Текст книги "Моя маленькая мечтательница (СИ)"

Автор книги: Адриан Скотт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

Я обернулась назад, раздумывая, вернуться ли, или послушать его и попробовать как-то расслабиться.

Нет, определенно, я не смогу ни то, ни другое. Никогда не думала, что я буду такой слабачкой.

Я тогда могла спасти его от этого. Я была ближе всего. Чертов лед! Чертов Вик! Я чувствовала невероятную вину, хотя понимала, что если кто-то и виноват в его ранении, то только этот чокнутый. Но я не могла ничего с собой поделать, и Розалин бы сейчас спокойно сказала, что это всегда так.

Но я не могла иначе. Все нервы были на пределе, и я даже не знала, что мне делать дальше. Да, идти и рвать всем задницы на ринге, как я и обещала но... Внутри такая мешанина, что я не могу думать ни о чем другом, кроме как об этом.

– Проклятье. – как-то обреченно вырвалось у меня, все же когда я все же решилась зайти внутрь дома.

Может, послать все это к чертовой матери?

Моя жизнь никогда не была такой странной.

Сегодня, кажется, я впервые задумываюсь о том, что же будет дальше. В самом прямом смысле этих слов, и я задумываюсь не про определенные моменты, а обо всем вместе.

Эти чувства убивали. Я уже не понимаю совершенно ничего и это злит как никогда. Их, этих чувств, слишком много. Словно я– одно сплошное чувство, жалкий суррогат всего, что только может чувствовать человек.

Жалость. Ярость. Раздражение. Ненависть. Жажда крови, и... Страх? Он категорически не вписывался в эту буквально пышущую разрухой и Армагеддоном картину, но это так. Страх повлек за собой жалость. От этой жалости я почувствовала злость. От этой злости я начала раздражаться. Потом ненавидеть. И... желать крови. Мучений, насилия.

Я – странный человек, потому что только я могу так накрутить саму себя из-за собственных чувств. Только у меня может возникнуть такая цепочка чувств, превративших меня в бомбу замедленного действия.

Я до дрожи в коленях боюсь, что эта бомба вот-вот рванет. И никто не будет виноват в том, что я не выдержала, вот что самое противное.

Каждая секунда, проведенная мной в тишине дома выводит из себя. Это уже слишком, нет. Тишина убивала, и я специально громко закрыла парадную дверь, также громко бросив ключи на подставку для обуви.

Это слишком тихо. Это не та тишина, которую легко можно было разрушить громкой музыкой или собственным шумом. Это была неживая тишина, словно здесь никого, кроме меня и в помине не было. Терпеть не могу эту тишину. Я бы, возможно, даже согласилась на то, чтобы здесь прошла вечеринка какая-то, которую я никогда не устраивала чисто из принципа и здорового образа жизни. Главное, чтобы эта тишина перестала давить на плечи непосильным грузом.

Чувствую, как начинает болеть голова. Виски словно тисками сдавливает, от чего я морщусь, проходя в гостиную.

Школа отменяется, хотя, я даже и не собиралась туда идти потому, что собиралась просидеть весь деть у матери и близнецов. Даже все равно на то, что нам за такую выходку попадет от директора. Хотя, думаю, он уже итак все знает, ведь слухи в городке распространяются очень быстро.

Качаю головой, бросая рюкзак на диван и приземляюсь на него. Опять эта усталость. Ничего не хочу делать, но и просто так сидеть я не смогу из-за этих расшатавшихся нервов.

Подскакиваю, когда слышу резкий гул телефонного звонка. Неизвестный номер... Ответить? Хотя, я рада сейчас любой возможности услышать человеческий голос.

– Алло? – идея уже показалась мне плохой, но отступать уже некуда.

– Николь? Это миссис Брекст. – если я и удивилась, то на моем лице это уж точно никак не отразилось.

– Здравствуйте, миссис Брекст. – чувствую некоторое облегчение. Я действительно рада, что это была именно она, а не директор или еще кто-то.

– Я слышала о том, что случилось... Вы в порядке?

Часто моргаю, чуть растерявшись. Она действительно беспокоится? Такой теплый голос... У нее всегда был приятный мелодичный голос, как у соловья, а сейчас он стал еще красивее из-за этих теплых взволнованных ноток.

– Мы будем в порядке. Все обошлось малой кровью. – потираю переносицу, откидываясь на спинку дивана.

Действительно, обошлось малой кровью. Что бы было, если бы он прострелил ему не ногу, а грудь или живот? От своих же мыслей вздрагиваю, и после качаю головой. Хватит думать об этом, уже ничего не исправишь. Можно только отдать этому Вику должок.

– Хорошо, я понимаю. А как себя чувствуешь ТЫ? – чуть настойчивее говорит женщина.

Прикусываю губу. Сказать ей, что я чувствую себя раздавленной этой огромной скалой чувств? Не думаю, что ей стоит это знать, но... нет, я не могу ей сказать.

– Я в порядке. – говорю через чур быстро, чтобы это было правдой.

– Ох, Николь... Хорошо, как скажешь. – женщина вздыхает. Видимо, она не хочет давить. Немного теряюсь, когда слышу в ее голосе какое-то понимание.

– Право, не стоит беспокоиться. Просто нужно успокоиться, вот и все. – сама качаю головой на свои же слова. Успокоиться? Чтобы я сейчас успокоилась, мне нужна тонна успокоительного или же дать мне отделать этого парня по первое число.

– Успокоиться? Николь, я понимаю тебя, поэтому врать мне не стоит. – миссис Брекст вздохнула.– Я была в подобной ситуации, и уверенно скажу я тебе, что твое “успокоиться” не наступит быстро.

Опять же, теряюсь от этой откровенности. Это слишком неожиданно. Да и вообще, зачем она говорит мне это?

– Просто хочу сказать, что не стоит пытаться справиться с этим самой. – быстро говорит учитель. – У меня есть предложение.

Я уже чуть было не ляпнула “Эротическое?”, но вовремя сдержалась. И что она хочет предложить?

– И какое? – смотрю в потолок, будто там есть что-то очень интересное.

– Что на счет небольшой прогулки? Думаю, сидеть дома ты не хочешь.

Черт, сколько еще сюрпризов может преподнести эта удивительная женщина? Сейчас я даже несколько позавидовала миссис Ноллан. И я сейчас говорю не о том, что за сюрприз с Ноллан они подготовили там прямо на столе. Ухмылка против воли скользит по губам. Н-да, действительно, неожиданно.

– А вы идете одни? – осторожно спрашиваю, надеясь, что не столкнусь с “Птеродактилем” сегодня.

– Не совсем. Считай, что иду я и еще одна половинка. – говорит она, явно с улыбкой.

– Не подумайте неправильно, но я не хочу помереть в столь молодом возрасте. – все же фыркнула я, вспомнив, как угрожающе на меня тогда смотрела учитель литературы.

– Не беспокойся по поводу этого. Джейн уже остыла и даже кусать тебя не намерена. – теперь уже тихо смеется женщина.

– Это радует.

– Ну, так что? ты согласна? У меня сегодня выходной, и я полностью свободна до прихода Джейн. – она что-то быстро начинает записывать, судя по шуршанию бумаги.

– Ну... хорошо.

– Хорошо, тогда ждем тебя в нашем сквере у фонтана. Можешь идти прямо сейчас, и пока прогуляемся, можем придумать что-то для твоего вокала. – женщина говорит быстро. – Ждем тебя!

Гудки. Озадачено приподнимаю бровь. “Ждем”? Так, главное, чтобы Ноллан там не было, а то, действительно, как-то помереть от ее рук не хочется.

Удивительное отношение к миссис Брекст. Странно звучит, но я поняла, что они идеально подходят друг другу. Две противоположности, которые притягиваются словно магнитом. Или, как сказал бы Горластый, две перчатки на четыре унции одного размера.

Качаю головой. Ладно, нужно встать. Поднимаюсь, чуть потирая шею. Все-таки, стоит выпить аспирин, а то ведь не хотелось бы сорваться на миссис Брекст, мне потом будет стыдно смотреть ей в глаза. Во всем будет виновата моя не раз битая голова, да.

Отправляю Андрею сообщение о том, что пойду прогуляться, и забираю с собой рюкзак, попутно выкинув из него учебники. Может, после прогулки я приду в адекватное состояние и потом куплю что-то вкусненькое Роберту и маме. Пока являться к ним в таком состоянии опасно.

В больнице, конечно, где я просидела до восьми утра, я немного пришла в себя, но все же. Думаю, свежий морозный воздух сможет прочистить мне набитые всякой дурью мозги.

Крепко запираю за собой дверь, и глубоко вдыхаю морозный зимний воздух так, что аж в груди снова заболело. Отлично, рада, что хоть это чувство определенное и точное. Настоящее.

Быстро иду в наш сквер, чтобы встретиться там с миссис Брекст. Предложение прогуляться оказалось как нельзя кстати. Холод всегда отрезвлял и расслаблял меня. Это чувство показалось мне самым настоящим Эдемом во плоти. И легкий танец игривых снежинок завораживал...

Прекрасная картина. Прикрываю глаза, облокачиваясь поясницей о холодный мрамор фонтана. Это была центральная часть сквера, она представляла собой идеально ровный круг диаметром в пятнадцать метров, в самом центре был фонтан, который сейчас ремонтируют, а вокруг небольшая алея из сосновых деревьев, под которым были лавочки для желающих отдохнуть и просто насладиться видом. Сосны, особенно зимой, здесь пахнут просто замечательно.

– Тетя. – привычно теряюсь, услышав этот детский голосок снизу.

Опускаю взгляд, смотря на маленького мальчика, лет шести-семи, с густой копной рыжих волос и пронзительными голубыми глазами. Не знаю, почему, но этот взгляд напомнил мне взгляд Ноллан, серьезно вам говорю. Я присмотрелась повнимательнее, опустившись перед мальчиком на колени.

– Привет. – это растерянно-умилительное “тетя” из его уст звучало очень мило. Все-таки, дети-моя самая большая слабость.

– Привет. – нисколько не смутившись, ответил паренек. Широко улыбаюсь, просто не зная, как реагировать. Ко мне никогда дети не подходили, честное слово. – Давай знакомиться? Меня зовут Оливер.

– Приятно познакомиться, молодой человек. Меня зовут Николь. – пожимаю протянутую маленькую ручку, с удивлением чувствуя сильное пожатие.

– Вот и познакомились. – миссис Брекст, только что подошедшая сюда с широченной улыбкой на симпатичном лице, фыркнула. Мальчик с самым невинным выражением лица повернулся к матери.

Ну, теперь понятно, почему учитель музыки говорила “Мы”. С улыбкой встаю с колен, просто не в силах держать самую хмурую рожу, когда рядом эти два милых человека. Значит, Оливер– сын Ноллан и Брекст? Забавно, потому что он действительно словно копия этих двоих. Не ожидала такого, честное слово.

– Идем? Думаю, нам некуда торопиться. – миссис Брекст засунула руки в карманы черного пальто.

Оливер кивнул, пока я пожала плечами, зашагав за ними. Оливер забавно притоптывал с тихим умилительным сопением, когда он не мог сделать снежок из-за какого-то заботливо– неодобрительного взгляда миссис Брекст.

– Почему вы не разрешаете сделать ему снежок? – вдруг спрашиваю я. Ребенок с огоньком в глазах смотрит на меня. Он надеется, что я смогу переубедить его мать? Нет, серьезно вам говорю, против этого взгляда Кота из Шрека устоять невозможно.

– Оливер может заболеть. – женщина умилительно хмурится, видя, как мальчик исподтишка пытается слепить снежок, а после с хулиганистой улыбкой прячет руки за спину.

– Ну, не сию же минуту. – я фыркнула. Нееет, я на этот раз буду на стороне ребенка. Разве так можно-запретить ребенку поиграть в снежки? Тем более, с нашим климатом в штате это удается редко.

– Правда. Мааам, ну пожалуйста! – мальчик присоединился ко мне.

Теперь, на нее мы смотрим одинаково умилительно, наверное, потому что строгое выражение лица учителя тает на глазах. Ну да, как же можно сопротивляться моему обаянию?

– Ладно, черт с вами. – в конце концов буркнула женщина, и мальчик с разбегу обнял мать. – Учти, заболеете-лечить будешь.

– Конечно.

Мальчик отстраняется и бежит слепить этот снежок. Сколько радости во взгляде! Хотя, что еще ребенку надо?

Я решила пока остаться в сторонке. С улыбкой наблюдаю за ребенком, от чего я не заметила, что этот самый снежок полетел в меня. Отплевываюсь от снега, слыша, как весело посмеивается мальчик и как тихо хихикает его мать, пытаясь не сильно обидеть.

– Ах так, да? – делаю возмущенное лицо, что не сильно-то и выходит из-за улыбки. Мгновенно леплю небольшой снежок. – Вы напросились, молодой человек.

Легонечко бросаю его в ответ, попав куда-то в живот. Он смеется сильнее, бросая уже в меня еще один слепленный снаряд.

Мельком смотрю на миссис Брекст, коварно ухмыльнувшись. Конечно, бросаться в учителя снегом– не самая лучшая идея, но кто же меня сейчас держит?! Снежок, которым я хотела контратаковать паренька, полетел точно в учителя.

Женщина в некотором шоке посмотрела на меня, от чего Оливер тоже присоединился ко мне.

– Ну давай с нами! – я уже не могла устоять против этих умоляющих и веселых глаз. Неожиданно она подхватывает тот самый снежок, который только чудом не разломался от столкновения. и бросает в меня. Опять в лоб!

– Ха, прямой наводкой! – она уже открыто смеется. Оливер мигом оказался возле матери, решив помочь ей забросать меня снегом!

Едва успеваю увернуться от снежка, падая на снег. Нееет, так дело не пойдет!

Скоро наша небольшая снежная перестрелка переросла в баталию. К нам присоединилось еще несколько детей и пара собак, которых выгуливали здесь хозяева. И если последние не особо мешали, то вот эти дети словно ополчились на меня!

– Эй, семеро на одного – это не честно! – смеюсь я, пока меня буквально забрасывают снежками.

На эту войнушку уже много человек собралось посмотреть. В большинстве– это родители детей, который сейчас беспощадно забрасывают меня! Не подумала, что я так устану от этой долгой и веселой игры, но я просто из-за упрямства продолжала играть.

Огромный золотистый ретривер сзади подбивает лапами меня под колени, от чего я падаю на снег, а после подбегает вторая собака, усилено пытаясь слизать мне все лицо. Дети тоже падают в снег, делая ангелочков или дурачась.

– Ой, все! – едва уворачиваюсь от этой веселой морды, которая так сильно пытается лишить меня лица. Сталкиваю с себя эту тушку, после присаживаясь на колени и с удовольствием почесывая это наглое слюнявое животное за ушами. – Хороший мальчик!

– Ладно, это было весело. – все еще тихо посмеивается миссис Брекст. Кстати, а я ведь так и не узнала ее имени.... Странное чувство. Вроде бы уже и отношения не напоминают учитель-ученик, ног и друзьями нас не назовешь в широком смысле слова. – Амели.

– Что? – я сначала не поняла, зачем она это сказала.

– Меня зовут Амели. – улыбаясь, говорит женщина. Я киваю, вставая на ноги. Ретривер возмутился утерянному вниманию, поэтому снова усилено начал пытаться повалить меня. – Мы будем больше времени проводить еще за занятиями. думаю, постоянно называть меня “миссис Брекст” будет неудобно.

– Эм... хорошо. – чуть хмурюсь я, пытаясь как-то утихомирить эту любвеобильную животину. – Да чтобы тебя!

Так я взывала тогда, когда меня снова повалили в снег. Честно, я себе уже весь зад отморозила, валяясь в снегу.

– Ты ему нравишься! – Оливер падает в сугроб рядом, с удовольствием даря внимание псу, который только рад такому исходу событий.

– Парень, я думаю, тебе действительно пока хватит. – качаю головой, вставая на ноги.

Краем глаза замечаю нашу местную музыкальную группу, в которой состоял Роберт в качестве солиста. Парни талантливы, и хоть парочка из них те еще засранцы, но они все нормальные ребята. Я даже с ними гуляла пару раз всем составом, но ничего более. Хотя, думаю, для моей задумки мне понадобится их помощь.

– Хэй, Николь. – высокий парень из их свиты подходит ком не. Ричард, кажется, его зовут. Приветливо улыбаюсь ему. Сейчас я спокойна. Бомба обезврежена, и бояться теперь нечего.

– Привет.

– Мы навещали Роба. Ты в порядке? – он хмурит свои широкие брови.

– Да, пара синяков, ничего более. – я отмахиваюсь. В больнице я осмотрелась, и действительно, там были только ушибы, ничего серьезного.

– Если хочешь, можешь попробовать спеть вместе с ними. – вдруг говорит Амели. Амели... непривычно так называть ее, но мне нравится.

– Серьезно? – приподнимаю брови, отряхиваясь от снега.

– Вполне. Ты же хочешь попрактиковаться? Ребят, вы же здесь сейчас играть будете? – Амели, видимо, решила все взять в свои руки.

– Хотели, но Роберта же нет, так что....Придется отложить. А что, есть предложения? – Ричард приподнимает брови. С его пугающе-мрачным лицом это выглядит забавно.

– Да. Эм.. я вроде как учусь петь, и тем более, я хотела попросить вас помочь с этим. Объясню все потом. – теперь уже говорю я. Если Ричард и удивился, то ничего не сказал.

– А почему бы и нет? Если ты начнешь лажать, я прикрою. – он подмигивает.

Склоняю голову на бок, встречая заинтересованные взгляды прохожих и ребят из группы. Прямо здесь? Ладно, все равно же мне придется на концерте выступать, так что, придется привыкать. Тем более, я воспользовалась советом Амели и тренировалась. думаю, все звучит намного лучше, чем я думаю.

– Окей. Пошли.

Мы идем к одной из лавочек, где парни уже разложили инструменты. На улице было холодновато, от чего я чуть потерла ладони и взяла гитару. Раз уж я за Роберта, то нужно будет что-то сыграть. Тем более, что Роберт уже заставил меня наизусть выучить аккорды и потом. пока вечером никого не было дома., я взяла черновики Роба и слова песен группы, начиная разыгрывать. Безумно рада, что смогла научиться играть хоть что-то, хотя первое время кончики пальцев жутко болели от жестких струн.

Возможно, в процессе у меня появится еще и какая-то идея для музыкального сопровождения. Текст песни уже почти готов, осталось дать Робу на редактирование, хотя, как мне кажется, там просто набор слов.

Ричард кратко обрисовал ситуацию, и после мы все устроились вокруг. Кто-то на своем стульчике, кто-то на лавочке. Нас было шесть человек вместе со мной. Ударник, его, кажется, зовут Зак, легко набивал ритм на кахоне, готовясь.

– Итак, с чем же устроить твой дебют?! – Риччи задумался. Разумеется, так его называли про себя, потому что я действительно склонностью к суициду не обладала.

– Что на счет Джеймса Артура? – я складываю руки на деке гитары. Без Роба в их обществе было немного непривычно.

Парни ответили одобрительным гулом. Зак легко начал набивать ритм песни, проверяя, точно ли ту будет играть и кивнул нам. Глубоко вдыхаю морозный воздух, уже ничуть не волнуясь, словно я на своем месте.

I remember years ago

Someone told me I should take

Caution when it comes to love

I did *...

Нисколько не напрягаюсь, гулко запевая. Глубокий баритон Ричарда прекрасно дополняет, но со временем он стихает и почти сходит на “нет”, чего я даже не заметила, просто растворяясь в процессе. Я помню слова песни наизусть, поэтому прикрываю глаза, вступая второй партией гитары. Мягкий бой гитарных струн дополняет незамысловатый перебор...

And now when all is done

There is nothing to say

You have gone and so effortlessly

You have won

You can go ahead tell them…

Ты выиграла... Да, Вейверли, ты победила! Даже спустя столько времени я не перестаю о тебе думать, хотя зарекалась после Джиллиан влюбляться в кого-либо...

...Thinking all you need is there

Building faith on love and words

Empty promises will wear

I know, I know…

Все еще верю в любовь и обещания... И для меня все также остаются здесь.... Чувствую предательский ком в горле... Черт, не ожидала, что такое произойдет... голос отдает легкой хрипотцой, но не позволяю сбиться, просто погрузившись в саму себя... свои чувства... Показывай песней свои чувства...

Tell them all I know now

Shout it from the roof tops

Write it on the sky line

All we had is gone now….

Повышаю голос, почти срывая его. Перед глазами все еще стоит образ Вейверли....

Impossible, impossible

Impossible, impossible…

Да, невозможное! Хочу совершить невозможное– завоевать твое сердце... да и хрен с ней, с этой песней, я могла бы тебе сказать и так, прямо и без увиливания... Лишь бы видеть тебя.

I remember years ago

Someone told me I should take

Caution when it comes to love

I did…

Заканчиваю на тихой ноте, после останавливая гитарный бой. Парни тихо присвистнули, словно хваля. Смотрю на учителя, приподняв брови. Чувствую себя... Освобожденной, да. Действительно, это словно помогло освободиться.

– Знаешь, лисица, а Роб, оказывается, скрывает от нас такое сокровище. – вдруг хрипло рассмеялся Ричард. В его глазах были.. Слезы. Я не верила своим глазам, но его эта песня, судя по всему, задела.

– Это было потрясающе. Думаю, теперь уже можно приступить к твоей песне. – Амели улыбается.

Я только усмехнулась в ответ. Да, можно начать. Главное– чтобы я потом не пожалела об этом.

POV Вейверли

Интересно, когда мы с Николь перестанем встречаться в самых странных обстоятельствах?

На этот раз мы с Николь встретились на границе городка. Что она тут делает я не понимаю. да и что я сама тут делаю, я не знаю. Просто захотелось после всего произошедшего прогуляться. Мы навестили Роберта, который буквально приказал нам идти домой отдохнуть, и, самое странное, что мы послушались его. Серьезно, даже не знаю, как он так делает, но мы просто не можем его ослушаться.

Но я даже рада. Сказав матери с сестрам, что я пойду прогуляться, я встретила сопротивление. Конечно, после произошедшего, они меня отпускать одну никуда не собирались, но я каким-то образом убедила их.

И вот, мы с Николь снова столкнулись. В буквальном смысле слова.

И я даже не знаю, что сказать. После произошедшего я ощущаю благодарность и некий благоговейный страх перед ней. Наверное, только благодаря ей и Роберту мы не пострадали. Даже не знаю, что бы случилось, если бы не они. И я даже не знаю, как отблагодарить.

– Привет. – Николь, все же, начинает первая.

– Привет. – замечаю, что она не в плохом настроении сейчас. Видимо, она еще навестила мать и Роберта, который медленно, но верно идет на поправку– этот упрямец уже прошелся по палате на костылях.

Снова молчание. Неловкое. Чувствую себя так, словно я в чем-то виновата.

– Как ты себя чувствуешь? – мне хотелось стукнуть себя после того, как этот вопрос вылетел из моих уст быстрее, чем я успела подумать.

Как она должна себя чувствовать, Вейверли? После того, как ее брата едва не убили? Причем, частично по моей вине? Но она не подавала никаких признаков агрессии или злости. что меня радовало. Я искренне надеюсь, что произошедшее не испортит эти и без того неоднозначные отношения между нами...

А вообще, если ли между нами хотя бы дружеские отношения...? Думаю, да. Потому что я ее понимаю, как саму себя, пусть и иногда язык у меня работает быстрее мозга.

– Нормально. А ты? Думаю, это мне у тебя спрашивать нужно.

Чуть вздрагиваю от того, насколько близко ее голос прозвучал от меня. Она подошла ближе? Хотя да, разговаривать на расстоянии почти двух метров друг от друга как-то неудобно. Мурашки пробежались у меня по коже, когда я обернулась, сталкиваясь с ней взглядами.

Господи, это вообще нормально– иметь такой вот теплый и одновременно отстраненный взгляд? О чем же ты думаешь, Николь?

– Все нормально. Я больше испугалась, вот и все. Спасибо.

– Не за что.

Снова это неловкое молчание. Не за что, да? Я бы так не сказала. Но, судя по всему, она говорить на эту тему не хочет, да и я тоже.

Смотрим друг на друга. Молча. Ее взгляд пронзает насквозь, словно она и без слов видит, что же я чувствую и какое смятение внутри меня сейчас. Этот взгляд будоражил каждую клеточку моего тела. Есть ли кто-то еще, кто сможет вот так вот меня прочитать, как раскрытую книгу? Уверена, что даже при моем сильнейшем желании это не выйдет.

– Хочешь прогуляться? – вдруг предлагает она.

Неожиданно. Хотя, смогу ли я когда-то предугадать, что она может предложить дальше? Становится страшно от того, что я просто ожидаю ее предложений. Просто ожидаю того момента, когда смогу слышать ее голос. Кстати, он стал как-то... мягче, что ли. Понятия не имею, на самом деле, но я уже от голоса как-то терялась и ... смущалась?

Определенно, смущалась, потому что я чувствовала, как кровь стремительно приливает к щекам.

– Почему бы и нет? – чуть робко улыбаюсь. Не знаю, как себя вести с ней. До сих пор не могу понять.

– Ты же рисовать хотела пойти? – Николь идет вперед, дальше, за черту города. Никогда так далеко не ходила, если честно. Но я ей, почему-то, доверяю. Киваю, не понимая, как она поняла это. – Думаю, есть одно место, которое тебе однозначно может понравиться.

Я молча иду за ней, боясь с каким-то странным желанием сказать что-то игривое. А, собственно, почему я сдерживаюсь? Я отчетливо понимаю, что хотела бы чего-то большего.

– Ты все-таки решила меня украсть? – определенно, это похоже на флирт.

Николь на секунду прищурилась, словно оценивая то, что я сказал, а после отвернулась. Нееет, я заметила твою ухмылку!

– Конечно. Заберу в берлогу и не отпущу до тех пор, пока не выйдешь за меня! – совершенно серьезно выдает девушка. Я чуть усмехнулась, почувствовав, как в груди потеплело. Черт вас подери, я хотела этого! Серьезно вам говорю! Вот что же ты со мной делаешь, Николь? Я уже с ума начинаю сходить! – Пригнись.

Покорно наклоняюсь под ветками ели, густо усеянных зелеными длинными иглами, не особо смотря по сторонам. Я уже могла представить себе это место. Примерно : наверняка здесь есть река или небольшое озеро, ведь я слышу журчание воды ; ели, ну это итак понятно. И еще... горы? Я подняла глаза вверх, действительно увидев гору. Мы спустились по некрутому склону вниз, и тогда я в изумлении остановилась.

Никогда не видела места красивее. Здесь действительно была река. на противоположном берегу, полностью засыпанном снегом, я увидела целый ельник, которые пестрил самыми разнообразными оттенками зеленого, а гора словно закрывала эту красоту от чужих жадных взглядов...

– Вижу, что тебе нравится. – Николь, судя по голосу, улыбалась. Я сама не поняла, как, но мои губы уже давно были растянуты в широкой улыбке. Понравилось?! Да я просто без ума от этого! Когда она нашла это замечательное место?

– Здесь прекрасно.

Сразу захотелось перенести это все на бумагу. Хотя, я понимала, что настоящую красоту этого места передать нельзя. Снимаю рюкзак со спины, быстро находя поваленное дерево, которое нисколько не портило картину.

– Уже творить? Я думала, ты будешь сопротивляться похищению. – Николь фыркнула, присаживаясь рядом.

Я улыбнулась шире, скользнув по девушке взглядом. Одетая в черные джинсы, теплую кожаную куртку, расстегнутую у шеи, под которой была такая же черная толстовка, она выглядела очаровательно. И да, сопротивляться ей, этому ходячему кусочку обаяния? Я поняла, что я уж точно бы не смогла.

Стоп. Кусочек обаяния? Ладно, это точная ее характеристика, и я теперь поняла, почему половина девчонок в школе сходит по ней с ума. Я уже присоединилась к их команде. Интересно, а они членские карточки выдают?

– Тебе скучно не будет? – я достала альбом, чтобы сделать набросок.

– Ну... нужно же мне сторожить свою жертву. – она спокойно пожала плечами.

От ее улыбки сердце словно споткнулось, забившись сильнее. И тогда я поняла. Ты влюбилась, Вейверли Эрп, и отрицать это бесполезно.

Но самое страшное было в том, что я не собиралась отрицать это.

Однако, понимаю, что если не скажу ей кое-что, то не смогу сконцентрироваться на чем-то другом. Я хотела попросить ее об этом еще в больнице, когда посещала Роберта, но он сказал, что отослал ее домой. Поэтому, лучше ведь сейчас, да? Хотя, признаюсь, мне не хотелось нагнетать эту легкую атмосферу между нами.

– Николь? – осторожно поворачиваюсь к ней.

Девушка повернулась ко мне, приподняв бровь в немом вопросе. Черт! Да даже этот жест очарователен в ее исполнении, хотя я терпеть не могла, когда Чемпион так делал! Пытаюсь не потерять ход своих мыслей, поэтому не смотрю ей в глаза, точно зная, что тогда я вообще сказать ничего не смогу.

– На счет этого турнира... – я чуть замялась. – Роберт сказал, что ты будешь участвовать.

– Да. И там будет этот урод. И что дальше? – девушка взбрыкнула. Видимо, не стоило начинать говорить об этом.

– Я просто хочу попросить....

Почему я так мнусь? Меня немного пугает этот ее агрессивный взгляд. и я искренне рада, что причиной этой агрессии являюсь не я. Я уже заранее сочувствую тому человеку, который будет у нее на пути, когда она в таком состоянии. Пытаюсь смягчить ее, и накрываю ее ладонь своей. Такая горячая кожа...

Чувствую странный туман, который затмевает все мои мысли. Так, черт возьми, хватит тут расплываться счастливой лужицей! Хотя то, что Николь абсолютно не против прикосновений, радовало.

–...попросить тебя не сходить там с ума. – тихо договорила я. Николь посмотрела мне прямо в глаза, от чего я вообще как-то потерялась. Такой странный взгляд... Что-то в нем проскользнуло, но я не смогла понять.

– Я постараюсь, но ничего обещать не могу.

Ее рука накрывает мою, которой я сжала ее ладонь. Одновременно и страшно и хорошо от того, что она не сводит с меня глаз. Я невольно скользнула взглядом по ее щеке, действительно заметив шрам, который шел параллельно линии челюсти и второй– который пересекает висок, переходя на бровь.

Хотелось прикоснуться. Губами. От этой мысли все внутри как-то задрожало словно в предвкушении.

Чуть нервно улыбнувшись, я высвободила ладонь из ее хватки. Видит Бог, мне очень не хотелось этого делать. И, только когда Николь провела меня до дома где-то в часов пять вечера, я поняла, что мне стоило быть смелее. Потому что теперь я поняла, почему же Николь так себя ведет.

Я влюблена. По уши влюблена в человека, который чувствует тоже самое. Но сказать ей я так и не смогла.

Комментарий к Твоим теплом согрета *James Arthur – Impossible. Еще одна волшебная песня, которую стоит послушать)

====== Сожми кулак и бей!-2 ======

Комментарий к Сожми кулак и бей!-2 Выкладываю в спешке, поэтому возможна куча ошибок) Надеюсь, они не испортят общего впечатления от главы

Не дай себе упасть, сожми кулак и бей,

Смотри, власть скалит пасть

Она боится нас, и это значит – мы сильней!

Головная боль была просто невыносима.

Я могла бы выпить аспирин, чтобы избавиться от нее, но самая пакость была в том, что после любых таблеток я чувствую себя как пришибленная. Овощ. А перед боем это явно не выход. Все-таки, когда я поскользнулась в тот день, когда Роба подстрелили, я ударилась головой. Вот только когда? Я тогда не особо-то и соображала... А хотя, не все ли равно?

Уже, наверное, в десятый раз медленно наматываю на кисти бинты, чтобы после надеть поверх них перчатки... И зачем я приперлась сюда так рано? Могла бы спокойно посидеть дома и выйти за десять минут до начала. А сейчас мне нужно еще полчаса морочиться тем, как же мне себя занять.

Невыносимое чувство. Скучно. Хотя внутри все медленно, но верно начинает дрожать в предвкушении и страхе. уверена, меня даже снаружи колотит. И что мне с этим делать?

Подскакиваю с места, понимая, что если не займу себя чем-нибудь, то вообще доведу себя до такой горячки, что колени будут дрожать невыносимо. Как-будто в первый раз, честное слово! Словно мне снова десять лет и я впервые должна зайти в эту “клетку”. Тогда Горластый не так сильно кричал, но после... я поняла, что его ор на меня действует отрезвляюще. Как тот же холод. вот только слишком громкий.