Текст книги "Секрет завхоза (СИ)"

Автор книги: Gadolini

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 26 страниц)

Шаг за шагом Александр всё ближе приближался к покоям Помоны, мимо натюрморта с фруктами, мимо бочонка, за которым скрывался вход в гостиную Пуффендуя. Наконец мужчина дошёл до заветной двери. Постояв немного, он постучался, но в проёме ему предстала не та, кого он ожидал.

– О, мистер Филч, вы как раз вовремя, Помона уже готова на сви… Ай, – вскрикнула от неожиданности Алисия, получив от Минервы по своим нижним полушариям жалящим заклинанием.

После того, преподаватель рун распахнула перед ним дверь и отошла в сторону, Александру открылась непередаваемая, просто невероятно ошеломительная картина. Одним словом, вселенец едва не поплыл. Помона была настолько… настолько красива, что мужчина чуть приоткрыл рот от удивления, восхищения и ещё чего-то знакомого, что было инстинктивно спрятано глубоко внутри.

Такой Помону он себе не представлял. От его пристального и восхищённого взгляда декан барсуков неосознанно заправила выбившийся локон за ухо и, немного склонив голову, покраснела, как школьница.

– Кхем-кхем, – привлекла к себе внимание этих голубков Алисия. – Ну, чего встали? Вам уже пора выходить.

– Ааа. Да вы правы, мисс Сильвер. Прекрасно выглядишь Помона, – впечатлённый Алекс не заметил, как перешёл на более неформальный тон общения.

– Благодарю, Аргус, ты тоже, – вторила ему Помона, мимолётно улыбнувшись.

Посматривая украдкой на этих двоих, Алисия в мыслях веселилась, ей в тот момент хотелось выдать нечто эдакое, что могло бы смутить обоих, но она понимала, что потом от гнева подруги ей не скрыться, но кто знал, как же ей этого хотелось.

– Пойдём? – протянул руку Александр. – Да, – кивнула Помона.

Поднимаясь наверх, Помона в последний раз обернулась к подруге, которая не смогла удержатся показывая жестами 👉👌, из-за чего Помона поперхнулась от возмущения и покраснела.

– В… Ты в порядке, Помона?– обеспокоенно спросил Алекс.

– Кхе, да, всё в порядке, просто я очень волнуюсь, – заверила его спутница, мысленно проклиная горе-подругу.

– Да? Может воды? Сейчас принесу, – хотел было спустится вновь в подземелья Александр, но был остановлен рукой Помоны.

– Нет, спасибо, я сейчас сама себе наколдую, не нужно никуда идти.

– Эээм, да, ты права. Хе-хе, – неловко почесал затылок вселенец.

Поднявшись в директорскую башню, пара поздоровалась с Альбусом, получила многословное, в стиле светлого мага, пожелание быть осторожным. Напоследок пожелав им удачи, директор открыл камин и предоставив летучий порох.

Когда последний всполох в камине угас, директор сел в своё кресло и задумчиво поглядел в окно:

– Ээээх, молодость… Только бы они не наломали дров. Блэки значит… Что же ты задумал, Орион, и куда подевался Том.

Вышедших из камина Александра и Помону встретили Орион, Андромеда и Регулус, которого за день до приёма вместе с Сириусом забрали домой. Именно они сегодня встречали гостей, а также провожали прибывших в гостиную.

Особняк древнейшего и благороднейшего рода Блэк встретил гостей не той мрачной обстановкой, что описывала Роулинг, не было и выставленных на показ кучи проклятых вещей. Да и какому идиоту придёт в голову оставлять столь опасные вещи в доступных местах, где их могли найти дети.

Интерьер приемной каминной комнаты оставил приятное впечатление. Живые картины предков семьи, боевые трофеи, антикварная мебель и, главное, хорошее освещение, что позволяло увидеть всё это великолепие в более светлом антураже. Но за всей этой роскошью и свидетельствами истории Блэков скрывались многочисленные контуры и следы защитных чар. Почти каждый декоративный предмет являлся частью системы безопасности всего дома, защитные функции которых на нынешний момент были поставлены на минимальный режим или вовсе отключены. Всё это Александр подметил, пока их провожал к другим гостям Регулус.

Рассматривая этого старательно подражающий поведению своего родителя серьёзного подростка, Александр вспоминал день, когда впервые увидел Регулуса. При виде этого худого, как щепка, паренька, по которому плакали котлеты и колбаса, вселенец подумал, что это, вне всякого сомнения, сирота, который долгое время голодал. И таких детей было немного, всего трое на все курсы. Но после стало ясно, что только двое из них являются сиротами, но даже они не были столь же худы, как запасной наследник Блэк. В конце недели, после занятий Алекс собрал всех троих и отправил их в больничное крыло на обследование.

Когда мадам Помфри увидела Александра вместе с детьми и узнала причину их появления, то развила бурную деятельность. Все старания Регулуса уйти от нака… Кхм, откармливания, приводили к дополнительной порции в еде, что главное, сбалансированной, которая должна была ускорить скорость роста подростка, и дополнительными нагрузками на внеурочных тренировках, которые препятствовали переводу съеденного в подкожный жир.

Сейчас же, смотря на немного вытянувшегося в росте и раздавшегося в плечах юношу, никто и не подумал бы, что несколько месяцев назад он был похож на соломинку, что могла сломаться от любого дуновения ветра.

Войдя в гостиную и поблагодарив Регуласа, Аргус подхватил Помону под руку, и пара стала искать знакомые лица. Но, как Алекс не высматривал, никого кроме студентов и нескольких малознакомых по годам учёбы Аргуса в школе волшебников, он не признал. А вот Помона вдруг напряглась, когда к ним подошёл немолодой волшебник.

– Здравствуй, племянница, не мог представить, что увижу тебя тут, да ещё и с кавалером, – лукаво улыбался он, наблюдая, как Помона зарделась. – Не представишь нас?

– Здравствуй, дядя, конечно. Позволь представить тебе моего спутника – наследника рода Филч, завхоза и с недавнего времени профессора ЗОТИ школы волшебства Хогвартса, Аргуса Филча. А это – мой дядя и глава рода Спраут, Амадеус Спраут.

– Очень приятно с Вами познакомится, лорд Спраут, – поклонился Алекс, следуя этикету.

– Взаимно, наследник Филч, – хмыкнул тот и, придя к какому-то выводу, перевёл взгляд на Помону.

– Тебя давно дома не было, дорогая племянница, твой отец всем уже уши прожужжал, жалуясь, что ты не навещаешь их.

– Дядя, ну хватит уже, я и ты хорошо знаем моего отца. Если бы я не начала работать в Хогвартсе, он бы наверняка меня из дома не отпустил дальше, чем за пределы леса, – придала голосу холода Помона, что на памяти Александра никогда не было; даже провинившихся учеников она не одаривала таким тоном.

– Кхем, мда, – удивился Амадеус холодности Помоны, при нём она ещё никогда так себя не вела, даже с его братом она так не говорила, хотя её отец всеми силами старался до состояния надоедания опекать её с самого детстве. И это поведение племянницы заинтриговало мужчину: ему было внове, чтобы эта недотрога при другом мужчине позволила себе высказать недовольство. Амадеус перевёл свой взгляд с племянницы на его спутника.

“Интересный выбор сделала эта пигалица. Видно, что парень на вид крепкий и трость у него не простая. Похоже племянница по уши в него влюблена, вот как она прильнула к нему, заааняяятно…” – подумал лорд Спраут, в чьих глазах заиграли бесенята, ведь Помоне уже давно пора было выйти замуж.

– Извините, наследник Филч, я так понимаю, приглашение пришло вам, а не моей племяннице?

– Вы правы, лорд Спраут, если честно, я сам не ожидал, что Блэки пригласят меня на такое мероприятие.

– Что же такого странного в этом? Вы же не какой-то там проходимец. Ваш род, насколько помню, не столь древний по меркам священных двадцати восьми, но ваши предки оставили свой след в истории. Вы же, несмотря на ваш возраст, имеете довольно почётную должность и влияние на разум подрастающего поколения, что говорит о вас, как об исключительной личности. И, если слухи не врут, Вы первый за последние несколько сотен лет, кто смог открыть в себе дар Йога на островах и Европе, – закончил свой монолог лорд Спраут лицезрея одухотворённый вид племянницы.

“Смотри, как глаза горят на мою похвалу своего кавалера, и вправду пропала девочка. Если бы парень оставался сквибом, не видать ему руки Помоны, хоть я и пообещал не вмешиваться в её выбор. Чувствую, парень перспективный, несмотря на своё недавнее положение, – размышлял лорд. – Может подразнить их немного? Было бы забавно посмотреть на их смущенные лица, ну или на смущение Помоны”.

– Мне лестно слышать ваши слова, лорд Спраут. Но как бы мне не хотелось, но максимум, что я могу дать студентам, это только теория и дополнительные нагрузки, которые способствуют выдуванию лишних мыслей из голов детей, что считают себя взрослыми. Практикой же занимаются другие преподаватели школы, демонстрируя действие заклинаний и чар.

– Дааа, это проблема. Но если выпускники покажут хорошие результаты на предстоящих СОВ и ЖАБА, вы сможете и в следующем году сохранить за собой должность преподавателя ЗОТИ. И кто знает, может вы сможете найти себе учеников, которым передадите свои навыки по управлению праной.

– На счёт этого ещё рано что-то утверждать, ведь я сам ещё не дошёл до каких-либо значимым величин по управлению праной.

– Ну, что вы, наследник Филч, если всё дело в отсутствии наставника или литературы, то со вторым я попробую вам помочь. У нашего рода есть кое-какие связи на Востоке.

– Премного благодарен, лорд Спраут, за столь щедрое предложение, я подумаю на этот счёт.

“Вот же хитрый жук, – размышлял Александр, – явно хочет получить меня в должники. Одного бородатого пид… КХМ, директора мне за глаза хватает. А тут ещё один”.

За весь диалог Помона не произнесла ни слова, отдавая инициативу Аргусу, но в то же время она наблюдала за остальными гостями, подмечая, кто был среди приглашённых. В одном углу собралась группа престарелых магов, которые о чём-то яростно спорили, чуть ли не размахивая фужерами и бокалами. Левее расположилась стайка увлечённо щебечущих женщин и девушек. Вот мимо них прошли наследники родов Блэк и Поттер, вежливо поприветствовав преподавателей. Что было удивительней всего, основная часть приглашённых были семьями из нейтральной фракции, к которым причислялись и Спрауты.

–… надеюсь, вы не откажете мне в просьбе и отужинаете у нас скажем… ммм… на следующей неделе, наследник Филч? – достигли ушей отвлекшейся Помоны слова дяди.

– Конечно, лорд Спраут, почту за честь.

– Ах да, Помона, дорогая, ты же не откажешься сопроводить наследника Филча, к нам в гости на следующей неделе? – улыбнулся Амадеус глядя на опешившую племянницу, что едва сдержала удивлённое восклицание.

– Всенепременно, дядя, – механически ответила Помона, в мыслях бывшая уже почти что в истеричном состоянии.

– Вот и отлично, вот и будет повод встретиться с твоим отцом. Заодно он познакомится со столь интересной личностью, как наследник Филч.

“Хе-хе-хе, смотри, как она побледнела, и не скажешь, что она боится Артура, – наслаждался Амадеус реакцией Помоны. – Но вот от ревнивого отношения брата можно ожидать всякого. Да… Всякого. Но ничего, я поговорю с ним, чтобы он не рычал на избранника своей дочурки. Только всё равно будет забавно посмотреть, что из этого выйдет”.

Тем временем Александр не мог понять, как всё свелось к его приглашению в мэнор Спраутов и главное, что там его могло ждать, если Помона настолько поменялась в лице.

Глава 22 Договор и...

– Ну что могу сказать Аргус, попался ты. Как попался и я на крючок много лет назад, – ехидно улыбался Филиус, подначивая Александра.

– Да чего уж тут. Только мне почему-то эта ситуация кажется не столь хорошей…

– И что там плохого? Это же просто волшебно. А ты тут: “Не нравится мне эта ситуация”. Перестань думать о всякой ерунде.

Александр вскочил с места и стал ходить туда-сюда, эмоционально жестикулируя:

– Не могу я просто так не думать об этом, а что, если…

– Никаких “если”. Да перестань мельтешить перед глазами и садись, – оборвал Филиус Александра на полуслове.

Вселенец сел на предложенное место, приняв позу мыслителя, смотря на полугоблина взглядом лихим и прид… КХМ, не из той оперы.

– Давай снова по порядку рассказывай, что и как было. А то я только понял, что тебя хотят видеть в зятьях не только Спрауты, но и Блэки.

Потупив немного и проморгавшись, Александр подивился, как его рассказ привел Филиуса к таким мыслям.

– Какой зять Блэков? Ты о чём Филиус, я ничего такого не говорил.

Декан воронов прищурился и с ехидной улыбкой произнёс:

– Значит ты не против быть зятем Спарутам? Помона Филч, звучит же? И не смотри таким взглядом на меня. Скажешь я не прав? Хе-хе.

Комментарий Филиуса снова заставил Александра ненадолго задуматься, но вселенец быстро отогнал возникшие крамольные мысли.

– Так всё, закрыли эту тему.

– Конечно-конечно, – продолжал улыбаться мастер чар и заклинаний. – Тебе бы не помешало выпустить пар, может спарринг?

Отступление, Блэк-хаус.

– Лорд Спраут, Профессор Филч, Профессор Спраут, прошу прощения, что отвлёк. Профессор Филч, Вас приглашает на беседу мой отец, – обратился к ним Регулус.

– Конечно, мистер Блэк. Лорд Спраут, Помона, мне придётся вас временно покинуть.

– Прошу проследуйте за мной профессор, отец ждёт вас в малой гостиной.

– Ну, что же ведите, мистер Блэк.

Пройтись пришлось недалеко, но за это время Александр успел всякое напридумывать.

– Мы дошли профессор, я же Вас покину.

– Конечно, спасибо, что сопроводили, мистер Блэк, – провожая парня.

Постучав в дверь, Александр вошёл в скромно обставленную по меркам не только маг-аристократии, но и магловских благородных семей гостиную. Вся обстановка настраивала на деловой лад. Нельзя было сказать, что она была неуютной, однако к этой части дома хозяева вели исключительно гостей, с кем они хотели бы иметь дальнейшие дела.

Около столика с креслами и диваном стоял сам Лорд Блэк, Орион Блэк. Поздоровавшись, он, давая пример гостью, сел на кресло, приглашая жестом Александра.

– Как уже было сказано в письме, я благодарен вам за внимание, что вы уделяете моим сыновья в Хогвартсе, мистер Филч.

– Ммм, это входит в мои обязанности преподавателя.

– Не скажите, вы, наверное за последние пятьдесят лет, являетесь единственным волшебником который, работая в нашей Alma mater, старается сделать что-либо полезное для школы.

– Мне лестно слышать о себе такое мнение, Лорд Блэк, ээээх… Но это не только моя заслуга.

– Извольте, не буду лгать, о вас мнение моих отпрысков разделяются. Но то, как ваши методы обучение влияют не только на моих детей, говорит о многом. По словам Регулуса, вы его хорошо учите, пускай и загружаете физически .

– Нууу, если говорить о Регулусе, то он довольно умный и старательный. Я бы даже сказал излишне старательный и ммм… зависимый от влияния авторитета, что может ему в будущем больше навредить.

– Согласен, есть в нём такая черта. А что Вы скажете про Сириуса?

– Сириуса можно охарактеризовать, как обыкновенного подростка с шаблонным поведением, характерным детям его возраста: максимализм и неприятие авторитетов. Ммм, точнее он будет считаться с теми людьми, чьи действия и мотивы совпадают с его же мыслям и целями.

Выслушав мнение человека, который проводит много времени с его сыновьями, и припоминая все те моменты жизни, связанные с ними, Лорд Блэк всё больше находил в их поведении влияние Вальбурги. Его недееспособная жена сильно влияла на наследников своими речами. И, к сожалению самого мужчины, он едва не потерял тот миг, когда можно было что-либо изменить в них. Сириус больше походил по характеру на мать, такой же вспыльчивый. Регулус же больше был похож на него. Но вот то, что, по словам его собеседника, оба мальчика в той или иной степени будут зависеть от чужого мнения, было плохо. Все те мысли про тёмную семейку, что позволил себе высказать его старший отпрыск, буквально говорят об его обработке одной бородатой сволочью. В противовес ему Регулус готов заглядывать отцу в рот, но до недавнего времени считал своим кумиром Тёмного Лорда.

Видя, что его собеседник сильно задумался, Александр прикидывал, в какую сторону может завести их разговор. А после недавних событиях, и попадании Вальбурги Блэк в Мунго, было сложно предугадать действия главы Блэков. И пока что разговор, можно сказать, шел не о чём серьёзном. Простое обсуждение учителя с родителем учеников.

“Мда, не думал, что придётся когда-то говорить на вот такие темы”.

– Что же, давайте перейдём вопросу, ради которого я пригласил Вас на личную беседу. Насколько мне известно, практики, которыми вы занимаетесь, в основном завязаны на управлении жизненной силы. Если я где-то ошибаюсь, поправьте меня.

– В основном Вы правы. Но дополню, что практики-йоги учатся контролировать все системы организма, укрепляя, усиливая и отчасти изменяя их с помощью праны. Но главная загвоздка в том, чтобы достичь до упомянутого вами уровня управления телом простыми физическими упражнениями не достаточно. Тут нужна сильная воля и гибкий, но крепкий разум, – вселенец начал догадываться, куда клонит их разговор лорд Блэк.

– Вы, я как понял, говорите об окклюменции?

– Именно, лорд Блэк. Ведь тело и разум накрепко связаны друг с другом. Пускай в начальных стадия окклюменция и вовсе не нужна, но дальнейшего развития без неё не будет.

– Думаю, это можно сравнить с детскими выбросами, которые бывают, как уже давно известно, при сильных эмоциях у детей, а у обученных волшебников, которые контролируют более-менее свои мысли и чувства, выбросов нету – размышлял вслух Орион.

– Хмм, есть такое. Выбросы бывают при эмоциональных скачках у детей, но в первую очередь у каждого человека, эмоции влияют на сам организм. Те же явные реакции тела на эмоции тому пример, – ответил Александр и задумался над тем, что он не смог бы достичь настолько быстрого прогресса, если бы Аргус не изучил окклюменцию.

– Что же, для продолжения разговора к нам присоединятся моя племянница? Дело в том, что дальнейшая часть нашего общения будет, касатся и её тоже. Кричер, позови Андромеду.

– Эээм, Андромеда? – удивился Александр

Орион увидев реакцию гостя, внутренне поморщился:

– Слухи про её изгнание из семьи сильно преувеличены.Теперь же, дальнейшее наше общение пройдёт после подписания контракта о неразглашении и взаимного ненанесения вреда. Далее если вам будет интересно моё предложение, то хорошо, мы подпишем ещё один контракт после обсуждения условий.

Вселенец не знал, как ему поступить. Ведь если он откажет сразу, то Блэки могут ему и житья не дать. К тому же происшествие в Лестрейндж-мэноре совпало со времени с созданием посоха. И то, как себя повели Блэки, указывало, что можно больше не ждать канонных событий.

Договор о неразглашении был подписан, после чего Орион, представил своему гостью свою племянницу, и её малютку дочку, что смотрела на всех своими хаотично меняющимися глазками.

Сосредоточившись на истинном зрении, Александр поразился увиденному. Энергетика крохи удивляла своей изменчивостью и переливами разных цветов. У девочки как-будто не было чёткой границы между духовными оболочками. Сознательные и бессознательные части души были накрепко связаны и воздействовали друг на друга на небывалом для простых обывателей уровне. Вот тут-то и Александру стало понятно, зачем он понадобился Блэкам. Из-за особенности души девочка имела довольно большое количество ментальных, магических и жизненных сил для своего возраста. А главное, её прана была более податливая, чем у обычных волшебников и людей. Ведь практики жизненной энергии вначале тратят много времени, чтобы пробудить, почувствовать силу, а потом и с натугой управлять своей ею. В случае же с девочкой было довольно сложно понять, как оно всё работает.

– Метаморф? Удивительно, поздравляю, лорд Блэк, с рождением ребёнка с родовым даром.

– Благодарю. Видите ли, мистер Филч, у девочки дар довольно нестабильный. И все наши изыскания и проверки колдомедиков ни к чему не привели. Мы не смогли понять, почему она не может контролировать, свои способности. Вначале решили, что из-за проклятия. Но девочка полностью чиста. В дневниках и мемуарах нашего рода упоминаний о чем-то подобном не нашли. Предки со схожими способностями с детства умели контролировать свой дар на более-менее приемлемом уровне. Имеющиеся методики развития метаморф магии предназначены для взрослых магов. И только недавно, после очередного осмотра девочки колдомедик сообщил, что у неё имеется большое количество жизненных сил.

– Я Вас услышал, но чего вы конкретно хотите от меня? Не думаю, что у меня хватит знаний как-то ей помочь. – покачал головой Алекс.

– Повторюсь. Судя по тому, что я услышал от вас, Вы единственный на островах человек, кто хоть как-то сможет нам помочь. Конечно, вы будете не единственным, за Нимфадорой будет также присматривать и целитель. В свою очередь я буду находить информацию для её обучения .

– Как понимаю, Вы отмели варианты найти ей наставников за границей? Но прежде чем давать Вам окончательный ответ, мне нужно подумать. И если это возможно, могу ли я осмотреть девочку?

Конец отступления

– Но всё таки, что будешь дарить Помоне, и отдельно её семье, когда пойдёшь к ним в гости? Не гоже с пустыми руками идти. – поинтересовался Флитвик.

– А что посоветуешь и почему отдельно?

– Так нужно, просто подготовь и ей подарок тоже. – Филиус почесал макушку. – А что дарить сразу и не скажешь. Можешь украшение какое-нибудь подарить или растение редкое. Знаешь, тебе лучше к нашему здоровяку сходить, не просто так он лесничий. Может подсказать, где что растёт редкого. Но про укарашение не забудь. Что-то засиделись мы, продолжим спарринг?

Вначале тренировочного спарринга мужчины размялись, проведя бой на шпагах без магии и усиления праной. После того, как они передохнули, началось самое весёлое, оба задействовали почти весь доступный им арсенал. Александр прыгал и уворачивался от заклятий, попеременно атакуя и ломая щиты, выставленные полугоблином. Что-то масштабное профессор чар не применял, стараясь держаться в рамках дуэльных правил. Вселенец выкладывался, как мог, чтобы хоть пару раз достать своего оппонента. В конце спарринга, как в тех анекдотах, чуть ли не дошло до двойного нокаута, только у одного была ранена нога, а у другого вывернута в неестественном положении рука… Побитые, но довольные проведенным спаррингом мужчины поплелись под дружное ахуе… КХМ, удивление мимо проходящих студентов в больничное крыло. Медведьма, увидев в очередной раз, в каком состоянии эти великовозрастные обалдуи пришли к ней, только осуждающе покачала головой. Таким макаром почти каждый раз после той памятной (не)рыбалки, эти двое иногда проводили довольно жёсткие тренировки-спарринги.

Ранним утром следующего дня чуть хромающий, но задумчивый Александр направлялся к хижине Хагрида. Ох и хорошо ему вчера прилетело от Флитвика, да и тому досталось.

Не найдя Хагрида, мужчина направился к курятнику, где и обнаружил нетипично ведущего себя полувеликана. Стоя спиной к вселенцу, тот хихикал, держа что-то в руке.

Картина хихикающего, как какой-то маньяк, лесника мягко говоря была удивительной и настораживающей. А звук рычания, и беснующегося в клетке зверя и вовсе удивляло.

Подойдя поближе, Алекс увидел довольно крупного…

– Это что за гигантский хорёк?

– РРрр сам ты Ррр хорёк (пиииип) белобрысый , – матюкнулось это нечто.

– Эээээ. Хагрид, это кого ты поймал?

– Энто-то хехехе. Воришка поганый, шо кур товой, эээ драл.

– Сам ты воришка, мохнатое (много нецензурных оборотов) чучело. РрРрр, я из тебя пособие по гигантизму сделаю.

– Мда, чего не увидишь в нашем мире. А, что ты с ним хочешь сделать, Рубеус?

– Как чегой сделаю? Энто на воротник тогой, шубе пущу.

– Я тебя сам на ворРротник (ПИИИИИИП) пущу мохнатое чучело, вот выберусь и ты познаешь прелести бытия препаратом.

– Ага, того ты, этно, воришка, не говори мне тут. – Полувеликан поставил клетку на бочку с водой, что стояла около курятника. – Чёй-то он, эээ некультурный.

– Но всё-таки, что это за зверь такой? Да ещё и разумный видимо.

– Ррар, сам ты видимо неразумный (всемирно известное слово, что часто пишут на стенах) микроцефал белобрысый, как и это мохнатое чучело.

– Мда, слушай, Рубеус, может мне Сильвануса позвать? Вот и узнаем, кого ты поймал. С виду хорёк, как хорёк, только размером с дворнягу.

– Энто ты хорошо придумал. Профессор Кент… Кетл… Чегой-то у него сложная фамилия. Ну, он сможет, думаю, подсказать, энто, что из воришки сделать можно будет. Он того, профессор по зверушкам, да.

Подивившись ещё раз на столь оригинальные выверты этого нового и дивного мира, вселенец с помощью Сири позвал Кеттлберна. Под аккомпанемент оскорблений сквернословия нехорька, Сильвануса ждали недолго.

Несмотря на отсутствие некоторых конечностей и возраст, тот скакал, как ошпаренный кипятком, то и дело издавая нечленораздольные радостные возгласы. Спустя несколько лет, после того памятного дня, как выразился этот еба… Кхм, Сильванус, если такой любитель милых зверушек, как Хагрид не разобрался, кого он поймал, то это же просто АХЕ… Ну вы поняли.

Скачущий на всех порах Кеттлберн произвёл на Александра двоякое впечатление. Мужчина не понимал, как профессор так от боли не скручивался. Ведь травмы, оставленные магическими тварями оставляют после себя неизлечимые следы, если повезёт закрыть рану.

– Так-так-так, доброе утро, Аргус, Хагрид. И кто у нас тут такой, красивый, – достав палочку, Сильванус проковылял к клетке.

– Ррр, о ещё один. Пшол отсюда (ПИп, ПИИИИп, ПППППИИИИП) огрызок и убери свою, Ррар, палку, а то засуну туда, где даже проктолог не найдёт.

– Оооооо, так-так-так. Интересно, с виду похож на джарви, но те не говорят такими длинными и непонятными фразами и только матом кроют. Это просто великолепно, его надо изучить. – То и дело размахивал своей палочкой Кеттлберн, отправляя в тварюшку диагностические чары.

– Сам себя изучи, ррраРАр, пособие по патанатомии.

– Великолепно, оно ещё и отвечает внятно. Нужно досконально изучить, какое у него строение, тут я не смогу полностью осмотреть эту особь. Хагрид, я его забираю в лабораторию. Это, что же. Какое открытие!!! Полность разумный джарви, хехехе!!! Или не джарви?!

Профессор Кеттлберн завёлся не на шутку, то и дело размахивал руками и пританцовывал.

– Ээээ, – послышался громкое глотание, что было слышно даже при восхищённых возгласах одного инвалида с палочкой.

– Белобрысый, ты это, не отдавай меня этому огрызку. Не хочу, чтобы на мне опыты проводили и мозги мои изучали. Я лучше воротником стану, так-то мучится не буду, – проскулил невиданный зверь.

Александр не выдержал и расхохотался, привлекая к себе внимание собравшихся волшебников.

– Какая однако интересная тварюшка, – всё так же восхищался преподаватель УЗМС.

– Иди на (ПиииииП) огрызок. Белобрысый не стой, спасай, ты же тут один нормальный. Нормальный же? НУ!?

Проигнорировав мольбы сего создания, Алекс махнул рукой двум “полулюдям”, дескать, сами разберитесь.

Под жалобные стенания тварюшки и старания давить на жалость, к удивлению двух профессоров Хагрид начал хныкать над незавидной судьбой бедняжки, как будут голодать её детки, когда маму разберут и изучат.

– ЫЫыыы, жалко зверюшку, у неё же ыыы, детки маленькие. Хны, а куры, чегой-то. Малюток, жалко. Они же без мамки останутся ЫЫыыы. – Выдал этот простодушный здоровяк. Затем и вовсе достав платок с размеру полотенца высморкался, да так, что на него посмотрели абсолютно все.

– Так всё, заканчиваем этот дурдом, никто её резать или кромсать во имя науки не будет, думается мне наш воришка врёт про деток. Ведь я прав? – Начал давить Алекс, направляя силу на зверюшку.

Разумный зверёк, как и положено более слабому, попав в эпицентр воздействия, задрожал от испуга, почувствовав, как-будто перед ним стоит, не просто человек, а дракон какой-то. Чувство всепоглощающего отчаяния, заставило того забится в конец своего временного узилища, заставляя находится как можно дальше от этого страшного создания. Зверёк не заставил себя долго ждать и отвечал на все заданные вопросы. Как и предполагалось ранее, это был джарви. Осознал же себя зверь полностью, как полноценную личность, не больше года назад. Далее стало понятно, что тварюшка была самкой. На вопрос, как так получилось, что она полноценно обрела разум, пленница рассказала про проглоченное вместе с садовым гномом невесть откуда взявшееся яйцо. Зачем садовому гному было нужно яйцо, было не понятно, но Сильванус поставил себе мысленную заметку, поискать информацию про волшебные яйца, что даруют разум разным животным. Далее тварюшка добралась до своей норы и уснула на несколько месяцев. Ведь когда она засыпала, вокруг всё было зелёным, а проснувшись, она увидела только грязь и голые деревья. Далее была получасовая история, как она проживала рядом с бывшим преподавателем медвуза. Причиной же столь интересного соседства были куры, которых держал этот старик. Ведь, по её словам, ей стало не очень приятно есть садовых гномов: “Вкус у них отвратный, и как я их раньше ела?” Так она жила, пополняя свой словарный запас не только матом, а так же умными словами, пока по её душу не пришли ловцы диких животных. Покинув опасное хлебное место, она долгое время бродила по сёлам и фермам, разоряя курятники, пока её не потянуло на север. А дальше она нашла сокровище: курятник Хогвартса. Наполненная магической энергией местность благотворно повлияла на кур, которые росли, как на дрожжах, становясь более питательнее для магов и магических созданий. Вот и подсела она на магически насыщенный “корм”.

После того, как ему не позволили забрать мутировавшего джарви на опыты недовольный Кеттлберн отчалил, напоследок просканировав зверя заклятиями и набрав немного слюны, крови и шерсти. Хагриду было жаль бедную зверушку, что настрадалась бегать туда сюда. Похоже тот уже и позабыл, как воришка жрал его подопечных. “Ну какой же он всё таки простодушный”, – подумал Александр.

– Я чего к тебе приходил Рубеус, мне нужно растение какое-нибудь редкое из запретного леса. Меня пригласили в гости Спрауты, хочу сделать подходящий подарок.

– Энто ты хорошо придумал, подарки дарить нужно. Могу показать поляну, где много чегой растёт, дааа. Там и полынь есть, и пару кустов мандрагоры видел.

– Мандрагора это хорошо, но мне на самом деле, нужно что-то более редкое.

– Дай-ка покумекаю. Дааа. Может тебе та травка подойдёт. Тока там, того, не очень безопасно.

Александр уже догадался, что небезопасное место в таком опасном месте, как Запретный лес, могло быть только в паре мест и одно из них, очевидно, возле логова питомца Хагрида. Акромантулы те ещё неестественные для биома твари. Выведенные каким-то гением-неудачником-химерологом в древности, как охранные твари, что вырвались на свободу и сожрали своего создателя. После чего заполонили остров, пока не были обнаружены и выловлены для разных нужд. Никто точно не знает, когда именно в Запретном лесу появилась колония этих тварей. Но по экспертному мнению Александра всё свелось ко времени предшествующему незадолго до Статута, а возможно, что и к Салазару. Ведь василиска нужно было чем-то кормить.