Текст книги "Ткач Кошмаров. Книга 4 (СИ)"

Автор книги: Юрий Розин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Глава 7

Трещина.

Не физическая – энергетическая. Ощущение, будто внутри меня разорвалась тонкая пленка, сдерживающая что-то огромное. Поток хлынул через разлом, заполняя каждую клетку тела ледяным огнем. Я сжал зубы, чтобы не закричать, но звук все равно вырвался – хриплый, сдавленный стон, который тут же растворился в тишине палатки.

Ананси, свернувшийся у меня на плече, дрожал, его восемь лапок впились в ткань моего мундира. Его белое тельце светилось изнутри, как перегретый кристалл, а брюшко пульсировало в такт моему сердцебиению. Мы были связаны слишком крепко – он чувствовал мой прорыв так же остро, как и я.

– Держись, – прошипел я, хотя знал, что паук не понимает слов.

Ледник внутри Ананси – сгусток чужой, но подчиненной энергии – вспыхнул ярче, и я увидел его. Не глазами, а тем шестым чувством, что позволяло ощущать Поток.

Оно было похоже на крошечную, но невероятно плотную черную дыру, застрявшую в паучьем теле. Волна моего Потока, проходя через него, успокаивалась, стабилизировалась, даже очищалась.

Я чувствовал, как хаотичные энергетические вихри в моем теле выстраиваются в стройные спирали, как каждая молекула воздуха вокруг начинает отзываться на мое присутствие.

Око Бури. Более того: пик уровня.

Я разжал ладонь. Над кожей замерла крошечная сфера энергии – не просто сгусток силы, а структура, идеально сбалансированная, готовая взорваться или сжаться по моей воле. Раньше мне требовалась недюжинная концентрация, чтобы создать нечто подобное. Теперь – мгновение.

– Можно и дальше, – пробормотал я, ощущая, как энергия бурлит в жилах, требуя выхода.

Оставалось только пропустить весь Поток через Ледник Ана, переплавить его в Сдвиг Тверди. Четыре часа боли – и я стал бы мастером уровня, о котором большинство бойцов клана только мечтают.

Но я разжал пальцы, и сфера рассыпалась, оставив после себя лишь легкое покалывание в кончиках пальцев.

– Не сейчас.

Йораниан обещал помощь старейшин. Без них я рисковал навсегда исказить связь с Ана, превратить ее в хрупкую нить, которая порвется при первом же серьезном испытании. А это было неприемлемо.

Я встал, ощущая, как земля под ногами отзывается на каждый мой шаг. Тело стало легче, реакции – острее. Не буквально. Физически я до сих пор не отличался от хорошо тренированного человека. Но прорыв Ана через нашу связь углубил мое восприятие окружающего мира и собственного организма, за счет чего создавалась иллюзия наполнявшей мышцы силы.

И я должен был ее испытать здесь и сейчас.

– Варва! – мой голос прокатился по плацу, заглушая шум тренирующихся под уже закатным солнцем кадетов.

Он обернулся.

– О, Паук ожил. Ну что, хочешь второй раунд?

– Еще как!

Варва рассмеялся, скинул мундир, оставаясь в черной тренировочной рубахе. Его мускулы играли под кожей, покрытой бледными шрамами – отметинами прошлых боев.

– Давай, покажи, что ты понял из моих слов.

Я ухмыльнулся.

– Без правил? – спросил я.

– Ты шутишь? – Варва склонил голову набок, как хищник, оценивающий добычу. – Конечно без!

Я кивнул и отпустил Ана. Паук спрыгнул на землю, его лапки мягко коснулись песка, и в тот же миг я отпустил контроль.

Нити рванулись вперед. Десятки, сотни невидимых глазу волокон, сплетающихся в сеть. Варва отпрыгнул, но поздно – одна из нитей коснулась его плеча, и я дернул.

Он взлетел в воздух, перевернулся и приземлился на ноги, но я уже был рядом. Вернее, рядом была вольфрамовая гирька, нацеленная ему прямо в висок.

Варва успел среагировать – его ладонь встретила мою атаку, и взрыв энергии отбросил снаряд прочь.

– Неплохо, – хмыкнул он. – Но ты все еще медленный.

Я не ответил. Вместо этого сжал нити, и они рванулись к нему со всех сторон.

Бой только начинался.

Его движение было стремительным, как удар молнии. Поток покрыл его тело Рыбьей Чешуей, он рванул вперёд, и песок взметнулся за ним, как волна за быстроходным кораблём.

Но теперь я видел иначе.

Раньше я лишь реагировал – уворачивался, блокировал, контратаковал. Теперь же я почти предвидел. Не буквально, разумеется, но ставший в разы точнее и так невероятно тонкий контроль над Потоком через Ана позволил мне не просто ощущать движения Варвы, но и прогнозировать его дальнейшие ходы по мельчайшим изменениям в энергетическом фоне вокруг его тела.

К тому же у меня были мои нити. Они уже давно перестали быть просто инструментом для захвата добычи, а после достижения Ока Бури даже без раскинутого по плацу мицелия они усилили моё восприятие, превратившись в тысячи микроскопических сенсоров.

Когда Варва занёс руку для удара, я уже знал его траекторию. Отклонился влево, позволив его кулаку пройти в сантиметре от шеи, и тут же контратаковал.

Нити сжались в десятки острых узлов, ударив Варву в живот, рёбра, плечи. Но он лишь фыркнул, приняв удары на Чешую, которая вспыхивала густо-синим светом при каждом соприкосновении.

– Неплохо, – проворчал он, отскакивая назад. Песок под его ногами зашипел, испаряясь от перегретой энергии. – Это было намного лучше, чем днем. Неужели так вдохновился моими советами?

– Ты даже не представляешь, – хмыкнул я. – Приглядись повнимательней.

Секунда понадобилась ему на то, чтобы пустить больше Потока в глаза и перевести взгляд с меня на Ана, после чего эти самые глаза стали по форме почти идеально круглыми.

– Око Бури⁈ За пять часов⁈

– Я застрял на пике Бури на полтора года, так что ничего удивительного, – пожал я плечами.

– Ну, знаешь ли… некоторые застревают там на всю жизнь, – ухмыльнулся он. – Мне даже завидно.

– Я – не «некоторые». Да и ты тоже. Так что не прибедняйся и лучше доставай-ка меч.

– Это пожалуйста! – воскликнул он, выхватывая из ножен клинок.

Он снова ринулся в атаку, на этот раз изменив тактику. Его удары стали хаотичными, непредсказуемыми – он пытался сломать мой ритм, в чем фирменная техника клана отлично помогала.

Лезвие, тоже окутанное энергией Рыбьей Чешуи, рассекало воздух, оставляя после себя дымящиеся дуги, а его тело двигалось так быстро, что начало расплываться даже в моем новом, улучшенном восприятии.

Я чувствовал, как на лбу выступает пот. Концентрация, необходимая для поддержания такого уровня контроля, была колоссальной.

Но теперь это уже не было чем-то невозможным.

Нити взорвались движением. Они не просто отразили атаку – они поглотили её, впитав энергию Варвы и тут же высвободив обратно. Его собственный удар вернулся к нему с двойной силой, отбросив на несколько метров. Он кувыркнулся по песку, оставив за собой глубокую борозду, и вскочил уже с другой ухмылкой – не насмешливой, а восхищённой.

– Чёрт возьми! – Он отряхнулся, сбрасывая с плеч прилипшие песчинки. – Ты действительно перешёл на Око Бури! За какие-то пару часов. По одному только моему совету!

Я просто пожал плечами:

– Хороший совет был.

Варва рассмеялся, но его глаза стали серьёзными. Он подошёл ближе, перестав держать боевую стойку.

– Теперь ты иль Регул, – сказал он, – да ещё и с Оком Бури до девятнадцати лет лет. – Он сделал паузу, изучая моё лицо. – Если захочешь, можешь претендовать на титул главы клана.

Я рассмеялся, но в моём смехе не было веселья.

– Львы не примут Паука, – ответил я, глядя на свои нити, которые медленно возвращались ко мне, сверкая на солнце. – Даже если тот достигнет сферы Проявления Жизни.

Варва нахмурился, но не стал спорить. Он знал, что я прав.

– Тогда зачем ты вообще это делаешь? – спросил он наконец.

Я посмотрел на свои руки – на пальцы, которые больше никогда не будут целыми, на ноги, которые больше никогда не почувствуют земли.

– Чтобы выжить, – ответил я просто.

Больше объяснений не требовалось.

– Продолжим? – спросил Варва, немного помолчав.

– Конечно, – кивнул я.

###

– Третья волна почти отбита! – рявкнул седой ветеран в потрёпанном мундире, заряжая арбалет.

Я лишь кивнул, не отрывая взгляда от темноты за пределами укреплений. Прожекторы метались по полю, их слепящие лучи выхватывали из тьмы корчащиеся, перекошенные фигуры тварей Топей.

Они катились волной – сгорбленные, с конечностями, сросшимися в неестественных углах, с когтями, проросшими сквозь собственную плоть. Одна из тварей, похожая на гигантского скорпиона с человеческими руками вместо клешней, вцепилась в бревно частокола, но тут же рухнула вниз, прошитая тремя артиллерийскими зарядами подряд.

Я почувствовал, как Ананси шевельнулся под кожей, его холодное присутствие сжалось в комок тревоги.

– Четвертая волна! – уже почти обыденно закричал наблюдатель с вышки, но затем его голос сорвался на испуганный визг.

И тогда прожекторы осветили их.

Три фигуры.

Не искривлённые. Не мутировавшие.

Волки.

Но таких размеров я не видел даже в королевских зверинцах. Каждый – с боевого слона, с густой шерстью, чёрной, как смола, и глазами, в которых не было ничего, кроме безумия.

Они не бежали к форту, как остальные твари. Вместо этого они носились внутри четвертой волны, нападая на собственных «союзников».

Ближайшая к одному из волков тварь – нечто среднее между медведем и сороконожкой – бросилась на них сама. Тот даже не замедлился. Он просто взмахнул лапой – и тварь разлетелась на куски, словно гнилой плод.

– Замершие… – прошептал я, и мои пальцы сами собой сжались в кулаки.

Голос командира форта грохнул на весь форт, заглушая даже гул артиллерии:

– Всем бойцам уровня Ока Бури – немедленно в штабную башню!

Я уже знал, что это значит. Замершие – не просто твари Топей. В них Поток не исказился. Он застыл. Ни мутаций, ни слабости – только чистая, необузданная мощь и сознание, сожжённое безумием.

Скорее всего, даже с учетом того, что мой переход на уровень Ока Бури уже стал общеизвестной новостью, командир бы не сказал ни слова, если бы я остался на месте. Все-таки мои навыки в координировании были не менее, а возможно даже более важны, чем бой с Замершими.

Но я все-таки оставил свою позицию и отправился куда было сказано. Не потому, что хотел поиграть в героя или потому что верил в какой-то абстрактный долг. А просто потому что внештатная ситуация могла обеспечить мне внештатные бонусы.

Все-таки Око-Оком, а безопасности, с учетом всего, что со мной произошло за последние два с половиной года, я не испытывал даже близко, и мне нужны были любые способы обеспечить себе как можно лучшие условия.

Ну, а еще Замершие могли стать моим пропуском в мир здоровых ног. Я не мог упустить такую возможность.

Я влетел в штабной бункер, едва успевая за стремительным шагом Варвы. Мой инвалидный ортез с бронированными пластинами громко стучал по каменным плитам, а нити Ананси уже ползли по стенам, готовые в любой момент подхватить меня, если ноги подведут.

– Ты серьезно? – командир даже не поднял головы, когда мы подошли, его глаза и пальцы продолжали застегивать и проверять крепежи брони. – Привел калеку на бойню, Варва?

Варва лишь усмехнулся, почесывая свежий шрам на скуле:

– Он сам пошел, я ему не нянька. Да и калекой его назвать язык не поворачивается после того, как он мне вчера морду на бок свернул.

Командир наконец поднял голову. Его живой глаз изучал меня с холодной оценкой, пока кристаллический мерцал странными узорами.

– Слушай сюда, паучок, – он оттолкнулся от стола, и его тень накрыла меня целиком. – Твои нити хороши здесь, на стенах. Тебе точно не хочется остаться здесь, координировать оборону? Будешь как паук в центре паутины, все ниточки в твоих лапках.

– Командир, – я намеренно сделал шаг вперед, заставляя ортез громко щелкнуть, – если бы я хотел прятаться, то не пошел бы на стажировку Регул в принципе. И уж точно не прорывался бы на Око Бури в девятнадцать лет.

Разумеется, от первого до последнего слова это была ложь. Но если это был самый быстрый способ убеждения, то почему бы и нет?

В углу комнаты один из бойцов форта одобрительно хмыкнул. Гаррик хмыкнул, потирая подбородок:

– Сука, ну и наглец. – Он повернулся к Варве: – Ты ему хоть объяснил, что там будет?

Варва скрестил руки на груди:

– Нет, но вы же не думаете, что наш Паучок не в курсе?

Командир вздохнул и махнул рукой, мол: «Ладно, как угодно».

– Слушайте все, – его голос стал резким, как удар клинка. – Три Замерших. На каждого для гарантированного устранения нужно двое Сдвигов Тверди. У нас четверо. Так что последнего будете удерживать вы. Не убить – Поток упаси вас даже пытаться – просто не дать ему прорваться к стенам, пока старшие не освободятся.

В голове уже прокручивались варианты – нити для обездвиживания, яды для замедления, фантомные конструкции для отвлечения…

– Есть вопросы? – командир окинул всех взглядом.

– Да, – выступил вперед широкоплечий боец с татуировкой скорпиона на шее. – А если он нас все-таки догонит?

Командир ухмыльнулся, обнажив золотой зуб:

– Тогда, Скорп, постарайся умереть громко – чтобы мы успели подойти.

В комнате повисло молчание. Где-то за стеной грохнул особенно мощный взрыв, и с потолка посыпалась пыль.

– По коням, – рявкнул командир.

Когда мы выходили из башни, Варва наклонился ко мне:

– Все еще хочешь на эту пляску?

Я развернул ладонь, и между пальцами заплелась тончайшая нить Ананси, сверкающая, как лезвие.

– Больше, чем когда-либо, – ответил я, чувствуя, как проводник внутри меня ликует в предвкушении боя. – Я должен увидеть его вблизи. Должен понять…

Варва не спросил, что именно. Он лишь хлопнул меня по плечу с такой силой, что ортез жалобно скрипнул:

– Тогда держись, паучок. Сегодня ты узнаешь, каково это – танцевать со смертью.

Быстро выбравшись из форта, мы поспешили к одиноко стоящему укреплению – полуразрушенной каменной башне, чьи древние стены покрылись сетью трещин от времени и былых сражений.

Командир форта двигался впереди. Его доспехи мягко позванивали при каждом шаге. Трое других бойцов Сдвига Тверди следовали за ним плотной группой.

Старший из них, лысый великан с перебитым носом, нес на плече двуручный меч, лезвие которого мерцало голубоватым оттенком Потока. Двое других, мужчина и женщина, выглядели менее внушительно, но их движения были точны и выверены, выдавая огромный боевой опыт.

Я несся в толпе из десятка бойцов Ока Бури, ощущая, как нити Ананси уже сплетают вокруг моих ног невидимую сеть поддержки. Варва бежал рядом.

Остальные восемь добровольцев – все ветераны с лицами, изборожденными шрамами и прожитыми годами – держались плотной группой.

– Три Замерших, – прошептал один из них нам с Варвой, его голос был хриплым от старой травмы горла. – Давно такого не было. Не повезло вам, парни. Видели, на что они способны.

Я кивнул. Мне даже оборачиваться было не нужно. Раскинувшийся по полю боя мицелий прекрасно проецировал в мозг картинку троицы черных монстров, облегчавших жизнь защитникам форта, активно уничтожая окружающих их тварей Топей.

Если бы у последних осталось чувство самосохранения, волна бы давно рассеялась, но чувство страха монстрам было неведомо и они продолжали топить вперед на сладкий аромат приманки.

Волки отличались от обычных обитателей Топей – их тела сохранили природное совершенство форм, без уродливых мутаций. Но именно это и делало их смертельно опасными. Они разрывали нападавших тварей с методичной жестокостью, словно выполняли какую-то древнюю программу уничтожения.

Заместитель командира, один из троих сферы Сдвига Тверди, уже занял позицию у бойницы укрепления. Его длинные пальцы нервно перебирали рукоять модифицированного пистолета, способного стрелять зарядами концентрированного Потока.

– Начинаю приманку, – бросил он через плечо, его голос звучал неестественно высоко для такого роста.

Первый выстрел прогремел, как удар грома среди ясного неба. Заряд голубоватой энергии прочертил в воздухе огненную трассу и вонзился в бок ближайшего волка. Взрыв оставил на шкуре монстра лишь небольшой черный след.

– Чертова шкура, – пробормотал кто-то за моей спиной.

– Еще, – скомандовал командир.

Стрелок продолжил методичный обстрел. Второй выстрел – в шею. Третий – между глаз. Четвертый – в переднюю лапу. На пятом выстреле самый крупный волк наконец оторвался от своей кровавой трапезы и поднял голову.

– Работает, – процедил Варва, и я почувствовал, как энергия в его теле сгущается, готовясь к бою. – Но пока только одного.

– Тогда добавим перца, – фыркнул Стрелок и выпустил всю обойму в остальных волков.

Замершие остановились на мгновение, затем синхронно развернулись. Их мощные лапы с грохотом врезались в каменистую почву, оставляя после себя трещины. Расстояние чуть меньше чем в километр они должны были преодолеть за несколько десятков прыжков.

– Позиции! – командир развернулся к нам, его голос звучал как удар гонга. – Помните – ваша задача не убить их, а задержать. Держите дистанцию, бейте по очереди. Как только мы разберемся с первым – подключаемся к вам.

Я глубоко выдохнул. Не лучшие шансы, но если действовать умно…

– Если кто-то упадет – не бросайтесь спасать, – добавил Гаррик, его взгляд скользнул по каждому из нас. – Один труп лучше двух. Особенно против таких тварей.

Варва усмехнулся, его пальцы сжимали клинок так, что костяшки побелели.

Я выбрал позицию на полуразрушенной стене, откуда мог контролировать поле боя. Мои нити уже протянулись между камнями, готовые в любой момент превратиться в смертоносные ловушки.

Последние пятьдесят метров Замершие преодолели одним прыжком. Воздух завибрировал от их рычания, наполненного древней яростью. Первый волк – тот самый, самый крупный – врезался в стену ниже моей позиции.

Глава 8

Камни взорвались, как сухие листья под копытами скакуна. Обломки полетели во все стороны, и я едва успел прикрыться щитом из сплетенных нитей.

– Теперь! – крикнул командир, ивместе с тремя бойца Сдвига Тверди взмыл в воздух.

Шквал их атак обрушился на вожака троицы и одного из бет, после чего они тут же двинулись в сторону, уводя свои цели от небольшой крепости, чтобы позволить нам держать оборону максимально комфортно, если такое слово в принципе было уместно.

Я не видел, куда они направились – мое внимание полностью захватил последний волк, которому до стены осталась пара прыжков. Его пасть, усеянная кинжаловидными клыками, распахнулась в немом рыке.

Выпустив сеть из нитей, которые обвили морду чудовища, заставляя его на мгновение ослепнуть, я уже привычно отдал команду остальным через нити. Разумеется, в нынешней ситуации я не собирался отказываться от такого преимущества.

Девять бойцов на стене синхронно атаковали. Варва метнул копье из Потока, судя по мощи, тоже какое-то непросто Буйство. Пожилой воин с седыми висками выпустил серию на вид буквально огненных шаров, каждый из которых оставлял в воздухе дымный след. Хрупкая на вид женщина в очках создала энергетическую пилу, которая с визгом понеслась к цели.

Все эти атаки с грохотом обрушились на Замершего, но он лишь встряхнулся, как собака после купания. Его шкура дымилась, но казалось, повреждения были лишь поверхностными.

– Черт возьми, он даже не почуял этого! – выругался Варва, уже готовя следующую атаку.

В этот момент монстр прыгнул. Его мощные лапы оттолкнулись от земли, вывернув куски почвы размером с колесо телеги. Казалось, время замедлилось, когда эта черная туша весом в несколько тонн понеслась к стене.

Удар был сокрушительным. Каменная кладка возрастом в два столетия треснула, как тонкий лед. Бруствер просел, выворачивая наружу стальные арматурные прутья, которые скрипели и гнулись, как тростник. Я едва удержался на ногах, чувствуя, как ортезы впиваются в разваливающуюся кладку.

Глаза чудовища, теперь в нескольких метрах от меня, горели пустым, бездумным пламенем. В них не было ни ярости, ни боли – только слепая, неостановимая ярость уничтожения.

Белые нити вырвались из моих пальцев, сверкая на солнце. Они обвили мощную шею чудовища, его передние лапы, туловище – как стальные канаты, сдерживающие разъяренного быка.

Замерший дернулся, и я почувствовал, как мои руки немеют от напряжения. Каждая нить звенела, как гитарная струна, готовая лопнуть.

Я вложил в этот прием все, что имел, но даже так максимум, на который меня бы хватило – это пара секунд.

– Боже правый, он сильнее, чем мы думали! – прошептал кто-то справа.

Я переключил внимание на союзников. Он ошибался. Важнее была не сила волка, а его скорость даже при буквально слоновьих габаритах.

– Не сопротивляйтесь! – крикнул я, запуская новые нити.

Тонкие белые волокна обвили талии бойцов, подняли их в воздух. Варва фыркнул, когда нить обхватила его мощный торс:

– Эй, полегче, Паук! Я не кукла на веревочках!

– Пока летать не научишься – заткнись! – огрызнулся я, чувствуя, как пот стекает по спине. – Атакуйте по очереди! Заставим его плясать под нашу дудку!

Первым атаковал один из бойцов. Его клинок из Потока с грохотом вонзился в плечо чудовища.

Замерший взревел (впервые издав звук) и рванулся к обидчику, на этот раз порвав нити, что его удерживали, как ниточки, но моя тактика сработала. Я отдернул его прочь из-под клыков волка, подняв в воздух на пару десятков метров, докуда даже Замершему было непросто дотянуться.

– Моя очередь! – крикнул седой ветеран.

Его атака была точной и выверенной – сгусток энергии размером с яблоко влетел прямо в открытую пасть чудовища. Раздался глухой хлопок, и из ушей волка повалил дым. Я дернул нить в нужный момент, позволяя ветерану отскочить, пока монстр неистово тряс головой.

– Отлично! – похвалил я. – Варва, теперь ты!

Он кивнул и выпустил серию энергетических копий. Они били по морде Замершего и спине, заставляя того пятиться. Стена под нами дрожала от каждого удара, крошась в пыль.

И пока он не успел оклематься, я добавил последний штрих. Оплел его самого нитями еще раз, но не пытаясь удержать на месте, а просто создавая центральный узел для своей паутины, на концах которой болтались поливающие его Буйствами бойцы.

По итогу получалось так, что волк в принципе потерял способность кого-либо достать, ведь, пытаясь допрыгнуть до одного из своих обидчиков, он сам своим движением отталкивал его прочь, как ослик, никак не способный схватить привязанную к удочке на его спине морковку.

Разумеется, мои нити не были настолько жесткими, да и рывки Замершего в любом случае нужно было как-то амортизировать, так что болтало бойцов знатно, но это совершенно точно было куда лучше, чем быть сожранным.

Так и пошло – ритмичный, почти танцевальный обмен ударами. Рывок – удар – отскок. Чудовище металось на месте то к одному противнику, то к другому, из-за полного отсутствия интеллекта не в силах понять, что происходит и придумать противодействие, а мы методично изматывали его. Камень крошился под его когтями, но внутренний двор крепости, куда мы в итоге спустились, держался достойно.

– Еще! – Варва уже ухмылялся, размахивая вторым копьем из Потока. – Давайте добавим перчику!

Вот только это было не развлечение. И ему очень повезло, что я помнил об этом за него.

– Концентрация на левую переднюю лапу! – скомандовал я. – Варва, бей в сустав!

Он не заставил себя ждать. Его копье вонзилось точно в цель, и мы услышали треск ломающихся костей. Замерший взвыл от боли, впервые показав уязвимость.

– Хорошо! – прокричал я, чувствуя, как Ананси дрожит от напряжения в моей грудной клетке. – Ещё немного!

Мои нити гудели от напряжения, как струны перегруженного инструмента. Я мысленно представил их структуру – тысячи микроскопических волокон, сплетённых в сверхпрочные канаты, каждый из которых был закреплён за одного из бойцов.

Вдруг всё пошло наперекосяк.

Седой боец, висящий слева от меня, выпустил слишком широкий заряд. Его энергетический снаряд, предназначенный для удара по плечу волка, прошёл в сантиметре от нити, соединяющей Варву с общей системой. Раздался едва слышный, но роковой щелчок.

– Чёрт! – успел крикнуть я, но было уже поздно.

Варва, уже занесший руку для следующей атаки, внезапно потерял равновесие. Его глаза расширились от осознания ситуации – нить порвана, страховка исчезла. Инерция собственного броска понесла его прямо вперёд, к разинутой пасти чудовища.

В моей голове, работающей с бешеной скоростью под воздействием Потока, пронеслась целая цепочка мыслей:

Он погибнет. Сейчас. И это… стратегически выгодно.

Я видел, как блестит его Рыбья Чешуя, как его глаза отражают приближающиеся клыки. Варва – будущий лидер клана Альриша. Сильный, амбициозный, потенциально опасный.

Если он погибнет здесь, через десять лет у Регулов будет на одного серьёзного конкурента меньше. Это чистая математика власти.

Но почти сразу же я ощутил волну отвращения к собственной мысли.

Нет. Это не тот путь.

Во-первых, Альриша мне ничего плохого не сделали. Наши кланы конкурируют, но не воюют.

Во-вторых – и это было главное – если Варва выживет и однажды возглавит клан, он будет должен мне жизнь. А в нашей политике такие долги ценнее золота, влиятельнее любых договоров.

Ну и в-третьих, может быть я и использовал далеко не самые честные методы в своей борьбе, но до крысятничества еще не опускался и не собираюсь.

Всё это промелькнуло в сознании за доли секунды.

А дальше…

Как там говорил Варва?

Иногда лучше просто делать, а не думать? Ну, что же. Ладно.

Тело Ананси напряглось в моей груди, Ледник внутри него вспыхнул ледяным сиянием. Энергия, даже при том, что через мое тело проходил даже не один ее процент, выжигала мне вены, превращая кровь в кипящий металл. Каждая нить на моих руках натянулась до предела, а затем – разом ослабла, выпуская в мир тысячи тончайших волокон чистого Потока.

Они сплетались в воздухе, образуя сначала контуры, потом объем, и наконец – детали. Гигантский паук, размером почти с Замершего волка, материализовался между Варвой и смертью. Его восемь глаз вспыхнули тем же холодным белым светом, что и у Ананси, а брюшко переливалось, как будто сделанное из жидкого серебра.

Но создать фантома было лишь половиной дела.

Я закрыл глаза и перенес сознание в фантома. Контролировать его тушу с помощью одной лишь синхронизации было невозможно.

– Держись! – успел крикнуть я Варве, но мой голос потонул в реве Замершего, а потом я уже не мог говорить.

Фантом рванулся вперед. Шесть лап вонзились в землю, поднимая фонтаны грязи и щебня. Седьмая и восьмая – вытянулись, чтобы пусть не подхватить падающего Варву, но хотя бы оттолкнуть его прочь от волка.

Замерший даже не успел среагировать. Туша энергетического паука врезалась в него сбоку, как катапультный снаряд, тут же окатив бок твари ядом из пасти.

Но этого было даже близко недостаточно, а тем временем я уже чувствовал, как энергия вытекает из меня, словно вода из разбитого кувшина. Нитям, связывающим других бойцов, не хватало силы – они лопались одна за другой.

Воин в синем плаще рухнул на колени, женщина с двойными кинжалами едва не упала лицом в грязь. Варва, едва успевший откатиться в сторону, схватился за раненое плечо, лицо его побелело от боли.

Замерший поднялся. Его левый бок был опален попаданием кислотной отравы, но на этом и все. А в глазах горела та же безумная ярость. Он тряхнул гривой, и капли ядовитой слюны фантома полетели во все стороны. Одна попала на щит ближайшего бойца – металл начал пузыриться и плавиться.

– Боже милостивый… – прошептал кто-то за моей спиной.

Чудовище прыгнуло.

Фантом встретил его, обвивая лапами, опутывая нитями. Они сцепились в смертельной схватке, перекатываясь по земле, ломая камни, вырывая с корнем чахлые деревца. Я чувствовал каждый удар, каждый укус – не своей плотью, но боль была вполне реальной.

– Атакуем всем что есть! – крикнул седобородый ветеран, поднимая дрожащие руки. – Пока паук держит его!

Его ладони вспыхнули алым. Пламя вырвалось наружу, но не рассеянным потоком, а тонкой, как лезвие, струей. Она вонзилась в уже травмированный бок чудовища, выжигая плоть до костей. Запах горелого мяса ударил в нос.

Женщина с кинжалами подскочила с другой стороны. Ее клинки засветились фиолетовым – признак смертельного яда. Два точных удара – и стальные клыки вонзились в шею волка, прямо в яремную вену.

Я чувствовал каждую нить своего фантомного паука, обвившегося вокруг шеи чудовища. Ананси внутри конструкции напрягся, его сознание сливалось с моим глубже, чем я привык. «Ещё немного», – подумал я, ощущая, как энергия Ледника стремительно иссякает.

– Голова! – крикнула женщина в лёгких кожаных доспехах, её голос звенел, как сталь. – Третий ударный, приготовиться!

Трое бойцов синхронно рванули вперёд. Первый – коренастый мужчина с лицом, изборождённым шрамами – размахнулся двуручным мечом, который вспыхнул алым светом. Его удар пришёлся точно между глаз чудовища. Кость затрещала, но не поддалась.

– Чёртова шкура! – выругался он, отскакивая назад.

В этот момент второй воин – высокий, худощавый, с посохом, увенчанным кристаллом – ударил по тому же месту сгустком сжатого воздуха. Трещина пошла по черепу, как паутина.

– Давай! – прошипела женщина-воин и вонзила свой узкий клинок прямо в трещину.

Волк взвыл так, что у меня заложило уши. Его массивная голова дёрнулась, и я почувствовал, как нити моего паука начали рваться. «Держись, Ан», – мысленно прошептал я, ощущая, как проводник из последних сил поддерживает конструкцию.

– Не даём опомниться! – рявкнул седой воин. – Грудь и горло! Комбинированная атака!

Пятеро бойцов сомкнули ряды. Двое ударили по передним лапам, заставляя чудовище опуститься. Ещё двое – мужчина с молотом и женщина с парными кинжалами – атаковали горло. Но главный удар нанёс седовласый воин – его топор, окутанный пламенем, вонзился прямо в грудь Замершего, между рёбер.

Кровь хлынула фонтаном, обжигающе алой, почти чёрной в тусклом свете. Волк закашлялся, из пасти вырвался сгусток пены с кровью. Его движения стали медленнее, но от этого не менее опасными.

– Он слабеет! – крикнул кто-то сзади. – Добиваем!

Я чувствовал, как мои силы на исходе. Фантомный паук начал расплываться, нити теряли плотность. «Ещё немного… ещё немного…» – твердил я себе, заставляя Ана держаться.

Последний удар нанёс молотобоец. Его оружие, внезапно вспыхнув ослепительно белым светом, обрушилось на уже треснувший череп. Раздался звук, словно падающее дерево – глухой, мощный треск.

Замерший замер. Его огромное тело дрогнуло, потом медленно, как подкошенный дуб, начало клониться набок. Когда он рухнул на землю, казалось, содрогнулась вся крепость.

Моё сознание резко вернулось в тело целиком и полностью. И тут же – боль. Острая, жгучая, всепоглощающая.

Я лежал в пыли, среди обломков каменной стены, на которую меня швырнуло ещё в начале боя ударной волной. Правая рука неестественно вывернута – явный перелом. В боку пылало, будто кто-то вставил раскалённый клинок и забыл его вынуть. Каждый вдох давался с трудом, словно рёбра сжимались тисками.