Текст книги "История государства киданей"
Автор книги: Е Лун-ли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 28 страниц)
Чжао Янь-шоу – уроженец области Сянчжоу. Его отец Чжао Дэ-цзюнь занимал при Поздней династии Тан должность генерал-губернатора Лулуна. Когда Ши Цзин-тан поднял мятеж я совместно с киданями напал на Чжан Цзин-да, Лу-ван приказал Чжао Дэ-цзюню выступить из Фэйху во главе войск области Ючжоу и выйти в тыл киданям.
Чжао Дэ-цзюнь вступил в тайные сношения, с киданями и, обещая щедрые подарки, говорил: «Если возведете меняна императорский престол, [то я буду просить вашего] разрешения двинуться на юг во главе имеющихся у меня войск и усмирить Лоян, после чего мое государство будет относиться к вашему государству как младший брат».
Поскольку крепостца Цзиньань не была взята, Тай-цзун хотел согласиться с просьбой Чжао Дэ-цзюня. Гао-цзу, император Поздней династии Цзинь, срочно послал Сан Вэй-ханя переубедить Тай-цзуна. Тай-цзун согласился с Сан Вэй-ханем и, указав на камень перед юртой, сказал послу Чжао Дэ-цзюня: «Я уже обещал престол Ши Цзин-тану и изменю свое обещание только тогда, когда этот камень сгниет».
Впоследствии, когда Тай-цзун подошел к городу Лучжоу, Чжао Дэ-цзюнь с сыном (Чжао Янь-шоу. —В. Т.) встретил его в местечке Гаохэ. Тай-цзун спросил Чжао Дэ-цзюня:
«Где охрана из среброседельных киданей, созданная тобой в области Ючжоу?» После того как Чжао Дэ-цзюнь указал местонахождение охраны, Тай-цзун приказал перебить ее, что и было сделано в западных окрестностях Ючжоу. Всего было убито три тысячи человек. Затем Тай-цзун заковал Чжао Дэ-цзюня и Чжао Янь-шоу в кандалы и отправил в киданьсиие земли.
Встретившись с вдовствующей императрицей Шулюй, Чжао Дэ-цзюнь поднес имевшиеся при нем драгоценности и списки своих домов и земель.
Вдовствующая императрица спросила: «Почему ты недавно выступил к Тайюани?» Чжао Дэ-цзюнь ответил: «Я получил приказ от позднетанского императора». Указав на небо, вдовствующая императрица воскликнула: «Ты искал моего сына, добиваясь, чтобы он поставил тебя Сыном Неба, зачем лгать?» Затем, указав на сердце, она добавила:
«Это нельзя обмануть». Продолжая дальше, вдовствующая императрица сказала: «Когда мой сын собрался в поход, я предупредила его, сказав, чтобы он, если великий князь Чжао поведет войска на север к проходу Юйгуань, немедленно возвращался обратно, так как Тайюань не спасти. Уж если ты хотел стать императором, то почему сначала не прогнав моего сына, после чего мог бы спокойно осуществить свое желание? Ты же, будучи слугой императора изменил ему и не только не напал на его врага, а, наоборот, хотел воспользоваться беспорядками, добиваясь собственной выгоды. Вот что ты делал, так с каким же лицом будешь жить дальше?»
Чжао Дэ-цзюнь опустил голову и не мог ничего возразить. Затем вдовствующая императрица спросила: «Безделушки здесь, а где земля и дома?» Чжао Дэ-цзюнь ответил:
«В Ючжоу». Вдовствующая императрица снова спросила:
«Кому сейчас принадлежит область Ючжоу?» —«Вам, вдовствующая императрица», ответил Чжао Дэ-цзюнь. «Если так, —сказала вдовствующая императрица, —то к чему их подносить?» Чжао Дэ-цзюню стало еще более стыдно. С этого времени на него напала тоска, он мало ел и через год умер.
После смерти Чжао Дэ-цзюня Тай-цзун освободил Чжао Янь-шоу и использовал его на службе. В дальнейшем, когда наименование эры правления было изменено на Хуэй-тун и на государственной службе стали использоваться как кидане, так и китайцы, Чжао Янь-шоу был назначен на должность начальника управления важнейших секретных дел, получив вскоре по совместительству должность начальника политических дел.
Тай-цзун отправил в Лоян гонца за женой Чжао Янь-шоу, бывшей старшей дочерью позднетанского императора, с которой тот вернулся обратно.
В шестом году эры правления Хуэй-тун (942 г.) Чжао Янь-шоу был назначен на должность генерал-губернатора Лулуна. В это время только что вступивший на престол император Поздней династии Цзннь Шао-ди затеял вражду с киданями. Чжао Янь-шоу хотел свергнуть Позднюю династию Цзинь и стать императором Китая, а поэтому много раз уговаривал Тай-цзуна напасть на Позднюю династию Цзинь. Тай-цзун, найдя эти предложения весьма правильными, собрал войска в землях, расположенных за горами и в округе Лулун, общей численностью в пятьдесят тысяч воинов, во главе которых поставил Чжао Янь-шоу, и послал его напасть на Китай, сказав: «Завоюешь Китай, придется поставить тебя императором». Кроме того, указав как-то на Чжао Янь-шоу, Тай-цзун сказал цзиньцам: «Вот ваш государь». Чжао Янь-шоу верил Тай-цзуну, а поэтому усердно служил киданям.
В восьмом году эры правления Хуэй-тун (944 г.) Чжао Янь-шоу вместе с младшим братом, Чжао Янь-чжао, выступил в поход на юг во главе пятидесятитысячного войска и, подойдя к городу Бэйчжоу, взял его. Защищавший город У Луань погиб. Около десяти тысяч жителей города было перебито.
В это время Тай-цзун подошел к Шаньчжоу и стал лагерем в Юаньчэне, назначив Чжао Янь-шоу, стоявшего лагерем в Наньлэ, на должность генерал-губернатора Вэйбо и пожаловав ему титул Янь-вана.
В одиннадцатом году эры правления Хуэй-тун (947 г.) по докладу Чжао Янь-шоу, который он сделал Тай-цзуну, двести или триста тысяч сдавшихся цзиньских воинов, находившихся в Чэньцяо, избежали смерти.
Следует сказать, что раньше, когда позднецзиньские войска сдались киданям, Тай-цзун собрал все доспехи и оружие и сложил их в Хэнчжоу, а лошадей в количестве нескольких десятков тысяч голов угнал в киданьские земли. После этого он приказал Ду Чжун-вэю следовать за ним на юг во главе сдавшихся солдат.
Когда Тай-цзун подошел к Хуанхэ, то, увидев многочисленных цзиньских воинов, испугался, что они могут поднять бунт, а поэтому хотел окружить их киданьскими всадниками, загнать в реку и утопить. Кто-то, отговаривая Тай-цзуна, сказал: «В других местах еще много цзиньских войск, и если они узнают о гибели всех сдавшихся в плен, то непременно откажутся повиноваться вашим распоряжениям, что принесет для нас бедствия. Пока лучше всего обласкать их, а потом спокойно подумать, что с ними делать». Тай-цзун, прислушавшись к совету, приказал Ду Чжун-вэю расположить его войска лагерем в Чэньцяо.
Случилось, что в это время долго шел снег, продовольствие не поступало, и воины, страдая от холода и голода, собирались вместе, жалуясь на свою судьбу и ропща на Ду Чжун-вэя. Каждый раз, когда Ду Чжун-вэй выходил куда-нибудь, все стоявшие у дороги, по которой он шел, ругали его.
Тай-цзун все еще хотел истребить цзиньских воинов, поэтому Чжао Янь-шоу сказал: «Вы, император, не обращая внимания на летящие стрелы и камни, стремились завоевать государство, управляемое Поздней династией Цзинь. Хотели ли вы сами владеть им или хотели завоевать его для других?»
Тай-цзун, изменившись в лице, ответил: «Выступив в поход на юг во главе сил, собранных со всего государства, я пять лет не снимал с себя лат и только после этого смог приобрести государство, принадлежавшее Поздней династии Цзинь. Разве я делал это для других?»
Тогда Чжао Янь-шоу сказал: «На юге государства Цзинь есть владение Тан, а на западе – владение Шу, которые всегда являлись его врагами. Вы, император, наверное, тоже знаете об этом?» —«Знаю», —ответил император. Чжао Янь-шоу продолжал: «С востока от И и Ми и на запад вплоть до Цинь и Фэн, на протяжении нескольких тысяч ли, государство Цзинь граничило с владениями У и Шу и всегда держало против них военные гарнизоны. На юге жарко и сыро, люди вашего государства не смогут там жить. В дальнейшем, когда вы вернетесь на север, владения У и Шу, поскольку такое большое государство, как Цзинь, останется без защиты, непременно объединятся и, пользуясь благоприятным моментом, вторгнутся в его пределы. Таким образом, разве не получится, что вы завоевали государство Цзинь для других?»
Тай-цзун ответил: «Этого я не знал, но если положение таково, то что же делать?» Чжао Янь-шоу сказал: «Сдавшихся солдат, которые сейчас находятся в Чэньцяо, следуетразделить и поставить по гарнизонам на южной границе, тогда владения У и Шу не смогут причинить вам бедствий».
Тай-цзун возразил: «Ранее в округе Шандан я допустил ошибку, отдав всех позднетанских солдат Поздней династии Цзинь. Вскоре после этого Поздняя династия Цзинь отплатила мне враждой и, двинув войска на север, начала со мной войну. Пришлось несколько лет подряд упорно бороться, пока наконец я не одержал победу. Сейчас, к счастью, цзиньские воины у меня в руках, и разве можно, пользуясь благоприятным случаем, не уничтожить их, а снова оставить в живых, чтобы они стали для меня источником бедствий в будущем?»
Чжао Янь-шоу ответил: «Ранее цзиньские воины были оставлены к югу от Хуанхэ, а их жены и дети не были взяты в заложники, поэтому они и причинили вам такое беспокойство. Ныне, если переселить их семьи в области Хэн, Дин, Юнь и Шо и каждый год по очереди посылать воинов на охрану южной границы, разве придется опасаться, что они поднимут мятеж?! Это великолепный план!»
Обрадованный Тай-цзун воскликнул: «Прекрасно! Только великий ван мог придумать его». Таким образом, солдаты, находившиеся в Чэнъцяо, избежали смерти и были разосланы по военным лагерям. Вначале Тай-цзун обещал Чжао Янь-шоу возвести его на престол вместо императора Поздней династии Цзинь, но потом нарушил обещание, что вызвало у Чжао Янь-шоу чувство злобы. В связи с этим в первом году эры правления Тянь-лу (948 г.) он сказал: «Больше я не буду ездить в застенные степи».
После смерти Тай-цзуна Чжао Янь-шоу ложно заявил» что покойный император завещал ему временно управлять военными и государственными делами Южной династии. Уюй, носивший титул Юнкан-вана, заковал его за это в кандалы. Через два года Чжао Янь-шоу умер среди киданей.
Рассуждая об описанных событиях, скажу: после возвышения киданей власть при дворе и управление государством в общем находились в руках киданей, и хотя говорилось, что на службе использовались как кидане, так и китайцы, однако китайцев почти не было. Среди китайцев никто не пользовался такой славой и известностью, как Хань Янь-хуэй. Вначале Хань Янь-хуэй занимал низкое положение —он пас скот, но одно слово императрицы Шулюй положило конец его жизни среди быков на освещаемых заходящим солнцем склонах гор. Кто, как не он, предложил строить дома и города, окруженные внешними и внутренними стенами? Кто, как не он, помог силой покорить различные племена? В возвышении Тай-цзу большую роль сыграл Хань Янь-хуэй.
Чжан Ли и Чжао Янь-шоу перешли на службу от Южной династии к Северной, и в правление Тай-цзуна один из них глубоко возмущался своеволием киданьских чиновников, а другой спас сдавшихся воинов, стоявших лагерем в Чэньцяо. Однако это являлось не выражением преданности и верности [императору киданей], а было сделано под влиянием врожденных качеств человека. Один из названных лиц погиб от руки могущественного Мада, а другой совершил ошибку, охваченный честолюбивыми помыслами. Разве их судьба не вызывает двойную скорбь?!
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ. ЖИЗНЕОПИСАНИЯ ИЗВЕСТНЫХ ЛИЦ
СЯО ХАНЬСяо Хань{397}, по происхождению киданец, – сын старшего брата вдовствующей императрицы Шулюй. Его младшая сестра была замужем за императором Тай-цзуном. Хань первый принял фамилию Сяо, и начиная с него весь род киданьских императриц стал носить фамилию Сяо. Сяо Хань, отличавшийся необыкновенной жестокостью, был искусным наездником и стрелком из лука. Когда Тай-цзун вступил в сражение с Чжан Цзин-да, Сяо Хань и другие военачальники ударили с северо-востока, в результате чего позднетанские войска оказались разрезанными на две части. Сражение закончилось полным поражением позднетанских войск, потерявших десять тысяч убитыми. Прибыв на юг, в Далян, Тай-цзун не мог там долго оставаться из-за приближения жары и хотел оставить в Даляне надежного человека в качестве генерал-губернатора. Все сановники просили разрешения пригласить в Далян вдовствующую императрицу, но Тай-цзун сказал: «Род вдовствующей императрицы так же многочислен, как и корни у старого кипариса, его нельзя переселить».
Тай-цзун хотел взять с собой всех цзиньских чиновников, опасаясь, что это вызовет брожение умов, приказал, чтобы его сопровождали только связанные с официальными делами, а остальные оставались в Даляне. Затем он переименовал область Бяньчжоу в военный округ Сюаньу, назначив Сяо Ханя на должность его генерал-губернатора.
Во дворце Цзыдэгун находилось более пятидесяти дворцовых женщин, которых Сяо Хань хотел взять себе. Когда евнух Чжан Хуань отказался выдать их, Сяо Хань сломал замки и. забрал женщин силой. После этого он схватил Чжан Хуаня и стал жечь его раскаленным железом, пока не сжег всего живота, от чего Чжан Хуань умер.
В последний год эры правления Хуэй-тун (947 г.) Сяо Хань услышал, что император Гао-цзу, основавший династию Северная Хань, движется во главе войск на юг. Сяо Хань хотел вернуться на север, но, опасаясь, что в Срединном государстве, оставшемся без правителя, неизбежно возникнут большие смуты, не мог внезапно уехать.
В это время в Лояне находились сын позднетанского императора Мин-цзуна Цун-и, носивший титул Сюй-вана, и наложница Ван. Сяо Хань отправил за ними Гао Мо-ханя, который должен был доставить их в Хэнчжоу, ложно заявив, что Тай-цзун приказал поставить Цун-и управлять военными и государственными делами Южной династии.
Цун-и и наложница Ван спрятались в мавзолее на кладбище Хуэйлин, но оказались вынужденными выйти. Когда Цун-и прибыл в Далян, Сяо Хань возвел его на императорский престол, совершив перед ним поклонение во главе киданьских вождей. Затем он поставил чиновников и оставил тысячу воинов из земель Янь для ночной охраны дворца Цун-и. После этого Сяо Хань простился и уехал.
Когда Сяо Хань прибыл в Хэнчжоу, он окружил воинами дом Чжан Ли. Мада сказал, что высших сановников нельзя самовольно убивать, поэтому Сяо Хань не убил Чжан Ли.
МАДАМада – двоюродный брат императора Тай-цзуна. Когда в девятом году правления Хуэй-тун (945 г.) кидане напали на Лиян, Мада находился в авангарде, и ему сдался вместе с городом правитель цзиньской области Бочжоу – Чжоу Жу.
Через некоторое время Чжоу Жу подвел Мада к Мацзякоу, и он, готовясь к переправе через Хуанхэ, стал лагерем на восточном берегу, откуда напал на Бэйцзин, в области Юньчжоу. После этого он взял приступом город Дэчжоу и захватил в плен правителя области Дэчжоу Инь Цзюй-фаня.
Тай-цзун, вступив на юге в Далян, назначил Мада сначала на должность генерал-губернатора Аньго, а затем – на должность наместника Средней столицы.
Когда Мада прибыл в Сянчжоу, Цуй Янь-сюнь, встретившись с ним, поспешил совершить земной поклон, затем поднялся и поднес, стоя на коленях, вино, которое Мада принял сидя на корточках.
По характеру Мада отличался алчностью, свирепостью, коварством и жестокостью. Если у населения имелись драгоценности и красивые женщины, он непременно отбирал их и присваивал себе. Он ловил также деревенских жителей и, возведя ложные обвинения в разбое, резал им лица, вырывал глаза, отрубал руки, жег огнем, а затем убивал, думая устрашить этим население. Орудия для пыток Мада постоянно возил с собой. Вокруг себя он развешивал печень, желчь, руки и ноги казненных, а затем ел, пил, спал и отдыхал между ними, смеясь и разговаривая как ни в чем не бывало.
Выезжая, Мада иногда, надевал желтый халат, садился в императорскую колесницу, украшал себя вещами, принадлежавшими императору, и говорил: «Китайцы считают, что так делать нельзя, но в нашем государстве это не запрещается».
В связи с нехваткой высших сановников Мада, сам написав бумагу, назначил Фэн Дао заведовать департаментом государственной истории, Ли Суна – палатой Хунвэнь, Хэ Нина —палатой Цзисянь, а Лю Сюня – дворцовым секретариатом. Вот до чего самовольно он действовал.
Однако, если кто-нибудь из киданей нарушал закон, Мада не допускал никакого снисхождения, поэтому на базарах не было беспорядков. Постоянно опасаясь бегства китайцев, Мада сказал привратникам: «Если кто-нибудь из китайцев будет бросать хотя бы украдкой взгляды на ворота, рубите ему голову и приносите ко мне».
Мада отправил гонца в область Минчжоу наблюдать за перевозками. Командующий обороной области Минчжоу Сюэ Хуай-жан, услышав, что североханьский император Гао-цзу вступил в Далян, убил гонца и изъявил покорность императору Гао-цзу.
Император Гао-цзу отправил десять тысяч воинов, которые совместно с Сюэ Хуай-жаном напали на Лю До, находившегося в Синчжоу, но не смогли взять города.
Лю До обратился за помощью к Мада. Мада отправил тысячу всадников во главе с военачальником Ян Анем ибывшим генерал-губернатором Иу Ли Ином, которые напали на Сюэ Хуай-жана, находившегося в Минчжоу. Сюэ Хуай-жан укрылся во внутреннем городе. Тогда Ян Ань и другие разграбили области Син и Мин.
Гарнизон, оставленный киданями в Хэнчжоу, не превышал тысячи воинов, но Мада приказал чиновникам отпускать продовольствие на четырнадцать тысяч человек, забирая излишнее продовольствие себе. Мада всегда относился с подозрением к китайским воинам, считая их, кроме того, бесполезными. Поэтому он понемногу сокращал их численность и уменьшал количество довольствия, отдавая его киданьским воинам, что вызывало у всех ропот и возмущение.
Китайские воины замышляли напасть на Мада, но колебались и не принимали окончательного решения, так как кидане все еще были сильны. Однако, когда войска во главе с военачальниками Ян Гунем и Ян Анем выступили в поход, в Хэнчжоу осталось всего восемьсот киданьских воинов, в связи с чем Хэ Фу-цзинь и другие приняли наконец решение. Вскоре после этого Фэн Дао и Ли Сун были вызваны для участия в похоронах императора Тай-цзуна. Воспользовавшись этим, в здание управления областью неожиданно ворвались китайские солдаты, которые сожгли ворота и вступили в бой с киданями.
К закату солнца у городских стен собралось несколько тысяч крестьян, которые громко шумели и выражали желание отобрать драгоценности и женщин у киданьских воинов. Напуганные кидане бежали на север. Мада, Лю Си и Цуй Янь-сюнь бежали в Динчжоу, где соединились с Елюй Чжуном, генерал-губернатором Ичэна.
Среди китайцев в Хэнчжоу был некто Бай Цзай-жун, который захватывал людей и отбирал их имущество. В Хэнчжоу его прозвали Бай Мада, что ясно указывает на жестокость Мада.
Когда Мада вернулся на родину, император Ши-цзун отравил его.
ЕЛЮЙ ЛАНУЕлюй Лану, он же Елюй Чжун, происходил из рода киданьских императоров. Когда Тай-цзун выступил в поход на юг против основанной Ши Цзин-таном Поздней династии Цзинь, сопровождавший его Елюй Лану отличился в нескольких сражениях. Прибыв в Далян, Тай-цзун назначил Елюй Лану на должность генерал-губернатора Чжэньнина.
По характеру Елюй Лану отличался жестокостью, поэтому население области Шаньчжоу страдало от него. Вождь разбойников Ван Сюнь во главе более тысячи сообщников неожиданно напал и занял южную часть города Шаньчжоу, переправился по плавучему мосту на северный берег, разграбил все и окружил Елюй Лану во внутреннем городе.
Елюй Лану, услышав, что Северная династия Хань усмирила Ду Чжун-вэя, находившегося в Еду, боялся, что китайцы могут поднять восстание. Через некоторое время ря вместе с Мада ограбил и сжег Динчжоу, угнал в неволю всех его жителей и, бросив город, бежал на север. Во время бегства Елюй Лану начисто разграбил все на территория в тысячу квадратных ли.
Рассуждая об описанных событиях, скажу: появившиеся над горами Иньшань необыкновенные облака принесли с собой смерть и убийства, по воле судьбы горы и реки Китая изменили свой цвет. Одетые в железные латы всадники императора Тай-цзуна, носившего имя Дэ-гуан, появились на Центральной равнине. Сяо Хань и другие военачальники командовали воинами, скакавшими в глубине китайских земель, но их алчность было трудно насытить, поэтому они совершали невероятные грабежи, проливали много крови, что наполняло гневом грудь верных сановников. Разве это не вызывает глубокую скорбь?!
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ. ЖИЗНЕОПИСАНИЯ ИЗВЕСТНЫХ ЛИЦ
ЛУ ВЭНЬ-ЦЗИНЬЛу Вэнь-цзинь, по прозвищу Да-юн, —уроженец Фаньяна, в области Ючжоу. Имел рост в семь чи и обладал величественной наружностью.
Когда между Лю Шоу-гуаном и Цзинь-ваном (Ли Кэ-юн. —В. Т.) возникла вражда, Цзинь-ван приказал Чжоу Дэ-вэю напасть на Ючжоу. Лу Вэнь-цзинь во главе конного отряда первым изъявил покорность Цзинь-вану, за что был назначен на должность правителя области Юйчжоу.
В это время Ли Цунь-цзюй, командовавший восемью отрядами в землях за горами, занимал должность командующего отрядами самообороны области Синьчжоу. Когда Цзинь-ван вел кровопролитные бои с Лю Сюнем на берегах Хуанхэ, он приказал набрать солдат в области Синьчжоу.
Ли Цунь-цзюй собрал в землях за горами несколько тысяч отборных воинов, которые отличались храбростью, но были малодисциплинированны. Кроме того, он обложил население оброком в виде поставки лошадей, и населению приходилось менять десять голов рогатого скота на одну лошадь. За это люди возненавидели Ли Цунь-цзюя до мозга костей.
Солдаты, набранные в землях за горами, боялись дальнего похода и поэтому, дойдя до заставы Цигоугуань, сговорились поднять мятеж. У Лу Вэнь-цзиня была молодая, красивая дочь, которую в прошлом Ли Цунь-цзюй просил отдать ему в наложницы. Лу Вэнь-цзинь не посмел возражать, но в душе постоянно мучился этим, а поэтому вместе со взбунтовавшимися солдатами принял участие в убийстве Ли Цунь-цзюя.
После этого он напал на Синьчжоу, но не смог взять города и бежал вместе со своими войсками к киданям. Затем Лу Вэнь-цзинь привел киданьские войска, которые напали на Синьчжоу. Правитель области Ань Цзинь-цюань не смог защитить Синьчжоу и, бросив город, бежал. На помощь пришел Чжоу Дэ-вэй, который напал на Синьчжоу. Однако войска киданей насчитывали несколько десятков тысяч воинов, поэтому Чжоу Дэ-вэй потерпел сильное поражение и в расстройстве бежал обратно.
Лу Вэнь-цзинь и кидане, напавшие на Ючжоу, держали город в осаде почти двести дней. Город оказался в критическом положении. Только когда на помощь подошел Цзинь-ван, лично командовавший войсками, кидане сняли осаду и отошли.
Кидане назначили Лу Вэнь-цзиня. сначала на должность генерал-губернатора области Ючжоу, а затем – на должность генерал-губернатора Лулуна.
Лу Вэнь-цзинь, имевший резиденцию в Синьчжоу, каждый год с отрядами легкой конницы то появлялся, то исчезал на границе, занимаясь, разбоями и грабежами, в результате чего на границах не было покоя. Области Ю, Ин, Чжо и Мо часто терпели из-за него бедствия.
Лу Вэнь-цзинь обучил киданей китайскому ткацкому ремеслу; вскоре они научились ткать и стали производить все сами. В связи с этим кидане усилились еще более.
Когда южные (т. е. китайские. —В. Т.) войска стояли в области Чжочжоу, то для них подвозилось продовольствие, причем от заставы Вацяогуань до Ючжоу обращалось самое серьезное внимание на сигнальные маяки. Несмотря на это, обозы часто захватывались, а пограничные районы страдали более десяти лет. Это было вызвано действиями Лу Вэнь-цзиня. Впоследствии он бежал к Южной династии Тан.
Следует сказать, что ранее, когда Лу Вэнь-цзинь напал на Синьчжоу, но не смог взять города, он шел ночью, упал в ров, но, подпрыгнув, выскочил из него. На следующий день он пошел посмотреть место, где упал. Это оказался пруд Черного дракона. Обрывистые берега были высотой в несколько чжанов, а глубину воды нельзя было даже измерить. Затем как-то к столу подползла большая змея и вытянула голову к коленям Лу Вэнь-цзиня. Лу Вэнь-цзинь взял пищу и покормил змею, после чего она уползла. Из-за этих случаев он проникся самомнением, то появлялся на юге, то возвращался на север и не знал поражений.
Рассуждая об описанных событиях, скажу: когда судьба императора начинает клониться к закату, крупные разбойники захватывают власть; пока безумные замыслы не потерпят поражения, жестокие и коварные люди не исчезают, Попробуем обратиться с этой меркой к Лу Вэнь-цзиню, жившему в эпоху Пяти династий. Когда Лу Вэнь-цзинь проникся самомнением, внушенным необыкновенными действиями дракона и змеи, он поднял мятеж в землях между югом и севером. Видевшие, что он не знает поражений, объясняли это мудростью, но если исследовать его успехи и неудачи, то окажется, что они зависели от судьбы. Возможность грабить обозы с провиантом только обильно подливала смазку в колеса его военных колесниц. Возможность захватывать земли Янь, увы, лишь прибавляла кровь в его мозг и печень. Поэтому все мудрые мужи, беспокоящиеся о настоящем и вспоминающие прошлое, не могли не печалиться, видя все это.
