Текст книги "Рейнджер (СИ)"

Автор книги: Котус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 29 страниц)

– Не работает, – пролепетала Алёна. – Заряд кончился, что ли?

Я подумал, что заряд тут ни при чём. Арагорн же говорил, что кулон поможет найти дверь – он и помог. Про обратную дорогу не было сказано ни слова. Я вспомнил про свой амулет пути, но не успел додумать эту мысль. Шаман заявил:

– Я поведу! – и шагнул вперёд, поводя впереди себя посохом.

Мы втроём (я, Лекс и дверь) двинулись за ним, девушка оказалась на роли тылового охранения. Бодрой поросячьей трусцой добежали до зала с костями. К этому времени груз отдавил руку до онемения. Освоенные ещё при памятном побеге от орочьей погони, когда мы бубен похитили, навыки поддержки физических сил за счёт магии не действовали. Энергия уходила, но приносила только секундное облегчение в наиболее пострадавших местах, а это были руки. Такое ощущение, что или законы природы тут другие, или что-то просто вытягивает выпущенную из внутреннего резерва силу. Не двёрка ли?

Возможно, именно это онемение привело к тому, что мы уронили-таки дверь. Один из нас споткнулся, другой одновременно поскользнулся на костях – и гнусная железяка, рухнув едва ли не на единственный чистый участок пола, загудела, как колокол. Звон был такой, что уши заложило. Нет, спешка спешкой, а перекуры делать надо, хоть для того, чтобы руку сменить.

– Ну вот, дали знать всем заинтересованным лицам, что мы здесь, и где именно, – откомментировал я.

Шаман, который был уже на выходе из зала, окатил нас очень выразительным взглядом. Угу, попробовал бы сам эту конструкцию тянуть. Нет, всё же хорошо, что не нужно ещё и коробку дверную тащить!

После выхода из костяного зала началась чертовщина какая-то. Ну не было столько поворотов, не было! Свернуть не туда тоже шансов не было: в зале костей насчитывалось ровно два прохода, в один вошли, в другой вышли. Ну вот, точно, не пойми что творится. Вошли в комнату с четырьмя выходами, не считая того, в который вошли. А по пути внутрь единственной развилкой была овальная комната, имевшая на одну дверь меньше. Шаман проявлял явные признаки неуверенности. Что ж, есть время передохнуть. Мы с Лексом аккуратно прислонили дверь к стене – помню, с каким трудом мы пытались оторвать гладкую дверь от гладкого пола, когда её уронили. Я прикрыл глаза, стараясь как-то привести в порядок внутреннюю энергетику.

– Японский городовой! – закричал ассасин. – Вить, хватай бандурину!

Я открыл глаза и оглянулся. Коридор, по которому мы пришли, будто крутила и сплющивала неведомая сила, а по нему самому на нас неслась полупрозрачная зеленоватая стена, чем-то похожая на тварей во дворе замка. Сразу мелькнула мысль, что при такой скорости этой дряни сбежать от неё мы не успеем. Я уже привычно и почти рефлекторно ускорился. Сдвинув восприятие, я увидел, или мне показалось, что увидел, в этой жиже какой-то узел, отдалённо похожий на жутко искажённое лицо. Почти ни на что не надеясь, схватил лук и вогнал в этот узел стрелу с наконечником из стражьего сплава. Стена дрогнула, остановилась и начала покрываться коркой, каменеть.

Правда, я это особенно не рассматривал, мы с ассасином подхватили дверюгу, а шаман, наконец, определился с выбором, закричав:

– Нам туда!

Туда так туда, главное – успеть. Ох уж эта мне дверь! Теперь мы её ещё и бегом тащим. Мы влетели в длинный коридор, образованный рядом арок. Вдруг ассасин сбился с шага и резко замедлился. Я из-за этого чуть не навернулся вместе с грузом и не сдержал короткого, но очень эмоционального возгласа. Сделаю вид, что поверил в то, что Алёна могла это не услышать. Я покосился на ассасина и увидел, что он одним глазом смотрит под ноги, а вторым косит куда-то наверх. Я глянул туда – и тоже сбился с шага. Оно и немудрено: складывалось ощущение, что ни потолка, ни стен просто нет, а вокруг коридора клубится красно-оранжевое нечто, не то загустевшее пламя, не то жуткое варево, чем-то напоминающее небо в некоторых локациях старого DOOM’а. Надеюсь, это тут обои такие, а не прозрачный потолок и эта гадость вокруг.

Очередной поворот – и мы резко останавливаемся, поскольку впереди – тупик. Добротный такой, с торцевой стенкой из крупных зеленоватых валунов.

– Ну что, Сусанин? Обратно дверь сам поволочёшь! – обратился я к шаману.

– Странно, – проговорил тот. – Сова говорит, что впереди преграды нет, а она – вот она.

Дима постучал посохом по стенке. Да уж, слишком убедительно для иллюзии. Из дальнейшего разговора выяснилось, что обход искать бесполезно, потому как его нет. Ассасин предложил взорвать преграду ко всем чертям. Вот же пироманьяк. Но тут я с ним полностью согласен, пробить проход в препятствии, которого нет – и тикать дальше. Только заранее отойти подальше. Я обернулся и первым заметил очередную гадость. Коридор, по которому мы пришли, уже начинал скручиваться и срастаться.

– Некогда дольше думать! – оповестил я остальных. – Саш, кидай свою гранату, все за дверь, я прикрою.

Ну, или постараюсь прикрыть. Я схватил Алёну за руку и затащил за дверь, которую мы с ассасином продолжали удерживать в вертикальном положении. Шаман встал около стенки, наклонившись в сторону будущего взрыва и выставив перед собой посох. Ему что, шурша в грудь мало было, ещё и булыжников парочку хочет в голову получить? Всё, некогда уговаривать, пошла граната! Я толкнул Алёну вниз, навалился на неё, одновременно активируя все защитные заклинания, какие могли вспомнить и успеть наложить я и Спутник.

Ох, как рвануло! Нас трясло, колотило и волокло по коридору одним комом, при этом Алёнины доспехи и успевшая вусмерть достать дверь своими углами.… Не буду о грустном. Когда я пришёл в себя, Алёна как раз слезла с меня и вставала на ноги. Странно, вроде бы вначале она была снизу?! Так, а на чём это я лежу? Ага, правильнее сказать – «на ком», потому как Лекс вроде бы жив, что не может не радовать.

– Так, Алёна и я живы, Дима – я глянул на встающего по стеночке шамана – тоже, и ассасин шевелится, значит – живой.

– Твою ж, ну что за западло… Чтоб тебе! Пошла вон, зараза! – раздался вдруг крик шамана, который пытался своим посохом зашибить на диво уродливую тварь, чем-то напоминающую могильщика из чёрной комедии «Мёртвые, как я», только с рудиментарным подобием крыльев. Вдруг зверушка ухватила нашу дверь и легко, как картонную, вскинула её над головой. Я схватился за рукоять меча, но не успел вытащить его из ножен, как вдруг сова, сидевшая на посохе шамана ожила и взлетела в воздух, а с того места, где она сидела, ударила струя серого тумана, охватила тварь и потащила к Диме. Неизвестно, кто выглядел более удивлённым – похититель двери или наш пернатый друг (не подумайте, что я имею в виду сову). Правда, тварь ещё извивалась и шипела так, будто туманная петля причиняла ей страшную боль. Наконец, зверюга странным образом извернулась, дёрнулась и вырвалась из захвата. Существо влипло в стену и растворилось в ней. Ничего себе заявочки!

– Что это было? – озвучил Саша мою мысль.

– Сам замок, – отозвалась Алёна, затравленно озираясь по сторонам.

С такими сюрпризами – ну его в болото, этот замок. Я начал ворочать дверь, Лекс тут же подскочил и стал мне помогать. Удивительно, но последствия контузии исчезли, будто бы их и не было. Стоило нам с Лексом поднять проклятущую железяку, как обломки камней вокруг зашевелились, потекли и стали собираться в дикие и уродливые фигуры, похожие на те, с которыми мы воевали во дворе замка. Мало того, когда шаман, вновь возглавивший наш отряд, пролезал в дыру, проделанную гранатой, мне показалось, что отверстие стало меньше. Да нет, какое там «показалось» – оно явно зарастает! Неужели изменение стен догнало нас?!

Страх добавил и сил, и прыти. Я, кажется, говорил, что мы бежали из той комнаты, где я стрелял в студень? Ничего подобного, то была лёгкая трусца. А вот сейчас мы бежали по-настоящему! Алёна немного задержалась, потом за спиной что-то сверкнуло, загремело, и она поравнялась со мной.

– Что там? – выдохнул я.

– Хреново, – так же лаконично ответила девушка, и мы побежали дальше. Мчались, пока не стали двигаться по синусоиде, рискуя упасть и отдавить себе этой дверью конечность-другую. Наконец мы с ассасином остановились, хрипло дыша. Шаман обернулся к нам с удивлённым и недовольным видом. Я сплюнул горечь, накопившуюся во рту.

– Ща сам попрёшь, – прохрипел я, упреждая вопрос Сусанина. – Водички бы…

– Ребята, всего три зала осталось – и выход, помните, мы тут были?

– Какая разница были, или нет? – не было сил напоминать, что после зала костей, где мы тоже были по дороге туда, на обратном пути забрели в неведомые края. – Главное, что оторвались, правда, непонятно, от чего.

Дима внезапно, как кнопку нажали, утратил свой оптимизм и грустно сказал:

– Не совсем. Ещё минут… – он призадумался, – да, минут десять – и нас догонят.

– Значит, пять минут на отдых есть, – заявил ассасин. И тут же начал строить планы на будущее:

– Как только выберемся во двор, Дима и Алёна хватают дверь и уходят, а мы с Котом прикроем.

Сомнительное решение. Девушка в своих доспехах и так не слишком превосходит по скорости нас с Лексом, а если на неё ещё и трофей нагрузить – замучаемся ждать, пока до выхода доберётся. Зато в тыловом заслоне ей с её броней цены не будет. А я подстрахую, и не только в контакте, как мог бы Сашка. Кстати, сама Алёна придерживалась того же мнения. Я не видел смысла дублировать её слова и аргументы, потому слушал молча, старательно восстанавливая дыхание и разгоняя по телу энергию из резерва. А уж когда она заявила, что с подаренными чётками и воскресить при случае сможет, причём в массовом порядке… Короче говоря, я только кивнул, соглашаясь с девушкой, когда ассасин наконец решил узнать моё мнение.

Ниндзя недовольно скривился и отложил неприятное для него решение:

– Ладно, во двор выберемся, там видно будет.

Шаман во время разговора как-то нерешительно мялся, будто что-то хотел сказать, но не мог решиться. Наконец он с решительно-обречённым видом сунул руку в сумку и извлёк шесть не то камешков, не то комков глины. С таким видом, будто отрывал кусок мяса от собственного тела, пернатый протянул нам эти изделия.

– Вот, держите, может – пригодится.

– А что это такое? – поинтересовалась Алёна.

– Грубо говоря – гранаты. При ударе взрываются, гладкие – огнём, которые с завитушкой – водой.

– Понятно, контактный взрыватель, – мне эти изделия напомнили давнишний трофей, аналогичного назначения булыжник, отнятый у гоблинов. Там их, кстати, тоже шаманы делали.

Мы с ассасином взяли по два камушка каждый, один водяной и один огненный. Я тут же сунул их в кармашки своей самодельной разгрузки, спрятанной под плащом. Лекс тоже быстро спрятал трофеи. Алёна же смотрела на предложенный гостинец с сомнением. Шаман тем временем продолжал:

– Правда, я не уверен, как они будут действовать в этом замке, они на основе духов…

Эти слова разрешили колебания девушки:

– Нет, я, пожалуй, откажусь…

Мы с Лексом переглянулись и синхронно ухватили по одному камешку из Алёниной доли, огненный мне и водяной напарнику. Шаман, может, и хотел бы возразить, но не успел. Мы с Сашей подхватили опостылевший трофей и двинулись к выходу.

Уже следующий зал заставил скептически отнестись к словам нашего Вергилия о знакомых местах: в нём было два боковых прохода, то есть опять развилка, которую по дороге внутрь не встречали. Мы с Сашей были примерно на середине помещения, когда я увидел, как шевелятся губы на побледневшем лице шамана, застывшего в выходной арке, глядя на что-то за нами. Сзади раздался речитатив, напоминающий латынь, закончившийся гулким ударом и жутким, многоголосым воем и визгом.

Я оглянулся посмотреть, что там происходит. Увиденное заставило меня остановиться, бросив дверь на пол – ассасин в итоге чуть не упал, споткнувшись, и энергично откомментировал мой манёвр. Не до извинений и объяснений. Добрая четверть зала была заполнена бесформенной массой, покрытой каменной коркой. Похоже, это результат Алёниных действий. Вот только вся поверхность массы уже покрылась сетью трещин, из которых высовывались многочисленные отростки, превращающиеся в уродливых тварей. А девушка не видела этого, она старалась догнать нас и не оглядывалась. Отдельные щупальца, оторвавшись от общей массы, довольно быстро перетекали по полу, стремясь догнать беглянку.

Но я не просто рассматривал всю эту вакханалию: руки уже выхватили лук, поправили колчан, тело скользнуло в ускоренный режим, сознание сформировало плетения на точность стрельбы и слегка сдвинуло восприятие мира, чтобы видеть узлы энергий. Как только я ускорился, пронзительный вой ушёл за грань диапазона чувствительности ушей, превратившись в глухую пульсацию. Первые шесть стрел упокоили самые шустрые сгустки. Стенка выбросила пару особо длинных псевдоподий – в одну воткнул три стрелы, во вторую ещё две. Я хватал стрелы без разбора – бронебойные, листовидные, из стражьего сплава. Нынешнему противнику это было без разницы. Алёна начала медленно оборачиваться, губы её шевелились. Надеюсь, это ещё одно заклинание «по площадям», а не вопрос ко мне «что случилось?». Девушка вроде неглупая, вопреки впечатлению, которое осталось у меня после чтения надписи на щите. Ещё семь стрел ушли в наиболее опасные отростки. Вот гадство – преследующая масса хитрее, чем казалась: новые отростки росли всё выше, а тем временем несколько валявшихся на полу валунов ожили и метнулись к нам.

Я вспомнил свои тренировки в Резани и бросил молнию, задав и мысленно удерживая сразу полдюжины целей. Сработало на сей раз (а могла быть и осечка в виде обычного разряда), несколько тварей отбросило назад. Такая молния больше энергии берёт, но оно того стоит. Вот гадство! Такое ощущение, что новые твари вылупливаются из плиток на полу. Я заорал шаману и Лексу, стараясь как можно сильнее растягивать слова, чтоб они не прозвучали скороговоркой:

– Ууууу-хооооо-диии-теееее! Заааа-дееер-жиииим!!!

Ещё шесть стрел списал в минус, когда Алёна плавным движением опустилась на одно колено, ударив булавой в пол. Сверкнуло знатно, даже пятна в глазах мелькают. Сквозь эти зайчики я увидел, как Алёна потянулась к чёткам. Она же не хотела их использовать? У неё наступает крайний момент? У меня еще четыре пятых резерва в наличии! Я подскочил к девушке и, опустив руку на плечо, так же мучительно медленно, по слогам прокричал ей:

– Перекатами уходим! Ты первая! Прикрываю!

Я вспомнил, наконец, что у меня тоже есть заклинания массового поражения. Мой вариант «Облака холода», проморозить массу метра на два вглубь. Не сейчас, пусть Алёнину корку взломает. И получившимся огненным шаром сверху. Нет, ошибка! Оттает! Куда сбросить энергию от заморозки? В боковой проход!

Алёна, похоже, поняла и приняла мои слова и, прикусив губу и не отпуская чётки, двинулась к выходу. Наша задача притормозить врага, а не стоять нерушимой скалой. То есть драпаем, но чуть медленнее, чем двереносцы.

Пока я, пятясь задом наперёд, передумал всё это, в глазах прояснилось. Твою дивизию! Стенка ещё держалась, хоть и начала трескаться, но из пола проросло полтора десятка фигур! Бросил подготовленное заклинание почти в упор, так, что от холода защипало кончики пальцев. Но они сразу отогрелись от возникшего над рукой огненного мячика, который я бросил не в боковой проход, а в первый же наплыв, проломивший корку на основной массе. Пока мой подарочек делал свою работу, я отбежал ещё на десяток метров. На бегу махал руками Алёне – уходи дальше, уходи! Поспешно сформировал ещё одно заклинание заморозки и, обернувшись, задал точку фокуса на шевелящейся поверхности гнуси. Со злорадством увидел, что замерзшие ранее фигуры частично раскололись от взрыва огненного шара, но признаков жизни не проявляют. Биомасса покрылась коркой инея. Отвалившиеся кое-где куски льда явили цвет гнилой капусты.

Шамана и ассасина не было видно. Я побежал мимо отрешённо-хмурой Алёны не столько с целью уступить ей право следующего удара, как для проверки коридора. И просчитался – то ли промороженный слой оказался тоньше моих расчётов, то ли замок сильнее. Так или иначе, когда я вбегал в коридор, за моей спиной опять сверкнуло. Обернуться, три стрелы по отросткам, прикрывая отступающую Алёну. Сил у меня ещё на пять-шесть заморозок, по две на зал и одна-две в запасе.

Дальше всё так и слилось в памяти: я морожу, придумываю, куда сбросить излишки тепла, убегаю, вспышка за спиной, остановиться, отстреливать наросты, пока их не станет слишком много. Опять заморозка – и очередной перекат. Как там говорил шаман? «Ещё три зала»? В первом мы расстались, но потом было ещё четыре! Это не считая одной галереи и коридоров между ними. После галереи, украшенной десятком кривых столбов, мы уже просто убегали, решив драпать, пока не догоним своих. Казалось, мы научились понимать друг друга без слов. А может, так оно и было. Не стоит и упоминать, что из ускоренного режима я к тому времени вывалился. Тем не менее, один раз пришлось замораживать начавший сжиматься коридор перед нами. В итоге у меня осталось процентов пять от первоначального запаса. На одну дохлую молнию или полторы лечилки. В результате после прохода этого сфинктера пришлось бросать за спину одну из гранат, подаренных шаманом. Сзади что-то зашипело и взвыло чуть другим тоном, чем до того. Сработала ли граната, и если да – то как, я не знаю, не было времени и желания оглядываться.

Вот, наконец, свет в конце тоннеля, долгожданный двор! Вопреки моим опасениям, он не был заполнен зелёной слизью, но и шаман с ассасином нас не ждали. Так, не понял? Руины телеги должны быть слева от выхода, ещё левее – пролом в стене. А пролом – справа, телега за ним. Как будто замок повернулся вокруг своей оси на четверть оборота против часовой стрелки. Или, наоборот, стена и двор крутанулись по часовой.

Или я слишком увлёкся рассматриванием двора, или преждевременно расслабился, решив, что главная опасность позади – не знаю. Но наказание последовало незамедлительно. В проёме входных ворот появилась тварь, неотличимо похожая на ту, что пыталась украсть дверь, и метнула в меня здоровый булыжник. Я отскочил в сторону от траектории снаряда, но недооценил суть и коварство местных камней. Валун на лету «поплыл» и вдруг выбросил в стороны четыре отростка, превратившись в эдакий гибрид безголового кота и ножа от мясорубки. Одна такая лапа рубанула меня по левому колену. Вспышка боли, хруст, докатившийся до сознания по всем костям и нервам, и колено, как мне показалось, согнулось куда-то в сторону. Я начал заваливаться на бок, когда вторая лапа хлестнула по бедру, распоров его тремя когтями и, кажется, перерубив кость как минимум одним из них.

Налитое гормонами до бровей тело позволило ещё сделать в падении поспешный выстрел навскидку, но стрела прошла мимо головы твари. И тут я рухнул на камни двора, подмяв под себя раненую ногу. Я хотел выхватить меч и ударить по упавшей рядом метательной дряни, но не знаю, смог ли хоть дотянуться до рукояти – картинка перед глазами схлопнулась в яркую точку, звон в ушах.

Всё.

Глава 4

Какой-то назойливый гул. Нет, голос. Чей это голос, о чём говорит? Страх, злость, забота – всё вместе, странно…

Из мути начали выделяться отдельные слова:

– … ну, давай же! Не смей оставлять меня тут одну, слышишь?!

– Не дождётесь, – просипел я и открыл глаза.

Открыл, правда, только со второй попытки, увидел над собой женское лицо, пепельные волосы, закушенную губу. Что это с ней такое? Ой, ё.… Это не с ней, это со мной «что такое». Я вспомнил, как внезапно разлапившийся булыжник распахал мне ногу. Странно, слишком хорошее самочувствие у меня для «после такого». С другой стороны, Алёна при случае и воскресить обещала.

– Вить, ты чего? Я тут одна… Голова не кружится? С глазами всё в порядке, не плывёт перед ними, не двоится?! – в голосе моей лекарки послышалось профессиональное беспокойство.

– Да нет, это так, присказка, всё хорошо.

– Напугал ты меня…

Усталые серые глаза всего в сантиметрах двадцати от моего лица, какой-то нездоровый румянец. Я, не задумываясь о том, что делаю, приподнял голову и легонько поцеловал в уголок губ:

– Спасибо…

Алёна, расширив глаза, отшатнулась от меня. Как мне показалось, скорее удивлённо, чем испуганно или обиженно. Она поднесла руку к лицу, коснулась пальцами того места, куда пришлась моя неожиданная для нас обоих ласка. При этом кулак естественным образом разжался и чётки, подарок Арагорна, выскользнули и упали мне на грудь.

Девушка вздрогнула всем телом, глаза её закатились, и моя спасительница рухнула в обморок. На лицо мне плеснуло что-то горячее. Я, вскочив на ноги, провёл ладонями по щекам и увидел, что они все в крови, которая довольно бодрыми ручейками продолжала катиться из ноздрей Алёны, стекала по губам и щеке, пачкала выбившийся из причёски локон. Не задумываясь, я упал на колени рядом с клириком и вложил половину остававшегося энергозапаса в лечение. Кстати, сил оказалось заметно больше, чем мне помнилось на момент выхода. Я так долго был без сознания, или наша блондинка при лечении подзарядила меня? Не важно, потом пойму.

Безжалостно распотрошив один из своих перевязочных пакетов, я вытер лицо своей спутницы тампоном, пропитанным травяным отваром. Вроде бы кровь остановилась. Кстати, текла она не только из носа, но и из ушей Алёны.

Я оглянулся вокруг и с трудом удержался от ругательства – мы, оказывается, были всё ещё во дворе замка! Нет, я понимаю, я не пушинка, да и снаряга моя тоже весит прилично – я выходил из Резани в расчёте на автономку дней в десять и не планируя возвращаться, так что мой рюкзак весил всяко не меньше Алениной брони, а если ещё оружие посчитать… Но неужели нельзя было вытащить наружу, пусть и без вещей?! Нас же тут сожрать могли! Разве что…

В глаза бросилась одна деталь – широкая кровяная дорожка от места, где я очнулся, в сторону замка. И кровавое пятно на той стороне. Да уж, похоже, у меня крупный сосуд лопнул, если бы сестрица Алёнушка меня тащила наружу до лечения, то точно бы воскрешать пришлось. Прости, родная, за упрёки, и ещё раз спасибо тебе огромное.

Я подхватил не самое хрупкое тело на руки. Чуть легче, чем половина двери, но ненамного. Не уверен, что вылезу по этим камням. Остается надежда, что здесь и сейчас мои умения будут работать, как надо. Я, вначале осторожно и неуверенно, а потом щедро расходуя весь оставшийся запас, подпитал свои физические силы за счёт магии. Сработало! Внимательно выбирая дорогу и осторожно ощупывая ногой каждый камень, я карабкался к пролому в стене. Странно, такое ощущение, что с какого-то момента замок полностью утратил интерес к нам с клиричкой.

Двигался я неторопливо, оставалось много времени для размышлений. Например, о том, что команда из нас получилась, мягко говоря, никакая. Да, мы, скорее всего, справились с задачей. Но именно как команда не работали и пяти минут. Несогласованные, суматошные действия шайки индивидуалистов. Мы не только не знали толком возможностей и слабостей друг друга, но даже и не пытались ни узнать их, ни согласовывать свои действия или хотя бы действовать с оглядкой на спутников. Нет, больше я в такие авантюры с неизвестным составом участников и без времени на подготовку и слаживание не пойду! Чем дольше думаю, тем больше нахожу моментов, когда мы выжили не столько благодаря, сколько вопреки своим усилиям! Хотя, что это я?! Если Арагорн не увильнёт от исполнения моего желания, то скоро эти мысли приобретут отвлечённый и гипотетический характер.

Так, вот и твёрдая земля. Ещё с гребня осыпи я увидел, что нас с Алёной никто не ждёт. Надеюсь, с нашими товарищами всё в порядке. Надеюсь даже не для того, чтобы закончить свои дела с Игроком, а просто потому, что здесь каждый земляк (от слова «Земля») воспринимается как близкий родственник. Я покосился на «родственницу» в своих руках. От её точёного носика вновь протянулись две лаково сверкающие тёмные полоски. Так, надо как минимум устроить её поудобнее. Ага, вон там, примерно на двух третьих пути от стен к туману, под деревцем.

Я пристроил голову Алёны на своём рюкзаке, вновь стёр кровь. В ноздрях начали набухать новые капли, но очень медленно, ничего общего с первоначальным выплеском. Да и тогда на меня буквально десяток капель попало, просто размазал сильно и перенервничал, потому показалось что крови гораздо больше, чем было. Всё равно мне её лечить в плане магии нечем. Уложить правильно, что ещё? Дыхание облегчить, для чего снять бригандину. Так, где же это расстёгивается? Конструкция намного заковыристее того, что раньше приходилось снимать с женщин, даже корсет на шнуровке был проще – там эту самую шнуровку хоть видно было, а крепёж брони – место уязвимое, его от противника прятать желательно. Так, снял железяку. А под ней – ещё одна! Кольчуга называется. И эта изящная деталь дамского гардероба, вся из кружавчиков, снимается, как правило, через голову. И весит прилично, особенно для раненной девушки. Помучиться пришлось, в первую очередь из-за желания как можно меньше тревожить пациентку. И вот, наконец, нижнее бельишко – стёганный поддоспешник. Расшнуровать его расшнурую, но снимать не буду, а то ещё поймут неправильно. Та же Алёна – сначала не так поймёт, потом воскрешать будет. Потом опять сознание потеряет, а мне её снова откачивай, рискуя новым непониманием.

Это я так шутить сам с собой пытаюсь, неудачно, знаю. Но слишком уж ситуация неприятная. Сидеть здесь неведомо сколько с бесчувственной девушкой неуютно и страшновато. В туман её нести тоже не хочется, странное это место, непонятное и, помимо костра, опасное. Так, у меня же есть настойка укрепляющая! Конечно, тому бальзаму, что мне Арагорн, спасибо ему за это, при переносе подсунул, не чета, но гораздо лучше, чем просто ждать. Я аккуратно приоткрыл рот Алёны и тихонечко, по капле, влил туда пару ложек укрепляющего. Теперь самому хлебнуть – и ждать.

Вот, кстати, ещё одна животрепещущая тема для размышлений – плюсы и минусы лука по сравнению с огнестрельным оружием. Точнее, главный на сегодня минус моего нынешнего снаряжения. Нет, это не меньшая скорость снаряда или невозможность стрельбы лёжа. А боекомплект. Сравните размеры и вес патрона, хоть того же 7.62х39, знаменитого и пресловутого «промежуточного образца 1943», со стрелой. Я уж молчу насчёт противопоставления боеприпаса для СВД и арбалетного болта. У меня с собой было сто стрел. Казалось бы – немного, а это два полных колчана, больше десяти кило вместе с тарой. Разумеется, стрелы можно подбирать и использовать повторно. Но – не всегда. Например, в первой стычке во дворе мне четырнадцать стрел поломали на дрова – и монстры, и друзья, наступив ногой в пылу боя. Наконечники оторвал и в рюкзак упаковал. Шесть нуждались в ремонте, а ещё четыре я просто не нашёл. Второй пример – наше отступление. Только в том зале, где мы расстались с Лексом и Димой, осталось штук тридцать стрел, и вернуться, чтобы подобрать их, шансов не было.

И что мы имеем в сухом остатке? А имеем боекомплект в четыре стрелы – и все из тех, отложенных для ремонта. Нет, есть ещё три артефакта в форме стрелы, прихваченных из арсенала Замка – но использовать оружие абсолютно неясного происхождения и назначения наобум, это не ко мне. Как тот анекдот про обезьяну, бомбу и ножовку. Короче говоря, лук можно смело паковать и прятать подальше. Например, на место глефы, а её, родную, в руки. Уже слышу возражения, что стрелу, дескать, можно самому сделать, в отличие от патрона.

Можно. Поинтересуйтесь у знакомых реконструкторов или на форумах – сколько это занимает времени? Одна качественная (подчёркиваю это слово) стрела по аутентичным технологиям – это минимум часа три работы, не считая времени на приготовление лака и клея, а также на их высыхание. Это значит, мне, чтоб возместить сегодняшний боекомплект, надо триста рабочих часов – месяц работать по десять часов в сутки, не считая перерывов на еду и иные физиологические нужды, без праздников и выходных. Хорошо, что местные эльфы вывели и расселили в лесах карсиал, который даёт практически готовые древки стрел! И клей заодно…

Алёна все ещё без сознания или спит. Я наклонился поближе, прислушался – дышит, неглубоко, с рваным ритмом – но дышит. Хвасталась – «я полк подниму!», а сама одного меня вылечила, и с ног долой. Стоп, она сознание потеряла, когда чётки уронила! Откат из-за резкого разрыва связи? Тогда это я виноват, блин. Кстати, где они, чётки? Вроде бы в карман сунул, в левый. Я похлопал себя по бокам. Точно, вот они. Запустил руку в закрома, чтоб достать этот предмет культа – и чуть не закричал от боли и неожиданности, мою конечность как будто высоковольтным разрядом скрючило! Что за ерунда такая, я ж их в карман сунул без каких-либо последствий, подхватил в воздухе, когда они с моей груди на землю летели, и в карман бросил. Ничего не понимаю…

Так, интересно, а по голове меня не били во дворе этого замка? Хожу тут перед девушкой наполовину без штанов, поскольку левая штанина явно была измочалена в клочья. Не знаю, чем она мешала Алёне, но девушка отрезала её почти под основание и куда-то выбросила или спрятала. С другой стороны, запасные штаны – в рюкзаке, рюкзак под головой у Алёны, поскольку он оказался единственным кандидатом на подушку, у напарницы вещей с собой не было, кроме брони и оружия. Придётся завернуться в плащ, благо он длинный.

Я сел на пятки лицом к замку в двух шагах от девушки, уложив рядом глефу. Раз уж выдалось относительно свободное время, но при этом нельзя поспать – займусь-ка я текущим ремонтом, даже четыре стрелы лучше, чем ни одной. В определённой ситуации могут оказаться спасительными. Угу, уже занялся – инструменты в рюкзаке, рюкзак под головой у «сестрицы Алёнушки». Хм, вот именно как сестру её воспринимать хочется всё меньше и меньше, если честно. Чай, не извращенец какой.

Если переодеться и ремонтом заняться не получается – устрою себе «разбор полётов». Уж чего-чего, а ошибок я наделал немало. Да и вообще проанализировать свои действия и действия соратников в плане оптимизации полезно будет. Минут через сорок размышлений я решил размять ноги и осмотреться на всякий случай. Глянул на Алёну – и пошёл круги наворачивать, мне вообще не ходу лучше думается.

На границе тумана я увидел, как что-то блеснуло на земле. Точнее, земли как таковой тут и нет, но каждый раз проговаривать, пусть и про себя, «твёрдая поверхность, воспринимаемая как каменистая равнина» – слишком уж длинно и заковыристо. Так вот, я заметил на этой поверхности металлический отблеск. Сторожко оглянувшись по сторонам, я подошёл поближе и наклонился к заинтересовавшему меня предмету. Вон ещё блестит, и ещё.… Какие-то куски металла, и вот этот, который самый большой, что-то смутно мне напоминает. Двигая обломки кончиком ножа, я принялся собирать головоломку. Вскоре обломки сложились в дважды странный клинок – странно выглядящий и странно знакомый. Я призадумался. Точно! Очень уж эта находка похожа на лезвие одного из тех ножей, которыми Лекс хвастался.