290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » День Валлума (СИ) » Текст книги (страница 2)
День Валлума (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 06:00

Текст книги "День Валлума (СИ)"


Автор книги: Кэтрин_Фокс




Жанр:

   

Фанфик



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)

После слов турианки, выдернувших Вирибиса из раздумий, он с некоторой растерянностью оглядел громоздкие вещи, которые только помешали бы пока парень и девушка лезли бы наверх.

– Пока нет. Но потом можем за ними вернуться, если что. Пока что тут останься.

Турианец стер кровь, взял фонарик в зубы и потянулся к лестнице. Оказалось, что до следующей двери лезть надо было довольно долго. Наверху, над дверью, была небольшая узкая площадка с перилами и какая-то механическая панель управления с рычагами, кнопками и разными кранами. Все было подписано, но не на турианском. После нескольких попыток это прочесть, он даже кое-что понял, но лучше было уточнить.

– Ори, лезь сюда!

Дождавшись команды, Ори до последнего сопротивлялась грядущему. Лезть внутрь пустоты ей, определенно, не хотелось. Было в этих мыслях что-то ужасающе леденящее. Она прижала ладони к шее – точно, пальцы стали холодными, словно, у мертвеца. Страх настолько сковал её, что девушке с трудом удалось дотянуться до металлического выступа ступеньки. Скользнув когтями по гладкой поверхности перекладины, холодная ладонь крепко сжалась. Следом в шахте появилась левая нога. Нащупав носком ботинка ступеньку по уровню, Ори осторожно уперлась в неё. Переведя дух, она наконец отпустила край двери и резко перенесла свой вес на лестницу. Подкралось предательское желание посмотреть под ноги. Но, прислонившись лбом к холодному металлу, она закрыла глаза, пытаясь отречься от наплывших мыслей.

– Вирибис! – Ори посмотрела вверх, подсвечивая следующую ступеньку, – а ты думал над тем, что всё же произошло?

Турианец задумался, потому что до этого момента действительно не было повода подумать, что случилось. Первое же логическое объяснение было землетрясение, он и выпалил:

– Землетрясение просто.

Вдруг он вспомнил, что как-то раз слышал диалог у кого-то в гостях, когда обсуждали катаклизм в горах, и говорящие сошлись на мнении, что повезло жить не в гористой местности и ничего подобного тут быть не может. Следующее объяснение – что-то взорвали, но он пока решил не говорить это турианке, чтобы она не начала паниковать по поводу отца, да и самому ему было немного не по себе от такой мысли.

– Не знаю. Землетрясение. Наверное.

Держась вплотную к ступенькам, Ори сделала первый шаг вверх, с трудом дотянувшись до верхней перекладины и с не меньшим усилием оторвав каменные ноги от нижней.

– Мы в школе изучали, что землетрясения в этом районе крайне редки. Тем более, разрушительные. Очаг образуется в месте встречи литосферных плит, а ближайшая к Валлуму граница находится довольно далеко. Город практически целиком стоит на большой плите. – Она проговаривала школьный курс географии вслух, повторяя всё близко к тексту учебника. Ори не была зубрилой, но отлично запомнила все, что приходилось читать.

С каждым предложением она старалась увереннее карабкаться наверх – не очень выгодно со стороны смотрелся умничающий подросток, боявшийся высоты.

– Так вот. Землетрясения, исходя из глубины, влекут за собой разрушения… фактически снизу вверх. Поэтому в опасных зонах здания строят на сейсмоустойчивых фундаментах. То есть… – Когда странное заключение заполнило мысли, Ори машинально остановилась и подняла голову вверх, словно пытаясь уловить взглядом то самое озарение, – если это было бы землетрясение, способное развалить такое здание, как торговый центр, подземная парковка разрушилась бы до основания, утянув за собой верхнюю часть. Но чем ниже мы были, тем целее казались этажи. Тебе не кажется это странным?

Турианец озадаченно смотрел на панель управления, слушая Ори, особо ничего не понял из того, что она сказала, но ее слова казались довольно убедительными. Чтобы не терять виду, он сначала многозначительно промычал, затем ответил:

– Да, правильно. Не землетрясение. Я не знаю тогда.

Вирибис понимал, что она сама догадается обо всем, поэтому решил не тянуть и будь, что будет:

– Может, взорвали что-то.

Нога соскользнула со ступеньки, но Ори крепко держалась. Прокрутив в голове предложение Вирибиса, она невольно напряглась. Если это было верно, то наверху их ждали разрушения и смерть. Ори не хотела думать о том, что отец остался там и погиб. В сердце теплилась надежда, что он мог вовремя уйти, следом за дочкой, что он где-нибудь, точно так же как они ищет выход. Или, по крайней мере, жив и сможет дождаться прихода спасателей. Подумав об этом, она снова потянулась вверх:

– А сколько мы здесь, по-твоему, находимся?

Сказать, что Вирибис обрадовался отсутствию реакции – не сказать ничего. Он облегченно вздохнул и ответил:

– Не знаю. У меня нет часов. Скорее всего, снаружи уже темно.

Турианец посветил вверх, пыль была, но намного меньше, чем не парковке, так что он сдвинул самодельный респиратор – дышать было можно. Развязав безрукавку, парень раздосадованно хмыкнул. Она была грязная, усыпана всеми оттенками серого, а кое-где и черного, куда попадала кровь.

– Тут, если что, можно уже снять… как его… намордник.

Он сразу же натянул безрукавку на себя. Было и так прохладно, а стало еще холоднее – она-то мокрая – пришлось опять снять. Ори последовала примеру Вирибиса. Стянув майку турианца с лица одной рукой, она оставила её на шее завязанной. Так дышать оказалось легче, не смотря на бетонную взвесь в воздухе.

– Наверное, мы здесь не меньше трёх часов. Мой коммуникатор сломан – время не посмотреть. А спасателей до сих пор не видно и не слышно. Наверное, там что-то серьезное. Вдруг это из-за террористов из пустоши? – Она рассуждала вслух, карабкаясь медленно и осторожно. – Отец говорит, от них одни проблемы на Таэтрусе. – Преодолев очередную ступеньку, Ори потянулась к следующей.

Такие рассуждения о террористах, которые по мнению Каринирисов были просто оппозицией, Вирибиса начала одолевать ярость.

Неожиданно под ногой Ори что-то жалобно скрипнуло, и турианка не поняла как оказалась повисшей на одних руках. Запаниковав, она попыталась упереться ногами в стену, но та оказалась скользкой и влажной – очевидно, откуда-то сверху стекала вода. Всхлипнув под накатившим страхом, турианка снова потянулась. Но перекладина пошатнулась и угрожающе заскрипела, дав понять, что в любой момент могла отвалиться, как нижняя.

– Вирибис! – Ори завизжала, вцепившись в дрожащую ступеньку.

Парень направил фонарик вниз, оценил ситуацию, увидел турианку и упал на землю, ухватив ту за руку. Турианец подтянул ее к себе и за ворот куртки вытащил на площадку. Не отпуская, он ответил, постепенно повышая голос:

– Значит так, слушай сюда. Еще раз ты назовешь их террористами – будет плохо. Очень плохо. Какого черта ты мне говоришь, что те, кто желает процветания своей колонии, убивают простых людей, за которых борются, а? А?! – разом он изменил интонацию и спокойно продолжил, хотя внутри еще подгорал, – не цитируй СМИ, а теперь иди к панели управления и скажи мне, что там написано.

Вирибис поднялся и отошел, рукой приглашая к рычагам, провожая турианку холодным взглядом. Ошеломленная неудачным подъемом и неожиданной реакцией Вирибиса, Ори злобно глянула на последнего и молча поднялась. Спорить с турианцем было чревато неприятным исходом. Особенно здесь и сейчас – пустота внизу заставила бы молчать даже самого смелого. В сердце окрепло недоверие к Вирибису. Но вместе с тем, девушка понимала, что одна ни за что не добралась бы до этого места, а сидела где-нибудь внизу, в одиночестве и растерянно смотрела бы по сторонам.

Уставившись на панель, она поняла, что язык на котором были написаны указания – галактический стандартный, на котором писались всевозможные инструкции, указатели и правила.

– Всё просто, – дрожащим голосом заключила она, – это аварийное управление. Этот рычаг открывает дверь. – Она ткнула пальцем в красную рукоятку в центре панели.

– Так потяни же за нее скорей. – Вирибис развернул ладони вперед и слегка их развел, а сам чуть пригнул ногу, смотря с некоторой издевкой.

Ори снова недовольно глянула на турианца и взялась за рукоятку двумя руками. Потянув ее вниз, какое-то время девушка ничего не слышала и не чувствовала, будто механизм проигнорировал активацию. Но, с запозданием, двери откликнулись ровным шипением поршней.

– Отлично сработано, напарница! – Обратился турианец к Ори, все еще злясь.

– Так… Что теперь?

Вирибис подобрал фонарик, который лежал на полу, и лег, просунув голову и руки под перилами, подсвечивая дверь:

– Тааак… О!

Он нашел выемки в дверях, до которых еле дотянулся и с трудом отодвинул сначала одну дверь, затем другую. Тусклый свет наполнил шахту. Вирибис встал и пошел к лестнице. Ступенек там уже не было, так что, чтобы попасть в открытый проем, надо было изловчиться.

– Никуда не уходи. – Парень так же с издевкой подмигнул и начал спускаться.

Нащупав последнюю уцелевшую ступеньку, он потянулся ногой к двери, зацепился носком ботинка и потянул на себя. Так, проем стал больше, но дотянуться до пола входа все равно трудно. Протянув фонарик Ори, он продолжил.

– Держи фонарик и свети в дверь, чтобы я видел, куда наступать и за что цепляться.

Ори хотела ответить подобной издевкой, но лишь послушно взяла фонарик и включила свой. Мысль о том, что они скоро выберутся наружу, согревала, и поэтому она со стороны наблюдала как Вирибис карабкается к двери, не обронив ни слова.

Турианец, поглядев по сторонам, увидел выступ над дверью, за который можно зацепиться рукой и запрыгнуть вовнутрь, но акробатом не был, так что нужно было что-то другое. Прикинув высоту дверного проема, он понял, что надо пытаться дотянуться до пола, держась за выступ. Не хотелось совсем экспериментировать, но выбора не было. Вирибис подполз поближе к краю лестницы, ухватился за верх и стал тянуться ногой вниз, но все никак не мог попасть. Махнул ногой аккуратно, чтобы проверить, где пол, уткнулся носком ботинка в стенку, приподнял ногу и встал на пол. Сердце колотилось со страшной силой, отчего кровь начала с новой силой течь из раны, но последний рывок – и парень неуклюже вывалился в проём на этаж. То, что он увидел, шокировало его до ужаса. Все было разрушено, везде лежали куски конструкции здания. Не желая на это смотреть, он отвернулся и подошел к двери, тихо и спокойно обратившись к турианке:

– Ори, лезь сюда. Я помогу, если что.

Девушка, сев вплотную к краю площадки, робко свесила ноги. Опираясь на руки, она неторопливо слезла вниз. Потянувшись к двери, она почувствовала, как Вирибис подхватил ее руку и уверенно дернул к себе. Через мгновение, Ори стояла на пороге входа в шахту. Открывшийся вид полуразрушенного коридора заставил забыть порадоваться маленькой победе. Обеспокоенно зыркнув по сторонам, Ори лишь произнесла:

– Я хочу домой…

========== Глава 4 ==========

***

От потери крови у Вирибиса начинала кружиться голова. Он, в очередной раз, смахнул кровоподтек со лба и, вздохнув, начал оглядывать масштабы бедствия. Было хорошо слышно, как шумел мощный поток воды, но откуда, турианец пока не сообразил. Он покрутил фонариком из стороны в сторону. Краем глаза турианец увидел что-то, что не было похоже на обломок. Наведя луч, он осветил тело, которое, видимо, уже было безжизненное. Он вздрогнул, машинально сделал шаг назад, не в силах что-то сказать, и просто стоял с приоткрытым ртом. Хоть мертвых он и раньше видел, в том числе убитых, Вирибис все равно был шокирован.

– Куда теперь? – поправляя куртку, Ори шагнула вперед и ткнулась в замершего на месте турианца.

Подняв взгляд, и, медленно переведя его с Вирибиса на вздрагивающий луч фонаря, Авемис остолбенела. Чья-то окровавленная рука безжизненно торчала из-под металлической мишуры потолочного освещения. Чем дольше Ори смотрела в точку, которую освещал фонарь, тем отчетливее становились очертания бездыханного тела, прикрытого мусором. По спине и где-то под плечевыми пластинами пробежал холодок. Замерев, Ори притаила дыхание. Внутри боролись два чувства – страх, пробирающий до мозга костей, и откровенное удивление от неожиданной «встречи». Через мгновение она, впритирку скользнув мимо Вирибиса, буквально отпрыгнула к ближайшему дверному проёму.

– Надо уходить! Надо найти папу! Я не останусь больше здесь! Где мы?! – Её голос дрожал, а на глазах навернулись первые за вечер слезы, которые она была не в силах сдерживать.

Не дождавшись ответа, она машинально начала рыскать взглядом по уцелевшим указателям, скользя по стенам бледным лучом фонаря. Наткнувшись на рекламный плакат с улыбающийся азари, намекающей, что слова «Это лучший бренди с Тессии» – истинная правда, Ори сообразила, что они были не так далеко от продуктового отдела. Надо было лишь знать, куда идти.

Всполошившаяся спутница привела Вирибиса в чувства. Неособо соображая, он медленно начал отступать к ней, продолжая освещать фонарем погибшего. Он в данный момент уже был уверен, что это взрыв и что погибли невинные люди. Сердце опустилось в пятки, но он даже не рассматривал вариант, что это были сепаратисты. Это не их метод! Отступая, он споткнулся об обломок и упал, выронив фонарик, который покатился в сторону. Пока Вирибис, матерясь, поднимался, он увидел еще один труп, куда точно нацелился луч фонаря. Турианец буквально отпрыгнул, все сильнее погружаясь в тихую панику.

– Что ты стоишь?! – Требовательно проорала девушка, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнотворная волна стягивающего нутро страха.

Она прислонилась к свободно открывающейся двери и медленно оттолкнула её вперед. Слёзы полились нескончаемым градом. Удушливый запах крови смешанный с пылью оседал в горле незнакомым привкусом. Ори старалась не дышать, упрямо глядя на безвольно скрюченное тело у основания противоположной стены. Силы бороться с рвотным позывом закончились. Ори подалась в темный угол, еле передвигая ватные ноги.

– Это ужасно! Почему так?! – освободив желудок от последнего чаепития, девушка всхлипнула сквозь слезы, утирая рот разорванным рукавом. – Где папа?

Завидев дрожащий лучик фонаря в проеме, она напряглась. Страх и ярость смешались в ядовитый коктейль, отравляющий светлый пока еще детский ум. В один рывок Ори оказалась у двери. Резко потянув ручку на себя, она услышала как замок щелкнул, разделив пространство между ней и Вирибисом. Бегло осмотревшись по сторонам, турианка нашла кусок основания облицовки. Просунув его в зазор ручки, она зафиксировала самодельный засов. Почувствовав секундное успокоение, Ори испуганно посмотрела сквозь небольшое окошко в двери на не менее удивленного Вирибиса.

Турианец по-настоящему растерялся от увиденного и услышанного. Уперевшись в закрытую дверь, он вполголоса проговорил:

– Ори, дверь захлопнулась, открой.

– Это всё из-за этих… сеп-п-паратистов! – Заикаясь выпалила Авемис, намертво вцепившись в дверную ручку. – И ты такой же! Можете только обкрадывать и убивать честных граждан!

Слова про сепаратистов снова подействовали на Каринириса, как красное на быка:

–Что ты сказала?! Я никогда никого не убивал, и воровал только потому, что твое любимое правительство кинуло нас! – голос повышался с каждым словом, начиная становиться снова хрипловатым, – ты такая же, как все они! Ты считаешь, что бедные не имеют права на жизнь, а такие, как семья Каринирисов с парализованным отцом и сыном-раздолбаем, который с девяти лет начал всеми способами добывать деньги, как мог, должны сдохнуть! Они платят издевательски ничтожное количество денег по инвалидности отца, большая часть которых уходит на страховку. И два раза в месяц нам нечего есть!

Вирибис со всей силой врезал по двери, от чего рядом упал светильник, и без того державшийся на соплях. Приглушенная ругань прервалась небольшой паузой, а сам турианец потирал руку, которая после такого удара начала довольно сильно болеть, сбив его с мысли.

– Отговорки! – припоминая слова родителей, скептически настроенных против подобных выпадов на систему и работу Иерархии, Ори начала судорожно оглядываться по сторонам, стараясь не задерживать взгляд на трупе возле стены. Подперев спиной содрогнувшуюся под ударом Вирибиса дверь, она принялась искать возможный выход. Ей, просто, хотелось убежать подальше от свалившегося ужаса и от ненадежного спутника. – Иерархия помогает слабым! Важен каждый! Ты уже мог бы пойти в армию! И тебе помогли бы пристроить отца на время твоей службы! Папа…

Она обреченно скатилась на пол, поджав колени и обняв их. Шмыгнув носом, она уткнулась лбом в истерзанную ткань некогда новых штанов.

– Я не уйду отсюда, пока не найду его, – полушепотом произнесла девушка.

Встав перед окошком, она встретилась взглядом с Вирибисом, который всё еще ожидал, что турианка откроет дверь. На него внимательно смотрели заплаканные глаза: не по-доброму и совершенно не по-юношески твердо. У турианца в груди ёкнуло от такого взгляда, но он продолжил гнуть свою линию, произнеся слова предельно спокойно:

– Мне отсрочили призыв в армию на год, потому что я опекун отца.

Дрогнув мандибулами, Ори молча развернулась и, торопливо убегая от совести, направилась к первому попавшемуся переходу. Увидев, что турианка уходит, Вирибис снова раздухарился:

– Им на него насрать! Они не хотят платить за его лечение! И на меня насрать, потому что знают, что рано или поздно он умрет, лишь тогда меня призовут! Жизнь турианца – это формальность для нашего устоя! Все, что им нужно – это пушечное мясо, готовое слепо пойти туда, куда покажут указкой сверху! Ты не видела того, что видел я, ты даже не была в бедных районах, в трущобах, самостроях, куда даже полиция не заглядывает! А я там вырос! И уходишь, потому что не хочешь знать правды! Ты не хочешь знать, как живут те, кто не родился в богатой семье, где-нибудь на Палавене, как ты! Ты точно с Палавена, оттуда присылают военных, чтобы бороться с угрозой, которая существует только в новостях! А на реальные проблемы они закрывают глаза! Я здесь прожил всю свою сознательную жизнь. Мне нет смысла врать, потому что мы на уже тонущем корабле! Розовые очки бьются стеклами вовнутрь, Ори!! – Последнюю фразу он выпалил срывающимся голосом, чтобы убедиться, что турианка услышит, – иди и не возвращайся! И тем, кто придет за нами, скажи, что сама выбралась, а меня пусть пристрелят как варрена, потому что я против всего того, что устроили преступники во главе нас!

Вирибис снова ударил по двери, но уже ногой и слабее, усвоив предыдущий урок и окончательно разочаровавшись в напарнице. Не желая дальше продолжать этот разговор, он просто пошел, куда глаза глядят и где можно пройти, забыв даже подобрать фонарик с пола.

***

Вирибис шел, отпинывая в сторону небольшие куски обвалившейся кровли. Постепенно он начал успокаиваться, вспомнил заплаканный взгляд Ори. Сердце сжалось, а ярость быстро отступила. Турианец даже в растерянности остановился. В голове начали проноситься мысли, что зря он так сорвался – у него ведь тоже есть отец, которого он любит; а вдруг с ним что-то случилось тоже? Хотя нет, вряд ли, Клунги далеко отсюда. Но вот Ори… При таком взрыве ее отец явно не выжил, разве что тоже успел спуститься под землю. А что если она права? Вдруг это правда сепаратисты устроили? Да нет, не может быть такого. Это не их метод. Зачем убивать свое население?

Голова начала кружиться сильнее, а капля крови попала в глаз и начала щипать. Вирибис по инерции прислонил к ране свою безрукавку, которую нес в руке, но почувствовал сильное жжение. Естественно – она вся в пыли, занес теперь в рану себе бетон – за все время блуждания безрукавка так покрылась пылью, что и не было видно особо, какого она цвета. Надо найти аптеку, причем срочно, но вот что, кроме бинта, могло бы ему помочь? Турианец не особо понимал в медицине, но знал, что кровь надо остановить, иначе он может умереть.

– О, магазин. – Парень непроизвольно произнес, увидев небольшой ларек.

Прямо у входа он увидел еду – то, о чем мечтал уже второй день. Даже не убедившись, что никого рядом нет, он накинулся на бутерброды, лежащие в холодильнике. Однако, съел он их только два и понял, что уже объелся. Посмотрел вглубь, но света было недостаточно. Тут турианец и понял, что фонарика нет, и тут же подумал, что забыл его там, где разошелся с Ори. Пришлось идти обратно.

Дойдя к той самой двери, он подобрал фонарик, стараясь не смотреть на мертвеца, которого он освещал. Вирибис легонько толкнул дверь, убедился, что она все еще заперта, и крикнул:

– Ори!

В ответ была лишь тишина. Хотел было извиниться, что так взбаламутился, но передумал и пошел обратно к магазину. С фонариком масштаб разрушения казался гораздо больше, тут и там он видел еще пару мертвых. Турианец был в глубочайшем шоке, он не мог себе представить, сколько еще было оборвано жизней, сколько народу увидит своих родственников, только чтобы отправить их в последний путь, сколько осталось сирот. Это ужасало его все больше и больше, в итоге он просто выключил фонарик, потому что просто больше не мог на это смотреть.

В этот момент он вновь осознал, что где-то шумит вода, и стало интересно где. Медленно продвигаясь на звук, он все ближе подходил к выходу из центра. По крайней мере, к тому, что там уцелело. При лунном свете он увидел, что от небольшой набережной не осталось вообще ничего, а река будто в горную превратилась – такой был мощный бурлящий поток. Лицевая стена обвалилась, некоторые особенно большие куски остались лежать в воде. Теперь возможность просто выйти резко обнулилась в голове парня, разве что где-то был запасный выход с другой стороны здания. Сколько раз тут был, ни разу его не видел.

Турианец снова включил фонарик, но уже светил только на вывески, а не на пол, чтобы больше не наткнуться на трупы. Сбоку была аптека, но большая ее часть обвалилась вместе со стеной, что сильно затрудняло проникновение к уже жизненно важным припасам. Рядом же был алкогольный магазин, куда Вирибис тут же захотел зайти, но головокружение напоминало о том, что срочно нужен хотя бы бинт. Парень подошел к небольшому выступу, по которому можно было попасть в аптеку, но наступать туда было очень страшно – может ведь обвалиться. Пересилив себя, турианец начал аккуратно пробираться по уцелевшему полу, пригнувшись и ведя рукой по стене. К его великому счастью, далее выступ расширялся, отчего Каринирис даже прибавил ходу. Наконец, места стало достаточно, чтобы встать во весь рост.

Внутри осталось много склянок, всяких мазей и всего остального, но ни одно название ничего не говорило турианцу. Найдя бинты, он начал перебирать пузырьки и бутылочки, пытаясь найти что-нибудь, чтобы остановить кровь. Наконец, в руки попалось что-то а лаконичной упаковке и крупной надписью «для остановки кровотечения». Этого, наверное, было достаточно, так что Вирибис начал постепенно пробираться назад. Сердце страшно колотилось, потому что очень не хотелось упасть вниз, а при таком головокружении устоять на ногах уже было трудновато, так что он сделал несколько широких шагов вперед, в конце прыгнув, от чего и фонарик, и бинты, и лекарство разлетелись в разные стороны. Полежав некоторое время на спине, успокаивая дыхание, парень поднялся, все собрал и открыл коробочку, где нашел баллончик. В инструкции было написано просто побрызгать на рану, подождать, потом аккуратно стереть. Вроде, все просто. Вирибис времени терять не стал и от души побрызгал на рану, приготовившись, что будет щипать. Но больно не было совершенно. Жидкость, попав на рану, начала очень сильно пениться и стекать со лба, что парня удивило. Он раз за разом стряхивал густую пену, смешавшуюся с синей кровью, потом повторил процедуру, на всякий случай.

Отряхнув голову, бинтом стер остатки, пальцами прислонился к краям рассечения аккуратно, чтобы оценить его размер, который оказался совсем небольшой. Странно, рассечение небольшое, а крови было ого сколько. Тем не менее, одной проблемой было уже меньше, но надо все еще было зайти захватить себе алкоголь и начать искать более-менее безопасное место, чтобы отдохнуть, а со свежей головой (ну, относительно, учитывая, что Вирибис уже почти подошел к алкогольной лавке) продолжить искать выход.

Схватив включенный фонарик в зубы, турианец пробрался через обломки, лежащие при входе, и начал заматывать голову бинтом как мог, причем процесс этот занял у него немало времени, но все равно парень ходил и выбирал себе «снотворное». Наконец, выбор его пал на распиаренный турианский виски, который он тут же схватил и направился восвояси.

Парень не спеша шел и поглядывал по сторонам, направляя луч фонаря только на вывески. Виски уже потихоньку начинал действовать, но вкупе с головокружением, которое так и не прошло, эффект становился все сильнее, в глазах немного зарябило. Вирибис сел там, где стоял, прислонившись к стене, поставил бутылку на пол и выключил фонарик. В голове начали мешаться мысли, которые слабым голосом турианец начал бубнить под нос:

– Духи! Впервые буду ночевать на кладбище. Это жутко. Не понимаю, почему не все пользуются услугами крематория, там же скидки, вроде. Или это я с каким-то рестораном путаю.

Голос отдавался эхом в собственной голове, Вирибис снова опрокинул бутылку, сделав большой глоток.

– Тут кто-то есть, что ли? – Он начал растерянно смотреть по сторонам, – Странно, почему так темно. Надо воду включить, так дело не пойдет. Если нет окон, то на воде… свете… экономить не стоит. Ох, что ж так голова-то кружится… – Парень посмотрел на бутылку, отпил он немного, – Кто в меня стрелял, а главное зачем? Аэрокара нет все равно у них, а у меня теперь голова болит. Вот суки. – Приложив руку к ране и убедившись, что кровь не просачивается через бинт, он продолжил многозначительным вздохом, – Так, вода шумит. Значит… Нет… Почему тут все равно темно? Вот говорили же, не надо идти на кладбище, все равно не найду. Мда… Все равно я ее тут не найду. Потому что она умная, она в крематорий пошла. – На секунду голова начала соображать немного получше, он вспомнил все то, что только что пробормотал, – Я что, бредить начал?.. Да ну нет, я сразу понял. Я все понял сразу. Бате скажу, что я все понял. Что мать умерла, вот. Он обрадуется, когда узнает то, что теперь знаю я. А то ведь… Он-то думал, что она сюда жить пришла. Вот чокнутая, а.

Голова начала медленно наклоняться вперед, фонарик вывалился из руки, а сам Вирибис медленно свалился на бок, снова стукнувшись раной.

***

Становилось холодно. Ночи на Таэтрусе всегда отличались значительными перепадами температуры. Если днём стояла жара, даже в зимний период, то после заката светила, воздух становился ощутимо холодным, окрестности парили густым туманом, и небо очищалось от облаков.

Стены здания продолжали гудеть и напоминать о произошедшей катастрофе непрекращающейся какофонией шорохов, ударов и скрежетания. Темный коридор юлил между завалами, не давая вариантов движения кроме как вперед. К облегчению, Ори больше не видела ни трупов, ни намеков на чьё-то присутствие. Когда случилось то, что случилось, был глубокий вечер, и это было единственным объяснением того, что в универмаге было немного людей. Девушка надеялась, что тем, кто, также как и она оказались здесь, всё же удалось выбраться. И первым в очереди везунчиков был отец. Робко освещая путь по коридору, она утешала себя раздумьями о том, как отец ищет её, как он также упорно не верит тому, что с Ори произошло что-то крайне плохое. И ведь он будет прав – она здесь, жива, почти здорова, с подвернутой ногой, вся в пыли и в рваном костюме.

Коридор уперся в широкую дверь. Заглянув в круглое окошко, Ори не смогла разглядеть хоть что-нибудь. Приоткрыв одну створку, она осторожно просунулась внутрь. Было тихо. Тихо настолько, насколько это было возможно в полуразрушенном здании.

– Есть кто? – голос скрипнул и растворился в темноте.

На вопрос ответила лишь тишина. Осмотревшись вокруг, Ори поняла, что оказалась в очередном складе, который переходил в широкий коридор, по всей вероятности, ведущий к одному из торговых залов. До носа добрался резкий мыльный запах. Покрутив фонариком, Ори так и не смогла обнаружить источник достаточно знакомого аромата. Вместо него, девушка наткнулась взглядом на высокую коробку с маркировкой «постельное белье». Поежившись от всё более настойчивого холода, она кинула вороватый взгляд в пустоту.

– Есть кто? – Виновато произнесла девушка, последний раз убедившись, что никто не глядит на неё из мрака.

Снова тишина.

Впивши точеные коготки в картонную коробку, она быстренько вскрыла упаковку. Вытащив и аккуратно сложив в угол подушки, Ори добралась до одеял. Выбрав покрывало потолще, она накинула его на плечи, обернув вокруг воротника, словно тогу какого-нибудь древнего турианского стратега или оратора. Запустив левую руку под складки, она продолжила свой путь, подсвечивая дорогу фонариком в правой руке.

Миновав поворот, Ори оказалась в небольшом зале. По всему периметру были разбросаны кучи упаковок, бутылок и коробок с чистящими средствами, порошками и прочей бытовой химии, то тут то там. В центре высилась осыпавшаяся колонна, которая из последних сил держала на себе потолок. Скользнув лучом света по верху, Ори с опаской поглядела на свисающие остатки конструкции осветителей и потолочные панели. Предостерегающее облако пыли сочилось из центра. Внимание Ори привлекло единственное окно, разбитое вдребезги и перекрытое выпавшим из крепежей наружным жалюзи. Но тут же девушку отвлек звук, никак не похожий на «голос» стен. Это был стон. Тихий и протяжный, прерываемый невнятным бормотанием.

«Неужели кто-то живой?!» – пронеслось в голове. Проверив каждый угол фонарем, Ори крикнула:

– Эй, вы где?!

Стоны ничуть не изменились. Турианка смекнула, что несчастного вполне могло оглушить, и, не думая о тревожном виде обрушенной колонны, направилась на поиски. Долго искать не пришлось. За первой же грудой мыльного барахла на полу сидела турианка, спиной к Ори. Девушка осторожно обратилась к ней:

– Мэм… Вы целы?

Турианка не отозвалась, продолжая что-то причитать себе под нос. Под лопаткой странно заныло. Будучи в здравом уме, насколько это могла оценить сама Ори, она невольно сжалась, когда подкралось чувство страха, вместо мимолетной радости от того, что она нашла живую душу в этом разгроме. Почему турианка не отзывается? Оглохла? Почему не убежала через окно? Ранена? «Да, да, да, именно так», – сама себя успокоила Ори и тихонько дотронулась до плеча турианки:

– Мэм…

Резкий разворот и рывок ужаснули девушку. Окровавленная рука вцепилась в покрывало. Потянув Ори к себе, турианка закричала нездоровым голосом:

– Не сейчас! Не сейчас! Не сейчас!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю