Текст книги "Цвет ночи (СИ)"

Автор книги: Betty Lee

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Укладывая обессиленную Ренесми, он поцеловал её в висок, поднимаясь с кровати. Она лежала с закрытыми глазами и не шевелилась, но улыбка счастья и безмятежности озаряла её лицо. Аро наспех оделся и, поправляя волосы, задал разомлевшей девушке только один вопрос:

– Ренесми, простите мою бестактность, но у вас есть критические дни?

Девушка тот час открыла глаза и, залившись краской, приподнялась на локтях.

– Да, каждый месяц, – робко произнесла она, ещё больше смущаясь и прикрываясь одеялом.

– Это лучшее известие за последние несколько тысяч лет! Я жду вас в тронном зале через час, – голос Аро был спокоен и уравновешен. Он наклонился к ней и шепотом произнес: – Вы были божественны, Ренесми. Спасибо, – с этими словами вампир удалился из спальни.

========== Выбор сделан ==========

Аро чинно восседал на троне, когда пустота зала заполнилась звуком приближающихся шагов. Маркус и Кай шли параллельно друг другу, Сульпиция и Афинодора держались позади, а замыкали процессию Каллены во главе с Карлайлом и Эсми. Ренесми среди них не было.

«Я же сказал ей – через час!» – злость на опаздывающую мисс Каллен выводила правителя из себя, однако, натянув приветливую улыбку, он поднялся с места и раскинул руки, приветствуя собравшихся.

Лидеры заняли свои места по обеим сторонам от владыки, но Аро молчал, сверля взглядом позолоченные двери тронного зала. Ещё минута тишины – и они распахнулись, запуская Ренесми внутрь. Она шла робко, почти неслышно, мягко касаясь дубового паркета. Она смотрела себе под ноги, ни разу не подняв взгляд, до того момента, пока не поравнялась с семьей. Белла тут же обняла дочь, целуя в щеку.

«Вот она семейная идиллия, которой нет в действительности. Показательные выступления перед всеми и, в первую очередь, перед ним!» – злость опять подкатила к горлу, не давая правителю успокоиться.

Его Ренесми была так прекрасна: её румянец на щеках, её непослушные бронзовые кудри, этот смущенный взгляд – всё заставляло Аро любоваться ею, не отводя глаз. Его как магнитом тянуло к девушке, а в голове всплывали сцены их ночи. Сейчас нельзя было делать не единого вдоха, иначе его плоть опять воспламенится, не оставив в голове ни одной мысли, кроме непроходящего желания. Он чувствовал себя озабоченным юнцом, впервые познавшим женщину. Ренесми свела его с ума, она была тем самым страхом, с которым он столкнулся, которому не смог противостоять и подчинился, отдался ему. Эта маленькая девочка, которая при каждом взгляде на него вспыхивала словно спичка, краснея и пряча глаза, стала его личным подарком и проклятием одновременно.

Он – великий правитель всего мира вампиров, стал зависим, зависим от неё. И сейчас, стоя среди собравшихся, он не видел никого, кроме неё. Однако необходимо было взять себя в руки и оповестить о решении, которое в корне изменит жизнь нескольких из присутствующих.

– Я собрал вас здесь, – начал он, окидывая взглядом пришедших, – чтобы сообщить о своем решении.

Его голос стал жестким и громким.

– Полагаю, что для многих из вас оно станет шокирующим. Ренесми, подойдите ко мне, – он протянул руку, приглашая оторопевшую девушку встать подле себя. Выскользнув из объятий матери, она с ужасом взглянула на него, но все таки, сделав пару неуверенных шагов, встала рядом.

– Все вы прекрасно знаете, что вампиры не могут продолжать свой род, потому что их тело заморожено. Но в теле мисс Кален течёт кровь, она способна выносить ребенка, и она достигла в своем физическом развитии совершеннолетия.

– Что вы имеете в виду, Аро? Не хотите ли вы сказать… – лицо Эдварда исказила гримаса гнева.

– Да, я хочу сказать. Я беру вашу дочь в жены, и она будет матерью моих наследников, – голос Аро был спокоен.

– А как же Сульпиция? – послышался голос Афинодоры. – Двоежёнство запрещено. Вы сами ввели этот закон и сами же собрались его нарушать? – возмущению вампирши не было предела.

– Никто и не собирается нарушать закон. Сульпиция не будет ни в чем нуждаться. Я устал лишаться лучших вампиров своего клана из-за её неуемной жажды любви.

– Вы требуйте от меня развод? – оправившись от шока, едва выговорила супруга Аро.

– Я? Требую? – Зал наполнился смехом владыки. – Моя дорогая, скажите спасибо, что ваша голова не слетела с плеч, когда я застал вас в объятиях новообращённого. Я лично наблюдал сей пикантный момент.

– Постойте, я не понимаю. Причем здесь моя дочь, моя Ренесми? Вы что, собрались брать её силой?! Да она никогда не выйдет замуж за чудовище, хотевшее убить её и всю нашу семью! – прогремела Белла, сделав шаг вперёд.

– Мама, папа, перестаньте! Прошу вас! – из глаз Ренесми потекли слёзы, и она схватила Аро за руку, будто их собирались разлучить. – Простите меня, я знаю, что вы меня никогда не поймете, но вы сами говорили мне, что существует та самая любовь, когда ты не можешь жить без другого. Я люблю Аро. Я теперь его. И лучше убейте меня, чем разлучите с ним.

На секунду Аро показалось, что его мёртвое сердце совершило толчок, эти слова перевернули в нем все, заставив отключиться от реальности на несколько секунд, и только крик Розали вернул его в происходящее.

– Ты ещё ничего не смыслишь в любви, Ренесми! Как ты можешь говорить такое? Его нельзя любить, он монстр. Он убивает всех вокруг себя и не стыдится этого. Ты хочешь, чтобы у твоих детей был такой отец?! Да уж лучше отец-пёс, нежели этот кровопийца! – Розали трясло, её оскал был направлен на Вольтури, как будто она вот-вот собиралась напасть.

Он убьет её, не задумываясь, если она хоть шаг сделает в его сторону. Но всё-таки Аро не рассчитывал устраивать сегодня днём бойню в только что отремонтированном тронном зале. Портить его новый шедевр было бы слишком кощунственно. Да и мрамор был дорогим.

Внезапно Маркус прокашлялся, обращая на себя внимание. Отсутствующий прежде взгляд впился в Аро и Ренесми, изучая, чувствуя их. Все умолкли.

– Я чувствую связь между ними, – медленно проговорил владыка. – Их ауры тёплые и переплетаются друг с другом.

– Что? Аура моего мужа тёплая? – саркастично рассмеялась Сульпиция. Алые глаза вампирши прищурились. – Да она холоднее льда. Ты что-то путаешь, Маркус. Он расчетлив, и это действительно так. Ему не нужна Ренесми. Ему нужен ребёнок, а потом он убьет девчонку. Из-за желания иметь наследника мы сейчас наблюдаем всё это представление. Но я в нем не собираюсь участвовать. Развод. Пусть так и будет. Простите, но я вас покину, – она натянуто улыбнулась всем присутствующим и тут же скрылась за дверью с вампирской скоростью. Аро знал, что им ещё предстоит разговор и не стал её останавливать.

С уходом Сульпиции молчание вновь окутало тронный зал. Было очевидно, что большинство собравшихся пребывало в шоке от услышанного. Белла крепко сжимала плечо мужа, глаза которого стали потемнели от охватившей его злости. Карлайл и Эсми опустили глаза, будто смирились с ситуацией, и только Элис, наклонившись к Джасперу, одними губами проговорила: «Я видела ещё сегодня утром. Ренесми полюбила его, и будет ждать ребёнка».

Аро всё прекрасно понял, но не мог поверить своим глазам.

– Повторите, Элис. Немедленно. Громко! – приказал он.

– Когда мы пришли сюда, я уже знала, о чем будет разговор. Раньше я не видела будущего Несси, оно было туманным. А сегодня утром мне было видение. Вы и она. Ваша рука на её животе, и вы улыбаетесь, заключая её в объятья, – Элис замолчала и отвела глаза. Джаспер обнял её за талию.

– А ты не видела, как после рождения наследника эта скотина безжалостно убивает Несси? Или эта тварь собирается заставить её рожать до бесконечности своих выводков… – Розали не успела договорить, Аро подлетел к ней и уже через мгновение пригвоздил к стене, плотно сжимая шею. Эммет попытался вмешаться, но тут же был откинут правителем в сторону.

– Ещё одно слово – и я сверну вам шею за ваш длинный язык, – Аро сильнее сжал пальцы на шее вампирши.

– Аро, прошу вас, – закричала Ренесми и бросилась к ним. Карлайл с Эсми преградили ей путь. – Да перестаньте же, я не хочу, чтобы из-за меня вы переубивали друг друга! – Ренесми изо всех сил вырывалась из рук Карлайла. – Я люблю Аро. Я сделала свой выбор. Примите его! – слёзы ручьём потекли из её глаз.

– Я не могу этого выносить, – проговорила Белла, сжимая руку мужа.

Наконец Аро ослабил хватку, отпуская Розали.

– Я надеюсь, вы усвоили урок, – кинул он ей в лицо. Она молча смотрела на него разъярённым взглядом, но ничего не предпринимала. – Разговор окончен. Я больше никого не задерживаю. Пошли вон отсюда. Все пошли вон, – Аро окинул взглядом вампиров и, подойдя к Карлайлу, забрал из его рук рыдающую Ренесми. – Я не привык повторять дважды. Разговор окончен. Оставьте нас! – вновь громко произнес он.

Когда тронный зал опустел, Аро поднял за подбородок голову девушки, заглядывая в её полные слёз глаза.

– Они смирятся с вашим выбором. Примут его. Вы моя. Моя. Слышите? – он коснулся её губ и растворился в тёплом и нежном поцелуе.

========== Воспоминания нетленны ==========

Замок Вольтури больше не станет прежним, пока в нём бьется сердце. Сердце этой юной, наивной, неиспорченной девочки, что появилась ему в наказание за все злодеяния, заставив вновь чувствовать, быть уязвимым, ворошить его прошлое и вспоминать человеческую жизнь.

Эвридика – для него это имя было отнюдь не древнегреческой мифологией. Он предпочитал никогда не поднимать его из глубин памяти. Но сейчас, направляясь в покои Сульпиции неспешным, человеческим шагом, он вслух произнес его, ощущая укол на кончике языка. Каким был Аро Вольтури тысячи лет назад? Молодым мужчиной, чуть за тридцать, который был предан своей семье, который безмерно любил сестру и родителей, а также девушку с голубыми глазами, чистыми как безоблачное небо. Он так ждал, что совсем скоро попросит её руки, и мир станет богаче на ещё одну крепкую и дружную семью, в которой будет царить любовь, доверие, верность и взаимопонимание. Он ведь даже не позволял себе притронуться к её телу, осквернить его до свадьбы, лишь невинные поцелуи и объятия были для них физическими проявлениями близости друг к другу.

Остановившись, он оперся рукой о каменную кладку, собирая по крупицам свои человеческие воспоминания. Сколько раз он, засыпая человеком, представлял, как у него будут дети: несколько сыновей и обязательно дочь, такая же красавица, как её мать. Это было его счастьем. Обычным человеческим счастьем: семья и дом, где его ждали и любили. Примером ему всегда служила его собственная семья, где отец любил мать и души не чаял в детях. Будучи простым землевладельцем, он долгие годы откладывал деньги, чтобы дать сыну достойное образование. Аро всегда отличался умом, сообразительностью и все схватывал на лету.

И когда он стал послом, путешествуя по городам Апеннинского полуострова, его семья гордилась им. Эвридика жила на соседней улице, но они не были знакомы, никогда особо не обращая друг на друга внимания, из-за достаточно большой разницы в возрасте. Если бы однажды ни встретились на городском празднике. На голове её был венок из полевых цветов, а в белокурых волосах играл ветер. Он отчетливо помнит, как она с другими девушками стояла поодаль и задорно смеялась. Он влюбился с первого взгляда, хотя никогда не верил в такую любовь, ему всегда казалось, что она вырастает из крепкой дружбы, но судьба доказала ему обратное. Он смотрел на неё изумрудно-зелеными глазами и не мог наглядеться.

Если бы он знал тогда, что у этого прекрасного ангела нет сердца, что из-за неё он лишится человеческой жизни и обретёт тягость вечности, то никогда бы не подошёл к ней в тот день. Во времена его человеческой жизни браки заключались очень рано, но Аро всё ждал свою любовь и никуда не спешил, но, найдя её, смертельно ошибся. Эвридика обманула его, предала, отравив и выкрав у него ценные бумаги, которые он должен был привезти к этрускам в город, ныне называемый Вольтеррой.

Он бы так и умер, свалившись с коня, задыхаясь от яда, сжигающего его изнутри, если бы не сжалившийся кочевник-вампир, решивший обратить его, увидевший потенциал, наверное. Вначале перерождение испугало его, он не понимал, что с ним происходит, каждый день был словно в тумане, его жажда крови была неуёмной, и только светлый образ его семьи заставлял его держаться подальше от родного города. Уже через несколько лет, осознавая своё новое состояние в полной мере и научившись его контролировать, он вернулся, чтобы убить Эвридику, но её не было, как и всей её семьи. Ходили слухи, что они уехали из страны.

Аро не стал искать её и мстить. Теперь у него была иная цель: осознав своё могущество, силу и власть, он, заперев за семью печатями все свои человеческие чувства и эмоции, всё хорошее и доброе, что было в нём, начал создавать свой клан и первыми его членами стали Маркус и Кай – братья, как он их назвал. Пусть это были братья не по крови, но они стали его единомышленниками.

И теперь, когда за много тысяч лет он обрёл безграничную власть, его человечность, всё то, чего он, как ему казалось, лишился – вырвалось наружу при одном взгляде, при одном касании, при одном поцелуе с юной и невинной мисс Каллен. Судьба смеялась над ним. Он вновь хотел семью, он вновь хотел быть любим, он хотел детей. Хотя и не знал наверняка, может ли Ренесми выносить ребёнка от вампира, ведь она была всего лишь наполовину человеком в отличие от Беллы, когда та забеременела. Но эта девочка, что осталась ждать его в спальне, её сердце, что ускоряло ход при его появлении, её мысли и чувства, что не оставляли сомнений в их искренности – всё это заставило древнейшего вампира вновь почувствовать себя уязвимым, но счастливым «человеком». Эта девочка стала его «жизнью», у него будто вновь появилось «сердце». И это было мучительно, нестерпимо больно, но в тоже время так сладко, что он замирал при каждом взгляде на неё, испытывая вихрь давно позабытых эмоций. Но если когда-нибудь она посмеет его предать, обмануть, он не оставит и маленькой частички её тела на этой земле.

Он сам не заметил, что уже давно добрёл до покоев Сульпиции, остановившись перед дверью, погрязнув в воспоминаниях. Теперь же, когда голова его вновь стала холодной и расчётливой, а эмоции и чувства отключились, он постучал и, не дожидаясь приглашения, шагнул внутрь. Его супруга сидела в кресле, грациозно закинув ногу на ногу, и смотрела перед собой. Она даже не повернулась, когда он вошёл, очевидно, злясь на произошедшее в тронном зале. Он за долю секунды оказался перед ней, заставляя её обратить на себя внимание. Теперь же их глаза встретились и неотрывно смотрели друг на друга. Её взгляд источал ненависть, но вампира это не волновало.

– Моя дорогая, – слегка ехидно начал он, чувствуя, как её челюсть с силой сжалась. – Вы так неожиданно покинули тронный зал, не дослушав.

– Что вам нужно, Аро? Не смейте больше называть меня «дорогая»! – в её голосе слышалась обыкновенная женская истерика, которая в мире людей обычно сопровождается слезами.

– Ну, ну, не стоит так убиваться, Сульпиция. Неужели вы думали, что я до бесконечности буду терпеть ваши выходки? Я итак дал вам достаточно времени для унижения нашего брака, – его голос был холоден и спокоен.

– Что? Это вы мне говорите про унижение брака? Это не я лишаю девственности полукровок, и они стонут подо мной от наслаждения и просят ещё. Вы! Вы разрушили всё с самого начала. Вы не любили меня, а я ради вас бросила всё. Жизнь свою вам отдала! – она вскочила и хотела было уйти, но Аро грубо толкнул её обратно в кресло с такой силой, что оно жалобно заскрипело.

– Да. Я сделал это. Я лишил невинности Ренесми, да будет вам известно, и я не скрываю этого. Я готов отвечать за свои поступки, что и сделал, собрав вас всех в тронном зале. Мне не нужна более супруга, которая своей неверностью оскверняет наше брачное ложе.

Сульпиция открыла рот, чтобы что-то сказать, но Аро даже не думал её слушать.

– Я всегда знал, что вы любите меня, но у вас чёрное сгнившее сердце, слишком эгоистичное, чтобы дарить истинную любовь. Вы эгоистка, вы так хотели заполучить мои ответные чувства, что не поступились верностью. Моя дорогая, я не маленький мальчик, которым можно манипулировать. Я не испытал ничего кроме отвращения, когда застал вас с любовником. Я и раньше догадывался, что они у вас есть, но когда такое неопровержимое доказательство, а потом… потом вы слишком заигрались. Вы можете любить лишь саму себя.

Она больше не пыталась перебить его и вставить что-то в свое оправдание, она лишь молча сидела, уставившись на него пустым, ничего не выражающим взглядом, а он всё продолжал:

– Мы были красивой парой, хорошими союзниками, партнёрами, любовниками. Не держите на меня своей всепоглощающей ненависти, она вам не к лицу. Свобода, что я даю вам, должна стать для вас лучшим подарком судьбы. Поверьте, именно её вы давно и хотели. Во всем остальном, я обещаю вам, вы не будете нуждаться, и я очень надеюсь, что мы останемся хорошими друзьями.

– Друзьями… – медленно произнесла она, а потом опять вскочила и с вызовом взглянула на мужа. – Да она опьянила вас, эта маленькая дрянь! Она не человек и не вампир – просто чудовище. Вы никогда не были таким. Вы стали тряпкой в её руках. Одумайтесь! Она и я! Это же смешно! – она вновь дёрнулась, пытаясь уйти, но рука Вольтури крепко сжала её шею и усадила на место.

– Сульпиция, услышьте сейчас меня! Развод на этой неделе. Своего решения я не меняю. Никогда. И если хоть один волос упадет с головы Ренесми по вашей вине, можете начинать молиться о вашей грешной душе. Я убью вас. Жестоко убью.

Аро ослабил хватку и убрал руку. Он сказал ей всё, что считал нужным, всё, зачем шёл в её покои. Вечность их брака рухнула, словно тяжелая ноша, столетиями висевшая на нём. Однако, всё равно, стоило поблагодарить за их совместное время супругу, которая буквально через несколько дней станет бывшей, поэтому у самого выхода, он повернулся и произнес:

– Спасибо, Сульпиция. Спасибо за века, подаренные мне и клану, но судьба всё расставила по местам.

И, не обращая внимания на свирепые взгляды, которые она метала в него, он улыбнулся и вышел за дверь.

========== Наивность ==========

Ренесми поежилась и плотнее укуталась в одеяло. Из распахнутого настежь балкона дул холодный ветер. Погода в Вольтерре испортилась до неузнаваемости, и вместо летней жары пришли ливни с градом и промозглым ветром. Стоило бы закрыть балкон, но ей будто не хватало воздуха, и кружилась голова.

«Прекрати нервничать. Все будет хорошо!» – успокаивала она саму себя, но это самовнушение мало ей помогало. Она была в замке Вольтури уже неделю, которая в корне изменила её жизнь, с которой она хотела расстаться, приехав сюда. Теперь всё было иначе. Через пару дней она выйдет замуж за Аро Вольтури, за злейшего врага её семьи. Почти как в трагедии Шекспира, с которой она сравнивала свою жизнь последние несколько дней. Даже до того, как правитель дотронулся её губ, она уже ощутила, как сердце изменило свой ход, бешено забившись в груди, когда их глаза встретились в саду. Она думала, что это страх, но как только ощутила его поцелуй, страх отступил, уступая место новым, незнакомым ранее чувствам.

Её мир заиграл новыми красками, она осознала себя не одинокой, впервые в жизни поняв, что чувствует каждая женщина, когда влюбляется в мужчину. Она влюбилась. И больше ей не хотелось умирать. И даже в моменты, когда Аро отталкивал её, обещая убить, Несси знала, что он не сделает этого, уже тогда чувствовав их связь. Даже если бы он и выполнил своё обещание – это было бы лучше, чем его отказ, его холодность. Она не знала, что в действительности испытывает к ней Вольтури, но так или иначе, он нуждался в ней, пусть даже и для банального продолжения рода. Ей было все равно. Она была готова к любой участи ради него. Теперь её никчемная жизнь полностью была в его руках.

Самопожертвование, на которое она пошла, было вполне осознанным, и она надеялась, что когда-нибудь он действительно полюбит её. Этот холодный, грозный, злой вампир, который в её объятиях становился нежным и ласковым, меняясь до неузнаваемости. Их первая ночь была прекрасна. Она понимала, как ему приходится сдерживать себя, чтобы не сделать ей мучительно больно. И ей действительно было восхитительно хорошо от его ласк, от его прикосновений и поцелуев. Ренесми, конечно, догадывалась, что физическое наслаждение – это вовсе не любовь, но в глубине души чувствовала, что между ними обязательно появится это удивительное чувство, которое восхваляют поэты, о котором пишут книги и слагают песни.

Однако последний разговор с матерью, произошедший перед отъездом Калленов, пошатнул эту надежду.

Белла опустилась на её кровать и пригладила её непослушные волосы, убрав одну прядь за ухо. Она всегда совершала этот ритуал, когда собиралась серьёзно поговорить с дочерью, поэтому Ренесми приготовилась внимательно слушать. Она любила своих родителей и понимала, что своим выбором причиняет им боль. Возможно, известие о её смерти было бы для них не таким ударом, как то, что она добровольно отдаётся в руки врага, заклятого врага семьи.

– Дочь, – начала Белла. – Прости нас, это мы виноваты в том, что произошло. Мы слишком мало уделяли тебе внимания, а ты, начитавшись любовных романов, решила, что Аро Вольтури – твоя судьба. Я понимаю, что любить злодея – это некая запретная любовь, которая притягивает таких наивных девочек как ты. Да, тебе уже семнадцать, но у тебя нет того жизненного опыта, как у других семнадцатилетних. Ты даже не достигла совершеннолетия. Ты ещё такая увлекающаяся и ранимая, Ренесми, и ты ничего не смыслишь в любви.

– Но ведь ты сама в этом возрасте влюбилась в папу и поняла, что хочешь быть с ним, что он твоя судьба, – перебила её девушка.

– Я знала, что ты так скажешь, – мать вновь погладила её по голове. – Когда я влюбилась в папу, я не кинулась в его объятия на второй день. Прошло много месяцев, и нашу любовь проверяли и укрепляли трагические события, произошедшие за это время. Когда я выходила замуж, я была уверена в том, что это мужчина на всю мою оставшуюся жизнь, и я отдала ему свою жизнь, я пожертвовала ей, чтобы на свет появилась ты, – она тяжело вздохнула. – Ох, Несси, моя глупая. Ты витаешь в облаках и живешь в своём придуманном мире. Ты увидела Аро, и твои гормоны и желание быть влюбленной героиней сыграли свою роль. Жаль, что Джейкоб не привлек тебя, как мужчина. Но он запечатлен на тебя и будет любить всю жизнь. Известие о твоем выборе сломает его жизнь. – она опять тяжело вздохнула.

– Я не хочу гробить свою жизнь с оборотнем, которого я не люблю. Он даже целуется отвратительно, – Несси поморщилась.

– Я так и думала, – нахмурилась Белла и неожиданно хмыкнула. – Вероятно, многоопытный глава Вольтури целуется куда лучше.

Ренесми залилась краской, вспоминая губы Аро и его жгучие поцелуи, под которыми её кожа начинала гореть, а кровь закипала.

– Твое лицо выдает тебя с головой, – с лёгкой улыбкой произнесла мать, проведя тыльной стороной ладони по щеке дочери, остужая её. – Мне нужно было чаще заниматься твоим воспитанием, а не только уделять внимание твоему отцу. Прости меня, дорогая. Наша с папой ошибка привела к таким последствиям.

Она тряхнула длинными, густыми волосами и закрыла глаза, уронив голову в раскрытые ладони.

– Мама, ты не при чём. Перестань. Я сама сделала такой выбор. Он мой. Самостоятельный, – она пыталась хоть как-то приободрить мать, чувствуя, как слёзы выступают на глазах.

Белла подняла голову.

– Нет, Несс. Не самостоятельный. Это твой безумный выбор. Выбор твоих гормонов и твоей наивности. Конечно, Аро Вольтури опытный мужчина, и я уверена, что он сделал всё, чтобы покорить тебя. Я знаю, ему нужны наследники. А ты сможешь ему их дать. Он ведь не просил твоей руки, не делал тебе предложение, он поставил нас всех и тебя тоже перед фактом в тронном зале. Даже его жена не стала ему помехой в достижении цели. Ах, милая, что же мы наделали, привезя тебя сюда… – Белла крепко прижала дочь к себе. – Отец не может видеть тебя, он очень зол. Он считает тебя предательницей, а Вольтури ненавидит ещё сильнее, чем прежде, но со временем он успокоится. Со временем мы придумаем, как вытащить тебя из его лап.

Ренесми отстранилась от матери и сурово посмотрела на нее.

– Мама, пожалуйста, перестань! Уезжайте. Я всегда буду любить всех вас, но меня не надо спасать. Я добровольно пошла на это. Я влюблена в Аро. Понимаешь? Так же, как ты когда-то была в папу. Да, у нас всё так быстро, но я не вижу в этом ничего плохого. Ведь любовь…

– Послушай меня! – грозно произнесла Белла, и её губы сжались. – Аро не умеет любить никого кроме своей власти и самого себя! Ты нужна ему как суррогатная мать, способная выносить наследника! А потом он избавится от тебя, как сейчас избавляется от Сульпиции. Знаешь, как проходит развод у клана Вольтури? Кольца мужа и жены соединяются вместе и плавят до однородной массы, потом эту массу остужают, и один из старейшин молотом разбивает этот ставший бесформенным кусок металла. Разбивает вдребезги. И в завершении производится запись в древнейшей книге, куда фиксируются все расторжения брака с основания клана. Аро придумал это представление с кольцами для того, чтобы показать, как разбивается семья. Он любит выставлять все напоказ. Я не удивлюсь, если он прилюдно заставит тебя рожать, чтобы продемонстрировать появление на свет его наследника.

Белла встала и, наклонившись, поцеловала дочь.

– Если ты все-таки одумаешься, запомни, твой дом всегда ждет тебя. Ты же понимаешь, что мы просто не можем теперь забрать тебя отсюда, дабы не навлечь гнев Вольтури на всю нашу семью. Аро и его клан сотрут нас с лица земли. Я чувствую, что ты уже стала женщиной. Теперь ты его. И он не отпустит тебя. У тебя ещё есть шанс спастись, если ты не согласишься стать его супругой официально. Всего один маленький шанс, чтобы всё исправить, – в её глазах читалась надежда.

– Прости мама, прости. Но я уже все решила, – Ренесми встала и обняла мать. – До свидания. Скажи всем, что я люблю их, – слёзы покатились из её глаз, но Белла не стала её успокаивать, лишь с сожалением добавив напоследок:

– Это твой выбор, Ренесми. Только твой. С этим выбором тебе жить.

Последние слова матери, перед уходом, застряли в голове девушки, не желая уходить. Её выбор. И сегодня, когда весь клан Вольтури собрался в тронном зале, чтобы наблюдать развод Аро и Сульпиции, она как никогда почувствовала сложность этого выбора и окончательного принятия решения.

========== Без права на ошибку ==========

Впервые за вечность не верховный правитель вампиров проводил церемонию расторжения брака. Расплавленные кольца, образовав однородную, безликую массу, разлетелись на мелкие осколки, оповещая о свободе от супружеских обязательств. Маркус опустил молот и, подойдя к толстой старинной книге в кожаном переплете, аккуратным витиеватым почерком вывел: «Аро Вольтури и Сульпиция Вольтури – брак расторжен» – и, обозначив число и год, попросил бывших супругов поставить под резолюцией свои подписи. Церемония была окончена. Клан Вольтури начал разбредаться по замку, а Аро поспешил в покои Ренесми.

После отъезда Калленов девушка была мрачнее тучи, и вампир прекрасно знал причину. Её мать явно что-то наговорила ей перед прощанием, и это было очевидно: Ренесми стала задумчива и почти не улыбалась. Он не расспрашивал её ни о чем, стараясь говорить с ней на отвлечённые, нейтральные темы, показывая свои коллекции антикварных предметов, картин и старинных книг, проводя экскурсию по замку и прилегающей территории. Они много разговаривали, и каждый раз Аро убеждался, что Ренесми в свои юные годы достаточно начитана и умна, и с лёгкостью может вступать с ним в полемику. Он был восхищен ею. Он учился перебарывать рядом с ней безумное сексуальное желание, чтобы не выглядеть похотливым и извращённым в её глазах.

Всё это они наверстают уже после свадьбы. А пока его впервые стало заботить то, что о нём думает кто-то другой. Он желал стать её другом, найти с ней духовную связь, которой не было с Сульпицией. Он будто хотел все переиграть, начать заново, воплотить в жизнь то, чего не было у него с первой женой, и он ломал себя, думая теперь не только о том, как бы хотелось ему, но и то, что скажет и подумает об этом Ренесми. Он хотел заботиться о ней, хотел, чтобы она улыбалась ему одному и тогда, вероятно, он обретет то самое счастье, которое скрылось от него, вместе с человеческой жизнью.

Он специально не читал её мысли, понимая, что узнав то, что сказала ей Белла, он просто не сдержится и лично навестит Калленов, с целью уничтожить их всех, заставив мучиться перед смертью. Но для Ренесми это было бы тяжёлым ударом. Он понимал это, поэтому сам держал себя в руках, чтобы не сорваться и не проявить своей истинно тёмной стороны.

Всего за неделю его мир изменился. В его душу пробивались первые лучики света, избавляя её от бесконечной тьмы. Вчера вечером он убил стражника, когда тот перешептывался с садовником о том, что владыка спятил и разгуливает по замку с полукровкой с видом влюбленного юнца, показывая этой набитой и вовсе не красивой малолетке (в отличие от шикарной и страстной Сульпиции) красоты владений.

Аро убил его сразу же, как только проводил Ренесми в её покои. Убил за проявление крайнего пренебрежения к правителю, переспав с его супругой, и за его длинный язык, который не стесняясь говорил все, что думал. Убил жестоко, сломав для начала все кости в теле, а затем обезглавив. Сульпиция совсем потеряла разум, перестав брезговать даже стражей. Но больше это его не заботило. Он ещё неделю назад дал ей полную свободу. Однако сама церемония расторжения брака прошла только сегодня, поскольку Кай отлучался по делам в Испанию.

Аро больше не был прежним. Он принял все изменения, произошедшие с появлением Ренесми, и перестал бороться со страхами, смело взглянув им в глаза. Всё хорошее, что умерло в нём, вновь возродилось, но только для неё, только для его Ренесми. Для его девочки, способной вновь раскрасить этот мир. Для всех остальных он был всё тем же Вольтури: жестоким, но справедливым правителем вампиров. Она уже видела его тёмную сторону, видела ещё ребенком, видела и тогда, когда он, борясь с самим собой, пытался оттолкнуть, обещал убить, и даже тогда она не испугалась, а наоборот молила о гибели. Глупая маленькая девочка, в жизни которой всё было наперекосяк. Он готов разделить с ней вечность, готов вновь открыться для самого себя и неё, вновь стать тем Аро, который умер когда-то три тысячи лет назад в лесу от предательства любимой женщины. Он был готов. Он хотел этого. Теперь выбор был за ней. Он сделает ей предложение. Не просто поставит перед фактом, как он уже сделал, а спросит её. И если она искренне ответит ему согласием, то он весь мир положит к её ногам.