Текст книги "Сказания о демонах и богах: путь к небу (СИ)"

Автор книги: krsardas

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 40 страниц)

Глава 42(ред.)

Снег. Снег был повсюду: он хрустел под ногами, он был на деревьях и скалах, что окружали меня, он падал с неба, подхватываемый мощными потоками ветра, и летел мне в лицо. Казалось, что я чем-то прогневал этот снег, потому что от него не было спасения, как ни поворачивайся. Ветер всегда задувал его в лицо, пытался забраться под одежду, забрав последние крохи тепла. Я бы мог восхититься красотой здешних мест, если бы не вьюга, что «буянит» здесь почти всегда, изредка останавливаясь лишь на полчаса, чтоб с новой силой начать свой «танец». Из-за неё дальше пары метров почти ничего не видно. Ветер завывает, заглушая большинство звуков. Духовное зрение снова подвело меня: эти снежинки были наполнены духовной силой и перекрывали весь обзор. Ощущение такое, будто смотришь чёрно-белый телевизор с этими постоянными помехами, пытаясь отгадать по силуэтам, что там происходит.

Полторы недели, как мы попали в эту вьюгу, дались для нас нелегко. Местная живность давно уже привыкла к ней и полностью пользовалась всеми преимуществами, что она предоставляла. Незаметно подкрасться, скрыться от тебя, тихо посмеиваясь над «глупыми» людьми, что решили, будто они самые сильные и умные. Эта «аномалия» расставила всё по своим местам. Ганга слегка «понадкусывали» ледяные волки, что решили первыми поприветствовать нас. Минж не заметил трещину под слоем снега и сломал ногу, благо смещение было не сильным, и мы смогли вправить кость. Остальные парни также были не в лучшей форме, слишком много сил выпила из нас адаптация к этим условиям.

Мне стоило больших усилий, чтоб в короткое время научиться воспринимать мир, не полагаясь на основные органы чувств. Воспринимать движение воздуха, чувствовать, как он не доволен, что ему приходиться огибать препятствие, которого не было всего пару секунд назад, ощущать направленное на тебя внимание, чувствовать, как изменяется температура воздуха из-за чьего-либо тела – всё это складывалось в некое чувство ощущения присутствия, которое нельзя описать словами. Ты не видишь, не слышишь… ты знаешь, что там кто-то есть, ощущаешь его. Ты знаешь, что он голоден, что он подкрадывается к тебе, пытаясь не выдать себя своей жаждой крови. Ты ощущаешь, как он медленно и тихо передвигает лапами, ожидая подходящего момента. Прыжок. Шаг на встречу и вбить клинок, наполненный духовной силой в «сосредоточение» его жизни.

Мда. Снова снежный барс золотого ранга, ну, хотя бы они одиночки и не придётся снова удирать от стаи белых волков. Вспомнилась встреча с ними и их вожаком, двухметровым волком, обладающим странным нефритовым пламенем, которое помимо способности горения могло становиться плотнее бетона. Меня передёрнуло, и я провёл рукой по слегка отросшим волосам на голове. Находиться в огненном вихре – не самое лучшее воспоминание.

Несмотря на все трудности последних дней, я уверен, что мы почти нашли монастырь. Нам потребовался целый месяц с момента победы над Духовным демоническим зверем, чтоб добраться сюда. Благо описанные ориентиры были довольно приметные, и пусть с момента написания книги прошло довольно-таки много времени, но остатки ориентиров мы нашли. По ним уже добрались сюда, попутно отбиваясь от демонических зверей. Что самое интересное, тут почти не было «слабаков»: все встреченные нами звери были золотого или стального ранга. Основная нагрузка легла на меня, как лидера и сильнейшего в отряде, Е Мао не в счёт.

Быстро разделав тушу (я теперь мог делать это чуть ли не с закрытыми глазами), я вернулся в пещеру, которую мы облюбовали для нашей стоянки.

– Как всё прошло? – спросил Сонг.

– Удачно, он нас больше не побеспокоит.

– А другие? – поинтересовался Кан.

– В смысле? – повернулся к парню Сонг.

– Какой это по счёту: третий, четвёртый (тяжёлый вздох). Мы блуждаем в этой вьюге уже полторы недели. Пока нам везёт, и это лишь одиночки, но что мы будем делать, если на наш след встанут те же ледяные волки, или кто посерьёзнее, – высказался Кан.

Все уставились на меня, ожидая моего решения.

– Ты прав, задерживаться здесь мы не можем. Когда наступит зима, перевалы и ущелья в горах станут непроходимыми, и вот тогда мы отсюда точно не выберемся.

– Так чего мы ждём, поворачиваем назад и ходу отсюда, – сказал Жонг.

– Спокойно, по моим расчётам у нас ещё в запасе три-четыре недели. Ещё есть время для поисков нашей конечной цели, – начал я успокаивать парней. С каждым днём, проведённым в этой вьюге, настроение парней всё портилось. – Я уверен, мы почти у цели, ведь нам до этого везло, ну относительно.

– Зачем вообще мы попёрлись сюда сейчас? – начал ворчать Ганг, поправляя шкуру, в которую был укутан. – Не я помню про монастырь и знания, что там «возможно» хранятся. Но почему нельзя было пойти весной, у нас было бы больше времени для поисков, да и мы были бы сильнее.

– Мы это уже обсуждали, – сказал я, сделав глубокий вдох. – Сейчас у нас уникальная ситуация: путь в долину Костей зачищен, и сама она почти пустая, к тому же зимой большинство зверей спускаются вниз, и тут сейчас посвободнее. Весной же нам пришлось бы пробиваться к долине, да и в горах было бы не «протолкнуться». Нам же в Академии объясняли, что осенью и весной демонические звери мигрируют. Приди мы сюда весной, здесь ходили бы толпы голодных и озлобленных зверей, защищающих своё потомство.

–То есть ты хочешь сказать, что сейчас их не так много, – продолжил Ганг, чуть поглаживая свою руку, которой досталось больше всего.

– Вот просто поверь мне на слово, но да сейчас их не так много, как могло бы быть.

– И каков наш план? Что мы будем делать, если найдём развалины монастыря или нет, – поинтересовался Кан. – Если не найдём, то понятно, ты уже сказал. А если найдём? Думаешь, мы успеем, как следует исследовать их. Я спрашиваю, потому что зазимовать в развалинах мне кажется не самая лучшая идея.

– Никто не собирается зимовать здесь, – начал я успокаивать парней. – Когда мы найдём монастырь, мы будем смотреть по времени, что успеем, то и исследуем, а потом обратно. Мы же всё это уже обсуждали.

– Ну да, да… – парни начали соглашаться со мной, но как-то «без огонька».

Что ж, я знал, на что подписываюсь, когда создавал группу. Пока что от них пользы больше, чем вреда, парни часто прикрывали мне спину, когда приходилось отбиваться от стай. Но вот эта «демократия» реально нервирует.

– Я слегка поправлю тебя, – подал голос Е Мао. – Не три-четыре недели, а две. В горах зима начинается раньше, чем в Светозаре.

– Тогда не будем терять времени, раз у нас его в обрез, – сказал я, прокручивая в голове парочку матерных слов.

Мы ждали, когда снова появится «окно», чтоб сориентироваться на местности и наметить дальнейший маршрут. Как только выдалась возможность, мы рассредоточились, высматривая хоть что-нибудь отличающееся от снежных гор. Я забрался на небольшую скалу, всматриваясь вдаль, но ничего кроме гор и снежного леса вдали не заметил.

– Вэй, Вэй, – подбежал ко мне Сонг. – Там Минж кое-что заметил.

Парни стояли на противоположном конце долины, в которой располагалась наша пещера, рассматривая находку. Подойдя к ним, я понял, что привлекло их внимание. Небольшая пирамидка, сложенная из камней, высотой примерно до колена, была явно сделана человеком.

– Что это может быть? – спросил Минж.

– Именно то, что нам нужно, – ответил я. – В горах иногда ставят вот такие пирамидки из камней или каменные столбики, тем самым отмечая тропу.

– Тропу, куда? – удивился Кан.

– Готов поспорить, что именно туда, куда мы нацелились, – ответил Сонг, посмотрев на меня.

– Скорее всего. Осталось понять, куда дальше, – сказал я, осматриваясь по сторонам.

Все также начали осматриваться, кое-кто даже поднялся на небольшой выступ, пытаясь разглядеть следующий ориентир.

– Если таким способом отмечают тропу, то указатели не должны быть далеко друг от друга. Ведь так? Иначе какой смысл в далеко расположенных пирамидках, если во время вьюги их не разглядеть.

– Ганг прав, скорее всего, за все годы, они либо разрушились или же их засыпало снегом, – сказал Кан, взмахнув рукой, как бы говоря о бесполезности находки.

– Точно, – подтвердил я, начав окапывать пирамиду.

– Ты чего делаешь? – спросил Кан.

– Не может быть, чтоб они просто навалили кучу камней в качестве ориентира. Учитывая возможность разрушения или занесения снегом.

Толщина снега была примерно в метр, и мы быстро справились с откапыванием пирамиды. Как я и предполагал, её создатели позаботились, чтоб она простояла как можно дольше. Посередине пирамидки был камень с железным обручем, на котором были выгравированы какие-то символы.

– Видел когда-нибудь такие? – спросил Сонг.

– Нет.

Время «окна» подходило к концу, уже начали подниматься хлопья снега, а вдалеке сплошной стеной приближалась вьюга. Недолго думая, я положил руки на железный обруч и направил духовную силу в него. Сомневаюсь, что в дорожный указатель вплели что-то вредное. Я оказался прав, как только обруч насытился духовной силой, я ощутил примерно метров в ста от меня ещё один указатель, который откликнулся на мою духовную силу. Я продолжил вливать её в обруч. Вьюга поднялась во весь свой рост, и мы поспешили обратно в укрытие. Сидя в пещере, мы обсуждали находку и прикидывали примерное направление движения. Все единогласно пришли к мнению, что мы не в начале тропы, поэтому следовало решить в какую сторону двигаться. Сверившись с нашей самодельной картой, я наметил дальнейший путь движения группы.

В предрассветных сумерках меня разбудил Ганг.

– Вьюга стихает, – сказал он, и пошёл будить остальных.

Конечно, за каких-то полчаса «окна» мы не могли пройти далеко, поэтому нам пришлось обвязаться верёвкой и, полагаясь на наши «чувства» духовной силы, идти во время вьюги. Ещё дважды нам пришлось останавливаться во время вьюги возле ориентиров и откапывать их, когда появлялись «окна». К концу третьего дня мы внезапно «вывалились» из аномалии. Вот мы пробиваемся через непрекращающийся ветер со снегом, и тут всё прекращается. Я стою в десяти метрах от отвесной скалы, уходящей далеко ввысь, а позади меня бушует вьюга, из которой выходят парни.

– Ну куда-то мы точно дошли, – сказал Кан, глядя на стену. – Осталось только понять куда.

Все были уставшими, поэтому исследование стены оставили на завтра. Разбив лагерь, Е Мао вызвался дежурить всю ночь, давая нам возможность полноценно выспаться. Не каждый день он вызывался подежурить, поэтому все обрадовались возможности поспать подольше.

Солнце только показалось над горами, и было как-то неуютно не слышать завывание ветра, к которому привык. Сначала я решил, что меня разбудила эта неестественная тишина, но потом я расслышал тихое перешёптывание. Прислушавшись, я различил голос Е Мао, однако второй мне был не известен. Медленно потянувшись к мечу, мысленно старался подготовить себя к возможным проблемам. А потом пришло чувство ССИИЛЛЫЫ. Нет, это была не та сила, что наполнена жаждой крови или голодом, не та сила, что демонстрируют всем в попытках похвастаться своими возможностями. Это походило на первозданную мощь стихии, я ощущал себя муравьём, что встал на пути десятибалльного смерча. Он просто двигался, куда ему захотелось, и ему было абсолютно «насрать», что на его пути встал глупый муравей. Это длилось всего какое-то мгновение, но мне показалось, что я перестал дышать, и сердце пропустило пару ударов.

– Хватит валяться, раз проснулся. Где твои манеры, поприветствуй нашего гостя – настоятеля Ма Кенсея, – сказал Е Мао.

Я резко вскочил с места, оборачиваясь, вбил кулак в ладонь, одновременно низко кланяясь.

– Ученик Ма Вэй приветствует настоятеля монастыря Белого тигра Ма Кенсея, – прокричал я, как того требовало приветствие учеников и младших.

По сторонам от меня раздались приветствия подобные моему.

– И я приветствую вас, ученики. Поднимитесь.

Разогнув спину, я оценил нашего гостя. Возле костра напротив Е Мао сидел старик, закутанный в жёлтые монашеские одеяния буддистов. Я отметил отсутствие правой руки и жуткий шрам на шее с той же стороны. Я стоял под взглядом этого старика, борясь с желанием спросить и проявить неуважение.

– Спрашивай младший, а то сейчас лопнешь, – сказал настоятель, слегка улыбаясь.

– Уважаемый настоятель монас…

– Давай без всего этого, просто настоятель Ма или мастер Ма. А то я помру быстрее, чем ты произнесёшь всё это.

– Кхм, да. Настоятель Ма, позвольте узнать, что это была за СИЛА?

– Ммм. Ты что-то «почувствовал»?

– Ну, да. Эта СИЛА была не как у человека, больше походило на первозданную, необузданную стихию.

– Хм, а вы были правы уважаемый Мао, – сказал настоятель, поворачиваясь к Е Мао. – У парня талант, хоть он и слабоват.

– Это СИЛА искры стихии ветра.

Глава 43(ред.)

Нас провели в долину, в которой располагался монастырь Белого тигра. После нас проход сразу закрылся. Как рассказал настоятель Ма Кенсей, эта мера безопасности была создана во время Темной эпохи после нападения демонических зверей под предводительством Чжулуна, Императорского демонического зверя, что начал Тёмную эпоху. Тогда монахи заплатили высокую цену, но монастырь выстоял. Настоятель Ма лишился руки в той битве, и даже через столько лет полностью не восстановился.

Сама долина была намного меньше той, в которой располагался Светозар. Обычные люди селились в домах, выдолбленных в скалах, тем самым экономя каждый клочок земли для выращивания продуктов. Прокормить пятидесяти тысячное население долины плюс несколько сотен монахов было поистине сложной задачей, с которой долина не справлялась. Нет, люди не умирали с голоду, но их внешний вид говорил, что они на грани подобного исхода.

Сам монастырь представлял собой комплекс одно и двух этажных зданий, похожих на общежитие в Академии. В монастырь нас сразу не пустили, поселив рядом с ним. После небольшого отдыха и приведения себя в приличный вид, мы с парнями прогулялись по «внутреннему» городу. Компанию нам составили несколько монахов, они даже немного рассказали о жизни долины. Все производства, включая выращивание домашнего скота, были убраны внутрь гор. В долине не было зимы, урожай снимали по нескольку раз в год, но этого всё равно было мало, ведь население увеличивалось с каждым годом. Из-за вьюги, окружившей долину, её мало кто покидал, поэтому со времени последних беженцев о том, что творится во внешнем мире, они не знали. Со всеми этими переходами, искусственными пещерами горы походили на «швейцарский» сыр. Потолкавшись по улочкам и местному рынку, я не заметил сильных отличий в продукции и качестве товаров, от того же в Светозаре. Да и общий уровень людей был примерно такой же, думаю, сильнейшие представители местных находятся в монастыре.

В монастырь нас пригласили на следующий день. Для этого прислали целую делегацию монахов, во главе со здоровенным мужиком, который своими габаритами мог посоревноваться с медведем. Слухи о том, что через завесу вьюги кто-то смог пробиться, уже разнеслись по всей долине, и на нас открыто глазели все, кому не лень. Довольно неприятное ощущение, находиться под взором стольких людей, которые «тыкают» в тебя пальцем и о чём-то шепчутся.

Нас провели на территорию монастыря, который оказался намного больше, чем я представлял себе. Здания, видимые мной ранее, оказались жильём и учебными классами для новичков (послушников). Сам монастырь располагался, как и большинство зданий, в глубине гор. В главном зале, куда нас привели, находилось большая часть руководства монастыря. В центре зала на небольшом возвышении сидело три старика. Точный их возраст я определить не мог, но то, что они были старше Е Мао, было точно. Вся троица по ощущениям была легендарного ранга, лишь Ма Кенсей, сидящий в центре, ощущался нечто большим, чем просто легендарный ранг. «Здоровяк», что привёл нас, уселся к остальным монахам, расположившихся слева и справа от главных настоятелей. Интересный момент: все коридоры и помещения освещались светящимися шарами, в которых чувствовалась духовная сила. В главном же зале я не заметил ни одного «светильника», свет падал откуда-то сверху, при этом освещая только часть зала, в которой сидели люди. По бокам от нас угадывались очертания массивных колонн, но вот за ними был полумрак, в котором не только ничего не разглядеть, но и почувствовать ничего нельзя: ни духовную силу, ни чьё-либо присутствие. Сама ситуация меня слегка позабавила. Даже если не учитывать трёх главных настоятелей легендарного ранга, все остальные были стального ранга, а от некоторых исходила сила ничуть не меньше, чем от Е Мао.

Нас усадили перед всей этой компанией, причём я и Е Мао сели впереди, а мои люди позади нас. Мы проговорили весь день. Я поведал о том, как мы добрались сюда и как узнал о монастыре и дороге к нему. Я честно признался, что пришёл в поисках знаний о пути развития воинов. И заодно «пограбить» развалины монастыря. Но ввиду того, что монастырь есть, а его «развалин» нет, значит – не судьба. Е Мао рассказал о Светозаре и жизни в городе, в частности о постоянном нашествии демонических зверей, сходу попытавшись договориться о приюте для беженцев в случае гибели Светозара. Монахи поведали нам о жизни в монастыре, проблеме перенаселения и продовольствии. Все присутствующие были уверены, что некоторые люди из долины с радостью переселятся в Светозар, и теоретически всех это устраивало, оставалось договориться по мелочам, как провести людей через аномалию вьюги и наладить связь поселений. Также они поведали, что до Тёмной эпохи принимали в свои ряды исключительно воинов, но в виду обстоятельств поменяли свою политику в отношении заклинателей демонов. Обучение в монастыре требовало присоединения к рядам монахов в качестве послушника, и только через пару лет, как докажешь свою верность, тебя повысят до статуса монаха и допустят к полноценным тренировкам. Меня это не совсем устраивало: ведь брить голову на лысо не собирался, да и проводить полжизни в четырёх стенах мне хотелось. Был и альтернативный путь – вступить в монастырь как внешний ученик. В этом случае ты мог покинуть монастырь в любое время, но до самых серьёзных знаний тебя, разумеется, не допустят. Максимум, который тебе светит, в бытность внешним учеником – стальной ранг. Тренировки и способ перехода на легендарный ранг – только для своих, к тому же будут закрыты некоторые места силы, что есть в монастыре. В принципе логично, и данный вариант меня устраивал.

Тем же вечером у меня состоялся разговор с Е Мао по поводу моего обучения. В ходе разговора Е Мао высказался, что у культиватора не может быть только один учитель, и настоящий воин учится даже у своих врагов. Поэтому он не был против того, что я остаюсь в монастыре на обучение. А вот разговор с парнями прошёл не столь гладко. Если Кан также выразил желание остаться, то остальным идея задержаться здесь на неопределённое время не очень понравилась. У нас оставалось около недели, чтоб выбраться из центра гор. После до весны это сделать будет не реально. Некоторым столь долгое путешествие не нравилось, не привыкли они к этому. Короче легли спать в очень плохом настроении.

На следующее утро Е Мао ушёл к настоятелям обсуждать возвращение в Светозар. Как выяснилось, на том собрании присутствовали и главы кланов долины. Мы же потратили почти весь день на ругань. Мне не хотелось разделяться, ведь я столько сделал для парней, и наше путешествие по горам показало, что эти вложения не напрасны. А ведь дальше я собираюсь посетить подземный мир со всеми его опасностями, да и в этом мире хватает мест для исследования. В одиночку это сделать будет довольно опасно, ведь я не «рыжий нагибатор». Но и парней понять я мог: все-таки как бы физически они не были развиты, морально они всё ещё не привыкли к самостоятельной жизни вдали от семьи. Также мы прошлись по той части города, что не успели осмотреть в первый день. Оказалось, что всё самое лучшее принадлежит монастырю. Всё, что было в свободном доступе, качеством не блистало. По всему выходило, что монастырь здесь заменял и главные семьи, и гильдии с ассоциациями. По разговорам в толпе я сделал вывод, что монахи здесь не из той категории, что «подставляют другую щёку», они и сами могут навалять тем, кто посягнёт на их власть в долине.

Переговоры по переводу людей из долины продлились несколько дней. Было много нюансов, которые следовало решить, и конечно всё осложнялось временем. Временной промежуток, когда демонических зверей в горах мало, а погода ещё не успела испортиться и закрыть перевалы, был довольно короткий. К тому же из желающих «переехать» большинство было обычными людьми, не создавших даже сосуд души. Всё это создавало большую головную боль для Е Мао и глав семей с настоятелями монастыря, желавшими поскорей избавиться от беженцев. Было решено для начала отправить группу из культиваторов стального и золотого ранга в качестве усиления и официального представителя монастыря. С группой отправился один из главных настоятелей легендарного ранга. Вначале группа проверит маршрут через горы, а после проведут переговоры с главой Светозара о взаимной помощи и принятии людей. Всё это займёт немало времени, поэтому за первыми переселенцами они вернуться только весной.

За дни переговоров я слегка поостыл и уже не так остро реагировал на желание парней уйти. Стоя на крыше одного из зданий монастыря, я смотрел, как группа уходит из долины. К тому, что все, кроме Дун Кана, ушли с группой, я отнёсся философски. Как минимум, они передадут весточку семье, что я жив и здоров.

Нас с Каном поселили в небольшой комнате, по сравнению с которой знаменитые «спартанские» условия показались бы четырёхзвёздочным отелем. Кроме постели, небольшого возвышения вдоль стен, да вмурованного в потолок осветительного шара, ничего не было. Нам выдали светлосерые одежды из грубой мешковины, по виду чем-то напоминающие кимоно. В качестве обуви были обычные сандалии из плохонькой кожи. Спать нам предлагалось на циновках, да и укрываться ими же. На наши удивлённые взгляды был дан простой ответ. Мы внешние ученики и монастырь заботиться о нашем комфортном пребывании не будет. То же самое касалось и еды. Еда была скудной: состояла из небольшой чашки крупы, похожей на рис, и куска варёного мяса, тоже небольшого. Радовало, что помимо нас так питались все послушники.

Иерархия в монастыре была довольно проста. Внешние ученики приравнивались к послушникам, носившим тёмно-серое кимоно. Следующей ступенью были монахи, носившие помимо кимоно ещё и накидку. По цвету накидки, так же как и по цвету поясов послушников можно было отличить обычного монаха, носившего белое кимоно, от того, кто занимал определённую специальность или должность. Так учителя носили оранжевую накидку, целители зелёную, алхимики чёрную. Следующей ступенью шли настоятели, их кимоно были разных цветов, в зависимости от того, какую службу они возглавляли. Ну и три главных настоятеля, их знали в лицо, так что с цветом одежды они не заморачивались.

Самое главное отличие послушников от внешних учеников заключалось в том, что послушники могли расти в иерархии монастыря, тем самым улучшая свой быт. Правда, после небольших расспросов оказалось, что кроме одежды, которую мы должны были носить в обязательном порядке, всё остальное можно заменить на более качественное, но за дополнительную плату. Для послушников правила действовали более жёстко. Тем же вечером из пространственных колец были извлечены походные принадлежности. Насчёт еды договорились, отдав половину наших запасов и приплатив шкурами демонических зверей.

Помимо нас в монастыре было ещё с десяток внешних учеников и около двадцати новичков послушников. Первую неделю мы подстраивались под режим жизни в монастыре. Всем внешним ученикам и новым послушникам приходилось выполнять всю грязную работу: мытьё полов, рубка дров, прополка грядок и т.д. Но и учителя на занятиях к нам присматривались для определения наших боевых навыков и для дальнейшего распределения. Всё-таки все были разные по уровню знаний, навыков и рангов. Как ни печально, но послушники со временем перейдут в разные отделы монастыря, а внешние ученики так и будут выполнять черновую работу, пока не решат уйти. И конечно на каждом уроке велась жёсткая пропаганда для внешних учеников, чтоб они полноценно вступили в ряды монахов. К концу недели трое не выдержали и поддались «уговорам».

В начале следующей недели, Кана вызвал к себе один из учителей. Меня же пригласил к себе Ма Кенсей. Вначале я думал, что приглашение вызвано тем, что мы родственники. Но всё оказалось банальнее. Родственниками мы не были, ну относительно. Семья Ма, до Тёмной эпохи, была не самая сильная, но очень большая, и отдельные ветви семьи были раскинуты по всей империи. Так что легче было «натянуть сову на глобус», чем назвать нас родственниками. Однако мои навыки вызвали интерес настоятеля, не в последнюю очередь тут сыграло то, что я смог почувствовать искру стихии ветра. Из слов настоятеля получалось, что перед уходом Е Мао «распиарил» меня по самое не могу. Теперь же Ма Кенсей лично желал убедиться в моих навыках.

Для начала я провёл спарринг с одним из монахов с красной накидкой. Эти боевые монахи следили за порядком в долине и были главной ударной силой монастыря. Мы оба находились на золотом ранге. Мой противник использовал боевой посох, и это стало одновременно проблематично и очень познавательно. Раньше я никогда не сталкивался с теми, кто орудует боевым посохом. Я применял все техники, которые освоил, а также использовал приобретённые недавно навыки, но и мой противник был не так прост. Конечно, мы не наносили смертельных ударов, но выложились по полной. К сожалению, явного победителя, определить не получилось.

После мы с настоятелем Кенсейем провели долгую беседу, и он поведал, что для нас с Каном сделают исключение из правил – станут обучать как полноценных монахов. Такое исключение из правил сделали в основном для меня, потому что я был лидером группы, пришедшей к ним за долгое время, и всем ныне происходящим событиям в долине они обязаны мне. Уж очень монахи ценят своё уединение, и даже последние столетия этого не изменили.