Текст книги "S.T.A.L.K.E.R. Северное сияние (СИ)"

Автор книги: Богадельня ∠( ᐛ 」∠)＿

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Они дошли по следам долговца к бетонному мосту, и там еще некоторое время опытному следопыту были видны признаки чужого присутствия. Однако неожиданно след обрывался на границе Лиманска. Унылый с девчонками делали разные предположения. Что Леха развернулся и пошел другой дорогой, что Леха отправился строго на запад в сторону вокзала, а третьим, самым рисковым предположением, было то, что Барсик показал ему путь в Лиманск. Без кошака не было смысла даже пытаться зайти в город, поэтому они решили обойти его по западной стороне. А тут проклятые мины!

– Как же вовремя ты вернула мне мою машинку, – сказал Унылый, снимая с плеча металлоискатель.

– А она точно работает? – поинтересовалась Ленка.

– Точно. Я уже проверил.

– Он же ищет только цветной металл... – нахмурилась Рита.

– Не волнуйся, в каждом взрывном устройстве есть медные запчасти.

– А корпус экранировать не будет?

– Нет. Я находил золотые детали на глубине в полметра под железными завалами на Свалке. И медные тоже. Так что все в порядке, просто идите след в след, и все останутся целы.

Техник из Депо, судя по рассказам Унылого, отлично дружил с гаджетами, вот только с человеческой анатомией был не в ладах. Рукоятка металлоискателя была собрана из чего попало. На зеленом фрагменте красовалась всем известная надпись белыми буквами «АИСТ», а дальше, обмотанная изолентой, переходила в серебристую трубу с наклейкой радиационного знака. Он даже подложку от костыля примотал на конец для удобства. Проблема заключалась в том, что рукоять была настолько большой, что могла подойти только припятскому мутанту излому, у которого одна из рук была непропорционально длинной. Саня держался за прибор уверенно, поскольку привык к его неудобству и тому, что подложка возвышается над его плечом. Мотки желтых проводов потемнели от грязи. Щелкнув кнопкой на корпусе дисплея, Унылый включил металлоискатель. Тот подгрузился, выдал на экране цифры, какие-то значки, которые понимал только он. На дисплее сверху находился коллиматорный прицел, настроенный точно на датчик на самом круге искателя. С какой целью техник его туда прицепил никто не знал. Наверняка в этом был какой-то смысл. Каким бы странным с виду не был металлоискатель, он работал, а это было самое главное сейчас. Саня без труда обнаружил первую мину, скрытую в осоке, васильках и ромашках, очертил ее границы и начал свое путешествие по опасному полю.

Девчонки подумали было, что с непобедимым диггером и его волшебным девайсом они без труда и задержек преодолеют полосу препятствий. К сожалению, это оказалось не так. Унылый мог бы бежать вперед по минному полю, будь он один. Сейчас за ним плелась его единственная дочь и Лехина пассия, за которую он ощущал не меньшую ответственность. Он постоянно оглядывался назад, проверяя все ли хорошо. Внимательно следил за шевелениями на дисплее, слушал сигналы прибора. Если скопление мин оказывалось трудным, то он предпочитал не перемахивать через них одним широким шагом, а сделать несколько в обход. Ведь у Ленки ноги короткие. Она же совсем малявка. Она не может широко топать, как он или Рита.

А поле оказалось просторным. Мин у того, кто все это нагородил, было тоже в запасе с лихвой. И свободного времени тоже, черт возьми! Идти пришлось долго, а металлоискатель все никак не хотел замолкать, то и дело находя все новые и новые препятствия. Казалось, что они только начали, а прошло полтора часа. Время текло, как песок сквозь пальцы. Они присели на чистый пятачок, чтобы передохнуть. Осознание того, что сейчас все трое могут взлететь на воздух, отнимало не меньше сил, чем осторожный медленный шаг. Больше всего Унылого, пока он курил свою любимую сигаретку, напрягало то, что за их спинами до сих пор не замельтешили долгари. Неужто раненый псевдогигант всех положил? Да нет, это вряд ли. Скорее всего Костик сумел донести до товарищей идею о возвращении на «Агропром», особенно после того, как их бросили один на один с проблемой. Как бы на пацана не гнали, Унылый считал, что он на данном этапе самый вменяемый человек в их отряде и надеялся, что его все-таки послушали. Ян что-то мутит, Лермонтов за своим командиром и в огонь, и в воду, как преданный паж, а вот Костя мыслил трезвее всех.

– Зато если сейчас появятся мутанты, нам не страшно, – позитивно проронила Рита, туша свой окурок о землю.

– Тебе никогда не страшно, – сказал ей Саня.

– Это да... Хорошо, что дядь Лешину записку в доме нашла я. Представляешь, что бы было, если бы ее нашла твоя мама?

– Я думаю, Зоны бы уже не существовало, – усмехнулся мужик.

– А она тоже такая же боевая, как вы? – поинтересовалась Ленка.

– Бабуля прямо как мой папка, только в юбке!

– Ладно, все перекурили? Пойдем.

Если предыдущие дни были богаты на события, то сегодняшний выдался крайне муторным. Однообразие пейзажа набило оскомину. Казалось, что к цели они и вовсе не приближаются. Самым запоминающимся событием за прошедшие часы стало попадание собаки на мину. Просто вдали громыхнул взрыв, разбросавший куски тела по сторонам, и на этом все приключения троицы закончились. Они уже пожалели сто раз, что выбрали именно эту дорогу. Что там за все это время происходило с Лехой никто даже не догадывался. Слава богу, мины подошли к концу, и металлоискатель притих. Вот только время клонилось уже к вечернему! Унылый с девчонками наспех перекусили и пошли дальше на север, обходя Лиманск по западной границе. Вышли на асфальтовую дорогу из города, которая вела на вокзал. Решили немного пройти по ней, потеряв еще какое-то количество времени, однако, добравшись до ближайшей трансформаторной будки на обочине, поняли, что долговец тут не проходил. Пришлось возвращаться обратно, а затем вновь поворачивать на север. Через сотню метров почва начинала хлюпать под ногами, становилась болотистой. Троица откровенно вымоталась и приняла решение отыскать более-менее сухой участок для того, чтобы разбить лагерь до утра, как вдруг Унылый жестом остановил Ритку с Ленкой, всматриваясь в сырую землю.

– Ты что-то нашел? – поинтересовалась малая у отца.

В ответ Унылый кивнул на свежий отпечаток подошвы берца. Носок смотрел на север. И если девчонки не знали кому принадлежит такая обувь, Саня очень уверенно заявил – это не Лехино. Возможно, снорка. Ощущение, что опасность рядом, придало сил отряду. Они решили идти вперед во что бы то ни стало, пока не найдут своего пропавшего товарища и, при необходимости, не помогут справиться с трудностями.

Где Унылый? Где Ритка? А где Ленка? Они ее не бросили? Где отряд? Ни на один вопрос не было ответа. Лисицын брел по раскисшей от дождя тропе по колено в грязи. Голова гудела. Наэлектризованные светлые пряди бились током, и каждый раз, когда Леха пытался их пригладить, они тихо потрескивали, покалывая пальцы. Путешествие через аномалии выдалось (ах, каламбур!) напряженным. Как здорово, что оно осталось позади!

Из глубоких сапфировых сумерек послышалось уханье сов. Ну или каких-то похожих на них тварей. Несмотря на то, что Лиманск закончился, в ладони на всякий случай лежал ржавый болтик. Взгляд устремился в небо. Огромный белесый диск полной луны застыл над болотистым горизонтом, словно рок над судьбой. Красиво. В горле пересохло. Пустая фляжка покоилась в отделении рюкзака. Какая коварная Зона. Куда ни плюнь – везде лужа, да только пить неоткуда.

Тропа оборвалась. Он пошагал, как попало, не забывая закидывать в подозрительные места по железяке. Недолго бредя, он заслышал вдалеке чужие разговоры. Звук доносился отчетливо. Кто-то сидел у костра внизу склона. Мгновенно напрягшись, Леха вернулся в состояние боевой готовности. Практически не шелестя травой, он принялся красться в сторону источника шума, надеясь, что это его товарищи.

Он спрятался за густыми кустами. В паре десятках метров сидело трое мужиков в синих комбезах, а один стоял на шухере с ТРс-301 в руках. Оптика, глушитель, все на местах. Наемники. Они разбили временный лагерь, ночлежку. Натянули тент над костром, раскидали пенки со спальниками и теперь о чем-то трепались. Леха никак не мог расшифровать их речь, пока до него не дошло, что они говорят на английском.

Произошедшие за первую половину дня события его вымотали, но хуже вымотала вторая половина всяким их отсутствием. Он хотел пить, хотел есть, спать. Адреналин высосал всю энергию из организма, и без того недостаточно окрепшего после ранения. Он задумался, идти ли на наймитов в открытую, прося о помощи, или все же взять голову в руки, не показываясь им из чувства самосохранения? В то мгновение сержанту подумалось, что решение приняла луна на небе. Ноги затекли, и Леха нелепо завалился вперед, наделав шороху. Черт!

– Who's here?!

В сторону долговца повернулся мужик с автоматом. Остальные трое похватали с мест свои винтовки, и на незваного гостя вперилось четыре ствола.

– Не стреляйте! – Леха поднял руки вверх. Ничего умнее не придумал. – Не стреляйте! Я иду с севера!

–What is he talking about?..

– I don't know. Shoot him.

Ой. Сообразив, что тупит, Леха затараторил на чистом английском:

– No! Don't shoot! I'm coming from the north. My squad is dead. There's no way through! Where... Where am I?

– What the fuck is the squad? – нахмурился смуглый наймит, сидевший ближе всего к костру. Мужики переглядывались между собой. Долговец-полиглот – это что-то новенькое.

Леха откашлялся. Руки не опускал на всякий случай. Для таких ребят пришить, что чихнуть, примерно одинаково. Он решил не нарываться. Потребовалось несколько секунд, чтобы собрать мысли в кучу. Запинаясь от волнения Леха начал объясняться:

– Я, мой друг и кот-имитатор. Э-э-э... мы разминулись. С котом мы ушли в Лиманск, потому что нас преследовал снорк с автоматом... Э-э-э... А куда пропал мой друг я не знаю. Я ищу его. Мне кажется, что он должен быть где-то, кхм, где-то здесь.

Конечно, Лисицын рассказывал эту увлекательную правду на английском, чтобы наймиты поняли смысл его слов. Он сбивчиво пояснил, что снорк был одет в «Берилл» и что он убил кота из гиперзвукового супероружия. А потом он в одиночку вышел из Лиманска, вооруженный самым грозным оружием сталкера – болтом и гайкой. Чем больше он наваливал фактов, тем сильнее сомневался в собственной вменяемости. Наемники сперва скептично слушали его рассказ, но чем дальше в лес, тем заинтересованней становились их лица. Троица, сидящая у костра, опустила винтовки, один из них даже начал кивать в такт истории, как тот психиатр. «Вы продолжайте, продолжайте». А тот, что стоял на охране, не выдержал такого напора и тоже позволил себе отвести дуло к земле.

– He's crazy, – тихо-тихо проронил смуглый. Но не настолько, чтобы музыкант не расслышал. По лагерю зашуршал иностранный шепоток.

– Oh, really?!

– What should we do with him?..

– He's funny, – пожал плечами охранник и обратился к долговцу уже во весь голос. – Hey, man! Drop the gun and come here. We won't hurt you. Slowly!

Леха изобразил самое наивное лицо, на которое только был способен. Он, как ему было велено, честно достал из кобуры «беретту». Та повисла на пальце, и он не пытался ее как-то перехватить, начать шмалять. Это самоубийство. Медленно долговец приблизился к лагерю наймитов. Те, как и обещали, уступили ему место. Охраняла отобрал пистолет, бросив что-то в ключе «такие правила». Следом с долговца сняли и рюкзак, похлопали по карманам. Да Леха и не возражал. Ему и так уже несказанно повезло. Заинтересованные таким чудом иностранцы плеснули ему кофе. Кофе на ночь глядя, конечно, не то, чего бы ему хотелось. Он как Черный сталкер из того анекдота лучше бы водички попил. Едой, правда, наймиты не стремились делиться. Нет размаха русской души. Хотя судя по их виду они не бедствуют.

– Что за снорк?

Один был лысый, как бильярдный шар. То ли от радиации выпали все волосенки выпали, то ли он так тщательно брил череп. Он стоял на охране. Был среди них еще колоритный латинос. Суровый мордоворот, похожий на сикарио из мексиканского кортеля, с бородкой, как и Леха, но в комплекте шли еще характерные усы. Третьим был негр, черный, как сажа. На таких еще смотришь в кино и удивляешься – бывает же такое в природе! А четвертым оказался самый обычный слегка небритый белый мужик. Вот зачем эти люди лезут на постсоветское пространство? Их сюда кто-то звал? Лисицын этого не понимал и не принимал. У них дома что ли никаких забот нет?

– Я сам не понял. С виду такой же мутант, как остальные. Но слишком умный, – обрывисто от усталости говорил Леха. – Увязался за нами с Бара. Все подловить пытался. Ребят, есть что пожрать?

– Ес, оф корс.

Латинос протянул завернутый в целлофан сендвич. Леха почесал репу да раскидал начинку из колбасы и сыра на два нормальных бутерброда. Зачем их соединять воедино? Чтобы, пока кусаешь одну сторону, с другой капал майонез? До такого могли додуматься только тупые пиндосы. Разворчался сержант. Устал.

– Сенк ю. В общем, история запутанная, – он не стерпел и стал откусывать. Уж очень проголодался.

– Мы заметили, – хмыкнул «шар». – Ты же сказал, что с севера. Что там?

– Ну, типа... Там... э-э-э...

Леха силился напрячь извилины, пока на него пристально смотрели четыре матерых рыла.

– Там какой-то придурок на «буханке» гонял.

– «Буханке»?.. – переспросил негр.

– На машине. Типа грузовика. Короче, мужики, не ходите туда. Там дороги нет. Там... зомби. И еще во-о-от такие аномалии.

– Кажется, он попал под пси-излучение, – еле слышно шепнул латинос «шару». Тот солидарно кивнул. Лисицына приняли за безобидного сумасшедшего.

Леха бегло осмотрел лагерь. Тент, что висел над головой, оказался пижонским. Это тебе не прозрачные клеенки для огородных теплиц, которыми он и Саня пользовались в своих походах – там даже какой-то фирменный логотип нарисован. Рюкзаки сброшены в одну кучу, в которой лежал и его, совсем худой. Туристический коврик, тоже из богатого сегмента, неплохо отогрел продрогший тощий зад. Но расслабляться было рано. Долговец быстро доел скудное угощение, а затем кивнул на рюкзаки, до того, как наймиты придумают, как с ним поступать.

– У вас там что, гитара?

И правда. Среди пожиток явно выглядывал гриф. На колках поблескивало отражение костра, лакированные изгибы привлекали взгляд.

– Да, – подтвердил «шар».

– Тогда почему мы сидим в тишине? – поинтересовался Леха.

– Потому что мы не хотим привлекать мутантов, – объяснил ему негр.

Эх. А Лисицын уже губу раскатал. Он так заметно скис, что это не могли не заметить его новые знакомые. Вообще ему было предельно ясно, что с ним сейчас пообщаются, повеселятся с его бредней, а потом повесят на ближайшем суку. Потому и едой не хотят делиться – чего за зря переводить продукты на мертвечину? Он закатил им неплохое шоу, спутав правду с вымыслом, и это заметно продлило его нахождение в мире живых.

– Мужик, – вдруг сказал латинос, – ты же хорошо разговариваешь на английском. Ребята, как насчет того, чтобы он побыл нашим переводчиком?

Лисицын сделал такое лицо, словно где-то что-то подобное с ним уже происходило. Да неужели?!

– Ты думаешь, на точке не будет никого, кто свяжет пару слов? – усомнился лысый.

– Мы постоянно сталкиваемся с этим дерьмом. Ждем по часу, пока найдут кого-нибудь, кто нас поймет, – латинос повернулся к Лисицыну, – парень, ты хочешь немного подзаработать?

Тут-то Леха и ощутил контраст между Таченко и этими наймитами. Помнится, генералу он отказывал множество раз, и тот все равно терпеливо его уговаривал, приводя аргументы в пользу группировки. Здесь такое не прокатит, и он это понял сразу. Достаточно будет всего один раз сказать «нет», и его пристрелят как лишнего свидетеля, ну или просто забавы ради. Поэтому он не стал играться с огнем. Просто пожал плечами и ответил:

– Почему бы и нет.

– Вот, толковый малый, – одобрительно покивал белый непримечательный дядька. – Виски? Как у вас, русских, принято – за знакомство.

Ну вот. Леху от сендвича подташнивало, кофе невкусный, а теперь еще и эту бурду предлагают. Лучше соглашаться. Ради собственного же блага лучше всего будет прикинуться глупой булкой, улыбаться и кивать!

– Правила простые, – объяснял белый, наливая собеседнику в кружку, – ты никогда не интересуешься заказчиком и заказом и не говоришь с клиентами от себя. Только переводишь. Все, что перевел, забываешь в следующую секунду. Андерстенд?

– Изи.

Вдруг стекло бутылки разбилось вдребезги, облив наймита спиртной жидкостью. Мужик схватился за живот, упал в россыпь осколков, застонав. Леха не на шутку перепугался, отпрянув назад. Остальные трое обернулись туда, где стреляли, дав навскидку залп в ответ. Второму пробило череп негру. Он рухнул, как подкошенный. Следом пуля настигла латиноса. Лисицын ринулся к вещам, выхватил из кобуры «беретту», готовый обороняться от незваных гостей. Вот только где эти гости?! Куда целиться? Лысый лупил очередью по кустам, ломая ветки и потроша листья. Вскоре и его уложил на спину меткий выстрел. Леха остался один. Скрываться негде, он следующий...

– Сющи, брат, ОМОН, свои, да-а-а? – раздался из ночи знакомый голос.

– Саня! – тяжело выдохнув, долговец схватился за сердце. – Ты совсем дегенерат?!

К костру, как ни в чем не бывало, из кромешной темени вышел старый друг. Унылый крепко обнял Леху, и тот ответил взаимностью.

– Как хорошо, что ты пришел! – в сердцах выпалил сержант.

– О! – тут как тут появилась и Рита. – А я этих видела в Мертвом Городе!

– А ведь точно, – удивленно поддакнула Егоза, но большего интереса к наймитам не проявила. Ведь ей наконец-то удалось отыскать Леху! Вот он, потрепанный, но живой. Красивый такой, со всем справившийся. Вот бы его накормить и проваляться вместе в спальнике до утра где-нибудь подальше отсюда. Девчонка подвинула Унылого и сама упала в теплые объятия к долговцу. Тот был слишком сбит с толку и вымотан, чтобы проявлять инициативу, так что просто разрешил немного себя потискать.

– В Мертвом Городе? – заинтересовался Саня.

Рита покивала.

– Ага. У Шекеля в баре сидели.

Унылого как прибило. Он метнул взгляд на друга. Тот, кажется, понял ход его мысли. Оставив Ленку, Леха бросился наперегонки с Саней к их рюкзакам. Следом подбежала и Рита.

– Эй, вы чего?! – возмутилась Егоза.

– Точно эти, ты ничего не перепутала?! – спрашивал Унылый.

– Точно, точно!

Каждый похватал по рюкзаку и принялся активно рыться в чужих вещах. От этой картины у Ленки просто челюсть отвисла! Что они делают?!

– А где Барсик?.. – вдруг стала оглядываться бандитка.

– Блин, у меня ничего нет!

Рита отбросила рюкзак латиноса, потянулась к следующему, да только нужды в этом не оказалось. Лисицын вынул черный контейнер из барахла лысого. А затем как побежал в сторону! Только брызги вверх поднимались!

– Эй, ты что, офонарел?!

– Е-хе-хе! Наше-е-ел! – позабыв про всякую осторожность восторженно завопил Леха, размахивая находкой над головой.

Конечно, он не убегал далеко. Просто отошел подальше от лагеря мертвецов – неприятное соседство. Видя, что друг начал весело паясничать, Унылый направился в его сторону. Вскоре четверка собралась поодаль, чтобы обсудить свои дальнейшие действия. Леха вывалил из контейнера «северное сияние» на ладонь, чтобы убедиться, что это действительно их артефакт. Рита и Унылый испытали неподдельный детский восторг. Им просто не верилось в такое совпадение! Что именно сегодня эти четыре наемника попрутся доставлять «сияние» к Затону. Шекель поторопился выяснять, что за кота в мешке ему продали, и спешка вышла ему боком. Будет урок! Недовольной осталась лишь Ленка. Ее раздражал этот камень. И о котах – ведь Леша так и не ответил где Барсик...

– Ладно, раз я его нашел первый, я и понесу, – улыбчиво сказал Леха, всматриваясь в зеленую поверхность камня. Он увлеченно поглаживал неровности и сколы большим пальцем.

– Да сейчас! – хохотнул Унылый. – Ты постоянно оказываешься в какой-то жопе. То тебе снорк наваляет, то ты сбегаешь на целый день. У меня надежнее, тебе так не кажется?

– А ты пси-излучение ловишь на ровном месте, и что теперь, – хмыкнул Леха.

– Так, не начинайте. Зона – это опасное место, здесь все свою порцию дюлей получают по расписанию, – успокоила их обоих Рита.

– Да какая разница, кто его понесет, – раздраженно выпалила Ленка.

– Большая.

Слово Лехи растворились в ночи. Ухали птицы, стрекотали сверчки. Кое-где раздавался плеск воды. Костер в лагере наймитов потух, и единственным освещением в этом неприветливом болотистом месте оставалась полная луна над головами четверки.

– Ты слишком слабый, – уже спокойнее сказал Унылый. Спокойнее и заметно жестче.

– С чего ты взял?

– Я могу прямо сейчас забрать у тебя артефакт, не напрягаясь. Кто угодно может.

Лисицын устало цыкнул, закатив глаза. Ну начина-а-ается! Он положил другу руку на плечо, приобняв. Вот только около лица Унылого сверкнул металлический корпус пистолета...

– Подумаешь, я не умею драться. Товарищ Кольт уже давным-давно всех уравнял.

«Калаш» Риты уставился на долговца. Девчонке сильно не понравился его жест. Значит аргументы теперь выглядят так? Очень весомо, не поспоришь. В ответ Леха прислонил «беретту» к виску друга, отведя дуло в сторону, просто чтобы тот ощутил неприятный холодок металла. У него тоже есть аргумент – пускай поменьше, но Унылому хватит.

«Это было логично, – пронеслась в уме Егозы, зажатой между Лехой и Ритой, стремительная мысль. – Все шло к этому. Какая же я тупица! Надо было догадаться раньше. А ведь я догадывалась...»

Воспользовавшись моментом, когда оружие каждого было нацелено куда угодно, только не на нее, Ленка неожиданно для всех с силой пнула Леху под колено. Опешив, тот еле устоял. Этого было достаточно, чтобы лихая бандитка выхватила «сияние» из его разбитых ладоней. Рита резко вскинула оружие. Подросток! Куда ты лезешь?! Ленка поднырнула и, вцепившись в цевье, выбросила «калаш» вперед, врезав прикладом девчонке в нос. Рита схватилась за лицо, хлынувшая из ноздрей кровь перепачкала пальцы. Растерявшись, Унылый сбросил с себя руку Лисицына, но не понял куда деваться – ринуться вслед за Егозой или помочь растерявшейся дочери.

Из-под подошв кроссовок летели фонтаны грязных брызг. Егоза неслась так быстро, что не чувствовала, как наступала на почву. Ее обуяла злость, разочарование, праведный гнев. Хотелось рыдать и орать в небо на то, как несправедливо все обернулось! Она понимала все с самого начала, но только сейчас, когда чуть было не дошло до перестрелки, раздробленный паззл сложился в целостную картину. Вот почему Унылый не решился продавать «сияние» в «Сотыге». Вот почему Град украл у него артефакт на заводе, когда тот готов был в любую секунду превратиться в зомби. Поэтому Рита поддерживает самые безумные идеи отца! Вся проблема в этом четырежды гребаном мерзком артефакте! Глаза заблестели изумрудной зеленью. Накопилась влага. Леха ничего не сказал ни о пропавшем Барсике, ни о ней, ни поинтересовался делами своего отряда, ни слова о чем-то по-настоящему важном! А почему? Потому что он спятил! Они все спятили!

В худое лицо врезал увесистый кулак. Леха брызнул кровью на траву. Драться с Унылым было равносильно самоубийству. Увернувшись от следующего удара, долговец отбежал на несколько шагов и замер. Выстрелит? Не выстрелит? Но целью Унылого был не друг. Он побежал за бандиткой. Егоза улепетывала так быстро, что грозилась вот-вот пропасть из вида в этой непроглядной ночи.

– Бежим за ней!

Рита сорвалась с места. Быстро утерев губы, Леха побежал тоже. Грязь под ногами чавкала. В мгновение ока каждый промок по колено. Впереди простиралось бескрайнее болото. Лисицына осенило! Поравнявшись с Унылым, он вдруг подставил подножку. Такой подлости Саня не ожидал. Споткнувшись, он вцепился в черную форменную куртку, чтобы не пропахать носом дерн. Сверкнув недоброй зеленью в глазах, Леха сильно оттолкнул диггера от себя. Унылый утратил равновесие. Вверх взметнулся столп брызг. Его столкнули в трясину. Вонючая вода поднялась со дна, забилась в ноздри.

– Леха, ты что творишь?! Что с тобой не так?!

Илистое дно мгновенно затянуло вакуумом по голени. Унылый чертыхнулся. От увиденного Рита испугалась, подбежала к отцу на край бережка.

– Бать, не шевелись! Дядь Леш, ты что, придурок?! Помоги! – заорала она, после чего вновь обратилась к отцу, протягивая руку к металлоискателю. – Дай сюда!

Вокруг не росло ни деревьев, за которые можно схватиться, ни кустов, в вещах не было никаких веревок, чтобы кинуть утопающему, так что Унылый не рассусоливал. Металлоискатель был единственным спасением. Пока прибор не утонул, он протянул рукоятку дочери. Рита взялась за нее покрепче и стала тянуть отца на твердую землю, попутно стреляя глазами в сторону Ленки. Ай, черт с ней! Пусть проваливает!

В спину убегающей бандитке уставился ствол «беретты».

«Что я делаю? – промелькнула со дна сознания еле слышная мысль. Леха осекся. Палец лежал на спусковом крючке, но... – Зачем я это делаю? Я же люблю ее.»

Пока совсем близко лучший друг плескался в трясине, отчаянно стремясь выбраться, Лисицын замер.

«Что вообще происходит?»

Он ничего не понимал. Как они вообще оказались в этой ситуации? Что-то зловещее пожирало душу изнутри, словно огромный вертлявый червь-паразит. Оно управляло телом, не давая опустить пистолет. Внутренняя борьба шла не на шутку. Леха никогда не чувствовал смятения, подобного этому. И все же, хоть он решился убрать пистолет в кобуру, та часть, инородная, победила. Он бросил друга и свою племяшку, продолжив погоню за артефактом. Во что бы то ни стало он должен забрать его себе!

Дыхание сбилось, из груди уже вырывался хрип. Егоза устала, сердце бешено колотилось. Она понимала, что останавливаться нельзя, вот только ноги уже не несли. Надо было просто выбросить артефакт, чтобы он никому не достался. Но что-то внутри нее надломилось, стоило куску камня вспыхнуть. Тонкие пальцы крепко сжимали холодную поверхность. Не отдаст. Она теперь никому его не отдаст! Неожиданно сзади послышались быстрые шаги. К ней приближался Леха. Широко размахнувшись, Ленка собралась было вышвырнуть «сияние» как можно дальше, но не успела. Худощавое тело больно врезалось в девчонку, завалив ту в раскисший мох. Одежда мгновенно впитала затхлую воду. «Сияние» выпало из рук бандитки, плюхнулось в лужу неподалеку от них. Ленка стала драться, отмахиваться от рук долговца. Он сел на нее сверху, не дав уйти.

– Что ты делаешь?! – заорал он, стараясь обездвижить верткую воришку.

– Отвали от меня! – она пиналась, размахивала кулаками. Схватив его ладонь, Егоза со всей силы впилась острыми зубами в бледную кожу. Лисицын одернул конечность, громко выматерился. Воспользовавшись моментом, бандитка врезала коленом в пах. В глазах долговца заискрило от боли. Он сполз, и Ленка освободилась из его хватки. В воротник плаща вцепился кулак, завалив Егозу обратно на землю.

– Куда ты пошла?!

– Отпусти меня!

Превозмогая боль Леха вновь прижал ее к земле.

– Это мой артефакт! Мой! – яростно кричал он.

– Он не твой, ты его украл!

– Я его украл, и теперь он мой! Куда ты тянешь свои руки? Я же тебе доверял!

– Это ради твоего же блага, придурок!

Лисицын утратил всякий контроль над собой и замахнулся, чтобы влепить бандитке пощечину. Та не стала дожидаться удара. Освободившуюся руку Ленка резко выбросила вперед, стукнув костяшками в острый кадык. Старалась не слишком сильно. Занесенная ладонь так и развернулась обратно, схватившись за горло. Бандитка и долговец вновь сцепились в драке, катаясь по грязи. Если поначалу они не хотели друг друга покалечить, то спустя всего минуту Ленка, ощутив укол испуга, стала закрываться от рассвирепевшего сержанта.

Вдруг раздался хлопок.

Выстрел вырвал комья почвы. Лица забрызгало грязью. Над головами вспыхнул яркий зеленый ореол света – это осколки «сияния» разлетелись россыпью звезд. Еще не коснувшись земли, они стали гаснуть, как догорающие изумрудные угли.

Леха рухнул на землю, как подкошенный, тяжело дыша. Лицо в крови, в глазах шок и ужас. Напротив Егоза, совсем рядом, обрывисто сопела ноздрями. Губы дрожали, в глазах страх, растерянность и обида.

– Ленка... – только и смог выдавить он, опасливо разжав кулак, отпуская ее плащ.

Она промолчала. Изо всех сил старалась не разреветься.

Вдалеке панически завопил девчачий голос. Леху парализовало. Там же Унылый!

Трое неизвестных солдат со всех ног неслись на них, а они даже не удосужились посмотреть, кто это. Двое пробежали мимо. Крик повторился, громче и надрывнее. Возле них остановился только один. Ни Лисицыну, ни Егозе не хватило смелости поднимать на этого человека взгляд. Они и не хотели, откровенно говоря. Смотрели друг на друга, словно впервые увиделись. Словно впервые осознали. Как тогда, на заднем дворе бара. Только почему-то чувствовали невыносимый груз вины.

Металлоискатель помог отсрочить неминуемую гибель. К этому моменту Унылый цеплялся за последние секунды жизни. В какой-то момент в его сознании что-то странным образом прояснилось. До него будто дошло, что происходит, и громкий вопль Ритки, такой же очнувшейся от наваждения, напугал его до смерти. Он не имеет права сдохнуть вот так, на ее глазах! Его обуяла агония. Это конец. Завидев двух огромных мужиков, что бежали на голос, он внутренне взмолился, чтобы они помогли им. Тот, что поздоровее, отпихнул девчонку в сторону, чтобы не мешалась. Крепкие руки схватили Саню за запястья и потянули наверх. Было больно, очень больно. Внутри плеча даже словно что-то хрустнуло. Ног он уже не чувствовал, но и их на полпути свело мучительной судорогой. Металлоискатель в шумихе булькнулся в мутную воду, словно отдав себя в жертву за спасение своего хозяина. Мужики бубнили ругательства себе под нос, когда их подошвы скользили, грозясь съехать в трясину следом за диггером. В конце концов его выволокли на твердую почву, насквозь мокрого, холодного, как ледышку, и не на шутку перепугавшегося. Отца тотчас крепко обняла Ритка. Живой! Произошедшее так шокировало ее, что она даже не поблагодарила неизвестных солдат.

На корточки перед Лехой и Ленкой присел третий из загадочного отряда. Только сейчас долговец взглянул на того, кто к ним примчался. В темноте и после потрясения все, что он смог разглядеть, это горизонтально расположенные подсумки на разгрузочном жилете.

– Вот это приключение, – тяжело вздохнул спаситель. – Подымайся, Лешенька. Я тебе сам сейчас все расскажу!