Текст книги "Стандарт красоты (СИ)"
Автор книги: Жанна Стужева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)
Глава 3: Дом Наслаждений
Когда я пришла в себя, первое, что я сделала – проверила шею. Тело ломило, во рту засуха, глаза слиплись и опухли. Ошейника не было. Впрочем, как и сожженной кожи. Никакого дискомфорта. Это радовало и пугало одновременно.
– Я вижу, что ты не спишь, – послышался хриплый женский голос, и я испуганно подскочила. Пострадавшие глаза пришлось разлепить: помещение было небольшим и довольно темным, лишь маленькое зарешеченное окошечко у потолка. Себя же я обнаружила на небольшой узкой кровати, укрытая теплым одеялом, а в ногах у меня сидела непонятного возраста оркесса.
– Что глазами хлопаешь? Чай не барыня, вставай и пойдем в термали.
Очень хотелось пить, но голос абсолютно пропал, и я не знала, как попросить. Оркесса поняла меня без слов и лениво подала деревянную кружку. Я жадно принялась пить, но вскоре закашлялась: напиток был очень сладкий и крепкий. Я кинула взгляд полный упрека на свою няньку, а она поправила косынку на голове и рассмеялась во все горло.
– Ну-ну, расслабься, тебе это не помешает.
Шаг за шагом меня куда-то повели.
– Шаласка я, можешь Лаской звать, – во все гнилые зубы улыбалась оркесса. Одной рукой, словно пушинку, поддерживала меня за шиворот, во второй я заметила толстую сигару. Время от времени женщина затягивалась и пускала колечки дыма, а потом заходилась в сухом кашле.
– Пять суток провалялась ты, девка. Если бы не Великий Вождь Гхаарх – кормить тебе червей. Что, полюбовница ты ему? И как на такую позарился?! – Ласка болтала без умолку, между делом пытаясь выведать у меня информацию. Я бы с радостью ее выдала, вот только говорить было сложно.
– Как же тебя так жизнью побило-то, девка? – сокрушалась оркесса, пока мы спускались по каменной лестнице. Если честно, я даже по сторонам не смотрела, все мои силы уходили на поддержание вертикального положения. С движением вниз воздух становился все влажнее и теплее.
– Губы навыкате, щеки опухшие, в волосах гадость какая-то склеилась. Ну ничего, я-то тебя в порядок привела, да и шрамы твои заживила. Кто ж бил-то так тебя, девка?
На секунду я опешила и остановилась, во все глаза высматривая вокруг зеркала. Но ничего подобного не было, только тот же каменный коридор ведущий вниз, огоньки, освещающие путь, да вредная оркесса рядом. Увидев острые грубые ступени даже диву далась, как умудрилась не запутаться в подоле длинной казенной рубахи.
Вздохнула, собралась с мыслями и потрогала шевелюру: капсулки наращенных волос исчезли, как и моя шикарная грива. До талии спускалась куцая косичка. Потрогав лицо, обнаружила вместо сексапильных губ уточкой свои натуральные. От обиды я позорно разревелась, уткнувшись в широкую грудь оркессы, а та по-матерински похлопывала меня рукой по плечу и приговаривала:
– Ну-ну, девочка.
* * *
Данталион Руаталиан Эль Сафори
Случайно поимел новую фаворитку отца.
Да, было приятно, не спорю, особенно то, что вытворял ее розовый язычок. И ведь не я ее соблазнил, как обычно бывает, это она преподнесла себя на блюдечке. Но слава идет впереди меня и отцу было без разницы, как это произошло. Главное – случилось, точка.
– Данталион Руаталиан, – обманчиво ласковым тоном произнес отец. Полным именем он звал меня лишь в двух случаях: когда я не оправдывал его ожиданий и на официальных приемах. Ничего такого и в помине не было, значит, отец злился. Нехорошо.
– Аналиэль готова вернуться домой, – продолжил Император, а я сделал вид что не понял, о чем речь, посмотрел задумчиво в окно. Отец холодно сверкнул глазами, – ты возглавишь ее кортеж и привезешь сестру назад. А также проконтролируешь, чтобы ее репутация за время пути не пострадала.
– Куда уж больше, – усмехнулся я, но отказать не смел.
Аналиэль, прекрасная и высокомерная, истинная Эль Сафори, покинула семью, когда мне было семнадцать. Я влюбленный по уши, как щенок смотрел ей в рот, не понимая, что все сестрицины ужимки и слова – игра. Потеряв брата, я лишился и Анали. Впрочем, последнему я рад.
Поездке я рад не был, но и здесь обнаружил пользу: надоевшие игрушки можно подарить оркам. А играть я любил живыми: получая свое, подминая волю, заставляя обожать себя. Сперва пытать болью и страхом, после – наслаждением, заставляя вымаливать прикосновения и взгляды. Потом становилось неинтересно.
Встреча с сестрой сперва разочаровала меня, но Анали не потеряла хватку, показала зубки. Чему я несказанно обрадовался.
Возвращаться домой планировалось через неделю, отец настоял, чтобы мы телепортом направились прямо в столицу.
Пропустить Дом Наслаждений и его наложниц я не мог, тем более что было семь свободных дней.
Первые дни я утолял голод новыми наложницами и плетью, даже плечо слегка вывихнул, а потом, когда перепробовал всех, снова стало неинтересно. Скучно. Зато воины орков, если в начале моего пребывания в землях орды бросали на меня снисходительно-презрительные взгляды, теперь смотрели с трепетом и уважением.
Шел шестой день моего пребывания в этой глухой дыре и было скучно. Уже в который раз я предпочел пойти в термали, нежели возлежать на шелковых простынях. Воздух близ подземных источников был влажный и теплый, от свежего запаха благовоний дышалось легко, и чувство расслабленности не покидало меня. Идти, правда, было совсем неудобно: долгий спуск по каменному коридору откровенно злил.
Подземная же пещера радовала глаз: немалого размера, вмещала в себе круглое озеро с чистейшей, словно горный хрусталь, водой и с несколькими десятками небольших бассейнов с бьющими горячими источниками. Гхаркхали, так называли эти источники, потому что Дом Наслаждений, казалось, вырос из этих пещер. Источники были целебными, и орки приторговывали водицей по баснословным ценам. Но цены не останавливали человеческих красавиц, потому что водица того стоила.
– Откинь голову, детка, – я сидел на краю чаши небольшого бассейна широко расставив ноги и свесив их в воду, слегка откинувшись назад я опирался на локти. Между ног была та самая оркесса, что любезно себя предложила в день моего прибытия. На безрыбье, как говорится. Она неумело работала язычком и это раздражало. Пара асур стояла на коленях позади меня: одна расчесывала волосы, вторая массировала спину и потянутое плечо.
Вокруг была толпа народа, но я накинул полог на свою чашу и меня никто не видел. Зато я развлекался изредка поглядывая на склоки гхаркхаси.
Впрочем, в основном все склоки заканчивались бурным сексом. Удивительная водица, что творит.
Асуры позади меня нервно вздрагивали и подергивали крыльями, когда я изредка обнажал зубы в улыбке, это тоже раздражало.
Закрыв глаза, я представил, как Анали, связанная по рукам и ногам, истекает кровью. Как тонкий нож проходит сквозь податливую плоть и оставляет ровные красные полоски. Фантазия здорово завела. Схватив оркессу за мокрые волосы, посильнее врезался ей в глотку, задвигался внутри и с наслаждением кончил. Бедняжка смотрела влюбленными глазами, ожидая продолжения, и облизывала раскрасневшиеся губы и мою плоть. Не дождется.
– Свободна, – коротко бросил оркессе, та застыла от удивления. Разозлился и рявкнул, – все свободны. Вон!
И оркессу, и асур сдуло, как ветром. А я же опустился на выступ в чаше и лег в воду, придерживаясь руками и шеей за тот же выступ. Расслабленно закрыл глаза, наслаждаясь пузырьками воздуха и потоками теплой воды, массирующей все тело.
* * *
Ева Ильина
Казалось, жизнь закончена. И, признаю, сначала стало очень обидно за потраченные деньги и время, чего стоило пережить одну только липосакцию?! А потом, выплакавшись вволю, я внезапно поняла, что тут выживать сейчас надо, а не о красоте думать. Что не все потеряно, ведь никуда не делись мои идеально рельефные телеса, упругие накачанные ягодицы, не говоря уже о ровном симметричном личике. Волосы жаль, конечно, как и все остальное. Ресницы почти все повыпадали, ногтей уже половины не было. Из ограненного бриллианта я снова стала самородком.
– Успокоилась? – прогремела Ласка и невежливо выдохнула дым. Я всегда ненавидела запах табака и дым, а тут, странное дело, приятно пахло мятой и успокаивало.
– Девка, моя дорогая, – развернула к себе оркесса и строго посмотрела мне в глаза. – Не благодари. Теперь ты намного красивее, спрос за тебя будет. Потрудишься – годков за десять выкупишь свободу. Али сам вождь под крылышко заберет. Али уже забрал?
Я хлопала редкими ресницами и пыталась придумать ответ, но тормозила.
– Я не знаю, – коротко ответила я и, пока голос слушался, быстро спросила то, что меня давно интересовало, – как меня нашли? Ошейник?
Оркесса пожала плечами:
– Нет, то для вида только, – она задумчиво почесала нос. – Магический аркан, скорее всего. Уж больно на него похоже, слишком тяжелая ты была, когда Великий Вождь принес.
– Неча разговоры вести, – рассердилась Ласка, – тебя пропарить хорошенько надо да грязью потереть. Я-то поработала наславу, да вот резерв у тебя пуст. Иди, силы на болтовню не трать
Больше ничего от нее не узнала, как ни спрашивала. Мы все спускались и спускались. Я нервничала, придумывала себе разные страшные картинки, а еще отколупывала оставшиеся наращенные ногти: лучше пусть все короткими будут, чем через один длинные.
– Гхаркхали, сердце града Азмарота и Дома Наслаждений, – наконец поведала старая оркесса и подтолкнула меня на свет.
Сначала я зажмурилась, глаза за долгий спуск отвыкли от света, но потом начали привыкать. Весьма интересно. Я оглядывалась вокруг и обалдело изучала огромную пещеру с высоченным сводом и тысячами свисающих вниз сияющих кристаллов. Стены были отполированы до блеска и испещрены тонкими переливающимися змейками вкраплений различных пород. Я бы сказала, что пещера размером с пару стадионов средней паршивости.
Моментально забылись все нахлынувшие проблемы и захотелось только одного: нырнуть в прозрачное озеро, сверкающее где-то в середине. Сами горячие источники, в обрамлении нескольких десятков аккуратных чаш, меня не поразили.
Когда первое восхищение местом схлынуло я, к стыду своему, наконец-то заметила толпу народа и их взгляды в мою сторону. Причем многие недвусмысленно предавались плотским утехам и зазывали к себе, призывно маня пальчиками. Некоторые же женщины смотрели откровенно враждебно.
– Пошла, – Ласка силком стянула с меня рубаху и толкнула на неширокую дорожку между чаш. Поразительно, но некоторые бассейны были внутри прозрачных пузырей, а уж что творилось внутри таких пузырей… Обнимая себя руками за грудь и втянув голову в шею, я аккуратно шла по дорожке. Искренне старалась не пялиться на воздушные коконы вокруг, но взгляд то и дело цеплялся сам. За любовное мужское трио: никогда бы не подумала, что орки такие пластичные. Или за маленькую сухонькую старушку, избивающую плетью огромное высоченного эльфа.
– Небось из свиты того темноволосого красавца, – про себя отметила я и поспешила отвернуться, когда старушка принялась мочиться прямо на лицо эльфийского воина.
– Пришли, полезай внутрь, – отчеканила оркесса и, взмахнув рукой, обернула в прозрачный пузырь чашу, к которой мы подошли. Никого в этой чаще не было, даже груз с плеч спал. – Девка, никто не увидит и не услышит то, что творится внутри. Полезай и неча стесняться.
Я хотела возразить, что пузырь вообще-то прозрачный, но пожала плечами и решила подчиниться.
Улыбнулась оркессе и вошла внутрь сферы. Ласка снова поводила руками над пологом, сама себе удовлетворенно кивнула и пошла прочь. Я же присела на край чаши и опустила ноги в воду. Приятно.
Внезапно мне стало зябко и мурашки побежали по коже, а я сама почувствовала спиной угрозу.
Обернулась.
Мужчина моей мечты развалился в чаше с горячим источником по соседству и удивленно сверлил меня взглядом. Ладони вмиг вспотели, а коленки предательски задрожали. Этого мне еще не хватало! Влюбилась я что ли? Как такое может быть? Он же высокомерный козел, а я лишь очередная "кукла". От острого мужского взгляда захотелось скрыться, я сделала вид, что никого не замечаю и ловко спрыгнула в воду с головой.
– Раз, два, три, – отсчитывала про себя, стараясь успокоить расшалившиеся нервы. Дошла до шестидесяти и неспешно вынырнула. Вода была соленая, пришлось отплевываться и ждать, пока немного подсохнут глаза, чтобы не защипало.
– Так-так, – раздалось у меня над ухом, и я вздрогнула от неожиданности, – еще одна птичка.
Открыв глаза увидела обнаженного Данталиона, сидящего на краю бассейна и свесившего ноги в воду. Испуганно отшатнулась подальше от него, но этот бессовестный успел ухватить меня за руку.
– Не бойся, не обижу, – успокаивающе протянул эльф и подвинул меня ближе к себе, – может быть, если будешь хорошей девочкой.
И улыбнулся, мерзко так.
– А если не буду? – сдуру ляпнула я, стараясь отодвинуться подальше от нежданного гостя, но гость не отпускал.
– То я тебя отшлепаю, – прикрыв ладонью рот, словно по секрету рассказал эльф и добавил, – впрочем, это мне понравится даже больше.
Даже глаза закатил от предвкушения, гад!
Адреналин в крови просто зашкаливал. Да, мужчина статный и сексапильный, но откровенный козел, как я успела убедиться. А козлы мне что? Не нужны, правильно. Наелась по горло. Видимо это нервишки мои так расшалились, но я неожиданно поняла, что чувствую себя намного лучше. Что больше ничего не болит, не хочется спать. Мысли чистые и ясные. И первое, что захотелось сделать – поставить козла на место.
– Извини, ты не в моем вкусе, – холодно заметила я и дернула рукой, вырываясь. Получилось. – Мне блондины больше нравятся.
Казалось Данталиона наш диалог забавлял, потому что он расхохотался и спрыгнул в воду, мгновенно добравшись до меня. Кольцо рук сомкнулось вокруг, и я носом уткнулась в рельефную мужскую грудь с гладкой бархатистой кожей. Сам же мужчина наклонился ко мне, высоченный, зараза, и нежно шепнул в шею:
– Поверь, я в твоем вкусе. И ты будешь меня умолять, – Данте подул мне в ухо и снова лизнул, слегка прикусив мочку. Мне понравилось, не спорю. От этого наглого эльфа разило бешеной энергетикой, чувствовалась сила и возникало желание растаять тут же. Но в моем больном мозгу, словно пощечина, снова возник образ Влада, шляющегося от юбки к юбке. Это меня отрезвило. Я потянулась губами к уху эльфа, якобы что-то хочу сказать. Он снисходительно опустил голову. Ох, и зря! Потому что я его больно укусила.
– А ты сука! – дернулся Данталион схватившись за подпорченную конечность, вся спесь с него сошла и моему взору предстал обиженный мальчишка. – Полукровка бешеная!
Я, конечно, понимала, что, вполне вероятно, меня ожидает жестокое наказание за случившееся. Но это было как состояние аффекта. Хотелось рычать и царапать. А еще появилось четкое осознание, что хрен им, а не гхаркхаси. Пусть сами себя обслуживают, уроды. А я найду способ, как отсюда выбраться. На худой конец умру. Терять мне нечего, возвращаться не к кому.
– Ласка-а-а! – во все горло заорала я и вылезла из воды. Одежды не было, но я даже прикрываться не стала, было все равно. Народ вокруг притих и многие принялись вертеть головой в поисках источника звука.
– Они тебя не видят, дура, – рявкнул из воды Данталион, – никто тебе не поможет. Одно моё слово, и ты труп.
– Да пошел ты!
– Что? Ты это мне? – казалось эльф был в шоке.
– Тебе, имбецил хренов! – я была в ярости. Истерика за все время в этом мире впервые нахлынула волной.
Злющий имбецил подошел к краю и с грацией леопарда покинул воду, очутившись возле меня. Признаюсь, я испугалась. Поэтому что есть мочи сиганула прочь. Бежала не разбирая дороги, иногда перепрыгивая через развалившиеся удивленные тела. Добежав до круглого озера посмотрела в воду и увидела глубоко внизу тоннель. Данталион меня настиг и прохаживался, неподалеку. Охотник хренов.
Народ вокруг беспокойно перешептывался, собралась даже небольшая группа зевак.
– И куда ты собралась? – спросил, как бы между прочим эльф взирая на меня льдистыми глазами. Ответа я не знала, а потому ляпнула первое, пришедшее на ум:
– От тебя подальше, от всех вас, сволочи.
Ответом своим я, видимо, не впечатлила, потому что Данте размеренно пошел на меня.
Пришлось заставлять себя не опускать взгляд ниже злющих глаз эльфа, потому что иначе я плыла. Я до сих пор не могла понять, почему так реагирую. Да и поразительно несправедливо, что такое совершенное тело получил такой совершенный засранец. А уж про размеры его достоинства я старалась даже не думать: не дождется. Отдышалась, вздохнула и решилась на отчаянный шаг.
– Нет! Ты куда собралась, дура! – словно выплюнул эльф и стремительно побежал ко мне. – Держите ее! – рявкнул он на ходу кому-то, но мне было все равно. Вдохнула полную грудь воздуха, сложила руки домиком над головой и нырнула. Моментально почувствовала ледяную воду, но заставила себя открыть глаза и поплыла к тоннелю.
Не было ощущения сопротивления воды, казалось, я нахожусь в невесомости, окруженная силовым полем. По всему телу бежали словно электрические импульсы, а сердце билось все спокойнее и спокойнее.
Где-то далеко раздался всплеск воды, скорее почувствовала, чем услышала я, расслабилась и обернулась.
С бешено горящими глазами и маской ужаса на лице ко мне плыл Данталион. Я почему-то была рада его видеть, улыбнулась и решила поприветствовать. Открыла рот.
– Нет! – одними губами, не выпуская воздух сказал Данте, но я не слушала. Вдохнула, словно обычный воздух:
– Почему нет? – спокойно спросила эльфа и отключилась.
Глава 4: Госпожа
Когда я очнулась, все болело. Голова, ноги, руки, спина, словом, каждая жалкая мышца тела.
В памяти возникли недавние события, и я застонала, сожалея о том, что не мертва.
– Дура безмозглая, – зашипел кто-то над ухом и потрепал за волосы. Приоткрыв глаза заметила, кто этот кто-то – все тот же высокомерный эльф. Сердце предательски застучало быстрей, мне даже пришлось себя ущипнуть, чтобы отвлечься.
Вокруг было светло и просторно, я лежала на белоснежных простынях, укрытая белоснежным же одеялом. Сквозь огромные панорамные окна на лицо падали солнечные лучи, но я была им рада.
– Моя ты девка! – всплеснула руками вошедшая Ласка. Комната явно была не та, где меня ранее располагали. – Моя ты родненькая!
Казалось, оркесса сокрушалась не по еще одной жрице-проститутке, но по собственной дочери.
– А ну пошел вон, щенок, надо за госпожой поухаживать! – приказала Ласка моему посетителю.
– Ты как со мной говоришь, бабка? – взревел и обернулся Данте, на что оркесса молча упала головой в пол.
– Прости, не признала! Не вели казнить, деток сиротами оставлять!
– Да нет у тебя детей, и не было никогда! – выплюнул эльф и, подорвавшись, пошел к выходу. У самой двери обернулся и бросил мне: – А с тобой мы еще поговорим!
Перемена в поведении высокомерного засранца заставила меня насторожиться и признаться самой себе: где-то я накосячила и это выльется мне боком. Нет, сердце, конечно, пустилось вскачь от счастья. Вот только можно ли ему доверять, сердцу?
Хлопнула дверь.
Ласка моментально подлетела с пола, подошла ко мне, присела рядом. Коснувшись рукой моей щеки, словно подводя итог, констатировала:
– Хороша ты стала. Не то что раньше.
Я решила брать напором и выведать как можно больше информации:
– Ласка, что случилось?
Женщина забеспокоилась и принялась копошиться в карманах.
– Так, а ты не помнишь? – деланно удивилась оркесса и отвела взгляд. Что-то недоговаривает.
– Только как прыгнула в озеро, – ответила я, умолчав о своем побеге от Данталиона. И о странном трепете, которым наполнялось моё сердце при одной только мысли о хрустальном подземном озере.
– Ну вот, а говоришь, что не помнишь, – хохотнула женщина и вытащила из-за пазухи длинный мундштук.
– Я ничего не понимаю, – негромко призналась я, боясь, что кто-то еще услышит, – то в шлюхи записывают, то госпожой называют.
Оркесса открыла рот, чтобы хорошенько запудрить мне мозги. Но, я горьким опытом научена, Влад постарался, поэтому опередила:
– И не отрицай! Одни эти шелковые простыни стоят как вся каморка, в которой меня поселили сначала. Ласка, что происходит?
Оркесса достала сигарету, прикурила и протянула мне мундштук:
– Хочешь?
– Не меняй тему! – едва не выкрикнула я и принялась возиться в постели, чтобы подняться.
– Ох, дурная твоя голова, – вскинулась Ласка и натянула мне одеяло под самый подбородок. – Ты знаешь историю Гхаркхали?
– Да-да, – я закатила глаза, – термальные источники снизу, Дом Наслаждений сверху. Поэтому местные шлюхи-жрицы и источники схоже называются.
Оркесса засмеялась, но не так как раньше. Тонкие сеточки морщин покрыли скулы, а глаза засияли.
– Хочешь казаться взрослой, а сама дитя, – фыркнула Ласка. – Ох, и влетит же мне из-за тебя. Я расскажу, но не просто так.
Я погрустнела, потому что в этом новом мире я была никем и звать меня никак.
– Если бы у меня что-то было, – грустно вздохнула я, но Ласка снова тихонько засмеялась и потрепала меня по щеке:
– Ты напоминаешь мне кое-кого. Просто пообещай.
Подумав и взвесив все “за” и “против”, я согласилась выслушать требования. Они были неоднозначными и странными, но моих жизни и здоровья не касались, поэтому я пообещала.
– Есть забытая легенда про Халеса и Валеса, древних Богов, про которых уже никто и не помнит. И про прекрасную Навию. Больше узнавай сама, – задумчиво почесав нос Ласка немного тише добавила, – хрустальное озеро Гхар-Нави не убило тебя, а значит в тебе есть Сила. Это огромная честь. Твоя кровь ценна.
Я призадумалась.
Как по мне – бред сивой кобылы. Ну какая во мне сила? И как моя кровь может быть кому-то полезна? Кровавые ритуалы проводить?
– Ласка, ну кому я нужна? Тут своих сильных хватает! – запротестовала я.
– Может быть, мелкие таланты есть у многих, – покачала головой женщина и затянулась дымом, – но их недостаточно. Так, искры. Даже если твои Силы спят, кровь хранит их.
Меня поражала способность оркессы вести разговоры мудрено и непонятно, в каждом отточенном слове чувствовался опыт и ум. И при этом она так легко могла прикидываться старой глупой женщиной.
– Ладно, Ласка, – зевнула я и грустно улыбнулась, – твои байки слушать очень интересно, но, не представляю, как они мне помогут выжить тут.
Я развела руками, в ответ женщина лишь снова усмехнулась. Послышался стук в дверь и вошла симпатичная девушка ярко-зеленого цвета в строгом платье:
– Госпожа Ева, вас желает видеть малый совет Орды.
– Ну вот, – вздохнула я, – а я только расслабилась.
Ласка лишь подмигнула мне, коротко обняла и шикнула, когда я принялась ворчать и стенать.
* * *
– Кто ты? – прозвенел гортанный голос сухонького едва живого старика темно-зеленого, почти черного цвета. Глаза его были затянуты белой пеленой, а клыки, кажется, сгнили.
Битый час я разглядывала резной потолок и разрисованные незнакомыми символами стены. Ровно столько же я отвечала, что я – Ева Ильина, человек из другого мира. Что нахожусь я тут по ошибке и мне не мешало бы попасть домой. Однако, уже раз двадцатый сразу же после ответа тот же вопрос повторялся снова и снова. Я уже порядком разозлилась. Если вначале я испугалась непривычно помпезной и строгой для орков обстановки, да еще и приличной аудитории, глядящей на меня во все глаза, то теперь у меня просто разболелась голова. Периодически терла виски, боль ненадолго отступала, а вот злость никуда деваться не собиралась. Меня словно не слышали.
Наконец, после долгих нудных допросов, судьба, видимо, надо мной сжалилась, потому что второй старик неожиданно резво гаркнул:
– Довольно, – старец обвел прозрачно серыми глазами зал и остановился на мне, – ты не можешь быть человеком. В тебе есть кровь фейри. Но фейри ушли. А те, что остались – вымерли давным-давно, оставив после себя наследие из эльфов, орков, демонов, гномов, магов и прочих мелких народов, и нечисти.
Старец выдержал паузу, словно собираясь с духом и продолжил:
– Орки имеют лишь искры Силы и не в состоянии ее определить, а потому мы отпустим тебя с эльфийской принцессой.
По залу разнеслись раздраженные, если не гневные шепотки и старец добавил:
– Но сперва мы, пожалуй, рискнем, – орк многозначительно помолчал, заставляя зал навострить уши и замолчать. – Будет проведен древний обряд Гхаар-Шидад. Затем ты вольна покинуть нас, Ева Ильина.
– Какой еще Гхаар-Шидад? – слишком нагло спросила я и зло уставилась в серые глаза. Старец лукаво усмехнулся и как-то недобро осмотрел меня с головы до ног:
– Твоя кровь источник силы, и ты поделишься ею. Тебе будет дан выбор, – орк сделал пасс рукой в сторону возбужденно щебечущей толпы и из общей массы вышло пятеро орков. Четверо совершенно незнакомых и ужасно огромных, с тупыми выражениями на страшных мордах, а пятым был уже известный мне Гхаарх. Злющий такой, едва пар из носа не идет. Внутри у меня все похолодело.
– С ума сошли? – гаркнула я. – Моя кровь, никому не отдам.
– На тебе долг жизни Орде, красавица, – не то гавкнул, не то проблеял третий старец коричневого цвета в ярких фиолетовых одеждах. – Выплати его своей жизнью или жизнью первенца.
– А разгневать Богов не боитесь? – саркастически выплюнула я, подскочила с мягкой подушки, на которой сидела, и уперла руки в бока.
– Да будет так, – словно в трансе произнес второй старец, сверкнула золотистая молния и орк хлопнулся в обморок.
– Тебе решать, гостья, – отрезал третий и весь честной народ с жадностью уставился на меня.
– Ой ли? – ехидно спросила я и указала пальцем на знакомого и не такого страшного, как все остальные, орка. – Он. Пусть пьет кровь. Не дождетесь, а то жизнь или первенец.
– Да будет так, – раздалось с пола. Это опять второй старец прошептал и тут же снова упал ничком.
Толпа ликовала, четверо страшных невыбранных орка шипели и бычились, а мне было фиолетово. Гхаарх не даст мне умереть, надеюсь.
Внезапно двери в зал распахнулись и на пороге возник злой, как черт, Данталион:
– По какому праву вы решаете судьбу гостьи? – холодно и высокомерно спросил эльф и сделал шаг к старцам.
– Долг жизни, – коротко и четко ответил третий старец. Ответ эльфа меня поразил до глубины души:
– Эльфийская империя уже выплатила тройной долг. Анали родила троих бастардов, можете забрать их всех. А также те мешки золота, что осели в ваших карманах.
Старцы зашептались:
– Когда он успел узнать? – прошипел первый.
– Он же из койки не вылазил! – вторил третий.
– Недоказуемо! – возмутился четвертый.
– Эльфийская Империя, а также Светлый и Темный леса пойдут на еще одну сделку с ордой: выдадут всех ваших подданных, что томятся наших казематах, – начал торговаться Данталион, но видимо зря.
Все решил опять же второй старец, который прогнусавил в том же бессознательном состоянии:
– Долг Крови Гхаар-Шидад выплатит смесок Ева Ильина, да будет так.
Данталион лишь скрипнул зубами, но моментально вернул лицу непроницаемую маску:
– Я лично прослежу, чтобы полукровка осталась жива. Иначе – пеняйте на себя, – развернулся на каблуках и пулей вылетел из зала.
– Хорош мальчишка! – присвистнул первый старец.
– Настоящий император! – согласился пришедший в себя второй.
– Окстись! – не согласился третий, – иначе нам несдобровать.
Посмотрев на поникшую мордаху Гхаарха я откровенно перепугалась. Но решила раньше времени не разводить паники.
Обряд было решено проводить в тот же день, а, посему, следующий час я нежилась в полюбившемся мне источнике. Изредка поглядывала в сторону хрустального озера. Вокруг чаши равномерным слоем расположились эльфийские воины, повернувшись ко мне пятыми точками: видимо меня решили охранять.
