Текст книги "Стандарт красоты (СИ)"
Автор книги: Жанна Стужева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)
Но “скоро” затянулось.
Казалось, про меня забыли. Точнее, про нас.
Когда Император Визерис приказал схватить меня, щенки бросились на помощь, и их муки не облегчила доля эльфийской крови. А все потому, что эльфы слишком пекутся о чистоте расы, глупо было подумать, что сосунков ждет что-то из того, что пообещал принц.
Императора не зря прозвали в народе Раком, он никогда не шел вперед или назад, темнил, и своих целей всегда достигал с ювелирной аккуратностью.
Щенки уже сутки не двигались, меня это очень тревожило. Если, конечно, можно так сказать.
Я был в бешенстве.
Видят Боги, если бы не кандалы и сырая темница, я бы сразу начал ровнять Империю с землей, благо, силы у меня теперь были.
Но сейчас я не думал о том, что крошку-Еву, возможно, уже отдали на растерзание мерзкому Раку.
Я просто хотел пить.
Казалось, один глоток воды, и я буду абсолютно счастлив.
Где-то вдали раздался звонкий цокот каблучков о каменные полы подземелья, а после ключ повернулся в замке, и тяжелая каменная же дверь со скрипом отворилась.
Даже смешно: в Империи стекла и хрусталя подземелья, как и прежде каменные и сырые.
Где же хваленый лоск во всем?
– Вождь, ты жив? – раздался до боли знакомый голос.
– Я больше не вождь. Зачем ты здесь, Анали? – спросил в ответ я и удивился тому, каким хриплым оказался мой голос.
Эльфийка подошла ближе и поднесла мне тяжелый графин, прижав точно к губам.
– Пей, вождь, – ворковала Светлая Аналиэль.
Я повиновался, от души хватая воду. Опомнившись, указал глазами на противоположную стену:
– Напои их, Анали, щенки совсем слабы.
– Вот еще, – фыркнула эльфийка. – Слабый приплод волчицы выкидывают из гнезда.
– Ты не волчица, Анали, ты даже не сука, они не загрызают щенят.
– Вот твоя благодарность, вождь. – Язвительно ухмыльнулась бестия и тут же скривилась. – Вы с Данте забрали лакомые кусочки, оставив меня с носом.
Я знал, слышал от народа, какой может быть эта стерва, но вживую видел такое перевоплощение лишь сейчас. И зачем я ее защищал все эти годы?
– Ты про Силу? – я собрал последние крохи себя и улыбнулся, решил позлить Анали. – Какая издевка судьбы, наследница величайшей династии, да что там, всей Империи… Без капли Силы в крови.
– Закрой рот! – закричала эльфийка и со всей силы бросила в меня графином, больно. – Заткнись!
– Не то что они, – я кивнул в сторону распластанных воспитанников, подмигнул ей и беззвучно рассмеялся.
Анали хлопнула дверью посильней напоследок.
Но это был не последний гость за этот день.
Стоило стихнуть цокоту каблучков Анали, дверь снова отворилась, явив черноволосую, с абсолютно белыми глазницами, девицу.
Банши.
Видимо, пришел мой час, а она пришла спеть для меня последнюю песню. Я зажмурился, готовясь к неизбежному и представляя, как буду пировать с предками и великими воинами в другом мире.
Но банши петь не начинала.
Я приоткрыл один глаз и увидел, что девица улыбается.
– Ах, дорогой, что-то ты совсем плохо выглядишь, – банши покачала головой и извлекла из-под корсажа ключ.
* * *
Ева Ильина
После ухода Визериса с сыночкой и толпы стражников я осталась совершенно одна, злая, возбужденная, разбуженная. Матильда с Элегией куда-то пропали, я и не заметила, как и когда.
Что самое обидное, меня банально заперли!
Как посмели?
Дверь в коридор на поверку не открылась, пяток потайных, что я заприметила ранее, так и не смогла отыскать, словно те слились со стеной. Осталась последняя надежда на окна, но и они оказались заперты.
Словом, я присела в разгромленной гостиной на единственный уцелевший стул, заложила ногу за ногу и принялась нервно постукивать ноготками о деревянный подлокотник, ждать.
Ждать пришлось недолго.
Совсем скоро, как раз, когда злость достигла апогея, а деревянный подлокотник обзавелся парой царапин, дверь легонько отворилась и приветливый голос изложил:
– Его Величество принимает послов дружественных государств, вам велено явиться, – вслед за голосом вплыл и поклонился в пол невысокий и совсем молодой веснушчатый юноша. Его улыбка была такой чистой и искренней, что я даже простила ему эти “велено” и “явиться”, посчитав, что вряд ли это его слова. Куда вероятнее, передает привет Визерис.
– Матильда! Элегия! – взвыла я после беглого взгляда в зеркало. Зеркал я, как и прежде, старалась избегать. – Где вы шляетесь, мать вашу, когда мне так нужны?
Но ни эльфийки, ни банши и близко не было рядом, иначе они бы давно ответили на те нелестные слова, что я послала подругам в след. Наверное, я была очень красноречива, веснушчатый паж покраснел до корней волос и робко опустил глаза.
Некоторое время я металась по покоям: второпях сменила заляпанное платье на струящееся серебристое, наспех расчесала волосы, оставив водопадом спускаться к талии, кое-как накрасила губы.
– Веди, – чересчур быстро разрешила я пажу. Может из-за того, что отражение наконец-то стало выглядеть более или менее стильным, а может из-за того, что на краткий миг зеркальная гладь вновь пошла рябью.
Я могла бы пойти такой, как была, никого поражать красотой я и в помине не собиралась, но услышав про “послов” решила, что, возможно, смогу раздобыть пару козырей.
Партия еще не сыграна.
Я тщательно обдумывала вероятности развития событий и все те гадости, которыми с лихвой поделюсь перед тем, как удалюсь в закат: для любимого жениха ничего не жалко, но в итоге не угадала.
– Ева Ильина, будущая Императрица, а ныне гостья Эльфийской Империи и всего Каэртина, – представил меня все тот же паж и галантно распахнул совершенно незнакомую дверь. Металлическую, без драгоценных камней и кристаллов, стекла или хрусталя. Обыкновенную дверь. Даже непривычно стало, в таком-то мире блеска.
Как оказалось, меня уже ждали.
Точнее, наоборот не ждали.
В небольшом зале без окон, щедро увешанном гобеленами и картинами, вперемежку с оружием, расположившись на кушетках и диванчиках вдоль стен, сидело пятнадцать мужчин. Я посчитала.
И “Сидело” – очень грубо сказано.
Количество женщин и обнаженных юношей подсчету не давалось, как я не пыталась.
Горели свечи, вино лилось рекой, полуголые дамочки хихикали, показывая свои прелести во всей красе, чем и пользовались гости, активно распуская руки.
Некоторые уже резво двигались на куртизанках, другие, расстегнув ширинки и предоставив твердое намерение дамским язычкам, беседовали и курили.
Император и принц от гостей не отставали, даже более.
Лишь пара мужчин не участвовали в оргии: старичок-гном упившийся в дрова и хмурый черноволосый мужчина неопределенного возраста. Возраст я определить не смогла, потому что сидел мужчина спиной к двери и лицом к светильнику на стене, спокойно читал книгу, да лениво цедил вино. Длинноногая эльфийка с медными волосами так и крутилась возле широких плеч, но незнакомец не обращал на нее никакого внимания.
– Кхм, – прокашлялась я, чтобы игрище хоть как-то отреагировало. Но никому не было до меня дела. Зачем тогда было звать? Не понимаю…
– О, дорогая, – поприветствовал меня Визерис, даже не удосужившись достать член из рта темнокожей блондинки. – Рад, что ты пришла. Хочешь чаю?
– Ты совсем офонарел? Какого чаю? – зашипела я, подойдя поближе и стараясь не испачкаться по пути.
Где-то недалеко Данталион чертыхнулся:
– Ох, Ева, это не то, о чем ты подумала, вот совершенно не то! – затем послышался звук борьбы и гневный рык. – Да отпусти ты!
– Сегодня ты мой, сладкий, – не отпускала край его брюк черноволосая эльфийка, а я показала неприличный жест за спину и отвернулась. Вот знала, знала же, что эта влюбленность причинит мне боль, и вот, получите-распишитесь!
– О, да-а-а, – простонал император, глядя мне прямо в глаза и сжимая волнистые волосы темнокожей. – С тобой однозначно веселее. Желаешь присоединиться?
Под мерные ахи-вздохи и шлепки тел я чувствовала себя неловко, а после слов Визериса захотелось громко заорать, затопать ногами и залепить ему изо всех сил по физиономии.
Какое неуважение!
Так опозорить предполагаемую невесту, будущую императрицу, мог, наверное, только этот осел.
Хитрый, должна заметить, осел.
Но я оказалась хитрее.
Ласково улыбнулась жениху, показательно обернулась и задумчиво осмотрела каждого мужчину в этом зале, даже обнаженных юнош не упустила, и ответила:
– А почему бы и нет? Присоединюсь, конечно.
У императора сразу же довольно заблестели глаза, а зубы обнажились в победной улыбке.
– Но не к тебе, дорогой жених, – добавила я и пошла от него прочь.
Улыбка превратилась в хищный оскал, а блеск из глаз улетучился.
Визерис поиграл желваками, у него сжались от злости кулаки, натянув девичьи волосы до предела, несчастная блондинка закашлялась от недостатка кислорода и рефлекторно сомкнула челюсти.
Император взвыл.
Оргия вокруг замерла, все взгляды, укоризненные, должна заметить, устремились на меня. На Визериса нарочито не смотрели.
– Лекаря сюда! – заревел император, пытаясь разжать девичьи зубы. Получалось у него плохо, перепуганная блондинка от страха сжимала зубы еще сильнее, сильнее же подвывал несчастный эльф.
Я же с абсолютно непроницаемым лицом прошлась по залу ничего и никого не замечая, аккуратно присела возле мужчины с книгой, шуганув от души лебезящую возле него медноволосую эльфийку.
– Я посижу тут возле вас, совсем недолго, – тихо спросила незнакомца, рассматривая втихаря тонкую талию и широкие плечи, а также шелковистые черные волосы, собранные в конский хвост. Мужчина промолчал. – Я вам не помешаю.
Незнакомец обернулся и внимательно посмотрел на меня, черные глаза сощурились, а тонких губ коснулась едва заметная улыбка:
– Ралион Анкалагон Арокх, – представился мужчина, встал, галантно протянул руку, помогая сесть, а сам остался стоять, лишь слегка наклонил голову, рассматривая меня.
Еле сдержала вздох облегчения и присела.
– Ева.
А император все подвывал.
Данталион повел себя поистине благородно и заржал во весь голос. Он уже был полностью одет, и снова направлялся ко мне, отбиваясь по пути от той же брюнетки:
– Ева, это правда совсем не то…
– Что я подумала, – продолжила я и улыбнулась. – Все в порядке, Данте, сынок.
Принц покраснел. Ну, нравилось мне его дразнить, ничего не могла с собой поделать. А может это я так прямала свою боль?
Лекари и стража явились буквально через пару минут, разогнав недовольных послов.
Увозили Визериса все с той же девицей чуть пониже пояса.
– Придется воздерживаться полторы-две луны, – сердито цокал языком эльф в цветастой тряпке вместо одежды – местное светило лекарской науки. – Как же вам повезло, Ваше Величество.
– Ах, какой кошмар! – притворно убивалась я, хватаясь ладонями груди и стараясь поскорее улизнуть к себе в покои. Так и не попрощалась с новым знакомым.
В покоях ожидал сюрприз.
Точнее говоря, сюрпризы.
Первый заключался в идеальном порядке и совершенно свежем ремонте помещения. После былых событий и капитального разгрома я и не смела надеяться на такую быструю реконструкцию. Постарались на славу ребята, хвалю. Я по-настоящему зауважала местных мастеров.
А вот второй был не столь радужным и даже немного напугал меня.
Четыре высоченных мужчины с ног до головы закутанные в облегающие костюмы из сверкающей черной чешуи стояли ровнехонько на пути к спальне.
Мало мне их, мужиков этих?
Я даже подавилась от неожиданности, едва вошла внутрь.
А они ничего, стоят молча, не шелохнутся. Только Матильда с Элегией возле них круги нарезают, да слюни пускают, вместе с пошлыми комментариями.
– Здравствуйте, – проявила я вежливость, едва дверь закрылась за спиной. – С кем имею честь познакомиться?
Матильда, зараза рыжая, рассмеялась во всю мощь и повалилась на диванчик.
Элегия была более учтивой:
– Ева, вы знакомы, – банши подошла к самому здоровому, ласково прикоснулась хрупкой девичьей ладонью к широкой мужской груди и подмигнула мне. – Если ты отдашь мне этого восхитительного мужчину, я твоя целиком и полностью.
Восхитительный мужчина сглотнул довольно громко и попытался сделать едва заметный шажок в сторону от черноволосой, которая с мечтательным выражением лица заговорила:
– Устроим незабываемую жизнь высокородным засранцам, а потом остепенимся, построим свой маленький домик в лесу, желательно близ болот… Я же банши, все-таки. Нарожаем десять сыночков, – вслух мечтала Элегия, а вот “восхитительный” все так же отступал в сторону. Понемногу. Выжидал.
Наконец, его товарищи не выдержали и засмеялись. Главный вздохнул, готова поспорить, что закатил глаза, стянул с головы тонкую чешуйчатую материю:
– Радость моя, Элегия, – принялся оправдываться Гхаарх. – Ты прекрасна, неотразима, но, к сожалению, как бы я ни старался, мое сердце несвободно.
– Я радость! Я неотразима! – воскликнула банши с блаженной улыбкой на губах и сложила руки в умоляющем жесте.
– Нет-нет-нет! – испуганно попятился орк, прикрываясь руками и грустно глядя на меня. – Элегия, я занят. Совсем. Полностью.
– Ничего страшного, освободим тебя, дорогой! – банши на его речь не обращала никакого внимания, она впала в нирвану и что-то планировала вслух.
Я же тотчас взвизгнула от восторга и прыгнула на шею старому знакомому. Как ни крути, он единственный из всех мужчин Каэртина, кто мне не лгал.
Когда личности моих новых персональных телохранителей были раскрыты, последние с облегчением выдохнули и позволили себе расслабленно присесть за стол. Я едва не разревелась от вида их осунувшихся лиц. Сразу же послала заказ на кухню. А затем услышала много интересного. Про приезд, задержание, темницу, интриги, пытки.
Мы проговорили непозволительно долго, эмоции били через край, как и вино, глаза слипались, но спать идти решительно не хотелось. Однако, природа взяла свое и в какой-то момент я погрузилась в тихий и спокойный сон.
Мне снился дом, такой далекий и недостижимый, одинокая квартирка, в которую никто так и не пришел… Тысячи сообщений в соцсетях от бывшего нового бойфренда, работодателей, кривая царапина на моей новенькой ауди, оставленная в подарок тем самым соседом-алкашом. А еще приснился ненавязчивый запах корицы и мускатного ореха, и чей-то силуэт, к которому я тянулась всей душой и рядом с которым ощущала себя в безопасности. Данте улыбался мне и говорил, что я та самая. Единственная. Что лишь однажды эльф может полюбить всем сердцем, и его судьба сжалилась наконец, послав меня. Сон был необычайно реалистычным, никогда прежде у меня таких не было.
Жаль, пробуждение было не столь теплым и радужным, а довольно хмурым. Я бы даже сказала пасмурным, уж слишком сильно я любила поспать.
– Доброе утро, соня, – проворковал над ушком знакомый бас, теплую и мягкую подушку кто-то отнял и решительно поставил меня в горизонтальное положение. – Император уезжает, хочет проститься.
– Не-е-ет! – заканючила я, на поверку ощущалось, что проспала я не более пары часов. – Пусть едет! Никуда не пойду!
– Хочешь, чтобы он к тебе сам пришел? В постель? – язвительно спросил Гхаарх, заталкивая меня в ванную комнату.
Я тут же проснулась и улыбнулась, вспоминая недавнее боевое ранение Визериса.
А нечего девицу пугать, когда самое сокровенное в ее зубах!
– Я придумала кое-что поинтереснее! – фыркнула я и захлопнула дверь перед носом насупившегося орка.
В ванной меня уже ожидала Матильда:
– И что же ты задумала? – рыжая скептически нахмурила брови.
– Тиль, сегодня я буду самой сексапильной дамочкой всей империи.
– Ладно, – недоуменно пожала плечами эльфийка.
– И заодно проведаю императора прямо в его покоях.
Наверное, гаденькая улыбочка уже отразилась на моем лице, потому что Матильда, сначала недоуменно сверлившая меня взглядом, приосанилась, и такая же гаденькая улыбочка расплылась уже по ее прекрасному лицу.
– Отличная идея.
Так в четыре руки, а, немногим позже, уже в шесть рук, меня причесали и накрасили по последней эльфийской моде, а также облачили в изысканное белье ручной работы. Завершал образ прозрачный кружевной пеньюар и длинный шелковый халат.
– Ну, как я? – критично оглядывая себя в зеркало, стараясь близко к нему не подходить, я спросила публику в виде четырех лиц мужского пола.
– Э-м-м, – промямлил один помельче, за что получил оплеуху.
– Слюни подбери, щенок, – недовольно заворчал Гхаарх запахивая разъехавшиеся полы прохладного шелкового халата.
– Отлично! – резюмировала Элегия.
Я, конечно, была слегка недовольна тем, что пришлось пропустить завтрак, но что не сделаешь во имя великой вселенской мсти.
По коридорам замка я порхала словно бабочка, не замечая ни косых взглядов, ни вожделенных слюней. Оно мне надо?
И готовилась ужалить куда больнее, чем пчела: еще бы, уязвленное самолюбие высокородного болвана того стоит.
Допорхала до резной золотой двери, изящно развязала пояс халата и совсем неизящно ввалилась в покои пострадавшего монарха.
Грустный Визерис обнаружился ни в гостиной, ни в кабинете, ни в спальне, а в гардеробной… Владыка сидел в ворохе тряпья и откровенно квасил. Судя по количеству распитых бутылок, звенящих под тряпьем.
– Это так ты уезжать собрался? – я скрестила руки на груди и крайне недовольно посмотрела на жениха.
Жених же в ответ посмотрел крайне довольно, широко распахнув глаза, едва слюни не пуская:
– А вот и мой подарочек прибыл, – Визерис резво поднялся и совершенно ровной походкой приблизился ко мне, обнял за талию одной рукой, а второй взял за подбородок. – Что же ты прилетела, птичка?
Я времени зря не теряла, тактику переняла: прогнулась в спинке, обняла жениха за талию, зарылась свободной рукой в шелковистые волосы. От нервного напряжения губы совсем пересохли, и я их быстро облизала, от чего оппонент издал едва слышный стон. Мужчина просиял победной улыбкой и потянулся к моим губам, даря легкий поцелуй.
На какой-то миг я испугалась, уж было подумала, что прогадала со способом мести, уж слишком здоровым выглядел жених. Только пьянющим в хлам. Но, совершенно здоровым.
Мои многострадальные коленки задрожали, я уже мысленно планировала ходы отступления, слишком сильно придвинулась к возбужденному эльфу и совершенно случайно двинула бедром ему в пах. Судьба смилостивилась!
Визерис издал болезненный стон и согнулся пополам. Не будь я женщиной с доброй душой, ринулась ему помочь и схватила за внушительное хозяйство, стараясь ощупать на предмет перелома. Визерис взвыл и попытался отстраниться. Да только я не дала.
– Куда! – рявкнула я и схватилась за кожаные завязки брюк, эльф побледнел и принялся отступать спиной, я в ответ шикнула. – А ну тихо!
Где-то снаружи послышалось шарканье и глухой удар, Владыка снова изменился в лице: челюсть вытянулась, а глаза испуганно распахнулись. Так значит! И есть тут кто-то, кто навевает больший страх, чем я? Непорядок.
Пока я об этом собиралась рассказать во всех красках, Визерис снова зашикал и потащил меня к шкафу: легким движением открыл дверцу и собирался меня уже впихнуть внутрь, но не успел: дверь в гардеробную с глухим стуком открылась, явив на пороге абсолютно голую длинноногую брюнетку.
– Ах, Визерис, дорогой, – мурлыкнула гостья и сексапильно прогнулась. – Я так скучала.
Император позеленел, я тоже: еще бы, меня не заметили! Что за хамство! А где же трепет? Страх, в конце концов?
– Аделаида, не сейчас, – довольно сухо ответил Владыка. Он снова превратился в того величественного и холодного мужчину, которого я впервые увидела в тронном зале. – Будь добра, пошла вон.
Брюнетка скривилась от обиды. Я тоже, только от зависти: эх, такая грудь точеная.
Император похромал к выходу, подволакивая за собой ноги.
– Адель, через неделю моя дорогая невеста проведет отбор новых фрейлин, фавориток и наложниц, все старые контракты аннулированы сегодняшним числом.
Услышав последнюю фразу, брюнетка хмыкнула, мгновенно потеряла игриво-манящее выражение лица. Девица задрала нос, гордо развернулась на каблуках и поспешила вон. Еще и дверью хлопнула изо всех сил.
Император снова осмотрел меня слишком уж внимательным взглядом, а потом облил, словно ушатом воды:
– Через неделю я вернусь совершенно здоровым, а через две у нас свадьба, на которой мы при свидетелях консумируем брак. Да хранят тебя Светлые Боги, если хваленой девичьей чести не найдется.
Ха! Напугать, значит решил.
Я картинно заломила руки и закатила глаза:
– Ах, какой кошмар, я думала мне тоже положен гарем из фаворитов, а тут такой шовинизм!
Визерис непонимающе похлопал глазами и сжал челюсти. И куда только алкоголь выветрился?
– Молчать! – коротко рявкнул мужчина и прижал меня к стене, давая понять о своих твердых намерениях, не будь я дурой, все прекрасно поняла и двинула коленом как следует.
Визерис снова взвыл.
На такой высокой ноте мы и распрощались.
Кто бы знал, что в отсутствие Владыки настолько восхитительно быть его невестой.
Дни потянулись чередой.
Никто не трепал нервы, никто не звал на обеды-ужины. Хотя, я вру: звал, звала, звали. Все подряд. Но, не будь я невестой самого императора, не имела бы возможности послать всех далеко и надолго. Чем я не преминула воспользоваться. Раз эдак двадцать.
В общем, не жизнь, а рай.
Все свое свободное время я тратила на чтение, с упоением погружаясь в Каэртин и его традиции. Я всей душой полюбила местные легенды, отметив удивительные совпадения с историческими сносками. Приятно порадовала собственная память, казалось, я помнила каждую строчку из прочитанного и легко могла назвать номер строки и страницы любой цитаты.
Наконец-то я нашла даже целый сборник легенд о Навьелии.
Но, радовалась я недолго: каждая легенда противоречила другой и, казалось, все они описывали абсолютно разное существо.
Объединяло всех Навий лишь одно: смерть. А именно, смерть от рук любящих ее мужчин, отвергнутых и не смирившихся.
Я с трудом закрыла огромную книгу и откинулась на спинку диванчика в библиотеке.
Чай давно остыл, печенье я сточила всухомятку, Элегия дремала где-то за столом смотрителя. Впервые за последние несколько дней захотелось размяться. Я потянулась, от души похрустев пострадавшей от чтения спиной, плавно поднялась, стараясь не разбудить банши, и пошла на выход: уж слишком сильно хотелось освежиться.
Стражники за дверью спали.
Я довольно ухмыльнулась: сегодня судьба благоволит мне. Но, быстро стерла ухмылку, заприметив пошедшее рябью небольшое зеркальце в коридоре.
– Нет-нет-нет! – я вскинула руки в защитном жесте и отошла на шаг от мерцающего волнами отражающего стекла, по дуге удалилась в сторону, противоположную от своих покоев.
– Приму душ в любых свободных покоях, хозяйка я или нет? – спросила у самой себя, почесав подбородок. Решила, что если даже и не хозяйка, все равно хочу в душ, и спешно двинулась дальше, периодически проверяя попадающиеся по пути двери.
Почти все были закрыты. Вот разочарование!
В паре комнат я встретила прислугу, крайне удивленную моим визитом. В нескольких были стражники, еще поварята, пожилой лорд в дамской сорочке. Б-р-р-р. Даже сочетание служанка-страж удалось увидеть, правда, закрывала я ту дверь очень оперативно, и пунцовая побыстрее убиралась подальше, стоило заприметить макушку еще одного стража с другой стороны от дамы.
Я уж было подумала, что плохая была идея, но мне повезло.
Наконец-то дверь была открыта, и комната за ней пустовала.
Небольшая, довольно аскетичная, выполненная в золотых тонах. Это были не покои, вроде моих, а гораздо меньшие.
Из мебели в комнате была огромная кровать, кушетка перед ней, письменный стол и стул, с пиджаком на спинке.
Всё.
На столе в жутком беспорядке была навалена груда бумаг. Сначала захотелось изучить, но, чуть подумав, я пожала плечами и решила не рыться в чужом. Развернулась на каблуках и направилась к единственной небольшой двери, полагая, что приду в ванную.
Так и получилось.
Не учла я лишь одного, а именно, хозяина бумаг.
Ралион Анкалагон Арокх собственной персоной.
Это было как удар под дых.
Высокий, гибкий, рельефный, весь в капельках воды, с распущенными же влажными волосами, едва достающими до плеч.
Я с минуту восторженно пялилась на идеальные округлые ягодицы, пока мужчина вытирался. Казалось, он и не замечал моего присутствия. Но все расставила по местам одна единственная фраза, сказанная насмешливо и немного лениво:
– Нравлюсь? – Арокх повернулся наконец ко мне лицом, даже не потрудившись прикрыться. У них с Данте что, мысли одинаковые? Ни привет, ни пока. А сразу с ходу “нравлюсь”. Так и хотелось нагрубить, но я была на взводе.
Я от неожиданности растеряла всю храбрость, забыла о своем мега крутом статусе, и лишь проблеяла что-то. На поверку оказалось:
– Извините, я случайно!
Затем с бьющимся в бешеном темпе сердцем как можно скорей выпорхнула из ванны и захлопнула за спиной дверь, следом выскочила из комнаты и ее тоже захлопнула.
Мне потребовалось время, чтобы прийти в себя. Было ощущение, что я нашкодивший ребенок и очень скоро получу за шалости. На мгновение я оперлась лбом о дверь в комнату нового знакомого, размышляя о том, что делать дальше. Но, все оказалось намного проще.
Где-то вдалеке в коридоре послышался гул голосов. По всей видимости, хватились меня.
Уж чего я не ожидала, так это того, что дверь резко откроется, а я полечу на пол, прямо под ноги Арокху.
– Ева, милая, я уже иду к тебе! – раздался совсем близко хитрый заманивающий голос Аналиэль, а я приняла единственное верное в данной ситуации решение: ловко проползла между ног нового знакомого, шипя под нос:
– Закрывай! Скорей, прибежит же!
Как ни странно, но реакция у мужика была что надо: дверь моментально захлопнулась, отрезая от всех посторонних звуков и опасностей. Как же я была ему благодарна в этот момент, не передать словами. Хрупкое девичье сердечко трепетно билось в груди, готовясь вот-вот выпрыгнуть от восхищения.
– Фух, – облегченно выдохнула я и на свой страх и риск аккуратно выползла из-за кровати, за которой так тщательно скрывалась. Спина ныла, колени я сбила. Голова была уже под кроватью, когда дверь неожиданно быстро закрылась. Я испугалась и подскочила. Словом, шишка будет знатная. Картина, открывшаяся взору была воистину забавной: сложив руки на груди и опершись спиной о дверь, с одним полотенцем вокруг бедер, Анкалагон Арокх, такой притягательный и опасный, разглядывал меня. Меня! С любопытным прищуром и слегка склонив голову к плечу, даже губу закусил. Нет, ну где манеры?
– А как же девичья честь? – слегка усмехнувшись спросил мужчина, и выразительно приподнял бровь. Я подавилась и закашлялась. Сижу тут на полу, а он шутеечки шутит?
Мне ничего не оставалось, только вздернуть нос и невозмутимо пожать плечами.
Черные глаза чуть сощурились в ответ, но настаивать на подробностях эльф не стал. Хм, а эльф ли? Я выразительно уставилась на мужчину, пытаясь определить его расу. Но, по всей видимости, эльфом он не был: мокрые волосы обнажали совершенно обычные человеческие уши.
– Не эльф, – безразличным тоном произнес Ралион и почесал твердый подбородок. Словно прочитал мои мысли! А что? Все они тут с приветом. Ой, с сюрпризом. Я хотела сказать, с сюрпризом.
Я обиженно засопела.
Брови сами собой нахмурились, а рот уже открылся, чтобы возмутиться самыми непристойными выражениями и высказать протест против такого наглого вторжения в личное пространство.
Вот же бессовестный!
Как вновь послышался озорной мужской голос:
– Я не читаю мысли, это ваш взгляд слишком выразителен.
Ошарашенная такой проницательностью, я нервно прикусила губу и настолько элегантно, насколько смогла, учитывая рваное и грязное платье, поднялась с пола и присела на кушетку у кровати.
– Вот тут, – участливо позвал не эльф, указывая себе на макушку. Я непонимающе надулась и принялась рассматривать его макушку.
– Да нет же, у вас, леди.
Пошарив рукой по сбитым в роскошное воронье гнездо волосам, я обнаружила моток паутины и испуганного паука, который быстро сиганул на пол и помчался прочь.
Эх, чего мне стоило не заорать, ведь пауков я боюсь до одури. А тут ничего. Опозорилась, но обошлась малой кровью.
– Вы не могли бы одолжить мне вашу ванную комнату, господин Анкалагон Арокх? – спросила я, состроив при этом удивительно милую просящую мордашку. Уж что-что, а мимика у меня была на высшем уровне, хоть в актрисы иди.
– Разумеется, – усмехнулся мужчина, пожав плечами и недоверчиво поглядывая на "странную гостью". – Ралион, зовите меня просто Ралион.
Я просияла, как чистейший алмаз и решила не ждать ни минуты, совершила моментальный скачок в ванную.
Конечно, это не мои апартаменты, к которым я за такой короткий промежуток времени уже привыкла, но тоже неплохо. К хорошему привыкают быстро.
Водные процедуры пошли на пользу, особенно волосам. Я беззаботно плескалась и наслаждалась ароматами благовоний, когда пришла поистине гениальная мысль. Правда, гениальной она была бы, если бы поспешила прийти пораньше.
Одежда.
Где мне взять одежду?
Не идти же в этом грязном белье и испорченном платье?
– Вот же дура! – я как следует выругалась вслух и жалобно позвала, стараясь скрыться под уровнем воды. – Ра-алион! Мне очень нуж…
Договорить я не успела, дверь распахнулась, явив разгневанную Матильду с охапкой одежды.
Так он наябедничал?
Вот предатель!
Нет, ну вы посмотрите, каков бессовестный!
О том, что мужик мне подмоченную репутацию спасает, я, конечно же, не подумала. В голове, во всю набирая обороты, уже крутилась мстя, желая вырваться поскорее на свободу.
Покидала я нового знакомого в угрюмом молчании и с маской безразличия на лице. Однако, стоило мне обернуться перед уходом, взгляд уловил слегка поджатые губы Ралиона и смешинки в темно-синих, почти черных глазах. Да он что, издевается?
Когда я обиженно засопела, мужчина подмигнул мне, пришлось быстро прятать раздражение за той самой маской безразличия.
– Не спрашиваю, – шепнула на ухо присмиревшая Матильда. – Но не обещаю, что не спрошу за бутылочкой вина.
До моих покоев мы добрались быстро и без приключений.
Встретили Данте по пути, эльф выглядел настолько подавленным и мрачным, что я, скрепя сердце, позволила ему составить нам компанию.
– Слава Богам, – прорычал обеспокоенный, словно курица наседка Гхаарх, неловко пристраиваясь в слишком маленькое для него креслице. – Ева, ты можешь пострадать, не веди себя, как один из щенков. Иначе, клянусь Темными Богами, надену на тебя магический хомут.
При упоминании аркана у меня непроизвольно скривилось лицо.
– А он тут что делает? – взвизгнула Элегия, указывая на мнущегося в дверях Данте и картинно складывая ладони.
– А, оставь, пусть посидит, – махнула рукой я, и с блаженством развалилась на диване, забросив ноги на тройку полуорков. Ребята скрипнули зубами, но терпели. Один даже принялся массировать мне стопы, от этого я чуть ли не мурлыкала. Но, стоило хитрым пальцам попытаться подняться повыше по ногам, ощупывая мои прелести, эти самые ноги совершенно случайно дернулись по известной траектории, а хитрец обиженно замычал, потирая ушибленный лоб.
