сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 24 страниц)
— Не перебивай, пожалуйста, — Делия сильно волновалась и даже отошла от опьянения, вспотела и задрожала внутри. — Я умираю, Майкл. Я точно знаю, что мне остался месяц от силы. Надеюсь, что хотя бы он. И мне хотелось бы уйти с чистой душой. Прости меня, пожалуйста. Это не для галочки, мне правда противно и стыдно за это. Я…понимаешь, я просто испугалась. Я столько лет боролась с Фионой и всякими…охотниками, вуду. Когда появился ты, я не почувствовала опасности. Раньше я не доверяла своему чутью, игнорировала, из-за этого мы с матерью тоже часто ругались. Но когда много раз ошибаешься, чутьё остаётся единственным, что есть. И рядом с тобой я не ощущала угрозы и до сих пор не ощущаю. Кто бы что ни говорил, ты не зло, я не хочу в это верить, может, потому, что устала. Но в тот момент, когда ты убил Джона Генри, я испугалась. Когда увидела мисс Мид — испугалась. Она такая подавляющая, у неё так горели глаза чистой злобой и ненавистью. Я подумала, что она и тебя утащит в это, заставит ненавидеть и мстить тем, кто тебя обижал, семье, наверное, а потом и всему миру. Я не нашла в себе сил донести до тебя, почему Апокалипсис — плохо. Не знала, что делать, — Коделия внимательно разглядывала свои руки. — Всего лишь трусиха, которая слишком много на себя взяла. И… знаешь, хоть я и не вижу в тебе злодея, всё же это твой выбор, и мне не стоит лезть со своими «розовыми очками», как ты говоришь, но тогда я буду вынуждена бороться с тобой… а я не хочу ни с кем бороться, — она послала ему отчаянный, умоляющий взгляд, почти плаксивый, и резко отвернулась, виновато понурив голову, покусывая костяшки.
Майкл обомлел. Всё, что ошарашенный парень мог сейчас — тупо пялиться ей в спину, пытаясь понять, не показалось ли ему. Может, он тоже выпил и не помнит? «Прости. Я испугалась», — отдавались в ушах её слова. Майкл резко долбанул по рулю обеими руками, и Делия вздрогнула, но не обернулась. Слышала лишь тяжёлое дыхание. «Чёрт, чёрт чёрт, Корделия», — хотел заорать Антихрист. Злился ли он на этот страх? Очень. Он-то думал о её коварстве, о желании поставить на место, но никак не о том, что Корделия могла растеряться и действовать необдуманно. И злиться вроде было тяжело, но ярость в нём забурлила с новой силой. Он скосил взгляд. Сидит, трясётся. Не плачет, слезы — непозволительная роскошь, в её понимании. Искренне призналась, извинилась. Майкл мог предположить, что Верховная не считает себя правой, но чтобы дошла до извинений — никогда. И что ему теперь делать? Корделия сделала ему больно, признала это и просит прощения. А он вроде и простил уже давно, а теперь должен простить до конца. Он ведь за Джона Генри не извинялся, ему мужества не хватило. Как же парень устал, его мир рушился, всё становилось по-другому, и вроде бы он цеплялся за прошлое, специально, чтобы не забыть, кем являлся, но один хрен прошлое не настоящее, и Майкл в нём — фальшивка. Убеждал сам себя, в чём его предназначение, вместо того, чтобы разобраться в себе. Не хочет ведь Апокалипсиса, и искренность этой милой ведьмы только подтверждает зародившееся сопротивление внутри. Сколько боли он принёс ей, наравне со всеми остальными, и сколько боли принесли ему в своё время. Может, пора остановиться? Пока нет. Но…позже. Майкл больше не мог ни о чём думать, он вымотался и заебался, если говорить откровенно.
Кудрявый потянулся к ней. Платье с открытыми плечами позволило положить голову на одно из них. Антихрист обвил эти хрупкие плечики руками и прикрыл глаза. Делия схватилась за него чуть выше запястья и вздохнула. Она подмёрзла, а мужской торс, прилегающий к её спине, был тёплым, как и сам Майкл. В них обоих было очень много подавленных эмоций. В нём — тепло, рвущееся наружу, наконец, сочувствие, поддержка, скрывающаяся радость; в ней — нежность, понимание, раскаяние.
— Я уже говорил, что ты дура? — он уткнулся в растрёпанную макушку.
— Говорил, — улыбнулась Корделия. — Скажешь ещё раз?
— Нет. И ты меня прости, снежок. Я тоже дурак.
— Знаю, — Верховная успокоилась окончательно и пригрелась, когда почувствовала, как руки Антихриста сжали её немножко крепче.
— Поехали домой, пока тебя снова не взяло. Не напивайся больше, пожалуйста, Митрл очень переживала за тебя.
— Хорошо. Поехали.
На полпути Майко остановился на заправке и сходил за водой, видя, что Делии плохо. Потом, со словами о том, что машинка у неё большая и комфортная, чуть ли не перетащил её на заднее сидение, уложил и медленно поехал домой. Под утро, когда они вернулись, в гостиной их с крайним удивлением встретила Миртл, что в это время уже просыпалась. Тётушка оглядела Антихриста, на руках у которого сопела Верховная. По одному взгляду Майкла она поняла, что её подопечная в не самом лучшем состоянии и отправилась освежать знания о лечебных отварах и растениях.
Майкл отнёс ведьму в комнату, бережно уложил и присел на краешек кровати, нависая над ней. Парень потрогал щёчки — горячие. Наверное, после сна ей будет очень лихо, но ничего. Он был готов о ней позаботиться. Улыбнувшись и едва прикоснувшись к мягкой щеке губами, Майкл покинул её покои.
***
— Мэдисон курила на подоконнике, апатично глядя в окно. Её показная холодность давала слабину. Раньше только Бехолд, будучи её парнем, видел настоящую натуру девушки, теперь каждый, постаравшись, мог разглядеть и ранимость, и страх быть одной, и перемены, так сказать, в лучшую сторону. Она начала больше отдавать, была заинтересована в развитии шабаша и в хороших отношениях между колдунами и ведьмами. Повзрослела.
Майкл, чёртов дьяволёнок, дал ей вторую, нет, третью жизнь, и она больше не собиралась бездумно растрачивать её, как предыдущие. Корделия смогла заразить актрису той гармонией, что царила в шабаше с тех пор, как вышеназванная стала Верховной. И вроде бы всё так наивно-мило, по-детски у Делии, все всех любят, и даже смешно, но всё же спокойно и красиво. Каждая ученица знала: в «Академии мисс Робишо…» её примут и поддержат, что бы ни случилось. Теперь Мэдисон поняла, человеку нужны люди, нужен социум, а фигня про подмять мир под себя, про «мне никто не нужен, я холодная сука» так и остаётся фигней. И почему, если ей шабаш стал домом, она обрела подруг, простивших за прошлые деяния, нашла человека, с которым может получиться что-то крепкое и серьёзное, она всё продолжает апатично разглядывать оранжерею? Точнее пару цветков, рискующих разростись, как только Майкл и Делия туда придут, и новые балки, выставленные по периметру. Лэнгдон занялся внешним оформлением, намеренный вновь возвести что-то вроде теплицы и закрыть цветы от возможного дождя.
— Мэдисон, ты ещё не собралась? — в комнату зашёл Бехолд, быстро оказавшись рядом и коротко поцеловав.
— Куда?
— В кино. Ты забыла?
— Да, — ничуть не раскаявшись, ответила Мэдисон.
Бехолд сразу заметил, что что-то не так, и не имел права допустить, чтобы это «что-то» переросло в приступ истерики или начинающуюся депрессию. Он выудил сигарету у любимой, потушил об импровизированную жестяную банку-пепельницу и внимательно посмотрел на ведьму.
— Рассказывай, — приказал он. — Поверь, это будет лучше, чем курить на окне, как сопливый подросток, — чуть улыбнулся, заранее стараясь задобрить.
— Ты очень милый, — без эмоционально отозвалась она. — И очень навязчивый, — и тоже улыбнулась.
— Я знаю. И ты знаешь, что я не отстану. Говори.
— Это из-за Делии, — Мэдс вскочила и начала мельтешить из стороны в сторону, не смотря на партнёра.
— Из-за Делии? — удивлённо переспросил Бехолд,
— Ты глухой, что ли?! — закипела актриса.
— Нет, но, — он растерялся, — ты обычно старается не грузиться чужими проблемами и не переживать ни за кого. Я бы понял, если бы ты говорила о Зои, но Корделия… вы никогда не были особо близки. Да и в чём вообще проблема?
— Я люблю Делию, — впервые честно призналась Мэдисон. — Как мать в смысле. Не знаю, она столько всего сделала для нас, что-то, да вбила в мою башку про любовь, сострадание, дружелюбие и всё такое. Не могу я понять, почему сука-жизнь так её обламывает, — она легла на кровать и раскинула руки в стороны, уставившись в потолок
— Ты о том, что её не было на вчерашнем бою? — ну как бою, черви пришли, осмотрелись и ушли, ребята даже посмеялись, хоть такая «разведка» явно не сулила ничего хорошего.
— И об этом. Она вторую неделю еле ходит, — актриса отвернулась от улёгшегося рядом мужчины и начала нервно грызть ногти. Раньше она ничего не чувствовала, а теперь чувствует всё слишком остро.
— Потому что ты её почти не знаешь. Ну и ты мужчина, — умудрилась подколоть, играя на том, что парни, по её мнению, «глухие и слепые ослы». — Корди обычно носится туда-сюда, лезет постоянно с расспросами, всё ли у нас хорошо, устраивает развлекаловки всякие, балы, ужины, выгоняет развеяться и вообще всё время что-то делает или читает, ищет, как бы улучшить наши условия. А сейчас? Хорошо, если спустится на обед, а если и на ужин — считай джекпот, И в оранжерее почти не появляется, один Лэнгдон там. Корделия! — взмахнула руками актриса, прикрикнув. — Не появляется в своей оранжерее, которую она, сто процентов, любит больше всех нас, вместе взятых. Что она целый день в комнате делает?! Кашляет и блюёт?! Да пошло оно, — устало выплюнула и прижалась к Бехолду.
— Мне тоже очень жаль, — вздохнул он, обнимая её. — Но Мэдс, Мэллори расцветает, и мы не можем это отменить.
— На хер эту Мэллори. Нет, нормальная она, но чёрт. Когда вижу, что Делия только достигла максимума и сразу увядает… Я снова теряю веру в жизнь.
— Думаю, Делия ещё успеет высказаться и успокоить тебя.
— Ага.
***
— Да, мисс Корделия, да. Хорошо, — кивала в трубку Мэллори. — Ага. Я уже сказала им, они начали тренироваться, да. Как Вы себя чувствуете? Правда хорошо? Я надеюсь, что Вы не врёте.
Будущая Верховная неловко попрощалась с нынешней и тяжело, громко, устало вздохнула. Мэллори не хотела себя жалеть, но жалела. Делия, как бы не отмахивалась, сильно заболела. Это сказала и Миртл, и Майкл, звонивший девушке вместо директрисы. Никто, кроме Мэллори, Антихриста и тётушки, не знал, что мисс Корделия редко встаёт, постоянно спит и частенько забывает банальные вещи. Её одолевает странный кашель, у неё болят ноги, ломит тело. Мешанина из симптомов, о которой всё-таки догадываются и остальные. Именно поэтому на молодую ведьму начали смотреть косо. Коко — вот, кто не проявлял ни злобы, ни презрения. Девушки почти открыто показывали, как несправедлива жизнь к Делии и как им это не нравится. Мэллори надоело. В какой-то момент она стала строже, не желая потерять только появившийся шаткий авторитет. Это было в какой-то степени высокомерно, но необходимо. Ей тоже было нестерпимо больно и обидно за Корделию, и она чувствовала себя виноватой, но ничего нельзя поделать, это закон: судьба выбрала её в качестве новой Верховной, и Корделии придётся покинуть этот мир. И как только у мисс Гуд получается завоёвывать доверие добротой и оптимизмом? Мэллори слушали, только если она проявляла силу и кричала.
Как бы там ни было, сейчас главное — черви. Майкл сказал, что научит колдунов и магов влезать в головы особей, а потом отправит в Готорн, взамен на тех, что там. Мэллори пока такому научить не могла. Делия похвалила подопечную за столь масштабный сбор информации. Будущей Королеве ведьм удалось разузнать, что Колораджо — главный червей — решил захватить власть на своей планете — Ореон, кажется. Или там не одна планета, в общем, Майклу предстоит узнать. Суть в том, что у червей «выключено» сознание. Колораджо управляет практически пустыми оболочками, и, как поняла Мэллори, у особей хватает мозгов только, чтобы слушаться и понимать, где враг. Ей удалось ненадолго разбудить разум заложника, и заложник кричал о помощи. Пока всё, но этого хватило, чтобы предположить, что черви лишь подневольные крысы, и, если проникнуть к ним в голову и задержаться там, возможно, они узнают больше и даже смогут, если догадки верны, переманить их на свою сторону. Майкл сказал, что на него их атаки не особо-то и действуют, поэтому как только колдуны станут достаточно сильны, чтобы защитить себя, он будет вступать с особями в связь прямо на поле боя. Что ж, это уже какой-никакой план.
***
Он битый час объяснял, как залезть кому-то в голову. В его представлении это было раз плюнуть. Берёшь, прикасаешься, и то необязательно, точнее обязательно только с червями, сосредотачиваешься и делишься своей энергией. Когда энергия начнёт подавлять чужую, сущность особей будет вынуждена бороться, и их сила, независимо от природы, вылезет наружу. Тогда нужно просто прошептать защитное заклинание и раствориться в потоках чужих способностей, пропустить через себя. «А как мы поймём? А как свою энергию выпустим?», — и ещё миллион вопросов сыпались ему от учеников и учениц. Майкл только злился и гаркал на всех, заставлял тренироваться друг на друге, и его, к несчастью, снова начали побаиваться некоторые ведьмы. Уроки Делии по контролю гнева помогали: он закрывал глаза, выдыхал, пытался поставить себя на их место или мысленно представлял, как наказывает их всех. Однако Майкл срывался снова. «Пойми, Майкл, — шептала хитрюга-Верховная, обольстительница, — ты исключительный. Такой силы, как у тебя, нет ни у кого. Ты должен понять тех, кто слабее. То, что, тебе кажется, делается в два счёта, для других видится недостижимым. И твоя задача, как, безусловно, мудрого и сильного руководителя, как можно проще и детальнее рассказать им, найти подход. Я знаю, что ты справишься».
Сменила гнев на милость, видите ли, теперь про его исключительность с улыбкой запела, ну зараза же. А он и вёлся на эти речи, нахально ухмылялся и кивал. Какая-то пара крикнула, что у них получилось. Неужели. Сын Сатаны едва ли к Господу не обратился с просьбой дать ему сил. Хреновый из него всё-таки руководитель. Если случится апокалипсис, то единицы выживших, похоже, пошлют его на хер. Досадно.
Вечером, когда все уехали на экскурсию по звёздному небу и галактикам, в надежде узнать хоть что-то, Корделия выползла-таки в гостиную и улеглась под плед, занимая большой, светлый, её любимый диван напротив телевизора, включила лёгкий сериал и устроилась поудобнее. Наверное, алкоголь на свадьбе пару недель назад значительно ускорил развитие болезни, иначе ведьма не знала, что так подкосило её. Силы Мэллори вроде стали постабильнее, а Делии всё хуже и хуже. Благо, хоть выглядит, как и прежде, и ходить может. Похудела сильно, правда, но хорошо хоть не поседела. Ей казалось, что её тело стало чугунным или деревянным, каждый шаг давался с большим трудом. Никому не рассказывать, чтобы не почувствовать себя амёбой и обузой, не получилось: она свалилась в обморок прямо в оранжерее, аккурат в руки Лэнгдона. Тот перепугался, отнёс в спальню, заварил чаю и позвал Миртл. И сидел с ней потом весь вечер, обсуждая всё на свете. И от нападок Ариэля защищал, и теплицу вместе с ней строил. Антихрист был самым милым и неоднозначным человеком в её окружении, вёл себя так, будто ему было не всё равно на её состояние, провоцируя в ней чувство радости и вины за то, что кому-то приходится с ней возиться. Однако он одним злобным взглядом дал понять, чтобы от помощи ведьма не отказывалась. Что ж, его выбор, предупреждён, в любом случае.
— Вот ты где, снежочек, — коварно улыбнулся Майкл, спускаясь по лестнице.
— Майкл?! — встрепенулась Корделия. — Почему ты не уехал с остальными? — белокурая привстала, но тут же легла обратно, потому что в висках сильно пульсировало.
— Не захотел, — потягиваясь, ответил Антихрист. — Я и так всё узнаю, когда свяжусь с червями, — он с весёлой досадой посмотрел на белокурую и закатил глаза. — Да, я самодовольный чёрт, не надо мне этого говорить, я уже знаю, милая, — Делия на это лишь слабо улыбнулась. — Ты как себя чувствуешь? Бледная, как смерть, — волнуясь, спросил он.
— В порядке.
Майкл сморщил нос на мгновение. Другого ответа он и не ожидал. Корделия такая Корделия.
Парень отошёл на кухню, и ведьма успела забыть о его присутствии, подумав, что тот ушёл прогуляться, однако примерно через час услышала шаги за своей спиной. Антихрист появился перед ней с кружкой чего-то дымящегося в руках.
— Сесть сможешь?
— Да, — кое-как она приподнялась и наполовину села, подкладывая подушку на подлокотник.
— Держи, — он присел на корточки рядом с диваном. — Это отвар из зверобоя, полыни и облепихи с приправой из светлой магии. Ты научила, — зачем-то уточнил кудрявый. Может, чтобы заставить её снова улыбнуться. Майкл уже даже не отгонял от себя мысли, что он чертовски переживает за мисс Верховную и злится, потому что та строит из себя кремень, зараза, позаботиться почти не даёт.
— Майкл, — протяжно выдала Делия, растрогавшись. — Ну тебе, что ли, заняться нечем? Гулял бы, развлекался, что ты время тратишь на меня?
— Угомонись. Вот на ноги встанешь — развлечёмся с тобой, — он двусмысленно подмигнул, а она фыркнула.
Корделия остудила напиток до комфортной температуры и, немного кривясь, выпила залпом, чтобы побыстрее лечь обратно.
