355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Evelyn_Lovebridge » Хочу начать сначала (СИ) » Текст книги (страница 7)
Хочу начать сначала (СИ)
  • Текст добавлен: 9 апреля 2017, 21:00

Текст книги "Хочу начать сначала (СИ)"


Автор книги: Evelyn_Lovebridge


Жанры:

   

Эротика и секс

,
   

Драма


сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

– Да, конечно, сейчас, только найду тебе полотенце, – сказал он вслух и побрел к шкафу.

– Хочешь со мной? – Гермиона обняла его сзади за торс и потерлась носом о кожу.

– Хочу, – прошептал Драко, резко развернувшись. – Но если я это сделаю, – он прижал Гермиону к шкафу, чувствуя, как у него снова встает, – ты лишишься «девственности», – тонкие аристократические пальцы закавычили слово, – вне зависимости от своего желания, – всучил ей полотенце, пытаясь как-то прикрыть ее соблазнительную наготу.

– Даже так? – Гермиона посмотрела на него исподлобья и эротично улыбнулась.

– Ты играешь со зверем… – прохрипел Драко, придвигаясь к ней еще ближе.

«Завали ее на ковер и трахни! Ты же хочешь! Она тоже, видимо, не прочь! Ты на глаза, на глаза ее посмотри!» – выл голос в голове.

– Со звеееерем, – со смехом протянула Гермиона. – Хорек ты мой, – она снова игриво улыбнулась и потянулась за поцелуем.

– Хорек? – возбуждение Драко как рукой сняло. – Почему именно хорек? – он напрягся, на лбу заходили морщинки.

– Да просто так… – девушка не понимала, что такого ляпнула. Ну, да, какое-то кривое получилось сравнение. Может, лучше было назвать его хомячком или котенком, но почему-то каждый раз, как она смотрела на его шелковистые платиновые пряди, представляла себе беленького хорька.

– Вислый меня иногда так называл, – быстро нашел объяснение Драко, молясь про себя, чтобы она сказала «Да».

– Нав… наверное, – натянуто улыбнулась Гермиона. Честно признаться, она этого не помнила, потому что давно уже не видела Рона, но в обычно непроницаемых глазах Драко без труда читался нужный ответ.

Он облегченно выдохнул, а на губах появилась искренняя улыбка.

– Тогда иди в душ.

Он успокоился, а от этого стало спокойно и Гермионе. Она обняла его за пояс и поцеловала в плечо. Хотела что-то сказать. Потом испугалась, что слишком торопится и решила промолчать

– Может, все-таки присоединишься? – пробормотала она, не желая отпускать его.

– Ладно…

========== Глава 10, в которой ложь все портит ==========

«Еще одно распространенное заблуждение: вы якобы должны учиться на своих ошибках. В действительности вы можете научиться тому, что не нужно делать, но насколько это ценно, если вы по-прежнему не знаете, что вам следует делать?»

(Джейсон Фрайд, Дэвид Хайнемайер Хенссон, «Rework: Бизнес без предрассудков»)

Ничего не имеет такого притяжения, как кровать в понедельник утром. Ну, и не в понедельник, на самом деле, тоже. А особенно, когда ты просыпаешься в этой кровати не один.

В первый раз в жизни Драко не мерз во сне. И улыбался по-настоящему счастливо. Он медленно открыл один глаз. Ее кудрявая голова покоилась на его плече. Драко закрыл глаз, и глупая улыбка на губах растянулась еще шире. Значит, это был не сон.

«Главное теперь не делай глупостей! А то ты вечно все портишь», – проворчал внутренний голос.

Драко отмахнулся. Он больше не сделает никаких глупостей. Он в кои-то веки счастлив. Счастлив до тех розовых соплей, на которые всегда презрительно фыркал.

Слизеринец открыл глаза, чтобы еще раз посмотреть на нее. Во сне Гермиона хмурила брови, и губы двигались в неприязненной реплике. Драко тихонько поцеловал ее в лоб. Еще несколько секунд угрюмая маска не покидала ее лицо, а потом она расслабилась и уткнулась лицом в его грудь. Как ни глупо было в этом признаваться, но Драко провел бы здесь, обнимая ее, хоть целую вечность.

Негромкий хлопок заставил его вздрогнуть. Лупоглазый домашний эльф согнулся в извинительном поклоне посреди комнаты.

– Чего тебе? – негромко, но злобно прошипел Драко.

– Ввввам запппписка, – домовик положил аккуратный конверт на стол и исчез из комнаты от греха подальше.

Слизеринец нахмурил брови. Кто может отвлечь его в самый неподходящий момент?

«Спорим, это Поттер?» – недобро заявил внутренний голос.

Драко аккуратно отнял от себя Гермиону и, переложив ее голову на подушку, накрыл одеялом по самый подбородок. Она неуютно поежилась. Малфой отыскал среди кучи их одежды свою палочку.

– Инсендио, – прошептал он, указывая на камин.

Огонь начал уютно потрескивать. Драко еще раз оглядел комнату. Его штаны лежали прямо у кровати. Душ вчера чуть не закончился именно так, как он и предсказывал. Но Малфой смог с собой справиться. Ради нее. Мерлинова борода, ради нее! В первый раз он сделал что-то для девушки… Ладно, уж слишком философские размышления для утра, поэтому Драко решил не заморачиваться, натянул штаны и добрался таки до письма.

«Драко,

срочно приезжай в Министерство! Это по поводу дела Герберта и Салливана. Потом следовало несколько перечеркнутых слов и, наконец, дописано: И Гермионы тоже касается.

Г.Поттер»

«Ну вот, я был прав!» – невесело восторжествовал голос в голове.

«Оставим ее одну?» – подумал Драко с накатывающей грустью, потому что до звериного рыка хотелось вернуться в постель, где она, такая теплая, сонная, обнаженная, обнять ее, поцеловать в шею и…

«Так, сосредоточься! Нам придется оставить ее одну», – вздохнул внутренний голос.

Драко собрался тихо и быстро. Когда он уходил, огонь в камине еще согревающе горел.

***

– Так, Поттер, у тебя ровно пять минут, чтобы меня заинтересовать, – Драко влетел в кабинет Золотого Мальчика и, удобно расположившись в кресле, приготовился слушать.

– Если ты прибыл сюда прямо из Хогвартса, я тебя уже заинтересовал, – Поттер поправил очки.

«Один-ноль в его пользу», – недовольно заметил внутренний голос.

– Герберт сейчас на допросе, – тихо сказал Гарри.

Драко напряженно выпрямился на стуле. Левое предплечье заныло тупой болью. Герберт был на его церемонии инициации, стоял где-то позади всех и, недовольно глядя на Люциуса, покачивал головой. Он никогда не смотрел на Драко более, чем на мальчишку, индюка, распушившего хвост, чтобы сойти за статного павлина.

– От меня ты чего хочешь? – слизеринец опустил голову и достал сигарету.

– Не в моем кабинете. Покуришь в камере, – Поттер сухо забрал у него пачку. – Идем.

Камеры… Наверняка, отца тоже здесь пыт… допрашивали. Внизу было холодно и как-то уж очень давяще, что Драко захотелось покончить с собой.

– Дементоры? – моментально догадался он.

– Ммм… да, – нехотя ответил Поттер. – Экспекто Патронум! – серебряный олень легкой поступью поскакал вперед, ограждая их от жадных черных ртов. На секунду Гарри показалось, что один из дементоров потянулся именно к Драко. Неужели они настолько оголодали?

– Так чего ты от меня хочешь? – Драко не спешил заходить в камеру.

– Поговори с ним, – твердо ответил Поттер.

– О чем?! – усмехнулся слизеринец. – Обсудить погоду? Ах, да, этого он не сможет, он же провел соплохвост знает сколько, не видя света. Спросить, достаточно ли хорошо с ним обращаются? Нет, нет! Что я могу сделать, чтобы ему было комфортнее подыхать? Поттер, ты вообще из ума выжил?!

– Драко! – Гарри был не в духе. Он ожидал, что если уж Малфой явится, то будет полезен. – Дело серьезное. Нам нужно узнать заклинание, чтобы вернуть Гермионе память.

– Используйте Приори Инкантатем*, – не понимал проблемы Драко.

– Спасибо, Капитан Очевидность! – не выдержал Гарри. – Использовали уже. Только этого Класус Мемориум** ни в одной книге нет, мы уже все обыскали. Поэтому и контрзаклятие не знаем. Колдомедик еще тогда говорил…

– Короче, ты думаешь, что Герберт прям возьмет и мне все выложит, потому… – сделал паузу Драко, предлагая Поттеру закончить предложение.

– Ты ведь знаком с ним… – начал было Гарри.

– Потому что я тоже Пожиратель, – невесело, но победно закончил фразу Драко.

Он скривил свою фирменную улыбку и вальяжно ввалился в камеру. Герберт удивленно поднял глаза на старого знакомого. Драко охлопал карманы и снова вышел наружу.

– Сигареты, Поттер, – требовательно вытянул руку он.

– Прости, – Гарри отдал ему пачку, после чего слизеринец совершил второе пришествие в камеру Герберта.

Тот посмотрел на Драко уже без удивления. Слизеринец с лязгом отодвинул стул и привычно изящно опустился на него. Потом достал сигарету, прикурил от палочки и после первой затяжки облегченно выпустил дым наружу. Герберт пристально смотрел на него, ни говоря ни слова. Драко докурил до фильтра и легким движением бросил окурок на пол. Достал еще одну сигарету.

– Ты сюда пришел покурить? – не выдержал Герберт.

– Поговорить, – Драко вынул сигарету изо рта и вернул ее в пачку.

Герберт усмехнулся.

– Что, теперь Мальчик-который-выжил подослал тебя?

– Ага, – Драко закинул ноги на стол и опять достал сигарету.

– Я все равно ничего не скажу, – ровным голосом ответил Герберт.

– Ну, а какой резон тебе молчать? – слизеринец смотрел на Пожирателя, как на старого «кореша».

– Драко, – покачал головой Герберт, – ты был мальчишкой. Так им и остался! Да, МЫ присоединились к Темному Лорду, потому что были уверены в его победе. Кто мог знать, что семнадцатилетний подросток может… Но, тем не менее… мы разделяли взгляды Лорда. И Люциус тоже. Ты… Тебе сказали, что так правильно, но… в какой-то момент ты поставил это под сомнение. Теперь… для тебя ее кровь ничего не значит. Это твои убеждения, и ты уже достаточно взрослый, чтобы решать. Но меня ты переубедить не сможешь. Грязнокровка навсегда останется такой, контрзаклятия нет.

– Не называй ее так! – Драко вскочил со стула и схватил Герберта за грудки. – Как, нет? – мысль медленно, но верно доходила до слизеринца. Она никогда не сможет вспомнить…

– Чего ты так заволновался? – с подозрением спросил Герберт. – Или она для тебя больше, чем грязнокровная подружка Поттера?

Драко резко отпустил Пожирателя, будто тот был чем-то противным.

– Повторю, – Герберт хитро улыбнулся, – контрзаклятия нет. Я просто заблокировал ее память, поставил плотину. Но есть кое-что, что сможет ее прорвать. Очень сильные эмоции. И грязнокровочка Грейнджер вспомнит все. ВСЕ, Драко.

Он слышал Герберта, но кровь отстукивала свою мелодию в ушах.

– Почему ты мне все-таки рассказал? – не понимал Малфой.

Пожиратель злобно ухмыльнулся.

– Теперь ты будешь мучиться. Она ведь хочет все вспомнить. А ты… хочешь?

Драко сжал пачку сигарет в руке и вышел из камеры.

Чем дальше несла его жизнь, тем сильнее становилось осознание того, каким идиотом он был в своей недавней юности. Не просто идиотом, глобальным идиотом. Таким идиотом, что все остальные идиоты от зависти могли бы сдох… Впрочем, кто не делает по молодости ошибок? Единственная проблема – Драко понимал, что за ОДНУ ошибку, даже не стопроцентно свою, он вынужден будет расплачиваться всю оставшуюся жизнь. Несмотря на всю тактичность, ему будут напоминать об этом Поттер, Вислый, Гер… Драко вдруг осенило: как раз она то и не будет напоминать ему об этом! Ей ведь нечего напоминать! Да, она прошерстила все газеты, все книги, не один день «пытала» всех подряд, чтобы выяснить, что случилось на той войне, но это только слова… Она не видела, с каким отвращением он смотрел на нее, как оскорблял ее и доводил до слез…

– Драко! Драко! – Поттер щелкал перед его глазами пальцами. – Ты меня слышишь вообще?

– Да… нет… Что? – слизеринец встряхнул головой.

– Что он сказал? Как снять заклинание?

«Ты знаешь, что ему ответить! Знаешь!» – завопил внутренний голос.

– Оно необратимо, – твердо заявил Драко. – Мне жаль, – он быстро направился прочь из Министерства.

___________________________________________________________________

*Приори Инкантатем – особое заклинание, вызывающее образ последнего заклинания, совершённого данной палочкой. (прим. Автора)

** Класус Мемориум – заклинание, которое использовалось Гербертом в 4 главе и вызвало беспамятство Гермионы. (прим. Автора)

***

Сначала Гермиона расстроилась, когда, проснувшись, не обнаружила Драко рядом с собой. Но на столе лежала записка, выведенная его замысловатым аккуратным почерком.

«Меня срочно вызвали в Министерство. Постараюсь скорее вернуться. Драко»

Она прокручивала эту коротенькую фразу за завтраком, в библиотеке и даже на занятии у профессора Дамблдора.

– Мисс Грейнджер! – не выдержал он. – Сосредоточьтесь!

Гермиона попыталась стереть глупую улыбку с лица и сконцентрироваться.

– Экспекто… – она уже подняла палочку, как их опять прервали. На этот раз вовсе не ее отвлеченность.

– Привет! – в комнату просунулась улыбающаяся рыжая голова.

– Рон! – от неожиданности вскрикнула Гермиона.

Он весело подбежал к подруге, поднял ее на руки и закружил.

– Тысячу лет тебя не видел! Как дела? Чем занимаешься?

– Как раз в данный момент она пыталась создать Патронуса! – недовольно упер руки в бока Аберфорт. – Мистер Уизли, Вы не могли бы отойти и не мешать! Хотя бы до конца занятия!

– Простите, – цвет лица Рона моментально слился с цветом волос.

Гермиона сдержала усмешку и снова занесла палочку.

– Экспекто Патронум! – четко проговорила она.

Комнату озарило серебряное сияние. С конца палочки спрыгнул луч, превращаясь в животное. Зверек начал быстро передвигаться по комнате, часто перебирая лапками, и исчез в окне.

– Получилось! У меня получилось! – весело закричала Гермиона и радостно запрыгала на месте.

– Кажется, это был хорек, – Аберфорт довольно улыбнулся.

– Нннет, – неуверенно помотал головой Рон. – Думаю, это была выдра. Ведь раньше у Гермионы был Патронус-выдра.

– А Вы как думаете, мистер Малфой? – только профессор Дамблдор заметил появление слизеринца, опирающегося о дверной косяк.

– Драко, – Гермиона сразу просияла, а щеки залил яркий румянец.

– Я не разглядел, – холодно ответил он.

– Гарри говорил, что ты сегодня будешь занят в Министерстве, – Рон был явно недоволен столь скорым возвращением Слизеринского Принца.

– Я быстро разобрался со всем. Я же не ты, – он спокойно усмехнулся.

Рон сжал кулаки. На что Драко не отличался терпением, но Рон… По сравнению с ним слизеринец был просто удавом.

– А как твои дела с Патронусом? – и все же за годы Рон научился какому-никакому самообладанию.

– И, правда, мистер Малфой, не хотите попробовать? – Аберфорт был не совсем в курсе детских разборок слизеринца и гриффиндорца.

– Не сегодня, – Драко скривил лицо и уже собрался уходить.

«Не перед Вислым. Вдруг не получится…» – смутился голос в голове.

– Испугался, – теперь уже преимущество было на стороне Рона, и он мог позволить себе покровительственно усмехнуться.

Вот этого Драко не мог стерпеть. Он даже подумать не успел.

– Экспекто Патронум! – выкрикнул он, вспоминая вчерашнюю ночь.

Все, находившиеся в комнате, изумленно ахнули, когда с палочки Драко слетела огромная великолепная сова. Она описала круг под потолком и, не найдя цели, для которой ее вызвали, выпорхнула в окно.

Рон так и остался стоять с открытым ртом. Драко тоже удивленно смотрел в точку, где исчез его Патронус.

«Наш Патронус! – возликовал внутренний голос. – Выкуси, Вислый! Сосните все! Драко Малфой может создать Патронуса! И это не просто какая-то шавка, это Сова! Роскошная обалденная Сова!»

Драко тяжело дышал, а в глазах заблестел огонь, которого никогда не было. Она стала его единственным счастливым воспоминанием. А Гермиона? Что могла вспомнить она? Драко боялся поверить в то, что они разделили одно и то же. Боялся, но тешил себя слабой надеждой. Гриффиндорка спокойно улыбнулась, возвращая землю под его ноги.

***

Снег уже укутал землю своим холодным одеялом, а звон рождественских колокольчиков слышался повсюду. Хогвартс был похож на пряничный домик, сияющий разноцветными огоньками. Увы, большинство учеников разъехались по домам и не лицезрели эту красоту. Что может быть лучше, чем провести рождество в кругу семьи и друзей? Драко точно знал, но утром накануне он понял, что ему не удастся это сделать.

– Ты тоже получила, да? – он хмуро бросил конверт перед Гермионой.

– Конечно, – она кисло улыбнулась, демонстрируя свой экземпляр. – Гарри не мог меня не пригласить. Но можем сказать, что мы слишком заняты и… – Гермиона придвинулась к Драко на непозволительно близкое расстояние.

– Герм, – тихо остановил ее он.

– Нам все еще нельзя показывать, что мы… вместе, – она хотела было сказать «встречаемся», но чувствовала, что Драко не нравится это слово, потому что оно накладывало слишком много обязательств.

– Ты пойми…

– Все в порядке, – она уже почти коснулась пальцами тыльной стороны его ладони, но вовремя опомнилась и убрала руку. – Ты… мне когда-нибудь все объяснишь.

– Объясню, обязательно, – Драко напряженно смотрел в одну точку, брови сошлись на переносице. – Только, боюсь, к Поттеру все равно придется идти.

– Ты расстроился?

– Просто я хотел… я думал, мы… – на бледной коже Драко заиграл такой непривычный румянец. Он смущался. Гиппогрифа за перья! Драко Малфой весь такой смущенный перед ней! – Не важно!

– Хоть это мне СЕЙЧАС можешь сказать?

– Я хотел отметить рождество только с тобой, – выпалил он, отворачиваясь.

Гермиона расплылась в улыбке. Она понимала, как ему тяжело давался каждый шаг к ней. В конце концов, он двадцать три года вел себя как сволочь, и невозможно было в один момент превратиться в белого и пушистого шушпанчика*.

– Мы можем побыть немного у Гарри, а потом, – она опустила руку под стол и провела по его бедру, – устроить свой маленький праздник у тебя.

Драко поднял глаза. Гермиона смотрела на него весьма недвусмысленно.

_____________________________

* Шушпанчик. Объяснять, что есть из себя данное существо слишком долго и нудно, ибо значение это слово может принимать любое в зависимости от того, как его употребить. Конкретно здесь считайте его синонимом маленького миленького котенка. Но если хотите узнать поточнее, Google Вам в помощь!

***

Слизеринский Принц ждал уже минут пять. Он точно знал, что еще рано, поэтому не поглядывал каждую секунду на часы. И все равно, когда она придет и спросит: «Давно ждешь?», он безразлично бросит: «Только вышел». Потом он прошепчет пароль и проведет ее в гостиную Слизерина. Гермионе он пароль не говорит, не потому, что не доверяет ей, она знает, просто ему нравится каждый день встречать ее здесь и вести в свою комнату. А потом она будет спать у него на груди, ведь ему так теплей и спокойней, а ей… ей просто нравится, что он в ней нуждается.

Гермиона протяжно закричала. По щекам потекли слезы, от кошмаров она извивалась во сне.

– Герм, Герм! – Драко проснулся сразу и попытался разбудить ее.

– Не надо! – прокричала она в последний раз и открыла глаза. – Пожалуйста… – по инерции вылетело у нее.

– Что случилось? – он во все глаза смотрел на Гермиону.

Она долго глядела на Драко так, что он почти слышал, как копошатся мысли в ее голове.

– Ничего, – девушка тяжело вздохнула и прижалась к его груди.

– Гермиона, – прошипел Драко. Ему и без Легилименции было ясно, что она врет.

– Ну… – она сомневалась, стоит ли рассказывать. – Мне приснился… плохой сон, – Гермиона чуть было не сказала «кошмар», но это слово входило в список тех, на которые он реагировал не лучшим образом.

– Спасибо, это я понял, – у Драко кончалось терпение. – Что за сон?

– Ну… – Гермиона опять замялась, подбирая слова. – Мне в последнее время часто снятся сны. Такие, ну… как будто… и не сны вовсе, – выдохнула она, наконец.

Драко напрягся и нервно сглотнул.

– И что… – голос звучал совсем хрипло, – что это за… сны?

– Ну… Первый сон, он… странный такой. Там мы с тобой. Только мы дети, нам лет по двенадцать. Мы на квиддичном поле. И еще там Гарри, Рон и какие-то ребята из Слизерина и Гриффиндора. Но мы… мы стоим друг напротив друга. И ты смотришь на меня так… – Гермиона неприязненно зажмурилась, – так, как будто я что-то грязное и противное. И ты такой весь из себя… прилизанные волосы, взгляд высокомерный. А потом мы вступаем в перепалку, и… потом я обычно просыпаюсь.

Второй сон… приятный. Мы… – она покраснела, – занимаемся любовью. У тебя в квартире. В гостиной, на полу. Но… так… резко. Как будто мы ненавидим друг друга, и нам просто… нужно потрахаться. Мне там так хорошо, и… я не хочу, чтобы это кончалось, и мы делаем это снова, и снова, пока не падаем без сил.

Есть еще… третий. Он… – Гермиона оголила свое левое предплечье, – об этом. Там… я… в большой мрачной комнате. Я лежу на полу. Надо мной женщина. Она… я очень ее боюсь. Она ведет палочкой по моей руке, пытается что-то у меня выпытать. Я начинаю плакать, потом поворачиваю голову и вижу тебя. Ты смотришь на меня с ужасом и… Я вижу, ты хочешь мне помочь, остановить ее, сделать что-нибудь. Но не можешь. Ты просто смотришь на меня в упор, потом отворачиваешься. Я кричу и… просыпаюсь.

Пока Гермиона рассказывала сбивчивым и дрожащим голосом, Драко цепенел все больше. Он уже чувствовал, как волосы на затылке встают дыбом, а сердце мечется в груди, будто тигр в клетке. Внутренний голос неспокойно сжался и нервно помалкивал.

– Я не знаю… что это, – Гермиона покачала головой. – Просто сны или… воспоминания. Драко, скажи мне? Я… я что, схожу с ума?

– Давно они тебе снятся? – он пытался придать твердости голосу, но не мог даже спокойно вдохнуть, чтобы выдать достаточно длинное для спокойного человека предложение.

– С Хеллоуина, – быстро ответила она, даже не раздумывая.

– Герм… – начал Драко. Мысли метались в голове, нужно было срочно что-то придумывать, но паника в душе стала слишком сильной, чтобы адекватно соображать. – Я думаю… мне кажется… это просто сны. В них едва ли есть смысл. Ты начиталась газет, наслушалась россказней о войне, вот тебе теперь и мерещится… разное. Касательно других двух снов… ну, у нас с тобой, и правда, были не лучшие отношения в школе. Про секс… может, ты подсознательно хочешь этого, поэтому и… Короче… не придавай снам большого значения.

– Так… все, о чем я тебе рассказала, никогда не происходило? – с сомнением спросила Гермиона.

«Если скажешь «Нет», то соврешь», – напомнил внутренний голос.

– Конечно, нет, – спокойно ответил Драко, хотя адреналин уже хлынул в кровь. – Тебе нужно хорошо поспать. Сейчас принесу зелье сна без сновидений, – он поцеловал ее в макушку и направился в ванную.

Драко достал склянку из шкафчика над раковиной и посмотрел на себя в зеркало.

«Ты начал ей врать», – тихо сказал голос в голове.

«А что, мне нужно было сказать ей правду?! А потом объяснить, зачем она пришла ко мне той ночью, и как у меня бы в жизни не хватило смелости пойти против тети Беллы?!» – не выдержал Малфой.

«Да, нет. Мне просто интересно, как ты потом будешь выкручиваться».

Драко нечего было ответить, он скорее вернулся в комнату. Гермиона уже дремала, иногда подрагивая во сне.

***

Рождественский ужин проходил бы в тишине, если бы не постоянные рассказы Артура Уизли. Но даже его жизнерадостность не могла разрядить напряженную атмосферу. Драко видел, как на него поглядывает Вислый, да и все остальное семейство рыжих ему было явно не радо. Только Поттер не сверлил его взглядом.

– Ну, Гермиона, как твои занятия? – добродушно спросил мистер Уизли. – Рон рассказывал, что ты смогла сделать Патронуса.

– Да, – она слегка смутилась. – Но это не только моя заслуга. У меня прекрасный учитель, – Гермиона незаметно положила левую руку на колено сидящего рядом Драко и повела ей вверх по бедру.

Тот поперхнулся тыквенным соком.

– Да, профессор Дамблдор очень хороший, – откашлявшись, прохрипел он.

– Рон говорил, что теперь у тебя тоже есть Патронус, – улыбнулся мистер Уизли.

– Да, это совааа, – фальцетом закончил Драко, потому что проворные пальчики Гермионы добралась до его мужского достоинства. – Простите, мне нужно выйти на секундочку, – он быстро отодвинул стул и неловко встал из-за стола, пытаясь не выпрямляться и как-то прикрыть пах.

На кухне он ополоснулся холодной водой и пришел в себя.

– Драко, – эротичным шепотом окликнула его Гермиона.

– Что?! – он испуганно обернулся. – Герм! Какого черта ты творишь?!

– Я хочу уйти, – призналась она задыхающимся голосом. – Сейчас же.

– Что ты скажешь Поттеру?

– Что хочу провести рождество с родителями, – не задумываясь, ответила девушка. – А ты «забросишь меня туда» по дороге домой.

– Уходим через пять минут, – согласился Драко.

***

Едва аппарировав в квартиру, они набросились друг на друга. Гермиона за секунду стащила с Драко пиджак и галстук. Он жадно схватил руками ее бедра и прижал к стене. Они целовались так, будто хотели проглотить друг друга. Драко уже добрался до трусиков, которые, к слову сказать, оказались из тонкого дорогого шелка, как в окно кто-то постучал. Сначала он думал, что ему показалось, но стук настойчиво не прекращался. Драко зарычал от негодования и возбуждения.

– Я вернусь ровно через тридцать секунд, никуда не уходи, – велел он, с сожалением отпуская Гермиону.

Она только кивнула, не в состоянии вымолвить ни слова.

Драко открыл окно. На подоконнике сидел большой филин. Слизеринец быстро отвязал конверт, прикрепленный к его лапке.

«Драко,

Счастливого Рождества!

Люблю, мама»

«Ну ты и свинья», – заявил внутренний голос.

– Что там случилось? – Гермиона уже уютно расположилась на диване.

– Мне нужно отлучиться, буквально на несколько минут. Я только поздравлю маму, и сразу вернусь.

– Да, конечно, – она невольно улыбнулась. – Я пока найду, чем себя занять.

– Спасибо, – Драко нежно поцеловал ее, подобрал пиджак и аппарировал из квартиры.

Гермиона осталась одна. Сказать, что ей будет, что поделать, она сказала, но на самом деле понятия не имела, чем можно успокоить возбужденное тело.

«Наверняка, у него есть что-нибудь интересное почитать», – сообразила девушка.

Она подошла к его рабочему столу и стала осматривать кипы книг и бумаги. На глаза ей попался кусок пергамента. Гермиона без труда узнала ровные красивые буквы и улыбнулась. Прошло еще несколько секунд, и улыбка спала с лица, сменяясь замешательством.

– Что?.. – не веря, прошептала девушка.

***

Драко хотел скорее вернуться в квартиру. Ему долго пришлось искать Нарциссу среди гостей устроенной ею рождественской вечеринки.

– Драко, милый, ты все-таки смог прийти, – она тепло улыбнулась, обнимая сына.

– Да! С Рождеством!

– Ты выглядишь таким счастливым, – удивилась Нарцисса, уже целую вечность не видевшая, как Драко улыбается.

– Да, я… вроде как… счастлив, – смутился он.

– Аааа… Тогда тебе, наверное, нужно идти, – сразу поняла Нарцисса.

– Спасибо, мам, – Драко крепко обнял ее и прошептал: – Я очень тебя люблю.

Он поцеловал мать в щеку и полетел в кабинет. Быстро переместился через каминную сеть в ближайший бар, из которого можно было аппарировать в квартиру. Драко едва мог успокоить дрожащие руки, когда он вбежал в гостиную. Гермиона стояла у его рабочего стола. В несколько шагов он оказался около нее и обвил ее тонкую талию руками. Она резко развернулась к нему. На ее глазах блестели слезы.

– Герм, что случилось? – он обеспокоенно посмотрел на нее.

– Это я тебя хочу спросить, – Гермиона подняла перед ним пергамент.

Драко почувствовал, как сердце ухнуло на дно желудка.

«Я, Гермиона Джин Грейнджер, находясь в здравом уме и ясной памяти…» – гласил пергамент.

«Пиздец…» – констатировал внутренний голос.

========== Глава 11, которая переломная ==========

«Единожды солгав всему миру, вынужден лгать всю оставшуюся жизнь. Да еще и увязывать очередное вранье с предыдущим. И для психики, и для извилин такая жизнь – сущий ад. Не дай бог, ошибешься хоть раз – и сам потонешь, и всю команду своей лодки отправишь на дно».

(Харуки Мураками, «1Q84»)

Людям свойственно сожалеть. Недосказанные слова, недосмотренные взгляды. Мы часто думаем: «Лучше сделать, чем потом сокрушаться о том, на что не решился». Но столь же часто нам приходится оплакивать то, на что хватило ума осмелиться.

Драко сглотнул, потому что в горле образовалась Сахара.

– Ну, я жду, – голос Гермионы дрожал. – Ты объяснишь?

«Что делать?! – заметался голос в голове. – Скажи, что это шутка! Нет, нет, погоди, это глупо! Выруби ее, выруби!! А потом можно сказать, что ей приснилось!! Или придумать что-нибудь… Нет, нет… Точно, наложи Обливиэйт!!»

«Конечно, гиппогрифа за хвост! Ей одного заклинания на память было мало!» – возмутился Драко.

«А что тогда?! Ну, давай, тогда пори правду-матку! Ей понравится!»

– Драко! – Гермиона выжидающе сжимала пергамент в руке.

Он кивнул. Сначала неуверенно, потом еще раз и третий, контрольный, протягивая время, насколько это было возможно.

– Герм, это… – за тридцать секунд молчания слова так и не подобрались, – сложно.

– Я умная, пойму, – она не давала ему хоть какую-то возможность увильнуть и придумать очередную ложь. – Скажи мне одно: это правда? Это случилось?

Драко в панике обратился к своему внутреннему голосу, но этот предатель загнанно молчал. Слизеринец снова сглотнул в попытке хотя бы вернуть себе возможность разговаривать.

– Да, – выдохнул он на свой страх и риск.

С одной стороны, Гермиона требовала от него быть честным, потому что говорить правду – правильно, а ложь – мерзкое отвратительное чудовище, которое положено пресекать на корню. С другой, ей до боли хотелось, чтобы правда оказалась иной, хотя очевидность происходящего била в лоб. Пусть бы он солгал, на скорую руку сочинил любую отговорку, она приняла бы даже самую нелепую, потому что понятия не имела, что теперь с этой правдой делать.

Слезы покатились сами собой, Гермиона выпустила из руки пергамент и осела на пол.

– Герм… – Драко дернулся к ней в бешеной попытке сделать хоть что-то правильно.

– Не смей! – заорала она. – Не приближайся ко мне! Ты мне лгал! Я поверила тебе! Как ты мог?! Ненавижу тебя… – закончила Гермиона осипшим голосом.

Драко застыл в двух шагах от нее, не смея двинуться больше ни на дюйм.

– Я не мог сказать тебе правду. Просто это… это не имеет никакого отношения к тому, что между нами сейчас.

– Почему?.. Зачем я к тебе пришла тогда?.. – Гермиона не могла остановить рев и захлебывалась на каждом слове.

– Ты… хотела забыть другого человека, – признался Драко.

– Кого?

– Я… не могу сказать.

– Я покажу пергамент Гарри и Рону, – пригрозила Гермиона.

– Ты обещала этого не делать! – возмутился Драко, а внутренний голос с сожалением добавил: – «А ведь она сама предлагала дать Непреложный Обет, надо было соглашаться…».

– Ты много чего мне обещал, – отрезала девушка.

– Ладно, ладно, – сдался Драко. – Это был… Невилл.

– Невилл? – растеряно спросила Гермиона и даже перестала плакать.

«Невилл?» – удивился внутренний голос.

– Да, вы с Невиллом… В общем, я не знаю, как это произошло между вами, но… Ты и Луна ведь подруги, так что… Я узнал об этом случайно. Ты так боялась рассказать Гарри или Рону. У нас это было только раз, потом ты потеряла память, и я решил, что так даже лучше, потому что ты перестала мучиться. А со временем… мы стали ближе. И ты сказала, что я нравлюсь тебе таким, какой есть. Тогда я понял, что важно лишь то, что мы чувствуем друг к другу сейчас, а остальное… просто БЫЛО.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю