Текст книги "Секрет завхоза (СИ)"

Автор книги: Gadolini

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 26 страниц)

”Сдерживающий круг несложно начертить, шлем воли выучен и висит в ауре. И почему я тогда так затупил, если бы не Ночь, то навыки окклюменции, доставшиеся мне от Филча, не смогли бы меня защитить? И тогда да здравствует Володяморда, обустраивающий мою тушку под себя. Ничего, приголублю диадему Замешательством и посмотрю, как он сможет повлиять на мой разум. А учитывая флёр демонической силы, что тянулся от диадемы, встаёт вопрос – это точно крестраж или туда заточили демона с сильными ментальными способностями. Остаётся только вопрос: узнает ли владелец (не)крестража о потере? Попаданец я или погулять вышел, у меня в пространственном кармане свой личный рояль, я нахожусь в магонасыщенном месте круглый год, так что держитесь тёмные пластилины я вас побежу, победю, побужу… да как правильно-то? Мда. Ну ничего, скоро вырву эту тварь из диадемы, затем запихну в посох и там посмотрим, кто это у нас демонический завёлся… Только бы и сам Волди не был демоном, шанс довольно большой. Ну а теперь спать”.

Дом на Гриммо 12.

Дом семьи Блэк… За все века существования Рода Блэк, о его представителях по всему миру гремела слава искусных магов. И почему-то все помнят только об одном – Блэки опасные тёмные маги, этим характеризуя почему они носят свою фамилию. Репутация магов, что не шли на компромиссы и всегда были безжалостны к своим врагам, сделала свое дело. В памяти магического сообщества из поколения в поколение передавались разнообразные, не только письменные, но и устные сказания об этой семье, которые пускай и искажались со временем, но несли в себе главный посыл – ни в коем случае не переходи дорогу Блэку, возможно, целее будешь.

Но почему-то все забывают, что столь одиозная семья породила не только тёмных или боевых магов, которые, впадая в боевое безумие, не жалели ни врагов, ни союзников. Среди Блэков было немало целителей, артефакторов, зельеваров, ритуалистов, учителей и даже самый непопулярный директор Хогвартса в лице Финеаса Найджелуса Блэка. Но всех их характеризовала одна ранее упомянутая черта: безумие. Да, все Блэки были на ком-то или на чём-то помешаны, будь то любимый человек или профессия, непримиримый враг, выбранная профессия, идея-фикс или драгоценный предмет. Нынешнее поколение было воспитано в идее фанатичного соблюдения чистоты крови. Только в каждом стаде есть паршивая овца, и в роду Блэков в этом столетии такой овечкой стала Андромеда Тонкс. При поступлении в школу одиннадцатилетняя гордая дочь семьи Блэк стала образцом подражания для всех молодых леди. Аристократическое воспитание, спокойный, сдержанный, но жизнерадостный характер, умение держать свои эмоции в узде. По мнению многих, Андромеда разительно отличался от своей сестры Беллатрисы, которая, несмотря на юный возраст уже была более ммм… стервозной и жестокой. Их младшая сестра Нарцисса, можно сказать, была холодной версией Андромеды и имела более спокойный характер. В кругу близких и друзей, где Нарцисса вела себя чуть более раскованно, Андромеда расправляла свои крылья, становясь той самой девочкой, что могла радостно улыбаться в ответ на незатейливую шутку или пустить слезу по погибшему питомцу подруги.

По насмешке судьбы, у всех трёх сестёр проклятие Блэков выразилось в любовном помешательстве. Белла была без ума (в прямом смысле) от Воландеморта. Андромеда безоглядно полюбила Теда Тонкса, под влиянием проклятия послала всех куда подальше и вышла за него замуж без родительского благословения. У Нарциссы сила проклятия была слабее, но даже её холодная натура не стала преградой для сильного чувства, ещё в детстве она подарила своё сердце наследнику Малфоев – Люциусу. У всех троих сестёр любовь зародилась естественным путём, но со временем она стала неиссякаемым источником для фирменного безумства Блэков.

Андромеда осознавала свое состояние и была к этому готова, она научилась сдерживать пагубное влияние “безумия” на свой разум окклюменцией. Средняя сестра не стала такой же помешанной на Теде, как Белла от Реддла. Андромеда, что растила свое чадо, просто души не чаяла в своём муже и заглядывала ему в рот при каждом слове. Так и жила себе пара, пока на семейном гобелене не проявилась ещё одна ветвь, что тянулась из выжженого Вальбургой портрета Андромеды. В первые два года, как бы странно это не казалось, никто не замечал изменений на семейном древе, всё это время в комнату с гобеленом никто не заходил. Пока в один мирный день глава рода Блэк, Орион, не услышал яростный вопль жены. Поспешив к супруге, Орион обнаружил её стоящей возле гобелена. Вальбурга глядела в одну точку, грязно ругалась и что есть сил проклинала полукровок, грязнокровок и каких-то мутантов. Присмотревшись, что так внимательно рассматривает его супруга, Орион неаристократично разинул рот от удивления. Из оцепенения его вывели действия жены, которая направила палочку на портрет маленькой девочки в явном намерении выжечь его. Мужчина не раздумывая схватил Вальбургу за руку, но в ответ получил недоуменный и злой взгляд.

– Отпусти меня, Орион, на семейном древе не место предателям, и это отродье никоим образом не должно быть упомянуто в истории рода, – она отпихнула от себя мужа и вновь направила палочку на изображение

– ДА УГОМОНИСЬ ТЫ, ЖЕНЩИНА!!! Внимательно присмотрись к портрету, – повысил голос Орион.

– Мерлин… Орион, ты тоже это видишь? – не отпуская направленную на портрет палочку, шокированная Вальбурга не могла поверить своим глазам.

Картина, открывшаяся взору чете Блэк, изумляла: изображение маленькой девочки было нестабильным и расплывчатым, что было характерно только для метаморфов. В последние пять веков в семье древнего и благородного дома из-за накопленных проклятий не рождались метаморфы. К тому же, при изгнании Андромеды из рода не были проведены сопутствующие ритуалы. И это привело к тому, что девочка была по сути бастардом и не имела крепкой связи с алтарём рода. Из-за этого дар метаморфа был нестабильным, внешность девочки должна была ежесекундно произвольно меняться, чем, скорее всего доводила её родителей до икоты.

– Вижу, дорогая. Не я же истерю каждый раз, когда мне что-то не нравится, – и только после колючего взгляда жены Орион понял, что сболтнул лишнего. Решив отвлечь свою фурию, мужчина вновь заговорил: – Нужно созвать Род на совет, пускай ребёнок полукровка, но такой шанс нельзя упускать.

– Какой шанс, Орион! Пока я жива, этот выродок ни за что не станет частью рода, – вспылила по-новой леди Блэк, поднимая свою палочку.

– ДУРА, ОНА МЕТАМОРФ. ТЫ ЗАБЫЛА, КОГДА В ПОСЛЕДНИЙ РАЗ В РОДУ РОЖДАЛСЯ РЕБЁНОК С ПОДОБНЫМ ДАРОМ! – одёрнул жену лорд Блэк.

– Т-ты… К-как ТЫ СМЕЕШЬ НА МЕНЯ ОРАТЬ!!! – с новой силой взвилась Вальбурга.

Уставший от выходок жены лорд Блэк невербальным обезоруживающим выхватил палочку жены и связал её с помощью Инкарцеро.

– Как же ты меня достала, – устало вздохнул Орион, игнорируя вопли жены. – Силенцио… Вот так-то лучше. Кричер, принеси умиротворяющий бальзам. Дай сюда, свободен. А ты, дорогая моя супруга, давай-ка выпей зелье, и чтобы ни капли не пролила.

Под гневным взглядом Вальбурги, Орион напоил её успокоительным, которое подействовало уже через минуту. Увидев, что из взгляда жены ушло безумие, лорд Блэк освободил её от пут и вернул способность говорить, при этом на всякий оставил палочку супруги у себя, зная на своем опыте, что даже умиротворяющий бальзам не панацея взрывному нраву Блэков. К счастью зелье подействовало, Вальбурга была само спокойствие и молчаливо ждала, что скажет глава Рода.

– Надеюсь, теперь ты готова меня выслушать? Ты читала все хроники нашего рода?

– Конечно.

– Так, какого Мордреда ты забыла о специальных заметках про метаморфов? Вот скажи мне честно, о чём ты думала, когда хотела выжечь на гобелене портрет? Молчи не отвечай, я и так знаю, что не думала…

На недвусмысленное обвинение в дурости Вальбурга, бывшая под воздействием ударной дозы успокоительного, только приподняла бровь, намекая на сильное недовольство.

– Видишь ли, дорогая, несмотря на единогласное решение я не проводил ритуал изгнания Андромеды из рода, – после этих слов мужчина с удовольствием наблюдал, как выражение лица его жены медленно меняется с “разгневанного” на недоумённое.

– Какой ритуал? – спросила леди Блэк.

От заданного вопроса глава древнейшего и благороднейшего Рода Блэк поперхнулся воздухом по самой до безобразия банальной и, в каком-то смысле, самой что ни есть элементарной причине: члены рода Блэк такие глупости не спрашивали. Орион не мог себе представить, что его жена и троюродная сестра не знала об этом. Да что там, она, как Леди Блэк, обязана была знать обо всех важные моментах, начиная с доступного ей по позволению главы рода имущества, заканчивая ритуалами, которые ежегодно проводили в их доме.

Орион решил убедится в своих догадках и устроил жене мини-проверку знаний, после чего, удручённый её ответами, велел Вальбурге следовать за ним. В библиотеке он усадил жену в мягкое кресло и заговорил, предварительно принеся пару фолиантов.

– Я не принижаю твои способности в магии, более того, я всегда искренне восхищался тобой. И тем не менее я удивлён, что ты не знаешь важные для каждого Блэка правила, – примостившись на подлокотник и приобняв жену, Орион продолжил: – Знаешь, меня с самого детства готовили к принятию главенства над родом, не было и дня без наставлений от родителей и деда. Возможно, только в Хогвартсе мне удавалось отдохнуть, да чего там, ты же и сама можешь вспомнить всё. И скажу тебе честно, я завидовал Альфарду.

– Брату, но почему?

– А теперь ещё и Сириусу. Понимаешь, несмотря на позор, на который Сириус обрёк себя поступлением на Гриффиндор и своим дальнейшим общеним с грязнокровками, он более свободный, чем был я в его годы. Но это не отнимает того, что он остается нашим сыном. Вот чему я завидую, у них есть та черта, что позволяет им быть свободными. Скажи мне, по-твоему, почему я запретил тебе или другим принимать метки Воландеморта?

– Из–за чего ты меня расстроил. Ведь это был такой шанс, стать в один ряд с Лордом, мы же мо…– получив повторно Силенцио от своего мужа, Вальбурга шокировано смотрела на него. За годы их супружеской жизни Орион никогда не затыкал её рот ни разу, сегодня же ей удостоилось почувствовать на себе сразу два раза немоту.

– За что мне такое горе. Жена – дура, называет лордом полукровку. Ты не забыла, как звучит полное имя Воландеморта? – раздражённо спросил Орион, предварительно вернув Вальбурге способность говорить.

– Томас Марволо Гонт, наследник Слизерина и Гонтов, – отчеканила как будто специально заученную фразу леди Блэк.-

Как-как? Гонт? Ты что, забыла, как его зовут? Вы же учились на одном курсе. Его полное имя Том Марволо Реддл, а не Гонт. Он – полукровка, что родился от блудной Меропы и маггла.

– НЕТ-НЕТ-НЕТ, НЕ МОЖЕТ ТАКОГО БЫТЬ, Я-Я В-ВЕДЬ ПОМНЮ. НЕВОЗМОЖ…– леди Блэк с безуминкой во взгляде начала отрицать клевету над её Лордом, но не смогла закончить последнюю фразу, из носа и ушей у неё полилась кровь, и Вальбурга упала в обморок под шокированным взглядом Ориона.

– Кричер, портключ в Мунго быстро.

Лорд Блэк не на шутку испугался, когда выяснились причины плачевного состояния его супруги. Экстренно созвав весь Род, мужчина сообщил им о причине собрания. Были приглашены все, кто на сегодняшний носил родовое имя Блэк. В число приглашённых попала и Нарцисса, чью свадьбу с Малфоем-младшим должны были сыграть через два года, после наступления двадцать первого дня рождения девушки.

– … Колдомедики из Мунго пришли к неутешительным выводам, – промочив горло водой, Орион продолжил. – Разум Вальбурги сильно повреждён под влияниями конфликтующих между собой родовых клятв и ментальных закладок, что были внедрены ещё вовремя девичества. И прежде чем назвать имя предполагаемого злоумышленника, сначала послушайте предысторию… Ах да, я попрошу всех присутствующих передать свои палочки мне на временное храниние. Предвосхищая ваше негодование, могу сказать только одно – это делается ради вашей же безопасности.

– Но какой в этом смысл, мы не можем навредить друг другу, не получив при этом откат? – спросил Сигнус.

– Вот от тебя я такого вопроса не ожидал, кузен. Чтобы было всем более понятно, – Орион встал со своего места и проговорил. – Это приказ ГЛАВЫ РОДА БЛЭК, сдайте все свои палочки.

Невидимая, но ощутимая волна магии сильным потоком прошла сквозь Блэков, требуя подчинения и безоговорочного выполнения приказа.

Дождавшись, пока родственники выполнят его приказ, лорд Блэк присел на своё место и, под взглядами родни, приказал принести домовику запасы целебных зелий, отнести подальше палочки и быть готовым к неожиданностям.

– Попрошу всех помолчать до завершения моего рассказа. Вчера днём, занимаясь делами рода, я услышал крик Вальбурги. Поспешив к ней, я увидел супругу в раздражённом состоянии, смотрящей на гобел… у нас в роду наконец-то родился маг с врождённым даром метаморфа. Предупреждая твой вопрос, Сигнус, я специально не отлучал твою дочь от Рода, только по одной причине: проведя перед ритуалом расчёты, я пришёл к выводу, что проклятия, которые висят на нас всех, усилят своё воздействие, – посмотрев на Арктуруса, Орион спросил. – Отец, скажи, после изгнания Седреллы из рода, если мне не изменяет память, ты принял главенство над родом?

– Правильно помнишь, Орион, почти одновременно с отцом слегла и моя матушка. Тогда мне и пришлось стать главой Рода. Знаешь, как мне стало легче, когда я скинул на тебя это бремя. Помнится, у тебя тогда такое воодушевленное лицо было. Ты сиял, как начищенный до блеска галеон, – улыбнулся в конце Арктурус.

– Конечно, кто бы не сиял. Вспомни себя, кто бы говорил. Если я сиял, как галеон, то ты тогда олицетворял свою звезду. Был настолько рад, что почти все запасы алкоголя выпил в одно лицо, – подколол отца Орион.

– Поговори ты мне ещё. Это тебе в радость быть тем, кем ты сейчас являешься. А я, что? Я не хотел становится лордом, так ещё и все подходящие по возрасту кандидаты отказались, герой войны, Орден Мерлина. Тфу на этот орден. Война отбила у меня желание быть главой, где бы это не было, накомандовался уже, – помотав головой Аркутрус, прикрыл глаза.

Наблюдавшие за беседой отца с сыном, члены рода Блэк не решались прервать тишину. Проходила минута, затем другая.

– И долго мы будем так молчать, у нас же не тихий час. Орион, продолжай, на чём ты остановился, – заговорил Арктурус.

Лорд Блэк, посмотрев на всех членов семьи, подмечая выражения лиц родни, не заметил ни капли неприятия или каких либо негативных эмоции из-за его диалога с отцом.

– Как вы поняли, изгнание Седреллы из рода сильно ударило по здоровью дедушки Сириуса и бабушки, одновременно, насколько мне не изменяет память, пострадали родители самой виновницы. Занявшись поиском причины их ухудшающегося состояния, я пришёл к занятному выводу, что откат не должен был быть настолько сильным, а даже наоборот, он должен был ударить по самой Седрелле. У нас же ситуация противоположная, откат получил не только сам глава рода, но и родители Седреллы. Бабушка же, думаю, разделила силу воздействия с дедушкой из-за брачных уз. Сперва я подумал, что проблема может крыться в самом ритуале, и досконально изучил его. Признаться, я не ожидал, что он будет полностью исправным. Но там скрывается одна маленькая деталь, которую никто, похоже, не принимал к сведенью. Изгнание проводилось не на братоубийце или предателе крови, а на незапятнанной дурочке.

– А эта дрянь тут причем? Она же попрала наши устои, плюнула на семью и убежала к этому предателю крови Уизли. Как её ещё называть? Она и есть предатель крови, – недоуменно возразила Ориону Кассиопея.

– Чтобы ответить на ваш вопрос, тётушка, я задам свой. Скажите мне, кем были предатели крови? Предугадывая ваши ответы, скажу, что это не магглолюбцы, как муж Седреллы.

– И кто такие, по-твоему, предатели крови? – язвительно протянула Кассиопея.

– Предатели крови, это те, кто предал весь род человеческий и стал слугой демонических тварей. Наш род издревле занимался демонологией. Не путайте демонологов с демонопоклонниками, последние и есть предатели крови. И тут кроется сама формулировка посыла. Грубо говоря, общепринятый смысл, что используют в наше время не совпадает с тем, какой смысл вкладывали многие поколения до нас в эту пару слов. Мы, как те самые магглокровки, что не знают самых элементарных вещей, сколько раз им не объясняй. И знаете, что самое плохое в этом, – посмотрел Орион на задумчивые лица родственников. – Мы не одни такие, многие чистокровные семьи, у которых история насчитывает не одну сотню лет, такие же невежды. После принятия Статута всё пошло к Мордредовым подштаникам. Наши дурные предки, испугавшись ответных действий церкви и под её влиянием, запретили демонологию, некромантию, ритуалистику, магию крови… Да, что я перечисляю, вы и сами знаете лучше меня о всех запретах. Вот поэтому я и не провёл над Андромедой ритуал отречения, я ещё пожить хочу, желательно ещё сотню лет. У нас в семье итак несколько поколений не живут дольше восьмидесяти лет. Но я отвлёкся от главной темы. Вам теперь понятно кто такие предатели крови?

– Это что получается, мы сами себе аваду в ногу пускали?!?! – опешил Сигнус.

– Такое чувство, что нашу семью кто-то методично истребляет, – выразил свое мнение Альфард.

– Объяснись, сын, – нахмурился Поллукс.

– Финеас Блэк, сын Финеаса Найджелуса боролся за права маглов, Седрелла вышла замуж за магглолюбца Уизли, Андромеда, недавняя смерть тётушки Чарис, ей же даже 60 не исполнилось, если прошестить архивы и мне кажется и там, что-то похожее найдётся. Кем-то было намеренно искажено понятие предателей крови. Я понимаю, что это никак не связано, но мне кажется, что всё это одна цепочка. Если покопаться в архивах и поискать в личных дневниках предков, мне кажется, мы найдём аналогичные ситуации. Почему-то… Нет, это же бред… А, что, если… Нет невозможно… Или…

– Что именно, Альфард? Говори, мы послушаем и, кто знает, то, что кажется бредом, поможет нам прийти к правильным выводам, – подтолкнул Орион.

Альфард, поражённый своей догадкой, посмотрел на семью. Положив локти на колени и уперевшись головой в скрещённые ладони, он заговорил:

– Не могу сказать, насколько мои предположения могут соответствовать реальности, но вы не замечали что происходить вокруг нас? – напряжённые взгляды Блэков и их молчание говорило само за себя. – Нас, как будто, изживают, не просто выдворяют, как будто от нас хотят избавится. Не знаю, кто это может быть, но если это не случайность, а чей-то умысел, то этот кто-то должен или быть по сути долгожителем или какая-то организация, что годами пилила наши ммм… корни.

– Знаешь, Альфард, у меня были схожие мысли, но более приземлённые. У меня есть подозрение, да и утверждение колдомедиков, что разум Вальбурги был обработан в юности. А это говорит только об одном. Кто-то уже на протяжении многих лет влияет на молодое поколение прямо в школе, – сказал лорд Блэк.

– Племянник, ты же не хочешь сказать, что это дело рук преподавателей Хогвартса?– предположил Арктурус.

– Я не говорю о всех преподавателей и даже не представляю, кто это может быть, но повторюсь, есть большая вероятность нахождения злоумышленника в школе прямо сейчас. И тут встаёт вопрос о защите Сириуса и Регулуса. Их нужно проверить у колдомедиков и целителей разума.

– Такими темпами ты всех нас загонишь в палаты мозгоправов, – съязвила Кассиопея.

– А вот это дельная мысль, – воодушевлённо воскликнул Сигнус. – Чего вы так на меня смотрите? Это же отличная идея, если и найдут внешнее влияние, то они же и смогут это поправить.

– Сигнус, иногда ты такое скажешь, хоть стой, хоть падай. Но идея и впрямь хорошая. – от сказанного Орионом, Кассиопея ошарашенно приоткрыла рот, не зная, что сказать. Шпилька, кинутая ею из природной вредности, вернулась ей. – Только это не решит вопрос, кто наши противники. Но думаю очевидных вариантов много.

– Ты же не хочешь сказать, что это Дамблдор? – спросил Арктурус.

– Он первый, но под подозрение попадают ещё учителя в школе и директор Диппет, а так же Воландеморт. Сейчас вы просмотрите мои воспоминания о том дне и сами поймёте, почему я пришёл к такому выводу, – перебил отца Орион. – Кричер, принеси сюда Омут памяти.

После просмотра воспоминаний Поллукс встал со своего места и стал расхаживать по гостиной, привлекая взгляды. Он, как отец, не мог поверить своим глазам, приписывая поведение Вальбурги её стервозному характеру, что достался той от матери. Сколько лет его дочкой кто-то манипулировал и контролировал. Остановившись, он со скрежетом в зубах произнёс:

– Я убью ту полукровную тварь, посмевшую покусится на мою дочь... Орион, когда он попадётся к нам в руки, я самолично его убью.

– Мы будем мучить его очень долго, – вторила мужу Ирма, что была зла не меньше, чем Поллукс.

Объяснение Ориона подарили новую надежду для рода и окончанию продолжительного невежества в семье.

– Думал, что поживу спокойно, но видимо не судьба. Орион, ты помнится говорил Вальбурге, что специально запретил принимать метку членам рода. Думаю, это не только из-за того, что он полукровка? Может ли быть, что ты знаешь что-то про неё? Да и мне, когда я впервые увидел метку на руке Беллатрикс и её поведение в тот день, когда она её получила и хвалилась нам, её слова показалось слишком… раболепными, – выразил свою мысль Альфард.

В тот момент Мордреда и Мерлина упомянули ни один раз и в разных ситуациях. Примечательно, что это были самые приличные прозвучавшие тогда слова.

Шум и гам в доме на Гриммо 12 продлился недолго, и все как будто позабыли об одной маленькой девочке, что послужила той снежинкой спровоцировавшей лавину проблем рода Блэк, а стали уже обсуждать известных им клеймоносцев, и как им дальше быть.

– … с Лестрейнджами всё понятно. Боюсь, Беллу будет ждать участь Вальбурги. Помнится у Люциуса на левой руке тоже красуется этот “символ”. Остаётся только не допустить брака Нарциссы с Малфоем, расторгнуть брачный контракт и выплатить виру.

Сидевшая в углу и не принимающая участие в разговоре Нарцисса думала, как бы ей первой подступиться к сестре и помириться с ней, и это никак не было связано с самой племянницей, с которой она хотела понянчиться. Её привел в чувство разговор, непосредственно касавшийся её. Услышанное привело рассудительную и спокойную девушку в бешенство. Фирменное безумие Блэков вовсю плескалась в глазах Нарциссы. Нет, там было не пламя безумия, что многие видели во взгляде Беллатрикс. В них отражался всепоглощающий холод. От её взгляда у всех присутствующих по коже пробежали тысячи мурашек. Девушка спокойно спросила:

– Вы уверены в своём решении? – пусть голос девушки не выражал её истинных чувств, но взляд… Пробирал до самих костей.

Орион, как глава рода мог приказать ей следовать решению, но здравый смысл и посылающий болевые сигналы седалищный нерв, изменили его решение. Мужчина понимал, насколько опасны обиженные женщины, а если эта особа является по крови Блэком, то лучше сразу пустить в себя аваду.

– Думаю, мы отложим этот вопрос на пот… Кхм, Нарцисса, да не смотри ты на меня, как дракониха, у которой разорили кладку, никто не будет разрывать помолвку с Малфоем, но нам нужно подумать и решить, как лучше поступить.

Извинившись за “неподобающее” поведение и попросив разрешение отлучится и попудрить носик, Нарцисса, не прекращая излучать холод, покинула гостиную, оставив Блэков в покое.

– Они точно сёстры, – пробормотал Альфард.

Для тех кто хочет меня поддержать подпишитесь на мой канал на Бусти https://boosty.to/gadolini

Пссс там уже залита 20 глава