Текст книги "Кабинет редкостей – анатомических, медицинских и жутких"

Автор книги: Жюльет Каз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Погребальные редкости

Посмертные маски

Если вы путаете посмертные маски с погребальными, то ничего страшного: вы в этом не одиноки.

Попробуем разобраться с основными понятиями. Посмертная маска – это слепок непосредственно с лица умершего, тогда как погребальная маска может изображать покойника, но не обязательно воспроизводить черты его внешности. Погребальные маски, в особенности сделанные из золота, гораздо более известны широкой публике – вспомнить хотя бы маску Тутанхамона, а ведь это всего лишь один, самый известный пример.

В этой главе мы поговорим о посмертных масках, снятых с лица покойника через несколько часов после его смерти. Такие маски, выполненные из воска или гипса, предназначены для того, чтобы сохранить и в дальнейшем воспроизвести слепок с лица человека. Как мы узнали в главе о френологии, иногда такие слепки делали и с лиц живых людей; маски же мертвых порой представляли научно-исследовательский интерес.

Несмотря на то что до нас дошло множество масок XIX века, корни этого явления уходят гораздо глубже в историю. Так, в музее Лугдунума[15]15
  Лугдунум (Lugdunum) – древнеримское название Лиона. – Примеч. перев.


[Закрыть], расположенном во французском городе Лионе, посетители с удивлением видят совсем еще детское лицо – это маска Клаудии Виктории, умершей 2000 лет назад в возрасте 10 лет. Об этой редкой находке рассказывается в статье 1886 года[16]16
  Thédenat Henri. Sur deux masques d’enfants de l’époque romaine, trouvés à Lyon et à Paris / Bulletin monumental. 1886. 52 (2): 121–142.


[Закрыть], где описано, в частности, обнаружение под каменной плитой захоронения с детским скелетом.

Кости покоились на ткани, которая рассыпалась от малейшего прикосновения. В могиле обнаружилась кукла из слоновой кости, а в ногах скелета – нечто напоминающее диск (к сожалению, в момент раскопок находка пострадала от удара лопатой). Затем археологи поняли, что на самом деле диск был посмертной маской ребенка (вероятно, девочки, похороненной в этой могиле), и немедленно обратились к специалисту для снятия слепка с маски и создания ее гипсовых копий. В то время как погребальные маски находят на лицах покойных, здесь посмертную маску обнаружили в ногах умершего ребенка. Такие imagines maiorum[17]17
  Изображения предков (лат.).


[Закрыть] римляне изготавливали из воска, гипса или камня и хранили дома в качестве портрета покойного. В дальнейшем эти изображения выносили на обозрение в ходе мероприятий, посвященных памяти предков или поминовению покойных. Говоря о слепках с лиц умерших, часто вспоминают погребальную маску ребенка, хранящуюся в музее Карнавале. Эта маска, изготовленная в I–II веках, не оставляет зрителей равнодушными, однако в реальности до сих пор неизвестно, была ли она создана намеренно или случайно, когда на лицо покойного во время похорон пролили гипсовый раствор.

Как говорилось выше, несмотря на древнюю историю этой практики, большая часть дошедших до нас посмертных масок датируется XIX веком; их снимали с лиц как знаменитых деятелей, так и неизвестных людей. Созданием масок занимались специалисты: нужно было как можно быстрее снять слепок, чтобы на готовой маске не было заметно характерных следов смерти – впалых щек и ввалившихся глаз. Кроме того, для защиты кожи покойного при снятии слепка его лицо накрывали легкой тканью или же покрывали смазкой. Затем со слепка изготавливали глиняный или восковой муляж, который впоследствии можно было использовать для тиражирования масок – например, из гипса.

Некоторые из сохранившихся масок, не вошедших в музейные коллекции, уходят на аукционах с молотка за астрономические суммы; другие используются учеными для реконструкции внешности умершего; третьи получают широкую известность в массовой культуре, как, например, маска Наполеона Бонапарта. Ведутся споры в отношении датировки и обстоятельств их создания, а также хронологии их перемещений по разным коллекциям, начиная с момента смерти исторического деятеля.

Еще одна знаменитая маска, считающаяся посмертной, получила название «Незнакомка из Сены». С ней связана трагическая история: считается, что она была снята с лица молодой женщины, утонувшей в парижской Сене во второй половине XIX века. В это время смерть была повседневной картиной и выставлялась напоказ; неопознанные трупы в витринах морга привлекали толпы зевак. Существует множество легенд о том, что случилось с «Незнакомкой из Сены»: умерла от туберкулеза или же утонула; не работник ли морга снял слепок с ее лица? Споры об этом не утихают по сей день.

Копии и фотографии знаменитой маски вдохновляли многих европейцев, как и жителей других стран; ее влияние просочилось даже в литературу. Прекрасную незнакомку знал каждый, при этом судьба модели и обстоятельства создания маски оставались для всех загадкой. Однако настоящую международную славу, затмившую ее известность среди поэтов-романтиков, «Незнакомка из Сены» получила совершенно в иной области: в 1960 году началось массовое производство манекенов для тренировки спасателей под названием «Resusci Anne» («Воскреси Анну»), внешность которых повторяла ее черты лица.

До сих пор как гипсовые, так и бронзовые копии этой маски продаются на аукционах за значительные суммы, что говорит о том, что «Незнакомка» нисколько не потеряла в своей популярности с XIX века.

Образ умершего человека, сохраненный в маске, порой проходит через века и вступает во вневременной диалог с далекими потомками. Исследование посмертных масок может проводиться в совершенно разных областях: восстановление личности модели, изучение техники исполнения, функция маски, дата ее создания и конечно же подлинность. Если маска оказывается фальшивой, то к ряду этих вопросов добавляются также гипотезы о личности модели. Это значительно влияет на работу аукциона: маска неизвестного человека всегда будет стоить значительно дешевле маски исторического деятеля – при условии, что подлинность той не будет вызывать сомнений.

В XX веке практика снятия посмертных масок пошла на спад, однако говорить о ее полном упадке пока что рано. Мало кто знает, что во Франции изготовлением посмертных масок до сих пор занимаются танатопрактики[18]18
  Танатопрактик – работник сферы ритуальных услуг, который бальзамирует мертвых, одевает и делает им макияж перед похоронами. – Примеч. перев.


[Закрыть], и образование в этой области пользуется большим спросом. При соблюдении необходимых сроков и получении разрешений эти специалисты могут изготовить муляж лица или же руки покойного. У посмертной маски есть будущее: об этом говорит, в частности, опыт Таны Нану, выбравшей это древнее искусство в качестве профессии.

СОВРЕМЕННЫЕ ПОСМЕРТНЫЕ МАСКИ

Посмертные маски изготавливают и по сей день – отличие лишь в том, что теперь эта практика строже регулируется законом. В Кодексе территориальных сообществ, регулирующем, кроме прочего, сферу ритуальных услуг во Франции, говорится, что посмертная маска может быть изготовлена в течение 24 часов после смерти; обязательным условием этого является составление организаторами похорон необходимых документов в надлежащей форме. Тем не менее сегодня специалистов по изготовлению посмертных масок стало намного меньше, чем в XIX веке; это отчасти забытое мастерство постепенно осваивают танатопрактики. У посмертной маски множество вариантов использования: ее можно тиражировать, прикрепить на надгробный памятник, сохранить дома… Некоторые танатопрактики стремятся возродить это незаслуженно забытое искусство, так, например, Тана Нану рассказывает о своей работе широкой публике в социальных сетях. Ее деятельность – это попытка придать второе дыхание удивительному и очень техничному искусству, позволяющему навсегда сохранить для потомков лицо ушедшего человека.

1. Посмертная маска девочки по имени Клаудия Виктория, умершей 2000 лет назад. Найдена в XIX в. при раскопках захоронения в Лионе

2. Маска «Незнакомки из Сены» на уроке рисования. Фотография А. Г. Фолсома. Бостонская государственная средняя школа, США, конец XIX – начало XX в.

3. Снятие слепка с лица умершего мужчины для изготовления посмертной маски. Нью-Йорк, ок. 1908 г.

От посмертной маски к восковой скульптуре

Начиная с XVIII века восковые маски людей из высшего общества, как живых, так и мертвых, пользовались большим успехом во Франции. Их собирали в частные коллекции и показывали посетителям. Вероятно, вам знакомо имя мадам Тюссо, в честь которой назван знаменитый лондонский музей? Возможно, вас удивит, что сама Мари Тюссо, урожденная Гросхольц, не была англичанкой, а родилась в Страсбурге в 1761 году. Работе с воском ее обучил доктор Филипп Вильгельм Матиас Куртц, также известный как Куртиус. Начав с изготовления анатомических моделей, он постепенно перешел к портретным скульптурам. Затем он переехал в Париж и впервые представил свои работы на выставке в 1770 году, где его ждал огромный успех.

Юная Мари переняла у своего учителя искусство изготовления восковых скульптур, и многие высокопоставленные люди королевства обращались к ней с заказами. Несмотря на то что достоверность событий, описанных в ее мемуарах, не установлена, за ней прочно закрепилась слава человека, снимавшего посмертные маски со знаменитых жертв гильотины в период Великой французской революции. Эта легенда до сих пор не подтверждена, однако несомненно то, что в 1802 году, перебравшись в Англию, она нашла себе идеальную публику. Пользуясь славой чудом спасшейся жертвы революции, мадам Тюссо предлагала английским зрителям, ценителям мрачных историй, небольшую экскурсию по восковым моделям голов, павших на гильотине. Со временем ее слава только окрепла, и сегодня основанный ею лондонский музей, как и его филиалы по всему миру, привлекает толпы посетителей. Это доказывает, что, несмотря на расхожее мнение, восковая скульптура вовсе не потеряла своей привлекательности.

В XIX веке в Европе насчитывалось множество музеев восковых скульптур, по большинству недолговечных. Среди них был французский музей гениального скульптора Жюля Тальриха, выставлявшего в нем свои работы, и музей Оллера, расположенный в подвале парижского концертного зала «Олимпия», – его недолгое существование пришлось на рубеж XIX–XX веков. Другие подобные музеи также часто помещались в подвалах парижских зданий – например, Музей Гревен, с момента своего открытия в 1882 году привлекавший толпы посетителей. Экспозиции из восковых скульптур заняли достойное место в культуре массовых развлечений XIX века; чтобы потрясти публику, музеи Оллера и Гревен даже воссоздавали сцены убийств и других преступлений.

4. Посмертная маска – слепок с лица ребенка, обнаруженная в захоронении галло-романской культуры

Посмертные фотографии

Одни из самых притягательных для широкой публики редкостей, связанных со смертью, – это фотографии, сделанные после смерти модели.

Эта неотделимая от XIX века практика часто ассоциируется у англичан с Викторианской эпохой, когда все связанное со смертью имело в обществе особенный символизм. Королева Виктория (1819–1901), бывшая неоспоримым авторитетом в вопросах этикета, носила строгий траур по мужу, принцу Альберту, с момента его смерти в 1861 году. Конечно, говорить о Франции Викторианской эпохи будет несколько неточно, однако именно этот термин позволяет мгновенно задать временные рамки, контекст и визуальный код интересующего нас периода. Кроме того, история фотографии неотделима от Франции, а значит, чтобы поговорить о зарождении посмертной фотографии, нам необходимо начать именно отсюда.

Появление первых прототипов фотографии в 1820-х годах связано с именем Нисефора Ньепса. Его помощник Луи Жак Манде Дагер после смерти Ньепса продолжил исследования и в 1839 году разработал технологию дагеротипии. В отличие от более поздних фотографий, печатавшихся с негатива, дагеротип нельзя было тиражировать: он представлял собой покрытую серебром медную пластину, на которой запечатлевалось изображение. Вскоре после изобретения дагеротипии ее стали применять для создания портретов людей, живых и мертвых.

В эпоху, когда неистовствовал туберкулез и другие болезни, персонажами снимков становились больные на смертном одре. Сейчас дагеротип можно узнать не только благодаря его пропорциям, но и отделке: пластины помещали в изысканно отделанные двустворчатые футляры, изнутри отделанные бархатом. Фотографы XIX века делали такие снимки своей рекламой, называя их «посмертными портретами».

Посмертные портреты, создававшиеся в течение веков в виде картин или посмертных масок, в XIX веке пережили настоящую революцию и стали, наряду со снимками живых людей, одной из причин бурного развития фотографии. Вследствие этого портретная фотография стала гораздо популярней среди тех, кто не мог себе позволить портрет на холсте. Говоря о посмертной фотографии, мы в первую очередь представляем изображение одного человека или же трупа, однако в реальности композиция могла быть совсем иной. Кроме того, на таких фотографиях изображались далеко не только взрослые, но и дети. Причина этого довольно проста.

В XIX веке младенческая и детская смертность была очень высокой. Потеря ребенка всегда воспринималась трагически, и родители, не успевшие запечатлеть его облик при жизни, получили возможность сделать это уже после его смерти. Тело ребенка помещали в кроватку или детский гроб; на снимке мог быть как один ребенок, так и несколько, если они умерли одновременно. На фотографии также могли присутствовать родители, братья и сестры малыша, а иногда – умершие при родах матери. Композиция посмертных детских фотографий с участием семьи могла быть самой разнообразной: родители часто усаживали тело ребенка в естественной позе и удерживали его, позируя на камеру или же прячась за черной или белой тканью. Братья и сестры также могли придерживать малыша или же просто позировать рядом с ним с задумчивым видом. В то же время некоторые снимки изображают тело ребенка в открытом гробу, непосредственно во время похорон.

В редких случаях на посмертных фотографиях появляются трупы всей семьи. Обычно такие снимки делались после болезни или несчастного случая, поражавшего всех членов семьи, а также после убийства. К последней категории относится история, произошедшая с семьей Келлер в 1894 году в Оберне (Нью-Йорк), – жена, убившая мужа и ребенка, вскоре после этого покончила с собой. На посмертной фотографии все трое членов семьи изображены в одном гробу. Цель снимков такого рода – не просто напугать обычного зрителя: они рассказывают нам о жизни людей, часто с трагическим концом.

Итак, посмертные фотографии принимают разные формы в зависимости от использованных при их создании технологий, особенностей эпохи и страны, в которых они были сделаны: характерные черты таких снимков могут отличаться в США, Франции или, например, Испании. Иногда на них попадают не только люди, но и умершие домашние животные, которых помещали в корзинки или же собственные гробы.

Каждый из таких снимков свидетельствует о любви и глубокой привязанности хозяина к своему питомцу. Подводя итоги, можно сказать, что посмертные фотографии запечатлевали память о ком угодно – как о жертвах несчастного случая, так и об умерших от болезни, как о великих мира сего, так и о простых людях.

Подобные снимки использовались и в совершенно ином контексте – при поиске преступников и опознании. Французские морги XIX века открывали свои двери для проведения опознаний, однако в дальнейшем эту роль на себя взяла фотография, позволявшая запечатлеть внешность умершего до наступления изменений, связанных с разложением трупа. По мнению Бруно Бертера, специалиста в области посмертной фотографии, такие снимки, на которых мертвые порой появлялись причесанными и в головных уборах, делались в надежде на то, что кто-либо узнает незнакомца и сообщит его имя и фамилию. Эти фотографии, в создании которых помогала прислуга моргов, в свое время использовал в работе Альфонс Бертильон, создатель системы идентификации преступников по антропометрическим данным. В 1882 году во французской столице открылась первая лаборатория, в которой была применена технология бертильонажа – системы измерений и оценки физических параметров человека для его последующей идентификации. Преступник может изменить прическу, поменять имя или сбрить усы, однако ему не удастся ничего сделать с размером своих ушей.

При создании досье для идентификации преступника Бруно Бертера не только делал обмеры, но и фотографировал их анфас и в профиль. Затем эта техника стала применяться при идентификации не только живых людей, но и трупов. В то время как посмертная фотография XIX века романтизировала смерть, придавая мертвым своеобразную красоту, судебные посмертные фотографии ставят своей целью не упустить ни одного шрама или родинки на теле, поскольку по этим признакам впоследствии можно будет восстановить личность покойного. Эта техника, зародившаяся в XIX веке, применялась во многих странах на всем протяжении прошлого столетия.

Появление мобильных телефонов в начале XXI века изменило способы получения фотографий. Родные стали фотографировать мертвых самостоятельно, чтобы оставить память о них (хотя порой это приводит к бесконтрольному распространению таких изображений, особенно фотографий знаменитостей). К этой же тенденции относится и появление феномена селфи на похоронах.

Отношение к посмертным фотографиям и сакральности мертвого тела варьируется от культуры к культуре: одни воспринимают такие снимки положительно, тогда как другие категорически их не приемлют. Для примера: в Пуэрто-Рико фотография с умершим родственником (обычно после посещения танатопрактика) не считается чем-то странным. В некоторых странах Южной Америки поступают так же: в этом видят не оскорбление или неуважение к покойнику, а, напротив, последнюю возможность отдать дань его памяти. Во Франции недавно получила распространение посмертная фотография младенцев: родители объединяются в ассоциации, которые помогают им запечатлеть память о малыше, покинувшем их слишком рано. Кроме того, во многих странах существует обычай посмертного фотографирования военнослужащих, которых фотографируют на смертном одре одетыми в форму со знаками отличия.

Несомненно, такие фотографии пользуются большим спросом на рынке, и при упоминании слова «посмертный» цены взлетают до небес. Однако нельзя забывать, что порой таким образом пытаются продать и подделки – не теряйте бдительности!

1. Посмертная фотография пациента лондонской психиатрической больницы Колни Хэтч, одной из самых известных в истории Великобритании, 1890–1910 гг.

2. Посмертная фотография ребенка

3. Посмертная фотография молодого человека

4. Посмертный дагеротип мужчины среднего возраста, 1840–1855 гг.

«Memento mori» и скелеты в искусстве

Эта короткая, но в то же время пугающая латинская фраза относится к каждому из нас: «Memento mori» – «Помни о смерти».

Невозможно говорить о смерти, не держа в памяти множество посвященных этой теме художественных произведений, философских и богословских трудов. Эта фраза звучит в голове при посещении катакомб или оссуариев, когда вас окружают черепа тех, кто жил на земле, но больше не существует.

«Memento mori» – это нечто большее, чем просто аллегория. Среди видов искусства, в которых она воплощается, не только живопись и скульптура, но и ювелирное и даже часовое дело. Одно из самых древних воплощений этой латинской фразы – «larva convivialis», бронзовая статуэтка с шарнирными соединениями, изображающая скелет. Эту фигурку древние римляне ставили на стол во время пира. Часто римские пиршества путают с оргиями, однако не стоит забывать, что для римлянина на пиру хорошим тоном было продемонстрировать свою образованность, умеренность и скромность, а невоздержанность считалась признаком варвара. Таким образом, скелет логически вписывался в такой образ мышления о чревоугодии, жизни и смысле человеческого существования. Разумеется, такие фигурки встречаются в археологических раскопках крайне редко. Скелетами также украшали античные мозаики.

Удивительно, что при этом в них нет ничего пугающего – наоборот, в интерьере они выглядят очень мирно, если даже не празднично. В то же время не каждое изображение черепа или скелета относится к «memento mori»: позже мы поговорим и о других интерпретациях, которые они получали на протяжении веков.

Изображения черепов и скелетов в архитектуре и интерьере – например, в украшении церкви, – играют совершенно иную роль. Их можно встретить как в оформлении надгробного памятника, так и в виде барельефа на кафедре собора Святого Михаила и Гудулы в Брюсселе; здесь они помогают прихожанам сосредоточиться и настроиться на молитву. Черепа и скелеты служат не просто художественной деталью (что, несомненно, так), но и важным символом в рамках религиозной догмы. Помимо этого, в них выражается особое отношение к останкам: если в некоторых других религиях мертвое тело считается нечистым, то католики связывают его с идеей воскрешения и стремятся оставить о нем хоть какое-то напоминание, например обозначая место захоронения. Во время посещения церкви во Франции или в другой стране попробуйте поискать на ее стенах скульптурные или гравированные изображения черепов. Иногда их можно увидеть рядом со святыми – Марией Магдалиной, Иеронимом или же молящимся Франциском Ассизским. Здесь череп олицетворяет спокойствие и размышление, а также покаяние каждого из этих святых.

1. Часы. Англия, XIX в. (?). Скелет и некоторые другие детали выполнены из слоновой кости. На палубе корабля закреплены термометр и барометр. Возможно, в скелет изначально был встроен механизм, позволявший ему открывать рот и выкатывать глаза при срабатывании сигнала

2. Древнеримская статуэтка «larva convivialis» высотой около 10 см, которую ставили на стол во время пира

3. Старинный брелок: маленький гроб с приподнимающейся крышкой, внутри которого находится миниатюрный разлагающийся труп

Иногда эти символы также воплощаются в виде самостоятельных предметов. Многие коллекционеры, в том числе жена барона Анри де Ротшильда, специализировались на статуэтках черепов и скелетов; оригинальное собрание баронессы было выставлено в Фонде Бемберга (Тулуза) в 2018 году. Посетителям этой богатой и очень необычной экспозиции представили разнообразные ювелирные изделия, объединенные жанром ванитас[19]19
  Ванитас (лат. vanitas – «суета», «тщеславие», «бренность») – жанр живописи, натюрморт на тему бренности человеческой жизни. На картинах этого жанра часто изображали человеческие черепа, свечи, песочные часы и т. д. В более широком понимании – аллегорические композиции на тему быстротечности жизни. – Примеч. перев.


[Закрыть] и изображением черепов.

Изображения в духе «memento mori» характерны не только для западной культуры, но и для других стран. Эта тема встречается повсюду в предметах различного предназначения: от японских брелоков нэцкэ, использовавшихся для застегивания одежды, до горшков, изготовленных в Центральной Америке в доколумбову эпоху.

Некоторые из этих артефактов поражают владельцев и посетителей выставок своими миниатюрными размерами и техникой исполнения. Среди таких шедевров – «черепа Адама», которые помещают под ноги Иисуса на некоторых распятиях. Крошечные черепа, порой выполненные из слоновой кости, часто присутствуют и в других изображениях, напоминая о Голгофе – Лысой горе, месте казни путем распятия. В виде черепов делали даже бусины четок, как деревянные, так и костяные, и теперь такие экспонаты пользуются огромным спросом у коллекционеров и в целом любителей жуткого в искусстве.

Итак, изображения черепов и скелетов в искусстве не всегда связаны с аллегорией «memento mori»: их символизм значительно отличается в зависимости от эпохи и контекста их создания, а также функции предмета, который они украшают. Череп призван напоминать человеку о быстротечности жизни, и с этим связана его важная роль в искусстве.

Искусство часто обращалось к теме смерти. Здесь невозможно не упомянуть пляски и триумф смерти – жанры, в которых персонифицировался образ смерти. В XVII веке Реформация обозначила новый поворот в искусстве и вместе с ним появление ванитас – картин с изображениями черепов и других предметов, имеющих столь же важное символическое значение. До сих пор эта тема находит свое воплощение в произведениях современных художников, продолжающих искать вдохновение в работах своих предшественников.

4. Японский брелок нэцкэ – небольшая фигурка тонкой работы из дорогих материалов, иногда изображающая скелеты в смешных и даже игривых ситуациях, как на фотографии. Поскольку традиционное кимоно не имело карманов, японцы в XVIII–XIX вв. носили предметы первой необходимости в маленьких коробочках сагэмоно, часто закрепленных на поясе при помощи нэцкэ

5. Деталь барельефа на стене базилики Нотр-Дам-де-ла-Дорад в Тулузе

6. Деталь надгробного памятника в Реймсском соборе Нотр-Дам

Ванитас и смерти в искусстве посвящены выставки, на которых представлен диалог современного искусства с искусством прошлых веков. Одна из таких выставок – «За смерть и за жизнь! Ванитас вчера и сегодня» проводилась в лионском Музее изящных искусств в 2021–2022 годах и нацелена на воспроизведение контекста создания произведений. Другая, более ранняя выставка, отдающая дань этой же теме, – «Такова жизнь. Ванитас от Караваджо до Мартина Хёрста» (Музей Майоля, Париж, 2010). Все это свидетельствует о том, что черепа и скелеты до сих пор не теряют актуальности для ценителей искусства со всего мира.

Значение символов в погребальных изображениях

Для понимания глубинного смысла произведения искусства очень важно уметь считывать те символы, которые в нем содержатся. Разные виды искусства используют символику в большей или в меньшей степени, однако для погребального искусства, в особенности если речь идет о надгробиях, она играет важную, а порой и ключевую роль. Бродя по кладбищу и расшифровывая значение скульптур на могилах, можно определить конфессию умершего, а также эпоху создания надгробия – в зависимости от стиля, в котором оно выполнено. В качестве символов могут использоваться самые разные образы: как представители животного мира – от собаки до пеликана, так и всевозможные предметы – песочные часы, погребальные урны, серпы и косы и так далее. В XIX веке, а также в первой половине XX века надгробия часто украшали каменные цветы: анютины глазки и бессмертники в венках или букетах – в отличие от живых цветов они не могли завянуть. Наконец, на кладбищах западных стран встречается много символов, берущих начало в католицизме – например, монограммы имени Иисуса Христа. Весь этот язык символов создавался для того, чтобы сопровождать покойного в загробном мире. Эта система символов меняется, подстраиваясь под религиозные и культурные нормы каждой страны, и, изучив ее, заинтересованный зритель сможет определить значение надгробия.

7. Деталь кафедры, изготовленной скульптором Хендриком Франсом Вербрюггеном между 1695 и 1699 гг. Изначально предназначенная для церкви иезуитов в Лёвене, в 1776 г. она заняла место в брюссельском соборе Святого Михаила и Гудулы, и теперь ее могут увидеть гости бельгийской столицы

8. Восковые фигурки мужчины и женщины, одна половина которых наряжена, а вторая представлена в виде скелета, XIX в. Элегантность городского костюма контрастирует с жутким видом костей

9. Фигурка из слоновой кости «Memento mori» с изображением головы живого человека с одной стороны, а с другой – его черепа. Такие изделия появляются в Европе в XVI в. и служат бусинами для четок

10. Фигурка из слоновой кости «Memento mori», частная коллекция. Изображает роящихся в костях червей и жаб, сидящих на обеих сторонах человеческой головы. Рим, 1932 г.