не сходила туда? Потом вспомнила магистра Бэйлиша, и свое желание завести собственный сад с травами. Кстати, спохватилась она, надо дать задание Пану, пусть подыщет место. Чердак явно окончательно нежилой, наверное, можно одну захламленную комнату превратить в небольшую оранжерею. Ирлим же формально разрешил делать, что она хочет…

Держа в голове нужную мысль, Асана вытащила из котомки небольшой блокнот, который она так удачно купила в лавке, и записала эту самую мысль, чтобы не ускользнула. И только потом обратила внимание на тишину, что начала звенеть в ушах. Она непонимающе оторвалась от блокнота и тихо охнула про себя. Академия радовала на неожиданные странные встречи. Сначала магистр Амеш, теперь… А теперь – настоящий полнокровный змеелюд собственной персоной. Одет в частично мирный наряд, состоящий из туники до середины бедер, нагрудника, закрывающего широкую мощную грудь и спину, и наручей до самых локтей.

Хищник плавно вполз в аудиторию, едва слышно шурша сильным хвостом о плитку на полу. И с наслаждением заметил, как вытягиваются лица мерзких человеческих деток. Как они застывают на месте, выпрямившись, боясь шелохнуться. Пррравильно боятся. Особенно его.

Змеелюд подождал, пока установится полнейшая тишина. Последней обратила на него внимание противная темноволосая человечка. Но и она замерла, увидев его пришествие.

– Я – кагдир Таш Саарваа, – удивительно, но змеелюд отлично владел наречием первого побережья. Говорил без акцента, слова подбирал правильно, – В этом году именно я буду знакомить вас с языком великого материка Вашшиль, где проживает величественная раса этого мира – ашши.

Кто-то заерзал. Да, это не просто учитель с манией величия своей расы. Возразишь змеелюду – вызовет на бой. А их бои всегда насмерть… Да и без того все знают, что змеелюды ценят лишь свою расу. Людей только терпят, как торговых партнеров. И никто из более чем сорока человек двух групп сходу не мог припомнить, чтобы настоящий змеелюд согласился преподавать язык ашшей. В людском мире подолгу жили только послы во дворцах некоторых королей. А уж заманить змеелюда в простую академию… Что-то тут не чисто.

Кагдир довольно улыбнулся, полностью удовлетворенный произведенным эффектом от своего появления. Мерзкие детки людишек, разумеется, не поняли, что он улыбается, у них за подобное проявление отвечают совсем другие мышцы. Тем лучше. Они еще не догадываются, что их ждет. Что ж, начнем…

К концу занятия студенты были в ужасе, их волосы на головах ощутимо стояли дыбом, а цветом лиц они сравнялись с только что поднятыми кладбищенскими зомби. Кагдир Саарваа впечатлил каждого. И заставил бояться, специально выпустив в воздух жидкость из специальных желез, что мгновенно испарилась с его тела, стрелами страха пронзив каждого сидящего. Природа дала ашшам замечательное средство для устрашения более слабых врагов.

А еще он оказался очень требовательным преподавателем. На занятии он дал своим студентам очень много материала, и напоследок «обрадовал» огромной самостоятельной работой в виде домашнего задания.

Асана в растерянности складывала учебник и тетрадь в сумку. Урок ее озадачил. Потому что язык ашшей оказался тем самым шепотом, что вчера вечером увлек ее за собой. И теперь она почему-то понимала почти все, чему их учил кагдир Таш Саарваа. И это точно было странно и требовало серьезного обдумывания.

Она настолько задумалась об этом, что не сразу обратила внимание на покашливание, привлекающее ее внимание.

Асана подняла глаза от своей котомки. Аримис выжидающе и с улыбкой смотрел на нее. Поняв, что она не расслышала его слова, занятая своими мыслями, он повторил:

– Прости, что отвлекаю. Я заметил на уроке, что ты хорошо понимаешь змеиный язык.

– Вовсе нет, – оторопела Асана, замерев перед ним от неожиданности. Это что же, всем настолько видно, что она разобралась практически во всем, что сегодня было на занятии?

Парень сам смутился от своего предположения. Так получилось, что они остались в аудитории одни, остальные сбежали побыстрее, оставив позади ужасный страшный урок. И жуткого преподавателя, который, впрочем, покинул их со звонком, скрывшись в своем кабинете.

– Извини. Я бестактен. Конечно, у тебя тоже был первый урок.

– Да, первый, – она накинула лямку на плечо, и не удержалась, поинтересовалась, – А почему у вашего курса не было змеиного языка в прошлом году? Вы же все со второго?

– Да, мы второкурсники. И в том году у нас было три преподавателя, – задумчиво сообщил Аримис, – Но так получилось, что ни один из них не задержался в Академии дольше недели. В общей сложности, они провели около пяти занятий на все группы академии, а до нашей группы вей так и не дошли.

– А что с ними произошло? – Асана нахмурилась, в голове одна за другой стали проноситься мысли о теории заговора. Они вместе вышли из аудитории в полупустой коридор.

– Первые два погибли, – серьезно сообщил Аримис, – Третий не успел провести ни одного занятия, и остался жив, и эта причина стала понятна позднее. Зато он выяснил, что гибель его предыдущих коллег являлась результатом проклятия. Там дело очень мутное оказалось, до студентов дошло мало подробностей. Насколько я знаю, выживший преподаватель сейчас лечится от последствий проклятия в магической лечебнице. А проклятье как-то сумели снять, но понадобилось на это очень много времени.

– Ужасно, – Асану даже передернуло. Погибшие преподаватели, проклятия. Ну, как тут не вспомнить Золотую даму? При ней тоже гибли люди из Академии. Вряд ли она тут при чем, ее же упокоили окончательно. Но все равно как-то не по себе стало. Тут она вспомнила, с чего началось общение, и спросила, – А что именно ты хотел от меня?

– Я просто подумал, может быть, ты согласилась бы объяснить мне двупарные разделения по грамматике? Я совершенно не понял эту тему, а запускать мне бы не хотелось, особенно с первого занятия.

Асана даже остановилась. В роли репетитора она себя совершенно не представляла. И тут же вспомнила тяжелый урок драконьего языка. Он для нее тоже был варварской грамотой.

– А как у тебя с драконьим языком?

Аримис едва заметно напрягся, и сообщил, что отлично.

– Тогда предлагаю обоюдную помощь. Я тебе помогу со змеиным языком, ты мне с драконьим. Я его не понимаю так же, как ты змеиный. Договорились?

– Договорились, – парень даже воспрял духом, поняв, что ничего неподобающего от него требовать не будут. Тем временем они дошли до круглого холла, из которого, как обычно расходились коридоры в разные стороны. Студенты и преподаватели спешили кто куда, перемена маленькая.

Ребята быстренько договорились позаниматься в библиотеке сразу после последних уроков. И разбежались на свои занятия, каждый в свою сторону.

Увлеченные разговором, они не заметили вздорную принцессу, что наблюдала за ними, полускрытая колонной. А после их ухода она задумалась, и далось это занятие ей нелегко.

Следующий урок назывался «Составление заклинаний». Вела его маленькая сухая юркая магесса Трэва Эйос Лим. Она могла за минуту обежать весь класс, указав на недочеты первому ряду и почти сразу последнему. Казалось, она была везде.

Асана же с удивлением поняла, что заклинания можно придумывать. Не то, чтобы она раньше этого не знала, просто не задумывалась никогда об этом. Да и бабушка ее всегда учила по готовым записям и книгам, где заклинания уже давно были написаны. Но вот откуда они там взялись – Асана, признаться, не знала, просто заучивала и все.

А оказалось, что заклинания можно придумывать! Более того, свои личные заклинания у магов получались намного лучше, чем заученные чужие. Но и тут многое зависело от разных факторов – силы самого мага, длины заклинания, гармоничности его составляющих слов, личного намерения, продолжительности действия заклинания… И это всего лишь неполный список того, чем в первые же минуты урока ошарашила магесса Лим своих студентов.

Обрадовав их новой информацией, магесса тут же дала им первое задание – придумать заклинание-стих на четыре строки для избавления от кашля.

Асана с интересом черкала в тетради. Стих у нее получился, но какой-то корявый. Ни рифмы, ни сложения. Кстати, лучше всего действовали именно стихи-заклинания. Возможно, дело было в легкости запоминания, плавном течении слов и особой связи магической силы с древним магическим языком. В итоге, ее стих-заклинание оказался одним из самых худших на данный момент. А вот в лучших оказалось трое ребят – нелюдимый мрачный Фаорт, всего боящаяся Фейнла, и плакса Мелия, что совсем уж неожиданно.

Алхимия прошла быстро и интересно, хотя магистр Раг ходил вокруг Асаны и явственно облизывался.

Ученица ему попалась неоднозначная, и это весьма интриговало. Ее сила скрывалась за слабенькой пеленой защиты. И именно в этом была ее пакость– слишком слабая, чтобы хорошо защитить, она тем не менее силу мага держала в дымке, не позволяющей за ней увидеть толком, а при попытке сдернуть пелену включалась настоящая охранная система, что прямо в мозг магу подавала сигнал о происходящем. То есть, тайком заглянуть за пелену защиты и оценить силу никак не выйдет.

Асана же, каким-то седьмым чувством зная, что вреда в стенах Академии демон ей не причинит, увлеченно смешивала торопливое зелье, задание на сегодняшний урок, и не обращала на него внимания.

Аудитория каицкого демона вся была пропитана особым чувством успеха, даже воздух словно был легче и воздушней. Каждый студент чувствовал себя необыкновенно умелым и одаренным. Вопросов по смешению ингредиентов не было ни у кого.

Собственно, торопливое зелье зельем как таковым не было. Основными ингредиентами в нем были твердые вещества и простая талая вода, налитая до самого края котла, стоящего на подставке небольшой жаровенки прямо на столе. В конце варки, а точнее кипения, в алхимическом котелке оставалась не жидкость, а небольшая россыпь камней. Или пыль, уж кому как повезет. Чем крупнее камни, тем более качественными они получались. И с этого момента звались они замедлителями.

Замедляли они все. Щепотка медленной пыли, брошенная в любое блюдо – гарантия того, что оно и за сутки не приготовится. Камень, опущенный в кипящее зелье, помогал отойти по возникшим важным делам, не боясь испортить важный состав, который надо выдерживать определенным образом и при определенной температуре. И самое главное– камни не были одноразовыми. Их можно было использовать повторно. А вот пыль нельзя, она растворялась и просто все замедляла на несколько часов.

В общем, вещь была стоящая, и Асана внимательно следила за составом зелья. Магистр Раг обещал отдать результаты студентам, и это стоило всех усилий. Замедлитель вещь нужная, а просто так его не изготовить, если нет своей лаборатории.

Асана даже чуть призадумалась об этом… Потом потрясла головой, вытряхая ненужные и несвоевременные мысли. Прежде всего ей нужен сад. А лабораторию оснастить очень дорого, ведь туда надо много оборудования, которое уж совершенно точно просто так не свалено в комнатах с хламом на ее чердаке. Да и дорогие и редкие ингредиенты на дороге не валяются, а взять их подчас негде, если ты не магистр.

Магистр щедро одарил студентов, позволив забрать все, что они наварили. У Асаны вышли три вполне приличных камня и пяток поменьше. Для первого раза это было очень даже хорошо.

Четвертым уроком пятого дня от начала обучения и месяца была некромантия. От Темных искусств, что были следующим уроком, она отличалась смертью. Некромантия изучала смерть, все ее проявления.

Некромантию преподавал магистр Мишрис. Золотистоволосый стройный блондин с зелеными глазами и аристократически бледной кожей. Его можно было бы назвать красивым, если бы не безумный огонь в глазах. Он давал отсвет на длинное овальное лицо, делая его гротескным. В сочетании с его влюбленным тоном, почитающим смерть, это выглядело пугающе.

Магистр Мишрис все первое занятие рассказывал о смерти. О ее причинах, о ее проявлении, о том, что там, за Гранью, где Смерть властвует. Показывал разные картинки-иллюзии, как в разных культурах поклоняются Смерти, как ее представляют. Между прочим, прочел небольшую лекцию о жертвоприношениях, в том числе затронув немного артефакты, что усиливают связь с владычицей Смертью.

В целом, именно ему, а не опасному змеелюду, удалось наконец-то запугать каждого студента, заставив бояться даже тени, даже каждого шороха.

И вот в таком податливом состоянии они и пришли на Темные искусства, где магистр Тай с мрачным удовольствием вновь поиздевался над ними, насылая ментальные приказы и заставляя то кукарекать, то квакать, то скакать на одной ножке. А уж после этого занялись собственно уроком. После Темных искусств у всех снова болела голова.

На обеде к Асане подсел Мар. Поинтересовался, как прошел день, рассказал, что интересного произошло у него, пригласил на свидание вечером после ужина, сообщил, что сделал с развлекательным реквизитом, что купил в лавке.

Укутал одну свою руку в рубаху, чтобы видно не было, взял в оставшуюся руку оторванную тряпичную. Глаз на веревочной жиле приклеил к веку, закрыв свой. Щедро налил на голову вишневого варенья, призванного имитировать кровь. И в таком виде явился на практику к девочкам-целительницам.

А они же совсем новенькие, первый курс у всех общий, а теперь на втором специализация идет. И практика была первой, после вводного урока. На деревянных столах лежали обычные тряпичные манекены, на которых и начали тренироваться будущие целительницы. И так им было страшно, как бы не напортачить перед строгим преподавателем, а тут еще со стонами врывается на занятие страшное израненное существо, протягивает оторванную руку и просит прирастить, ведь она дорога как память.

В итоге на 11 целительниц два обморока, три визга, один отборный мат… Ой, мат был от преподавательницы, варварки с Каменных островов, они вообще не воздержанны на язык. А еще одна будущая целительница вспомнила детство с тремя старшими братьями. И отлупила шутника его же оторванной рукой. Глаз потерялся в пылу битвы. Кровь из варенья забрызгала весь класс – манекены, мантии целительниц, пол. Урок был сорван.

Мар рассказывал в лицах, эмоционально, и сам над собой смеялся настолько заразительно, что Асана и сама невольно подалась его рассказу, и рассмеялась. И как назло (а, может, и к лучшему), в это время у ее стола прошел Ирлим. С сожалением кивнул ей, приветствуя, и, не остановившись, прошел мимо.

Всю радость Асаны смыло, как грязной тряпкой. Не удавалось не думать о том, что Ирлим оставил ее почти на смерть. И так ничего и не сказал. А теперь ходит и проверяет время от времени, жива ли она еще.

Асана залпом выпила стакан апельсинового сока. Хватит думать о нем. Подумаешь, парень понравился. Ей все равно ни с кем нельзя встречаться, бабушка ясно все разъяснила. Мар же словно ничего не заметил, рассказывая про какого-то нового преподавателя, которому вчера намазали клеем стул. Сам магистр оказался плохоньким магом, освободиться не смог даже к концу урока. Клей ребята нашли качественный. В отместку магистр задал сложный доклад на следующее занятие. Мар уныло сообщил, что тему доклада изучают на пятом курсе, а им задали сейчас, и третьекурсникам разобраться без толковой помощи – нереально, так что придется просить помощи у друзей-пятикурсников.

Раз уж рядом появился источник информации, Асана поинтересовалась, как проходят медитации, а заодно, что такое день заклинаний. В результате она получила ворох полезных знаний. На медитации маги вызывают дух Первоосновы, что являлась началом всей магии. Дело это трудное и долгое. Маги садятся в круг, завернутый спиралью, и магически добиваются резонанса с Первоосновой. Если сбивается один, то приходится начинать все сначала. Так и проходят два часа медитаций. А вот на день заклинаний лучше не ходить, очень травматичный день. Частенько из аудитории выносят особо неудачливых студентов. Там настоящая боевая магия, которую по-другому не удалось пропихнуть в учебную программу, чтобы как можно раньше выявлять таланты и самородки в королевский боевой корпус магов.

Когда же Мар с горящими глазами закончил расписывать ей все прелести дальнейшего обучения, Асане пришлось спросить, что из всего этого истина.

– Абсолютно всё! – с кристально чистым ясным взором пообещал он. Асана совершенно ему не поверила. Ну, почти. А вдруг он все-таки рассказал правду, хоть немножечко?..

Руны прошли интересно, нейта спрашивал выученное с прошлого занятия, рассказал еще три руны, пояснил, как их применять в заклинаниях. И потом, как в награду, рассказал интересную историю поимки одного из монстров Второго побережья. Жить там было невозможно, поэтому в те джунгли обычно совались только охотники за монстрами. Но и добыча стоила награды, не убиваемые ни физически, ни магически сапоги нейты отлично это доказывали.

Перед медитацией Асана немного нервничала, хотя понимала, что рассказы Мара ничего не стоят. Да и была у нее своя причина опасаться медитаций в присутствии множества людей. Иногда она выпадала на такой уровень измерений, о существовании которого не знала даже бабушка.

А это очень серьезно. Если что-то нарушить в другом измерении, оно может прорваться щелью в пространство. А ведь именно так в давние времена и пробрались на Виарену демоны, принесшие много зла в этот мир. Про это есть много легенд и сказаний, про давние кровопролитные войны с демонами, что наползли из прорвавшихся щелей в неустойчивый мир после Раскола. Кстати, именно тогда враждебные ко всем ашши выступили на стороне людей, и помогли с обезвреживанием демонов и запечатыванием межмировых щелей. С тех пор и держится хрупкий мир между всеми расами.

Ну, что ж, от себя не убежишь, придется быть очень внимательной и следить за своими действиями, решительно сказала себе Асана и вошла в медитативный зал вслед за остальными студентами.