290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Органы чувств (СИ) » Текст книги (страница 10)
Органы чувств (СИ)
  • Текст добавлен: 25 ноября 2019, 10:30

Текст книги "Органы чувств (СИ)"


Автор книги: Ingerda




Жанры:

   

Фемслеш

,


сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)

– Это ты сказала, чтобы Гласс прилетел за мной?

– Да.

– Зачем? Я так много проблем тебе доставляю?

– Сейчас, это нужно.

– Кому нужно? Тебе?

– Терри?!

Девушка готова была и заплакать, и улыбнуться, когда услышала не привычное «Колман», а своё имя.

– Что?

Линда подошла близко, заставляя девушку отступить на пару шагов:

– Ваша вечеринка доставила мне много неприятностей, и чтобы всё уладить, я должна работать и быть уверенной, что ничего подобного больше не случится.

– Я обещаю, что не буду влезать в неприятности.

– Ты не можешь этого обещать.

– Нет, могу! – девушка всхлипнула и потянулась к Линде. Хорошо, что та стояла всё ещё близко и обхватить её шею не составило труда. Миссис Брэдли не возражала и сама подалась навстречу приоткрытым губам. – Мы прощаемся? – Терри смотрела на спокойное лицо Линды, и внутри всё кричало.

Неужели эта женщина хочет сказать, что всё кончено? У них же было всё хорошо? Неужели всё не так?

– Не думаю, что я бы целовалась с тобой, если бы решила попрощаться, – Линда перехватила руки Терри, стоило им лечь на бёдра. – Не надо.

– Я чувствую себя слишком тупой и не понимаю, чего ты хочешь.

– Считай, что я пытаюсь тебя защитить.

– От чего? От прессы? Мне плевать на всё это. Пошумят и перестанут.

– Мой старший сын, Колман. Ты была права, я не уверена в нём.

– Расскажешь?

– Не сейчас. Можешь занять мою ванную и спускайся вниз. Уверена, что Клара давно накрыла на стол.

– Линда?

– Да?

– Ты расскажешь мне о себе? Когда захочешь.

– Не знаю. Возможно, если ты не собираешься надоедать с вопросами.

Терри снова оставила лёгкий поцелуй на податливых губах женщины:

– Раз мне придётся улететь и ты не говоришь на какое время, могу я принять душ… с тобой?

– Со мной? – Линда несколько раз подряд моргнула. – Ладно.

Терри не могла остановиться, целуя Линду под тёплым душем. Она прижималась к её телу и прижимала его к стене, а затем, смотря в затуманенные глаза, Терри опустилась на колени перед женщиной.

Линда знала этот жест, но он не переставал смущать её и, закинув одну ногу на плечо Терри, она закрыла лицо руками.

Эти стекающие тёплые капли, тёплая и даже горячая Линда, её неосторожные движения навстречу, срывающиеся стоны-крики, вздымающаяся грудь, искусанные губы и рассеянный взгляд.

Терри теряла голову прямо сейчас, и когда животик Линды начал вздрагивать, а сама женщина утопила в себе протяжный стон, Терри поцеловала каждый шрам на этом любимом теле.

Она хотела видеть это тело снова. И она боялась улетать из Нью-Йорка, оставляя эту женщину одну.

С одной стороны она знала, что Линда никогда не бывает одна, а с другой стороны, она всегда слишком одинока.

Когда Терри приехала в свою квартиру, она даже не удивилась, что там ждёт её брат. В какой-то момент она даже разозлилась его возвращению.

– Привет, Терри! Где ты была? – Гласс обнял сестру и осмотрел её на наличие повреждений.

– У… Линды.

– Значит, Линда? – он прищурил глаза и посмотрел прямо в лицо Терри. – Надеюсь, ты не думаешь, что всё серьёзно? Она как к тебе относится? Я удивился, когда прочёл, что вы пара. Кому в голову эта идея пришла? Тебе? Я не менее шокирован, что вы вообще подружились.

– Гласс?

– Чего?

– Я действительно встречаюсь с ней.

– Чего? Ей сорок четыре года! Она… она… хотела убить меня! У неё есть дети и… она хладнокровная стерва! Ты в своём уме? Это непозволительно!

– Ты закончил?

– Терри, я рад, что я здесь. Быстрее собирайся! Я не позволю, чтобы она даже пальцем прикасалась к тебе!

Девушка закатила глаза и достала чемодан, складывая в него свои вещи.

====== Одиннадцатая часть ======

Линда смотрела из окна своего кабинета на пролетающие самолёты, и ей оставалось только догадываться, в каком именно находилась Терри. Она уже поняла, что победить чувства у неё не выйдет, но она и не собиралась падать в них с головой. В её мире всегда нужно быть начеку и неизвестно, кто окажется её врагом в следующую секунду.

Линда услышала лёгкое покашливание за спиной и закатила глаза. Ей не нужно было даже оборачиваться, чтобы понять, кто врывается к ней без стука.

– Что ты хотел?

– Мам, ты в норме? У тебя операция через полтора часа… ты даже не изучила пациента.

Миссис Брэдли развернулась и включила ту самую миссис Брэдли, с которой не стоит разговаривать таким образом:

– С каких пор ты решил стать моим помощником? Если я не ошибаюсь, ты занимаешь другую должность здесь.

Джулиан выпрямился в спине и смело прошёлся по кабинету:

– Я беспокоюсь о тебе, мама. Последнее время – ты совершаешь безрассудные поступки. Это не очень на тебя похоже.

– Могу я узнать, что именно ты считаешь безрассудным?

– Во-первых, та девушка. Кто она такая, чёрт возьми? Вы выглядели нелепо на вечеринке с корейцами. Она больше подходит Элвису, чем тебе. Мам, ау-у-у-у? Ты в своём уме?

Линда держала лицо. Если бы Джулиан не был её сыном, она бы отправила его в другую страну, в контейнере.

– Не в своём. Доволен, что я это признаю?

– Нет, не доволен! Кто такой этот русский и почему он моет руки в твоей предоперационной? Ты в курсе, что он назвался твоим учеником? Не можешь даже этими недотёпами управлять, говори мне! Я могу помочь, и я всегда на твоей стороне.

– Он не соврал, Джулиан. Иван действительно мой ученик и мой ассистент, в перспективе.

Молодой человек тяжело задышал. Его аргументы подходили к концу.

– Ты точно моя мать, женщина? Куда ты дела миссис Брэдли?

– Очень смешно. Иди работай, я изучила своего пациента ещё вчера. Теперь ты спокоен?

– Мам, тебе не кажется, что в нашу семью проникает какая-то чертовщина? – Джулиан подошёл вплотную к столу Линды и навис над ним. Женщина видела в своём сыне своего бывшего мужа сейчас, но, стиснув челюсть, заставила себя улыбнуться.

– Кажется. И чем дальше, тем мне сильнее кажется, что эту чертовщину породила я сама.

Он только рассмеялся и быстро покинул кабинет.

Линда осталась сидеть в своём кресле и переваривать состоявшийся разговор, вплоть до самой операции.

Миссис Брэдли прошла в операционную и кивнула стоявшему рядом с пациентом Ивану.

Парень был взволнован перед операцией. Это нормально.

– Почему вы там стоите? Разве вы не должны разложить инструменты для меня? – было заметно по её глазам, как она улыбнулась. Даже маска не спрятала эту улыбку.

– Миссис Брэдли, я… извините.

– За что вы извиняетесь? Кажется, вы сами хотели стать моим учеником. Я что-то путаю?

– Да, но я не хотел подставлять вас.

– Успокойтесь, Иван, и сосредоточьтесь на пациенте. Все разговоры после. Расскажите лучше, что мы знаем о пациенте?!

– Это девушка, шестнадцать лет…

– Иван?

– Да, миссис Брэдли?

– Прекратите так нервничать. Вы сегодня ассистируете мне, и каждая ошибка может стоить нам жизни. Вам ведь известно, что сердце вообще не прощает ошибок?

– Да.

– Итак, сегодня мы проведём устранение дефекта межпредсердной перегородки. Эта операция осуществляется посредством эндоскопа.

– Без вскрытия грудной клетки?!

– Именно. Делаем интубацию, с возможностью однолёгочной вентиляции. Иван? Вы слушаете меня? Вперёд, это не тестирование! Медлить и тупить – будете на учёбе.

– Да, да… – Линда видела его усердие, но не могла не отметить смущение. Очаровательный молодой ассистент, и правда, может стать хорошим врачом, но Линда не спешит забегать вперёд.

– Никаких смущений, ассистент хирурга. Проверьте давление и мы приступаем, – мужчина за монитором кивнул и сообщил о норме показателей.

Линда была уверенной в своих действиях, и её руки были очень быстрыми. За ними можно было наблюдать бесконечно.

Не все присутствующие в операционной понимали, что она делала.

Поэтому периодически Линда комментировала свою работу.

– Установлена дополнительная линия в правую внутреннюю яремную вену с максимально низким расположением катетера к грудной клетке. Иван? Что с электродами?

– Зафиксировали.

– Отлично. Переходим на вентиляцию левого лёгкого и устанавливаем порты. Следите за мониторами и пожалуйста, вслух.

– Да, миссис Брэдли.

Линде потребовалась помощь в установке портов, и каждый из них, с характерным звуком, становился частью пациентки. Они выглядели как шесть металлических трубок с массивным наконечником, и все были расположены на небольшом расстоянии друг от друга.

– Выполнена канюляция бедренной вены. Что там порт с камерой?

– Прониклись, всё под контролем, – женщина кивнула. Дальнейшие манипуляции Линда осуществляла с консоли управления хирургическим комплексом «Да Винчи». Некоторое время молчаливая бригада следила за мониторами. Линда была безумной и безупречной одновременно.

– Внимательно следите за сердцем. Перикард вскрыт продольно, на три сантиметра от правого диафрагмального нерва. Наложены три держателя.

– Я вижу, миссис Брэдли, – Иван был готов визжать от того, что видит.

– Поменьше шума. Через прокол во втором межреберье, проводим зажим и пережимаем восходящий отдел аорты.

– Остановка сердца выполнена, миссис Брэдли.

– Хорошо. Вижу дефект. Двадцать на двадцать пять миллиметров, с дефицитом аортального и отсутствием нижнего краев, – Линда быстро размяла обе руки и почувствовала, как капелька пота стекла по её спине. Она даже успела подумать, что стареет и нуждается в бригаде побольше. – Закрываю дефект, – напряжение ощущалось затылком. Глаза молодого человека были устремлены на руки волшебной женщины-хирурга. Ему хотелось поцеловать эти руки после… они божественны. – Иван, ваш выход, – парень вздрогнул и вернулся к работе.

– Снимаю зажимы, миссис Брэдли.

Линда перевела взгляд на монитор, наблюдая за тем, как сердце самостоятельно восстанавливает ритм:

– Так, всё нормально. Перикард ушит тремя швами. Через порт второго манипулятора, в правую плевральную полость установлена силиконовая трубка с низведением её в костодиафрагмальный синус.

– Удаляю все порты, – Иван стал смелее выполнять свои действия и перенял привычку комментировать, у главного хирурга.

– Закрывайте проколы и переинтубируйте. После, переводите в реанимацию. Я буду у себя. Иван?

– Да?

– Вы молодец. Но я не всегда буду так подробно комментировать ход операций. Запомнил, что мы делали?

– Конечно, миссис Брэдли! Это бесценно!

– Хорошо, – Линда скинула перчатки в предоперационной и размяла затёкшую шею.

Ей казалось, что прошло не так много времени, но на самом деле, на улице уже начало темнеть.

Миссис Брэдли поднялась к себе в кабинет, чтобы забрать вещи, прежде чем отправиться домой, и снова увидела Джулиана.

Он будто не работал весь день, а сидел у неё.

Более того, сын нахально пил её двенадцатилетний виски и занимал её кресло, закинув ноги на стол.

– О, мамуля! Как-то быстро закончилась операция. Выпьешь со мной? – судя по тому, как он ворочал языком, пьёт он не закусывая и уже долгое время.

– Интересно, что ты здесь празднуешь?

– Я напиваюсь с горя, тебе не понять. Меня полчаса назад бросила девушка. Грёбаная стерва!

– Может, стоило поговорить с ней, прежде чем начать жалеть себя?

– Я же говорю, тебе не понять. Ты слишком бесчувственная и всё из-за отца. Ненавижу этого ублюдка до сих пор, за то, что он сделал с тобой.

Линда поморщилась, когда увидела слёзы на лице сына:

– Прекрати так жалко выглядеть.

– А что? Хочется врезать мне за это? Именно так сделал бы отец.

– Джулиан! Ты переходишь черту!

«Неужели это родной сын, говорит все эти обидные вещи? Но самое ужасное, ему абсолютно не будет стыдно», – миссис Брэдли прикрыла глаза на пару секунд, чтобы усмирить внутренний гнев, а затем услышала ещё один сюрприз.

– Мам, ты тоже думаешь, что я мразь? Скажи честно? Ты же в курсе, что это я устроил взрыв в клинике и это я отравил тебя тогда. Ты была в курсе, да? – каждое последующее слово уже не имело никакого значения. Линда смотрела на сына нечитаемым взглядом, и на её губах расположилась абсолютно страшная улыбка. Нельзя улыбаться при внутреннем обмороке и оставаться такой холодной внешне. Ей так больно от этого признания… Почему она не была готова услышать это в лоб?

Услышать сегодня.

Когда Джулиан напился и раскрывает все карты, о чём завтра будет жалеть.

– Я догадывалась.

– Почему ты улыбаешься? Не хочешь спросить, зачем я это сделал?

– Чтобы быстрее получить наследство, но потом ты узнал, что всё достанется Алекс, если моя смерть не будет естественной. Всё верно, дорогой?

– Я был шокирован этим решением. Оно тоже безрассудно! Ты вся противоречива и безрассудна!!! Ещё додумайся внести в завещание свою малолетнюю любовницу. Тогда я вообще сойду с ума, мама!

– Можешь начинать прямо сейчас.

– Ты чокнутая! – Джулиан подскочил с места и быстро подошёл к матери. Он взял её за шею и опустил свою голову. Видимо, в глаза смотреть было неловко. – Как ты можешь так поступать? Отец бы разобрался с тобой. Он ублюдок, и я ненавижу его, но… он бы помог мне с тобой сейчас.

Линда скинула с себя руки сына и отошла от него подальше.

Ей больше не хотелось с ним говорить и видеть его. Она была благодарна лишь за то, что он не устроил ничего подобного до операции. Женщина вышла из кабинета и наткнулась на Ивана.

Ей даже дышать было трудно, а тут этот…

Парень был ещё не переодет и выглядел растерянно. Будто слышал их перепалку в кабинете.

– Что ты здесь делаешь? – уже было плевать на то, что ранее она обращалась к парню на «вы».

– Миссис Брэдли… простите, я не хотел подслушивать.

Женщина вздохнула:

– Я задала вопрос.

– Извините. Я хотел лично сообщить, что пациентка переведена в реанимацию, и всё проходит хорошо.

– Свободен.

Иван быстро скрылся за углом, и то, как он убегает, было лишь слышно по частым шагам по лестнице.

Из-за внутреннего землетрясения, Линда не могла сесть за руль, поэтому пришлось вызвать такси. Всё тело – сковали одно большое разочарование и огромная боль в сердце.

Она не думала, что однажды она вырастит чудовище.

Миссис Брэдли была уверена, что это целиком и полностью её вина. Она рано допустила этого парня до дел клиники. Она слишком много надежд на него возлагала и слишком много ответственности возложила на эти неокрепшие плечи. Этот мальчик – всегда был лишён любви и перенасыщен ненавистью.

Он ненавидел отца в детстве, ненавидел оставаться один, ненавидел работу, так как она забирает его мать, ненавидел учиться, так как от него хотели лишь гениальности.

Теперь, кем стал тот фарфоровый мальчик, который боялся всего, что ему незнакомо?

Он стал беспощадным, но всё таким же боязливым. Ему страшно то, что он делает, но он не остановится.

Линда слишком хорошо знает его.

Приехав домой, Линда бросила сумку в коридоре и закрылась в своей комнате. Алекс должна была быть на танцевальном кружке, вместе с Кларой, и женщина была рада тому, что сейчас она может побыть одна.

Как бы она ни старалась, отделаться от воспоминаний бывшего мужа ей не удалось.

Несмотря на попытки занять свой мозг чем-нибудь, его голос и образ… выплывали из подсознания, он смеялся над ней.

Смеялся над тем, как ей трудно дышать.

– Проклятье! – Линда больше не сможет выносить это. Она повторяла это про себя и верила в то, что это правда. Больше нельзя себя истязать. Пусть прошлое катится к чёртовой матери!

Женщина решила, что лучше поработает, чем будет обниматься с подушкой и содрогаться от слёз.

Не сейчас.

Не в одиночку.

Она взяла ноутбук на постель и разместила его на своих коленях.

Пока этого не видит дочка, Линда взяла в постель бутылочку йогурта и несколько конфет. Не только дочь, а хорошо, что этого вообще никто не видит.

В работе сейчас сплошные отчёты и ими заниматься не хотелось… вообще. Пусть лучше это сделают её подчинённые.

Линда открыла чат с корейскими партнерами и вспомнила, что сделка ещё не согласована.

«Почему мы тянем?»

Линда решила обсудить условия прямо сейчас. Тем самым она сможет выпустить пар и закрыть этот вопрос.

Два зайца одновременно. Это всегда срабатывало.

Нужно только надеть жестокую маску, от которой у всех дрожат колени, и быть миссис Брэдли.

Выбрав видеозвонок, женщина не стала показывать своего лица. Президенту Ли достаточно её слышать, а вот ей хотелось бы лицезреть на его сконфуженное лицо и отвратительно-бордовый пиджак. Линда до сих пор задаётся вопросом, почему именно этот цвет?!

– Здравствуйте, президент Ли. Я общалась с вами на встрече, а позже, мы виделись на совещании, – Линда закинула в рот шоколадную конфету и еле-еле заткнула в себе вопль эмоций от вкуса. – Мы переговорили условия сделки с вашим руководством, и кажется, он вам всецело доверяет. Обсудим условия?

– Миссис Брэдли, у вас очень красивый голос по телефонии. Я не сразу узнал вас. Да, конечно, давайте обсудим детали. Вы отправили мне экземпляр договора, но могу я озвучить вам пункты, которые стоит скорректировать?

– Слушаю вас.

– Я не уверен в пункте под номером три. Вы утверждаете, что доноры должны быть анонимными, и ничего о них не предоставляете…

– Они обладают хорошим здоровьем, что ещё нужно? Хотите знать их имена?

– Миссис Брэдли, можно ли предоставлять информацию об их умственных способностях, об их семьях, о вредных привычках, если таковые имелись?

– Хорошо, я скорректирую этот пункт. О семьях – ничего не укажу, а привычки и умственные способности без проблем.

– Понял. Пункт номер восемь. Мы не видим доноров до того момента, пока не встречаем их в аэропорту. Можем ли мы делать заказ заранее и видеть фото?

– Нет. Это исключено. Я предоставляю вам органы, а не симпатичные мордашки.

– Тогда, давайте вообще не будем вносить этот пункт?

– Президент Ли, если это последнее, с чем вы не согласны, мы закончили.

– Подождите, не торопитесь. Я не успеваю за вами. Посмотрите на пункт одиннадцать?!

– Смотрю. Что там не так? – Линда взяла в рот ещё одну конфету, пока президент Ли пытался говорить.

– Видите ли, миссис Брэдли… я не уверен, что наша компания должна оплачивать доставку.

– А в чём проблема? Вы не пиццу заказываете.

– Я понимаю…

– Хотите сказать, что мы в тупике?

– Вероятно. Возможно ли надеяться на пересмотр этого пункта?

– Нет. Как и всех остальных. Я полагала, что вы будете цепляться к чему-то действительно стоящему. Если вас не устраивает мой вариант контракта, предлагаю на этом и закончить. Вы не единственная клиника в Корее, желающая сорвать куш на донорских органах. Вы же знаете, что я уже работаю с одной из клиник в вашей стране?

– Да, миссис Брэдли.

– Даю вам день, для принятия решений. Если мы не двинемся с места, я не делаю больше попыток с вами сотрудничать.

– Миссис Брэдли, я прошу прощения! Давайте оставим ваш вариант контракта? Он нам подходит.

Линда улыбалась, видя как мужчину душит одышка и как он нервничает:

– Так быстро? Разве вы не говорили, что вас что-то не устраивает?

– Нет-нет! Всё в порядке. Когда мы сможем работать?

– С вами свяжется моя помощница, и вы сможете обсудить доставку первой партии. Всего доброго.

– До свидания!

Линда захлопнула ноутбук и потянулась. Кажется, большое дело сделано.

– Мама? – услышав топот за пределами комнаты и возгласы дочери, Линда спрятала фантики от конфет под подушку и приняла сидячую позу.

Девочка забежала в её комнату и сразу же прыгнула на кровать, обнимая Линду.

– Солнышко, давай-ка сначала разуемся и переоденемся?

– Я так рада, что ты здесь! Ты будешь дома до ночи или скоро уедешь?

– Уже практически ночь, Алекс. Где вы так долго гуляли?

– Мы были в музее, и Клара показывала мне огромные картины. Вот такие, до неба, – девочка встала на ноги на кровати и изобразила в воздухе прямоугольник. – Ты видела такие картины? Их писали настоящие художники. И правильно говорить писали, а не рисовали. Я теперь тоже буду только писать все свои рисуночки.

– Это здорово. Тебе понравилось в музее? – Линда усадила эмоциональную дочурку к себе на колени и сняла с неё ботинки.

– Ага. Может быть, я бы сходила снова… Но только тогда, когда всё-всё забуду.

– А чем Клара тебя кормила?

– Утром, мы ели омлет и я даже сама резала помидорки.

– Ты была осторожной?

– Да, конечно. Я сначала боялась порезаться, а потом набралась смелости и сама захотела порезать и помочь Кларе. А ещё, мы пекли блинчики.

– Молодцы! Что за красное пятнышко у тебя на щеке? Болит?!

– Ты не будешь ругаться, если я признаюсь?

– Признавайся. Что-то натворила? – Линда приподняла бровь и приблизилась к ребёнку с опасным, но шутливым прищуром.

– Нет, просто у меня опять сыпь на руках и на животе, – Линда моментально распахнула глаза шире и задрала рукава кофточки. Девочка восприняла этот жест не совсем верно. Она подумала, что мама злится на неё и нахмурилась, чтобы сдержать слёзы.

– Давай, снимай кофточку и подними футболку.

– Мамочка, прости, что я не слушалась.

– Алекс?! Ты клубнику ела?

– Да. Всего лишь одну ягодку. Клара не видела…

– Сиди здесь и никуда не убегай. И я не злюсь, не надо плакать, – Линда быстро вышла из комнаты и схватила аптечку.

Раньше эта аллергия преследовала Александру реже, но, кажется, придётся сказать Кларе, чтобы она взяла питание девочки под контроль и чтобы ни единой ягоды не было в её рационе. А может, стоит нанять ещё одну няню?!

Линда не уверена, будет ли комфортно Александре с чужой женщиной…

Нет, эти мысли пока нужно отбросить.

Нашлась нужная ампула не так быстро, и когда миссис Брэдли вернулась в свою комнату, Алекс тяжело дышала.

– Не могу дышать… мамочка!

– Тише, солнышко. Ты преувеличиваешь, всего лишь небольшой отёк и утром уже исчезнет, – Линда положила дочь животом на колени и быстро сделала укол. – Постарайся не есть клубнику больше и проси Клару, чтобы она читала тебе составы твоих любимых творожков.

– Хорошо, – через пару минут дыхание стало восстанавливаться, но сыпь всё ещё присутствовала.

Девочка протянула руку под мамину подушку и достала фантик из-под конфеты.

– Мам, я не ела конфеты у тебя в постели. Правда!

– Я знаю, малышка. Это я.

– Ты? – девочка посмотрела на Линду и широко улыбнулась. – А хочешь, я признаюсь, куда я прячу фантики?

– О, у нас сегодня ночь откровений? Рассказывай.

– Под кровать.

– Алекс, это ужасно! Кто их потом убирает оттуда? Клара?

– Не-а! Я сама.

– Конфет тоже много не ешь. Мне кажется, ты уже на девяносто процентов из сахара.

– Это плохо?

– Конечно плохо. Ты у меня девочка или конфетка?

– Я хочу быть конфеткой!

– Александра, желай маме спокойной ночи и идём готовиться ко сну, – Клара улыбалась и некоторое время стояла за дверью, прежде чем войти.

– Слышала, что тебе сказали, конфетка моя?

– Спокойной ночи, мамочка, – девочка обняла Линду за шею и убежала вслед за Кларой.

Линда была полностью восстановлена и исцелена. Сегодняшний день издевался над ней, как мог, но она выдержала его, и если бы не дочь, она бы так и не успокоилась.

Взглянув на молчаливый телефон, подумалось: «Как там Терри?

Всё ли у неё хорошо и как она себя чувствует?! Наверняка она устала с дороги и поэтому не звонит…

Брат о ней позаботится? Или ему стоит позвонить?»

Колебавшись, но всё же решив набрать ненавистные цифры, Линда терпеливо слушала гудки и уже начинала жалеть, что вообще позвонила.

– Да?!

– Добрый вечер, Колман. Как дела у твоей сестры?

– Миссис Брэдли?! Неожиданно, что вас это интересует.

– Не забывайся.

– Я больше не работаю у вас.

– Тем не менее, ты в списке умерших сотрудников. Я в любое время могу вернуть тебя в этот список.

– Моя сестра в порядке. Но хотелось бы узнать, что вы с ней сделали?

– О чём ты?

– Она стала слишком импульсивной и отказалась переводиться в университет во Флориде. Терри утверждает, что вернётся в Нью-Йорк и закроет все свои пропуски.

– Может, она, и правда, вернётся, – Линда не смогла сдержать улыбку и позволила её себе. Всё равно Гласс не видит её сейчас.

– Знаете, я этого не допущу. Я знаю, что вы решили реализовать свои сексуальные фантазии на моей сестре, но она не игрушка! И… это отвратительно даже для вас!

– Остынь, Колман.

– Думаете, я не знаю, что вы задумали?

– Думаю, что не знаешь. Как и всегда. Не говори сестре, что я звонила.

– Я бы и не стал. А она – вообще лишена мобильника за своё поведение.

Теперь Линде всё ясно. Терри не может ей позвонить. Старший Колман ненавидит Линду, и если ему нужно будет избить сестру, чтобы та забыла о ней, он сделает это. Несмотря на эти обстоятельства, Линда могла спать спокойно.

Она выяснила, что Терри всё ещё хочет вернуться. Знает, что она там бунтует и ведёт себя как подросток…

Линда почти готова признаться, что скучает, но у неё много работы и сущий кошмар в семье.

Возможно, она заберёт назад всю боль, что сейчас причиняет маленькой Терри, если они встретятся снова.

Но что здесь делает слово «если»?

Терри вторую неделю просыпалась с кислым выражением лица, брала в руки толстую книгу «Планирование семьи» и читала её.

Она хочет детей? Нет, нет и ещё раз, нет! Она читала, чтобы не сдохнуть от скуки в этом месте. Брат так и не вернул ей телефон. В соцсетях Линда не бывает, и с ней даже там невозможно связаться; на пляже делать нечего, особенно тому, кто ненавидит загар на своём теле; и вообще, она здесь никого не знает. Все её друзья остались в Нью-Йорке, вместе с учебой и Линдой.

Но…

Глаза Терри вспыхнули, когда она увидела Элвиса на фейсбуке, с иконкой «онлайн».

Сегодня был первый раз, когда он оказался в сети, с той ужасной вечеринки.

Не успела девушка подумать, как её пальцы уже набрали сообщение и отправили:

«Привет! Элвис, я в шоке, ты куда пропал?»

«Лежал в больнице. Привет».

«Всё нормально? Как ты себя чувствуешь? Как мама?»

«Я о‘кей, мама не очень. Она загоняется и сейчас воюет с моим братом. Ты знала, что это он тогда взорвал клинику и пытался отравить её?»

Терри прикрыла рот ладонью и ощутила, как её сердце стало стучать быстрее.

«Серьёзно? Какого хрена? Как она с ним воюет? Блин, я очень переживаю».

«Почему до тебя невозможно дозвониться?»

«Гласс, придурок, забрал телефон. Скажи, что Линда в норме?!»

«Если бы так было, сказал бы. Слушай, паспорт брат не забрал?»

«Нет. А что?»

«Хочешь в Нью-Йорк?»

«Кажется, я поняла твой план, но у меня нет денег».

«Скинь данные паспорта, и я сам куплю тебе билет. Если свалишь сегодня, завтра я встречу тебя в аэропорту».

«Ты уверен, что так правильно поступать? Твоя мама не скрутит мне шею?»

«Нет. Она не в своём уме».

Терри нахмурилась, смотря на последнее сообщение от Элвиса. Он тоже какой-то странный. Почему он сказал, что Линда не в своём уме? Он никогда так не относился к матери. Или… там действительно настолько глобальные перемены?

Вечером Терри была чересчур милой с братом и Софией. Они решили, что буйная сестрёнка перешла в стадию принятия, наконец-то, и сюрпризов с её истериками будет меньше.

Она даже не устроила вечернюю ссору и не потребовала назад свой телефон. А перед тем как уйти в комнату, девушка сказала, что вернётся к учёбе через пару дней. Гласс был счастлив это слышать. Он же не думал, что Терри имела в виду учёбу в Нью-Йорке.

Как и планировалось, Терри собрала небольшую сумку с необходимыми вещами и покинула дом.

Гласс был на работе, а София слишком крепко спала и слишком беременна, чтобы услышать и поймать её.

Никто не знал, что Терри сбежит. Никто даже не предполагал, что она свяжется с Элвисом и сделает это.

Терри не знала наизусть номер мобильного Линды, но она знала номер её клиники, и нужно было попытать удачу, пока была возможность.

В аэропорту было не слишком много людей в это время. Больше прилетало во Флориду, чем покидало её, и Терри сидела в полупустом зале ожидания.

Ёрзая на месте, девушка не находила себе места. Правильно ли она поступает? Может, Линда без неё чувствует себя лучше?

– Извините? – Терри не выдержала и обратилась к дедушке, сидящему рядом. Он повернулся к ней с удивлённым выражением лица. – Вы не могли бы одолжить мне свой телефон? Мне нужно сделать один важный звонок, – пожилой мужчина осмотрел её с ног до головы, и было очевидно, что он колеблется. И правда, у кого в двадцать первом веке нет телефонов?! – Я понимаю, как это выглядит, но мой телефон украли, а я должна лететь… домой. Я никуда не сбегу, будьте уверены.

– Хорошо, – дедушка сочувственно улыбнулся и протянул свой потёртый, кнопочный телефон. Терри подумала, что она не стала бы его красть, даже если бы была телефонным вором.

– Спасибо, – быстро набрав телефон клиники, девушка долго ждала, когда её свяжут с главным офисом, а потом она просто слушала длинные гудки. Трубку никто не брал. Она попросила набрать второй раз, затем третий, и дедушка не был против, но она так и не дозвонилась. – Спасибо вам большое, – ничего больше не оставалось, как вернуть телефон его владельцу и пойти на посадку в самолёт.

Линда была вымотана, как морально, так и физически.

Столько операций в день она не ставила себе даже в двадцать пять лет. Конечно, теперь она привыкала работать в бригаде, и даже Иван удивительно хорошо в неё вписался, но усталость всё равно делала своё дело и к концу дня, когда нужно было работать с «подводной» стороной её бизнеса, женщина была ещё более беспощадной. Она срывалась на всех подряд, кроме семьи. Это не влияло положительно на её нервную систему и давало свои плоды.

Один из таких плодов – это статья, которую опубликовали после её выступления на международном съезде кардиохирургов.

Все присутствующие называли её «доктор» Брэдли, отчего в груди кололо и дышать было слишком тяжело.

Линда не считала себя доктором, хотя знала, что талантлива в хирургии. Язык не поворачивался так назвать себя, после того, что она сделала. Она врач-оборотень, и, говоря про себя так, женщина даже способна улыбнуться.

Название статьи вновь было кричащим, и Линда истерически рассмеялась, когда увидела в сети новости о себе:

«Доктор Линда Брэдли заткнула себе подобных на международном съезде».

Женщина откинулась в кресле и вызвала к себе свою помощницу. Раннее утро, а здесь такие сюрпризы.

– Миссис Брэдли, вы просили зайти?

– Привет, Анита. Что в статье?

– В основном, о ваших личных качествах.

– Можешь без прикрас. Мне, почему-то, любопытно, но слишком лень читать самой, – пока Анита краснела и сливалась с блузкой, Линда принялась изучать новых пациентов.

– Там сказано, что… вы слишком самолюбивы и видеть вас на подобном съезде, словно застать северное сияние. Сказано, что вы никогда не жалеете своих пациентов и ищете сложные пути, даже в простых операциях. Вы слишком жестоки, даже для врача и слишком легкомысленны, как женщина. Несколько человек, анонимно, подписались под тем, что состояли с вами в сексуальных отношениях непродолжительное время.

– Достаточно, – Линда снова взглянула на название статьи и на помощницу. – Найди мне этого писателя.

– Да, миссис Брэдли.

– Можешь идти, если ничего не хочешь сказать, – Линда заметила, что Анита как-то странно мнётся у дверей и продолжает краснеть.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю