156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Пусть этот дождь идёт вечно (СИ) » Текст книги (страница 1)
Пусть этот дождь идёт вечно (СИ)
  • Текст добавлен: 13 февраля 2018, 20:00

Текст книги "Пусть этот дождь идёт вечно (СИ)"


Автор книги: Ie-rey






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц)

========== Это стоит прочесть для начала ==========

То, что стоит знать:

Время действия ― 2352 год, Соуль.

Соуль ― Сеул. Политическая карта мира 24 века немного отличается от современной, как и некоторые географические названия и объекты.

Лингва ― метод и режим управления роботами (на момент действия фика роботехника всё ещё развивается, а Лингва ― достаточно новое явление), а также язык роботов, имеет искусственное происхождение на базе военных команд/программирования/эсперанто и т. п., плохо усваивается людьми на практике. Роботы могут понимать при непосредственном контакте лишь десять процентов пилотов, хотя обучают Лингва всех пилотов. Слово “Лингва” не склоняется по падежам, как любое слово в Лингва; каждое слово/понятие Лингва имеет только одну неизменную форму. Также Лингва, как и любое слово в этом языке, является одновременно и глаголом, и существительным, и прилагательным, и наречием, и т. д. Смысл определяется контекстом и директивами (например, “айпи” может означать и “я нахожусь/ты находишься/он находится”, “где ты находишься?/назовите свои координаты/назовите координаты объекта/вычислить координаты противника” и так далее, конкретику придаёт контекст и волевой импульс пилота/робота/машины).

Лу Хань ― кит. имя, которое привык соотносить с собой Лухан, Лухан ― корейский вариант; сам о себе герой думает по-китайски, ибо китаец ― в фике он тоже китаец, кстати; употребление имён прочими персонажами зависит от их происхождения ― китайцы ― по-китайски, корейцы ― по-корейски, соответственно.

“Воин” ― модель робота; внешний контур “Воина” напоминает военный вертолёт.

Биовиды: альфы, беты, гаммы, дельты, омеги.

Соц. пирамида: на вершине пирамиды ― омеги; альфы и беты занимают более низкое положение по отношению к омегам. Существование гамм и дельт умалчивается. Альфа не может попасть в сферу управления (гос., администрат., муниципал. и т. п.), омега не может попасть в военную сферу (армия, Интернационал, полиция, охрана и т. п.)

“Интернационал” ― международная организация контроля и стандартов; занимается контролем внутригосударственных законов, приведением их к мировым стандартам, отслеживает нарушения, имеет право вмешиваться туда, куда посчитает нужным вмешаться, т.е. всюду.

Словарик Лингва

эйи – транспорт/автомобиль

алофт – в воздухе/воздушный объект/”эй, там, наверху”

аммо – боеприпасы

ангел – высота над уровнем моря

бэр – разведка боем

айпи – место нахождения/указать место нахождения

гэбар – запрос точных координат

кэнк – отмена приказа/отмена/отказ/отрицательный ответ

сид – командование/повторить приказ

байкот – секретное задание

итэси – расчётное время выполнения

диэн – нет информации/выполнено/в информации нет потребности/сделано/

положительный ответ

кэм – камуфляж/прикрытие

сифэм – подтверждаю/запрос подтверждения

сифо – прошу указаний/подтверждение

бэддаун – отбой

гоо – приказ/директива

роо – режим ожидания

роджер – понял/есть/так точно/приступаю к выполнению/положительный ответ

капт – главный/ведущий

и – враг/поиск врага

бит – поиск/отслеживание/прослушивание/улавливание сигналов различного

происхождения

иэр – оказать помощь союзнику

элзэт – зона высадки

бэбб – помехи

бэш – атака/удар

буги – неопознанный военный объект (самолёт/вертолёт/корабль/иной передвижной транспорт)

бос – мимо/выстрел в “молоко”/холостой заряд

броул – завязать сражение/принять участие в стычке/вмешаться в уже начатый бой/сделать бой более динамичным

комм – связь/радио

дэмо – уничтожение/ликвидация

дис – расстояние

ин ак – действия противника/следить за действиями противника/предотвратить

и т.п.

эск – хвост/эскорт

фас – полная скорость

сальво – старт/залп

айди – идентификация

эк-ди – в доступе отказано

онн – не имеет конкретного перевода, используется для подтвеждения восприятия конкретных событий в конкретный момент времени, характеризует, как правило, свободное движение на большой скорости без активной задачи и пункта назначения.

зеро – ноль/нет результата

гарб – принято с искажениями/помехами

вирс – оборот/поворот/вращение/смена координат

айди-трэк – идентификационный сигнал

бит-эск – наложение сигналов

кей – цель/найдено

э-конт – завершение задачи/задача выполнена успешно

нон сэн-ак ок – несанкционированное воздействие на внешний контур

моо – основная действующая задача/выполнять основной приказ

нон акт – пассивный режим готовности/нет приказов

эф-тайм – свободное время/вольно/”погуляй где-нибудь”

========== Глава 0 ==========

Код: 11-1-9/999

Тестовая активация проекта «Воин»

Переход в режим Лингва (дистанционно) санкционирован министром Чон Юнхо

Исполнители:

kdt 1119

БВ-28

20.02.50 02:01

Боевая задача: выяснить состояние БВ-28 и предельные возможности по управлению и эффективности режима Лингва у kdt 1119

20.02.50 04:08

Информационный центр армии 53 (ИЦА-53)

Лейтенант связи заволновался и пролил кофе не из-за показателей радара ― там было чисто, как в операционной, и даже не из-за того, что задремал и вдруг встрепенулся, а из-за слабого сигнала на не используемых обычно частотах. Его дремлющее ухо выхватило на периферии слова на незнакомом языке.

– Перехват неопознанного сигнала.

– Включите, ― приказал начальник, и лейтенант послушно вычленил сигнал, чтобы включить его на полную громкость.

– Нестандартная частота пси-17.

После щелчка переключателя громкости круглое помещение центра связи заполнили механические голоса. Они звучали так холодно и безжизненно, что просто не могли принадлежать людям.

– Капт. Айпи. Гэбар. ― Одна и та же тональность, никаких эмоциональных оттенков.

– Кэнк. Байкот сид. ― Второй звучал на градус теплее, и его низкий голос наполняли живые обертоны, хотя говорил он в той же манере, что и первый.

– Итэси. ― Равнодушно и мёртво.

– Диэн. Кэм. ― Ответ пришёл с едва заметной задержкой.

– Бэр.

– Сифэм.

– Сифо.

– Бэддаун, ― отозвался после новой короткой паузы второй.

– Сифэм.

– Сифэм гоо роо.

– Роо. Роджер. Капт.

На канале связи остался лишь треск от помех.

– Что это было? ― озадаченно вопросил стажёр слева от лейтенанта, когда атмосфера в центре немного отогрелась после холодного, но предельно лаконичного диалога двух неизвестных.

– Господин генерал, это похоже на искажённую Лингва, ― тихо доложил начальнику лейтенант. ― У нас нет специалистов, нужно обратиться в Академию Контроля. Вероятно, боевой робот…

– Обратитесь, ― подчёркнуто вежливо велел генерал. ― Нам не нужен неопознанный робот с неясными целями на территории Кореи. Обратитесь и расшифруйте.

– На это уйдёт время. Лингва понимают далеко не все лучшие пилоты, о том, чтобы использовать Лингва и быть понятыми роботами, я и вовсе молчу. К тому же, радары не обнаружили источник первого сигнала. Вряд ли этот робот на нашей территории.

– Если робот в режиме полной маскировки, то радары никогда его не обнаружат. Расшифруйте мне этот сигнал и уделите повышенное внимание радиопатрулированию. И узнайте, кто способен понимать Лингва, использовать и трещать на Лингва, как на родном языке. И находится ли этот умник на территории Кореи в данный момент.

– Так точно, господин генерал.

20.02.50 04:12

Штаб-квартира Академии Контроля

Диспетчер передёрнул плечами, покосился на министра Чона и терпеливо повторил:

– Борт двадцать восемь. Борт двадцать восемь, отзовитесь.

– Кэнк. Эк-ди, ― пророкотало на частоте пси-25.

Диспетчер отчётливо сглотнул и тихо уведомил:

– Он отказал мне в доступе, господин министр. Уже не в первый раз.

– Ну так свяжитесь с пилотом и не делайте из мухи слона. Он вас не понимает.

– Борт двадцать восемь, код 11-1-9/999, переадресация вызова.

– Кэнк. Эк-ди.

– Свяжитесь с пилотом непосредственно, ― терпеливо подсказал министр. ― Поверить не могу, что имею дело с лучшим диспетчером.

– Со старыми моделями у меня никогда не возникает таких проблем, господин министр, ― окончательно поник диспетчер, но послушно вызвал кадета 1119.

– Кадет 1119 ― штаб-квартире. Что полыхает? ― наконец появился на канале весёлый низкий голос. – Пользуясь случаем, передаю горячий привет министру. Диспетчер, помашите министру ручкой.

– Кадет 1119, не засоряйте эфир, ― сдвинув в сторону диспетчера вместе с креслом, строго сказал министр Чон. ― Докладывайте.

– Есть докладывать. Режим полной маскировки работает на девяносто восемь процентов. Полёт прошёл успешно. Задача выполнена. Расчётное время прибытия – один час две минуты. Высота над уровнем моря – тысяча двести метров. Арсенал запломбирован. Перехват радиосигнала на частоте пси-17 ИЦА-53. Обнаружить борт не удалось, как и расшифровать сигнал. Рекомендую наградить дежурного лейтенанта. Премию ему, что ли, дайте…

– Рекомендация отклонена, ― отрезал министр Чон.

– Да ладно вам! Не всякий дежурный бы различил сигнал, а этот ушастый попался и внимательный, заслужил.

– Кадет 1119, не засоряйте эфир.

– А вы поощряйте сотрудников.

– Кадет 1119, административное взыскание.

– Вот так всегда…

– Два административных взыскания.

– Роджер, капт. Но управлять двадцать восьмым вы будете сами, ― хмыкнул пилот и завершил сеанс связи.

– По ушам бы ему… ― помрачнел министр Чон. ― Проект «Воин» одобрен. Продолжайте тестирование и подготовку пилотов.

========== Глава 1 ==========

2352

Соуль

В углу монитора светилась пометка «изменения необратимы», и Лу Хань испытывал гордость ― у него получилось.

– Наверное, вам будет интересно… ― задумчиво сообщил от тестового комплекса руководитель проекта, щеголявший яркой надписью «Хань Фарма» на спине.

– Конечно, ― тут же подтвердил Лу Хань, поёрзав немного на больничной койке.

– Изменения необратимы, поэтому периоды активного поиска у вас больше не наступят. И, к несчастью, репродуктивная система больше не функционирует. Грубо говоря. Она подаёт признаки жизни, но именно признаки.

Это была не та новость, которая могла расстроить его. Наоборот ― он испытал радость. Можно родиться омегой и жить как омега, получая от этого удовольствие. Можно, верно. Но Лу Хань не получал никакого удовольствия от потери контроля и беспорядочных связей. Он вообще придавал слишком большое значение чувствам, а как раз их и не оставалось во время активного поиска. Оставалась голая физиология, когда всё равно уже с кем, как, когда и сколько раз. Никто не осуждал омег за подобную неразборчивость, обусловленную их природой. Да и кто посмел бы, если именно от омег зависело будущее?

Лу Хань сполз с койки и взглянул на распечатки с расчётами на двух языках ― сотрудников он набирал не только в Китае, но и в Корее.

– Изменения наступят в любом случае?

– Не всегда. Нам удалось смягчить влияние комплекса на организм. В вашем же случае играло роль то, что вы первым испытывали все разработки на себе.

– Но теперь я могу быть спокоен?

– Вполне. Ваш выбор будет обусловлен только вашими предпочтениями, а не физиологической зависимостью ― у вас её просто не осталось. Проще говоря, испытывать желание вы будете, но сможете самостоятельно выбирать партнёра. Ну и побочный эффект… возможно, детей у вас уже не будет. К сожалению.

– А проект Альфа?

– Увы, изменений нет. С другой стороны, успешность проекта Омега разрешает и эту сложность. Например, ваш организм теперь выделяет столь малое количество феромонов, что это просто не может стать проблемой. И не послужит причиной агрессии находящихся рядом с вами альф.

– Вот как… ― устало пробормотал Лу Хань. Хотя его всё же беспокоил провал проекта Альфа. Он уже два года искал ответ на вопрос, почему можно как-то влиять за процессы в телах омег и нельзя ― в телах альф. Его команда исследователей полагала, что омеги накапливают в себе генетический материал, проверенный временем, статичный и постоянный, словно эдакая родовая матрица, поэтому все разработки, направленные на благополучие омег, не идут вразрез с природой. Альфы же накапливают генетический материал опытным путём, нестабильно, позволяя подстраиваться под быстро меняющиеся условия жизни и окружающей среды, поэтому любые изменения так трудно внести. Возможно, в этом было зерно истины, а, возможно, и нет.

Это уже неважно.

Целью Лу Ханя, когда он создавал свою компанию, являлось избавление омег от физиологических зависимостей. Из-за этих зависимостей омеги, как правило, жили недолго. Раньше на продолжительность жизни ещё влияло и деторождение, но эту проблему решили ещё до появления на свет Лу Ханя.

В случае беременности плод просто извлекали на ранних сроках и помещали в инкубатор, где он спокойно себе рос и развивался, теперь даже и этого можно избежать, полностью положившись на программы евгеники: просто, удобно и безопасно. Для омег. Не все дети выживали, конечно, но это было лучшим выходом в сравнении с прежними временами, когда сразу могли погибнуть и омега, и плод, да и погибали ― в больших количествах. Мужское тело не приспособлено для родов, но изменения в мире и в людях неизбежны. Вот они и случились. Хорошо ещё, что развитые технологии позволили в итоге свести ущерб к минимуму. После осталась лишь одна проблема ― эмоциональный контроль и физиологические биоритмы. Поскольку многие омеги погибали при родах и вынашивании детей, природа постаралась это как-то компенсировать. Отсюда феромоны и неконтролируемое влечение, периоды активного поиска и сводящего с ума желания. “Плодитесь и размножайтесь”, ага, ударными темпами… Стандартные препараты, смягчавшие это, не отличались особой эффективностью, но выход найти следовало.

Лу Хань нашёл выход спустя семь лет напряжённой работы и трудоёмких испытаний.

Он родился в состоятельной семье, однако обладал достаточным умом, чтобы основать без помощи родителей собственную независимую компанию “Хань Фарма”, занимавшуюся фармакологией и разработкой медицинского оборудования.

Впрочем, родные никогда не поддерживали его начинания, считая, что это ни к чему. В конце концов, всё всегда решали положение в обществе и состояние. У Лу Ханя с рождения было и первое, и второе. После основания компании он вообще переплюнул отца и прочих родичей, добившись признания от глав нескольких государств. Те осчастливили его компанию правительственными заказами, а его самого ― государственными наградами и медалями.

Кроме того, как омега и выдающийся молодой учёный Лу Хань имел право претендовать на кресло в парламенте и прочие высокие посты не только в Китае, но и в Корее, и даже в Японии. Омегам был заказан путь исключительно в силовые структуры, поскольку по своей природе они не отличались свирепостью, зато отличались ненадёжностью из-за особенностей физиологии. Ну и с этической стороны: как может дающий жизнь её отнимать?

Сам Лу Хань в военную сферу никогда и не рвался, действительно не испытывая никакого желания применять к кому-либо силу, ввязываться в конфликты и ― уж тем более ― убивать людей.

– Сколько времени займёт окончательное тестирование продукта и подготовка к запуску линии?

– Около двух месяцев. Необходимо также рассчитать дозировку, чтобы изменения были постепенными и безопасными.

– Прекрасно. Отправьте официальное письмо в “Интернационал” с уведомлением о проекте Омега, пока их псы сами не набежали и не устроили тут бардак с фанатизмом. ― Хань набросил на плечи рубашку, повозился с пуговицами и пригладил светлые волосы пальцами. ― После запуска линии необходимо сосредоточиться на альфа-исследованиях. Пускай проект Омега решит и этот вопрос, но исследования необходимы всё равно.

Руководитель согласно покивал и выключил тестовый комплекс, после чего помог Лу Ханю накинуть пиджак.

========== Глава 2 ==========

Хань успел соскучиться по ярким огням ночного Соуля. Ему приходилось бывать во многих городах и странах, но только Соуль всегда встречал его приветливо. По крайней мере, так ему казалось.

– Господин желает поехать домой или ещё куда-нибудь? ― поинтересовался на перекрёстке водитель.

Хань намеревался выбрать первый вариант, однако передумал. Он не устал, результаты исследований порадовали, проект почти завершён, и последние полгода он вообще никуда не выходил. Стоило развеяться. Бремя природы омеги больше не давило Ханю на плечи, но определённые потребности оставались. И наконец-то он мог сам выбирать, по собственной воле и собственным предпочтениям.

– Заедем в Театр, ― решил Хань. И он вовсе не имел в виду оперу или спектакль, и водитель прекрасно понял, куда именно следует везти господина.

“Театр” находился в одном из лучших кварталов Соуля и занимал старинное десятиэтажное здание полностью. Хозяин “Театра” называл его “театром страстей человеческих” и брал на работу отлично вышколенных бет. Иногда попадалась и экзотика в виде альф и омег. Болтали, что в “Театре” можно получить всё и удовлетворить самые невероятные фантазии. Хань подобных экспериментов не ставил: он просто приходил, смотрел немного на представления и номера, выбирая себе партнёра, после чего покупал желаемое и уходил на рассвете довольным.

“Театр” в Соуле был лучшим заведением подобного профиля из всех, в каких Хань бывал.

– Господин Лухан… ― Его впустили в холл, одарив приветливыми улыбками. Знакомые лица в охране, и чувство такое, будто он и не уезжал никуда из Соуля на пару лет. ― Седьмой этаж?

– Да, пожалуйста.

Он принял золотую карту почётного гостя и прошёл к лифту. Седьмой этаж встретил его яркими цветами, пышной роскошью и лицами, что постоянно красовались на обложках журналов и передовицах газет. “Сливки” общества, восемьдесят процентов из них ― омеги, как и он сам.

Хань обменялся поклонами с несколькими чиновниками и парой генералов, прошёл мимо стайки актёров и оказался в демонстрационном зале. Его тут же усадили за столик у сцены, принесли меню и бутылку лучшего вина. Затем красивый юноша в костюме из эластика принял у него заказ и поспешил накрыть на стол.

– Давно не видел тебя, ― приветливо отметил Хозяин, опустившись на стул рядом с Ханем.

– Я только приехал.

– Соскучился по симпатичным мордашкам?

В этом крылась доля истины ― Хань всегда питал слабость к красивой внешности. Хозяин называл это “тонким эстетическим вкусом”. Эстет или нет, но Хань и впрямь западал на красивых бет или альф с тонкими чертами лица и безупречными фигурами. Ему нравилось любоваться ими. И бесило, когда в период активного поиска это переставало иметь значение. То есть, тогда становилось не до таких деталей, тогда сгодился бы любой, кто смог бы утолить сводящее с ума желание, а уж как он выглядел… Всегда можно закрыть глаза и включить воображение ― иного варианта всё равно не оставалось. Прежде, но не теперь. Теперь ни к чему всякие предосторожности и предварительные договорённости.

– Нет, просто захотелось отдохнуть немного. Да и обстановка тут у тебя обычно приятная.

– Тогда отдыхай, ― Хозяин махнул рукой в сторону сцены. Там как раз происходило нечто интересное: музыканты занимали места и вооружались инструментами. Заиграли что-то резкое и тяжёлое, потом началось шоу с огнём.

Хань успел перекусить слегка, когда на сцене появился танцор, которого он раньше не видел. Танцор словно искрился энергией, купаясь в ритмичных звуках. И Хань с удовольствием проскользил взглядом по длинным ногам, обтянутым кожаными брюками, узким бёдрам и широким плечам, скрытым тонкой тканью белой рубашки. Гибкость, изящество, пластичность. Впрочем, лицо танцора не могло похвастать утончённостью ― черты чёткие, яркие, выразительные, даже навязчивые ― такие сразу врезаются в память, хочется того или нет. Из-за белизны рубашки смуглая кожа казалась тёмной. Он танцевал, и в каждом его движении отзывались всплеском эмоции. Хань не знал, испытывал ли танцор сам эти эмоции, но мастерски заставлял чувствовать зрителей. Он походил на чародея с волшебной палочкой, и каждым взмахом палочки ― движением или жестом ― он повелевал толпой, глазевшей на него.

– Как секс с большой буквы, да? ― хмыкнул Хозяин, не смотревший на сцену, а изучавший лицо Ханя.

– Омега или бета? ― бесстрастно уточнил Хань и поднёс к губам бокал с вином.

– Альфа.

Хань едва не поперхнулся и поспешно отставил бокал, вновь устремив взгляд на танцора. Ему редко попадались красивые альфы, настолько красивые ― вообще никогда. Поэтому он обычно предпочитал бет, среди них красавцев всегда много.

– Сколько ты ему заплатил, чтобы он согласился танцевать?

– Он любит танцевать. По правде говоря, это вся польза с него. Совершенно неуправляемый мальчишка. Вечно из-за него возникают проблемы с гостями.

– Порываются себе забрать?

– Если бы… Его не потрудились научить смирению.

– Альфа и смирение ― это не самая удачная шутка. Зачем же ты держишь его у себя?

– Из непокорности тоже можно извлекать выгоду, тебе ли не знать. Сюда приходят люди с разными вкусами.

Хань промолчал, потерявшись в смутных догадках. Хозяин покинул его через пару минут, а вот к сцене принесли поднос с золотой картой, и танцор исчез за ширмой. Золотая карта означала чей-то выбор, это Хань знал. Сам отправлял прежде золотые карты ― и не раз. Да и сейчас у него в кармане пиджака валялась такая же карта, но желания посылать её кому-нибудь не было.

Больше двух часов он не выдержал, поднялся из-за стола и направился к лифту. Миновав распахнутые двери, замедлил шаг. В коридоре стоял тот самый парень в кожаных брюках и белой рубашке. Прислонился плечом к стене и повозился с рукавом на запястье. Он поднял голову и посмотрел на Ханя из-под свесившейся на глаза длинной чёлки. Холодный и мрачный взгляд, полный огня. Почти ненависть, одновременно обжигающая и леденящая. Он выпрямился и зашагал по коридору в сторону лифта.

– Постой! ― окликнул его Хань. Альфа и ухом не повёл. Пришлось догнать и схватить за плечо, чтобы немедленно получить кулаком в глаз. ― Какого чёрта?

– Отстань от меня. Или получишь добавку. ― Голос у альфы оказался неожиданно низким и глуховатым.

С “добавкой” не вышло ― налетела охрана, повисла на нём, тогда на белой ткани рубашки проступили алые пятна ― на плечах и спине. Появившийся на месте стычки Хозяин оглядел Ханя, отметил немного заплывший глаз, после чего неторопливо занёс руку, унизанную перстнями и кольцами, и ударил альфу по лицу.

Кривая улыбка на разбитых губах, кровь из ссадины на скуле и всё такой же холодный взгляд из-под длинной чёлки вместо ожидаемых извинений.

– Ты вообще соображаешь, что творишь, щенок?

– Мне соображать не положено, ― насмешливо напомнил Хозяину альфа. Ему могли дорого обойтись эти слова, поэтому Лу Хань поспешил вмешаться.

– Всё в порядке.

– В порядке? Он тебе фингал навесил, а ты говоришь, что…

– Я сам виноват.

– Это неважно. Его работа не в том, чтобы бить клиентам морды, а в том, чтобы выполнять их желания и доставлять им удовольствие.

– А если это было моё желание? ― не удержался от улыбки Хань и вытянул из кармана золотую карту. ― Что на это скажешь?

– Что ты сделал плохой выбор. Он только что от другого клиента и выжат, как лимон. На кой тебе это?

– Не твоё дело. ― Хань засунул карту в карман рубашки альфы. ― Отпустите его. Бархатный салон?

Хозяин скрестил руки на груди, осмотрел Ханя с головы до ног и обратно, пожал плечами.

– Салон свободен. Надолго?

– Не знаю. Как получится. Ты знаешь, я всегда щедро плачу.

– Знаю, только поэтому салон твой, как и этот придурок.

Хань поймал ладонь несколько озадаченного происходящим “придурка” и повёл за собой по коридору к двери “бархатного салона”. Втолкнул парня в помещение, зашёл следом и повернул ключ в замке.

– Имя у тебя есть, буян?

– Называй как хочешь.

– Хочу называть твоим именем. Так как тебя зовут? ― Хань плеснул в стакан немного виски и протянул парнишке. При ярком свете сразу стало видно, насколько он молод. А ещё стали заметными тёмные круги под глазами ― накопившаяся усталость. Или последствия тех “удовольствий”, что сейчас проступали алыми пятнами на рубашке.

Смуглые пальцы обхватили стакан.

– Кай.

Лаконичный ответ. Хань проследил, чтобы Кай выпил виски, затем указал на кресло. Напрасно. Кай с места не сдвинулся, просто стоял и смотрел на Ханя сверху вниз.

– Снимай рубашку.

– Зачем?

– Затем, что я плачу тебе.

– Ты платишь не мне, а владельцу этого заведения.

– Пускай так, но ты здесь работаешь. Или ты так, просто на экскурсию, пришёл?

Взгляд Кая похолодел ещё градусов на двадцать, но рубашку он всё же снял. Хань обошёл вокруг и оценил следы от плети. Бил явно профессионал: сильно, до крови, но шрамов не останется, когда раны заживут. Хань знал нескольких омег, которые любили сажать альф на цепь и упиваться своей властью с плетью в руке. Похоже, Кай тоже не впервые с этим сталкивался.

Хань кончиком пальца провёл по смуглой коже, размазав кровь.

– Сильно болит?

Кай немного повернул голову, словно собирался оглянуться, но передумал и промолчал. Хань почти прижался к его спине и потянул носом воздух. Приятный терпкий запах. Раньше этот запах вполне мог свести Ханя с ума и заставить забыть обо всём, теперь же он был просто приятным.

– У тебя самого имя есть?

– Лу Хань.

– Тот самый Лухан? ― с местным акцентом повторил его имя Кай.

– Тот самый, ― спокойно подтвердил Хань и провёл вдоль рубца уже губами. ― Нужно рассказывать о моих желаниях?

– Вряд ли ты меня удивишь. ― Кай вытерпел ещё одно прикосновение. Именно вытерпел. Хань не ощущал его удовольствия, лишь напряжение. Наверное, дело было в том, что он не чуял запаха омеги. Или же запах слишком слабый, чтобы вызвать возбуждение альфы. Тем лучше. Не мешает лишний раз убедиться в успешности разработок и их эффекте.

– У нас есть время до утра, и у меня долго никого не было. Надеюсь, ты придумаешь, что тебе со мной делать. Только обойдись без ударов, ладно? Я нежный, и одного фингала мне уже хватило за глаза.

Насчёт невозможности удивить Кай явно просчитался ― он именно удивился.

– То есть, ты просто хочешь…

– Я просто хочу заняться с тобой любовью ― и только. Обычный заказ, нет?

– Нет.

– Нет? ― Хань потянул Кая к себе, заставил развернуться, тронул пальцами подбородок, смахнув кровь с кожи. Даже с царапинами и ссадинами на лице ― красивый. Даже с мрачным взглядом и твёрдо сжатыми губами ― всё равно красивый. Смотреть на него было приятно.

– Обычно заказывают другое. Более экзотичное.

– Наручники, плети?

– Что-то вроде. Обычно таким, как ты, нравится видеть меня на привязи и беспомощным.

– Любят унижать?

– Ага. Любят иллюзию, что я в их власти. И любят думать, что это они трахают себя мной, а не я их.

– Наверное, потому что это иллюзия, поэтому и любят. У меня достаточно власти за стенами этой комнаты. И достаточно денег, чтобы купить тебя. А в этой комнате я согласен побыть в твоей власти. Хотя бы сегодня.

– А ты не боишься, что…

Хань прижал пальцы к разбитым губам, заставив Кая на секунду поморщиться от боли и замолчать.

– Ты слишком много говоришь.

Целовался он умело. Хань обхватил его руками за шею, привлекая к себе и не желая прерывать поцелуй. Беспокойство пришло позднее, чем следовало, но быстро улеглось. В ушах шумело, как при неконтролируемом состоянии во время активного поиска. Хань даже испугался, что допустил ошибку, и проект Омега всё-таки провалился, но потом понял, что это обычное возбуждение. В конце концов, нынешний партнёр был ему приятен, поэтому возбуждение более чем логично и ожидаемо. Будь на месте Кая кто-то иной ― всё прошло бы тут же.

Хань отстранился немного, чтобы сделать вдох, заодно провёл ладонью по гладкой груди, мышцам живота и нащупал металлическую пряжку на брюках, нетерпеливо подёргал.

Его смущало лишь одно ― холодный по-прежнему взгляд Кая.

========== Глава 3 ==========

Если не думать о холоде в глазах, то любовник из него получился горячий, изобретательный и нежный ― именно такой, какого Хань и хотел. Пристроив голову на его плече, Хань изучал чеканный профиль и размышлял о своих планах.

– Ты странный, ― тихо пробормотал Кай, глядя куда-то в потолок.

– Почему странный?

– Потому что за этим никто сюда не ходит.

– Неужели?

– Поверишь моему опыту? Сюда ходят за тем, чего не добирают на супружеском ложе. Если тебе нужно только это, проще завести мужа. Деньги тратить не придётся.

– Это мои деньги. Позволь мне их тратить так, как я захочу.

– Хочешь сменить тему, потому что эта тебе чем-то не нравится?

Умный мальчик. Хань закусил губу и провёл по лбу Кая пальцами, смахнув в сторону влажные пряди, потом коснулся рубца на плече.

– Болит?

– Болит. Просто я уже не замечаю эту боль, она постоянна.

– Но долго ли ты так выдержишь?

– Я выносливый, не беспокойся. Только обойдись без вопросов о моей жизни, почему я здесь работаю и прочего. ― Кай сел на смятых простынях, посмотрел на часы и принялся собираться. Хань подгрёб к себе подушку, обнял её и устремил взгляд на мечущегося по комнате Кая. Красивый, грациозный, тренированный. Даже рубцы от плети казались украшением, а не изъяном.

Кай набросил рубашку на плечи и выудил из кармана золотую карту. Повертел её в пальцах и неловким движением протянул Ханю. На высокие скулы выплеснулся розовый румянец смущения.

Совсем мальчишка…

Хань нашарил на тумбочке стило и размашисто написал на карте нужную сумму, после чего сунул карту в ладонь Кая.

– Никогда такого не делал, поэтому не знаю, в правилах ли это… Могу я оставить тебя за собой?

Кай с минуту смотрел на него немного удивлённо, потом пожал плечами.

– Не знаю. Тебе лучше поговорить об этом с Хозяином.

Поговорить с Хозяином не удалось, того не оказалось в “Театре”. Хань не мог ждать, поэтому ушёл несолоно хлебавши.

========== Глава 4 ==========

Данные на Кая ему принесли через пару дней. Он устроился за столом в кабинете, отодвинул монитор и принялся неторопливо изучать собранные сведения.

Кай, или Ким Чонин, родился в непримечательной семье, проживавшей на окраине города. Единственный ребёнок-альфа в семье, два других ― омеги. Учился в школе, как и все, поступил в Академию Контроля благодаря государственной поддержке выдающихся детей ― его родители не могли себе позволить оплатить обучение в таком престижном заведении.

Редкий случай, стоило признать. Обычно государственная программа поддерживала детей-омег, а Кай к ним не относился. Тем не менее, государство оплачивало его обучение в Академии. Закончил он Академию с наивысшими показателями, но по специальности не работал. После окончания Академии он вообще год нигде не работал, а потом устроился в “Театр” в качестве танцора и, собственно, альфы. Через пару месяцев попал в центральную больницу. В реанимацию. В больничной карте никаких пояснений не содержалось, что наводило на подозрения. Лечащий врач ― Чжан Исин.

Хань не знал, на кой чёрт поехал в больницу, более или менее связно думать он начал тогда, когда увидел табличку на двери “Чжан Исин”.

– Присаживайтесь, пожалуйста, ― радушно предложил ему врач по-китайски и улыбнулся. Очаровательные ямочки на щеках придавали ему мягкий и даже милый вид. На стене висели дипломы, подтверждавшие его профессионализм. ― Что вас привело ко мне, господин Лу?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю