Текст книги "Не бывший (СИ)"
Автор книги: Инна Инфинити
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)
Глава 13. Приз – папа
Глава 13. Приз – папа
До выходных Ян приходит к нам каждый вечер. Это становится поистине странным. Меня подмывает возмутиться и обозначить Яну границы дозволенного, но останавливает только тот факт, что Миша безумно рад папе. Сын выглядит так, будто выиграл в лотерею. В какой-то степени так оно и есть. Выиграл в лотерею. Приз – папа.
Я стараюсь поменьше общаться с Яном. Когда он играет с Мишей в его комнате, не захожу к ним. Во-первых, я рада возможности немного отдохнуть после работы. А во-вторых, не могу притворяться и делать вид, что все прекрасно. У меня много претензий к Яну. Большинство из них я озвучила в первый день, когда он приехал. С тех пор ничего не изменилось, и мои претензии тоже не изменились.
В пятницу, в последний рабочий день в неделе, пока Ян играет с Мишей в его комнате, я не выдерживаю и захожу на страницу его жены. Вернее – уже бывшей жены. Я давно к ней не заходила, и с тех пор в ее жизни многое изменилось. Главное, конечно же, развод с Яном. Теперь страница его бывшей супруги заполнена не фотографиями элитных ресторанов и пакетов с брендовыми вещами, а слезливыми статусами.
«Если человек любит – он вернется? Если любит – он не уйдет».
«Когда человек предает, тогда и уходят мои чувства. Уходит и уважение. Я не могу любить то, что не уважаю».
«Я отвыкну от тебя, слышишь? Я смогу от себя убежать! Ты же как-то без меня дышишь, и я научусь без тебя дышать».
«Я верила даже не в то, что наше будущее с тобой будет прекрасным, а в то, что оно у нас непременно будет. Я ошиблась. Дважды».
«Когда-нибудь, возможно ты меня поймёшь… захочешь всё вернуть, но уже не вернёшь… я растаю, как снег и выпаду осадком…».
И все в таком духе. Ее стена буквально завалена подобными слезливыми цитатами с грустными картинками. Я смотрю и не знаю, как на это реагировать: сочувствовать ей или смеяться. С одной стороны, очевидно, что она сильно страдает, а с другой – ну не тупо ли постить вот это все себе на стену? Ей двадцать девять лет. Даже я в восемнадцать, когда залетела, считай, от первого встречного, была куда умнее и не выкладывала ничего подобного на всеобщее обозрение. .
Нет, всё-таки она дура. Я аж не выдерживаю и начинаю громко смеяться. Спохватившись, что Ян и Миша в детской могут услышать, убавляю громкость своего смеха.
Но одно важное я узнала: Ян ушел от нее, а не наоборот. Интересно, почему. Прям так и подмывает спросить, почему он захотел развестись. Но я, конечно, не буду задавать отцу своего ребёнка таких вопросов. В первый день он ясно обозначил, что не намерен обсуждать со мной свою бывшую жену. Какой благородный. Бросить бросил, но обсуждать ее ни с кем не будет.
Интересно, а как она относилась к тому факту, что у ее мужа есть ребёнок на стороне? Что он платит немаленькие алименты из семейного бюджета? И, интересно, почему за годы брака они не родили общего ребёнка?
Выхожу из соцсети и блокирую экран мобильного. Не мое дело.
Самое неловкое в вечерах с Яном – это когда он уходит из квартиры. Я хочу выпроводить его побыстрее, чтобы самой пойти спать, а он топчется в прихожей. Как будто хочет что-то сказать, но не решается. И ещё смотрит на меня как-то странно. Ну или мне кажется.
– Завтра суббота, – напоминаю ему.
– Я знаю.
– Во сколько ты приедешь за Мишей?
Ян надевает куртку. Недовольно на меня смотрит.
– А во сколько надо?
– Чем раньше, тем лучше.
– На все выходные?
– Ну да, мы же договорились. – На самом деле до конца всё-таки не договорились. Скорее, я поставила Яна перед фактом. – Вы же там собирались в музей динозавров, купить попугая. Вон какие у вас большие планы. Кстати, если все же купите попугая, то пускай живет у тебя. Сюда тащить его не надо, сразу говорю. – На словах про попугая я делаю грозный предупреждающий голос.
– Я приеду за Мишей в десять. Нормально?
– Да, отличное время, – радостно улыбаюсь. – Я соберу ему все необходимое на выходные.
Ян засовывает ноги в ботинки. Чем-то недоволен. Поскорее бы уже ушел. Я хочу лечь в постель и позвонить Стасу. Я скрываю от своего молодого человека, что Ян приходит к нам домой каждый день. Мне не понравилась его реакция, когда я рассказала, что отец моего ребёнка переехал в Москву и возжелал общаться с сыном. Из-за утаивания информации о ежедневных визитах Яна я испытываю перед Стасом чувство вины. Да, я не лгу, а всего лишь недоговариваю, и делаю это во благо нашим отношения, чтобы не ругаться на пустом месте, и все же… Мне очень стыдно перед Стасом.
– А провести выходные с нами ты, значит, не хочешь, – Ян не то спрашивает, не то констатирует. Он оделся и обулся, взялся за дверную ручку и стоит на меня смотрит.
Я устало вздыхаю и скрещиваю на груди руки.
– Ну мы же обсуждали это.
– Я просто уточнил.
– Если что-то будет не так, звони.
– Всенепременно.
Глава 14. Цветы
Глава 14. Цветы
Ян держит слово и приезжает за Мишей ровно в десять утра в субботу. Признаться честно, у меня были сомнения, что он выполнит обещание. Не то чтобы Ян когда-то давал повод усомниться в его словах, но все же было волнительно, учитывая, что он не горел желанием забирать Мишу к себе на выходные. Но вот ровно в десять раздается звонок в дверь. Миша уже собран, ждет папу с рюкзаком на плечах. Ян входит в квартиру, и сын радостно бросается к нему.
– Папа, куда мы пойдем? – спрашивает его.
– В музей динозавров, как я и обещал. А потом куда сам захочешь.
– После музея я хочу пойти есть картошку фри и гамбургеры.
Ян переводит на меня вопросительный взгляд, мол, ему такое можно? Я не сторонница фастфуда, но и не оголтелая ЗОЖница. Иногда позволяю вредное и себе, и Мише. Редко. Не чаще одного раза в несколько месяцев.
Поэтому на немой вопрос Яна утвердительно киваю. Пускай у ребёнка будет сегодня полный праздник: с папой, динозаврами и картошкой фри.
– Хорошо вам провести время! – крепко целую Мишу в щеку.
– Пока, мам, – машет рукой сын.
Ян напоследок одаривает меня взглядом с головы до ног. Стас приедет через полчаса, и я уже начала собираться, чтобы он не ждал меня долго в квартире. Я надела новое платье цвета капучино. Оно закрытое и почти до колен, но идеально подчеркивает фигуру и каждый изгиб тела.
От взгляда Яна кожа под платьем начинает гореть, а в горле моментально пересыхает. Быстро облизываю пересохшие губы.
– До завтра, – даю понять отцу своего ребёнка, что ему пора везти Мишу в музей динозавров.
Кивнув, Ян выходит с нашим сыном из квартиры. Когда за ними хлопает входная дверь, я, наверное, минуту прихожу в себя прежде, чем вернуться в ванную и приступить к нанесению макияжа.
Какой-то масштабной программы у нас со Стасом нет. Мы поедем к нему на дачу. Там тихо, свежий воздух. Будем гулять по окрестностям и нежиться дома в объятиях друг друга. Погода хорошая. По прогнозу, на выходных дождя не будет.
Стас звонит в дверь ровно в тот момент, когда я выключаю плойку. Макияж готов, прическа тоже. Ничего особенного и слишком броского. Волосы уложены легкими волнами, на лице дневной неяркий мейкап.
– Привет! – произносит Стас, когда открываю ему дверь.
Сначала в квартиру входит букет цветов, а за ним мой молодой человек.
– Это тебе, – протягивает цветы в руки.
– Ого! – восхищенно выдыхаю.
Я беру в руки объемный букет роз.
– Какая красота! Спасибо! – тянусь поцеловать его в губы.
Стас крепко припечатывает меня к своему рту. Его сильная рука сразу ложится мне на попу и сжимает ягодицу.
– Оуу! – засмеявшись, чуть отстраняюсь от него. Роскошные цветы могут выпасть из рук. – Проходи, я уже почти собралась.
Пока Стас разувается, я иду в комнату за вазой. На пороге испуганно замираю.
А ваза-то занята цветами от Яна. Они уже слегка завяли, бутоны склонились вниз. Вот же блин, как я могла про них забыть?! Нужно срочно выбросить букет от Яна, пока его не увидел Стас. Кладу цветы своего молодого человека на журнальный столик, а сама хватаю вазу с цветами Яна.
В этот момент на пороге гостиной возникает Станислав. Смотрит на вазу с букетом у меня в руках. Я замечаю, как постепенно его лицо из непонимающего превращается в удивленное, а следом в возмущенное.
– Тебе кто-то дарил цветы? – спрашивает и внимательно смотрит на меня.
– Да… – нервно хихикаю. – На работе…
– На работе? – удивляется ещё больше. – Кто? Ты же вроде говорила, что у вас в бухгалтерии женский коллектив.
Ё-моё. Как я могла так облажаться? Почему не выбросила букет от Яна раньше? Я стою как дура перед Стасом и молчу, не зная, что сочинить в свое оправдание. По телефону мы больше не поднимали тему отца моего ребёнка, но в первый раз Стас ясно дал понять, что не желает видеть его возле меня. А тут цветы. От Яна.
– Но руководитель организации у нас мужчина…
Стас с подозрением прищуривается.
– И он дарит тебе цветы?
– Кхм, не только мне, он всем девочкам подарил….
– По какому поводу?
Я пару секунд соображаю.
– По поводу Восьмого марта!
– Но сейчас близится конец апреля.
– А у нас не было корпоратива в марте, потому что руководитель организации был в отпуске, а потом у него была важная командировка. Короче, только на этой неделе провели корпоратив, и руководитель подарил всем девушкам цветы. Ну лучше так, чем вообще без корпоратива.
– Ты не говорила, что у вас на работе был корпоратив.
Я судорожно вздыхаю. Ну вот чего Стас ко мне пристал?
– Я не понимаю, по какому поводу допрос, – волнение уходит из моего голоса и появляются нотки возмущения.
– Допрос по поводу того, что тебе какой-то мужик дарит цветы. А ты их принимаешь.
– Я что, не могу принять от начальника цветы?
– Ну вообще-то нет, – категорично заявляет. – И вообще-то это харассмент.
Я закатываю глаза к потолку.
– Боже, Стас, успокойся. Это не харассмент. Это цветы для всех девушек в организации. У нас не такой большой коллектив, всего пятьдесят человек. Из них где-то двадцать девушек: бухгалтерия, отдел кадров и ещё несколько по другим отделам. Секретарь руководителя закупила всем одинаковые букеты, а он их вручил. Потом мы выпили по стаканчику шампанского и съели по кусочку торта. Вот и весь корпоратив.
Мысленно я молюсь, чтобы Стас поверил в мою легенду, которую я сочинила только что на ходу. Я не хочу ругаться со Стасом. У нас были планы на эти выходные. Я очень хочу поехать загород и немного отдохнуть. Да элементарно поспать утром подольше. Потому что я пять лет сплю столько, сколько мне позволяет мой ребёнок. И хоть раз за пять лет я хочу поспать не сколько мне позволяют, а сколько мне хочется.
Но Станислав напряженно молчит.
Глава 15. Бывшая
Глава 15. Бывшая
– Да, прости, – начинает смеяться легким искристым смехом. – Сам не понимаю, что на меня нашло.
Я с облегчением выдыхаю. Моя находу сочиненная легенда прокатила. В знак того, что я не обиделась, чмокаю Стаса в губы и тороплюсь поскорее унести цветы Яна. Надо было выбросить букет ещё тогда, когда он мне его подарил. Ну, не в присутствии Яна, конечно, а когда он ушел. А я зачем-то поставила его в вазу и любовалась каждый день. Дура.
Засовываю увядшие цветы от отца моего ребёнка в мусорное ведро под мойкой, мою вазу, набираю свежую воду и ставлю на кухонный стол букет от Стаса. Довольно улыбаюсь. Цветы от моего молодого человека гораздо красивее, чем от Яна. Просто красные розы. Бессменная классика.
Выхожу в прихожую.
– Я готова, – говорю, беря в руки небольшую дорожную сумку с вещами. – Можем ехать.
Стас забирает у меня сумку, и мы выходим из квартиры. Его машина припаркована рядом с подъездом. Выйдя на улицу, на всякий случай оглядываюсь по сторонам в поисках Яна и Миши. А то вдруг они не уехали? Но не вижу их лиц ни во дворе, ни на детской площадке.
Кстати, а на чем ездит Ян? Он купил в Москве машину? Или передвигается на такси? А как давно он перебрался в столицу? Может, он здесь уже несколько месяцев? Я не задала Яну ни одного вопроса по существу, когда он приходил к нам. А стоило бы.
Дорога до дачи Стаса занимает пару часов и проходит легко. Мы слушаем музыку и болтаем. Несмотря на то, что нашим отношениям уже три месяца, мы продолжаем узнавать друг друга. Так как у меня маленький ребёнок, которого не с кем оставить по вечерам, нам со Стасом мало удается побыть наедине. В основном только телефонные разговоры перед сном и встречи урывками. Иногда он остается у нас на ночь, но это происходит не так часто, как мне хотелось бы.
Стас работает в банке. У него классическая офисная работа, но график довольно напряженный. Это тоже одна из причин, почему мы видимся не так часто, как хотелось бы.
Мне любопытно, как такой красивый классный парень, как Стас, был одинок на момент нашей первой встречи. Мы мало говорили о наших бывших. Про Стаса я знаю, что он встречался с какой-то девушкой пару лет, а потом они расстались. Когда мы приезжаем на дачу – большой двухэтажный кирпичный дом, – заносим сумки с вещами и располагаемся на веранде под лучами апрельского солнца, я решаю использовать сложившуюся расслабленную атмосферу для того, чтобы узнать о предыдущих отношениях Стаса побольше.
– Почему ты расстался со своей предыдущей девушкой? – спрашиваю, делая глоток горячего травяного чая.
Красивый сад на даче Станислава уже весь позеленел, я любуюсь им, сидя в плетеном кресле. Беру со стола шоколадную конфету и отправляю в рот.
– Мы с ней постоянно ругались, – отвечает после паузы. У меня сложилось впечатление, что Стас не хотел говорить. .
Я смотрю на своего молодого человека. Белая футболка натянулась на его груди и бицепсах. Солнечные очки скрывают от меня взгляд. Станислав берет мою ладонь и поглаживает ее тыльную сторону большим пальцем.
– Чаще чем мы с тобой?
– Да мы с тобой вообще не ругаемся.
Я слегка смеюсь.
– Кстати, да, – если не считать утреннего инцидента из-за цветов Яна. Но вслух это не говорю. – А из-за чего вы с ней ругались?
Стас кривит лицо.
– Ей постоянно кто-то писал, звонил. Какие-то мужики.
– Она изменяла тебе?! – ужасаюсь.
– Ну, за руку я ее не ловил. Но вокруг нее постоянно вились какие-то мужики.
Я сижу в ступоре пару секунд. Я ожидала, что Стас расскажет мне про несовместимость характеров или разные взгляды на жизнь. Я даже была готова к тому, что его бывшая хотела замуж, а он нет.
Но измены?
– А что за мужики? Она ходила с ними на свидания?
– По ее словам, это были так называемые деловые встречи, – Стас берет пальцами в кавычки словосочетание «деловые встречи».
– А ты ее на этом ловил? Или как ты узнавал об этом?
– Да она и не скрывалась. У нее весь календарь на телефоне был забит этими встречами.
На секунду задумываюсь. Ничего не понимаю.
– Подожди, а кем она работала?
– Пиарщицей в популярном рекламном агентстве.
– Так может, это и правда были деловые встречи?
Стас вздыхает.
– Слушай, я не понимаю такую работу у девушки, которая состоит в серьезных отношениях с мужчиной. Вот правда. У нее каждый день были эти деловые встречи, – он снова берет словосочетание в кавычки пальцами, – в дорогущих ресторанах в центре за счет этих мужиков.
– Так они, должно быть, были ее клиентами? Ну, теми, кому она придумывала рекламу.
– А что, женщин-заказчиков рекламы не бывает?
– А с женщинами у нее не было деловых встреч?
– Процентов девяноста встреч в ее календаре были забиты обедами с мужиками. И только десять процентов из них с женщинами. А ещё эти мужики постоянно ей звонили: по вечерам, по выходным, по праздникам.
– И что говорили?
– Не знаю, она никогда не включала громкую связь.
– Но она разговаривала с ними при тебе?
– Иногда да, иногда нет.
– И те разговоры при тебе о чем были?
– Ну, как бы о съемках рекламных роликов, но это могло быть и для отвода стрелок при мне. Может, это вообще какой-то тайный шифр у нее был, я не знаю.
Больше я не задаю Стасу вопросов. Беру со стола свою кружку чая и задумчиво делаю глоток. Могло ли быть такое, что это действительно были рабочие встречи с клиентами, а не какие не свидания с богатыми мужчинами? А Стас просто ревновал свою девушку, и поэтому они постоянно ругались.
Если вспомнить реакцию Стаса на появление Яна в нашей с Мишей жизни, а потом на букет, то вполне возможно, что Стас ревновал свою бывшую на пустом месте. Мое настроение немного портится. Я стараюсь смотреть на ситуацию позитивно: во-первых, у меня нет встреч с клиентами, я работаю в женском коллективе в бухгалтерии. Во-вторых, если бы Стас не расстался с той девушкой, то сейчас он бы не был со мной.
Ясное небо быстро затягивает тучами, и начинает моросить дождь. Погода в Москве как всегда. Мы заходим в дом.
У Стаса очень красивая уютная дача. Внутри много дерева, поэтому в воздухе витает аромат древесины. В гостиной перед камином и телевизором расстелен мягкий пушистый ковер. Я сажусь на него, а не на диван, когда Стас включает плазму.
– Что хочешь посмотреть? – спрашивает меня.
– Что-нибудь легкое.
Стас открывает в онлайн-кинотеатре раздел с романтическими комедиями. Выбирает одну с популярными актерами и садится рядом со мной на ковер. Мы опускаемся спинами на диван, Стас закидывает руку мне на плечи, а я кладу голову ему на грудь.
Фильм захватывает с первых минут. Мы смеемся, мое настроение заметно улучшается, и я уже забываю про рассказ Стаса о бывшей девушке и причинах их расставания.
На середине фильма у меня начинает звонит телефон. Не отрываясь глазами от экрана, нащупываю на ковре мобильник и беру в руку. Но увидев имя на экране, замираю в страхе:
«Ян».
Стас тоже смотрит на мой экран. Я не принимаю вызов, жду, когда мой молодой человек нажмет на паузу. Только после этого смахиваю на экране вправо и подношу телефон у уху.
– Алло, – говорю взволнованно, предчувствуя что-то неладное.
– Кхм, слушай, Алин, тут такое дело…
Глава 16. Истерика
Глава 16. Истерика
Сердце ухает в пятки.
Голос Яна взволнован. А на заднем плане, кажется, я слышу громкий плач Миши.
– Ян, что с Мишей?! – восклицаю. – С ним что-то случилось?
Ледяной ужас сковывает все тело, паника застревает в горле. Я жадно хватаю ртом воздух.
– Слушай, Алин, у него истерика. Он говорит, что хочет к маме. У меня не получается его успокоить.
Я аж не сразу понимаю смысл сказанных Яном слов. Истерика? Хочет к маме?
– Истерика? Подожди, он в порядке?
– Да, в полном порядке. Мы съездили в музей динозавров, Мише там все понравилось. Потом мы поели картошки фри и гамбургеров. После этого я предложил Мише поехать ко мне домой, а он расплакался и стал говорить, что хочет к маме. Сейчас у него настоящая истерика. Он сидит в моей машине, людям, идущим по тротуару, слышно, как он орет. Они оглядываются на нас. Мне кажется, они хотят вызвать опеку или полицию.
Даже мне в трубку слышно, как Миша надрывается на заднем плане. Я растерянно гляжу на Стаса. Он нахмурился и смотрит на меня. Фильм стоит на паузе.
– Эмм, ну ты можешь объяснить Мише, что он же сам хотел провести с тобой выходные?
– Я пробовал, он меня даже не слышит. Он так орет, что вообще ничего не слышит. Слушай, он уже покраснел. – Голос Яна становится ещё более встревоженным. – Это ничего? Он не задохнется?
Я разрываюсь на две части. Ровно то же самое я испытывала, когда отдала Мишу в садик, и он проходил период адаптации. Одна – мамская – часть меня кричала, что нужно немедленно забрать ребёнка домой и не мучить его детским садом, а вторая – волевая и решительная – утверждала, что не нужно идти на поводу у детской истерики.
Победила вторая часть меня. Во многом из-за одной объективной причины – мне нужно было устраиваться на работу. Я не могла дальше рассчитывать только на алименты от Яна.
Но тогда Мише было два года с небольшим, он ещё толком не разговаривал даже. А сейчас Мише пять. Будет совсем скоро. Он взрослее, умнее, самостоятельнее. У него то и дело: «Я сам», «Я знаю», «Я не буду», «Я не хочу». И он же так радовался выходным вместе с папой.
– Ян, дай ему трубку.
– Да, сейчас.
Я слышу возню. Кажется, Ян открывает дверь машины, потому что крик Миши становится в сотню раз громче. Мое материнское сердце обливается кровью, глаза наливаются слезами. Я готова сию секунду броситься к своему сыну. Но в этот момент я смотрю на недовольного Стаса и теряюсь. Я не знаю, как мне поступить. Я не могу бросить своего сына, но в то же время я боюсь поругаться со Стасом.
– Миша, это мама, поговори с ней, – слышу голос Яна.
– МАМА… МАМА… МАМА…
Миша не просто кричит. Он надрывается, захлебывается. Я моментально вскакиваю на ноги.
– Миша, сынок, слышишь меня? – я сама еле держусь, чтобы не разрыдаться.
– МАМА… МАМА… МАМА…
– Миша, я сейчас приеду. Чуть-чуть подожди меня вместе с папой, ладно? – я пытаюсь перекричать истерику сына, но не уверена, что у меня получается, и он слышит. – Пожалуйста, Миша, сынок. Езжайте с папой домой, поиграйте во дворе нашего дома, и я приеду.
– АААААА… МАМА…. МАМА… ААААА…. ААААА…
Я знаю этот тип истерики своего сына. У него редко такая бывает, но если начинается, то может длиться несколько часов.
– Алин, так что делать? – голос Яна встревожен.
– Езжайте к нам домой, подождите меня на нашей детской площадке. Возможно, в знакомой обстановке Миша немного успокоится. Постоянно говори ему, что я скоро приеду.
– Хорошо. А тебе долго ехать?
– Да, – произношу с отчаянием. – Не меньше двух часов.
– Бля, он уже час плачет.
– Час?! – ужасаюсь.
– Ну, я сначала пытался сам его успокоить.
– Надо было сразу мне звонить!
– Я не думал, что все будет так серьезно. Блин, Алин…
– Все, мы тратим время на пустые разговоры. Вези его домой и ждите меня во дворе. Я выезжаю.
Я кладу трубку и поворачиваюсь к Стасу.
– Прости, у моего сына истерика. Можешь отвезти меня домой?
У меня у самой глаза на мокром месте. А ещё я очень тороплюсь, поэтому не могу тратить время на оправдания перед недовольным Стасом.
– А что случилось?
Он стоит, не шевелится. Совершенно точно не торопится, как я.
– Он захотел к маме, и у него началась настоящая истерика.
Стас с подозрением прищуривает глаза.
– А это не манипуляция? У моей сестры дети все время манипулируют слезами. Вообще дети очень хитрые, – заявляет со знанием дела. – Слезами и криком они добиваются своего.
Я в таком распаленном состоянии, что готова поругаться. Единственное, что останавливает, – нет на это времени. .
– Просто отвези меня домой, – рычу сквозь зубы.
Стас пожимает плечами.
– Ну как хочешь.
Я хватаю у двери в дом свою дорожную сумку и выскакиваю во двор к машине. Дождь закончился. Пока стою у машины в ожидании Стаса, корю себя на чем свет стоит за то, что решила оставить Мишу с Яном на все выходные. Ну как, как я могла не подумать, что Миша не сможет без меня долго? Мы ведь никогда не расставались дольше, чем на день в садике. Но к садику он уже адаптирован, а Яна хоть и любит, но он ему чужой. А тут все выходные быть без меня.
Я реву в три ручья, когда Стас выходит из дома и закрывает дверь на ключ. Через десять минут мы уже мчимся по автотрассе в Москву. Я нервно ерзаю на кресле, пока мой молодой человек молча выжимает газ. Он хоть, очевидно, недоволен, но я благодарна за то, что едет быстро и ничего не говорит.
