Текст книги "Легенда семьи Вольских (СИ)"

Автор книги: ЛедиОл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

– Ты думаешь, что силой сможешь победить меня? – зарычал Призрак Человека без лица, нависая над Анной. – Я – бессмертен. Я – страх, что живёт в каждом из вас. Я – ужас, который подбирается и залазит в ваши сны. Я – везде и всегда рядом. Я – очень далеко, но всегда близко. Я – ваша совесть и ваш обман. Меня не остановить.

В этот момент камень под ногами задрожал сильнее прежнего, и огромная глыба сверху рухнула на него, с грохотом унося пленников с собой в темную бездну.

Глава 22. Открытие

Сколько продолжалось падение, никто из них не знал. Миг или вечность – все смешалось в объятиях мрака, и для каждого из них время текло по-своему.

Анна, крепко вцепившись в свой край камня, почти свисала ногами над пропостью – камень наклонился в ее сторону. Девушке казалось, что время остановилось, и падение будет длиться вечно. Она глотала слезы, боясь лишний раз вздохнуть. Ее ладони вспотели, пальцы свело судорогой. Анна отчаянно скользила к краю камня, прощаясь с жизнью, с братом и мечтой о возвращении домой.

Сергей лежал без сознания, на камне – его удерживали лишь нити Призрака, словно щупальца, присосавшиеся к неподвижному телу. Он не чувствовал падения и не боялся его. Человек без лица продолжал пить его жизненную силу, пытаясь насытится в последний раз.

Для Кравцова, лежавшего почти вертикально на камне, время летело с невероятной скоростью. Ему совершенно некогда было думать ни о времени, ни о смерти. Быстро оценив обстановку, он понял, что их камень очень скоро рухнет на дно пропасти и, если он не сумеет за время полета спасти Анну или придумать как выровнить камень, они все разобьются.

Сгруппировавшись, он обхватил одной рукой край камня, другой – ухватился за трубочки, тянущиеся от Сергея вверх, и перетянул своё тело, постоянно глядя на несчастного графа. Он боялся, что под его тяжестью трубки вырвутся из тела парня, но упругие, словно стальные нити, выдержали вес сыщика, даже не шелохнувшись.

“Ну хоть тут Призрак пригодился,”– подумал Алексей Валерьевич, переводя дыхание. Пощупав пульс Сергея и убедившись, что тот ещё жив, Кравцов продолжил свое перемещение.

Его план был прост: перешагнуть через Сергея и, держась за нити одной рукой дотянутся до рук Анны, которая с молчаливым отчаянием, боролась за жизнь как могла. Влажная одежда Кравцова прилипла к его телу, пот струями стекал со лба, казалось, что он находился не в ледяном мешке, а в разгоряченной бане. Но сыщик не обращал внимание на эти мелочи. Прикинув расстояние от своего места до Анны, он медленно начал исполнять свой нехитрый маневр.

Анна висела над пропостью, стараясь не совершать лишних телодвижений, молясь, чтобы падение поскорее закончилось. Она совсем выбилась из сил, пытаясь удержать влажный кусок камня, который словно пытался избавиться от тяжёлой ноши. Девушка вцепилась в край камня, с ужасом наблюдая, как с каждым ее шевелением, с каждым вздохом пальцы рук скользят все быстрее. Вот уже одна рука повисла в воздухе, а поднять ее у нее уже не было сил. Ещё чуть-чуть и…

Анна последний раз посмотрела вверх, с невероятным усилием цепляясь деревянными пальцами за край камня, как вдруг ее руку перехватила твердая мужская ладонь, которая рывком вытащила обессиленную девушку на поверхность камня. Только почувствовав твердую опору под ногами, Анна поняла, что чудо свершилось и она спасена. Кравцов притянул Анну к себе и зацепил ее руку за невидимые нити. Быстро перешагнув через Сергея, он расставил ноги, пытаясь выровнять камень по горизонтали. Перенося тяжесть с одной ноги на другую, Алексей Валерьевич добился того чего хотел и застыл в найденном положении.

Грохот камней начал усиливаться. Кравцов заглянул вниз и крикнул:

– Держись крепче! Падаем!

Их камень жёстко опустился вниз и застыл. От сильного удара несчастных спасло то, что он повис на ветках деревьев, растянувшихся словно лианы над землёй. Путники дернулись, но удержались на поверхности.

– Кажется приземлились! – крикнул Кравцов. Он измерил глазами расстояние до земли и прикинул способ, как им спуститься.

– Анна, не торопитесь. Помогите мне закинуть Сергея на плечо и следуйте за мной.

Анна, тотчас забыв про свою усталость помогла Кравцову и, зацепившись за лиану спустилась вниз и огляделась. Если честно, ей уже не было страшно, а может просто не хватало сил бояться. Казалось, что после всех испытаний ее ничего не удивит – но она ошибалась. Место, где они оказались просто повергло в глубокий шок.

Путешественники оказались в подземной пещере – мрачном и тесном пространстве, наполовину заполненном расколотыми на части каменными глыбами, их осколками и мелкой крошкой. Воздух был тяжёлым и пыльным, пахло плесенью. Внутри царила темнота, лишь тусклый свет, пробивался сквозь трещины в скалах, освещая ее. Стены пещеры покрывали странные рисунки и символы, едва различимые в полумраке, словно оставленные давно забытыми древними обитателями. Над головами несчастных нависали острые сталактиты, создавая ощущение, что любое движение может вызвать новый обвал. В этом заточении они оказались между миром живых и тенями прошлого, в самом основании горы, где время и пространство переплелись в жуткой ловушке. И в этой бездне искаженного времени, казалось, что всё замерло.

– Где это мы? – осторожно трогая сталактиты, спросила Анна.

– Разберемся. Главное – все живы, – тихо произнес Кравцов. Он уже выбрал более безопасное и светлое место в пещере для стоянки, аккуратно положил на ровные камни не приходящего в сознание Сергея и сел рядом с ним, оглядывая пещеру в поисках воды. Он так устал, что не мог заставить себя сдвинуться с места.

– Нам бы сейчас воды раздобыть, подкрепиться и поспать, а уж потом думать, как отсюда выбраться.

Анна подобралась к стене с рисунками и внимательно рассмотрела их.

– Даже не верится, что здесь когда-то жили люди. Их рисунки показывают, что они охотились на каких то мохнатых животных, шили из них шкуры и… – Анна трогала пальцем каждый рисунок, сделанный первобытным человеком и вдруг на одном из них увидела изображение реки.

– Смотрите, кажется, где-то недалеко была река. Может, она и сейчас есть. В пансионате, где я жила, нам рассказывали, что стоянки древних людей всегда располагались в местах, имеющих водный источник. Я, пожалуй, поищу! – крикнула Анна и ее голос постепенно затих.

– Анна, будьте осторожны! Весьма вероятно, что река давно изменила свое русло и ушла из этих мест… Анна! – попытался крикнуть Кравцов, но только обессиленно вздохнул и лег на камни рядом с Сергеем, впадая в дрёму.

– Алексей Валерьевич, я нашла воду, – услышал Кравцов и открыл глаза. – Тут недалеко. Но там, там…

Кравцов покачал головой, сбрасывая сон и увидел склонившуюся над ним Анну. Девушку трясло, ее глаза округлились от ужаса, зрачки расширились, заполонив собой глазное яблоко. Она села на камень, уткнув голову в колени. За все время их пути Кравцов никогда не видел Анну такой испуганной.

– Кого ты же там увидела, девочка? Кто или что тебя так напугало? – пробормотал сыщик и, достав из сапога нож, сказал: – Анна, останетесь с братом, а мне покажите направление, где вы нашли воду.

Анна посмотрела на Сергея, который неподвижно лежал на камне, и перевела глаза на Кравцова. Казалось она не понимала о чем он ее просит. Сыщик покачал головой.

– Анна, остаётесь за главную. Я скоро вернусь.

До Анны, наконец, дошел смысл его слов. Она вскочила и кинулась ему на шею.

– Прошу вас не уходите. Не бросайте нас. Или знаете, что – пойдёмте вместе. Я сейчас.

Анна бросилась к брату и стала пытаться привести его в чувство. Кравцов, понимая, что девушка сильно напугана, подошёл к ней и, отодвинув, взвалил Сергея себе на спину.

– Ну пошли, – согнувшись под тяжестью молодого графа, произнес Кравцов и девушка послушно пошла вперёд.

Долго идти не пришлось, буквально через несколько шагов по разбросанным камням, Кравцов услышал характерный шум воды. Анна уверенно вела его по едва заметной тропинке вдоль стены пещеры к круглому проему.

Вдруг впереди они увидели яркий свет, и оказались в огромном полуразрушенном, помещении, некогда обитаемом.

Кравцов аккуратно положил Сергея на удобное ложе, выдолбленное из цельного камня, тяжело вздохнул потрогав невидимые трубки-присоски, идущие от несчастного куда-то вверх, и резко развернулся.

Помещение поражало таинственностью и необычной атмосферой. Вероятно, давным давно оно служило местом, где собиралось древнее племя для ритуальных обрядов. В центре огромного зала возвышался каменный трон со скульптурой человека, вырезанной с поразительным мастерством. Его голова была покрыта круглым плоским камнем, похожим на широкополую шляпу. Одна рука фигуры указывала вверх, к свету, а другая спокойно покоилась на подлокотнике, как будто этот каменный идол восседал здесь в вечном ожидании.

Вокруг трона тянулись выдолбленные в камне траншеи, по которым тихо журчала чистая, прозрачная вода. Она словно выходила из недр земли и так же бесшумно уходила обратно в её глубины, создавая ощущение бесконечного потока жизни и времени. Сверху, через небольшое круглое отверстие в своде пещеры, проникал яркий свет, будто сама природа освещала это святилище.

Кравцов оглянулся и заметил ещё четыре каменных ложа, таких же, как и та, на которую он положил Сергея. Они были расположены в форме пентакля – символа защиты и мистической силы. В центре этого древнего символа находился каменный трон с идолом – сердце всего помещения. Ложи были пусты, но казались готовыми принять своих новых жертв в угоду вечному божеству.

Все помещение выглядело слишком чистым, словно в нем недавно прибирались, что казалось невозможным в таком заброшенном месте. Вода в траншеях приятно журчала, словно мурлыкала от удовольствия, омывая ноги своего господина, а свет подчеркивал величие его фигуры. Здесь дышало покоем, но в то же время – скрытой угрозой.

Ощущение от увиденного было просто невероятным, казалось, что в следующую минуту каменный человек поднимется со своего места и обратит свое внимание на пришедших в его храм.

Внезапно Кравцов ощутил, как по коже пробежал выводок муравьев, едва задевая его своими лапками: все тело вмиг зачесались, волосы на затылке зашевелились, руки задрожали, а в груди вспыхнул страх, от которого хотелось закричать и завыть. Присущим только ему зрением, он увидел мерцающие маски, нарисованные на стенах этого зала, в которых под определенным уклоном света, вероятно, отражался лик местного идола, усиливая жуткую атмосферу храма. В этих отражениях Кравцов будто увидел бледных, стонущих от боли и страха дикарей: голых, грязных с всколоченными волосами, руки и ноги которых были привязаны к каменным ложем тонкими ветвями – лианами. От них тянулись в направлении каменного идола тонкие трубочки, заполненные густой темно-красной кровью.

Кравцов охнул и закрыл рот рукой, чтобы не закричать, ведь это было так похоже на то, что сейчас происходило с Сергеем. Идол для исполнения просьб племени требовал жертвоприношения, так же как и Человек без лица – во исполнении договора.

Страшная догадка поразила Кравцова – чтобы проверить ее, ему нужно было увидеть лицо здешнего идола. Сыщик подбежал ближе к трону и запнулся. Весь зал был переплетен невидимыми трубками, тянущимися сквозь отвесные каменные стены к кровожадному идолу. Аккуратно, чтобы не запутаться Кравцов пробирался между ними, потихоньку приближаясь к трону.

Ему показалось, что краем глаза он заметил краем глаза быстрое движение, будто кто-то быстро пролетел по залу и скрылся в отверстии наверху, на мгновение погрузив во тьму помещение древнего храма. Кравцов вздрогнул, услышав отчаянный вскрик Анны, который разорвал тишину. В следующую секунду дыра в потолке очистилась и Алексей Валерьевич увидел пустой трон.

Обведя взглядом зал, он подбежал к замершей, объятой ужасом девушке, и встал перед ней, вытянув вперёд руку с зажатым в ней ножом. Прямо перед помертвевшей девушкой возник каменный идол, у ног которого плескался ручеек, словно прозрачная змея, охраняющая своего хозяина.

Кравцов изловчился и, схватив Анну за руку, отступил к пустой стене пещеры, пытаясь скрыться в темноте. Идол развернулся к ним. Кравцов прикусил губу и зажал рот Анне, готовой закричать – перед ним был сам Человек без лица. Не Призрак – нет, а его каменное воплощение.

В этот миг раздался громкий смех, заполнивший все помещение.

– Хотели сбежать от меня, а сами добровольно зашли в мой храм. Забытый всеми, брошенный. Эх, люди, люди. Сначала вы придумываете себе идола, просите исполнять любые ваши желания, а после забываете о нем, – услышали они зловещий голос эхом разнёсся по залу. – Никто не покинет меня больше. Я не позволю этого. Теперь вы мои пленники, а я – ваш господин.

Каменный Человек без лица тяжёлым шагом, покачиваясь на несгибаемых ногах, подошёл к трону и хлопнул в ладоши. В тот же миг, замершие в повторяющем кошмаре путешественники, услышали громкий шум. Камнепад возобновился с новой, более мощной, силой. Казалось ещё немного и камни ворвутся в эту жуткую идиллию и разнесут здесь все.

Кравцов, держа руку Анны, стал пробираться к каменной ложе, на котором лежал Сергей. Он постоянно оглядывался назад, ожидая реакции идола, но тот сидел на троне спиной к ним. Он был спокоен, будто уверенный в том, что никто из пришедших никогда не покинет этот зал.

Кравцову показалось, что все произошедшее была лишь его фантазия – не мог этот идол просто встать и подойти к ним, не живой же он в самом деле. “Опять перед нами разыгрывается жуткий спектакль. Чертов Призрак. У Кукловода, что ли научился?”– подумал сыщик и вновь посмотрел на неподвижную фигуру в центре зала. Эту мысль о подтверждало и то, что Анна, обняв рукой брата мирно спала, свернувшись калачиком.

Вдруг огромная каменная глыба, с шумом упавшая рядом, докатилась до входа в зал и заполнила ее, запечатывая гостей в каменный мешок.

От грохота и сотрясения стен пещеры, Анна проснулась и инстинктивно загородила собой Сергея. Она испуганно водила глазами по пещере, не понимая, что произошло.

Кравцов, натянув платок на нос, подбежал к выходу из пещеры и попытался сдвинуть камень – но тщетно. Он обошел пещеру в надежде найти хоть малейшую подсказку, как выбраться из этого древнего храма. Но ничего не нашел – отвесные стены тщательно скрывали свои тайны. Можно было выбраться наружу через пустое отверстие наверху, но добраться до него тоже не представлялось возможным.

Уставший Кравцов, зачерпнул рукой воду и стал жадно пить, не сводя глаз с каменного идола.

Вдруг он заметил на груди древнего божества странный символ в виде сосуда, переплетенного змеёй. Он подошёл ближе. “Где то я уже это видел. Но где?”– подумал Кравцов и медленно вернулся к Анне.

Она внимательно смотрела на Алексея Валерьевича, но ни о чем не спрашивала.

– Проход завален, но наверху дыра. Там откуда идёт свет. Значит шанс на спасение у нас есть… Подумать, конечно, придется: стены отвесные не забраться, а наша веревка, боюсь коротка. Да…, – задумался Кравцов.

– Я уверена, вы найдете выход. Нужно только отдохнуть, – мягко сказала Анна, коснувшись его плеча. Она посмотрела на каменного идола и настороженно сказала:

– Мне кажется, что он живой. Сидит. Ждёт…Вы же заметили у него тоже нет лица. И они, по-моему, похожи…

– Вы тоже заметили? Что ж, я думаю мы попали в логово Человека без лица, туда, где когда-то он был всемогущ. Его все боялись и преклонялись ему. Но сейчас…Забытый идол, привыкший к вкусу крови из-за постоянных жертвоприношений. Вот откуда взялся этот Призрак. Я раньше думал, что наш Призрак Человека без лица – демон. А все гораздо проще…Но этот символ…Где ж я его видел?

Анна почти не слушала бормотания сыщика, казалось он разговаривает сам с собой. Она подогнула колени и, положив голову на руки, моментально уснула. Усталость, слабость и голод брали своё.

Кравцов погладил девушку по голове, снял со спины свой мешок и замер. Рука сама потянулась внутрь и нашла то, что в усадьбе казалось немного странным и абсолютно не нужным. Кравцов задумался и вытащил из мешка кусочек бересты.

“Там, в усадьбе ты был абсолютно пуст, может сейчас этот древний кусок бересты откроется мне? Может и правда, то что писал в письме граф Николай Алексеевич – колдун знал, что Человек без лица и древний каменный идол – одно лицо. И победить его можно только с помощью магии? Уничтожить змею, опутывающую сосуд, несущий жизнь.

Что ж, вот сейчас и узнаем.

Глава 23. Заклинание

Но прежде чем развернуть старинный свёрток, Кравцов закрыл глаза, пытаясь разглядеть, то что было скрыто от него в усадьбе. Внезапно перед его внутренним взором замелькали образы прошлого, происходившего именно в этом храме.

* * *

Величественное каменное божество восседало на троне – массивном и древнем, словно вырезанном из самой горы. Вокруг него на земле лежали десятки людей с длинными спутанными волосами и бородами, одетых в звериные шкуры неизвестных ныне животных. Они преклонили головы в знак покорности и страха перед своим божком. На правой стороне от трона стоял седой мужчина. На его голове красовалась корона, свитая из местных лиан, украшенная вкраплениями драгоценных камней, которые переливались на свету, создавая ощущение таинственности.

Вождь племени, вытянул руку, указывающую на небо, которое было хорошо видно сквозь дыру в своде пещеры. В этот время появилась полная луна, которая отражаясь в воде, тускло освещала пещеру. Он держал за руку молоденькую девушку, которое племя выбрало жертвой для своего божества. Ее тело было покрыто жуткими символами, похожими на множество змей, словно она была разрезана пополам этими знаками.

Девушка покорно опустила голову, ожидая предназначенной ей судьбы. Вождь кивнул головой, и два воина, вооруженные заостренными палками подбежали к несчастной жертве, скрутили ей руки и поволокли к одной из каменных лож. Один из воинов быстро скинул с него предыдущую, уже мертвую жертву, похожую на мумию: иссохший комок плоти, отдавший всю свою жизненную силу каменному идолу. С громким криком воины бросили чуть живую, дрожащую от страха девушку на освободившееся каменное ложе, привязали ее руки и ноги к выступам, предусмотрительно расположенным по краям последнего пристанища бедной жертвы. Затем каждый из них поклонился замершей девушке, поблагодарив ее за то, что она отдает свои силы взамен на их благополучие – идол дарует им пищу и защитит от недругов и тварей, обитающих в подземелье.

Как только они вернулись к соплеменникам – будто дыру в своде закрыла тьма, и храм погрузился в мрак. Люди замерли, боясь пошевелиться. Они ждали, когда идол попробует вкус жертвы и оценит их подношение. Они задрожали сильнее, плотнее прижимаясь друг другу, услышав глубокий гул, и, почувствовав, сотрясение земли под их ногами. Камни словно зашевелились и стали сыпаться, падая рядом с ними. Из глубин разнеслись тяжелые шаги и шипение змей, раздающийся одновременно далеко и совсем рядом. Трепетный ужас заставлял сердца первобытных людей биться громче и чаще.

Вдруг послышался возглас восхищения и хриплый женский стон: идол принял жертву – значит, он поможет, спасет, защитит. Люди расслабились и застучали своими палками по каменному полу в знак благодарности и одобрения.

В тот же миг мрак рассеялся и свет снова проник в пещеру. Идол всё так же восседал на троне, а вода опять мягко журчала в своем желобе. Люди переглянулись и, пятясь назад, покинули возведенный ими же храм. Ритуал жертвоприношения был закончен…

* * *

Кравцов вздрогнул, очнувшись от жуткой картины, и перевёл взгляд на каменного идола, неподвижно восседающего на троне.

“Что же ты такое? И почему до сих пор портишь жизнь людям? И город у подножия горы – тоже твоя работа? Вот почему он казался мёртвым… Интересно, а откуда о тебе узнал колдун? Может, граф Алексей Вольский не один попал в твои сети?” – думал сыщик и от этих мыслей ему становилось не по себе. “Пора прекратить этот круговорот жертвоприношений и освободить всех несчастных, попавших в твою ловушку.”

Кравцов, осторожно, боясь перегнуть или сломать, развернул свернутый трубочкой кусок бересты, внимательно рассматривая его. Но его поверхность оставалась пустой, будто заклинание стерлось временем. Алексей Валерьевич вздохнул, бережно перевернул старинный свиток и увидел то, что и ожидал: знак – змеи, опутывающей сосуд. Его руки задрожали, а сердце гулко бухнуло, отдаваясь в груди, лоб покрылся испариной. Он был на верном пути – здесь явно было древнее заклинание, спрятанное от посторонних глаз, предназначенное для той, кто осталась – для Анны. Кравцов радостно вздохнул, но тут же напрягся, вспомнив, что в усадьбе Анна тоже не смогла увидеть текст. А вдруг и здесь будет также?

Сыщик вскочил и стал быстро нарезать круги возле каменного ложа, на котором, прижавшись к брату, беспокойно спала Анна. Ему было так жалко ее будить, но вид Сергея вызывал тревогу. Под глазами молодого графа расползлась синева, сквозь которую просвечивали тонкие, едва пульсирующие вены. Рот был слегка приоткрыт, очерченный тёмной тенью. Парень дышал с хрипом, а тщедушное тело колотила дрожь. Кравцов потрогал его лоб и сморщился – жар съедал несчастного, казалось ещё немного и он воспламениться. Но самым страшным было не это – Сергей начал высыхать. Его молодая кожа напоминала старый ботинок, у которого в местах сгиба ноги образовались глубокие трещины.

Кравцов охнул, сопоставляя вид молодого графа и той застывшей мумии, из своего видения, которую сбросили первобытные воины с каменного ложа, освобождая место для новой жертвы.

На мгновение Алексею Валерьевичу показалось, что он увидел сотни глаз – человеческих жертв, привязанных именно к этому каменному ложу, которые с мольбой уставились на замершего от ужаса Кравцова. Они были в разной степени истощения, и от каждой из них тянулись невидимые трубки к кровожадному идолу…

– Алексей Валерьевич, очнитесь! – услышал сыщик и, открыв глаза, обнаружил себя лежащем на каменном полу пещеры. Прямо над ним свесилась голова Анны, которая все еще лежала рядом с братом.

– Вы в порядке? Вам надо отдохнуть, мой дорогой. А потом мы обязательно что-нибудь придумаем. Свяжем нашу одежду с веревкой или используем ветви-лианы деревьев… Но для этого нужны силы.

Девушка уже встала с ложи и подсовывала мешок под голову Кравцову.

– Поспите, а я покараулю. Вы же не железный.

Кравцов схватил руку Анны и притянул девушку к себе.

– Я, кажется, нашел выход получше, – зашептал сыщик, вставая и увлекая девушку за собой к стене. Он постоянно оборачивался. Сыщику казалось, что за ними постоянно наблюдают, подслушивают каждое слово, дышат им в затылок.

– Помните про кусок бересты, которую мы нашли в письме графа Николая Алексеевича? Ну тот, который в усадьбе был абсолютно пустой? – продолжил Кравцов.

– Да, там вроде бы, должно быть древнее заклинание, переданное колдуном. Правильно? – кивнула Анна.

– Точно. Так вот, на обратной стороне бересты, я нашел тот же знак, что и на этом местном великане, – прошептал Кравцов, указывая на трон с идолом. – Для меня кусок бересты все так же пуст, но я уверен, что сейчас для вас он откроет свои тайны. Все сходится…

Сыщик замолчал и посмотрел на застывшую в одном положении фигуру Сергея.

– Анна, нам нужно спешить, ваш брат очень плох – силы покидают его. Призрак Человека без лица или этот древний божок усиленно выпивают его жизненную силу. И нам…

Кравцов замолчал и опять оглянулся через плечо, ему показалось, что за спиной Анны он увидел мерзкую улыбку Призрака. Сыщик быстро оттолкнул девушку за себя и прямо посмотрел в лицо врагу. Но… там никого не было: древний идол, нетронутый временем, неподвижно сидел на своем троне. Лишь птица, случайно залетевшая в этот жуткий храм взмахнула крыльями, моментально разгоняя духоту и пыль, и тотчас испуганно вылетела обратно.

– Наверное, я, и правда, очень устал. Мерещится всякое, – пробормотал Кравцов. – Давайте поторопимся с этим и если не получится, воспользуемся вашим довольно умным предложением с удлинением веревки.

Анна тихо глотала слезы, всматриваясь в увядающее на глазах лицо брата. Она погладила спутавшиеся волосы Сергея и поцеловала его в лоб. Времени у них не было – каждая секунда промедления приближала молодого графа к неминуемой смерти. Анна, отчётливо понимала, что кусочек бересты – единственный шанс спасти брата. Даже если они смогут удлинить верёвку и каким-то чудесным образом выберутся через отверстие в пещере наверх – ее брат, увы, обречен. Никто из них не сможет разорвать невидимые трубочки, через которые этот жуткий идол утолял свою жажду, поддерживая себе жизнь.

Анна выпрямилась и решительно посмотрела на Кравцова:

– Давайте попробуем, Алексей Валерьевич. Я согласна с вами: эту древнюю магию может победить только другая магия. Я очень надеюсь, что это поможет Сергею.

Сыщик сжал ее руку, чувствуя все, что творилось у нее в душе. Он аккуратно вытащил из мешка кусочек бересты.

Передавая древний свиток Анне, он заметил, мимолетное изменение: шум падающих камней усилился, заглушая любые звуки внутри пещеры, журчание воды превратилось в шипение. Ее чистота и прозрачность исчезла, уступая место толстому телу змеи, которая, показав плоскую голову, стала медленно выползать из земли. Раскрыв пасть и показав раздвоенный язык и ядовитые зубы, змея поднялась на хвост, заслонив собой своего господина, и раскачиваясь, готовилась к смертельному броску.

Но едва береста коснулась ладони девушки, как вокруг неё начал клубиться густой белый дым, превращая большую пещеру, отданную под прихоти каменного идола, в пульсирующее светом помещение. Змея, сделав выпад, наткнулась на невидимое препятствие и отползла назад.

Анна бережно развернула свиток бересты и увидела, как на нем стали проявляться строки, словно текст заклинания писался прямо сейчас, будто кто-то невидимый именно в этот момент водил пером, выводя каждую букву, каждое слово. Анна, провела глазами по написанным строчкам, и замерла. Она не знала этого языка, никогда не видела этих букв, напоминающих крылатых птиц, которые то взлетали крыльями вверх, то опускали их. А некоторые буквы изображали просто сидящих на земле птиц, которые грозно смотрели вдаль.

Девушка с горечью посмотрела на Кравцова, который разглядывая ее лицо с нетерпением ждал.

– Алексей Валерьевич, миленький. Я ничего не понимаю. Эти буквы похожи на птиц. Что они обозначают?

Анна с тоской и отчаянием смотрела на брата, отдавая себе отчёт, что навряд ли сможет ему помочь.

– Птичий язык? Это невероятно. Я слышал об его существовании. Это древний язык, давно забытый – мертвый, как сейчас говорят, – тихо произнес сыщик, понимая, что последний шанс сломить идола ускользает: этот язык никому недоступен. Хотя…

Кравцов внимательно посмотрел на светлый дым, словно идущий от кусочка бересты и вдруг заметил седого старика, который, казалось появился ниоткуда и теперь смотрел на происходящее с глубоким интересом.

– Анна, а если вы закроете глаза и прислушаетесь к себе. Может вы увидите…ммм…кого-то. Или почувствуете…

Кравцов покачал головой и замолчал, не зная, как объяснить то, что видел и чувствовал сам. Он понимал, что увидеть старика можно только скрытым зрением. Но есть ли оно у Анны? Сможет ли она преодолеть в себе сомнения к этому дару и раскрыться перед ним?

Анна послушно закрыла глаза и положила руку на развернутый свиток. Никогда прежде она не верила ни в третий глаз, ни ясновидение. Нет она замечала за сыщиком его странное поведение, но не верила, что сможет что-то видеть сама. Ее сердце и разум протестовали, но душа была готова принять это таинственное явление.

Анна несколько раз вздохнула и попыталась расслабиться. И вдруг она услышала очень далёкое чириканье птиц, словно стая пернатых подлетела к ней на помощь. Открыв глаза, Анна почувствовала аромат полевых цветов, исходящий из кусочка бересты. И, наконец, она увидела белую фигуру, одетую в простую крестьянскую рубаху, подпоясанную кушаком. В таких ходили мужики, живущие в их имении. Но это мужчина был другой – седой, высокий и величественный, с мудрыми ласковыми глазами, которые улыбались ей, и длинной бородой, которая почти касалась пола. И от этой улыбки Анне на душе становилось спокойно и тепло.

– Повторяй за мной милая, да не торопись. Свернем шею этому супостату, – услышала голос, девушка, чувствуя как его уверенность передается ей.

“По крови и духу, по вечной нити жизни,

Я та – которая осталась, разрываю цепь теней и лжи.

Светом древним, силой земли, скоростью ветра

Пусть тьма уйдёт, не властна более она над нами.”

Его голос звучал одновременно, как шёпот ветра и раскат грома, проникая в сознание девушки. Анна, внимательно вслушиваясь, повторяла каждое слово древнего заклинания, чувствуя, как они наполняют тело и душу силой.

"Кровь не связывает нас боле, душа от оков свободна,

Кууткааль – в прах обращён, Призрак его – горит огнем.

Заклятие древнее, слово святое,

Разрывая оковы, снимаю путы.

Освобождаю всех, кого ты обманом заманил.

В мир светлый веду, тьму позади оставляю.”

Грозно ревел колдун, раскачиваясь из стороны в сторону, призывая свет в вековую тьму. Он сбрасывал невидимые нити и, сматывая их в клубок, отбрасывал прочь от себя. Анна в точности повторяла все его слова и движения. Для верности она подошла сначала к брату и, почувствовав, твердость трубок вырвала их из тела Сергея, с трудом завернула в клубок, чувствуя, как из них сочиться красная жидкость, напоминающая кровь. Подняв тяжёлый клубок над головой, Анна кинула его, целясь прямо в идола, который так и не повернулся к ней, но промахнулась. Закончив с братом, она проделала то же с собой, обнаружив, что и к ней протянулась одна из чудовищных нитей.

Возможно, это Призрак незаметно прицепил ее к телу девушки, чтобы вечно держать ее при себе, а может, готовил замену Сергею. Навряд ли, он думал, что эта хрупкая девушка сможет разорвать с ним договор и пойдет до конца, защищая брата, себя и свой род.

Она брезгливо поморщилась, отрывая от себя невидимую нить и, замотав ее в маленький клубок, бросила вперед, услышав глухой вскрик.

С каждым произнесенным словом колдуна и повторяемым девушкой, камни вокруг начинали вибрировать, словно струны, сбрасывая с себя тяжелый груз нитей. Почти разрушенная гора задрожала, словно пробуждаясь от долгого сна. Свет становился всё ярче, рассеивая мрак храма, а воздух наполнялся древней магией, уничтожающей и вечное, придуманное людьми кровожадное безликое божество, и его страшный Призрак. Свет столкнулся с тьмой, а жизнь со смертью. Все кругом закружилось, каменные ложи стали рассыпаться. Кравцов едва успел схватить Сергея на руки, как каменная ложа в миг превратилась в порошок. Земля разверзлась, унося за собой трон и никому больше не нужного идола, который так и не встал со своего места. С его исчезновением все нити и трубки, тотчас обратились в прах.