Текст книги "Цвет ночи (СИ)"

Автор книги: Betty Lee

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

– Простите за резкость, но вы были такой возбуждающей на сегодняшнем балу. Я не мог себя сдерживать, – переводя дыхание, соврал вампир, откидываясь на подушки.

Он закрыл глаза и перед ним опять возник образ шоколадных глаз. «Да что за дьявол?! Прочь из моей головы!» – стараясь отогнать от себя навязчивое видение, он вскочил, но супруга властным движением вернула его на место. Обвив его тело, подобно змее, она прижалась к нему и зашептала так тихо, что даже он еле расслышал:

– Куда же вы, сир? Ночь только началась. Останьтесь. Вы сегодня такой горячий… – она провела языком по его шее, заставляя желание вновь пробудиться. И Аро не стал сопротивляться, отдавшись и покорившись женским чарам. Но шоколадные глаза, этот взгляд и запах, что он никогда не сможет забыть, преследовали его все время их любовных утех.

Он покинул собственные покои под утро, оставив Сульпицию в одиночестве, чтобы пройтись, успокаивая вновь налетевшие на него мысли. Коридоры замка Вольтури были пусты, но Аро прекрасно знал, что никто в этом замке не спит, хотя все гостевые комнаты были заняты. Вампиры не спали. Сон был им ни к чему, поэтому ночью большинство из них либо охотилось, либо придавалось любовной страсти, либо думало о вечности. Только одна гостья в его замке спала спокойным человеческим сном.

Ренесми Каллен – ненавистная ему полукровка, размышления о которой владели им, не отпуская. Это пугало вампира всё сильнее. Он не мог быть зависимым ни от чего, даже от собственных мыслей. Но сегодня он попался. Он перестал контролировать не только мысли, но и свои желания. Каллен же совершенно не боялась его. Аро чувствовал как на балу, после их возвращения из сада, она искала его глазами, старалась оказаться рядом, не выпуская из поля зрения. Для чего? Неужели так хотела разозлить его, чтобы он быстрее исполнил её просьбу и безжалостно убил?

Вольтури вышел в сад и сел прямо на землю, облокотившись на край фонтана. Закрыв глаза, он сделал глубокий вдох. Ничего искушающего, только свежий летний воздух. Никакого намека на тот дивный, противоречивый аромат, что исходит от Ренесми. Он не мог понять сейчас самого себя: то ли он жалел, что не может сейчас его почувствовать, то ли он наоборот был этому рад.

В голове одна за другой пронеслись кадры её жизни. Той никчемной жизни, что она показала ему. Что было у этой девочки за эти семь лет, когда она из ребенка превратилась в девушку. Ей ведь было почти восемнадцать: такая юная, такая красивая и желает умереть. Как опрометчиво. Интересно, это тот предел, до которого она выросла или она может стать еще старше? Почему-то его теперь волновали эти вопросы. Его волновала она. И ярость проснулась в правителе с новой силой. Ярость на самого себя. Он никогда никого не жалел, а тут вдруг обдумывает то, что сегодня показала ему полукровка, и не спешит убить её, рассуждая над её судьбой. Стоило бы убить вместе с ней всю их семью. Никчемную семью Калленов, которые даже не могли сделать счастливым единственного ребёнка. И вот опять. Он опять защищает её в собственных мыслях. Да, что же с ним такое?

Аро с силой ударил кулаком по земле, вогнав руку по локоть. Так не должно было быть. Он не был готов к такому изменению внутри себя. Он должен убить Ренесми, как можно скорее избавиться от неё, чтобы его мысли вновь стали спокойными и размеренными.

Внезапно из глубины памяти он достал образ. Образ умирающего старика, из которого он выпил кровь, будто из чаши с хорошо выдержанным вином. Он был одним из тех туристов, которых клан Вольтури обманом заманивал в свой замок. Их обед всегда поспевал вовремя, благодаря хорошей работе Хайди. Вот и в тот раз, когда группа зевак оказалась в подземелье, вампиры жадно накинулись на людей. Этот старик, что остался в его памяти, оказался последним из выживших. Аро припал к его шее, вонзив в неё острые клыки, но вместо мольбы о пощаде он услышал совершенно другие слова, что он предпочитал не вспоминать до сегодняшнего момента.

– Забирая мою жизнь, помни, ты не всегда был таким. Когда-нибудь ты встретишься со своим страхом лицом к лицу, и он одолеет тебя. Навсегда изменит твою чёрную душу, – и после этих слов сердце старика перестало биться.

Эти слова засели в голове вампира. Никто из смертных не осмеливался говорить ему подобные вещи, но этот старик, словно предсказатель, наговорил ему невесть что. И Аро почему-то поверил в его слова, хотя боялся сам себе в этом признаться, зарыв это воспоминание глубоко внутри. Сейчас же, вырвавшись наружу, оно вновь заставило его лоб покрыться холодной испариной и прокатиться ознобом по телу. Он шумно вдохнул, вскочил на ноги и метнулся в замок с твёрдым намерением убить Ренесми без отлагательств, прямо сейчас.

Он в момент оказался в её спальне. За окном брезжил рассвет, освещая кровать, на которой лежала девушка, раскинувшись на белоснежной простыне подобно морской звезде. Она так и заснула, не сняв платье. Аро тихо подошел к ней, боясь вздохнуть. Как же она была прекрасна: её щеки украшал румянец, грудь вздымалась от мерного дыхания, подол платья задрался, оголяя стройные белоснежные ноги. Её приоткрытые губы манили, заставляя прикоснуться к ним.

Вампир застыл. Вся его решительность ушла при виде прекрасного спящего тела. Он боялся сделать вдох. Он просто стоял и смотрел, как спит дочь его врагов, он любовался ею и уже не хотел скрывать это от самого себя. Ренесми явно снился сон, её глаза вдруг забегали под закрытыми веками, а дыхание участилось. Любопытство распирало вампира. Он присел на край кровати и дотронулся до её руки, читая мысли, становящиеся воспоминаниями. Но то, что он увидел, заставило его вскочить и, пятясь к двери, безвольно мотать головой, словно в забытьи. А затем скрыться за дверью, ринувшись в свои покои.

Однако увиденное стояло перед глазами. Аро видел самого себя. Он целовал Ренесми так же, как это было в саду в ночи, а потом уже расстегивал её платье, покрывая поцелуями её шею, ключицы, плечи, спускаясь всё ниже и ниже. А она все шептала его имя и прижималась к нему с такой нежностью, с таким желанием… «Аро, мой Аро», – твердил её голос, разрывая его голову.

Нечеловеческий крик обрушился на замок этим утром. Крик, от которого вздрогнули все гости и обитатели замка, а Ренесми проснулась в испуге. Верховный правитель вампиров сидел на постели, стиснув пальцами виски, и крик непонимания и потери контроля над самим собой вырвался из его груди.

========== Заклятый враг ==========

Истошный крик, скорее даже вопль, заставил Ренесми в испуге сесть на кровати, сжав руками простынь. Сон в момент улетучился. Девушка испуганно огляделась – никого. Она прислушалась – тишина. Крик больше не повторялся. Будто его и не было вовсе. Осторожно, на цыпочках, она подошла к двери и открыла её. Коридор замка был пуст. Несси сглотнула и закрыла дверь. Неужели ей почудилось? Но так отчётливо. Может быть, Вольтури решили полакомиться кем-нибудь? Хотя они никогда не делали этого так опрометчиво, всегда держа жертв в подземельях замка, откуда невозможно было услышать ни единого крика. Дедушка Карлайл как-то рассказывал о своём пребывании в клане. Да и такой силы вопль может издать только вампир. То, что она слышала, явно не принадлежало человеку.

Ренесми вернулась в кровать и натянула одеяло до самого подбородка, дрожа от утренней прохлады. Какое странное утро. И ещё более странная ночь. Ей никогда не снились подобные сны. Её заклятый враг, её самый страшный кошмар сегодня ночью привиделся ей в ином свете. Он дарил ей наслаждение. От его жадных ласк ей было тяжело дышать, тело горело, и это новое ощущение спазма и тепла внизу живота буквально разрывало её.

Юная Каллен закрыла глаза, вспоминая детали сна. Она одиноко бродила по замку, разглядывая внутреннее убранство дома Вольтури, когда одна из комнат отворилась, и на пороге возник Аро, жестом подзывая её к себе. И она пошла к нему, как уставшие моряки плывут на зов сирен, не подозревая о скорой кончине. Она приближалась и приближалась, пока дверь за ними не захлопнулась. Девушка оказалась в просторной спальне, где царил полумрак. Окна были занавешены плотными портьерами тёмно-бордового цвета, от каменных стен веяло холодом, и она поёжилась. Огромная кровать с балдахином занимала половину пространства комнаты, а тёмно-синие, почти чёрные шелковые простыни манили, словно омут, заставляя девушку приблизиться.

Больше она не успела ничего рассмотреть. Вольтури, ещё секунду назад стоявший перед ней, оказался позади нее, аккуратно убирая волосы с её шеи. Девушка закрыла глаза, приготовившись умереть, но… Он прижался губами к её пульсирующей вене, а затем провел по ней языком. Электрический ток пронзил её тело, и она вздрогнула. Аро покрывал поцелуями её шею, а его холодные губы были так приятны горячей коже. Внезапно он вновь оказался спереди, впившись в губы поцелуем. Таким же страстным и нежным, каким он одарил её вчерашним вечером. Внизу живота будто разожгли огонь, и она закрыла глаза, отдаваясь новым ощущениям, подставляя шею и ключицы под его прикосновения. Его руки расстегнули замок на платье, и Несси почувствовала, как спавший шёлк оголил грудь в кружевном бюстгальтере.

Его поцелуи возобновились с новой силой, опускаясь всё ниже и ниже, доходя до границы с кружевом. Она перестала владеть собой, перестала быть собой, прижимая его к себе теснее, слыша, словно в забытьи, как с её губ срывается: «Аро, мой Аро». Все страхи исчезли, осталось лишь желание. Желание, чтобы он не останавливался, продолжал эту сладкую пытку. Но душераздирающий крик заставил её проснуться.

Вспоминая сон, Ренесми вновь почувствовала напряжение мышц внутри неё и тепло внизу живота. Может быть, ей показалось? Нет, так и есть. Между ног стало влажно. Такого раньше с ней никогда не было. Да, несомненно, это было возбуждение. То самое возбуждение, когда женщина хочет мужчину. Но она хотела своего заклятого врага. Вампира! Того, кого она ненавидела всеми фибрами души, которого безумно боялась. Но всё это было до их встречи в саду. До того, как он коснулся её губ, подарив ей самый настоящий, чувственный поцелуй.

Перед глазами всплыл образ Аро. Его бледная кожа, смоляные волосы до плеч, улыбка, которая сейчас не казалась ей злобной и устрашающей… Его чёрные как ночь глаза с насыщенной алой радужкой. Сейчас ей хотелось, чтобы эти глаза взглянули на неё так же, как и сегодня во сне: с нежностью, трепетом и желанием.

Ренесми поняла. Тот, кто ещё недавно был её заклятым врагом, тот, кого она боялась больше всего на свете, вдруг стал самым желанным, самым нужным. Она больше не страшилась его. Иное чувство теперь поселилось внутри, чувство, неведомое ей ранее. То самое, которое люди называют любовью. Любовью к мужчине. И её мужчина был вампиром. Ещё пару дней назад, теребя в руках томик Шекспира, она не понимала в полной мере, о чём идет речь, но мечтала о тех, чувствах, которые воспевал драматург.

Теперь ей было всё равно. Она была готова к любой участи. Ей всё равно незачем жить. Но она непременно должна увидеть Аро. Должна показать ему свои мысли и чувства. А дальше всё в его власти. Она полностью отдаётся ему. И девушка вслух процитировала одну из полюбившихся строчек трагедии, лишь слегка её изменив:

«Остаться легче мне – уйти нет воли.

Привет, о смерть! Вольтури хочет так!»

Ренесми встала с постели и подошла к окну, наблюдая, как настаёт рассвет, откидывая ночную вуаль с дремлющего города, лесов на склонах гор. Плавные переходы красок небосвода завораживали девушку, словно искусный художник рисовал кистью. Она улыбалась новому дню и этому прекрасному летнему рассвету, возможно, последнему рассвету в её жизни.

========== Битва ==========

Впервые за всю вампирскую жизнь Вольтури охватил страх. Страх собственных эмоций, которые он не мог контролировать. Ужас был настолько силён, что обездвижил мужчину, заставив сидеть на постели, уставившись в одну точку. Хорошо, что супруга удалилась в свои покои, и он был сейчас совершенно один. В таком состоянии его не должны были видеть. Никто. Смятение овладело правителем: он хотел убить, но как только увидел жертву, казалось бы твёрдое намеренье улетучилось без следа.

Ренесми заняла все его мысли. Она завладела им, вопреки желаниям Аро. И то, что он увидел в её сне, поразило, удивило и напугало. Поцелуй в саду был его ошибкой. Ему не следовало так опрометчиво себя вести. Но рядом с Ренесми он в буквальном смысле потерял голову. Желание обладать дочерью врагов было сильнее желания уничтожить её, а он хотел её смерти, ведь она стала для него слишком опасна. За всю его вечность он ни разу не терял над собой контроль, он оставил все свои слабости в человеческой жизни. Сейчас, будучи великим вампиром, боялся полукровки – практически ребёнка, даже не женщину, и это убивало Аро, терзало его изнутри. Вампир прекрасно осознавал, что его страх направлен вовсе не на Ренесми, а на самого себя.

Её образ будоражил, поднимая со дна давно забытые чувства, с которыми он покончил, обретя вечность. Её сон. Вот чего он не мог взять в толк. Почему он был там? Она будто показала его собственные тайные желания. И самое удивительное то, что она была не против этих желаний. «Мой Аро…» – сколько же нежности было в девичьем голосе. Сульпиция никогда не говорила так. Её чувства всегда были некоей игрой, правила которой они оба приняли. Но здесь, в голосе этой девочки, всё было иначе. Она была чиста и невинна, а её эмоции не были лживы и умело спроектированы для создания необходимой атмосферы.

Она должна уехать. Уехать навсегда, больше не появляться рядом с ним. Аро понимал, что её просьба и его желание её выполнить – ничто по сравнению с возникшими желаниями, которые он не способен был сдерживать. Он может убить девчонку, но тем самым он обречет себя на муки, попадет в свой личный ад. Её смерть так и останется на его руках, застрянет в его душе и превратится в воспоминание, от которого он не сможет сбежать. Он осознал, что просто не сможет убить её. Теперь это было выше его сил. Великий правитель повержен девчонкой. Раздавлен собственными мыслями, страхом и смятением.

Он сидел в комнате, понимая, что полдень уже давно наступил. Солнце было в зените, более не позволяя предметам отбрасывать длинную тень. Праздничный обед будет буквально с минуты на минуту, когда группа ничего не подозревающих туристов спустится в подземелье замка. Гости Вольтури наверняка будут довольны и благодарны гостеприимным хозяевам за такой приём. Все, кроме Калленов. Аро надеялся, что поутру они уехали всем семейством, прихватив и малышку Несси с собой. Совершенно не хотелось с ними столкнуться вновь и, увидев полукровку, вновь пережить собственную бесконтрольность.

Правитель встал и направился туда, где его мысли всегда успокаивались, туда, где среди книг царила могильная тишина. Ему никто не попался на пути, чему он был безмерно рад. Вероятно, как он и предполагал, все живущие и гостившие в этом замке сейчас были увлечены трапезой.

Библиотека встретила его спокойствием и умиротворением. Он глубоко вдохнул, наполняя лёгкие запахом времени, где затхлость переплеталась с ароматами трав, нотками ванили и лёгкой кислинкой, появляющейся на языке. Он улыбнулся, чувствуя, как беспокойство постепенно покидает его. Мягкое старинное кресло ждало своего хозяина, и вампир направился к нему. Но не успел сделать и пары шагов, как услышал размеренный стук. Стук сердца. Сомнений быть не могло. Ренесми шла в его направлении. Но как она узнала, что он будет здесь? Паника овладела правителем. Ему захотелось сбежать, спрятаться, сделать всё что угодно, чтобы только не видеть её. Власть, которую она теперь имела над ним, невозможно было не понимать. Он застыл на месте, пытаясь в хаосе мыслей найти решение, но было слишком поздно. Дверь отворилась, и их глаза встретились.

Эта девчонка не боялась ничего. Она смело шагнула, переступив порог библиотеки, и оказалась с ним на опасном расстоянии. «Держи себя в руках!» – дал себе указание вампир, понимая, что он полностью безоружен перед такими выразительными и живыми глазами цвета шоколада. Он боялся выдать свой страх перед ней, поэтому натянул приветливую улыбку, заговорив первым:

– Добрый день, юная гостья. Не ожидал, что кто-то потревожит меня здесь. Чем обязан? – Его колотило от её вида, такой желанной она была для него. Её вена на шее… Она пульсировала, заставляя его бороться с желанием прикоснуться к ней губами так же, как это было в её сне.

Девушка смотрела на него с нескрываемым интересом, скользя глазами по его телу, лицу, волосам. Она медлила с ответом, подходя всё ближе. Наконец она произнесла:

– Я не знала, где искать, но ноги сами привели меня сюда. Это так удивительно, найти вас по зову сердца.

Что? В Аро будто молния ударила. Он не мог даже слова вымолвить. «Зов сердца»? Что это значит? Зачем она говорит ему подобные вещи? Почему не страшится его? Ведь он может убить её в любую секунду, хотя, вероятно, она этого и добивается, говоря ему такие невероятные глупости. Необходимо было собраться с мыслями и ответить, и ему всё-таки удалось это сделать:

– Зов сердца? – он пренебрежительно рассмеялся, продолжая прятаться за маской Владыки. – Что вам за ересь в голову приходит, дитя? Зачем вы пришли? Не терпится поскорее оказаться мёртвой? – он собрал волю в кулак и посмотрел на неё с такой злобой, на какую только был способен. Но это не действовало. Она вновь приблизилась, оказавшись практически вплотную.

– Я говорю только то, что чувствую. Я больше не боюсь вас. Вы нужны мне, – она резко подняла руку и накрыла его щеку.

И он увидел. Он почувствовал то, что чувствовала она. Он узнал все её мысли, все желания. Ошарашено глядя на неё, он откинул её руку и в мгновение ока с силой прижал Ренесми к стене, нависая над девчонкой словно коршун.

– Как вы смеете, полукровка, показывать мне подобное? – гнев овладел вампиром, и он практически шипел ей в лицо. Аро схватил девчонку за запястья, прижимая их к стене, не давая ей вырваться или пошевелиться.

– Я вся ваша. Убейте меня. Но я хочу, чтоб вы знали. Я влюблена. Влюблена в вас, Аро. Вы нужны мне, – её взгляд был полон решимости и чувственности. Нежно-розовые губы, которые произносили эти шокирующие Вольтури слова, манили, провоцируя желание прикоснуться к ним.

Он наклонился к ней так близко, что ощутил её горячее дыхание.

– Убирайтесь из моего дома! Я не выполню ни единого вашего желания. Мучайтесь в вашей вечности. Это страшнее всего, уж поверьте. Вы не нужны мне ни живой, ни мёртвой. Как вы посмели признаваться в том, о чём понятия не имеете? – Страсть уже кипела, смешиваясь со злостью, создавая неописуемый коктейль эмоций, который был ему на руку. Он не выдал себя, не показал своей слабости перед ней. Он был великим правителем, и таким она и должна его запомнить. Из глаз Ренесми брызнули слёзы, но она всё так же не отводила взгляд, впившись в него глазами.

Вампир выпустил руки и отступил, давая ей возможность уйти. Но она стояла не двигаясь.

– Я же сказал – убирайтесь! – рявкнул он на всю библиотеку и, схватив девушку за шкирку, как котенка вытолкнул за дверь.

Оперевшись обеими руками о стену, он тяжело дышал подобно запыхавшемуся человеку. По телу расходился этот чудный запах полукровки, заставляя быть в напряжении. А дальше он сделал то, чего не собирался вовсе, но то, чего требовали его неконтролируемые эмоции. Он распахнул дверь и рванул в коридор, догоняя уходящую Ренесми. Резко развернув её, он впился в неё губами, обхватывая горячее тело, позволяя рукам блуждать по нему, сжимая ягодицы, грудь, волосы девушки. Его язык разгуливал по её рту, лаская его, заставив её дыхание сбиться, а стону наслаждения – вырваться наружу. Его губы были требовательны и беспощадны, а твёрдая плоть упиралась ей в живот. Он резко оттолкнул её от себя и, заглянув в затуманенные от возбуждения глаза, с вызовом произнес:

– А это было напоследок, мисс Каллен. Поменьше читайте любовных романов, – его искристый смех разнёсся по коридору, разбивая тишину. – Теперь же прощайте. Нам не суждено увидеться более.

С этими словами он развернулся и направился к библиотеке, не обращая никакого внимания на растерянную, раскрасневшуюся девушку, с трудом переводящую дыхание. Он смог доказать своё превосходство и выиграл очередную битву, даже с самим собой.

========== Поражение ==========

Она брела по коридору в забытьи, не видя ничего перед собой, безвольно опустив руки, чувствуя тяжесть в ногах. Её щеки пылали, внутри всё горело от желания, а низ живота тянуло. Этот прощальный поцелуй Вольтури ощущался всем телом. Каждая её клеточка хотела продолжения. Она изнывала от нехватки его рук, его губ, его объятий. Зачем он опять так поступил, подарив минуту наслаждения, в обмен на вечность без него?

Ренесми только теперь поняла поступок матери, которая отдала её отцу всю себя. Она поняла и больше уже никогда бы не осудила. Неужели это чувство заставляет так меняться, отступать от своих принципов, отдавая себя целиком любимому? Она полюбила. Полюбила до дрожи в коленях. Его. Аро. Её Аро. Ей было всё равно. Пусть убьет её. Пусть выпьет её до дна, утолит жажду. Она хочет умереть от его рук, и не важно, что он сделает с ней, как поступит. Только пусть не прогоняет, не отталкивает. Его появление дало ей надежду на счастье. Пусть крошечную, почти незримую, но все-таки надежду.

Несси остановилась и прижалась к стене, ощущая лопатками прохладу камня. Тело горело. Те места, к которым он прикасался ледяными руками, полыхали огнем. Внизу живота образовалось томительное напряжение. Он ведь тоже хотел её, она чувствовала его возбуждение. Он нарочно прижался к ней так сильно, чтобы она поняла это. Девушка обняла себя руками, представляя, как он делал это несколько минут назад.

В голове загудело от желания снова оказаться в его объятиях. Ренесми громко выдохнула. Она не понимала, что с ней происходит, но её тело говорило само за себя. Оно хотело наслаждения в руках Вольтури. Нельзя, нельзя было оставить всё, как есть, просто подчинившись ему. Сдаться. Покориться. Отдать его. Отпустить. Она видела, как он увёл жену вчера с бала. Увёл намного раньше, чем закончился праздник. Она представила, как он занимается любовью с Сульпицией, прикасается к ней, ласкает её, целует, доставляет удовольствие, находится внутри неё. От этих мыслей немая ярость окутала Несси, заставляя ногтями до боли впиться в ладонь. Медлить было нельзя. Ренесми развернулась и что было сил, бросилась обратно в библиотеку.

Правитель вжался в кресло, чувствуя, как удаляющийся стук её сердца вновь усилился. Она шла обратно, шла к нему. Что было с этой полукровкой не так? Почему она делала всё вопреки? Будто совсем не боялась смерти и не боялась его. Он прогнал её, посмеялся над её чувствами, вышвырнул как котенка за дверь и даже грубо и вызывающе поцеловал, специально, чтобы унизить. Но его план не сработал. Этого не могло быть, но он отчётливо слышал, как она не просто шла, а бежала к нему. Непреодолимая паника и страх сковали его.

Та смесь чувств, что он испытал после её ухода, была несравнима ни с чем. Грусть, сожаление, отчаянье, не проходящее возбуждение, желание обладать Ренесми – всё смешалось в один большой клубок, который необходимо было распутать. Ещё пару минут назад, насмехаясь над её чувствами, что она открыла ему, он и предположить не мог, как скрутит и вывернет наизнанку осознание показанного ему. Она влюбилась в него. В чудовище. В яростного убийцу, кровопийцу и монстра, не ценящего ни одной жизни, ни одной вечности, кроме своей собственной. Он прекрасно осознавал, кем являлся. Но её любовь, её нежность к нему. За что? За то, что он хотел уничтожить её ещё ребенком, хотел разорвать на куски всех её родных?

Этого он не понимал. Но он чувствовал, как её появление в его вечности навсегда что-то изменило в нем, заставив его вновь испытывать эмоции, вновь вспомнить о давно забытых чувствах. Он противился, сопротивлялся, но чувства вырвались наружу, всплыв из самых забытых и заброшенных уголков его сознания. Он не мог справиться с ними. Всего один поцелуй, лишивший его рассудка. Всего одна юная девушка, ещё не женщина, ставшая его личным проклятием, которое он был не в силах уничтожить. Всего один вечер и одна ночь, за которую судьба посмеялась над ним, показывая своё превосходство. Любовь. То самое чувство, которое он вырвал из себя, вновь давало о себе знать, прорастая в душе. Он чувствовал, хотя не хотел принимать и верить в это. Он не подпускал никого к себе, стараясь избежать привязанности. Но сейчас, когда он прогнал Ренесми, избавляясь от неё, щемящая тоска охватила его душу. Он не хотел, не желал отпускать её. Она была нужна ему. Но он не хотел даже думать об этом. А теперь? Теперь он вовсе не знал, что предпринять, когда вновь встретится взглядом с самыми завораживающими в мире глазами.

Ренесми рванула дверь и влетела в библиотеку. Полумрак окутал стеллажи с книгами, создавая атмосферу таинственности и некой интимности. Она почти сразу увидела Аро. Он сидел в огромном антикварном кресле с высокими подлокотниками. Сидел, не шевелясь, смотря прямо на неё прищуренными глазами. Несколько шагов – и она уже стояла перед ним. Его лицо было каменным. От прежней ярости и насмешки не было и следа. Молчание охватило обоих. Его лицо было таким красивым, таким желанным. В его присутствии её сердце билось быстрее, словно птица махала крыльями, пытаясь выскользнуть из клетки. Ей не нужны были больше слова. Она могла бы стать немой, как Русалочка. Лишь бы он не прогнал, позволил быть подле него.

Ренесми опустилась на колени перед вампиром. Откинула волосы назад и, оголив шею, грудью подалась вперед. Она видела, как Вольтури сглотнул, и его кадык дернулся. Жажда. Его обуяла жажда – это было очевидно. Она понимала, что он пропустил обед в подземелье, проведя это время в библиотеке, и теперь явно был голоден.

– Прекратите!.. – выстонал вампир.

Но девушка только сильнее выгнулась, подставляя оголенную шею правителю. Она не хотела возвращаться в Форкс и жить той невыносимой жизнью, что была у нее все эти семь лет. Она хотела быть рядом со своим врагом, который стал для неё смыслом существования. Пусть выполнит её просьбу, убьет её, как она и хотела с самого начала, когда искала его по всему замку в день приезда. Если судьба сыграла с ней злую шутку, и она влюбилась в заклятого врага, для которого её чувства были ничтожной, обременительной мелочью, пусть он тогда убьет, растерзает, выпьет её.

Она понимала, что с каждой секундой голод Аро берёт своё. Он сглотнул ещё раз и слегка наклонил голову к её шее, где пульсировала аппетитная вена – лакомый кусок каждого вампира.

Ещё мгновение – и она почувствовала, как Вольтури запустил руки в её волосы и потянул вниз, выгибая её шею ещё больше. Его зубы коснулись её кожи, но вместо укуса она услышала лишь клацанье клыков друг об друга, и в следующую секунду почувствовала, как губы Аро обхватили её вену, нежно целуя, спускаясь всё ниже и ниже, практически до ключиц. Его руки запутались её в волосах, а шёпот приятно холодил разгоряченную кожу:

– Гореть вам в аду, Ренесми. Я проклинаю тот день, когда вы родились. В тот день моё спокойствие умерло.

Он отстранился и заглянул девушке в глаза, не убирая рук из её волос. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, будто вели немой диалог, понимая друг друга без слов. А затем Ренесми потянулась и дотронулась его губ. Вначале робко, едва касаясь, а потом, осмелев, впилась в Аро требовательным поцелуем, на который тот тут же ответил. И вновь страсть вспыхнула с новой силой. Не отрываясь от неё, он поднял Ренесми, усадив на себя. Она обвила его ногами, прижимая к себе, чувствуя между ног его напряженную плоть, его желание. Он целовал её теперь иначе: то покрывая её лицо нежными, трепетными поцелуями, то вновь припадая к губам. У Ренесми кружилась голова и трудно было дышать, воздуха стало катастрофически не хватать, а кровь прилила к голове, заставив румянец стать ещё ярче. Её руки обнимали его плечи, гладили спину, зарывались в смоляных волосах.

Внезапно оба услышали голоса и шаги. Замерев, они прислушались. Сомнений быть не могло: Каллены заметили отсутствие Ренесми и отправились на её поиски, взяв с собой Сульпицию, которая также потеряла супруга, не обнаружив его на обеде.

========== Решение ==========

Медлить было нельзя. Меньше, чем через минуту, дверь откроется, и на пороге возникнут незваные гости. Аро подхватил Ренесми на руки и уже через секунду опустил её возле стеллажа с книгами. Понимая всю опасность сложившихся обстоятельств, девушка наспех поправила волосы и одежду, а Аро схватил первую попавшуюся книгу. Поэтому как только вампирская делегация распахнула двери, их взору предстала совершенно невинная картина: Вольтури, сидящий в кресле, что-то показывал в книге, в которую Ренесми с любопытством заглядывала через его плечо.

– Несси, мы обыскались тебя! – всплеснула руками Белла, подходя ближе.

– Мой дорогой, вы здесь? – вскинув точёные брови, удивилась Сульпиция. – Мы ждали вас к обеду.

Тщательно думая о книге в руках, чтобы калленовский телепат не почувствовал ложь, Аро лениво поднялся со своего места навстречу искателям.

– Прошу прощения у всех вас, – он чуть наклонил голову набок, – я как раз собирался к столу, когда встретил в коридоре Ренесми. Она заскучала, и мне захотелось поднять ей настроение, показав своё сокровище, – он окинул взглядом библиотеку. – Ренесми любит читать, об этом я узнал ещё вчера вечером, а сегодня был просто обязан познакомить её со своей редчайшей коллекцией. Вот, – он развернул книгу, предъявляя её как неопровержимое доказательство его слов. – Одно из первых изданий Платона. И сейчас я как раз рассказывал об образе колесницы души{?}[Борьба в человеке низшего и высшего начал представлялась Платону в образе колесницы, движимой парой крылатых коней и управляемой возничим. Возничий олицетворяет собой разум, добрый конь – волевой порыв, дурной конь – страсть.].

Вампир улыбнулся самой обезоруживающей улыбкой. Белла, Эдвард и Сульпиция казалось, замерли, настолько сильно было удивление всех троих. Аро кинул быстрый взгляд на Ренесми, она отлично справилась с задачей и выглядела так, будто ещё минуту назад они не изнывали от желания в объятиях друг друга. Только излишне румяные щёки и быстро бьющееся сердце могли поставить под сомнение весь их спектакль, проявляя фальшь.