Текст книги "Между смертью и смертью (СИ)"

Автор книги: Юрий Соколов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Глава 7

Лежбище мне организовали такое, что его сочла бы приемлемым и принцесса на горошине. Четыре часа, что я сам себе отвел, пролетели как миг. Закрыл глаза, открыл – и уже поджидают меня на выскобленном добела столе крынка молока, румяный каравай и миска дымящейся каши с озерком топленого масла посредине. Умяв все это, я поблагодарил хозяев, и спустя еще час достиг деревни, в которой швах. Там именно он и был. Правда, селян шакалы расхитили еще не всех. Зато несколько ночей назад устроили крупный набег, вырезали лошадей до единой, и волов, какие имелись. Из-за чего и задержались мужики с переездом к своим боевитым соседям.

– Хошь курей в телеги впрягай! – жаловались потерпевшие. – А хошь – уток с гусями…

– Сами впрягайтесь, – не стал сочувствовать я несчастным. – Или совсем бросайте пожитки. Вам что дороже – домашняя рухлядь или жизни? Рядом защищенное место, где вас приютить согласились, – помолитесь на дорожку и сваливайте туда немедля.

– Да избежим ли смерти и там?

– Не знаю. Но здесь точно не избежите. А если так, о чем думать?

Как выяснилось, только хорошего пинка крестьянам и не хватало. Когда несчастья сыплются одно за другим, немногие способны вынести это без растерянности. Стоит ей поддаться – она переходит в беспомощность. Та – в уныние и отчаяние, когда кажется, что все пропало и нет смысла что-то предпринимать. Это бывает заразно. И требуется некто решительный, способный привести людей в чувство. Исход начался прямо при мне, хотя провел я в деревне всего минут пятнадцать. Поломанный частокол осмотрел да разгромленные опустевшие хлева. Повреждения наглядно демонстрировали силу шакалов, когда они действуют сообща. А на что способны поодиночке, я уже знал.

Впереди, как мне сообщили, находилась еще одна деревня. Последняя перед необитаемым краем каменистых холмов и долин, где и до падения обломков Небесного Камня никто земли не пахал и скотины не пас. В форпост здешней цивилизации я входил во второй половине дня, и уж точно без расчета обнаружить живых. Конечно, и не обнаружил. А только избы с выломанными дверями.

Монстры здесь вволю порезвились. И хорошо пополнили свои ряды. Благодаря постоянным беседам с местными, я имел общее представление о населенности прилегающей к холмам территории. Сам успел увидеть немало, и попробовал прикинуть, сколько шакалов на текущий момент может быть всего. На их совести, наверно, еще две или три полностью опустевшие деревни от двадцати до ста дворов. И впятеро больше опустевших частично. Минус беженцы, которые съезжали как раз дворами. Минус погибшие в схватках. И тогда… Крестьянские семьи здесь в среднем душ по десять. Если артефакт превращает в чудовищ всех похищенных, включая детей, то в его армии сейчас не менее двух тысяч единиц живой силы. Если из маленьких детей монстры тоже получаются маленькие, и им требуется подрасти…

На этом месте я снял с пояса флягу, глотнул вина и прекратил подсчеты. Если, если, если!.. Слишком приблизительными цифрами я располагаю. Слишком много вольных допущений приходится делать. И какая разница, два килобайта шакалов окажется против меня или только один? Что так, что этак – все равно дофига. Может и три оказаться – с такой-то статистикой! Конечно, противники по уровням невысоки. Примерно соответствуют крестьянам или слегка превосходят их… Нет, это опять предположения. На деревни нападали именно такие, – но это не значит, что они такие все. Самые прокачавшиеся могли не участвовать в дальнейших нападениях, а оставаться возле артефакта, охраняя его. И совершать вылазки в густонаселенные земли, в которых я пока не побывал. То есть продолжать прокачиваться, и уже не на крестьянах.

Я еще раз прошел по деревне, выбирая место для ночного боя с шакалами. Абсолютно не сомневался, что они нападут. Возможно, не всем скопом, но очень и очень внушительной стаей. Чтобы, как и сказал староста-ветеран, наверняка со мною разделаться. А мне надо разделаться с ними: чем больше тварей я убью здесь, тем меньше их будет у артефакта, когда до него доберусь.

Самым лучшим для обороны оказался дом зажиточного крестьянина, выполнявшего также функции сельского священника. Потому-то мужик и зажиточным был: отправление даже немногих скромных обрядов приносило ему дополнительный доход. К дому примыкал крытый двор, объединявший все хозяйственные строения и имевший два выхода: в огород и на открытое пространство перед храмом в честь какого-то бога плодородия Благословенных долин. То есть на типичную деревенскую площадь, которая используется по назначению только по праздникам да в дни общих собраний, а в остальное время служит для выпаса овец наряду с улицами. Овцы с козами жрут практически все, что растет и вырабатывает хлорофилл, успешно заменяя крестьянам газонокосилки. Причем жрут сразу, едва зелень поднялась на несколько сантиметров над уровнем земли. Оставляя лишь мелкую травку-муравку, которую выщипать не могут.

Разыскав плотницкий инструмент, я как сумел отремонтировал дверь в доме покойного священника. Дополнительно усилил ее, набив с обеих сторон досок. Пропилил бойницы во всех ставнях, а сами ставни не только закрыл, но и заколотил наглухо. В крытом дворе развесил собранные по деревне сети, так хорошо зарекомендовавшие себя в борьбе крестьян с шакалами. Выход в огород забаррикадировал, а выход на площадь подготовил к тому, с намерением закрыть его вечером. И битых два часа бегал по своей цитадели то с мечом, то с дубиной, имитируя бой с монстрами. Чтобы ночью именно их рубить и крушить, а не стены. Или – тьфу-тьфу! – кровельные опоры двора. А уж расположение сетей совершенно необходимо знать наизусть. Я любую из них порву, если запутаюсь, – и довольно-таки легко. Но пока рву, могут и меня порвать.

Завершив тренировку, я тщательно осмотрел укрепление, выискивая слабые места, которые следует усилить заклами. Прикинул расход маны на это удовольствие. Дороговато выйдет – однако собственная шкура дороже… Ну, вроде все?

Нет, не все.

Самое слабое место дома священника вот какое: он деревянный. А что если шакалы способны пользоваться огнем?

По идее, не должны. Даже чуть-чуть. Но вдруг? Например, в ритуальных целях? Если да, они после первой же неудачной атаки устроят молебен во славу темных сил и меня подпалят. В пожаре я не сгорю, однако опорного пункта лишусь. А на площади они меня уделают. Тупо численностью возьмут.

Я вышел на площадь взглянуть на храм. Он был каменный, что необычно для маленьких деревень. Поскольку строить из камня и сложнее, и дольше, и дороже. Но здесь трудностями пренебрегли: решили обзавестись долговечным святилищем. А может, сей выбор оказался продиктован обилием подходящего стройматериала поблизости. Простого в добыче и удобного в использовании, не требующего специальных навыков. Холмы за деревней были сложены из старого растрескавшегося песчаника, который легко разбирался на плитняк. Мне по пути уже попадались такие холмы, и каждый мог похвастать выходами породы на поверхность. Ковыряй чем хочешь, да бери сколько потребно. А на крутых склонах, где обвалы случались, и ковырять не надо – просто бери.

Храм построили из этого плитняка, почти его не обрабатывая. Снаружи стены сооружения имели столько всяких впадин и выступов, что, можно сказать, целиком состояли из них. Ловкий человек с цепкими и сильными пальцами смог бы вскарабкаться до самой крыши чуть ли не в любом месте. А шакалы смогут?

Я тут же решил, что это несущественно. Хай с ними, пусть карабкаются. Главное, храм несгораемый.

Внутри крестьяне стены оштукатурили. И даже расписали их фресками, похожими на детские рисунки. Наивно, зато от души. И на художнике сэкономили. Вот здесь шакалы уже хрен куда вскарабкаются. Разве что на хоры? Так туда не надо карабкаться: аж две лестницы с перилами ведут наверх. С хоров монстры могут сигануть мне на голову. Но ведь и я могу сигануть на головы им! Кому еще хуже придется…

Подрубив косоуры одной из лестниц, я продолжил осмотр храма. От других виденных мною он главным образом наличием хоров и отличался. В святилищах далеко не всегда предусматривают специальные места для поющих. Во многих культах и сами поющие не предусмотрены: для всех священнодействий хватает или одного жреца, или жреца с помощниками. Возможно, и здесь хватило бы только священника, однако его односельчане оказались любителями творческой самодеятельности. И пели они наверняка лучше, чем рисовали. Слишком многие крестьянские дела с песнями делаются, чтобы скрасить монотонность работ.

Для освещения храм имел два ряда окон – понизу и поверху. Нижние окна, широкие и высокие, были забраны незатейливыми коваными решетками в клетку. Верхние, тоже высокие, были гораздо уже. Их зарешетить не позаботились. И, кажется, существа с размерами шакалов сумеют протиснуться в них. Но прыгать оттуда высоковато: тот, кто попробует сделать это, не сможет сразу вступить в бой как ни в чем не бывало. Я в бытность старшеклассником однажды спрыгнул с балкона второго этажа, когда к девчонке, с которой любовь крутил, внезапно вернулись с дачи родители. Ноги прилично отшиб, хотя прыгал на газон, и метров двадцать ковылял как инвалид. А здесь высота поболее, и пол выложен все тем же плитняком. Правда, целых пять окон выходят на хоры. Чем их надежно заткнуть? И надо ли? Я через них стрелять могу по площади.

Непосредственно в храме было просторно. Строился он с тем расчетом, чтобы местная община могла сюда завалить с бабами, ребятишками и гостями из соседних деревень. Внутреннее устройство не усложняли. На притвор, собственно храм и святая святых помещение делилось условно, за счет большей ширины средней его части. То есть в плане оно напоминало равноконечный крест с очень толстыми перекладинами. Кающиеся здесь стояли сразу позади верных, не отделенные стеной или перегородкой. Священник совершал даже самые сокровенные ритуалы у всех на виду. Короче, внутри не имелось никаких препятствий к перемещению меня или противников, кроме простеньких ковчегов с деревенскими святыньками у стен, да такого же простенького алтаря, похожего на обычный обеденный стол.

Задрав голову, я осмотрел крышу. Благо этому не мешали какие-то там потолки – они отсутствовали. Стропила мощные, из бревен. Обрешетка частая, из плахи. Для крепежа, предположительно, использовались зазубренные костыли и гвозди, запасы которых я ранее обнаружил в местной кузне. Ведь конструкция должна была выдерживать многотонный вес покрытия из грубой черепицы. И свой собственный, кстати. Черепицу снять легко, однако с обрешеткой шакалам не справиться.

Я запер ворота храма на засов и прибил его к полотнищам теми самыми костылями из кузни. Вышел через маленькую дверь в боковой стене и разыскал ключ от нее в доме священника. Еще раз прошелся по его жилищу, храму, всей деревне, запоминая удобные точки портирования. Баста – до ночи можно отдыхать. Я был уверен, что днем нападения не случится. Монстры не изменят сразу своих привычек ради меня.

Так и вышло. Шакалы заявились поздним вечером, когда уже догорел закат. Со всех сторон послышался вой. Поначалу слабый и далекий, он приближался и становился громче с каждой минутой.

Я прошел по крытому двору, укрепляя заклинаниями все, что наметил. Магические ловушки тоже расставил повсюду, в том числе коварно совмещая их с сетями. Завалил приготовленным хламьем остававшийся еще свободным выход и на получившуюся баррикаду тоже повесил закл. Закрыл служебную дверь храма, остановился посреди площади и стал ждать.

Вой усиливался, в нем все прибавлялось голосов. «Львиное сердце» у меня на шее начало разогреваться. Вот как? Психологическая атака? Не спорю, такая жуткая музычка способна кого хочешь напугать, если нет защиты. Но у меня-то есть. Судя по звукам, вас там не меньше двухсот? Продолжайте, не останавливайтесь! Всегда приятно, когда враг трудится напрасно.

На площадь выходили два переулка и улица. Кроме того, твари могли выскочить из-за храма: ведь улица продолжалась и за ним. Но меня интересовали только первые три направления. Когда в темноте замелькали многочисленные огоньки глаз, я растянул лук и приготовился к стрельбе с колена. Хотя шакалы умели передвигаться на двух лапах, сейчас все шли на четырех. И мне так удобнее будет выцеливать.

Самая большая стая двигалась по улице. Молодцы, что плотненько идете! Плохо лишь то, что профилей ваших не разглядеть – так они мельтешат… Я выпустил стрелу в одного из монстров спереди – с тем расчетом, чтобы она попала и в того, что за ним. А получилось попасть в двух – пробивная сила-то у моих стрел отменная. Результат: два трупа и один раненный.

Мне удалось сделать столь же хороший выстрел в левый переулок, и чуть менее удачный – в правый. Визг подранков и предсмертные хрипы умирающих подсказали остальным, что они наступают не так, как надо. Шакалы взревели и перешли с шага на бег, виляя из стороны в сторону. Задние нарочито отстали от передних. Я закинул лук за спину. Больше по три или даже две мишени за раз поражать не получится, а тратить на каждую по стреле, без разбора уровней, – жалко. Да и некогда уже. Меч пора готовить к делу.

Монстры ворвались на площадь. Я порубил первых поспевших ко мне и портировался в храм. Взбежал на хоры по неповрежденной лестнице и вновь приготовил лук. Сверху профили нападающих были видны мне куда лучше. Они перестали наползать друг на дружку и сливаться. Теперь я мог спокойно переходить от окна к окну и выбирать только высокоуровневых кандидатов в покойники. Хотя жаба за стрелы давила все равно. Это ж как по бурундукам из двенадцатого калибра палить!

Лишившись шестерых сородичей, шакалы сообразили, что у меня на виду лучше не маячить, и начали прижиматься к стенам. Они отчаянно скребли когтями по воротам и двери, выискивая, за что зацепиться. Их морды то и дело мелькали в проемах зарешеченных нижних окон. Потом, как я и предвидел, они полезли к верхним.

Я прислушался: кажется, избегают стены, к которой пристроены хоры. Понимают, что любую попытку попасть внутрь через окна на ней я легко пресеку ударом меча. Будь монстры еще сообразительнее, не сунулись бы и в окна напротив: очень уж удобно стрелять по ним с хоров. Но для умозаключений такой сложности шакальих извилин не хватило. А когда мозги думают недостаточно быстро и правильно, за это расплачивается жопа. И остальные части тела.

Протискивающиеся в проемы шакалы не могли уклониться от стрел даже когда видели, что я целюсь именно в них. Однако чересчур мощные расходники неожиданно показали себя с плохой стороны. Монстров выбрасывало наружу, и хоть бы один застрял в окне и закупорил его! На девятый раз я вовсе промазал. Стрела сломалась о стену, оставив в ней выбоину размером в половинку арбуза. Жаба – уйди! Без тебя тошно! Хрен уже с ней – с потерей. Хуже другое. Так опустошать колчан – до утра не хватит! Но с другой стороны, лучше дожить до утра без стрел, чем не дожить с ними.

По окнам на боковых стенах мне было бить гораздо менее удобно. Я мог уверенно прицелиться в монстра только тогда, когда он уже готовился спрыгнуть в храм. И окон вообще было слишком много – стрелять по всем я не успевал. Шакалы один за другим прыгали внутрь и бежали к лестницам на хоры. Я занял оборону на целой. Противники ничего странного в моей позиции не увидели, попытались подниматься по обеим лестницам, и подрубленная рухнула под их весом. Да, друзья – влегкую атаковать меня с тыла не получится. Давайте втяжелую. С фронта.

Защищать лестницу было просто: монстры не могли ко мне подступиться. Однако и сами шибко на рожон не лезли – наносить им серьезный урон я не мог, и впервые пожалел, что не копейщик. Вот копьем я бы их здесь… Э-э-эх!.. Так нет же копья.

Ситуация зашла в тупик, что не устраивало ни меня, ни монстров. Мне хотелось убить их как можно больше, прежде чем доберусь до артефакта, чтобы у того не оказалось слишком много непосредственных защитников. Монстры же вовсе не желали меня к артефакту подпускать. Чем раньше я погибну, тем спокойнее для них.

Инициативу по выходу из тупика я решил предоставить шакалам. Конечно, они как-то переговариваются между собой – какими-нибудь особыми взвизгиваниями, завываниями. Возможно, телепатически общаются на примитивном уровне. И уже дали знать своим на площади, что теперь можно и даже нужно лезть в храм и через выходящие на хоры окна.

Я не ошибся: вскоре у меня за спиной послышались характерные шорохи и сердитое сопение, будто барсуки пытались пролезть в мышиные норы. Быстро отступив на две ступеньки вверх, оглянулся – монстры с натугой проталкивали себя сразу через все пять окон. Вернувшись к защите лестницы, я нанес несколько ударов по рванувшимся вперед упырям и портировался вниз, на пол храма.

Штурмовавшие хоры шакалы метнулись ко мне. Продравшиеся через окна – тоже. Минут пять я играл с ними в салки, с использованием порталов и без, оставляя по убитому монстру то здесь, то там, пока в святилище не стало тесно от поналезших в него тварей. Этого я и добивался: им всем предстояло вылезать обратно, если захотят помочь сородичам в деревне. Очередной портал построил уже на площадь и повторил процедуру: здесь труп, там труп… Хватит. Пора проверить, насколько хорошо я подготовил к обороне дом священника.

Глава 8

А ничего так я его подготовил! Да почему б не похвалить себя как следует – просто отлично! У шакалов ушло полчаса, чтобы проникнуть внутрь. И еще почти столько же, чтобы вляпаться во все ловушки, запутаться во всех сетях и разгромить священническое хозяйство до основания. Когда преимуществ у меня не осталось никаких, я переместился в храм. Там как раз уже никого не было.

Ну что – поехали по второму кругу?.. Поднявшись на хоры, я опять принялся за истребление монстров стрелами. Но получилось выпустить лишь три, прежде чем шакалы исчезли из поля зрения. Их озлобленный вой слышался с улицы за храмом, доносился из окружающих площадь дворов. Я ждал нового проникновения в святилище через окна, однако его не последовало. Постепенно и вой начал стихать. И стихал он потому, что отдалялся. Монстры отступали из деревни.

А я-то думал до рассвета сражаться! А вы уже сейчас бежите… Сдурели? Едва за полночь перевалило! Самое ваше время. А ну вернитесь, трусливые ублюдки!..

А может, это уловка? Но если да, на что рассчитанная? На то, что я на радостях упьюсь снотворными зельями и задрыхну на свежем воздухе посреди площади? Чушь полная.

Или шакалы отошли временно, в ожидании подкрепления? Тоже чушь. Пятьсот монстров не сумеют одолеть меня здесь, как не сумели двести. Не сумеют даже быстрей истощать мои силы.

Нет, упыри действительно отступили. Насовсем. И они точно не придут следующей ночью, на что я втайне надеялся. По-глупому надеялся, надо признать. Здорово было бы раз за разом наносить им потери, и заявиться к артефакту тогда, когда шакалье войско многократно уменьшится. Но такого трюка мне не дал провернуть даже тот артефакт, что повелевал живущими в сгустках Мрака каракатицами. А я ведь тут от простого к сложному иду. И если пока очередной квест не выходил за рамки довольно легкого для меня геноцида однотипных монстров, то это не значит, что так и будет до конца. Скорее, следует предположить, что дальше будет иначе.

Поэтому мы сейчас поступаем как? Сохраняем предельную бдительность. Не отметаем никаких вариантов развития событий. Даже самых маловероятных. Даже варианта с уловкой. Снотворными зельями не упиваемся… Тем паче что у меня их нет. Я и так отлично сплю, когда ничто не мешает.

Кстати: до утра мне и делать нечего, как только спать.

Я осмотрелся. Храм не подбросил и малейшего намека, где бы лечь и расслабиться. Единственными горизонтальными плоскостями здесь были хоры и пол. Мебели никакой: даже ковчеги и алтарь разломаны на кусочки и растоптаны мной и шакалами в пылу схваток. Конечно, можно устроить ложе из трупов врагов, как герой Ингервольд когда-то сделал. Наверно, ему тоже не хотелось валяться в доспехах на голых досках или камнях, подложив под башку щит. А других возможностей уютно устроиться он не обнаружил. Однако у меня они есть: множество тюфяков в крестьянских избах, и парочку помягче легко притащить сюда.

Я достал из кармашка пояса ключ от служебной двери храма, открыл ее и пошел мародерствовать. Приличные тюфяки нашлись в ближайшем доме. Заодно я по очереди прочел самые лучшие сканирующие заклинания, которые знал. Не только шакалов вокруг не было – никаких других угроз тоже не почувствовал.

И вдруг нечто огромное заслонило от меня звезды в нижней части неба справа. От неожиданности я чуть тюфяки не выронил. Что это, что? Не успел разглядеть. А оно уже исчезло.

На меня накатил такой ужас, что и «Львиное сердце» помогло не сразу. А когда помогло, я продолжил путь к храму. Вошел, закрылся. Расстелил тюфяки на полу, в центре, и оградил их магическим кругом. Повесил сигнальные заклы на все окна, в том числе зарешеченные, а до кучи и на дверь. Улегся на приготовленную постель, – но сна, понятно, ни в одном глазу. Что за хреноту я только что видел?

Поначалу предположений не возникало вообще. Я лишь в одном был уверен: хренота была чернющая. И еще: она не была живым существом. Она выглядела просто как чей-то силуэт.

Проведя в «Путешествии» уже довольно времени, я успел многое узнать о Благословенных долинах. Ознакомился и со здешними преданиями. Но ни личный опыт, ни даже предания не давали подсказок относительно произошедшего. Не было тут существ со столь зловещими силуэтами. Или, по крайней мере, они не должны были попадаться мне на текущем этапе познания себя.

А если не сосредотачиваться только на «тут»?

Во Вселенной Дагора подходящее существо прославилось настолько широко, что и не имей я с ним контактов, все равно вспомнил бы. Собиратель душ. Именно он по ночам отбрасывает тень, которая темнее самой Тьмы.

Но разве демоны способны проникать в медитации???..

Слушай, Иван, не дури! Ты только что убедился, что способны. Поэтому давай без истерик. Спору нет, сюрприз пренеприятнейший. Положение твое он меняет кардинально. И не в лучшую сторону, а в самую поганую. Ну так тем более нельзя паниковать! Из такого дерьма надо вылезать аккуратно, сохраняя хладнокровие. Не то мигом с головой засосет. Активируй свой любимый закл – и сразу станет легче.

Я послушался внутреннего голоса. Громко сказал вслух: «Мне пох!». Действительно легче стало.

Ясно, что Собиратель появился в «Путешествии» не для того, чтобы меня чем-то порадовать. Он жаждет меня уничтожить и получить мою душу. Но может ли? Если б система позволяла такое вытворять за здорово живешь, он бы меня в Срединном Пространстве давно уничтожил. Но как там, так и здесь демон вынужден соблюдать правила. Нарушать их мало того что опасно, так еще и нелегко. Попробуй придумай способ сделать то, что ты хочешь, а система не велит! Обычно такие способы находят или случайно, или после многолетних кропотливых изысканий. Но при любых раскладах – очень редко.

Следовательно, правильнее сперва рассмотреть версию попроще: Собиратель задумал мне нагадить ничего не нарушая. Что он должен сделать для этого? А именно то, что сделал. Он дал мне знать, что и здесь рядом. Что всегда за мной следит, дожидаясь своего часа. И вот я уже трачу ману на заклы, расходую ресурс магического круга и валяюсь без сна, урезая себе время на восстановление. А ведь пока даже не выяснил, может ли Собиратель в Благословенных долинах хоть что-то. В том и суть плана демона. В случае с Амриот его спалила Сехмет. Однако сегодня он сам спалился, намеренно. Он хочет лишить меня покоя, хочет отвлечь от достижения поставленной цели: нейтрализации эфемера Велиара. Чем медленнее я буду проходить «Путешествие», тем вероятнее, что эфемер пробудится и меня раздавит. Я попаду в Мир Теней, причем моя духовно-разумная сущность, скорее всего, окажется в плачевном состоянии. И Собирателю уже не составит труда ее захапать.

«Ваша проницательность возросла на 1,5%», – бодро прокукарекала система.

Спасибо, голубушка! Сегодня ты любезна как никогда. Взяла и выдала железное подтверждение моим скромным догадкам. А полтора процента к чему угодно на моем уровне – это суперпрогресс! Правда, в будущем Собиратель может перейти от запугивания к более суровым мерам. И наверняка перейдет, если сумеет. Но сперва ему надо понять, что выбранная тактика не сработала. И тоже улучшить себе проницательность. Пока он этим занят, могу жить как прежде. А дальше – по обстоятельствам…

Утром я собрал разбросанные вчера стрелы, заодно пересчитывая убитых шакалов. Всего их было шестьдесят три. Достаточно для сравнительно короткого боя. И очень мало для заметного ослабления монстров перед походом к артефакту.

Потом я зачем-то стал прибираться в храме. Выволок оттуда все трупы, а изломанную утварь сложил аккуратными горками по обе стороны ворот. Выкидывать-то ее нельзя: надо или отремонтировать, или утилизовать благопристойным образом, по соответствующим обрядам. Ни то, ни другое я нормально сделать не смог бы – ну, хоть чистоту навел. Строго говоря, поступок мой не был заведомо бесполезным. По опыту общения с Журбом я знал, что приведение святилищ даже в минимальный порядок приносит иногда немалую пользу. Однако сейчас делал это скорее по зову сердца, а не корысти для. Ну чем мне поможет бог плодородия? Закидает шакалов помидорами?

Лишь закончив, я вспомнил, что Сехмет, вообще-то, тоже богиня плодородия. А не только войны. Но главным образом войны, и для боевых действий у нее припасено много чего поэффективнее помидоров. Собиратель, появившись в медитации, сделал очередной ход против меня. Я опять не могу достойно ему ответить. А Сехмет могла бы. Если захочет.

Несколько обнадеженный, я покинул деревню и направился в сторону предполагаемого местонахождения артефакта. Надо обнаружить его до полудня. Тогда у меня будет достаточно времени, чтобы обезвредить его к ночи. Или вернуться, если признаю задачу невыполнимой.

Местность по мере моего продвижения холмилась все сильнее – и все же предоставляла хороший обзор. Тощая почва позволяла расти здесь лишь невысокой траве и таким же невысоким кустам. Да самым неприхотливым деревьям, которые почти нигде не образовывали рощ. Через два часа попалось первое сломанное. Чуть дальше – поваленное. Верный признак, что я приближаюсь к месту падения осколка Небесного Камня.

Он упал не в одной из узких коротких долин, коих я миновал множество. А там, где холмы окружали большое ровное поле. Кратера я не увидел. Его полностью скрывало сооружение, похожее издали на гигантский расплющенный муравейник. Кто-то построил его из плитняка и стволов поваленных деревьев прямо над артефактом. Наверно, шакалы. Больше некому. Оказывается, эти монстры трудолюбивы! И владеют искусством изготовления орудий хотя бы на уровне каменного века. А то чем бы они ветви со стволов обрубали?

Приблизившись к «муравейнику», я остановился. Н-да! Не ожидал увидеть здесь многоэтажную крепость.

Она имела два завершенных яруса. Второй был немного меньше первого, а над ним уже начали возводить третий, и местами вывели стены на проектную высоту. Чтобы это держалось над кратером, шакалам, конечно, пришлось и его застроить. А если они еще ходов понарыли в стороны? Как я буду такую надземно-подземную громадину зачищать? Хорошо подпалить ее вряд ли получится: слишком много камня, слишком мало дерева. Обрушить кое-где получится – строительство велось без раствора. Судя по всему, и без гвоздей. Но придется сильно постараться, чтоб не завалило самого.

На вылазках у шакалов не бывало оружия, кроме зубов и когтей. Они не пытались использовать против крестьян что-то еще, хотя подручных средств при столкновениях в деревнях хватало. Меня вчера могли бы только повалить, сорвать доспехи и уж тогда прикончить. У гарнизона крепости будут как минимум дубины и каменные топоры. И, сто процентов, какая-то магия. Хрен бы они тут столько нагородили без магии – лишь лапами.

А что есть у меня? Я мысленно пересчитал имевшиеся расходники, включая упакованные файерболы. Произвел смотр способностям Велиара и своим собственным. Уверенности не почувствовал, хотя в Срединном Пространстве смог бы раздербанить солидный баронский замок. Как ни прикидывал, штурм крепости шакалов представлялся безумной авантюрой с неизбежным поражением в финале. Пусть я половину раздавленного муравейника разгромлю, пусть даже три четверти – какая разница, если гробанусь на второй половине или последней четвертушке? Можно с приближением вечера отойти в деревню и сделать следующий заход завтра. Но это если еще получится отойти. И ведь завтра я уже не буду во всеоружии, как сегодня. Стрелы в крепости подбирать не удастся. Некоторые способности не восстановятся до утра – им на это требуется несколько дней, неделя, больше…

Что делать-то? Отступить отсюда совсем – в цивилизованные земли – и собрать отряд? Но у меня для этого недостаточно денег. А заманивать наемников под свое знамя за обещание доли в добыче – сомнительная затея. Широкой известности я в Благословенных долинах пока не получил. Могу лишь потрясать перед публикой «Стратегом» да «Львиным сердцем». Так ведь солдаты удачи – это не крестьяне, и не отставные служаки из их числа. Вряд ли сколько-нибудь опытные воины и боевые маги пойдут за непонятным фраером, у которого вместо рекомендаций от известных им наемничьих кланов, феодалов и орденов одни талисманы. Придется ставить не на качество, а на количество. Пока наберу армию нужной численности, шакалов тут прибавится, и укрепления они отстроят мощнее. Пока компенсирую возникший перевес новым набором, артефакт еще более себя обезопасит. И справятся ли с ним потом даже все войска долин, то бишь силы моего сознания-подсознания? Не станет ли эта крепость центром восстановления пробудившегося эфемера Велиара? То-то Собиратель засуетился! Видно, почуял плохие для меня перспективы…

Так и не решив ничего окончательно, я медленно пошел вперед. Едва приблизился к крепости на расстояние полета стрелы, как на незастроенные пространства третьего яруса высыпали толпы шакалов. Все они передвигались на задних лапах и были экипированы как воины самых диких варварских племен. Плащи из шкур, шлемы из черепов животных, длинные боевые и короткие метательные копья… В таком виде монстры походили на гноллов. Они рассредоточились, раскручивая пращи, и в меня полетели камни и обожженные глиняные ядра. Ну вот мы и выяснили, что слуги здешнего артефакта умеют пользоваться огнем. Не только для ритуалов, но и в прикладных целях. По крайней мере тут, в своем логове.