Текст книги "Amor tussisque non celantur (Любовь и кашель не скроешь) (СИ)"
Автор книги: Amortentia 2.0
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)
– У него есть имя! Джордж. Я никогда не оставила бы его там, если бы не ваша слежка. Он рос славным, самым добрым ребёнком на свете. Просто хотела его защитить.
– Добрый? От него? Это самое дикое животное, которое мне приходилось встречать, – Джек кажется потерял чувство самосохранения, обхватил подбородок зимнего двумя пальцами, хотя он просто знал, что тот не тронет без приказа, а она не прикажет, пока ребёнок под дулом пистолета.
– Вы хотели его таким видеть, вы его таким сделали. Без приказа он другой. Поверь мне, я знаю.
– Что я вижу… Ты влюбилась в робота? Я думал, что после всего ты стала лесбиянкой. Не повелась на нашего командира…бывшего. Мы с ним как-то поспорили, после какого свидания ты будешь давиться спермой, стоя на коленях. Я ставил на второе. Рамлоу романтик, ставил на пятое.
– А в итоге? Утешал его ты, стоя на коленях? – она склонила голову на бок и хмыкнула, – До чего же омерзительная морда. Решай быстрее, я не намерена больше ждать.
– Отпусти паренька. Нам нужен кое-кто постарше. А потом мы сделаем армию таких же солдатиков. Отрубишь одну голову, две другие займут её место, – Роллинс говорил так надменно, так презрительно, пытался быть как Рамлоу, хотя ему до него далеко, но ей было абсолютно плевать. Она упала на колени и прижала к себе маленькое чудо. Он испугался, хотя старался выглядеть взрослее и смелее. Она вытирала слезы с маленьких щечек, целовала каждый миллиметр кожи, не могла надышаться.
– Слушай меня внимательно. Всё, что они говорили, обман, твой отец не такой. Он защитит нас. Но я должна остаться. Сколько их? Я знаю, ты считал, – шёпот слышал только ребёнок, остальные лишь поцелуи и шмыганье носами.
– 17, мамочка. Один в камере хороший. Не бросай меня, пожалуйста.
– Как только скажу, беги наружу. Прячься. Мы найдём тебя, когда закончим, даю слово. Ты ведь знаешь, что мама не нарушает слово.
– Я люблю тебя, – он совсем по-взрослому вытер её слёзы и кивнул.
– Хватит соплей. Передавай солдата и проваливай. Только оборачивайся чаще, вдруг он пойдёт на ваши поиски.
– Солдат, – Брукс оторвалась от обнимашек скрепя сердце и поднялась на ноги, чтобы смотреть в голубые глаза, – Ты свободен от моих приказов. С этих пор, ты вернулся на Родину.
– Я готов отвечать, – тот ступил ближе к агентам, стал на их сторону, ожидая приказа.
– Малого в обратно в камеру, эту убить, – бросил Джек, напоследок гадко улыбнувшись, прежде чем развернулся, чтобы уйти.
– Беги и не оборачивайся, – её шёпот был громче любого крика для маленького напуганого мальчишки. И он бежал так быстро, как мог. Солдат оказался перед ней меньше, чем за секунду.
– Уходи, я разберусь.
– Их 17. Поделим. Я не брошу тебя здесь.
– Уходи! – его крик было слышно наверное на несколько километров вокруг, но разве она умеет слушать? Что она точно умеет, так это метко стрелять. Выстрелы. Гильзы. Пол. Отскок. Не ожидавшие такого поворота Гидровские прихвостни, уже в следующую секунду лежали замертво. Совесть даже не кольнула. Их убивать было приятно. Эта работа была идеальной, напарники действовали, как одно целое, слаженно и гладко. На зачистку ушло не более 40 минут, завод не маленький. На поиск людей ушло больше времени, чем на противостояние. Одним в камере «хорошим» оказался, как ни странно, именно Брок Рамлоу, командир отряда У.Д.А.Р. На него было жалко смотреть. Неестественная поза, лицо в ссадинах, губы расквашены. Он молча смотрел заплывшими глазами прямо в душу. Баки навёл на него оружие, но Кэр не позволила выстрелить. Она нажала на его руку, заставив опустить.
– Он выкрал нашего сына! – шикнул Барнс, не понимая этой, взявшейся из ниоткуда, мягкости.
– Джордж сказал, что он хороший, – так же тихо ответила Брукс. Джеймс сорвал замок и она медленно вошла внутрь. Запах стоял отвратный, его держали как пса, разве что без цепи.
– Стреляй, Кэролайн. Не он, ты, – голос был совсем не похож на прежний, больше на скрежет. Он едва смог поднять руку, чтобы ткнуть в неё указательным пальцем.
– Не стану. Ты редкостный мудозвон, Рамлоу, но мой сын считает иначе. Что с тобой случилось? Напали свои же псы? Сидя здесь, ты успел осознать, что выбрал не ту сторону?– агент присела рядом на корточки, чтобы лучше слышать шёпот.
– Ты такая молодая, такая наивная. Когда тебе предлагают присоединиться к Гидре, есть два пути: согласиться или умереть. Я выбрал свой, – Брок хотел было даже коснуться к её личику, но Кэр отстранилась.
– Джеймс, нужно его напоить, – Брукс взяла из рук Баки и вложила в синие пальцы небольшую флягу, – Не виски, но сойдёт.
– А сигареты не найдётся? Эти суки вычистили карманы, – он жадно выпил почти половину. Пить ему не давали явно очень давно.
– Обойдешься. Жди машину, поедешь лечиться. Потом решим что с тобой делать.
– Мне нравится, когда ты командуешь, – он засмеялся, но смех получился каким-то лающим, болезненным. Наверняка сломаны ребра, – Ты изменилась, маленькая. Сходим на свидание?
– Пятое? Это то, на котором в конце я отсасываю? Нет уж, спасибо.
– Ублюдочный сукин сын этот Джек…
Дальше они не слушали поток матерного дерьма, что лился из его рта. Баки загнул один из прутьев решётки так, чтобы тот не сбежал, хотя Рамлоу похоже и не собирался.
– Ты встречалась с ним?
– Да. Почему нет? Я ведь не знала кто он на самом деле. Для меня он был командиром лучшего боевого отряда. Четыре свидания. Знаешь, было неплохо, он обаятельный вне работы.
– Он вдвое старше тебя.
– Баки, это замечание сейчас явно не в твою пользу, – Кэр расхохоталась и он понял, что ляпнул.
– Поэтому я оставил его в живых? Из-за вашего прошлого? – Барнс преградил ей путь с самым серьёзным выражением лица, на которое был способен.
– Что? С ума сошёл? Джордж шепнул мне, что человек в камере хороший. Только поэтому он остался жив. К тому же, мы не знаем почему с ним так обращались его же люди. Всё это странно.
– Кстати об этом, почему ты скрыла нашего сына от меня? Мне нельзя с ним общаться?
– Господи… Конечно можно, Баки. Ты его отец и имеешь на это полное право. Сперва я боялась говорить, ты не был самым надёжным человеком. А потом уже не могла решиться. Думала, что ты никогда меня не простишь.
– Ты не побоялась родить от меня, зная про сыворотку? Как ты решилась на это?!
– Меня застали в медблоке, когда я хотела выкрасть небольшую дозу лекарств, чтобы спровоцировать медикаментозный аборт. Они не поняли что именно я хотела украсть и зачем. Потом этот взрыв в Будапеште был так кстати. Начался бунт и мне удалось сбежать. А вскоре, через несколько дней… Он толкнулся, срок уже был не маленький. Я просто не смогла. Я не жалею ни о чем. Когда смотрю в его личико, я даже благодарна за то, что ты выбрал меня. Мы создали чудо.
– Он похож на меня. Помнишь Бекка привозила детские фотографии? – Джеймс смущённо улыбнулся и взял её за руку.
– Конечно. Возможно ваша схожесть и помогла мне, ну знаешь… Не бояться быть с тобой.
– Нужно скорее его найти, он невероятно напуган.
Поиски заняли ещё около получаса. Джордж был не просто напуган, он дрожал в паническом приступе. Представьте себе, ребёнок слышал выстрелы и знал, что оба родителя там, внутри. Да, с Джеймсом он не был знаком, но мама… Тем более, она сказала, что он хороший, а не такой, каким его описывали похитители.
– Малыш, всё закончилось. Ты в безопасности. Я давала слово.
– Мама, – он не мог сказать ни слова больше, просто плакал, уткнувшись носом в плечо. Кэролайн взяла его на руки, поглаживая спинку и затылок.
– Мы поедем домой. Тебе нужно отдохнуть. А завтра тебя ждёт насыщенный день, столько знакомств. Обещаю, тебе понравится.
– Пап-па? – он поднял заплаканые глаза, а Баки замер, прирос к земле, его словно молнией ударило и в мозгу что-то закоротило. Папа. Она назвал меня папа. Клянусь, это лучшее, что я слышал в своей жизни.
– Да? – голос почти пропал, связная речь тоже давалась не просто.
– Ты ведь поедешь с нами?
– Конечно. Мы поедем все вместе.
– Они ничего тебе не сделали? Ничего не кололи? Не давали таблеток? Расскажи мне всё, – Кэролайн одновременно чувствовала и облегчение и нарастающую панику. Барнс тоже занервничал.
– Брали кровь на анализ, я не плакал, как ты меня учила. Давали задачи, у меня получилось решить большую половину. Ещё заставляли делать упражнения, пока не устану.
– Задачи? – Баки удивлённо вздернул брови. Ему ведь 4 года, верно? Какие задачи может решать четырехлетний ребёнок? Я ел песок в этом возрасте.
– Он у нас особенный мальчик. Очень рано пошёл, рано заговорил, рано научился читать, рано стал интересоваться науками.
– Я больше не вернусь в интернат? – тёплые ладошки коснулись к её влажным щекам.
– Нет. Теперь я тебя никуда не отпущу, – она наконец-то расслабилась и защекотала его до коликов в животе. Детский смех разносился вокруг, согревая сердца обоих родителей. Баки не мог сдержать улыбку. Ему только сегодня удалось познакомиться со своим сыном, а гордость уже разрывала на части. Не плакал, когда брали кровь… Я как-то чуть глаз не выбил медсестре за такое, лет в 8. А какой он смышленый, хоть и ещё ребёнок.
Баки вызвал на место группу агентов, чтобы они забрали Рамлоу, прибрались, избавились от тел и изъяли документы. Дожидаться не стали. Кэролайн теперь ехала на заднем сидении, малыш Джордж скрутился в позу эмбриона, положив голову ей на колени. Она рассказывала ему сказку, правда Баки такой никогда не слышал. А потом оказалось, что они просто придумали её вместе. Вскоре парнишка безмятежно уснул. Остаток дороги они тихонько разговаривали между собой. О беременности и родах, о том, как ей пришлось 7 месяцев жить на старой ферме, на краю мира. Там была женщина, которая её пожалела и приютила. Взамен Брукс помогала ей по хозяйству. О сложном решении, которое позже ей пришлось принять, для его безопасности. О интернате и договорённости. О тех священных неделях, о которых Мстители гадают до сих пор. Кэр проводила их с сыном. Сейф, код от которого она назвала ему в ту роковую встречу под мостом, скрывал все документы и фотографии маленького мальчика. Она пообещала привезти их и показать.
– Как ты смогла скрывать это так много времени? Причём от всех.
– Исключительно ради безопасности. Я сказала Тони, видишь что из этого вышло? Джордж мог пострадать. Да, Старк сделал это из лучших побуждений, но подверг его опасности.
– Прости, но я благодарен ему. Всё закончилось хорошо. Я узнал, что у нас есть сын. Живой. Это лучший день в моей жизни.
– Что мы будем делать теперь?
– Что ты имеешь в виду?
– Я люблю тебя, но пойму если ты не готов к такому. Ребёнок это не легко. Я и сама ещё не знаю чего ожидать. Прожить с ним неделю в год легко, но каждый день… Что если я не оправдаю его ожиданий? Боюсь не справиться.
– Ему нужна мама, а не соперник в мозговом штурме. Ты со всем справишься. Мы со всем справимся. Вместе. Я люблю тебя. Вас. Я люблю вас двоих. Это возможно, теперь понимаю.
Заезжая на базу оба увидели своих друзей, которые не ложились спать, они ждали хороших вестей или плохих. Хоть каких-нибудь. А ещё им было безумно интересно посмотреть на любовь Кэролайн. И такого не ожидал увидеть никто.
Она вышла из машины и сразу же попросила всех помолчать, проще говоря шикнула. Баки наклонился в салон и вынул оттуда спящего мальчика. Тот промычал что-то нечленораздельное, открыл глазки, посмотрел на него внимательно, а потом шепнул такое нежное «Папа» и прижался к груди, совсем как Кэрри вчера вечером. Баки едва не пустил слезу, так тепло ему стало на душе, так сильно защемило сердце.
Теперь и просить помолчать не надо было, ведь друзья и так не могли найти подходящих слов. Особенно те, кто не присутствовал во время кризов и не знали историю Зимнего солдата и Кэролайн Брукс. Но даже Наташа и Стив, совершенно отказались понимать.
– Завтра. Обо всём завтра. Обещаю, – Кэр говорила шёпотом. После коллективного кивания, Баки и Кэролайн ушли внутрь. Джордж очень устал, но согласился на душ. Сменной одежды, понятное дело, не нашлось, поэтому она надела на него свою самую маленькую футболку. Кушать отказался в пользу сна. Баки всё время ходил за ними, будто боялся, если отойдёт дальше, чем на метр, с ними что-то случится.
– Иди купайся, я присмотрю за ним, – Джеймс сел в кресло.
– Он не грудничок, Баки. С ним ничего не случится. Хочешь сегодня спать с нами?
– В кресле будет удобно. Конечно, я хочу быть с вами всё время.
И он действительно хотел раскладывать кресло, но Кэр не позволила. Вместо этого она убрала все подушки, кроме нужных трех, и указала на место с другой стороны. Джеймс сглотнул слюну, взгляд просил пощады.
– Вдруг я задену его во сне или придавлю? Лучше кресло.
– Нет, не лучше. Ты поймёшь утром. Ложись, не бойся.
Это было очень страшно. Баки целый час лежал на боку и смотрел в беззаботное, милое личико. Даже позволил себе погладить тёмные кудрявые волосики. Такие мягкие-мягкие. Кэролайн закусила губу, наблюдая за этой нежностью. Прошло ещё около получаса, прежде чем родители провалились в сон.
Комментарий к Я ни о чем не жалею
1. Inside.
https://youtu.be/gCB6aBHLEFw
Скорее всего, следующая глава будет последней. Постараюсь дописать и выложить как можно быстрее.
========== Единственный правильный выбор ==========
Баки понял о чем говорила Кэролайн, как только проснулся от поглаживания крошечной ладошки. Джордж лежал на боку и изучал его не только взглядом, но и тактильно. Брукс прикрыла рот ладонью, чтобы не засмеяться от его недоумевающего вида.
– Доброе утро, – тихо сказал он, пока детские пальцы исследовали густые брови.
– Доброе утро, папа. Я тебя разбудил? Извини.
– Всё хорошо. Что ты делаешь?
– Убеждаюсь, что ты не сон, – вполне серьёзно ответил малыш и убрал руки под голову.
– Убедился?
– Да. Ты вполне реальный. Как тебя зовут? Полное имя.
– Джеймс Бьюкенен Барнс, – он улыбнулся, а вот малыш скуксился и быстро повернулся к Кэр. Она сразу предугадала следующий вопрос.
– Почему моя фамилия Брукс, а не Барнс?
– Потому что… Потому что мы с папой не заключали брак. Тебе досталась моя фамилия.
– А потом я буду Барнс? Или стандартная модель семьи не для вас?– в тот момент оба поняли, что скучно рядом с этим пытливый парнишкой им точно не будет, а вот неловко не один раз.
– Ещё не решили. Мы не совсем обычная семья, ты наверняка это понял.
– Зато вы МОЯ семья, – он снова улыбнулся и обнял Баки за шею, а потом притянул и Кэр. Секундой позже Джордж уже разглядывал каждую пластинку бионической руки, потому что она невовремя шумно перекалибровалась. Этого новоиспеченному отцу хотелось в последний момент. Почему-то было невероятно стыдно. Она в крови. Образно, конечно, но от этого не легче.
– Мне лучше надеть футболку с длинным рукавом. Не хочу тебя пугать, – Бак неловко попытался вытащить бионику из цепкой хватки.
– Они говорили о тебе много плохого вчера. Показывали видео тренировок и некоторых заданий. Хотели вернуть себе. Но мама сказала, что это ложь, что ты не такой. Я верю ей. Ты защищаешь нас, – неприятный комок стал среди грудной клетки. Его сын знает, что отец убийца.
– Джордж, это очень сложно объяснить. Поэтому я никогда не рассказывала тебе о папе. Помнишь мы читали книгу по истории? Там был большой параграф, посвящённый Второй мировой войне. Твой папа воевал бок о бок с Капитаном Америка.
– Сколько тебе лет? – вполне логичный вопрос.
– 97.
– Так вышло, что на одной из миссий он чуть не погиб. Но на самом деле его захватили вражеские учёные. Они сделали всё, чтобы папа забыл кто он такой. Они сделали эту руку.
– Так, как с тобой было вчера? Ты говорил как робот и делал то, что мама говорила.
– Да, Джордж. Мне жаль, что тебе приходится это слышать. То, что вчера говорил агент Роллинс правда. Я был таким.
– Тогда ты не плохой. Это они плохие. Если отдавать хорошие приказы, ты был бы хорошим, – сколько же в нем было логики и понимания, эмпатии и сочувствия. Эти слова растрогали Баки и он сам, впервые, обнял сына. Тот был не против, даже за.
– Кэролайн смогла убрать этот код из моей головы. Вчера я притворился, что внушаем.
– Это же здорово! Я хочу узнать тебя настоящего.
– Если тебе показывали видео с папой, то и мои показали? Как ты к этому относишься?
– Я не поверил. Помнишь, когда мне было 2 года, ту неделю мы жили в старом пансионате? Ты даже не смогла убить мышь, тебе было жаль её.
– Но это правда. На видео была я, выполняющая приказы.
– Ты тоже была как он?
– Нет. Но у меня всегда был выбор. Или я это сделаю или умру, – Кэролайн прикрыла глаза, чтобы не заплакать. В её планах рассказ о жизни должен был произойти к 15 годам, но не в 4.
– Я покажу тебе видео, где мама сама принимает решения. И ты поймёшь, что она очень даже хорошая. Самая лучшая, – Баки провел бионикой по её лицу, совсем нежно. Просто живой не дотягивался.
– Я и так это знаю, – Джордж неожиданно улыбнулся, а потом вскочил на ноги. Он выглядел забавно, ведь футболка закрывала даже колени.
– Тебе срочно нужен поход в магазин, модник, – Кэр расхохоталась.
– Я есть хочу.
– Этим он, кстати, в тебя. Метаболизм ускоренный, – Брукс забавно стрельнула в Баки глазами.
– Сперва зубы чистить! – Джеймс подхватил его на руки легко-легко, а тот задорно заливисто рассмеялся. Кэролайн наблюдала за ними из постели и это было самое милое, что она видела в своей жизни. Баки достал ему и себе новые щётки. Не обделил зубной пастой. Они корчили рожи перед зеркалом и смеялись. Наверняка на зеркале остались миллион белых капелек, но это никого не волновало. В их жизнь вошли смех и радость.
Ей совершенно не хотелось покидать пределы своих апартаментов, ведь там, за дверью, все ждали обещанных объяснений. Все, кроме Тони, конечно же, он и так всё знал с самого начала. Хорошо, что Кэр выстирала одежду сына вручную вчера, в футболке до колен от отказался бы идти, это точно. Баки даже попробовал его причесать и сын стоически выдержал эту постыдную пытку, а потом просто переуложил на свой лад. По коридорам они шли, не замолкая ни на миг. Вопросов было не меньше сотни и на каждый был ответ, иногда два, если мнения родителей расходились на этот счёт. Подходя к кухне, он замер. Ведь из-за стеклянной стены на него смотрели шесть пар удивленных глаз. И Тони, которого он уже знал.
– Волнуешься? На самом деле они мягкие, как булочки с корицей. Обещаю, тебе понравится.
– Ты назвала Халка булочкой? Не обманывай ребёнка, – шепнул Баки.
– Брюс добрый человек. И сейчас он не Халк.
– Я готов, – твердо ответил Джордж и решительно сделал шаг вперёд. А я похоже не совсем, – мысленно ответила Кэр. Барнс вежливо открыл перед ними дверь.
– Доброе утро! Меня зовут Джордж Брукс. Мне 4 года, – он подошёл к ближайшему мужчине, им оказался кэп, и протянул ему ладонь.
– Стив Роджерс. Приятно познакомиться, – тот присел на уровень детских глаз и пожал маленькую ладошку. Затем была Наташа, Сэм, Брюс, Клинт и Тор. Каждый после пожатия руки устремлял взгляд именно на родителей.
– Тони! – счастливый детский визг в очередной раз удивил остальных.
– Привет! А ты подрос, силач! Мы всего месяц не виделись, – Старк подхватил его на руки и понёс к холодильнику, чтобы дать родителям возможность объясниться. Джордж показал ему бицепс и даже позволил потрогать.
– Доброе утро. Да, это мой сын. Прошу прощения, что не сказала раньше. Это было ради его безопасности, – Кэролайн говорила тихо, опустив взгляд.
– Наш сын, – Баки легонько обнял её за плечи, в попытке приободрить.
– Он так похож на тебя в детстве! Я помню фотографии, – Стив неожиданно обнял их двоих. Он вообще отнёсся к этому спокойнее остальных.
– Значит Сверхчеловек 4 всё-таки был рождён, – Наташа говорила строго, но потом пустила слезу и обняла подругу.
– Не называй его так. Я терпеть этого не могу, – Кэр смеялась сквозь слезы. Она была рада, что подруга не в обиде. Романофф прекрасно понимала что такое безопасность.
– Нам кто-то объяснит? – в голове Уилсона было много деталей, но они будто от разных пазлов, никак не хотели собираться воедино.
– Я… В Красной комнате я должна была родить от Баки, от Зимнего солдата, идеального человека. Они привозили его 4 раза, но мне приходилось избавляться от детей ещё в утробе. А после последнего, мне удалось сбежать. Так появился Джордж. Мне пришлось поселить его в закрытом интернате, чтобы никто не смог его найти. Навещала строго раз в году, в его день рождения, – она выложила все слова в куче, максимально быстро, чтобы не сбиться с мысли.
– Твоего отца звали Джордж, – кэп толкнул друга в бок.
– Я этого не знала. Просто понравилось имя.
– А я всегда хотел назвать своего сына в честь отца, – Баки оставил поцелуй где-то на макушке.
– Это надо обдумать, – Тор вообще ушёл на другую сторону кухни, как и Брюс, как и Клинт.
– И вы теперь…вместе? – Сэм красноречиво указал взглядом на руки солдата, обвитые вокруг её талии.
– Это долгая история, – Кэр выпуталась из объятий и включила кофемашину.
– Так мы не спешим, – Наташа улыбнулась совсем не с издевкой.
– Я, как мне кажется, влюбился сразу, как только она вернула мне контроль. Там, в хижине.
– Нееет, не ври. Это была не влюблённость, а вина.
– Считай как хочешь. А потом эта терапия и её присутствие, её забота. И как-то так вышло, что это притяжение было взаимным.
– Только кто-то был таким трусом, что если бы не твои кризы, мы никогда не были бы вместе, – Брукс закатила глаза и поставила перед ним чашку.
– Зимний или сержант? – Наташа сразу поняла в чем дело.
– Оба. Первому хватило двух дней, чтобы признаться. Второму неделя.
– Мама, я совсем забыл спросить вчера. Вы помогли командиру? – Джордж смотрел так, будто всё волнение мира было сосредоточено в его сердечке. Кэр усадила его на стул рядом с собой.
– Да, он в больнице.
– А мы поедем его проведать?
– Почему ты считаешь его хорошим? – Баки вытер йогурт с уголка губ. Этот заботливый жест не ускользнул ни от кого из присутствующих.
– Он очень злился, когда они привезли меня туда. Так кричал, ругался. А потом его били, хотя он и так был слаб и ранен. Когда меня запирали в камеру, он говорил, что мама обязательно придёт и заберёт меня. Я хотел дать ему свою воду, но он запретил. Сказал, что тогда её перестанут давать и мне.
– О ком он говорит? – Тони сдвинул брови. Этот рассказ звучал, как бред.
– Рамлоу, – Кэролайн тяжело вздохнула. Этому мужчине нельзя доверять. Если он решил втянуть её сына в какую-то хитроумную махинацию, она удушит его собственными руками.
– Чего?! Это тот, кто грузил нас в машины и… – Сэм резко захлопнул рот, что даже зубы стукнули. Он хотел сказать «собирался расстрелять, а потом закопать, как собак», но рядом ребёнок.
– Да, это он. Рамлоу командир боевой группы. Мы работали бок о бок, не подозревая, что он трудился на два фронта, – Роджерс сжал кулаки, ему было неприятно об этом вспоминать. Им крутили, как слепым котёнком.
– Ну для кого-то он был не просто командиром, да, Кэрри? – Барнс намекнул “совсем не двусмысленно”, поднимая сына на руки и отходя в другую, тихую половину, – Идём, я поделюсь с тобой своим любимым печеньем.
– Тебе нужен психолог. Это точно. Я уверен. А может быть и психиатр, – Сэм склонился и шепнул через стол.
– Серьёзно? Рамлоу? – Тони вывернул губы, чтобы показать отвращение.
– Между нами ничего не было. 4 свидания. Всё. Я ведь не знала, что он с Гидрой.
– Я согласна с Сэмом. После того, что было в Красной Комнате, ты пошла на свидание с Броком? Он не самый нежный и милый на вид, – Наташа выпучила глаза, – Он вообще не милый на вид. Мне снова не сказала. Обидно.
– Рамлоу был обаятельным и нежным, кто бы что не говорил. Я помню запах дорогого табака и горечь его губ. Он называл меня «Маленькая моя» и это было приятно.
– Не напомнишь, чем должно было закончится пятое свидание по его мнению? – Барнс разозлился, даже очень сильно. Он хоть и стоял вдалеке, но его слух в разы острее, чем у обычного человека.
– Он мужик и мог мечтать о чем угодно, это не означает, что я была бы на это согласна. Ты после какого свидания этого хочешь? Ой, погодите, у нас не было ни одного. Спасибо за чудное утро! – она откланялась, забрала сына, который успел умять две упаковки печенья, и ушла в сторону гаражей.
– Вы ссоритесь из-за меня? – Джордж крепко сжал её ладонь.
– Конечно нет. Мы очень сильно нервничали и переживали вчера. Ты ведь заметил, что все на нервах до сих пор. Скоро всё будет хорошо, вот увидишь.
– Куда мы идём? – настроение сразу же поднялось.
– Сегодня у нас насыщенный день, сынок. Нужно много чего успеть. Купить тебе одежду и обувь, личные вещи. Постарайся составить список, пока будем ехать. А после, если ты не против, я хотела бы, чтобы Брюс тебя осмотрел. Он учёный.
– Он Халк, да? Я смотрел репортаж уже давно.
– Да, но он очень добрый. Вот увидишь. Вечером у меня есть работа.
– Не переживай, я найду чем заняться. Мы не сможем поехать в больницу к командиру? Папе он не нравится.
– Дело не в папе. Брок не самый честный человек и я не хотела бы, чтобы ты говорил с ним ещё раз. Он двуличный, ему не стоит доверять, – так как детского кресла у неё не было, пришлось подкладывать гору пледов и других вещей, что ей удалось найти, под мелкую попу, и только потом защелкивать ремень безопасности.
– Но я хотел бы.
– Нас к нему не пустят, он под охраной, – это, конечно же, ложь. Кэр могла прийти туда в любую минуту, у неё был доступ.
– Мам, ты никогда меня не обманывала, не нужно начинать, – мальчишка отвернулся к окну и стиснул губы в одну тоненькую полосочку. Кэролайн почувствовала стыд, щеки мгновенно покраснели. Словно рядом не ребёнок, а детектор лжи.
Большую часть дня они провели в центре, скупая всё самое нужное и не очень. Список оказался длиннее, чем она могла предположить. Радовало то, что в этом списке было много книг, сборник задач, бумага для чертежей. Малыш точно знал чем хочет заниматься. С такими темпами, он окончит школьную программу, так и не поступив в школу. Брукс хотела бы подарить ему немного детства, взрослым он побыть ещё успеет. Поэтому игрушек тоже было немало. Возможно она просто пыталась компенсировать этим свое отсутствие в его жизни. Обед прошёл немного неловко. Не часто официанты встречают детей, которые могут слопать три детских меню, да ещё и с таким аппетитом.
Ехали обратно они ближе к 15. Уже сидя в детском кресле, а не на вещах, в окружении пакетов и коробок, Джордж всё равно выглядел печальным. Он молча смотрел в окно.
– Если мы заедем к нему, на 5 минут, не дольше, ты перестанешь дуться?
– Да! Спасибо большое. Нужно заехать в магазин. Что приносят людям в больницу? Апельсины?
– Учти, что папа будет зол. Разговаривать с ним будешь сам.
– Согласен.
– Сейчас купим что-нибудь. Апельсины, говоришь..? – Брукс обречённо вздохнула. Но это решение того стоило, ведь теперь он ёрзал от нетерпения и улыбался, а не сидел кислым.
Как гордо Джордж нёс этот небольшой бумажный пакет по коридору больницы. Там было много агентов по периметру и целая группа возле палаты. Несмотря на то, что Кэролайн принадлежала к Мстителям, ей пришлось заполнить бумаги, прежде чем войти.
Видок у Рамлоу был нисколько не лучше, чем вчера. Разве что теперь от него не пахло мочой и потом. Он был чистым, в свежей больничной рубашке, в чистой постели.
– Командир! – Джордж почему-то относился к нему, как к другу и это было странно.
– Привет, крепыш. Каким ветром тебя сюда занесло? – Брок с трудом разлепил глаза и даже попытался улыбнуться, но нижняя губа лопнула. Он машинально дёрнул рукой, видимо забыл, что они прикованы, а потом просто втянул её рот и провел языком.
– Мы принесли тебе апельсины, наверное нужно было брать яблоки. Аскорбиновая кислота будет щипать губы, – Джордж выложил их на тумбочку, а потом ещё бананы, шоколад, печенье и сок.
– Аскорбиновая кислота..? Я и слов таких в твоём возрасте не знал. Спасибо, я люблю апельсины, – он выгнул мизинец и малыш уверенно переплел его со своим. Сказать, что это удивило Кэр, значит ничего не сказать. Она вышла в коридор и почти сразу вернулась.
– Будешь дёргаться, я тебя пристрелю, – она склонилась к самому уху, чтобы сын не услышал угроз, а командир не упустил возможность мазнуть губами по щеке. Кэр отстегнула одну руку и всучила в неё банан.
– Спасибо, маленькая.
– Не называй меня так. Эта палата последнее место, где я хотела бы сейчас быть.
– Но ты пришла, – он принял квадратик шоколада из маленьких пальчиков.
– Скажи спасибо своему новому и похоже единственному другу. Не знаю, что ты ему наговорил, но частым гостем он тут не будет, как и я. Не надейся.
– Папа разозлится. Ты ему не нравишься.
– У него есть причины и у твоей мамы тоже. Какой он, твой отец?
– Добрый, заботливый, забавный и ревнивый.
– Джо! Это было не обязательно говорить.
– Ты держишь его под контролем?– мимику было сложно разобрать из-за припухлости, но взгляд стал серьёзным.
– Тебя это волновать не должно. Я не доверяю тебе. Малыш, пять минут на исходе. Убедился, что с ним всё в порядке? Можем идти.
– Да. Я не могу обещать, что приду ещё раз, договаривались на один, но мы ведь друзья? – он поднял мизинец.
– Конечно, малыш. Со мной всё будет хорошо, – он сжал маленький мизинец своим.
– Подожди меня за дверью, ладно?– Кэр защелкнула руку в гематомах обратно в наручники. Он провел пальцами по тыльной стороне ладони. Джордж вышел и Кэр сощурилась, будто это поможет прочитать мысли в этой загадочной голове.
– Я не знал, что ты та самая сбежавшая вдова. Клянусь. А когда узнал, попытался скрыть архивные документы. Пошёл против своих и вот, что вышло.
– Рамлоу, я не верю ни единому твоему слову. Ты вёз нас всех на верную смерть в феврале.
– Тебя бы я не убил. У меня был план.
– Интересно послушать.
– Я оставил бы тебя в живых. Возможно Романофф тоже. Но она была бы для всех, а ты только моей.
– Ничего противне в жизни не слышала. Лучше умереть, чем так. Курить хочешь?
– Не представляешь как сильно, – он даже приподнялся, дергано облизал губы и проследил глазами за её ладонью, которая вынула пачку сигарет, – Маленькая моя, ты помнишь какие я люблю.
– Конечно,– Кэр хмыкнула и оставила их так далеко, чтобы он не мог дотянуться. На лице широкая улыбка,
– Плачь и смотри, мой командир.
– Сука! – он сдавленно расхохотался, позволяя ранам на губах разойтись.
Брукс вышла с высоко поднятым средним пальцем, надеясь только на то, что Джордж не услышал последний всплеск эмоций. Настроение поднялось до небес, так хорошо она почувствовала себя, пусть даже после такой простой шалости. Сын тоже доволен, значит день прошёл неплохо. Он всё думал что именно сказать отцу и пытался представить себе его реакцию. Уже на базе он забрал ровно половину пакетов, вторую взяла Кэр и удивилась, в очередной раз, сколько же в нем сил. Правда, как только они поднялись на уровень выше, абсолютно всё забрал Баки. Взгляд был извиняющийся.
