Текст книги "Изгнанник отовсюду (СИ)"

Автор книги: Inner voice

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

– Понимаешь местный язык? – спросил он меня на эльфийском. Вблизи оказалось, что он имеет крайне неприятные глаза – черный белок, желтую радужку и красный зрачок как у кошки.

– Более чем, – ответил я. Находиться возле него было неприятно. Аура, которую он имел, словно, была самой смертью – она иссушала настолько, что даже трава, на которой он стоял, желтела и жухла.

– Хочешь пообщаться? – спросил он.

– Честно – не особо.

– Я не про себя. Место зовет тебя уже очень долго, не так ли? Удивительно, что ты до сих пор сопротивляешься.

Он показал пальцем на висящий в воздухе кристалл и приглашающее махнул рукой, иди, мол. Не выпуская его из виду, я подошел к кристаллу.

– Если это те арраны, что я знаю, то он не нападет на тебя в спину.

«Они на моих глазах застали врасплох заставу и убили десятерых прежде, чем кто-то вообще понял, что произошло.

– С ними у них война. С тобой нет. Пока – нет. Положи на него руку.

Поверхность оказалась очень гладкой, словно стекло. И внезапно я «услышал». Как и Оружие, кристалл общался со мной чем-то вроде мыслеобразов, только в отличие от Ножниц, они явственно ощущались чужими, не рожденными моим мировоззрением и памятью. Оно просило защиты – не для себя, для мира. Просило защитить хотя бы один из них, найти способ остановить то зло, что разрушает планету. И обещало помочь.

– Так вот как это делается… Отец гор, как же это было просто… Причем тут зеленые листья? Фиолетовая вспышка в небе?

«Ты о чем?»

– Место Силы разом раскрыло мне все, на что способно твое тело. И еще какой-то бред. По ходу дела я тебе все расскажу.

– Удивительное место, не правда ли? – спросил арран. – Удивительное, но неизвестно зачем созданное.

– Явно не затем, чтобы их разрушать, – ответил я.

– Это не твоя война, человек. Тебе незачем вступаться за этот сброд.

– Скажи хотя бы, почему именно они? – спросил я.

– Ты наверняка знаешь, что мы приходим в чужие миры уже не первый раз, – тот охотно стал делиться информацией. – И каждый раз мы видим одно и то же – грязь и интриги. Вы, люди, хоть и остановились в своем развитии, но сохранили свою честность – если вам кто-то не нравится, вы не станете жать ему руку и улыбаться в лицо, пока точите кинжал за спиной. А эти же… Знаешь, сколько раз их просили о помощи? Множество. А на сколько просьб они ответили? Ни на одну. Теперь о помощи просят они. И точно так же никто не хочет им отвечать.

– Так дело в своеобразной мести?

– Нет, – тот покачал головой. – Дело в честности. Мы уничтожаем далеко не всех и каждый раз тщательно выбираем свою цель. Разве не заслуживают люди нашего прихода? Давно и очень упорно. Но мы не приходим, потому что люди вредят только самим себе.

– А эльфы кому вредят?

– Так вам же! – Разрушитель вскинул руки. – Они устроили из вашего мира охотничьи угодья ради развлечения! Разве ж это честно? Разве справедливо принижать тех, кто не развился до того же уровня? Вот скажи, человек, разве не вызывает в тебе праведной злости то, что эльфы заявляются в ваш мир и устраивают охоту?

– В мой мир эльфы не приходят.

– Зря сказал.

И действительно зря. Если до этого он был расслаблен, то теперь как-то резко подобрался, моментом повысив бдительность.

– Как тебя зовут, человек?

– Прежде, чем спрашивать чужое имя, разве не стоит представиться самому?

Арран расхохотался.

– Знаешь, я начинаю верить, что ты не из Уршалы. Уровень интеллекта не тот, – он обозначил легкий поклон. – Я Борланд, капитан этого отряда.

– Он тебя больше не недооценивает, учти.

– Максим, – я изобразил такой же поклон. – Возвращаясь к нашему вопросу – неужели то, что делаете вы – не то же самое, но хуже? Эльфы, хоть и охотятся на людей, не грозят самому существованию мира.

– Лишь потому что не могут, – Борланд отмахнулся. – Разве ты не слышал, что они говорят о вас?

– О них. Я не оттуда.

– Старые Ритуалы, да? – Разрушитель понимающе кивнул головой. – Даже если ты не оттуда, ты не мог не столкнуться с презрением, с которым эта раса относится к вашей.

В голове всплыл образ Маркуса, подставившего меня ради своих закулисных интриг.

– Мы в целом понимаем подобное поведение и не пришли бы, ограничься все только этим. В конце концов, каждый имеет право на личное мнение. Но устраивать из мира заповедник мы посчитали непростительным. Поэтому было решено этот мир уничтожить.

– Кто вообще дал вам право решать кто будет жить, а кто нет?

– Никто, – легко ответил арран. – Мы сами себе его дали. Но, в отличие от других, мы не злоупотребляем им. Если хочешь, можешь считать нас этакими волками, которые уничтожают лишь больных особей. Своего рода, санитарами, только не леса, а миров.

– Это не более чем оправдание для геноцида ради собственного выживания!

– Не скрою, мы питаем свой мир похищенной энергией, но это следствие, а не причина. Мы все делаем по правилам – выбираем худший из миров, отправляем своего представителя, объявляем войну и вторгаемся. Но если мы ошибаемся, мы отступаем. Мы не всегда идем до конца.

Он кивнул на кристалл, висящий за моей спиной.

– Ты знаешь, что их разрушение обратимо? Стоит оставить мир примерно на сотню лет, как он самостоятельно залечит свои раны.

– Вот только вы не даете ему этот срок.

– Ты ошибаешься, если считаешь, что уничтожение мира приносит нам удовольствие. Это – лишь крайняя мера, когда мир не может доказать, что имеет право на существование.

– И как же он должен это доказать?

– За него должен вступиться кто-то, кто там не живет.

«Он что, специально эту лазейку для меня оставил?»

– Нет, они всегда так жили. Об одном только молчит – должен не только вступиться, но и победить.

– Человек, с тобой у нас еще нет войны, – Борланд подошел ко мне, оставляя за собой цепочку следов увядшей травы. Ощущение иссушения в раз усилилось, он словно что-то выкачивал из меня. – Никто не осудит тебя, если ты просто отойдешь в сторону, никто не ударит тебя, если ты не поднимешь руку. Но если ты хочешь вступиться за них, то прежде подумай, стоит ли оно того. Они никогда не примут факта, что их спас человек, ты никогда не дождешься от них благодарности.

Послышался шум – со стороны стены появился ушедший отряд. Все в крови, но одного оттенка – ярко-розового.

– Потери? – спросил капитан у своих солдат.

– Отсутствуют, – ответил один из них.

«Так он просто время тянул?»

– Нет. Если ты сейчас действительно уйдешь, тебя не тронут. Если, конечно, это те самые арраны, которых я знаю.

«А, то есть, возможна ошибка?»

– Они теперь Разрушители. Какими они стали теперь – я не знаю.

– Так что ты решил, Максим? – спросил Борланд, следя за мной своими неприятными глазами.

– Забавно, что ты спросил это у меня именно в тот момент, когда вернулся твой отряд.

– Не обращай на них внимания. Ты один, поэтому если ты хочешь вступиться за них, то и сражаться будешь лишь со мной.

– Дуэль, значит?

– Именно так. Если ты победишь, мои арраны тебя не тронут, даю слово, они просто уйдут и более не вернутся сюда. Если ты проиграешь – наше вторжение продолжится. Решай, время у тебя еще есть.

Интерлюдия 40

– Ваши Высочества, бегите! – в палатку вбежал посыльный. – Разрушители здесь!

– Стена уже пала? – Сильфида была несказанно удивлена.

– Они с противоположной стороны! Бегите, мы дадим вам время, чтобы спастись!

– Никакого отступления! – рыцарь достал меч из ножен, но был остановлен сестрой.

– Мар, у нас были крайне низкие шансы, если бы они зашли со стороны стены, но теперь, когда они у нас за спиной, их нет вообще. Наша смерть ничего не изменит. Нужно отступать.

– Но Место…

– Уже потеряно. Мы не победим здесь, а значит, нам нужно хотя бы сохранить личный состав. Труби отступление, – старшая принцесса повернулась к эльфу. – Первоочередная задача – выживание, все остальное не важно. Перегруппировка к следующему Месту.

– Вас понял! – посыльный выбежал из палатки… и тут же буквально влетел обратно с копьем в груди, врезавшись в несущую балку. Палатка моментально потеряла форму, превратившись в бесформенную кучу брезента и связав по рукам и ногам всех, кто оказался под ней.

– Не шевелись, – прошептала Сильфида. – Нас убьют, если поймут, что здесь кто-то есть.

– Но Сильфи… наши эльфы…

– Поклялись нам в верности и сейчас отдают свой последний долг. Всерьез хочешь, чтобы это было зря?

Ответить на это Мар было нечего. Воин просто улегся чуть поудобнее и приготовился ждать, скрепя сердце и слушая предсмертные стоны умирающих. К несчастью, упавший брезент совершенно не заглушал звуки…

***

– Так что ты решил? – Борланд продолжал сверлить меня взглядом, но не выказывая признаков недовольства или нетерпения.

Со стороны, наверно, это смотрелось эпично – светло-желтые доспехи аррана с крыльями на наплечниках и я, одетый темно-коричневую кожу. Эдакая версия борьбы Добра и Зла. Вот только кто есть кто нужно еще разобраться.

– Я вступлюсь.

Слово было сказано – и весь отряд тут же без всяких приказов взял нас в ровное кольцо.

– Так не пойдет – тут же возразил я. – Кристалл на нашем ринге.

– Принимается, – подтвердил капитан.

Кольцо тут же распалось и собралось чуть поодаль, оставив приглашающую брешь в два представителя.

«Как думаешь, есть хоть какие-то шансы?»

– А ты сейчас не поздновато об этом спрашиваешь?

«Ну, лучше поздно, чем никогда»

– Не в этом случае. Здесь эти два понятия вполне могут слиться в одно.

– Максим, прежде чем наши оружия высекут свои первые искры, я даю тебе последнюю возможность отказаться от этого боя и уйти. Даже не смотря, что ты сейчас в окружении моих людей, никто из них не тронет тебя. Это не твоя война.

Впервые за долгое время я вспомнил Лесию, пожертвовавшая всем именно ради этого момента; Делину, столь отчаянно уговаривавшую меня выступить в их защиту. Отступить сейчас? Серьезно?

– Начнем, Борланд, – Кинжалы прыгнули с запястий в руки.

– Что ж… Ты не закрываешь свою голову, Максим, я поступлю так же, – капитан отдал свой шлем одному из своих.

Брешь в кольце закрылась, отрезая путь к отступлению. Разрушитель достал из ножен меч, обхватив его двумя руками. И, не смотря на то, что все элементы защиты у него были эдакого золотистого оттенка, оружие у него было серым, цветом напоминающие мои Ножницы, несколько контрастируя с его доспехами.

– Да быть не может! – ахнуло Оружие.

«Что не так?»

– Мы должны победить, слышишь меня!? Обязаны!

Мы стояли по разным концам нашего ринга, но никто из нас не спешил начинать.

– Мы все еще не начали, Максим. Твое отступление все еще возможно.

– Почему ты так хочешь, чтобы я ушел?

– Сражения не доставляют мне удовольствия.

– Так не сражайся. Уходи – и все тут же закончится.

– Есть вещи, которые необходимо делать, не глядя на свое отношение к ним.

Я встал в стойку, чем вызвал у аррана сокрушенный вздох. Кажется, убивать и сражаться он и правда не очень любит.

Взмах меча я отвел в сторону, но тут же пришлось защищаться и второй рукой – Борланд оказался нереально быстрым. Его атаки постоянно искали бреши в моей обороне и я не сомневался – если так продолжится и дальше, то непременно найдут. Редкие возможности контратаки тут же пресекались – для защиты он использовал не только меч, но и элементы своей брони на руках. И только в этом был мой шанс – каждый мой удар оставлял там надрезы. И если так продолжится и дальше, то скоро там появится брешь, в которую, если повезет, я нанесу ему первую рану. Если конечно, продержусь до того момента.

Борланд, разумеется, не мог не понимать, что его броня постепенно крошится под моими ударами, однако он не выказывал беспокойства, словно все идет так, как задумано. Это заставляло меня нервничать, появилось ощущение, что он играет со мной, словно кот с пойманной мышью.

– Успокойся и придерживайся плана! Если начнешь нервничать – начнутся ошибки!

Я резко разорвал дистанцию и попробовал успокоиться.

– Почему ты вступаешься за них? – спросил арран.

– Если выбор состоит из двух зол, стоит выбрать меньшее.

– Мы не зло, Максим.

– Вы раз за разом устраиваете геноцид! По-твоему, это не зло?

– Это на благо миров Иггдрасиля.

– Это лишь твоя точка зрения! Никто не знает приносит ли это пользу на самом деле!

– Успокойся!!! Злость сделает тебя слишком беспечным, заставит тратить больше сил, чем следует!

– Ты ошибаешься. Мы стали Разрушителями очень давно и благодаря нам система миров стала гораздо чище. Мы нужны.

– Каждый вправе сам решать как им жить, Борланд. Никто не имеет права вмешиваться в жизнь других.

– Эльфы именно этим и занимаются.

Оружия вновь скрестились.

– Как и вы, но не так чудовищно.

Подсечку я перепрыгнул, но вот оглушающий удар по виску пропустил. Дезориентация могла бы стать фатальной, но каким-то чудом догадался отпрыгнуть назад… и краем глаза увидеть, что меч не достал до меня какие-то считанные миллиметры.

– Есть кое-что, что может дать тебе преимущество.

«Что именно?»

– Я могу усилить твое восприятие и концентрацию, ускорить течение сигналов по твоим нервам. Для тебя это будет похоже на замедление времени. Но оно быстро истощит твои силы, у тебя будет минут семь, не больше.

«Давай. Если это сработает, то я с удовольствием выслушаю все «огромное спасибо», которые мне выскажет организм за истощение! Главное – чтобы было что выслушивать!»

Время и правда словно замедлилось. Не сильно, примерно на четверть, но стало гораздо легче. Бреши для контратак стали более очевидны, латная перчатка на его левой руке изрезалась настолько, что проступила светлая кожа аррана. И здесь, в шаге от его первой раны, я допустил беспечность.

Сначала я почувствовал, что левая рука у меня как-то охолодела. И лишь затем понял, что Борланд нанизал мое плечо на свой меч, словно шашлык на шампур. И это вызвало во мне такую вспышку ярости, что она заглушила весь болевой шок, который сотрясал сейчас мои нервы. Я, не пытаясь вытащить из себя меч, продолжал атаковать практически безоружного Разрушителя, защищавшегося сейчас лишь единственной рукой и, в конце концов, заработавший глубокую царапину через все лицо, брызнувшую в меня черной и густой как смола кровью. Получивший рану Борланд тут же отпрыгнул, вырвав из меня свой меч, и, сбросив уже бесполезную рукавицу, промокнул пальцами свой порез.

«Закрой рану!»

– Я не смогу поддерживать восприятие слишком долго, в нервах слишком много боли, которую приходится тормозить!

Нить на плече слегка сжалась, перекрывая кровоток и исключая смерть от кровопотери. Опять левое! Опять! Ну почему всегда левое, почему???

– Давно я не видел собственной крови, – пробормотал арран, разглядывая свои окровавленные пальцы, после чего посмотрел на меня. – Ты очень хорош, человек, ты очень достойно сражаешься. Но, наверно, пора заканчивать.

Его контур слегка размазался, а в следующую секунду я получил такой удар в грудь, что даже просто вдохнуть было уже чем-то сродни подвигу.

– Святой Отец гор, у него тоже есть эта способность! Беги, тебе его не победить сейчас!

«Я же в кольце, меня уже никто не отпустит!»

– Схватись за деревья!

Словно предугадав мои действия, Борланд нанес мне еще один удар в висок. В голове зашумело, запищало, я упал на колени, обхватив голову. И тут же получил удар в подбородок, который опрокинул меня навзничь.

– Ты проиграл, Максим. Вторжение продолжится.

Наступило обещанное истощение – сил на то, чтобы что-то сделать, не было. Я вновь «услышал» «голос» кристалла. Он был грустным, но ободряющим, словно советовал мне не отчаиваться от того, что я потерпел поражение, не брать в голову то, что это будет означать для него. Место Силы не держало на меня зла… и от этого я чувствовал себя виноватым еще сильнее.

Разрушитель подошел к кристаллу и, крутанув меч, с размаху вонзил его, словно раскаленный нож в подтаявшее масло. Минерал на миг засветился еще ярче, но затем стал тухнуть, распадаясь и крошась. Вся трава тут же стала вянуть, показывая уже знакомую картину – именно так выглядело разрушенное Место Силы, которое мне показывала Делина.

– Мне очень жаль, Максим, но есть вещи, которые необходимо делать, даже если они не нравятся, – он подошел и нацелил меч мне на грудь. – Ты достойно сражался и заслужил достойную смерть, Носитель.

Клинок во второй раз с легкостью пробил как кожаный доспех, так и опоясывающий мой торс Клубок, разрубая сердце напополам. Мир начал гаснуть.

«Как же… ожидаемо…»