Текст книги "Amor tussisque non celantur (Любовь и кашель не скроешь) (СИ)"
Автор книги: Amortentia 2.0
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)
– Кэрри, пожалуйста, прости. Я не знаю что на меня нашло. Сбой в голове. Я…
– Не подходи! Не трогай меня!
На бледное лицо было страшно смотреть, оно было даже чуть синюшного оттенка. Выделялись только губы, чуть припухшие и красные от настойчивых поцелуев. Этого не было видно, но Бак был уверен, что оставил немало синяков на талии и бёдрах. То, что произошло, никак не укладывалось в голове. Всё же было хорошо. Они признались в том что симпатичны друг другу, Кэр гладила тело, поцеловала его губы, а потом… Как в тумане. Пока надрывной крик не вернул ему контроль. Конечно… Что-то с кодом пошло не так. Но как объяснить? Она поверит?
– Я не владел собой. Прочти код ещё раз и скажи мне вернуть контроль.
– Пошёл к черту. С этого дня мы не напарники. Не касайся меня, не говори со мной, не приближайся.
– Сейчас я могу это контролировать. Поверь мне, – он подходил ближе, выставив руки в защитном жесте. Но делал только хуже. С каждым пройденным метром, её брови изгибались домиком, во взгляде мольба и страх. Животный страх, который она почти забыла.
– Я поверила тебе там, на поляне. Больше я такой ошибки не совершу.
– Но ты… Сказала, что испытываешь ко мне чувства. Как и я к тебе.
– Значит придётся их заглушить. Я не переживу этого ещё раз. Хватит, Баки.
– Прости меня.
– Просто отведи меня домой. Терапия окончена. Только иди вперёд, чтобы я тебя видела.
Джеймс поджал губы и покорно кивнул. Он чувствовал себя жалким и грязным, мерзким чудовищем. Чувство вины перед ней возросло в геометрической прогрессии. Переступив через прошлое, она смогла простить, смогла научиться доверять ему, а теперь поставила точку. У него не было задания и приказа. Так какого черта тогда произошло? Как можно было потерять контроль именно рядом с ней, с девушкой которая пережила грубость и насилие?
Погода испортилась как по щелчку пальцев, будто отражая их внутреннее состояние. Так что подходя к базе, оба были промокшими до нитки. Брукс обнимала собственные плечи, пытаясь закрыться, хотя он даже не оборачивался. Слезинки затерялись в каплях дождя, но по красноте глаз было понятно, что она плакала всю дорогу. Из неё вылетел вздох облегчения, как только ноги переступили порог. Тут она в безопасности. Мстители смогут её защитить. Не говоря ни слова, она просто пошла в свою комнату, а он в свою.
Брукс написала отчёт, отметив первые положительные результаты. А вот об остальном не написала ни слова. Ведь его несдержанность не относится к терапии. Как он мог так поступить после всего, что они пережили в прошлом? После того, что она пережила? Теперь ведь он был не Зимним солдатом…или? Сбой в голове. Я не владел собой. Да нет, чушь какая! Он разговаривал с ней после прочтения кода, а потом перевозбудился из-за долгого воздержания и её непосредственной близости. Неужели Баки решил, что может с ней так поступать? Неужели он решил, что она захочет секса так скоро и так грубо? Да, у неё был только такой, болезненный секс, без согласия, но это не означает, что она не знает как должно быть у нормальных людей. Кино и книги никто не отменял.
Кэр вышла на ужин только для того, чтобы немного побыть в компании друзей. Присутствие там Джеймса напрягало, но больше не пугало. Рядом с семьёй она в безопасности.
– Всё в порядке, Кэр? На тебе лица нет, – Романофф отодвинула для подруги стул рядом с собой. Наташа одна из немногих, кто мог читать её состояние будто открытую книгу. И сейчас, даже не смотря на макияж, который должен был скрыть последствия трудного дня, она видела болезненную бледность. Ей даже показалось, что Кэр с утра похудела килограмм на 5, так впадали её глаза и щеки.
– Всё хорошо. Съела что-то не то утром. Скоро отпустит, – она села и приняла чашку чая из рук Капитана.
– Ты тоже съел что-то не то? – это уже было обращение к Джеймсу. Тот лишь опустил взгляд.
– Как ваша терапия?
– Хорошо. Сегодня Баки первый раз смог противостоять внушению.
– Это же здорово! – Кэп едва не подпрыгнул на месте, – Спасибо, Кэролайн!
– Это моя работа.
– Что случилось? – Наташа требовала ответа. Если всё прошло хорошо, то почему оба выглядели так, будто кто-то умер?
– Ничего. К делу это не относится.
– Относится, Кэролайн, – голос Джеймса был твёрдым и даже чуть грубоватым, – Хватит меня покрывать.
– Что ты имеешь в виду? – хорошего настроя как не бывало. Абсолютно каждый синхронно сдвинул брови к переносице.
– Я опасен. Меня следует изолировать. Так больше не может продолжаться, – Барнс был настроен решительно, а вот Кэр нет.
– Но в отчётах…
– Она не указывала ничего в отчётах, Стив! Пожалела. Но таких, как я жалеть нельзя. Это плохо кончается. В самый первый день, я чуть на задушил её…
– Что ты несёшь?! Хватит, – девушка вскочила на ноги и ударила кулаками в стол.
– Подними кофту. Покажи всем насколько я безопасен, – процедил он сквозь плотно сжатые зубы. Она задохнулась от возмущения и отступила на пару шагов назад. Все взгляды были направлены на чуть сгорбленную фигуру. Руки машинально закрыли ребра, будто кто-то собирался силой снять кофту и убедиться в правдивости его слов. Да, там правда остались следы от его пальцев. И не только там, ещё на ягодицах, бёдрах и предплечьях.
– Варитесь в этом дерьме сами. С меня довольно, сегодня я подала рапорт. Дальше делайте что хотите. А ты…не смей. Не смей, Барнс, – хоть она не сказала что именно, он прекрасно понял. Не смей говорить о том, что было в прошлом.
Окинув друзей виноватым взглядом, Брукс вышла из кухни и направилась в свои апартаменты. Не долго думая, собрала некоторые нужные вещи и, не дожидаясь пока кто-то придёт для серьёзного разговора, ушла без объяснений и прощаний. Проще сказать сбежала. Хотя те, кто знают её давно, всё поймут. Просто с завтрашнего дня начинается “та самая” неделя. Ровно 7 дней, когда её невозможно найти и связаться. Кэролайн никогда и никому, кроме Старка, не рассказывала что делает в эти дни, а они не задавали лишних вопросов. Если это важно для неё, пусть делает так, как считает нужным. Тем более, что она всегда возвращалась вовремя и полна сил.
В каком-то смысле девушка была даже рада, что всё так обернулось с Джеймсом, если вообще можно так сказать о ситуации. Просто ей не пришлось придумывать объяснений и врать. А сказать правду просто не смогла бы. Ещё слишком рано, он был не готов. Тем более, что теперь у неё были большие сомнения, что эту самую правду говорить целесообразно. Поэтому даже в отрицательных событиях она нашла свои плюсы.
Головой Кэр понимала, что совершила много ошибок, которые никогда не совершила бы с кем-то другим. Подпустила его слишком близко, покрывала в отчётах, для терапии выбирала места, где их не заметят, действовала вопреки здравому смыслу и инстинкту самосохранения. Джеймс опасен, очень. Да, он в этом не виноват, только Гидра и их многочисленные опыты, но тем не менее… Никто на 100% не знает что творится в его голове, что он выкинет в следующий момент. Кэр собственными руками создала иллюзию безопасности и сама же в неё поверила. По сути, она подвергала опасности не только себя, но и всех, кто находился на базе, всех, кто жил с ним под одной крышей. После этого будет сложно назвать её профессионалом своего дела.
Уже под вечер агент арендовала небольшую дешёвую машину и уехала в закат, мягко улыбаясь предстоящим дням, пытаясь выбросить Баки из головы.
**********
После просьбы Джеймса поднять кофту, атмосфера в кухне накалилась. Кэролайн выглядела растерянной, такой видеть её никто не привык. Обычно она была сильной, уверенной и даже горделивой на вид. Никаких оправданий, только наступление и отстаивание собственных границ. Теперь же было всё в точности наоборот. Она защищалась, даже закрыла ребра руками, стыдливо поднимая глаза на друзей. В тот момент она признала свою вину. Хотя уже в следующий момент стала жёсткой и колючей, бросив напоследок громкие, как гром среди ясного неба, слова.
Роджерс разрывался на части. Одна хотела догнать её, поговорить, прояснить детали, потребовать объяснений, в конце концов. А вторая хотела поговорить с Джеймсом. Тем более он чуть ли не спинным мозгом чувствовал, что друг теперь не в безопасности, против него будут настроены абсолютно все.
– Что ты сделал? В первый день чуть не задушил, это мы поняли. Что ты сделал сегодня? – Наташа смотрела из под лоба, пытаясь удержать себя на стуле, а не набить его лицо прямо сейчас.
– Предал её. Сделал то, чего она боится больше всего на свете.
– Мудила. Тони был прав, когда предлагал запереть тебя в бункере под базой. Там бы ты никого не тронул! Вести терапию через закалённое стекло было бы безопасно, – Романофф срывалась на крик. Её злило абсолютно всё. Баки, Кэролайн, ситуация. Но больше всего она злилась на себя. Как же она могла не заметить, что что-то не так? Как могла допустить то, что произошло? Слишком много работы и беззаботный тон Кэр не давали ей даже усомниться в том, что всё хорошо. Ещё и отчёты такие непримечательные, полные надежды. И в них не было ни единого слова о попытке или желании её задушить. Не было даже намёка, на то, что он опасен.
– Ты избил её? – Стив сверлил друга непонятным взглядом. И как в этом человеке может сосредотачиваться столько эмоций одновременно? Сожаление, сочувствие, гнев, стыд, тревога, вина.
– Да. Я не владел собой. Не знаю, как так получилось. Мне очень жаль, но я опасен для всех. Бункер это хорошее решение.
– Нужно поговорить с Кэр, прежде чем обсудить это со Старком. Что она на это скажет, – теперь Кэп обращался к Наташе. Он так не хотел верить в то, что это правда. Не хотел запирать своего друга, потому что видел явные изменения между тем Баки, сразу после освобождения из лап Гидры, и этим.
– Она подала рапорт, ты что не слышал? С этих пор они не работают вместе. Она больше не его наставник и не принимает решений.
– Черт возьми, Баки! – а вот крик со стороны Стива был неожиданностью. Он чувствовал слишком много вины. Что закрывал глаза на правду, что позволил ей вести терапию, что подвергал её опасности каждый день.
– Прости, что не оправдал твоих ожиданий. Ты ошибался во мне, как и Кэрри, как и вы все, – Джеймс опустил голову и устало потёр глаза. Слишком длинный день, слишком много эмоций. Слишком. Слишком. Слишком! Он всё никак не мог понять, как всё произошло и это пугало ещё сильнее. Словно теперь у него начинались сильнейшие проблемы с контролем и с памятью.
Эту ночь ему позволили провести в своих апартаментах, пока Мстители не соберутся вместе и не решат что делать дальше. Барнс чувствовал себя так же, как в первый день на базе. Его судьба зависит от решения других людей. Он не знал хорошо это или плохо, по крайней мере правильно. Мужчина очень долго крутил телефон в руках. Перечитывал переписку, смотрел фотографии и много думал. Хотел написать ей хоть что-то, но строка Была в сети сегодня в 16:38 его останавливала. Вдруг она спит. У неё ведь тоже был чрезмерно эмоциональный день, нужно отдохнуть и хорошенько выспаться. Джеймс закрывал глаза и видел её. Сперва усталость, потом надежду, радость, когда код не подействовал, нежность, когда говорила о чувствах, а потом только страх… Он появился на поляне, не покидал её всю дорогу домой и даже в компании друзей. Конечно он видел, как она напряглась вечером, переступая порог кухни. В Гидре его хорошо натренировали читать чужие эмоции. Да и никакой макияж не мог скрыть покраснение глаз и бледность кожи. Кэр выглядела так, будто он совершил то, что собирался. Хотя, учитывая их прошлое, даже попытка уничтожила всё хорошее. В последний момент он всё же написал то, что писал каждый вечер перед сном. Короткое сообщение с точкой в конце. Спокойной ночи. Сердце затрепетало, ладонь вспотела, затылок горел огнём, на лбу проступили капельки пота. Он надеялся, что строка изменится, она появится в сети и прочтёт. Конечно Баки не ждал, что она ответит, но хотя бы прочтёт… Увидит, что ему не всё равно. Извиняться в сотый раз не было смысла, хотя он хотел говорить только это. Кэрри злилась когда он постоянно извинялся.
Строка не изменилась, даже не появилась пометка о доставке. Либо Брукс его заблокировала, хотя нет, тогда его уведомили бы, либо её телефон выключен. Скорее второе, но это и неудивительно.
Утром Джеймс поднялся с постели и только тогда понял насколько устал. Это случалось редко, в основном он мог проводить несколько суток без сна и чувствовать себя удовлетворительно. Иногда он чувствовал усталость после особенно интенсивной терапии, но так же быстро восстанавливался. Сейчас было всё иначе. Тело не совсем слушалось. Это напомнило ему то ужасное, давно забытое благодаря сыворотке, чувство, когда заболеваешь. Головная боль, озноб и слабость. Странно. Очень странно. В открытом диалоге с Кэролайн ничего не изменилось. Смс не прочитано, в сети не появлялась.
Он вышел на кухню, но пошёл другим путем, чтобы пройти мимо её спальни. Там за дверью было тихо и Бак не решился постучать. Он больше не имел права беспокоить её по любому поводу, а тем более без повода. Что бы он сказал? Извинился? Кэр не станет слушать, а снова видеть страх на таком красивом личике не хотелось. Опустив плечи, мужчина пошёл дальше. Он думал лишь о том, что сможет увидеть её на общем сборе команды, но и в этом ошибся.
Мстители сидели в зале для переговоров. Наташа эмоционально размахивала руками и тыкала пальцем в Тони, который, как ни странно, молчал и стыдливо опускал взгляд. Не нужно было слышать, чтобы понять, они говорят о нем и вчерашнем происшествии. Абсолютно все взгляды направились к нему, когда тот переступил порог. Повисла напряжённая тишина. Даже Стив не нашёл нужных слов, хотя Джеймс в них и не нуждался.
– Где Кэролайн? – его не волновало какое решение они примут, только её отсутствие.
– Тебя это волновать больше не должно, – Нат откинулась на спинку стула и потерла уставшие веки.
– Пожалуйста. Я хочу знать, что с ней всё в порядке, – он сжал челюсти, брови сами собой выстроились домиком.
– В порядке? Ты вчера об этом думал, когда колотил её?! – вдова не знала правды, поэтому говорила то, что могла себе только представить.
– Я контролирую себя. Вчера было иначе. Это из-за терапии, что-то пошло не так.
– Ты не увидишь её, если она сама этого не захочет, – наконец-то подал сухой, с хрипотцой, голос Старк. Ох, какой груз сейчас был на его плечах. Он, в отличие от остальных, понял слова сержанта «Предал её. Сделал то, чего она боится больше всего на свете» правильно.
– Я должен поговорить с ней. Под вашим присмотром, если хотите.
– Не будет этого! – Тони вскочил на ноги и ударил по столу с такой силой, что кусок отвалился ему под ноги, – Она была так добра к тебе, верила, что всё самое плохое закончилось, а ты… Ты опасен. Не только для неё. Для всех. Кэролайн уговорила меня не изолировать тебя в самом начале. Она же и пострадала. Теперь её здесь нет, поэтому мы приняли решение. Прошу заметить – единогласное.
– Не вини себя, я заслужил. Это верное решение, – тут же ответил Баки, когда заметил как поморщился Стив, – Могу я хотя бы увидеть её?
– Она уехала, приятель. Ещё вчера вечером. Кэр не сказала тебе о своей “священной” неделе?
– Они не были так близки, Стив, – Романофф закатила глаза. Она устала от этого разговора после бессонной ночи, – Никто не знает где она и что делает. Все приборы, включая телефон, она оставляет на базе и уезжает. Каждый год, в одно и то же время.
– Но… – Барнс начал дергать головой, как пациент с болезнью Паркинсона. Она будто трещала изнутри. Пальцы сжали волосы и потянули в разные стороны. Рык, больше похожий на звериный, заставил всех, кто до этого сидел, подняться на ноги.
– Моя. Она моя. Моё задание. Кэрри… Товарный вагон… Один… Ржавый…
Он бил себя по голове, разбивая бионикой бровь, превращая её в отвратительное месиво. Повторял слова кода в рандомном порядке, будто никогда правильного порядка не слышал. Перед глазами мелькали несвязные картинки и воспоминания. Холод. Криокамера. Кровь. Цели. Гидра. Подвал. Убийства. И её глаза, руки, нежность. Она была его светом. Зимний солдат хотел добраться к нему, подобно глупому мотыльку.
Стив попытался остановить друга от самоистязания. На это было страшно смотреть. Верное слово – попытался. Потому что в следующий миг он летел на многострадальный стол, который рассыпался в щепки, после приземления Капитана. А Баки замер, казалось в глазах мелькнуло понимание того, что он сейчас сделал и с кем, но вскоре они снова стали стеклянными. Он бежал туда, откуда пришёл, не обращая внимания на погоню. Бежал к её двери. Должен был убедиться, что её действительно нет.
Дверь легко поддалась напору его бионического плеча, а точнее просто влетела внутрь, вместе с рамой. Он осмотрелся, подмечая каждую деталь. Постель аккуратно заправлена, некоторые вещи лежали на кресле, телефон и ноутбук лежали на косметическом столике. Она ушла. И теперь главной целью был поиск.
Джеймс вылетел из спальни и наткнулся на Мстителей в полной боевой готовности. Каждый, кроме Стива направлял на него оружие. Грудная клетка ходила ходуном, дыхание глубокое и быстрое. Кровь с рассеченной брови затекала в глаз, от этого солдат казался ещё более агрессивным и озлобленным. В голове только алгоритмы… Как убить каждого из них, если попробуют остановить. Солдат разберёт базу по кирпичикам, а потом перевернет каждый сантиметр США, если понадобится, но найдёт свою Кэрри.
– Баки, что ты делаешь? Она вернётся. Прекрати, мы не хотим тебе зла, – Роджерс опустил щит и сделал шаг вперёд. Его слова пролетели мимо ушей. Солдат расценил их как незначительные.
– Тебе лучше успокоится, пока не натворил глупостей.
В ответ лишь выпад. Абсолютная готовность к бою. Джеймс не боялся, он не знал страха на заданиях. Точку в этом поставила Романофф. Она выпустила сразу несколько электрошокеров, которые прилипли к руке и шее. Это чуть ослабило его, но ненадолго. Тогда Старк впервые опробовал на нем новую разработку, которую только-только добавил в функции костюма. Направив руку сержанту в грудь, скомандовал Пятнице выдать максимальный заряд. Болезненный крик вырвался из Баки, когда ослепляющий луч добрался к цели. Он корчился и истошно орал долгих секунд 40, пока не потерял сознание.
– Хватит, Тони. Ты убьёшь его, – Стив попытался остановить миллиардера, но тот навёл на него вторую ладонь.
– Значит сделаю то, чего он заслуживает, – часть шлема, которая закрывала лицо, отодвинулась. Тогда остальные увидели влажные ресницы и виноватый взгляд.
– Пожалуйста, он не был собой, когда убивал твоих родителей. Не мсти ему так.
– Родителей? Ты идиот, сосулька? Я смог пережить это благодаря Кэр. Потому что то, что он сделал с ней, ужаснее чем смерть. Я не позволю, чтобы это повторилось.
– О чем ты говоришь? – Наташа подошла ближе, сдвигая брови к переносице.
– Спроси, когда она вернётся. А этого заприте. Как бы нелепо это не звучало, Кэр будет против его смерти, – Старк опустил руку и устало пошёл обратно в зал переговоров. Он не знал довёл ли сержант свое дело до конца вчера или только попытался. Если бы он только был на базе… Смог с ней поговорить, смог всё узнать, смог спросить о дальнейших действиях. А что делать теперь? Ждать, пока она вернётся и пытаться удержать разбушевавшегося солдата в бункере?
– Нужно отнести его вниз и запереть, пока не очнулся. Мы всё выясним, рано или поздно, – Наташа положила руку на плечо Капитана и слегка сжала, – В этом нет твоей вины.
– А чья?! Я просто хотел спасти друга, а получается, что обрек всех опасности. Кэролайн пострадала. Мы бы все пострадали, если бы не Тони.
Часом позже они вернулись на верхний уровень, вошли на кухню и застали там абсолютно разбитого Старка. Он заварил себе чашку кофе, но так к ней и не прикоснулся. Просто сидел и смотрел невидящим взглядом. Барнс заперт в бункере, прикован, как животное. Цепи подсоединены к трансформатору, поэтому при попытке сбежать его будут ослаблять сильные заряды тока. Группа лучших солдат приставлены к двери, чтобы следить за ним и его поведением. В случае серьёзной опасности, они подадут сигнал тревоги.
– Что нам теперь делать? Он совсем себя не контролирует. Я не узнаю его, – Роджерс сел напротив и сложил руки в замок.
– Представь как было Брукс вчера. Она была с ним один на один, – после небольшой паузы ответил Тони и грустно хмыкнул.
– Что он имел в виду, когда сказал, что она его задание? – Наташа села рядом и смерила плейбоя строгим взглядом. Он знал. Он всё знал.
– Я не имею права рассказать. Это не моя тайна.
– Сейчас не та ситуация, когда стоит что-то скрывать. Мы должны знать правду.
– Тогда ты лично захочешь снести его голову, Романофф. А Стив тебе поможет, – такого ответа не ожидал никто, тем более Кэп. Что такого ужасного могло произойти между ними в прошлом? Что может быть страшнее смерти? Он вдруг вспомнил панику на лице Брукс, когда они ввалились утром к ней домой, в Вашингтоне, и спросили о Зимнем солдате.
– Тогда почему она сама этого не сделала? Почему приняла твоё ужасное поручение стать его наставником?
– Она не растеряла своей доброты. Ни грамма. Понимала, что Барнс делал это не по своей воле. Убедила меня в этом. Если бы я только знал, что так будет… Я бы не пошёл у неё на поводу.
– Ты знаешь где она сейчас?
– Да.
– Тогда поехали. Нам нужна её помощь. Он ищет её. Кэр сможет помочь, сможет вернуть настоящему Баки контроль над этой, другой личностью.
– Не будет этого, – Старк не ожидал такой наглой просьбы из уст Роджерса, – Она заслужила быть там. Тем более, после вчерашнего.
– Но… Тони, он прав, как бы эгоистично это не звучало, – Наташа коснулась голой холодной ладони, но Железный человек выдернул её.
– Я не поеду за ней. С уверенностью в миллиард процентов могу сказать, она счастлива в данный момент. Я не стану своими руками жестоко возвращать её в этот хаос. Подождёт неделю, ничего не случится. Ему не привыкать.
– А это по-твоему не жестоко?
– Как думаешь, жестокость по отношению к кому я смогу пережить? Ответ очевиден, Роджерс, – Старк говорил так жёстко, что слюна вылетела изо рта, – Оставляю его под твою ответственность. Если нужно будет, удвой заряд, но не дай выбраться. Никто не знает, что в этой сумасшедшей голове происходит. Что он предпримет? Пойдёт искать её или захочет вернуться в Гидру? Ни один вариант нас не устраивает.
– А ты куда? Просто уедешь?
– У меня есть работа помимо наблюдения за твоим свихнувшимся дружком. Утром получил новые наводки по Гидре, должен проверить.
Следующие три дня прошли, как в аду. Причём пленником был Барнс, а палачами Стив и Наташа. Солдат не хотел ничего слушать, казалось, что даже не узнает никого из них. Он не спал, не ел, и не говорил ничего, кроме «Я готов отвечать» после каждого разряда тока из-за новых попыток выбраться. Хотя и после них, не превращался в покорного, не выполнял приказы, Стив пытался приказать. Это давалось ему тяжело, Роджерс чувствовал себя отвратительно, когда пытался поработить его сознание. Раньше Кэп не до конца понимал всю сложность работы Кэролайн, но теперь с каждым разом чувствовал такую благодарность, что не описать словами. Она переживала это изо дня в день. Знал бы он ещё несколько важнейших аспектов…
На четвертый день всё вышло из под контроля. Джеймс, хоть и не спал, казалось бы – должен быть обессилен, вырвал цепи вместе с креплениями. Хорошо, что солдаты успели запереть дверь бункера и он не прошёл мимо них. Вместо этого он сбивал кулак живой руки в кровь, пытаясь выбить закалённое стекло. Он не чувствовал боли или просто не показывал этого. Непроницаемое лицо не выражало никаких эмоций вообще. На коже всё-ещё была запекшаяся кровь, ведь Бак так никого к себе не подпустил. А теперь никто и не рискнул бы зайти внутрь.
Тони принял очень тяжёлое для себя решение. Он выждал, пока пройдёт самый важный для неё день в году и всё-таки поехал. Сказать, что Брукс не была рада его видеть – ничего не сказать. Она была в ярости. Плевать Кэр хотела, что там на базе происходит. Всё, что ей было нужно это одна неделя, всего-то семь жалких дней покоя, прежде чем вернуться к обычной жизни. Переубедить её смогла только видеозапись последнего дня. Уезжать было очень тяжело, Тони видел насколько, он пообещал помощь в решении её проблем, но она грубо отказала.
Дорога к базе заняла добрых часов пять. Они не говорили на личные темы, только о том, что происходило на базе за время её отсутствия. Кэр чувствовала, как страх сковывает тело и душу. По затылку и позвоночнику бежал холодок, когда она смотрела запись снова и снова. Это не был Джеймс, но и для Зимнего солдата слишком много непонятных действий. Обычно он был спокоен, как удав, выполняя приказы, а этот метался, как загнанный зверь. Возможно это и правда вина терапии? И Джеймс вовсе не хотел переходить черту на поляне. Теперь, вспоминая слова «Я не владел собой», она верила ему.
– Кэр, он сделал это снова? Ты можешь сказать мне правду.
– Нет, Тони. Он смог остановиться, но, тем не менее, довёл до панической атаки. Прости, что ушла без предупреждения. Мне это было нужно.
– Ты не должна извиняться. Я должен. Ведь я всё знал, каждую подробность, но все равно поручил это тебе. Мне жаль.
– Не вини себя. Это сотрудничество пошло на пользу нам двоим. Правда теперь стало ещё хуже, чем было.
– Что ты планируешь делать? Сперва он рвался, чтобы найти тебя, теперь не говорит ни слова. Он не узнает никого.
– Меня узнает. Ведь я знакома с ними двумя. Попробую наладить контакт и начнём всё заново.
Была уже глубокая ночь, когда двое друзей прибыли на базу. Конечно ни Стив, ни Наташа не спали, а вместе с ними ещё три десятка до зубов вооружённых солдат. Брукс не стала отвечать на многочисленные вопросы, что сыпались как из чаши изобилия. Она просто спустилась вниз, посмотреть на него своими глазами. Было страшно, несомненно. Баки выглядел кардинально не таким, каким она видела его в последний раз. Он так поменялся за какие-то жалкие 4 дня. Все внутренности сжались, когда девушка подошла к стеклу, он внимательно наблюдал за каждым шагом, но ничего не делал. Бровь, которую он разбил ещё несколько дней назад, так и не срослась до конца на лице были потеки крови. Глаза и щеки впали от истощения, ведь он не принимал пищу и не пил уже давно. Она протянула ладонь и коснулась к стеклу с внешней стороны, ожидая хоть какой-то реакции. Солдат сидел неподвижно, а потом подорвался и с ужасающей скоростью оказался рядом. Цепи, которые болтались на обоих запястьях загрохотали. Он смотрел долго и пронзительно, от такого пристального взгляда бежали мурашки по коже. А потом, неожиданно для всех, замахнулся и ударил кулаком в стекло, напротив её лица. Он не узнал. Счёл её опасной, не вызывающей доверия.
– Что вы с ним делали? Мне нужно знать.
– Вот отчёт за всё время. Мы не предпринимали ничего, кроме тока. Только это могло его успокоить.
– Электрошоковая терапия?! Вашу мать, вы просто обнулили его. Так делала Гидра, когда он что-то вспоминал! Месяцы работы коту под хвост, все результаты в жопу!
– У нас не было выбора. Он неуправляемый. Даже тебя не узнал, хотя в первый день жаждал тебя найти.
– Конечно не узнал. Зимний знает меня не такой.
– А какой? – Стив поджал губы. Он почему-то представил вооруженную Кэролайн в тактическом костюме, по локоть в крови, с маской на лице. А на фоне гора трупов.
– Другой, Стив. Совсем другой. Мне нужно пару минут и я буду готова. Я пойду внутрь.
– Ты выжила из ума?! Я не позволю! – Тони встал между нею и стеклом и схватил за острые плечи.
– Ты вырвал меня из самого счастливого места на свете, чтобы я просто посмотрела на него? Я посмотрела. Можно вернуться? Нет? Тогда не мешай.
Она развернулась на носочках и пошла к своим апартаментам. Запах был связующим звеном. Он выбрал её из-за запаха, поэтому сейчас она хотела смыть лишнее. Смыть парфюм и лёгкий цветочный аромат геля для душа. Кэр просто купалась под струями очень горячей воды, не добавляя ароматизаторов. Потом завернулась в махровый халат на голое тело и вернулась на нижний уровень. Такой вид удивил всех, кроме Старка. Он понимал, что именно она хочет провернуть и жутко боялся. Брукс отправила группу солдат на выход и те даже почувствовали облегчение. Находится рядом с Зимним солдатом, пусть даже через бронированное толстое стекло, было страшно.
– Ч-что ты делаешь? – Роджерс покраснел даже от вида её голых коленок, не понимая что будет дальше.
– Становлюсь его заданием, Стив. Открывай дверь.
– Кэролайн, нет! Пожалуйста. Ты безоружна, это опасно. Он убьёт тебя и глазом не моргнет, – Наташа пыталась взывать здравому смыслу, но если подруга приняла решение, это бесполезно.
– Конечно без оружия. Он должен мне доверять, а не воспринимать как опасность.
– Ты уверена, что сработает? – не часто можно своими глазами увидеть панику железного человека.
– Не узнаем, пока не проверим. Открывай.
Скрепя сердце, миллиардер повернул вентиль входной двери. За ней была ещё одна, буквально через метр. Двойная защита. Боялась ли Кэролайн? Безусловно. Вот только совсем не смерти. Как только она оказалась внутри, Тони сразу же закрыл дверь по её просьбе. Дрожащими пальцами она потянула за пояс халата, развязывая слабый узел, а потом сбросила его к своим ногам. Она прочитала все известные молитвы, когда открывала вторую дверь, которая разделяла её между стеклянной камерой Баки. Солдат не двигался, когда она шагнула внутрь и бережно прикрыла за собой дверь. Мстители теперь могли наблюдать за её действиями и они поражали. Все ожидания Роджерса разбились о жестокую реальность. Никто, кроме Старка, не понимал происходящего. Тот в свою очередь напряжённо сжал кулаки.
Солдат приблизился быстро и неожиданно. Стив вжался в стекло, когда заметил движение друга в сторону Кэр. Он хотел было бежать к двери и вызволять её из ужасающего плена, но следующее действие его остановило. Джеймс откинул локоны назад и наклонился к женскому ушку. Шумный вдох был громче, чем кто-либо ожидал. Кэролайн вздрогнула. Каждый отчётливо видел как табун мурашек прошёлся по светлой коже. Именно тогда они увидели и огромные гематомы, что ещё не сошли после того утра на поляне.
– Кэрри, – наконец выдал он сухим безжизненным голосом.
– Здравствуй, солдат, – она очень медленно подняла ладонь на уровень его груди, но мужчина перехватил её бионикой. Поэтому она поспешила продолжить, пока это не закончилось переломом конечностей.
– Я не причиню тебе вреда. Ты ведь знаешь. Можно коснуться?
Он смотрел с подозрением, сжимая кисть сильнее, чем было нужно. Брукс не пыталась её вырвать, просто покорно ждала разрешения или отказа. Сердца друзей гулко стучали в ушах. Никто не мог поверить своим глазам. Это как ребёнком наблюдать за укротителем тигров или львов в цирке. Важны терпение и выдержка, а ещё полный покой и уверенность. Баки неуверенно коротко кивнул и мгновенно разорвал на себе грязную кофту, доверчиво подставляя оголенную кожу. Конечно запах его тела оставлял желать лучшего. Четыре дня без гигиенических процедур не заставили его пахнуть цветочками. Скорее очень грубым неопрятным мужиком. Терпкий запах пота вперемешку с кровью. Тем не менее, она мягко коснулась к груди двумя руками, с упоением наблюдая за сменой эмоций на прежде каменном лице. Он прикрыл глаза и позволил себе немного расслабиться от приятных ласк. Так продолжалось несколько минут. Мужчина заметно напрягся, когда она попыталась убрать ладошки и тут же перехватил их, вернул на прежнее место. Звон цепей её напрягал, но девушка старалась не показывать отрицательных эмоций.
