Текст книги "Не бывший (СИ)"

Автор книги: Инна Инфинити

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

– Чтобы сделать карьеру, достаточно усердно работать и не быть дебилом, – говорил он мне много лет назад в Сочи. – Хорошие сотрудники всем нужны.

– А я думала, в такую компанию можно устроиться только по знакомствам и связям, – ляпнула я.

– Если всех наберут по связям, то кто тогда будет выполнять работу? Работать-то должен кто-то.

Наше свидание проходит лучше некуда. Мы много разговариваем и смеемся. Моя скованность и нервозность уходят, я чувствую себя расслабленно. Мне комфортно с Яном, словно мы с ним всегда плотно общались, а не пару раз в год. А ещё от того, как он на меня смотрит, в животе порхают бабочки.

Мы выходим из ресторана через полтора часа. Нет возможности сидеть дольше, поскольку нужно торопиться к Мише. Настя не может остаться с ним до ночи. Подруга не звонит и не пишет, что я принимаю за хороший знак, поэтому тоже первой не пишу. Если бы что-то пошло не так, Настя бы уже сообщила.

Ян поднимается в квартиру вместе со мной. Он хочет увидеть Мишу. Когда мы заходим, Настя читает сыну сказку. Услышав нас, сын тут же выбегает из комнаты.

– Ура! Папа с мамой вернулись!

Это прозвучало так, словно мы семья и вместе живем.

Мне нравится, как это прозвучало.

Настя здоровается с Яном. Вдруг понимаю, что это их первая встреча после того отпуска в Сочи, где мы познакомились с отцом моего ребёнка и его другом. Они перекидываются парой фраз, и Настя, бросив на меня многозначительный взгляд, говорящий что-то вроде: «Одобряю», уходит.

Мы играем с сыном где-то ещё час прежде чем он начинает зевать. Ян вызывается уложить его, а я гадаю, останется ли он у меня на ночь. Мы это не обсуждали, но я очень хочу, чтобы Ян остался. У нас не было секса после того, как мы вернулись из отпуска. Совместная ночь стала бы прекрасным завершением сегодняшнего потрясающего дня.

– Миша уснул, – говорит тихо, заходя ко мне в комнату. – Я поеду.

– Поедешь? – переспрашиваю удивленно.

Встаю с дивана, подхожу к Яну.

– Да, мне надо домой. Возникло одно важное дело. Прости, пожалуйста, – произносит извиняющимся голосом.

Я стараюсь скрыть свое разочарование.

– Ясно, ну ладно. А что за дело?

– Да так, по работе.

Ян обнимает меня за талию и притягивает к себе. Целует нежно в губы. Мне очень не хочется, чтобы он уходил. Но и быть навязчивой, упрашивать остаться тоже не хочется. Поэтому, ничего не говоря, я провожаю Яна до прихожей.

Когда за ним закрывается дверь, я иду на кухню и ставлю чайник. Квартира вдруг опустела. На телефоне висит сообщение от Насти:

«Расскажи, как прошло свидание?».

Я нехотя печатаю ответ:

«Давай завтра. Уже спутать ложусь. Коротко: все было хорошо»

«Одна спать ложишься, что ли?»

Настя прям соль на рану.

«Да. Ян сказал, у него какое-то важное дело. Я не стала уточнять»

Чайник закипел, но у меня пропало желание пить чай, поэтому возвращаюсь в свою комнату, раздеваюсь и иду в душ. Там я смываю и красивую прическу, и красивый макияж. В постели вспоминаю свидание, и губ касается счастливая улыбка. А все равно мне все очень понравилось. Это было лучшее свидание в моей жизни.

Прокручивая в голове поход в ресторан, верчусь из стороны в сторону и не могу уснуть, хотя уже перевалило за двенадцать ночи. Вдруг вспоминаю бывшую жену Яна. Я заходила к ней на страницу, когда мы были в Сочи, у нее там по-прежнему слезливые статусы. Ян уже вовсю строит отношения со мной, а она до сих пор по нему страдает.

А вообще – это немного неприятно, когда по мужчине, с которым у тебя свидания, кто-то страдает.

Беру в руки телефон, захожу в соцсеть и вбиваю в поисковой строке имя и горд бывшей супруги Яна. Вряд ли на ее странице что-то сильно изменилось за те дней десять, что я не заходила, но все равно интересно. Поиск сразу выдает нужную мне Екатерину, и я открываю ее страницу. Спускаюсь вниз к стене и вижу там новую фотографию, опубликованную.…

Сегодня днем.

«Москва, встречай!», – гласит подпись.

А на снимке Катя на шумной Тверской улице.

Глава 52. Точки над «И»

Глава 52. Точки над «И»

Меня словно ушатом ледяной воды обдает. Я смотрю на фотографию улыбающейся Кати в Москве и нахожусь в полнейшем ступоре.

Она приехала к Яну? Он сейчас с ней?

Обида сдавливает горло. Горькое чувство предательства растекается по венам вместо крови. Сердце больно колет.

Со злостью отбросив телефон в сторону, сажусь на диване. Каждый новый вдох дается с мучением. Щеки становятся мокрыми. Это из глаз побежали слёзы.

Я чувствую себя преданной. Это ужасное болезненное ощущение. Как будто в спину вонзили кинжал.

О, теперь я понимаю значение этой крылатой фразы – «Нож в спину». Это именно то, что сейчас со мной происходит.

Я встаю с дивана и, скулы себе в ладонь, направляюсь в ванную. Открываю кран и умываюсь холодной водой. Я хочу смыть слёзы, но новые продолжают течь. Я пытаюсь подавить рыдания усилием воли, а не выходит. Наоборот ещё сильнее начинаю плакать.

Ян поэтому не захотел остаться у нас на ночь. Он торопился к ней. К своей Кате. Непонятно только, для чего вообще было нужно сегодняшнее свидание. Но я сама тоже виновата. Развесила уши. Знала ведь, что Ян всегда выбирает ее, свою Катю.

Сбоку открывается дверь, и я вздрагиваю. Это сонный Миша вышел из своей комнаты. Смотрит на меня недоуменно. А я только сейчас поняла, что вода вовсю шумит, а я не закрылась в ванной.

Выключаю кран, вытираю лицо маленьким полотенцем для рук.

– Мама, ты плачешь? – испуганно спрашивает сын.

Ну вот, я разбудила Мишу. Теперь он не уснет ближайшие два часа.

– Нет, все хорошо, – вешаю полотенце обратно на крючок. – Я просто умывалась.

Миша смотрит на мое красное лицо и не верит. А у меня в горле скопились новые слёзы. Я делаю шаг к сыну, сажусь на корточки возле него и крепко обнимаю его маленькое щуплое тельце. Вдыхаю детский запах.

– Мамочка, я тебя люблю, – говорит Миша, обнимая меня в ответ.

Я еле сдерживаюсь, что снова не разрыдаться.

– Я тоже очень сильно тебя люблю, сынок.

Поднимаю Мишу на руки и несу в свою комнату. Сажусь с ним на диван. Укладываю его головку у себя на груди и глажу Мишу по волосам.

– Мам, я хочу к папе, – тихо говорит.

Просьба сына – ножом по сердцу.

– Папе сейчас не до нас, – отвечаю с дрожью в голосе.

– Почему? Что он делает?

– Очень занят важным делом, – мой голос со злым сарказмом.

– А давай поедем к нему в гости?

Я начинаю нервно смеяться. Миша, конечно, не замечает моих реакций. Сын отрывает голову от моей груди и смотрит в мое лицо.

– Давай поедем к папе? Он же будет радоваться, когда увидит нас.

Детская наивность…

А между тем слова сына внезапно сеют в моей голове одну идею… Дикую, конечно. Безрассудную, учитывая, что на часах час ночи. Да и вообще…

Но важный мыслительный процесс у меня в голове уже не остановить. У меня есть адрес Яна, хоть мы с сыном никогда у него не были. Он оставлял его в тот раз, когда собирался забрать Мишу к себе на выходные, чтобы я провела два дня со Стасом. Бумажка с улицей, номером дома, подъезда и квартиры до сих пор вложена в мой кошелек.

Я буду полной идиоткой, если попрусь сейчас к Яну без предупреждения вместе с сыном?

– Мама, я больше не хочу спать! Я хочу к папе! Давай позвоним ему, чтобы он к нам приехал? Или сами к нему поедем? Мы же ещё никогда не были у папы.

Возможно, поехать к Яну и с поличным застукать его с бывшей женой не такая уж плохая идея. По крайней мере тогда я точно буду знать, что его нельзя подпускать к себе на пушечный выстрел. Но не хочется, чтобы Миша был свидетелем ссоры. Вот только мне не с кем оставить сына, чтобы поехать одной.

Я гоню прочь мысль о поездке к Яну в столь поздний час, да ещё и вместе с ребёнком. Вот только она все равно меня не отпускает. Злость на Яна застилает глаза. А ещё это чувство от ножа в спину. Я ощущаю его физически.

– А давай поедем к папе! – выпаливаю.

– Ура! – Миша аж подпрыгивает от радости на моих коленях.

– Иди снимай пижаму.

Сын пулей несется в свою комнату.

Возможно, я не права, что тащу сына с собой, но сейчас единственная возможность застукать Яна с поличным. И окончательно расставить точки над «И». Завтра, когда он приедет к нам после работы, даже если я начну задавать вопросы и покажу ему фото его жены в Москве, он будет всячески отпираться.

Или не будет? И прямо скажет мне, что он с ней помирился и возвращается обратно в Тюмень? Или того хуже – это Катя переедет в Москву, и теперь Ян будет проводить время с Мишей не один, а вместе со своей женой?

Мне становится плохо от этих мыслей.

Миша не только снимает с себя пижаму, но ещё и полностью сам одевается. Вон как сильно хочет к папе. А утром в садик его не заставишь одеться. Мне больно подвергать сына всему этому, но не оставлять же его дома одного!

Я тоже быстро одеваюсь в джинсы и свитер, вызываю такси с детским креслом. Ночью без пробок от нас до Яна ехать пятнадцать минут. По дороге я успеваю десять раз пожалеть о своем безрассудном поступке. В основном из-за Миши. Но я обещаю себе, что не буду ругаться с Яном при сыне. Я просто увижу все собственными глазами, сделаю выводы и уеду обратно домой вместе с Мишей.

Отец моего ребёнка живет в доме гораздо новее и красивее нашего. Я решаю не звонить в квартиру по домофону, чтобы у Яна не было возможности спрятать Катю в шкаф или ещё куда-нибудь. Поэтому мы с сыном стоим у подъезда и ждем, когда кто-нибудь войдет или выйдет. В час ночи ждать приходится долго.

Наконец, дверь в подъезд распахивается. Нам навстречу выходит молодая парочка, и мы с Мишей быстро юркаем внутрь. Подъезд красивый, чистый и светлый. Как и полагается новостройкам бизнес-класса. Лифт стоит на первом этаже, мы заходим, и я нажимаю кнопку 18. Ян живет высоко.

У двери в квартиру с нужным номером мой воинственный запал немного выдыхается. Адреналин шарашит по венам и бьет в голову. Из глазка горит желтая точка света, что говорит о том, что как минимум в прихожей электричество работает.

Значит, Ян дома. И не спит.

– Папа тут живет? – спрашивает Миша, указывая на дверь, перед которой мы стоим. – Давай постучим?

Я делаю глубокий вдох и медленный выдох.

Пора расставить точки над «И».

Я делаю шаг вперед и уверенно жму на звонок. Затем ещё раз и ещё.

За дверью слышатся торопливые шаги. Желтая точка света из глазка становится черной. Ян подошел к двери и смотрит. Затем поворачивается замок, и раскрывается дверь.

Ян стоит в спортивных штанах и с голым торсом, в квартире негромко играет музыка и пахнет чем-то вкусным.

– Алина? Миша? – изумленно на нас глядит. – Что-то случилось?

– Дашь войти? – спрашиваю.

Ян шокировано хлопает глазами. Но дверь шире не раскрывает.

Глава 53. Три важные вещи

Глава 53. Три важные вещи

– Да-да, конечно, – тут же спохватывается и, отойдя в прихожую на шаг назад, дает нам пройти.

– Папочка! – Мишка тут же радостно подпрыгивает и тянет к Яну ручки.

Он берет сына и подкидывает его пару раз в воздухе. Поцеловав в щеку, ставит на пол.

– Алина, что-то случилось? – обеспокоенно спрашивает мен Ян.

– Ну как тебе сказать…

Я судорожно оглядываю прихожую в поисках женских вещей: обуви, сумочки, куртки. Но на глаза попадаются только вещи Яна.

– А почему ты не спишь? – спрашиваю, снимая с себя кроссовки.

– Доделываю презентацию по работе. Завтра важная встреча с партнерами. Вернее уже сегодня. Да в чем дело, Алин?

Не отвечая, прохожу вглубь квартиры. Ян снимает евротрешку с модным ремонтом. Первым делом захожу в кухню-гостиную. На столе стоят контейнеры с едой из ресторана. Обращаю внимание, что только одна грязная тарелка и одна грязная кружка.

Из кухни-гостиной направляюсь в комнату, из которой доносится музыка. судя по всему, это рабочий кабинет Яна. Комната небольшая, метров десять. Здесь помещается только небольшой диван и компьютерный стол. Ноутбук включен, на экране действительно презентация. По бокам от компьютера стоят колонки, из которых поет популярная песня.

Направляюсь далее по коридору. Ванная. Дверь открыта, свет выключен. Заглядываю – никого. Последняя дверь по коридору – спальня Яна. Зажигаю свет. Кровать идеально заправлена. На задворках сознания появляется мысль, что я творю какую-то ерунду, но я уже не могу остановиться. Пока Ян болтает в коридоре с Мишей, я пересекаю спальню и открываю ещё одну дверь. Это тоже ванная. Здесь также выключен свет и никого нет.

Я так и остаюсь стоять посреди санузла в светло-бежевом керамограните. Сердце громко тарабанит в ушах, по спине стекает горячая капля пота. Я не сняла с себя куртку, только обувь скинула.

– Не знаю, что ты ищешь, – в комнату входит Ян. – Но можешь посмотреть ещё в шкафах, под кроватью, за шторами и на балконе.

– У тебя есть балкон?

– Да, в кухне-гостиной. Должно быть, ты не заметила его за занавесками.

Я не двигаюсь с места. Стою в темной ванной и смотрю на Яна в комнате при свете люстры. Он засунул руки в карманы спортивных штанов. Глядит на меня, едва сдерживая смех. А я чувствую себя полнейшей идиоткой.

Ян был один. Делал под музыку презентацию по работе. Заказал для себя доставку из ресторана.

Я виновато опускаю голову. Яну смешно, а мне едва удается сдержать слёзы. Не понимаю уже, на кого злюсь: на него или на себя. Я выгляжу полной дурой. Прибежала посреди ночи, да ещё ребёнка с собой притащила. Сейчас Миша уже захочет спать и начнет капризничать, раскричаться.

– Ладно… – я поднимаю на Яна лицо.

Буквально за пару секунд он преодолевает расстояние между нами и оказывается вплотную ко мне.

– Теперь ты расскажешь мне, что случилось?

Боже, я даже не знаю, как ему сказать. Миша вбегает в комнату и залезает на кровать. Ян снял с него куртку, шапку и ботинки. Я даже этого не сделала. Едва сбросив свою обувь, побежала по комнатам искать Катю.

– Я думала, ты не один, – честно признаюсь.

Выражение его лица тут же меняется. Из насмешливого становится серьезным.

– Ты подозреваешь меня в измене? Разве я давал тебе повод?

– Нет, не давал. Но… все равно.

Я не знаю, что ещё сказать, поэтому снова опускаю глаза в пол. Боже, ну какая же я идиотка! Более глупой ситуации невозможно придумать.

Ян слегка касается пальцами моего подбородка и поднимает лицо на себя. Мне приходится сфокусировать на нем взгляд. Я вижу все размыто, потому что глаза всё-таки налились слезами.

– Почему ты плачешь?

– Потому что чувствую себя полной дурой. Прости…

Я снова опускаю голову. Тяжело вздохнув, Ян обнимает меня и прижимает к себе. Мои слёзы капают на его голое плечо.

– Да, она приехала в Москву, – тихо говорит мне на ухо. – Она писала мне с предложением встретиться и поговорить. Я отказался и заблокировал ее номер. Вот, посмотри.

Ян достает из кармана штанов мобильный телефон. Не знаю, как он догадался, что я примчалась к нему из-за бывшей жены. Не решаюсь спросить. Он показывает мне экран мобильного, на котором открыт диалог с абонентом по имени «Катя». Самые ранние сообщения датированы шестимесячной давностью.

«Во сколько ты придешь сегодня с работы?»

«Около девяти»

«Что заказать к твоему приходу?»

«Что хочешь»

«На выходных заедут мои родители»

Это сообщение осталось без ответа Яна. Следующая переписка датирована позавчерашним днем.

«Ян, привет! У меня выдался небольшой отпуск, и я решила съездить с моей подругой Леной в Москву. Как твои дела? Не хочешь встретиться, пообщаться?»

«Привет. Мы развелись, встречи и общение считаю лишним. Хорошего отпуска»

И следом сообщение от самого мессенджера:

«Вы заблокировали пользователя Катя».

Я снова виновато опускаю глаза в пол.

– Прости, что не сказал тебе о том, что она приехала в Москву и предложила встретиться, – Ян убирает телефон обратно в карман. – Если честно, не посчитал это важным. А откуда ты узнала о ней? Она как-то с тобой связалась?

Ян ждет ответа, а мне невероятно стыдно признаться ему в правде. Но он честен со мной сейчас и ждет от меня такой же честности.

– Нет, она не связывалась со мной. Я сама узнала о том, что она приехала в Москву.

– Как?

Делаю глубокий вдох для храбрости.

– Зашла на ее страницу в соцсети и увидела фотографию из Москвы.

Ян молчит пару секунд.

– Зачем ты заходила на ее страницу?

– Просто так. Раньше я иногда смотрела ее страницу, ещё когда вы были женаты, и ты с нами почти не общался. Она много всего выкладывала, и так я узнавала больше о тебе и вашей с ней красивой жизни.

Я продолжаю виновато смотреть в пол. Капли слез стекают по моему лицу и падают на красивую керамогранитную плитку. Ещё раз вздохнув, Ян делает маленький шаг ко мне и наступает босой ногой прямо на лужицы моих слез. Не знаю, чувствует ли их, но ничего не говорит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Он обнимает меня. Прижимает к себе крепко-крепко и зарывается лицом в мои волосы на затылке. Я утыкаюсь носом в его шею и вдыхаю запах, уже ставший любимым. Перевожу взгляд на кровать. Мишка лежит неподвижно. Кажется, уснул.

– Я сейчас скажу тебе три важные вещи. Пожалуйста, послушай меня внимательно и запомни их.

– Хорошо.

– Первое – я развелся с ней окончательно и навсегда. Я не общаюсь с ней, не встречаюсь, не поздравляю с праздниками. Она для меня в прошлом.

– Угу.

– Второе – я не изменяю тебе. Я вообще в принципе не склонен к изменам. Если я теряю к женщине интерес, то я расстаюсь с ней, а не иду изменять.

– Угу.

– Третье – я люблю тебя, Алина. И я хочу быть с тобой.

Последнее заявление парализует меня. Я стою и не дышу. Не могу поверить услышанному. Ян берет мое лицо в свои руки и, не дожидаясь от меня ответа, целует в губы.

Эпилог

Эпилог

Ян

Алина и Миша переезжают ко мне через месяц. Мы не видим больше смысла жить порознь. Я чувствую: у Алины остаются опасения по поводу быта, совместного проживания, притирки, но лично я абсолютно спокоен на этот счет. У Алины по сути нет опыта долгих серьезных отношений с мужчиной, поэтому она и побаивается. Вдруг у нас ничего не выйдет? Ведь если у нас есть общий ребёнок, это же ещё не значит, что мы уживемся вдвоем.

У меня таких переживаний нет. Я уверен: у нас все будет прекрасно. Алина такая спокойная и уравновешенная, я даже не представляю, из-за чего мы можем поругаться. У меня точно не будет к ней претензий. А на все ее замечания я готов исправляться.

В реальности наша совместная жизнь оказывается даже лучше, чем я ожидал. Каждый вечер я лечу с работы домой на всех крыльях. Мне не терпится поскорее увидеть Алину и Мишу. А когда я вхожу в квартиру и наконец-то встречаюсь с ними после долгого трудового дня, меня такое тепло окутывает, такой уют, что без преувеличения на глаза наворачиваются слёзы.

У меня ощущение, будто после долгих лет плавания по штормам я наконец-то примкнул к тихой гавани.

Я обожаю наши семейные вечера и выходные. Они наполнены детскими развлечениями и смехом. В будние после работы и Мишиного садика мы часто все вместе смотрим телевизор. Обычно это или мультфильмы, или добрые фильмы. Алина жарит на сковородке попкорн или ещё что-нибудь вкусное готовит, и мы все вместе устраиваемся в гостиной перед большой плазмой. По выходным мы возим куда-нибудь Мишу: в батутный центр, детский активити-парк, аквапарк, зоопарк, океанариум. После насыщенного дня Миша засыпает быстро, и у нас с Алиной появляется время для себя.

Я люблю ее. Это так странно. Алина очаровала меня при знакомстве, мне было очень хорошо с ней, но я понимал, что не смогу испытать к ней глубокие чувства. Вернулся тогда домой, снова увиделся с Катей и понял, что люблю ее. Алина присутствовала в моей жизни только как мать нашего с ней ребёнка. В те редкие встречи в Москве, когда я приезжал их навестить, у меня в груди ничего не шевелилось при виде Алины. Хотя умом я понимал, что она очень красивая и привлекательная девушка.

Я развелся с Катей. Но не для того, чтобы быть с Алиной, а чтобы быть со своим сыном. Я приехал в Москву, стал видеть Алину каждый день и словно посмотрел на нее другими глазами. Она изменилась. Или я изменился. Или мы оба, не знаю. Сначала я почувствовал к Алине то же самое влечение, что при нашем знакомстве много лет назад. А затем это влечение переросло в большое глубокое чувство. И вот – теперь я больше не представляю без Алины своей жизни.

Она замечательная мать, хозяйка, жена и любовница. С ней интересно разговаривать. С ней уютно молчать. С ней сладко засыпать. Я обожаю чувствовать Алину во сне рядом с собой. Обожаю ощущать, как ее руки скользят по моему телу, а щека прижимается к моей груди.

Но, наверное, больше всего я люблю просыпаться рядом с ней.

Иногда открываю глаза раньше Алины и просто смотрю на нее. На ее спокойное лицо, растрепанные волосы, на то, как она во сне придвигается ко мне поближе, словно даже ночью ищет мое тепло.

И каждый раз думаю об одном и том же: почему я был так слеп раньше?

В то время, как я строил с другой женщиной семью, она уже у меня была.

Мы живем счастливо и дружно, но в какой-то момент этого становится мало. Алина не заикается о свадьбе, но я знаю, что она ее хочет. Лично для меня после первого брака штамп в паспорте не принципиален. Но Алина замужем не была, да и какая девушка не мечтает о красивой свадьбе в белом платье? Поэтому ровно через год после переезда Алины и сына ко мне, я покупаю ей кольцо.

Я решаю сделать предложение дома, потому что знаю: уютные семейные вечера Алина ценит больше, чем дорогие рестораны. Миша после ужина убегает играть к себе, а мы остаемся на кухне. Я убираю посуду в посудомойку, а затем Алина заваривает чай. Когда она заканчивает разливать кипяток по кружкам и поворачивается ко мне, я уже стою на одном колене.

Нервничаю, блин. Хотя знаю, какой будет ответ.

– Что ты делаешь? – удивленно спрашивает, расширив глаза.

Я достаю из кармана маленькую коробочку. Кажется, Алина все ещё не понимает, что происходит. У нее приоткрывается рот от изумления.

Я волнуюсь сильнее, чем когда-либо в жизни.

– Алина, – говорю я, глядя ей в глаза, – у нас уже есть все самое главное. Но я хочу, чтобы ты официально стала моей женой. Не только матерью моего ребёнка. Не только женщиной, которую я люблю. А ещё моей семьей.

Она прикрывает ладонью рот, а глаза у нее моментально наполняются слезами.

– Ты серьезно?

– Абсолютно.

Она смеется сквозь слёзы и кивает.

– Да.

Я надеваю кольцо ей на палец, поднимаюсь и крепко прижимаю к себе. С облегчением выдыхаю. И хотя я был уверен, что Алина согласится, а почему-то все равно разволновался.

– Я люблю тебя, – шепчу ей на ухо.

– И я тебя люблю, Ян, – шмыгает носом.

– А почему вы обнимаетесь без меня? – звучит возмущенно за спиной.

Мы с Алиной смеемся и поворачиваем головы назад. Миша стоит в дверях и смотрит на нас с таким видом, будто мы совершили страшную несправедливость.

Я подхожу к сыну и подхватываю его на руки.

– У нас с мамой будет свадьба! – объявляю.

Миша уже достаточно большой и очень сообразительный. Но подробностей наших семейных отношений не знает и вопросов никогда не задавал. Поэтому сейчас удивляется.

– Свадьба?

– Да.

Хлопает глазками. Переводит взор с меня на Алину и обратно на меня.

– С белым платьем, как в фильмах?

– Да, – подтверждаю.

– И будет много гостей?

– Ну, может быть, не очень много. Но ты будешь главным гостем!

– Я буду рядом с вами стоять?

– Будешь.

– И торт будет?

– Огромный.

Миша удовлетворенно кивает.

– Тогда я согласен.

Мы снова дружно все смеемся.

Свадьбу мы устраиваем небольшую. Без показной роскоши и огромного количества гостей. Да у нас и нет столько друзей и родственников. Приезжают несколько моих приятелей из Тюмени, приглашаю кое-кого с работы. Алина тоже приглашает своих коллег и, конечно же, лучшую подругу Настю.

Мы арендуем зал в популярном ресторане, нанимаем ведущего и декораторов, которые украшают помещение живыми цветами и сооружают арку для бракосочетания.

Алина идет ко мне навстречу в белом платье, по полу струится небольшой шлейф, и у меня перехватывает дыхание. Я смотрю на нее и снова осознаю: вот она – моя женщина. И никакая другая мне не нужна. Миша стоит рядом и очень серьезно выполняет свою ответственную роль – держит подушечку с кольцами.

Алина подходит ко мне, и выездной регистратор начинает церемонию. Для меня это не ново, но почему-то я все равно ощущаю себя как в первый раз. И снова волнуюсь. Но Алина так счастливо улыбается, и это придает мне уверенности в себе. Когда мы произносим слова согласия, и регистратор объявляет нас мужем и женой, я сгребаю Алину в охапку и целую в губы.

После свадьбы мы сразу отправляемся в путешествие вместе с Мишей. Конечно же, снова в Сочи. Не специально. У нас нет такого, чтобы мы считали этот город особенным или важным для нас. Город как город. Но Миша захотел на море туда же, где мы были в прошлом году. Мы предлагали сыну другие варианты, другие страны, но он уперся, что хочет опять туда. Ну а нам с Алиной в принципе все равно, куда ехать. Главное, чтобы сын остался доволен.

Мы не говорим о втором ребёнке, но перестаем предохраняться. Беременность наступает через несколько месяцев после свадьбы. Алина с загадочной улыбкой подходит ко мне и протягивает странный предмет, похожий на электронный градусник. Прежде я не видел воочию тесты на беременность, поэтому не знаю, как они выглядят.

– Это что? – спрашиваю, глядя на жирный плюс.

– Тест на беременность.

Я смотрю на Алину, потом снова на плюс, затем опять на Алину. До меня доходит медленно. Но когда доходит, я подхватываю жену на руки и кружу по комнате. Чувство огромного неимоверного счастья обрушивается на меня лавиной. Я ставлю Алину на пол, прижимаю к себе крепко и зарываюсь в ее распущенные волосы. Она обнимает меня в ответ, и я чувствую, как моя футболка становится мокрой от ее слез. Да у меня самого тоже выступают слёзы.

– Теперь все будет по-другому, – шепчу сипло. – Ты больше ни дня не будешь одна.

– Я знаю.

– Хочешь, я уйду на работе в декретный отпуск?

Алина прыскает от смеха.

– Ну нет, это слишком. Будет достаточно, если ты станешь помогать мне по вечерам после работы и по ночам.

– Обязательно. А на день наймем няню, чтобы ты не уставала.

Алина отрывается от меня, вытирает мокрые щеки от слез радости.

– Ян, все в порядке. Я с удовольствием буду весь день заниматься нашим малышом. В таком раннем возрасте ребёнку нужна мама, а не няня. Вот кому нужно будет нанять няню, так это Мише, чтобы забирала его в двенадцать дня из школы, везла на секции и делала уроки, пока я занимаюсь малышом, а ты работаешь.

В этом году Миша пошел в первый класс, и нам стало значительно сложнее. Продленка в школе есть, но там почему-то не делают с детьми уроки. В итоге в восемь вечера мы все втроем сидим над учебниками. Хоть это и первый класс, а в мои тридцать с лишним лет делать уроки оказалось гораздо сложнее, чем это было в семь. Самое интересное, что это ведь даже не мои уроки, не мое домашнее задание, но мучаюсь я почему-то сильнее Миши.

А ещё сын недавно заявил, что хочет пойти на хоккей или на футбол. И вот на секции у нас совсем не получается его возить, так как мы с Алиной оба работаем. Поэтому вопрос некой няни-гувернантки для Миши, которая будет забирать его из школы, делать уроки и возить по секциям, назрел давно.

– Как скажешь, – соглашаюсь. – Главное, чтобы тебе было хорошо и ты не сильно уставала.

– Ты замечательный муж и отец, – тихо произносит Алина. – Нам с тобой очень повезло.

Падаю лбом на ее плечо. Я не согласен с Алиной. Лично я ощущаю себя самым ужасным отцом на свете за то, что пропустил первые годы жизни сына, за то, что не помогал Алине, когда она была совсем одна.

Но во второй раз я точно исправлюсь.

Конец