Текст книги "Сердце отваги измеряется численностью. Книга 5 (СИ)"

Автор книги: allig_eri

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

– Даже тех, кто может превратить своё тело в песок? – спросил я.

Он скривился. Отвёл взгляд. Промолчал.

Это и был ответ.

Со звоном разбилось первое окно. Осколки полетели во все стороны – я едва успел прикрыть лицо рукой. Поток песка и ветра ворвался в зал, как разъярённый вепрь, сбивающий людей с ног.

Кто-то из охраны у стен вскрикнул. Другой закашлялся.

В открытую дверь забежало ещё несколько человек с оружием наголо. Охрана Воробья занимала позиции.

Глава 8
Охота на ветер, часть I

Песок хрустел во рту, забился в нос, под веки. Я прищурился – бесполезно. Глаза слезились, ничего не видели. Пришлось закрыть их, полагаясь только на Ауру Наблюдения.

Проклятье! Это не так надёжно, как кажется! Её ведь можно обмануть!

Начали трещать другие стёкла. Лопались со звучным хрустом. Ветер ревел, как живой. Каменная кладка скрипела. Люстра над головой раскачивалась, звеня хрустальными подвесками.

Мои мухи снаружи едва держались – только благодаря укреплению Аурой. Но даже с ней их швыряло, как щепки. Ветер рвал крылья, песок резал хитин.

Вот она, мощь Хранителя…

Двери выбило с грохотом щепок, одна створка повисла на петле, другая пролетела половину зала, врезавшись в стену. Собравшиеся проводили её глазами, глухо матерясь.

Воробей встал в центр зала. Раскинул руки, словно дирижёр перед оркестром. Аура собралась вокруг него столь плотно, что стала заметна.

Не тёмная, вопреки обычному. Серебряная.

Видимо в этом и была причина прозвища.

Сука… красиво…

– Монсо Юман! – громко заявил он, и голос его пробился сквозь рёв бури. – Я не враг те…

В проломе ворот возник силуэт из потока песка. Казалось, он материализовался из ничего, прямо как я. Но я не был в этом уверен.

Высокий. Широкоплечий. В развевающемся плаще.

Он не стал дослушивать Воробья.

БАХ! Воздух лопнул, как натянутая кожа барабана.

Удар был настолько быстрым, что я едва уловил его. Почему-то даже Наблюдение будто бы смазалось, не уследило. Предвидение оказалось нечётким, запоздалым.

Кулак Юмана врезался в грудь Воробья – и хозяин поместья вылетел наружу, как пушечное ядро.

Тело пробило стену и охранника, стоявшего на пути. Хруст костей. Короткий, оборвавшийся крик.

Каменная кладка – толстые блоки известняка – рассыпалась в пыль. Деревянная балка треснула, повисла. Штукатурка дождём посыпалась на пол. Им вторила кровь. Может Воробья, может его стражника, а может их обоих.

Толика секунды и тишина, нарушаемая лишь воем песчаной бури.

Однако, я сделал выводы. Наверное именно поэтому успел среагировать, когда ощутил тоже самое – но уже направленное на самого себя.

Предвидение! – мозг выдал чистый, незамутнённый болью сигнал. Картина: моя грудь, развороченная в клочья.

Руки скрестились, наполнившись всей энергией Ауры, которая ещё у меня была.

Кулак Хранителя врезался в мой блок. Ух! Словно на полном скаку остановил быка! Не то чтобы у меня был опыт, но ощущения соответствовали!

Кости треснули – лучевые, локтевые, буквально все! Я услышал звук, будто на озере лопнул весенний лёд. Руки онемели, взорвались болью. Кровь брызнула из-под раздавленных ногтей. Я сжал зубы, пытаясь сохранить равновесие и не упасть.

Это было трудно. Меня отбросило на три метра, ноги беспомощно заскользили по мрамору. Перед глазами запрыгали яркие цветные вспышки.

Сознание будто затопило туманом. Организм орал, требуя мозг немедленно «выключить» его, но изо рта не вылетело ни звука.

Я сумел сдержать болезненный вопль, но это стоило многого.

– А вот и мальчишка, который выпил так много моей крови, – пророкотал Хранитель. – Думал, ты будешь постарше.

Кажется он сопоставил «мигание» Аурой и силы управления насекомыми. Не то чтобы это требовало запредельных усилий…

От боли и злости хотелось огрызнуться, приложить ублюдка матом, но вместо этого я спешно «обновил» травмы, стряхивая дохлых мух. Мгновение спустя мои руки стали идеально целыми.

Благодаря сокрытию, Юман не обратил на это внимания.

Надеюсь…

– И это вся засада? – огляделся Хранитель. – Где ваши воины с Аурой? Где Прóклятые с уникальными силами? Где алхимики и их клятые составы? Почему всё так… мелко и жалко?

Он сплюнул.

Вертрана, зашипев, атаковала с фланга. Меч сверкнул, отражая мутное сквозь пылевую тучу солнце, но поток песка, будто кнут, полоснул её по ногам, заставив упасть.

Не помогли и мухи, чей рой был безжалостно сметён в сторону, стёрт с лица земли, словно ничего не значащий мусор.

– А вот и пленница, – Хранитель бросил на неё короткий взгляд. – Остальные африды Гарпий тоже тут? Нет? Молчишь? Ничего, я выбью из тебя все тайны, прежде чем отдать Бернарду.

Защёлкали тетивы. Пять арбалетных болтов взмыли из разных углов зала. Наконечники блеснули в пыльном свете. Охранники стреляли почти одновременно – дисциплина и тренировка сыграли свою роль, даже несмотря на то, что их ослеплял песок.

Ветер и песок сбили все болты, будто пушинки. Кроме одного – того, который Юман перехватил рукой, взяв из воздуха, словно он не летел, а лежал там.

Бесконечно краткий миг Хранитель рассматривал наконечник, словно изучая знакомый состав алхимического яда, а потом стремительным ударом вонзил этот болт прямо в глаз проводника, напавшего на него сзади.

Раздался влажный хруст.

Незнакомец точно использовал технику Блаш – ускорился, как пушечное ядро! Его тело размылось, контуры дрогнули, как отражение в воде. Он превратился в смазанный след, пятно, пересекающее зал за долю секунды. Аура ускорила его до предела – мышцы, кости, нервы работали в десять раз быстрее.

Обычный человек даже не увидел бы движения. Только итог.

Хотел бы и я владеть этой техникой! Скорость в бою решает если не всё, то многое.

Вот только сейчас это не помогло. Юман оказался быстрее, а действовал заранее. Потемневший от Ауры Хранителя болт легко пересилил Защиту проводника, тут же обрывая чужую жизнь.

Тело мужчины по инерции пролетело ещё метр – и рухнуло. Забилось в конвульсиях.

– Твою-то мать, – тихо выдал я, отплёвываясь от песка.

Двое человек с Аурой мгновенно нашли свою смерть! Практически моментально! А ведь до этого держали треть всей преступности немалого по размерам города!

– Уже лучше, но всё ещё слишком слабо, – надменно бросил Юман.

И только я уже собрался использовать остатки всех своих сил – просто чтобы задержать ублюдка хоть на несколько секунд, как мелькнула вспышка.

Серебристый блеск прорезал бурю. Воробей – израненный, окровавленный – метнулся из дыры в стене. Шпага с тёмной рукояткой, тонкая и изящная, – под стать владельцу, – мелькнула в руке, рассекая воздух.

Я даже открыл глаза, позабыв про песок.

Тут же поплатился – песчинки впились в роговицу, как раскалённые иглы. Но увидеть успел.

Воробей двигался, как молния. Тоже техника Блаш, но доведённая до совершенства. Тело буквально размывалось, оставляя серебристый след Ауры.

Шпага вспыхнула, полоснула Хранителя, а потом вонзилась ему в предплечье, как игла.

Шанс!

Кровь Юмана ещё висела в воздух красными каплями, когда я выдохнул – и сотни усиленных Аурой «Пуль» ударили в него со всех сторон.

Единственное, что будто бы работало против этого монстра, но даже они не оказали заметного эффекта. Почти все оказались сбиты ещё на подлёте.

Потоки песка поднялись в воздух быстрее, чем мысль. Я резко отпрыгнул, уворачиваясь от песчаного шипа, выросшего прямо из расколотого мраморного пола.

Юман зарычал. Пара мух зацепила его, как и шпага ранее. Брызнула кровь. Немного, всего несколько капель. Жаль, что Воробей не отсёк ему руку! Впрочем, надеяться на это было бы наивно. Аура Защиты у Хранителя явно на совершенно ином уровне, нежели Атака у меня или Воробья.

Однако хозяин поместья всё равно сумел сделать рану. Заслуживает уважения.

– Ха, – улыбнулся я, когда Наблюдение показало, что рапира Воробья, кроме крови, имела следы какой-то зеленоватой дряни, медленно стекающей с лезвия.

Яд! Воробей отравил ублюдка!

Всего за пару секунд кожа вокруг раны Юмана потемнела. Его пальцы свело судорогой. Вены вздулись, почернели, расползлись от места укола, как корни.

– Сукин сын, – прошипел Хранитель, уставившись на Воробья злобным взглядом. Нет, просто «злобным» было мало. Это были глаза человека на последней стадии ярости! Человека, у которого ВСЁ сыпется из рук! Корабль, команда, пленники, а теперь ещё и собственная жизнь.

Небось думает: «Как же так? Отравлен каким-то трущобным отбросом!»

Впрочем, в этом и состоял наш план. Максимально разозлить его, заставив нестись вперёд, будто носорог. Уверен, если бы Юман подошёл к делу спокойно, основательно и без спешки, то не оказался бы в такой ситуации.

– Ты ворвался в мой дом, – прохрипел Воробей. Кровь текла из уголка его рта. Мужчина стоял перекошено, левая рука не отрывалась от бока. Переломаны рёбра? Похоже на то… Он дышал отрывисто, каждый вздох был похож на хрип. Под ним уже скопилась лужица тёмной крови.

Юман оскалился. Песок взорвался. Буря усилилась, закрутилась бешеным потоком, рёвом. Пол затрясло, стены заскрипели, смерч начал стачивать их, словно наждак.

– Время, – шепнул я Вертране в самое ухо, помогая ей встать. Девушка с трудом поднялась на ноги. Снаружи, кроме оглушительного рёва песка, уже слышались звуки столкновения команды Юмана и остатков охраны поместья.

Дело сделано. Бежать! Пока монстр отвлечён, пока яд точит его изнутри, пока Воробей, обречённый и яростный, покупает нам эти драгоценные секунды.

Живи, подонок. Дерись до последнего. Пусть Хранитель измотает силы. Пусть потратит энергию. Пусть ослабнет. Я не собираюсь встречаться с ним до момента, пока не окажусь прижатым к стенке!

Ха, а Воробей всё-таки оказался не промах! Я не ожидал, что он вообще хоть что-то сумеет противопоставить Юману!

– Стой! Тут купол! – схватила меня за руку Вертрана.

Выбежав из центрального зала, мы столкнулись с препятствием. Коридор превратился в жёлтый водоворот. Плотная песчаная стена, вращающаяся с чудовищной скоростью, как жернова. Не послушав, я ударил, используя Атаку. Бесполезно. Песок лишь на миг рассеялся, поглотив удар, и сомкнулся снова.

Голой силой пробивать такое явно не вариант… Во всяком случае с моими способностями. Юман явно усилил бурю Аурой. Сукин сын! Вот почему он не бросился догонять Вертрану, хотя явно уловил наш побег!

– Я видела эту технику раньше! Всё вокруг окружено песчаным барьером! Он отрезал нас! Запер изнутри!

Сердце ухнуло вниз.

– Мы предполагали это, помнишь? – голос мой прозвучал спокойнее, чем я себя чувствовал.

За спиной продолжали звучать звуки боя. Воробей… чёрт, совесть, почему ты кричишь, что мы обещали ему помощь, а теперь бросили на смерть? Он явно тут не цветочки выращивал! Подонок заслужил стать нашим щитом!

– Да… – её пальцы дрожали на эфесе. – Боги, я не хочу умирать!

– Это будет недолго.

Я вытащил бутылёк с ядом. Стекло холодное, а ладони скользкие от пота.

Фух, спокойно!

Вертрана поморщилась. Убрала меч в ножны. Вздохнула – долго, неспешно. Как перед прыжком в бездну.

– Позаботься обо мне, – криво улыбнулась она, выхватила пузырёк из моих рук, поднесла к губам, запрокинула голову, выпила.

И раздражённо выкинула пустую склянку, с тихим звоном разбив её об стену.

Я поймал её, когда она начала падать.

– Тц… – напоследок выдавила Вертрана. Глаза её помутнели. – Дурак…

Это ты, мать твою, к чему⁈

Однако спрашивать уже было поздно. Я слышал, как бешено билось её сердце. Бессмысленная попытка спасти ослабленный организм. Я знал, что если использовать Ауру, она бы протянула дольше. При некоторой удаче могла бы даже перетерпеть последствия, но…

Не сейчас.

Тук-тук, – билось сердце, слабея с каждым ударом. – Тук-тук…

Оно остановилось на втором десятке ударов. Тело обмякло в моих руках. Тяжёлое, безвольное. Голова откинулась назад. Глаза полуоткрыты – пустые.

Вертрана Каустиль умерла.

Из зала донёсся оглушительный рёв ярости.

– Ты убил её! – голос Юмана сотряс стены. – Ты убил мою пленницу!

Похоже Хранитель посчитал, что оказавшись «в ловушке», я решил убить Ведьму, чтобы она не досталась врагу.

Ха, а ведь если бы всё это не было частью плана, звучало бы логично!

Юману вторил писк Воробья – высокий, истошный. Похоже ублюдку недолго осталось.

Твою же мать!

Я сосредоточился. Телепортация с грузом – привычное дело. То, что минуту назад этот груз был живым человеком…

Ничего не значит.

Моё тело рассыпалось. Мухи взмыли – сотни, тысячи. Вертрана рассыпалась вместе со мной – каждая клетка её тела стала частью роя.

Импульс сознания метнулся в другое место. В кожевный цех, среди старых чанов, слишком огромных, чтобы их утащили, в вечную вонь дубильного раствора – туда, где ждали остальные.

Мух, оставшихся в поместье Воробья, я усилил остатками Ауры. Пусть помогут хозяину дома найти чуть более почётную смерть.

Хотя, скорее всего, не получится.

– Ух, – я собрал своё тело из нового роя. Мухи сливались, формируя кости, плоть и одежду. – Вияльди!

На руках, точно так же из насекомых, воссоздавалась Вертрана. Ещё тёплая, бледная, но совершенно мёртвая.

– Здесь, – проворчала знахарка, уже вытаскивая склянки. Пальцы её двигались быстро, уверенно. – Долго мертва?

– Меньше минуты, – я опустил девушку на пол. – Время для всех объектов, когда я обращаюсь в рой, застывает. Ты знаешь.

– Всякое может быть, проверить это нам до конца не удалось, – выдала она, вливая в рот девушке противоядие. Резкий запах трав ударил в нос. – Массаж сердца ей! Быстро!

Я рванул рубаху на Вертране. Ткань лопнула. Обнажилась упругая девичья грудь. Однако в данный момент мне не было ровным счётом никакого дела до её красоты.

Я нащупал правильную точку. Надавил.

Грудная клетка прогнулась под ладонями. К счастью, рёбра не хрустнули, потому что действовал я наверняка, а Ведьма в данный момент не в состоянии усилить себя Аурой.

Раз. Два. Три.

Раз. Два. Три.

Ну, давай!

Тина стояла рядом. Молчала, глядя на одну из своей афридской Семьи. Что-то ворчал Красноморд. Испуганно отсвечивал Себб.

Раз. Два. Три.

Ритм. Не сбиваться. Тридцать толчков в минуту.

– Может я тебя сменю? – неуверенно предложил Чешуя. – Я сердца заводил, ещё когда ты портки марал. Не в обиду, если что…

Я не обращал на них внимания.

Раз. Два. Три.

Боги, только не подведи…

На второй минуте девушка задышала. Резко, прерывисто.

Я не сдержал улыбки. Всегда приятно воскрешать, а не убивать.

– Это конец? – подошла Тина. Капитан команды Гарпий более-менее оклемалась и теперь выглядела получше, чем была, когда мы убегали с корабля Хранителя. – Всё закончилось?

– Не думаю, – вздохнул я. – Юман, конечно, посчитал, что Вертрана умерла, но… он также должен увидеть, что я телепортировался от него вместе с телом.

– Чтобы самому отдать труп Бернарду? – предположила Тина.

– Или так, или… – я криво улыбнулся. – В любом случае, ставлю на то, что он не успокоится. Нет, ублюдок продолжит нас преследовать.

– Мы ждали этого, – буркнул Леви Мос-Лир.

Ведьма поднялась на колени, медленно встала на пошатывающихся ногах. Порванная рубаха болталась, не скрывая её груди.

– Чтоб я ещё… хоть раз… – сплюнула она, затягивая тряпки. Себб смущённо протянул ей запасную рубаху, а потом и вовсе вышел из комнаты, когда девушка сбросила старую.

– Но именно для этого мы и приготовили бомбу, так? – оглядел я собравшихся на шум реанимации людей. – Дуфф не передумал?

– Хранитель убил Воробья? – прервала меня Крылатая. Женщина, казалась, не изменила позы, по-прежнему сидя за столом, с ногой на ногу.

– Я не был этому свидетелем, – признался я. – Когда мухи бросились на него, Воробей ещё был жив.

– Мне нравится как звучит «ещё был», – оскалилась она.

Поддерживаемый Себбом, в комнату зашёл Дуфф. Ага, значит не просто смущение, ещё и старосту привёл.

– Старик, – посмотрел я на него, – ты даже на миллиметр не оправился от ран.

– Вот именно, – буркнул он. – Поэтому взорву бомбу. Использую скрытность. Доберусь до него…

– Погибнешь.

– Может быть. Укреплю себя Аурой.

– Ты еле стоишь!

– Дай этот… сивулятор, чтоб я протянул хоть пять минут.

– Стимулятор, – поправила его Вияльди, но староста отмахнулся.

– Дуфф, это самоубийство, – не отступал я.

– Это будет красиво.

– Дуфф, чтоб тебя!

– А кто ещё? Кто⁈

Мне на плечо легла рука Тины.

– Он уже всё решил, Загрейн, – мудро сказала она. – Видишь ведь. Не порть последние моменты его жертвы.

Глава 9
Охота на ветер, часть II

Юман скоро обнаружит нас. Никто в здравом уме даже не думал ставить это под сомнение. Нет, надежды на иное были, но я не воспринимал их всерьёз. Так, минутка слабости, миг грёз.

Однако, пока что песчаный шторм продолжал бушевать вдали, на территории Серебряного Воробья. И никто не знал, что там. Мои насекомые внутри погибли, а направить новых не было никакой возможности. Не через этот чёртов песочный купол, которым он окружил площадь в несколько сотен метров!

Вообще, я думал попробовать направить мух под землёй, но для этого нужно или время – чтобы рой прокопался, – или Аура. А последней у меня оставалось очень мало.

Только чуть восстановится – сразу приходится тратить! Сука, мне не нравится, что последние дни живу на постоянном жалком огрызке сил, не успевая ощутить полный резерв!

– Тебе пора уходить, – сказал Мос-Лир, посмотрев на Вияльди. – Все остальные уже ушли.

Речь об обычных ностойцах. Мы посчитали, что им будет опасно находиться рядом с нами в такой момент.

– Тебе тоже, – строго посмотрела на него знахарка. – Раны…

– Я в порядке… – Леви, упрямый, как мул, собирался остаться и умереть.

Мягкий, почти нежный удар Красноморда, который треснул его по голове, заставил одноногого ветерана потерять сознание.

– Не одобряю, – проворчала Вияльди.

Красноморд лишь хмыкнул и пожал плечами.

– Чешуя, помоги ей, – приказала Тина. – Мы ждём тебя тут.

– Далеко тащить не буду, – сказал Чешуя, обратившись к знахарке. – Нет, мне не тяжело, просто времени много займёт. В смысле, мне надо вернуться. Ну, бой может случиться. Я, конечно, Аурой смотрю, но если не успею? Это… короче…

– Я поняла, боги, – Вияльди закатила глаза. – Тебе никто не говорил, что ты нудный?

– Нет, только то, что я урод. Кстати, а можно как-то алхимически исправить эту хрень?

– Твоё уродство?

Чешуя поднял Мос-Лира на плечо. Вияльди придерживала голову мужа, пока они шли к двери.

– Нет. То есть, да. Ну, у меня кожа облазит, видно, наверное?

– Угу… чуть-чуть, – жирно польстила она. – Это болезнь?

– Морской дьявол только и знает. У меня, как бы, не было возможности обратиться к именитым мастерам алхимического слова…

– Скорее ступки и пестика.

– Хоть пестика и тычинок, суть одна.

– Ты разбираешься в науке?

– Нахватался…

Они покинули помещение, оставив нас одних.

– Готовимся, – поднялся я на ноги. – Что с бомбой?

– Она есть, – улыбнулась Крылатая. – Не беспокойся, мальчик…

– Ни слова в этом же ключе, – поднял я палец, – серьёзно. Не говори так. Не сейчас. А лучше никогда.

– Хм… будешь должен.

– Должен? – я прищурился, шагнул к ней. – Ты понимаешь, о чём и кого просишь? В твоих глазах я выгляжу шутом? Несмышлёнышем?

Крылатая не сдала назад, усмехнулась, демонстративно потянулась, показывая, что ей плевать на мои слова.

– Ты – брат Ребиса, – сказала она. – Силён, но не сравнишься с ним. Здесь командует он.

В словах Крылатой прозвучало столько слепого фанатизма, что я поморщился.

– Ребиса здесь нет. Только я. И мне всё равно, о чём вы договорились. – Из-за воротника выползла муха. Ещё несколько пролетели рядом, собираясь в скрежещущий рой. – Запомни, Крылатая – рой голоден. И если ты окажешься на пути, то им будет плевать, союзник ты или враг.

– Рано, – прошипела она, – делишь власть!

– Загрейн, – проворчал Дуфф. – Не начинай. А ты, – посмотрел он на Крылатую, – закрой рот и не провоцируй его. Не сейчас. Закончим с Хранителем, хоть деритесь, хоть ебитесь. Уже насрать будет.

Я заметил кровь на его губах. В руках староста сжимал маленький флакон с чем-то тёмным. Чувствовалось мне, что эта дрянь погубит его вернее, чем все нынешние травмы.

Перед Дуффом, на столе, лежала кустарная наскоро изготовленная… «бомба». Назвать её как-то иначе было сложно. К тому же, в этом мире не существовало пороха или чего-то аналогичного. Если не считать, конечно, силы Запретных Плодов или каких-то особо замороченных приёмов Ауры.

Однако несколько алхимических компонентов, которые «нельзя соединять», давали вполне себе неплохой эффект. К ним добавили остатки подавителей и Чёрный Нектар.

Чёрный Нектар – сильнейшая наркота, которая пробивает даже пользователей Ауры. Одна из причин её запредельной цены. Ею вкидываются по-настоящему серьёзные ребята. Ну и разная мелочь, конечно, тоже, если надыбает денег.

И мы надеялись, что этого будет достаточно, чтобы пробило даже грёбаного Хранителя.

Как сложатся обстоятельства – большой вопрос, но хуже точно не будет. Нам.

– Как Форпон и Нильтас? – перевёл я тему, отведя взгляд от прищурившейся Крылатой.

– Херово, как ещё? – буркнул Дуфф. – Или думал, что я выдам нечто иное?

– Надеялся, – слабо улыбнулся я.

* * *

Поместье Серебряного Воробья, взгляд со стороны

Монсо Юман стоял над телом Воробья. Мужчина ещё дышал – хрипло, с кровавыми пузырями на губах. Песок отступил, обнажив изувеченное тело. От поместья остались руины. Немногие оставшиеся стены покрылись трещинами. Осколки стекла хрустели под ногами. Балки обрушились, придавив двух последних живых охранников.

– Я жду, – повторил Хранитель.

– Тот мальчишка… – прохрипел Воробей. – Он… общался с… девчонкой… Не враги… это точно…

Камбииз прищурился.

– Продолжай.

Воробей хлюпнул кровью. Что-то лопнуло у него в животе. Третий сын именитого купца, вставший на дорогу криминала, он пережил всех своих родственников во время начавшегося в городе хаоса. Он забрал деньги своей семьи, посмевшей отказаться от него. Он забрал их ресурсы и склады, талантливо изобразив перед торговыми партнёрами, что ничего не случилось, что работа идёт без каких-либо изменений.

О, Воробей, который даже мысленно называл самого себя этим старым прозвищем, уже планировал, как постепенно подчинит легальную сферу жизни Худроса.

Но всё было разрушено одним мгновением.

А вся вина на…

– Мальчишка… он врал мне… – продолжил теневой криминальный лидер. – Сказал… помощь в пути… Просил… задержать… Говорил…

– К делу, – рыкнул Юман.

– У него… был план.

Хранитель сжал пальцы. Песок, повинуясь его воле, хлынул вниз, обволакивая вскрикнувшего Воробья, проникая ему в рот, глаза и нос. И оставался там, пока содрогающееся тело не перестало дёргаться.

– Был план, – повторил Юман, а потом обернулся. Последние его люди: Барбас Зокли, штурман, и старпом Фернанд Мидкул, по прозвищу Панцирь, стояли у разбитой стены, ожидая приказа. Оба ранены. Панцирь весь в ожогах – кожа почернела, местами слезла, обнажая металлический блеск под ней. Мужик еле держался на ногах.

«Гибель „Сломанного ветра“ не прошла для него даром», – мимоходом заметил Юман.

Зокли выглядел лучше, но его обычно бесстрастное лицо исказила гримаса боли. Рука прижата к боку – там, где пять минут назад торчала рукоять смазанного ядом кинжала. Зокли, конечно, полил на него заживляющей алхимией, но яд не хотел сдаваться так просто.

«Вот и всё, что осталось от моей внушающей ужас команды, – подумал Хранитель. – Всё…»

– Капитан, – прошептал штурман, и голос, усиленный Запретным Плодом, разнёсся по залу, словно эхо. – Приказ?

Юман задумался.

«Мальчишка телепортировался. Забрал тело Ведьмы. Зачем забирать труп? Если она мертва – какой смысл? Отдать её Бернарду? Возможно. Но тогда почему не сбежал сразу? Почему остался в трущобах?»

Что-то не сходится.

Ещё и слова Воробья…

План. У него был какой-то план.

А значит…

«Это трюк».

За спиной обрушилась балка, подняв облако жёлтой пыли.

Юман закрыл глаза. На секунду едва не пошатнулся. Усталость прожигала изнутри, но он выпрямился, подавив её силой воли. Простой человек не смог бы стать Хранителем. Только особенный. Такой, как он.

Аура Наблюдения развернулась – волна невидимой силы, прокатившаяся по трущобам. Сотни, тысячи жизней мелькнули в сознании Юмана. Слабые искры. Бесполезный сброд.

«Должен быть… Он ослаблен… Толком не умеет использовать скрытность…»

Хранителю не пришло в голову, что если здесь была ловушка, то возможно «мальчишка» умел больше, чем демонстрировал. Впрочем, никто не может быть идеальным всегда. Монсо Юман был на грани. Неудачи преследовали его. Поимка Ведьмы и смерть всех, посмевших выступить против него – вот то, что ещё поддерживала его в строю.

Ненависть, помноженная на гордость.

И Хранитель нашёл искомое, отчего лицо исказилось в дерзкой ухмылке.

Старый кожевный цех. Полкилометра отсюда. Мальчишка с мухами. Вертрана Каустиль. Живая. Плюс другие пленники со «Сломанного ветра». Какие-то жалкие незнакомцы, часть ранены.

Глупцы. Думают, что сумели спастись⁈ Обманули его⁈ Нет уж!

Монсо Юман открыл глаза.

– Барбас. Панцирь. Собираемся.

– Капитан, – Панцирь кашлянул. Из горла вырвался металлический скрежет. – Мы…

– Трудности, – оборвал его Хранитель, повернувшись к ним. Песок клубился вокруг, послушный каждой мысли. – Это всего лишь зоны роста. Вы понимаете?

Панцирь и Зокли переглянулись.

– Каждая проблема, – продолжил Юман, шагая к выходу, – это возможность. Мы потеряли корабль? Возьмём новый, ещё лучше. Потеряли команду? Найдём сильнейших. Сдадим Ведьму Бернарду – получим столько золота, что купим целый флот.

Он остановился у двери. Обернулся.

– Вы – команда Хранителя. Моя команда. Мы всегда выходим из передряг. И становимся при этом лишь сильнее. А теперь идём!

Зокли кивнул. Прошептал что-то – и его голос, усиленный Запретным Плодом, громом пронёсся по улице:

– За капитаном.

Панцирь усмехнулся. Металлические зубы сверкнули в полумраке.

– Вот уж точно. И не из такого дерьма выбирались.

Оба африда заковыляли следом за Юманом.

* * *

– Он идёт, – выдохнул я, первым ощутив, что песочный купол изменился, смялся, а потом и вовсе исчез. И оттуда вышли фигуры, которые совершенно не скрывались – шли в нашем направлении, оставив за спиной руины и кучу трупов.

Единственное роскошное место в трущобах стало ничем не отличным от множества иных.

– Что же, – Вертрана огладила рукоять меча, – мы ожидали этого.

– Надеялись, – прохрипел Дуфф.

Я свернул Ауру Наблюдения. Сэкономлю энергию. Хоть чуть-чуть. В ближайшее время она будет мне ОЧЕНЬ нужна.

– Как скоро он здесь будет? – спросила Тина, выпрямившись и проверяя клинок за поясом. Красноморд криво усмехнулся, уставившись в сторону Хранителя. Тоже ощутил? Себб подпирал стену, скрестив руки на груди. Лицо бесстрастное, но излишне бледное. Крылатая убрала ножик, перематывая запястье быстро вытащенным бинтом, а потом глотнула какой-то лечебной алхимии.

– Через полчаса, вряд ли дольше, – размял я шею. – Последняя возможность сбежать, Дуфф.

– Смешно, – отмахнулся он, завладев бомбой.

Хрупкая штука. Не уверен, что эффект проявит себя в должной мере, но… под него всяко лучше не попадать.

Я посмотрел на старосту. Тот хмыкнул, заметив это.

– Я прожил достаточно, Загрейн. И жизнь моя была… интересной. Хорошей. Плохой. Даже в чём-то достойной. Своей. Я видел свободный Миизар. Видел порабощённый. Пора передать ход другим. Новому поколению.

– Всё так, старик, – кивнул Красноморд. – Ты заслужил это.

Тина положила руку ему на плечо.

– Спасибо, – коротко сказала она, но в этом слове чувствовалась сила.

– Сатор ушёл, я – считай тоже. Бедняга Леви. Придётся ему доживать срок за всех нас.

– С его молодой жёнушкой и ребёнком? Уверен, он позавидует вам, – выдавил я из себя кривую улыбку.

Проверив карманы, Дуфф на миг показал стимулятор – маленький пузырёк с тёмно-зелёной мутной жидкостью. То, что позволит ему какое-то время не быть ходячей развалиной, не обращать внимание на чудовищные травмы.

– Пойду, засяду где повыше, и буду сидеть в скрытности, – буркнул он. – Готовьтесь. И будьте настороже. Старайтесь не соваться близко к ублюдку, пока я не сделаю свой ход.

– Меня можешь игнорировать, Дуфф.

– Нет, Загрейн. Если подавители сработают хотя бы на одну десятую, тебе тоже придётся несладко.

– Тогда буду обстреливать ублюдка издали.

– Хорошая мысль, парень. И… – он замялся, потом мотнул головой. – Не держи зла на Вету. Она дура. Прости её. Помиритесь.

– Неужто передумал отдавать её Ребу? – приподнял я бровь.

Он хмыкнул, но промолчал.

Люди проверяли оружие, хлестали последние запасы алхимии, готовились к, возможно, последнему бою.

Забавно, что почти у каждого имелся на это резон. Бывшие пленники, жаждущие мести за смерть команды. Ностойцы, на которых напали ради денег, – грёбаного Чёрного Нектара! – вынудив защищаться.

Ведьма не желала попасть в руки дяди. Я – всё разом.

А ещё наставник… Сатор Отье. Он не заслужил смерти от рук какого-то жирного ублюдка!

Самое смешное – здесь даже нет вины Ребиса! На нас напали ДО того, как мы вообще хоть что-то успели предпринять против долбаного Хранителя!

Ха-ха, это действительно бред! В кое-то веки мы НИЧЕГО не начинали, никак не проявляли себя, не находились в процессе какого-то чёртова плана. Нет. Просто готовились к…

По камню заскребли песчинки. Окон здесь не было, ничто не могло им помешать попасть внутрь.

Мы дружно переглянулись.

– Может спустимся на первый этаж? – неуверенно предложил Себб.

– Чтобы потолок упал на голову? – проворчал Красноморд.

– Здесь есть шанс провалиться вниз, – хищно хмыкнула Крылатая.

Мухи, кружащие внутри и снаружи, передали мне то, чего не видела свёрнутая Аура Наблюдения: песчаная стена, поднимающаяся в небо. Высотой с трёхэтажный дом, она росла по кругу, окружая кожевный цех диаметром в пару сотен метров.

Купол без потолка, такой же, как над поместьем Воробья, только, пожалуй, чуть более широкий.

Как и ранее, песок вращался с чудовищной скоростью, создавая почти непроходимый барьер, не позволяющий кому-либо покинуть место предполагаемого боя.

– Боги… – глаза Тины широко распахнулись.

– Поздно молиться, – выдохнула Вертрана. – Теперь покинуть это место можно разве что умея летать или умерев, – покосилась она на меня.

– Бегство – не выход, – поводил я плечами. – Нельзя давать ублюдку время. Мы сделали максимум, чтобы в должной мере его ослабить. Пора нанести удар.

– На этот барьер он потратил много сил, – пробормотала Крылатая, прищурившись. – Сколько же их у него?..

– Против нас Хранитель, – глухо добавил Красноморд. – Как бы грустно не было это говорить, но у нас разные весовые категории.

– Это уж точно, – хмыкнул я. – Но шанс ведь есть, не так ли?

– Я всё-таки спущусь вниз, – дёрнулся Себб. – Ничего не могу с собой поделать, кажется, что это место рухнет от одного удара.

– Брат, – взглянул я на него, – будь осторожнее.