Текст книги "Пышка на пасеке (СИ)"

Автор книги: Жанна Софт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)

Жанна Софт
Пышка на пасеке

1

Бреду по просёлочной дороге. Тяжёлая сумка хлопает по бедру, пока я медленно закипаю. Градины пота стекают вдоль виска, да что там градины? Я мокрая как мышь. Солнце палит нещадно и кажется, что просто сойду с ума от жары.

Мало того, что автобус «закипел» и водитель выгнал всех остаток пути идти ножками, так я ещё и шлёпки порвала, поскользнувшись по дороге. Теперь прихрамываю! Жалко, я любила эти шлёпки.

– О, Катюш! Приехала, да? – окрикивает меня проходящая мимо женщина и машет рукой, – Так жаль баб Веру. Это сколько уже? Год есть?

Оборачиваюсь на продавщицу из магазина, что живёт здесь на дачах постоянно, и киваю сразу на два вопроса. Да, я приехала. И да, с момента как не стало моей бабушки, уже прошёл год.

Назойливой собеседнице мало, она перебегает через дорогу ко мне поближе и продолжает допрос:

– А ты что? Говорят, развелась? У нас жить будешь?

Очень пытаюсь сделать приятное лицо, и не откусить кусок от этой настырной.

– Да, тёть Лен, развелась, – нехотя признаю́ этот простой и такой унизительный факт.

– Быстро вы, да, – кивает продавщица, – Два года прожили хоть?

– Полтора, – автоматически отвечаю, невольно погружаясь в воспоминания о днях минувших.

Ну вот развелась и развелась, вам какое дело?

Но тёте Лене этого мало. Она оглядывает меня с ног до головы и кивает.

– Поправилась, вижу. Ну ничего, здесь на свежем воздухе быстро вернёшь форму! – смеётся радостно и наконец, оставляет в покое, следуя дальше по своим делам и махнув на прощание.

Верну себе форму? Я всегда была в теле, что уж говорить. На лето к бабушке на дачу приезжала каждый год. А здесь свежий хлеб, парное молочко, домашняя сметанка. Любила я ездить в посёлок. И бабушку свою очень любила. Поэтому, когда её не стало – сильно переживала. Похудела даже! Моя крепкая связь с семьёй сыграла плохую шутку, ведь мужу просто не оказалось места. Супруг постоянно был недоволен мной.

Как я выгляжу, как готовлю, какую должность занимаю. До свадьбы он всё делал точно так же, но я предпочитала не замечать. А после… тоже не замечала, пока не признался в том, что встретил другую женщину, и хочет развод.

Противиться не стала, отпустила его без трагедии, обвинив себя во всём. Ведь знаю прекрасно, что до стройной лани недотягиваю, примерно килограмм сорок минус. Готовлю отвратительно, из-за чего питаюсь фастфудом и другой дрянью, что можно купить навынос. Работу свою не люблю, поэтому и уволилась.

Решила кардинально изменить свою жизнь! Оставить город на лето и попытаться найти себя. Мама предложила мне перебраться пока в бабушкин дом, и заодно привести его в порядок. Сделать косметический ремонт, может даже и грядками заняться. Баб Вера жила на даче круглый год. И даже было хозяйство, но это слишком героический поступок для меня.

Для начала надо хотя бы туда добраться.

Сворачиваю на Тополиную улицу, где наконец, появляется тень. Приятная прохлада после раскалённого солнца расслабляет и даёт глоток свежего воздуха. Вон и дача! Осталось совсем чуть-чуть!

Приободрённая, ускоряюсь. Достаю из кармана ключи от калитки.

Конечно, участок бабули был огорожен чисто символически, заборчик из частокола выкрашен в белый цвет. Но краска облупилась и покрылась волдырями. Калитка чуть выше, и закрыта на здоровый амбарный замок. Хотя при желании можно было бы легко перебраться внутрь и не открывая его.

Участок утопал в белых, цветущих гортензиях. Позади маленького домика виднелись плодовые деревья, набравшие завязи. И цветущие кустарники калины бульденеж, бересклета и сирени, жасмина, спиреи. Но королевой бабушкиной дачи, была, безусловно – глициния. Она опутывала арки у дома, делая сад волшебным и каким-то затерянным в сказке.

Любуюсь пару секунд этим великолепием, и тут же вспоминаю, почему я так редко бывала здесь в последние годы. Потому что гул пчелиного роя, хоть и казался гармоничным, вселял в меня ужас. Там, где цветы, там и пчёлы, верно?

Пять лет назад дачу по соседству выкупил мужчина и устроил там пасеку. Что и говорить, пчёл я боюсь с детства. Потому что у меня аллергия на их укусы.

Теперь же, чудесный бабушкин сад походил на одну страшную, смертельную ловушку.

Спешно достаю таблетку от аллергии и бутылочку с водой, выпиваю сразу. На всякий случай. До города десять километров, не хватало ещё от анафилактического шока здесь и окочурится.

Подхожу к калитке, на ходу отпивая воду и отворяя замок. Но там, кажется, всё заржавело, и ключ не хотел проворачиваться.

Дёргаю, кручу, ругаюсь. И в отчаянии осознаю, что с этой железкой мне само́й не справится. Надо будет найти резчика по металлу, чтобы убрал его к чёртовой матери. К трём приедут грузчики с моими вещами, нужно освободить место и вообще разведать обстановку в доме. А я войти не могу!

Что же делать?

Оглядываюсь воровато. Позади лес. Справа и слева стройные ряды участков, что словно любознательные туристы, выглядывают друг из-за друга, выстроившись в полукруг. Как будто смотрят на меня. И усмехаются.

Ладно. Вам меня не переиграть.

Поднатужившись, перекидываю сумку через забор. Это моя дача! И по сути, и по документам. Так что нечего здесь мне препятствовать!

Смахнув пот со лба, решительно перехватываюсь за забор и предпринимаю попытку залезть на него. Кое-как нахожу опору, сунув ногу между досок. Хлястик на шлёпках угрожающе натягивается. Он и так держится на честном слове, а здесь такие нагрузки. Блин, не убиться бы.

Кряхтя, подтягиваюсь на руках. Заборчик начинает шататься, а на соседнем участке, где обитает тот самый пасечник, начинает лаять собака.

Но меня уже не остановить. Приложив титанические усилия, перекидываю ногу. В этот самый миг хлястик на шлёпанце лопается, моя нога выскальзывает, и я валюсь вбок с забора, издав унизительный и протяжный то ли вскрик, то ли вой.

Ну вот и всё. Сейчас здесь, в кустах гортензий себе шею и сверну.

Успеваю схватиться рукой за столбик и повисаю нелепо, зацепившись подворотом джинсы за забор, в самом эпичном шпагате. Даже не подозревала о том, что могу вот так. Мамочки…

– Спасите, – лопочу тихонько, прекрасно понимая, что если звать на помощь конкретно в этой тональности, никто не придёт, ведь не услышит.

Да и собака лает так, что заглушает всё на свете.

Кстати, о ней. Огромная животина выскакивает из-за кустов и показывается на улице, по ту сторону забора. А рядом – мужчина. Высокий брюнет, в мешковатой майке, испачканной чем-то, побитой на пузе мелкими дырками, и замызганных шортах, которые прежде были джинсами.

– Эээ... – оглядывая меня с долей недоумения, издаёт незнакомец, пока я пытаюсь принять более приличную позу в сложившихся обстоятельствах, – Вам помочь?

Искры веселья, что сверкают в глазах, как я понимаю, соседа, заставляют меня ощутить себя ещё более никчёмной, чем я есть на самом деле. Взрываюсь, обрушивая на незнакомца обиду и злость за всё, что происходит со мной в это утро.

– Конечно, помочь! Или я, по-вашему, повисла здесь ради удовольствия?!

2

Мужчина хмыкает, в явной попытке сдержать смех. Собака продолжает лаять, что усугубляет и без того патовую ситуацию.

Сосед строго смотрит на пса.

– Чак, смирно!

Пёс послушно смолкает и садится, поставив аккуратно лапки перед собой. Смотрит на меня с долей насмешки, чуть наклонив голову вбок с немым вопросом.

«Что эта кожаная задумала?» – так и звучало у меня в голове.

Между тем мужчина легко перемахивает через заборчик, с какой-то звериной грацией, в очередной раз заставляя чувствовать себя совершенно никчёмной и смешной. Подходит сзади.

– Осторожнее с бабушкиными гортензиями! – издаю предостерегающе, хотя в голосе уже сквозит мольба и бравада стремительно испаряется.

– Постараюсь, – бурчит мужик, пока кусты хрустят под его ногами.

Он приближается ко мне, и понимаю это по мужскому аромату, что тут же обволакивает. Я своими проделками отвлекла его от работы, так что пахнуть парфюмом он точно не может. Но ещё совершенно точно уловила аромат свежего дерева, и чего-то сладкого.

Сосед вдруг подхватывает меня за задницу, в попытке приподнять.

– Руки! – визжу, осознавая, что план его обречён на провал.

Во-первых, дама я габаритная, и меня так просто не поднять. Во-вторых, как это блин поможет снять ногу с забора? Вторая моя ступня совсем чуть-чуть до земли не достаёт. Но если не удастся свести мои конечности вместе ещё через мгновение, я просто порвусь пополам. Интересно, такое вообще бывает?

Мужик игнорирует моё ущемлённое самолюбие и пытается всё же поднять меня. А что толку? До ноги мне не дотянуться. Да и сил в руках нет совсем, потому что я мёртвой хваткой держусь за столбик. И пальцы уже вибрируют от напряжения.

Сосед понимает, что так ничего не выйдет, и меняет тактику. Перемещает руки с моей попки на бёдра и прижимается всем телом к моей спине наваливаясь.

– Что вы себе позволяете! – снова ору я, и тут же понимаю его задумку.

Он наваливается, приподнимает меня и спешно сдёргивает загорелой рукой штанину с забора, с удивительной лёгкостью. Я же, желая помочь, отталкиваюсь ногой от забора, опасаясь, что его манёвр не удастся, и надо брать дело в свои руки, и это оказывается чудовищной ошибкой.

Мой спаситель тут же теряет равновесие, ведь взял мой и свой вес на себя. Ноша, впрочем, оказалась ему непосильной, потому что с залихватским матюгом, мы валимся в многострадальные гортензии, ломая цветы.

Причём, что я-то в порядке, ведь рухнула на него сверху, лишив возможности дышать. Господи! Я не убила его?

Спешно скатываюсь с мужика и нависаю над ним с тревогой. Тот, часто моргая, отфыркивается от моих волос, что упали на загорелое мужское лицо, и разглядывает с болезненной гримасой.

– Ты кто, блин, такая? – наконец, обретает голос спаситель, возлегая на постели из белых цветов.

– Я Катя… – отвечаю виновато.

– Слезь с меня, Катя, – сдавленно отвечает мужчины, – кажется, у меня сломано ребро.

От возмущения, вину как рукой сняло. Да как он смеет?! Это типа так намекает на мой вес?! Вот же скотина!

– Ну, знаете! – спешно сползаю с соседа, запоздало отмечая крепость мужского тела.

Он в отличной форме, чего не скажешь обо мне.

Пытаюсь встать на ноги, но ступни колют ветки. Потому остаюсь стоять на коленках, разглядывая соседа. Тот, болезненно морщась, пытается сесть под пристальным взглядом своего пса. Животное нервно ведёт ушами и нюхает воздух, в попытке понять, угрожает ли опасность хозяину. Гавкает сквозь забор, взывая к мужчине.

– Чак, тихо, – бормочет раненый спаситель и снова косится в мою сторону с опаской.

Стал какой-то бледный, и я вдруг подумала, может, правда ему что-то там сломала?

– Вам плохо? – чуть смягчившись, спрашиваю миролюбиво.

– Если ты не планируешь больше меня пришибать, то думаю, всё будет хорошо, – он встаёт, отряхивая задницу, и держась за левый бок.

Я тоже тяжело встаю на ноги, хоть они и продолжают дрожать в интересных местах. Новые мышцы, о существовании которых я не подозревала, давали о себе знать.

– Не планирую, спасибо, – отвечаю быстро, теряясь между обидой и благодарностью, – И потом вы сами предложили помощь! – напоминаю дерзко.

Уж не знаю, что на меня нашло. Обычно меня называют милой и доброй. Активной и позитивной. Ну всё такое.

Сосед кивает рассеянно и оглядывается на калитку.

– А чего нормально не вошла? Вон же дверь есть.

Должно быть, он меня совсем за дуру держит. Ну конечно, первое впечатление не самое приятное, согласна. Ряд неверных решений и вуаля – тебя считают тупой.

– Там замок, – с глубокомысленным видом отвечаю, словно бы это может служить серьёзным аргументом.

Сосед смотрит на меня долгим, каким-то сочувственным взглядом. Потом переводит его на калитку и замок, и снова на меня.

– Ясно, – выдыхает задумчиво и осторожно, медленно спрашивает, – А ключ от замка у тебя есть?

– Есть, – киваю спешно и достаю предмет рассуждений из кармана, – вот он.

Мужчина опускает глаза на ключ, берёт его, деловито, мазнув подушечками пальцев по моей красной от напряжений, ладони, и идёт к калитке. Вставляет ключ в замок, исхитрившись просунуть руки между деревяшек частокола, и легко проворачивает. Вытаскивает замок вместе с ключами и вручив мне, выходит за границы участка.

От изумления я даже рот приоткрыла. Какого хрена?!

Сосед молча, не прощаясь, идёт к своему участку. Пёс, деловито, виляя хвостом, идёт за ним следом, с восторженным восхищением написанном на морде. Может быть, у меня тоже сейчас такое выряжание было бы, если бы всё тело так не болело.

Я так и стаю, в смятых гортензиях, в попытке осознать произошедшее. Наверное, выгляжу настоящей идиоткой в его глазах. Иначе как обозначить всё произошедшее? И почему ему удалось так легко открыть этот замок?

Пробую прокрутить ключ, но у меня ничего не выходит. Это что за магия, блин?!

Снова слышу шаги и пыхтение собаки. Они вернулись. Сосед деловито вошёл на территорию моей дачи, сжимая в руке какой-то крошечный пузырёк, и прямо в моих руках что-то там принялся куда-то из этого пузырька капать в замок. Крутить молча и сосредоточенно, пока не был удовлетворён результатом.

Чак в это время деловито исследовал заросшую территорию, обнюхивая всё вокруг с интересом.

– Готово, – вдруг говорит мужчина, возвращая мне замок, – Запорная дужка заржавела и застревала. Пока так, но лучше поменять.

Я киваю, изумлённо глядя на мужчину. Несколько сбитая с толку подобным заявлением. Вообще, подобные вещи происходят со мной нечасто.

Мужа приходилось неделями просить сделать что-нибудь по дому, а он всё равно не делал. А здесь даже говорить ничего не потребовалось. Хотя, с другой стороны, наверное, ему не хочется больше снимать меня с забора.

– Я ваш сосед, – расценив мой взгляд по-своему, говорит мужчина, наконец, – Не какой-то там проходимец.

– Как будто сосед не может быть проходимцем! – брякаю первое, что в голову пришло, – Но вам спасибо.

– Не за что, – сдержанно кивает мужчина, разворачивается и уходит, оставив меня в недоумении вновь провожать его взглядом.

3

Оставшись одна, я ещё некоторое время прихожу в себя после пережитого. Потом, немного поразмыслив, решила, что, наверное, вела себя не очень правильно и надо будет извиниться. Испеку ему пирог или типа того. Всё же совесть у меня есть. Но это потом, а пока надо в дом попасть.

Кидаю быстрый взгляд на наручные часы и ужасаюсь. Время на месте не стоит!

Устремляюсь к домику. Он, несмотря на преклонный возраст, выглядит довольно бодро, что не может не радовать. Белый с голубыми эркерами и старомодными ставнями. Ничего, если руку приложить, то вполне реально вернуть ему былое величие. Если таковое имело место.

С замиранием сердца смотрю на очередную замочную скважину дома, на этот раз на входной двери. Если снова не получится войти, что делать? Опять к соседу бежать?

Невольно поглядываю на его участок и подмечаю пса, что гарцует вокруг своего хозяина, пока тот что-то там колотит из досок. Поэтому, видимо, весь в опилках был. Моё крыльцо повыше, благодаря чему с него открывался вид на соседское имение.

Участок мужчины был квадратным, таким же, как и мой. Только растительности маловато. Банька-бочка в углу, большая будка с вольером, какие-то инструменты и горы брёвен. За домом стройными рядами стоят разноцветные ульи, прогреваясь на солнышке в это время дня.

М-да уж, надо было шляпу с сеткой прикупить.

Внезапно мужчина оборачивается и ловит мой взгляд. Смущаюсь. Хотя, наверное, уже поздно. После того, что между нами было.

От этих мыслей становится жарко, вспоминаю, что выгляжу как мочалка, пока сосед стирает пот с лица замызганным полотенцем, всё ещё вопросительно глядя на меня.

– У меня всё хорошо, – говорю неуверенно.

Мужик кивает и отвечает в тон мне:

– Уверена?

Вот ну что за человек? Обязательно постоянно ставить под сомнения мои решения? Я сразу засомневалась, что всё в порядке, и стала придирчиво перебирать ключи и искать нужный.

– Кажется, это к тебе, – продолжает сосед и кивает куда-то на улицу.

Проследив за его взглядом, вижу, что едет машина, та самая, с моими вещами и кое-какой мебелью. Вот же блин!

Спешно набрасываюсь на входную дверь. Если там не будет места, все мои пожитки грузчики выставят прямо на улице, и затаскивать мне придётся их само́й.

На этот раз, замок подался легко и бесшумно, и я вошла. Широко распахнув дверь, оглядываю место, которое в детстве казалось источником блаженства.

Крохотная комнатка, в центре стоит круглый стол, застеленный клеёнкой в ярких лимонах. Окна плотно зашторены, но сквозь них всё равно пробиваются лучи солнца, в которых витают бодрые пылинки.

Шкафы вдоль стен, ковры на полу и стенах, свалка книг, изданные ещё при Советском союзе в углу… Нет, сюда ничего из моих вещей не влезет.

– Эй, хозяюшка! Тополиная десять?

Оборачиваюсь, а один из грузчиков уже стоит у калитки, с мрачным выражением лица. Киваю, подтверждая, что мой адрес – это, да.

– Куда выгружаем?

Да ёлки-палки!

Спешно спускаюсь с крыльца к приезжим. Этот день решил меня победить?

– Вы должны были приехать к трём!

– Мы же не электричка, – с каменным лицом отвечает мужик, – Дорога была свободная, приехали как приехали. Время у нас с вами в договоре не оговорено. Говори, куда грузить.

Растерянно смотрю по сторонам, в попытке принять довольно сложное решение.

– В дом! Всё в дом! – выкрикиваю слишком уж эмоционально.

Грузчики переглядываются, потом кивают и, признавая мою полную неготовность к произошедшему, лихо отворяют дверцы грузового автомобиля.

Работают они очень быстро, и пока я мечусь между ними, в попытке хоть как-то контролировать происходящее, они благополучно напихивают полный дом моими узлами, оставляя только узкие тропинки.

В центре участка гордо встал холодильник, потому что старый бабушкин никто не вывез, хотя обещали. Ну я им всем устрою!

Когда грузовик, пыхтя и поднимая пыль, отъезжает, я с ужасом осознаю, что бабулин – прекрасный сад поломан и захламлён. И всё по моей вине.

Опускаюсь тяжело на ступеньки, готовая разреветься от масштабов бедствия.

День уже клонится к вечеру, я у черт на куличиках совсем одна. Такой беспомощной и одинокой я себя никогда не чувствовала.

В наступившей тишине слышу трели цикад. Они как будто насмехаются надо мной. Хозяйка-неумеха! Как можно было так планировать, что всё накрылось медным тазом в один миг?

Ругая себя, мыслено последними словами, всё же нахожу силы встать и идти делать дела. Для начала найти щиток и включить электричество. Когда я была ребёнком, о подобных, жизненно важных вещах никогда не задумывалась. Как, впрочем, и когда решила ехать сюда, гордо и торжественно.

Из-за закрытых штор в доме царил сумрак, а подобраться к окнам возможности нет, из-за моего хлама. Зачем я сюда книги везла, если их здесь и так целая гора?

Бабуля любила почитать и разгадывать кроссворды.

Из других бессмысленных вещей здесь появился велотренажёр, гантели и коврик для йоги. Хотя спортом я занималась в последний раз, года три назад. Но наивно верила, что теперь у меня будет время заняться собой.

Также среди прочего, целый чемодан антицеллюлитных кремов, жиросжигатели и прочая фантастическая дребедень, которая дарит надежду, но совершенно точно не работает.

Загибаюсь над всей этой кучей, чтобы заглянуть в щиток, который мне удалось обнаружить не без труда за одной из шторок под выключателем у входа, когда слышу тяжёлые шаги.

– Кать! – рявкает мужской голос, напугав меня до смерти.

Подпрыгиваю, вскрикнув и схватившись за свою необъятную грудь.

Сосед со своим питомцем нагло вторгся на мою территорию, даже не постучав. Сердце чуть не выскакивает из груди, а ему хоть бы хны. Он протягивает мне что-то, а я даже не вижу, что. Так напугалась, аж коленки задрожали.

И потом вид щитка с кучей крошечных рычагов ввёл меня в панику. Я боюсь электричества. Домашних животных. Да животных вообще!

– Вы с ума сошли?! – дрожащим голосом спрашиваю, совершенно обездвиженная внезапным гостем и узким пространством вокруг.

– В смысле? – мрачно отзывается сосед, – Ты свой кошелёк потеряла за забором, пока бегала туда-сюда, как Чак мой, – добавляет он, посмеиваясь, – Работу у пацана отобрала всю. По охране порядка на наших дачах.

И снова его слова звучат как-то оскорбительно. Он меня только что с собакой сравнил? Вот что за талант у человека? Доводить меня до белого каления?

Кусаю губы, от злости и брякаю, выдернув из его рук находку:

– Надеюсь, все деньги целы?

На самом деле я не храню наличность, но захотелось уколоть соседа в ответ. И мне это удаётся. Он удивлённо отступает и мрачно сводит брови.

– Мне чужого не надо. Помочь хотел, – добавляет с нотками обиды, – Пошли, Чак.

Пёс тут же радостно запрыгал и двинул вслед за мужчиной, что удалялся широкими шагами.

– Спасибо, – говорю запоздало и чувствую себя стервой.

Опять нахамила человеку за добро. Да что же такое со мной сегодня? Это всё усталость и голод. От мысли о еде стало ещё хуже. Желудок скрутила голодная судорога.

Но где я в этой глуши возьму еду? Доставка интересно, приедет?

Достаю мобильник и в ужасе смотрю на нулевую антенну. Здесь ещё и сети нет!