Текст книги "Моя маленькая мечтательница (СИ)"

Автор книги: Адриан Скотт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Leave me out with the waste

This is not what I do…

Мягкая мелодия рояля, чарующий голос мужчины расслаблял. Прикрываю глаза, пытаясь хоть как-то заснуть. “Мастер и Маргарита”, которым я коротала время до этого момента, давно лежал прочитанный на тумбочке, но сон все равно не шел ко мне.

Ладони до сих пор горели от соприкосновения с кожей Вейверли, хотя прошло уже достаточно времени. Я не могла просто так выбросить это ощущение мягкой кожи под своими ладонями, словно это было какой-то ненужной вещью. Опять же, снова начинаю мечтать. Как всегда о ней. Это стало дурной привычкой, не дающей спать до самого утра.

Это игра с собственными чувствами. Я прекрасно знаю, что быть с Вейверли сейчас не смогу, но все равно извожу саму себя этими мечтами. Очень болезненными мечтами.

Часы показывали уже два часа ночи, а я до сих пор не могу заснуть.

Интересно, когда Бог создавал человека, он думал о том, что он может испытывать чувства к другому человеку? Уверена, что да, ведь если бы не думал, то он бы не придумал такую вещь, как безответная любовь. Худшее наказание для влюбленного человека и его самая сильная боль.

Оригинальнее наказания, наверное, никогда не придумают.

Черт, почему меня так тянет подумать об этом?

It’s the wrong kind of place

To be thinking of you….

Подползаю к изголовью кровати, вздыхая. Черт, даже песня надо мной издевается, словно читая мои мысли.

Роберт, храпящий рядом нисколько не спасал от неуместных и немного пошловатых мыслей, ставших несколько привычными. Выгонять его из комнаты я не стала, ведь его присутствие просто отгоняло эти мысли о Вейверли как можно дальше.

А сейчас... я не знаю, что сказать. Что делать с этими чувствами. Если раньше я могла о них просто молчать, то теперь, наверное, она попробует подружиться. Я бы с радостью, если бы не эти мешающие мне чувства.

С рыком достаю ноутбук, чуть зажмурившись от яркого света экрана. Так, нужно отвлечься.

Как бы парадоксально это ни было, именно Вейверли всегда могла отвлечь от мыслей о ней же. Я просто засматривалась на нее и все. Привычно набираю пароль от страницы в Твитере, сразу же переходя на страницу Вейверли. Была всего одна новая запись, так заманивающая своим заголовком : Задай вопрос, не бойся!”

Игриво подмигивающий смайлик к конце нисколько не расслабил меня. Перехожу на ссылку вопросника Spring.me, где теперь была зарегистрирована Вейверли.

Профиль был создан только сегодня днем, а его страница уже была завалена вопросами от поклонников. Быстро пролистываю страницу до самого низа, нисколько не удивившись тому, сколько же людей желает пообщаться с ней.

Вейверли Эрп была самым светлым человеком, которого я когда-либо встречала. и не удивительно, что люди к ней тянутся.

Руки так и чесались самой написать какой-то вопрос. Но я тут же отдернула себя. Это же обман.

Ну, не такой уж и обман, там многие вопросы были присланы анонимно, но я не могла так. Выдавать себя за кого-то другого я никогда не умела. И обманывать никого не хотелось, хотя по сути это и обманом-то и не было.

Почему-то в голову пришла мысль о том, что наверняка на моих плечах сейчас сидят Ангел и Демон. И если раньше они пытались переманить меня на сторону Добра или Зла, то сейчас они словно сговорились и в голове так настойчиво билось : “Напиши ей! Никто тебя не убьет за то, что ты интересуешься ей!”

Глубоко вдыхаю. Так, пора завязывать с этим. Серьезно, а то я уже о Демонах и Ангелах думаю.

It’s a small crime

And I’ve got no excuse…

Блядь, да вы издеваетесь!!! Выдергиваю наушники из ушей, раздраженно рыча. Как некстати вспомнились слова Иешуа из “Мастера”: “Трусость– один из самый страшных человеческих пороков...”

Чуть сжимаю кулаки. Хотя, что там отрицать– я действительно боюсь.

Но... ведь кто узнает? Насколько я знаю, тут анонимные сообщение действительно анонимны и Вейверли никоим образом не узнает, кто ее спросил, если пользователь не зарегистрирован. Мысль написать соблазняла все сильнее и сильнее. Ведь если она попробует, ничего не случится?

Архг, к черту! Серьезно, к черту все это!

Быстро печатаю первый же же вопрос, который пришел мне в голову : ” Меня всегда поражало то, как ты изумительно передаешь реалистичность картины. Как ты смогла добиться подобного?”

Отправляю, чтобы не удалить текст сразу же и сразу же тихо захлопываю ноутбук. Это мое маленькое преступление, о котором никто не узнает. Лучше уж попробовать и потом жалеть, чем не попробовать вообще. С такой мыслью я быстро заснула.

====== Cyclone ======

Впервые в своей жизни я боялась пересечь порог школы. И я заявляю вам со всей серьезностью, что я бы с удовольствием прогуляла школу, если бы не контрольная, которая, как на зло, была на последнем уроке.

А если бы я приперлась только на контрольную, то возникли бы вопросы. Возникли бы вопросы– вызвали бы маму в школу. А этого не нужно, особенно учитывая то, что она всегда может придумать невесть что вплоть до того, что меня похитили суслики, жрущие людей и читающие Плейбой.

Поэтому я несколько боязно прохаживаюсь по непривычно пустынным коридорам, не зная, чем себя занять.

И зачем, спрашивается в задаче, я пришла так рано? Роберт уже куда-то ускакал, вот и теперь не знаю, что делать. И даже книгу не взяла.

Со вздохом сажусь да свою парту, доставая из рюкзака телефон. Никогда не понимала, почему мои одноклассники почти все время пялятся в них, но делать больше нечего. Быстро подключаюсь к школьному вай-фаю, и захожу на свою страницу. Я только мельком помню о том, что же написала в том вопроснике.

Было жутковато. Я понятия не имела, ответит ли она, или нет. Вполне возможно, что она могла просто не заметить его. В этом я убедилась довольно таки быстро, бегло пробежавшись по предыдущим вопросам, где почти половина из них была похожа на мой, разве что только задан по-разному.

Но те остались без ответа, и я прекрасно понимаю, почему Вейверли на них ответила– меня просто сшибало с ног, то есть, стула от той фривольности и фамильярности, которой пропитаны те сообщения. Скажу вам честно, меня порадовало то, что она оставила этих пользователей без своего внимания и не ответила, хотя, по моему, этот человек всегда рад общению даже с такими людьми.

Но когда я увидела под моим вопросом еще одну запись, я глубоко вдохнула. Черт, Вейверли, что ты со мной делаешь? Впервые боюсь просто нажать на эту запись. Но нажимаю на нее, надеясь, что это не очередной вопрос.

В этом нет ничего сверхъестественного) Просто я с самого детства любила рисовать , и меня отдали в школу искусств как только я пошла в первый класс. Никогда бы не подумала, что мои рисунки могут выглядеть реалистичными)

Я тихо засмеялась, нисколько не заботясь о том, что это выглядит странно. Она. Ответила. Действительно ответила, хотя вероятность этого была мала. Но почему же она ответила на мой вопрос? На именно мой, а не чей-либо еще? Эта мысль быстро пронеслась в моей голове, заставляя чувствовать себя каким-то особенным человеком.

Так, что бы написать? Я ни чуть не льстила ей, когда говорила о реалистичности ее картин. Чуть подумав, быстро принимаюсь печатать, особо вчитываясь в текст. Я не собиралась, конечно, раскрывать то, кто я, но и врать ей я не буду. Что мешает мне выразить свое восхищение, при этом не собираясь использовать что-то хитроумное и сложное? Вейверли любит простоту. наверное.

Поверь, я не специалист в этом, но твои картины очень даже реалистичны) Ты думаешь использовать эти умения в будущем? Мир точно много потеряет, если нет.

Отправляю сообщение, широко улыбаясь. Н-да, а ведь если я решилась на этот шаг , попросту психанув, то мне нужно побольше злиться?

Звонок на урок настиг меня неожиданно, от чего я чуть не выронила телефон. Роберт как-то подозрительно поглядывал на меня, хитро улыбаясь, и только тогда я поняла, что улыбаюсь как по уши влюбленный идиот. Хотя, почему “как”? Я и есть этот влюбленный идиот.

– И как долго ты сидишь здесь? – стараюсь говорить нейтральным тоном. Не то, чтобы я боялась того, что он расскажет обо всем Вейверли, ведь как раз таки все было наоборот, но и сносить его пусть и безобидные, но издевки не хотелось вообще.

– Где-то полчаса. – парень вообще как-то слишком часто стал улыбаться. Интересно, он может отсыпать мне своего позитива? Уверена, тогда бы меня прошибло не слабо. – И чего это ты так улыбаешься?

– Не твое дело. – огрызаюсь, от чего он начинает посмеиваться. Нет, он точно уже успел что-то занюхать, зуб вам даю. Но это же Роберт, хотя, если бы я была на его месте, то я бы сразу же дала прямо между глаз, если бы мной говорили таким тоном.

– Рыжик, давай не будем скрываться? – он говорит уже серьезно, без насмешек и подколов. Черт, меня пугают его слишком резкие перемены настроения. Но его взгляд остался таким же теплым. – Я знаю, что ты чувствуешь к ней. Пожалуйста, не прячься от меня, ты же знаешь, что я тебя люблю. Ты счастлива, и я хочу, чтобы ты оставалась такой.

– Я знаю. – отвожу взгляд.

Наверное, кроме матери он был единственным человеком, кто мог повлиять на меня. Я его безумно люблю как брата и друга, каким бы засранцем он иногда не был. Я уже просто не могу представить свою жизнь без него, и от того я просто убеждаюсь, что действительно имею настоящую семью. Он знает то, что не знает даже мама, и от этого мне иногда страшно Наверное, после ухода отца я везде буду искать подвох, но Роберт пробился сквозь это, пусть и получив в процессе вывихнутую челюсть.

Ох, мне до сих пор стыдно вспоминать то, что я ударила его примерно год назад. Мы тогда еще не были так близки, как сейчас. И он открыл мне глаза на мои чувства, на что я так неожиданно одарила его парочкой дней в больнице и половиной месяца больничного. Ах да, и еще Уилла тогда мне устроила грандиозную взбучку.

– Эй, посмотри на меня. Надеюсь, ты не ударишь меня снова, но послушай, что я тебе скажу. – Роберт заставляет меня посмотреть на него. – Ты всегда можешь мне рассказать то, что тебя беспокоит. Поверь, после того известия, что тебе нравятся девушки, меня уже ничто не удивит.

Закатываю глаза. Черт, ну вот что за человек? Начинает так пугающе серьезно, но как всегда перебивает весь эффект этими язвами и хохмами. Не выдерживаю и улыбаюсь, пихнув его локтем в бок.

– Удивляюсь, почему я тебе не врезала снова. – чувствую себя как-то умиротворенно после его слов.

– Это все потому, что у тебя самый неотразимый брат. – он ухмыляется, игриво шевеля бровями.

Н-да, кто же поспорит с таким заявлением? Вот и я промолчала, только покачав головой и улыбнувшись. Все-таки, я до безумия рада, что у меня именно такой брат.

Наш спортивный клуб, в которым нам пришлось буквально мчаться после школы из-за звонка тренера, был буквально через три улицы от школы. Предупредив мать, что мы задержимся из-за незапланированного звонка Горластого, мы с Робом быстро оказались в месте назначения. Все-таки, снова получит “подарок” в виде мигрени не очень-то и хотелось, и именно поэтому мы там оказались так быстро, словно за нами гналось стадо Чертей.

– Что так долго?! – он даже не сказал привычное “Привет, олухи” и сразу же начал что-то говорить как всегда на повышенных тонах.

– Вы позвонили нам семь минут назад. – приподнимаю бровь, никак не реагируя на его крики. Настроение было просто прекрасное, в частности из-за того, что я. мать ее, написала эту гребанную контрольную на честно заслуженную “А”.

Молчание в ответ.

– Все равно долго! Так, у меня есть для вас две новости! – он говорит непривычно взволнованно.

– Что-то такое начало мне не нравится. – тихо говорит Дель Рей. Я согласилась. Если он начинал свою “гениальную” речь с этой фразы, то либо мы успели где-то накосячить, или накосячил он и пытается свалить это на нас .

– Отставить разговоры! Вами заинтересовался один из промоутеров. Ксавьер Доллс видел, как вы выступаете, он был вчера на вашей вчерашней незапланированной тренировке. – тренер начинает перебирать свои бумаги на столе. – Он выдвинул мне одно предложение : вы можете поучаствовать в международных состязаниях.

– Это, я так понимаю, хорошая? – Роберт приподнимает брови, пытаясь не показывать свою заинтересованность. Может, тренер это и не видел попросту потому, что не мог заглянуть ему в глаза из-за того, что его рост едва доходил мне до плеча, а Роберт ведь был выше меня на полголовы.

– Да. Плохая– вам придется сначала поучаствовать в национальных состязаниях, чтобы пройти дальше. А если, – Горластый выделил это слово. Хотя, что тут думать– он всегда сомневался, сможем ли мы выиграть. тогда, когда я проиграла первый и единственный раз, он говорил тоже самое, – вы пройдете, то полетите в Россию. От имени его организации и нашей страны.

Роберт улыбнулся, да и я тоже. Лететь в Россию из-за соревнований? Мы с ним всегда на каникулах вместе с родителями летим туда, чтобы навестить бабушку и деда. А ведь если эти международные соревнования пройдут в Санкт-Петербурге, то мы можем и к ним заскочить ненадолго... От этой мысли я почувствовала, что сделаю все, чтобы сделать это.

– Мы поговорим с родителями и скажем вам ответ. – говорю ему дежурный ответ.

Горластый кивает и отпускает нас. Мы с Робертом выходим из клуба, ничего не говоря. Я прекрасно знаю, что он несколько взбудоражен мыслью о том, что он может побывать на родине. Но он внезапно останавливается, от чего я уже привычно врезаюсь в его спину.

– Да что же это такое! – отчаянно восклицаю, потирая снова пострадавший кончик носа. На самом деле, это не так уж и больно, но просто для приличия стоит это сделать.

– Я вот тут подумал. – Дель Рей поворачивается ко мне лицом, при этом то ли хмурясь, то ли улыбаясь. Странное выражение лица. – Почему именно мы? Разве мы так сильно отличились на той тренировке, что нам сказали об этом, а остальным нет?

Приподнимаю брови. Я не знаю, что сказать на это. Горластый всегда был странным, но при этом он никогда не делал ничего просто так. Да и что-то не видела я этого Доллса в помещении. Может, это тот высокий чернокожий мужчина, приходивший всего на пять минут? Вполне возможно. Я сделала мысленную заметку узнать о том, кто же этот Ксавьер Доллс.

– Я не знаю. В любом случае, стоит поговорить с родителями на счет этого. – в итоге я качаю головой. Все это действительно странно. И разве у США нет официальной сборной для таких соревнований? Никогда не интересовалась этим, ведь всегда выступала только в пределах Штатов.

– Хорошо. Завтра встретим папу в аэропорту и расскажем. Если они не против, то почему бы и нет? Ты же хочешь попробовать? – Роберт пошел вперед.

– Посмотрим, Роб. Посмотрим.

POV Вейверли

Кажется, уже давно за полночь, а я все почему-то не могу заснуть. Почему? Я сама понять никак не могу.

Поворачиваюсь на бок, чуть задев ногой Вайнону. Удивлена, что она заснула прямо здесь во время просмотра фильма. Подпираю голову рукой, тихо вздыхая. Будить ее не хотелось, тем более, после расставания с Джоном она вообще пару дней не спала. Ей нужно отдохнуть и я не хочу будить ее после всего того, что она испытала.

Может, это будет выглядеть несколько смешно и забавно, когда я попытаюсь избить этого усатого “дядьку”, но сейчас я хочу это сделать. Но вот именно, что я “попытаюсь”, ведь с моим -то ростом и силой удара я, разве что, смогу только избить муху. А Джон даже не посмотрит на то, что я девушка. Это я уж точно поняла, впервые увидев синяки на теле Вайноны.

Это было похоже не циклон. Бурю, цунами, извержение вулкана, выбирайте что хотите, но именно так запомнились мне те чувства, которые я испытала, увидев то, как он поднял руку на Вайнону. Она тогда как раз хотела поговорить с ним о том, чтобы как-то сделать их отношения более серьезными, но, видимо, он воспринял это как возможность наконец закончить отношения.

Такого от него никто не ожидал, как и отец, который сам тогда налетел на него как озверевший. Пусть так говорить нельзя, но я рада, что Вайнона с ним рассталась, пусть ей было больно во всех смыслах слова.

В тот момент я просто чувствовала себя чертовски виноватой. Я не была достаточно сильной, чтобы быть в силах заступиться за нее. Не смогла защитить. Пусть она гордая и неприступная, но я знаю, что и она может быть уязвимой. Пусть она и строит из себя “вселенскую крутотень”, которой она почти всегда и бывает, но я знаю, что ей нужно поддержка. Я тогда не смогла ее поддержать.

Невыносимое чувство. И оно до сих пор не отпускает.

Снова ложусь на спину, смотря в потолок. Черт.... А что, если бы там был и Чемп? Уверена, что Вайнона бы точно сама врезала ему промеж глаз, ведь я знаю, как он относится к такому. Словно ничего не происходило, и он просто пропустит этот факт мимо.

Внезапно, меня пробирает на злость. Ну вот почему я не могу так просто воспринять его, как и он меня? Когда я понимаю, что уже где-то неделю не виделась с ним, а на телефонные звонки он не отвечает, я замираю. А ведь точно, я совсем про него забыла со всем этим: ссорой с ним, учебой и занятиями. Снова чувствую себя странно.

Как-будто я чуть-чуть рада тому, что он больше не появлялся на горизонте после той ссоры. Но я и жутко раздосадована этому факту. Почему он не звонит, даже СМС не написал? Наверняка на своих вечеринках все пропивает, клянусь вам. Раздраженно и резко приподнимаю на кровати, забирая телефон с тумбочки и чуть щурясь от яркого света.

Черт, да что со мной такое?! Я в последнее время не могу понять себя. Просто чувствую себя ходячим оксюмороном: я состою из противоречащих друг другу черт характера. Хотя, разве не все люди такие? Понятия не имею, на самом деле.

Открываю ссылку на приложение Spring.me, тут же чуть не уронив телефон на пол. Господи, серьезно, никогда бы не подумала, что столько людей попытается набиться ко мне в друзья. Многих из тех, кто посетил мой профиль, я знаю в лицо, мы очень даже нормально общаемся, так зачем они пишут и здесь? Я никогда, наверное, не смогу понять человека.

Вчера, когда мне написал кто-то неизвестный, я даже обрадовалась. В его простом вопросе не было никакой фривольности, инфантильности и фамильярности. которую я за версту чувствовала в остальных. Простой вопрос, без заумных слов, намеков или лести. Как художник, я прекрасно могла читать людей, а по их словам и речи я всегда почти безошибочно определяла его натуру. Этот аноним показался мне просто милым человеком, с которым мне стоит общаться.

Наверное, именно поэтому я даже обрадовалась, когда увидела еще одно сообщение от этого неизвестного.

Поверь, я не специалист в этом, но твои картины очень даже реалистичны) Ты думаешь использовать эти умения в будущем? Мир точно много потеряет, если нет.

Я почему-то сразу поняла, что это тот же человек, хотя любой, кто читает эту страницу мог написать такое. Не знаю, как это определилось, но я просто почувствовала, что нужно ответить, Это не какой-то зазнавшийся “пикапер”, я лесть, как говорила, носом чую. Наверное, это потому, что моя мама– психолог. По наследству передается, ага.

Быстро печатаю ответ, проигнорировав остальные пришедшие вопросы от некоего RagnarDC, грамотность которого хромает на обе ноги. Он настойчивее всех писал вопросы, пытаясь получить ответ. Но мне он не нравился ни в жизни, ни в простом общении. Сказать по правде, у меня чуть кровь из ушей не пошла от его “огромного” словарного запаса, ограниченного словами “типа”, “чика”, “красотка”, “детка”, “эм” и чаще всего произносимое его грубым басистым голосом красноречивое “это”. Раздражает то, что он не понял в первый же раз, когда я дала ему “от ворот поворот”.

Но я быстро переключаюсь с него на анонима.

Я думала поступить на дизайнера. Люблю просто придумывать что-то свое, рисовать это) Создавать всегда лучше, чем разрушать, и я всегда думала, что буду применять мои умения на практике)

Очень приятно, когда хвалят мое творчество. Мне никто кроме семьи не говорил ничего подобного)

А что на счет тебя? Чем ты занимаешься или будешь заниматься?

Отправляю, нисколько не сомневаясь, что этот таинственный поклонник ответит. Это восхищение подбадривало и вдохновляло. Но я немного застопорилась, увидев, сколько смайликов я влепила в это сообщение. Я никогда так не делала, да и меня раздражали эти желтые морды, выражающие различные эмоции. А сейчас сама понаставила их в одном сообщении больше, чем за всю свою жизнь.

Откладываю телефон, поудобнее устраиваясь рядом с Вайноной и обнимая ее. Когда на кровать прыгнуло что-то мягкое и пушистое, я с удовольствием обнимаю и большого, мохнатого белого кота, который что-то вяло мурлыкнул.

Буря, наконец, улеглась.

====== Во мне-1 ======

Как в горле ком, в сердце застыла

Глупость и злость этого мира

И льется кровь с каждой страницы

Там, где любовь мне только снится....

POV Вейверли

Интересно, у меня войдет в привычку ложиться спать в три часа ночи, при этом, просыпаясь через четыре часа, быть всегда в хорошем настроении? Я впервые сталкиваюсь с подобным поведением собственного тела, но настроение у меня было на высоте. Я буквально летала, за что получала подколы со стороны сестер вроде “Не влюбилась ли ты часом”?

Я только смеялась и отвечала шуткой на это поддразнивание. Хотя. впрочем, мне как-то часто стали говорить, что я словно начищенный до блеска пятак слеплю им глаза. Забавное сравнение.

Сегодня я действительно легла с три часа ночи, переписываясь с этим загадочным анонимом. Мне нравилось то, что он говорит со мной, но я не могла понять, почему анонимно? Уверена, и без этих сообщений мы могли быть хорошими друзьями. Но он или она, почему-то, скрывается, и от этого мне еще сильнее хочется узнать, как же выглядит этот до жути интересный собеседник.

Воображение, почему-то, услужливо подбрасывало мне изображение какого-то забитого жизнью и людьми человека. С потухшими неживыми глазами, в какой-то потрепанной одеждой. Кожа у него бледная, он худой или даже имеет анорексичное телосложение.

Не знаю, почему мне этого человек представляется таким, но ничего поделать со своей фантазией не могу. Хотя. может это потому, что я уже не раз замечаю, что самые интересные и искренние собеседники– самые неприметные люди, тем не менее, становящиеся для кого-то особенными.

Этот аноним уже стал для меня особенным. И это странное чувство.

Я даже не знаю, живет ли он в нашем городке, или нет. Каюсь, я попросила знакомого айтишника пробить ай-пи адрес этого человека, но, вот неудача– ай-пи адрес был тот же, что и у всех в нашем городке. И вообще, я только сейчас вот узнала, что у нас у всех, если интернет подключен к одному провайдеру, то у всех одинаковый ай-пи адрес. Стив, этот самый айтишник, объяснил, что сначала здесь была только школа, и уже вокруг нее начал застраиваться этот городок. И коммуникатор здесь один, что иногда очень удобно– у тебя нет интернета, значит, его нет у всех и везде.

Это хоть и странно, но из всего, что он сказал, я поняла только это. Никогда не была сильная в точных науках, для меня это словно темный лес.

Иногда у меня мелькала в голове мысль о том, чтобы попросить Николь помочь с этим, но я почему-то не решалась попросить. Не знаю, почему, но разошлись мы позавчера неловко и как-то напряженно. Понятия не имею, почему именно.

Вздыхаю, медленно прогуливаясь вдоль наших тихих улочек. Мне нравится этот городок, честно вам скажу. Спокойно, нет никакого лишнего шума.

Это спокойствие и какой-то неповторимый уют, который я не могла найти в Нью-Йорке, просто покорили мое сердце. В Большом яблоке никогда не было тихо -всегда мимо проезжали шумные четырехколесные чудовища, галдели люди. Просто невыносимый шум, мешающий сконцентрироваться и полностью отдаться творческому процессу.

Но, самое главное– здесь были совершенно другие люди. Это была одна большая семья, где каждый готов был помочь близкому.

Такого не было в Нью-Йорке. Там все люди были... безразличными. У каждого свои проблемы, свои заботы и свои люди. Там, наверное, никто не старался поближе узнать другого, ведь их там несколько миллионов. Возможно, они даже не знали о существовании друг друга. Конечно, еще моей воображение “услужливо” подсовывает картины кровавых разборок в неблагополучных районах, но, слава Богу, что я там никогда не бывала и это только картины воображения.

Когда мы только приехали в этот городок, я долго не могла привыкнуть к этому спокойствию и дружелюбию. Но потом это вдохновило. Кажется, у меня вся комната завалена рисунками и красками, которые я так и не могу убрать.

Ветерок резко и неожиданно подул прямо в лицо, от чего я испугалась и оступилась. Чуть ли не вскрикиваю, когда чувствую боль в ноге, которая за некоторое время на весь оставшийся день смогла как-то утихомириться, а сейчас из-за неудачного движения она снова разболелась.

Почему– то от этой вспышки боли мне хотелось заплакать, хотя я и раньше получала по ногам. Будь ты проклят, Чемпион, серьезно! Мне вообще не хотелось больше его видеть после произошедшего вчера на его тренировке, на которую я ,как последняя дура, согласилась прийти. А вообще, почему я должна интересоваться его делами, а он моими– нет?

И, самое странное, что Чемп вообще нечего не сказал! Только пожал плечами : “Нет, ну а что, незачем стоять так близко к полю, когда там играют!”. Самое обидное, что я была даже слишком далеко, чтобы там хоть что-то увидеть, и какой-то мудак “случайно” каким-то волшебный образом долбанул меня по щиколотке. Потом клялся, что не специально...

Ага, так и поверила, только сейчас шнурки завяжу! Чтобы “не специально” подбить меня по ногам, я должна играть непосредственно на поле, а не быть за сотню метров от него! Я тогда сама, очень даже хорошо это помню, сделала подсечку ему.

А сегодня утро я обнаружила, что нога у меня чуть опухла и отекла. Ну как обнаружила... наступила на нее и упала. Сделав перевязку и выпив обезболивающего, я пошла в школу, а Вайноне я так ничего и не сказала, хотя она заметила то, что я прихрамываю. И вот сейчас боль снова вернулась... Черт.

Да еще и этот взгляд Николь... Мамой клянусь, я уверена, что она заметила повязку, хотя я специально не одела короткие носки. А еще и этот ее взгляд...

Меня немного передергивает, когда я его вспоминаю. Словно она готова кого-то прикончить, если узнает, кто это сделала. Никогда не видела, чтобы она так смотрела на кого-то, но, повторюсь, мы с ней вообще первый раз поговорили вне школы и я ее даже не знаю.

– Вейверли? – я оборачиваюсь на голос за спиной. Весьма удивленный голос такой, скажу я вам.

Называется, помяни черта... Я почему-то улыбаюсь, осматривая девушку с ног до головы. Впервые вижу ее на улице. И, видимо, она только что с тренировки, судя по рюкзаку за спиной и немного вялым движениям. Интересно было бы посмотреть, как она там дерется....

– Привет. – пытаюсь не выдавать удивления. Я не ожидала встретить ее на улице так поздно.

Она, судя по всему, тоже.

– Привет. – действительно, она удивлена. – Ты чего тут так поздно гуляешь и одна? Конечно, грабителей у нас кот наплакал, но все же.

– А, просто захотелось прогуляться. – быстро нахожу ответ. Я сама не заметила, как потемнело вокруг, а ведь я вышла прогуляться часа два назад. Наверное, мама и сестры волнуются. Про отца я не могу сказать такого, потому что он вообще, кажется, “морозится” по отношению к нам.

– Судя по всему, уже давно? – Николь подходит ближе.

Прислушиваюсь к ее голосу, почему-то чувствуя, как начинаю краснеть. С чего бы это? Хотя да, голос у нее приятный. Мягкий, даже так можно сказать. Возможно, этот аноним обладает таким же голосом. Вообще, я сейчас немного запуталась в отношении Николь.

Просто она в школе тоже “морозилась”, и я не могу понять, почему же. Потом просто решила не задумываться над этим. А сейчас.... Снова это чертово любопытство начинает брать верх. Да и почему она ведет себя так? Словно беспокоится?

– А, да. – понимаю, что мое молчание можно воспринять, как игнорирование, поэтому как-то поспешно тараторю ответ. – Здесь спокойно.

– Да? Ну, что есть то есть. – Николь пожимает плечами. Почему она пытается не смотреть мне в глаза? Хоть, уже достаточно темно, но я вполне четко вижу это. – А что, дома Вайнона покоя не даст?

Улавливаю какой-то веселый огонек в ее взгляде. Вот же, да что же ты за человек-то такой, Николь Хот? Я не могу тебя понять. Ты как-будто что-то скрываешь, но при этом абсолютно честна. Странное чувство. Опять эти странности везде! кажется, с тех пор, как мы с Чемпом поссорились и он неделю не попадался на глаза, я везде стала чувствовать себя странно.

Значит ли это, что я где-то ошиблась раньше? Возможно.

– Да. У нее шило в одном месте, вот что я тебе скажу. – бурчу, не в силах сдержать улыбку. Этот разговор как-то отвлекает от вспыхивающей в ноге боли.

Мы уже подошли к небольшому парку, который был этим вечером непривычно пуст. Даже хозяев с их собаками нет. Странно, уже что, настолько поздно? И вообще, почему я чувствую себя рядом с Николь, которую едва ли знаю, спокойно?

– Присядешь? – рыжая вдруг кивает на лавку.

Я неуверенно смотрю на нее. Все-таки, мне не показалось тогда, в школе? Замечательно.

Не знаю, что сказать на это. Я только надеюсь, что она не расскажет об этом остальным. Тогда Чемпу уж точно не сносить головы, а я не хочу иметь на своей совести труп. Вайнона и раньше грозилась прикончить его, но тогда у нее не было надежного аргумента для этого. А сейчас есть.

– Послушай, не знаю, почему ты не сказала Вайноне, но я не скажу, если тебе так нужно. – Николь проводит ладонью по распущенным волосам. Очаровательный жест. Краснею от подобной мысли. Серьезно, Вейвс? Очаровательно? Хотя, поспорить с этим сложно, ведь так оно и есть.

– Спасибо. – присаживаюсь на лавку, наконец немного расслабляясь.

– Да не за что же. – девушка присаживается рядом, но на некотором расстоянии. Чувствую некое смущение от того, что не понимаю, почему она вообще так делает. – А все-таки? Откуда такой “подарок”?

Немного хмурюсь. Блин, почему все вокруг стало таким непонятным?

Мы с Николь вообще, по сути, никто друг другу. Но разве может человек, которому ты безразличен, смотреть так... Как? Пронзительно? Проницательно? Понимающе? Нежно? Опять же, не могу ничего понять. Мы же никто друг другу. Почему она смотрит так?

– Упала. – черт, я совсем запуталась. Почему этого не случилось раньше? Это из-за таинственного анонима, или из-за Николь? Хотелось ругаться благим матом, хотя я такого никогда не делала, ведь вокруг только одни вопросы без ответа.

Николь склоняет голову на бок. Не поверила. Да твою же мать! Я в сердцах выругалась. Неужели меня так легко прочитать? Тогда почему Вайнона или Уилла ничего не сказали? Это не в их стиле отмалчиваться, когда кому-то из нас плохо и больно. И если мама могла терпеливо подождать, пока я сама все переварю и расскажу, то они уж точно бы даже применили силу, чтобы заставить меня выговориться.