Текст книги "Хранитель Путей (СИ)"

Автор книги: Юрий Окунев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)

Глава 2
Покровитель

– Кстати, вы мне задолжали, – невинным голосом сообщила мне Ксения, когда я вышел в торговую часть.

Они с Андреем сидели у прилавка, пили чай и закусывали печеньем. Андрей молча протянул мне одну печенюшку.

– Напомните, что именно? Денежный перевод должен был пройти. Если нет, то будет завтра, в понедельник – банки иногда ленятся, – ответил я и прикусил сладость.

Вкусно и сладко. То, чего как раз не хватало.

– За это я не переживаю, – беспечно махнула она рукой. – Тем более я всегда могу сломать что-нибудь, если деньги не дойдут до адресата. – Она обворожительно улыбнулась, но при этом из глаз посыпались недобрые искорки.

– Не надо ломать, – вздохнул я. – На третий ремонт Бури уже не хватит – начнёт всех вокруг лупить молниями. Так что я забыл?

– Ужин, – легко ответила Ладная, вызвав у меня смех.

– С этим не заржавеет. В последнее время у меня что-то разыгрался аппетит.

Она кокетливо накрутила рыжую прядь на палец, но я не имел ничего такого ввиду – я действительно всё время хотел есть.

С другой стороны, кто будет против более близкого общения с красивой девушкой? Эх, возможно я сам – слишком неожиданный переход от ворчливого ремонта к кокетливому ужину. Ладно, с этим разберёмся чуть позже. Придержите демонов – я не успеваю всё и сразу!

– Завтра вечером, как смотришь? – предложил я.

– Я бы и сегодня сходила, но, если вы, начальник, заняты – наигранно протянула она.

– Сегодня только если пицца. На вынос, – приподняв бровь ответил я.

Ксения нахмурилась:

– Пицца – это не ресторан. Ладно, я поняла – завтра так завтра. Как раз успею доделать Бурю. Всё, перерыв окончен, – объявила она, возвращаясь к своему привычному поведению, встала и ушла в машинный зал, по дороге свалив грязную кружку в раковину в туалете. Не помыв.

– Ты что-нибудь понял? – спросил я у Андрея.

Тот покачал головой:

– У меня есть сестра, но некоторые их выходки я не понимаю до сих пор.

– У меня их три, но это тоже помогает далеко не всегда, – вздохнув, ответил я. – Ладно, расскажи, что у нас с остатками снов. Видимо придётся скоро заняться производством новой партии. Если я уж решил остаться в бизнесе.

Будет крайне обидно отвоевать машину у Пинча, а затем бесславно разориться из-за отсутствия продукции.

– Не только же ей воевать, да молнии пускать, – сказал я тихо вслух.

– Дементий, у меня возник вопрос.

Андрей смотрел на меня и лишь после кивка продолжил:

– Я не видел, как вы воюете, как вы сказали, с помощью Бури. Лишь немного видел молний, искр, слышал про некоторые другие ваши эксперименты со снами. Но в любом случае это нетипичное поведение машины! С каких пор они используются для таких целей? Ведь нас учили, что они для производства снов. А уже сны защищают нас от демонов и Царства-за-снами. Сны, а не машины.

Что здесь сказать? У меня не было толкового ответа. Лишь то, что моя машина сразу же ввязалась в драку, как только смогла. И почти не переживала из-за того, что я за прошедшие недели напечатал лишь один полновесный сон.

– Могу предположить, что мы многого не знаем или забыли о наших машинах. Если даже мы, кто не прерывал своего владения, в такой ситуации, то что говорить о других. Например, ты знаешь, какой была ваша родовая машина, а, Пламенный?

Андрей нахмурился, от чего его голубые глаза потемнели. Он поправил белобрысую чёлку, почесал за ухом.

– Исходя из фамилии матери, могу предположить, что мы связаны с огнём. Да и по отцу, насколько я понимаю, тоже. А что?

– Хотел бы стать мастером снов и управлять своей собственной машиной? – спросил я в лоб.

Андрей удивлённо посмотрел на меня, а потом схватился за живот и засмеялся. От смеха его тело ходило ходуном, как желе.

– Шансы на это крайне малы, – наконец сказал он. – Во-первых, наша машина продана пару сотен лет назад за долги, а затем была уничтожена в пожаре. Ирония судьбы. В тот год вообще пострадало с десяток машин только в городе. Народ сжигал мануфактуры, чёртовы луддиты, а заодно по глупости уничтожал и машины снов. По всему миру прокатилась волна погромов и пожаров, что чуть не стоило нам прорыва Царства-за-снами.

Тут уже качал головой я. Да, Великое уничтожение или Восстание против машин – мануфактур, а не снов, – чуть не окончилось трагедией для всего человечества. Толпа с факелами носилась по городам, выискивая любую технику, которая могла забрать у них работу. Предок с трудом отогнал тогда бушующую толпу от Лавки. В тот день с неба сыпались молнии, словно защищая мастера снов от безумных людей.

– Хорошо, – вернулся я к разговору. – Это, во-первых. А что во-вторых?

Андрей пожал плечами:

– Во-вторых, кто мне даст стать мастером. Это может сделать только глава рода. Это либо отец, либо мать – оба живы, оба со своими родовыми фамилиями. Ну, если уж они откажутся, то явно назначат Лекс – у неё и образование лучше, да и хватка крепче.

В его голосе совершенно неожиданно проскользнула тоска и обида, но он быстро взял себя в руки:

– В любом случае, я бы хотел попробовать. Но шансы на это крайне малы.

Щёлкнул замок и открылась входная дверь – пришёл новый клиент. Андрей с приветливой улыбкой пошёл его встречать и оформлять заказ. Я же пошёл к себе в кабинет подумать.

– Почему никто не знает, что наследниками могут быть только мужчины? Особенно сами мужчины? – спросил я в воздух.

Через мгновение Рейхт уселся на тумбочку под картиной, а Линк стал пристально изучать семейные фотографии.

– Это специфическая форма инициации, – сказал Рейхт. Он поправил капюшон, скрывая часть фасеточных глаз. – Каждый в семье должен быть частью семьи. Но при этом у наследника не должно быть самомнения относительно своего статуса. Мастер снов – это тяжёлая работа, требующая ответственности.

– И дающая огромную власть, – в пику ему ответил я.

– Не без этого. Но сначала будущий наследник должен подружиться с семьёй, машиной, а лишь затем стать её напарником. Отдать добровольно душу на служение.

– И не перепутать с демонами, – добавил Линк, разглядывая мою фотографию. – А ты тут такой милашка!

На снимке мне было лет четырнадцать и на лице выделялись плотные щёчки, почти как у Андрея сейчас. Вытянулся и отощал я позже.

Я проигнорировал муху.

– Тогда почему мне этого не потребовалось?

Мухи переглянулись между собой и Рейхт ответил:

– Потому что ты случайно заключил сделку с машиной из чувства долга. Не потому что хотел, а потому что считал это правильным.

– Но я не

– Не хотел, мы знаем, – примирительно поднял лапки Линк. – Но ты старался помочь семье, пусть и через эгоистичный порыв.

– В итоге ты не просто стал её мастером, но и смог прорваться к покровителю.

– Электро, – утвердительно сказал я. Мухи кивнули. – А он уже попытался меня нагрузить забытыми обязанностями мастера снов.

– Таков договор с людьми. Он тоже рискует из-за вашего исчезновения.

– В общем, надо с ним поговорить. Сможете меня к нему провести? – спросил я.

– Конечно. Теперь проход стабилен, Буря сама его поддерживает, – сообщил Рейхт.

– И возьмите с собой кресло, – предложил Линк, а на мой недоумённый взгляд добавил, закатив глаза: – Или вы предпочтёте всю ночь стоять или валяться на холодном полу? Вы, конечно, ещё молоды в этой оболочке, но всё-таки проблемы с внутренними органами даже вам испортят жизнь.

Промолчав, я взялся за свой стул, который притащил из дома, и покатил его в машинное отделение. В этот раз Ксения наблюдала за тем, как я иду, а когда установил стул невдалеке от машины, спросила:

– Решили, как котик, за мной наблюдать?

– Я, конечно, бываю милым как котик, но нет, – ответил я, устраиваясь на стуле поудобнее и закрывая глаза. – Но, если я не проснусь до окончания вашей смены – не ждите меня, закрывайте дверь в машинный зал. Пусть Андрей запрёт Лавку перед уходом.

Девушка прищурилась и ехидно ответила:

– Будет исполнено. Может быть, – после чего снова полезла в «душу», что-то там калибровать.

Я же закрыл глаза и беззвучно позвал:

«Буря, веди меня к Электро».

Мгновение невесомости и вот мы втроём с мухами стоим в полутёмном зале, недалеко от пьедестала. Трещина на нём всё ещё огромная, но мне показалось, что в самом низу камень словно слегка зарос.

– Сновидец. Решил вернуться. Всё-таки.

Мухи опустились на одно колено, а я остался стоять. Синие горящие глаза подплыли ко мне поближе, изучили лицо.

– Что ж, спрашивай. Теперь я готов отвечать на твои вопросы.

– Что изменилось?

– Ты, Сновидец. Готовность к ответу всегда в вас самих.

Я подошёл к камню, который символизировал мою «материальную сущность», коснулся его рукой. Чуть тёплый.

– Как начать восстанавливать Пути?

Глаза пророкотали неразборчиво, словно выдыхая.

– Всё-таки ты, Сновидец, всегда отличался от остальных. Конкретнее, сразу к делу, к сути. Меньше искр, больше энергии. Жаль, что ты пропал вместе со всеми.

– Не моя воля, – слова сорвались с губ своевольно, словно говорил не я, а тот древний дедушка, какая-то часть меня, которая сильно старше моего тела и сознания.

– Я догадался, – ответил Электро. – Прошлое не изменить, рад твоему возвращению. Давай разбираться с твоими вопросами.

Глаза облетели пьедестал, изучили меня. Мухи оставались в коленопреклонённой позе.

– Что ты знаешь о Путях вообще?

– Немного, – признался я. – Они существуют в Царстве снов, чем-то похожи на оборонительные сооружения, внутри них видят сны люди. Демоны или не могут пробиться через них, или не замечают в принципе.

– Понятно, – недовольно проворчал Электро. В воздухе чуток запахло озоном. О, запахов раньше не было, я несколько раз шумно вдохнул носом. – Ситуация немного сложней. Помогите мне!

Он приказал, Рейхт с Линком встали с пола и взлетели на своих прозрачных крылышках. Передо мной появилось подобие полупрозрачного экрана, на котором синими линиями мухи стали чертить образы.

– Как ты верно вспомнил, сны вы можете видеть только внутри Путей. Доступ к этой безопасной зоне – сны, напечатанные в материи. То, чем занимаются мастера снов публично. Однако, чтобы попасть в Царство Снов, его нужно сначала создать. Да-да, Сновидец, не строй такую удивлённую рожу – это ты тоже знаешь, просто забыл в этой ипостаси. Царство Снов – это буферная зона, которую создают мастера снов в компании с некоторыми другими сущностями.

– Демонами, – вдруг понял я. – Демонами, которые почему-то пошли против собратьев.

Мне вдруг стало ясно, почему Мухи говорили, что «напитались домом». Куда рванул Морфей и почему по этому поводу совершенно не переживал.

– Мы сейчас в Царстве-за-снами или в Царстве снов? – обвёл я руками полутёмный зал с колоннами.

– И там, и там. Зона наследников имеет смешанное происхождение. Поэтому то, что ты и другие пропали – это плохо. На одной стороне реальности он не выстоял бы. Но теперь ситуация наладилась. Если ты, конечно, перестанешь пускать полновесных демонов в свою голову, – ворчливо закончил Электро.

– Звучит неприятно, но зато становится яснее, почему вы так настаивали на моей работе над Путями. И всё же – как их восстановить?

Мне показалось, что глаза пожали плечами, после чего на экране появилась куча точек, которые закружились, завертелись и превратились в подобие стены.

– Тебе необходимо взять часть своего мира, смешать его с темнотой мира демонов и слепить Царство снов, точнее его кусочек – тот, за который ты несёшь ответственность.

– И как этот кулинарный рецепт можно реализовать? Как-то нет видео инструкций по этому поводу.

– Да просто сделай несколько разных снов, что сложного, ты этим уже пару тысяч лет занимаешься. Сны создадут пространство, а ты затем вокруг него уже выстроишь стены, залатаешь дыры.

– Со снами, я думаю, мы разберёмся. Вроде как общий принцип я понял. А вот дальше всё ещё непонятно: ведь нужно восстановить то, что есть, усилить оборону. А как туда попасть, в старое место? Машина подскажет или может вы сами дадите координаты?

Электро посмотрел меня как на идиота, но тут приблизился Рейхт:

– Позвольте я ему поясню. На ему понятном языке, – чуть склонив голову, предложил он.

– Давай, – глаза улетели подальше, словно устали от моей компании.

Зато Рейхт подлетел ко мне поближе и встал рядом.

– Война между людьми и существами из Царства-за-снами идёт очень давно. И однажды вы проиграли.

– Когда нас лишили снов?

– Типа того, – Линк видимо заскучал в одиночестве и тоже подлетел поближе.

Экран, который они держали, померк.

– И в то же время вы получили возможность делать вылазки в этот мир. До этого у вас не было такой возможности. Но, как ты понимаешь, путешествия сюда – непростое дело. Даже неприятное. Нужны были подготовленные люди и души.

– Так появились мастера снов, – утвердительно сказал я.

– Да. Но вас никогда не было достаточно много, чтобы стать полноценной армией и откинуть врага так, как вы делаете с себе подобными. Вы не армия, а спецназ или секретное подразделение, решающее щекотливые проблемы, прикрываясь маской обычных производителей ширпотреба.

Мне вдруг стало очень грустно:

– Только, судя по всему, большинство из нас действительно ими стало. А те, кто не позабыл, как использовать свои особые навыки, далеко не всегда ведут себя прилично. – Я подумал о Пинче. – Кстати, если Электро мой покровитель, то здесь должны быть представители только электрических машин. А что делать остальным? Воде, огню, воздуху?

– У них свои покровители, свои зоны. И они на своих территориях, которые не пересекаются с нашей, – сказал Рейхт со вздохом. – Но судя по косвенным признакам, там так же глухо. Но точно не скажу. По той же причине, по которой точное место ваших путей и входов к них не знает никто, кроме самих мастеров. Ваши сны и Пути – это ваши секреты и ваше же оружие. Вы вынуждены отправлять туда людей, давать их душам покой. Но скрывая дороги от посторонних глаз, чтобы никто не пострадал.

– Поэтому и нужно обновлять сны, – пришла мне догадка. – Если слишком долго ходить в одно и то же место, да ещё и толпами, то это точно заметят, как бы ты не скрывал свою секретную калитку!

– Разумно, – закивал Линк. – Хотя постоянный просмотр, по идее, должен укреплять защиту Пути.

– Толстая стены и дверь, через которую может проехать слон на карьерном самосвале – та ещё эффективность, – хмыкнул я.

Мы замолчали, задумавшись каждый о своём. Мне, с одной стороны, стало спокойнее: сделай сон, проверь сам, пригласи других – и процесс запущен.

С другой, нервничал я больше, чем перед собеседованием на фабрику Пинчей. Нужно было разобраться со снами, производством, поставщиками и покупателями, отчитаться перед Храмом, договориться с Андреем и Лекс. Понять, можно ли спасти отца.

И вообще, удастся ли мне сделать свой Путь – как я понял, к старому, по крайней мере без отца, а может быть и вообще прадеда, мне не попасть. Даже если я смогу найти вход в старые Пути, то я всё равно не очень понимаю, как и что делать там внутри.

– Может почитать книги по защитным сооружениям. Бункеры там, замковые стены? – подумал я вслух.

– Это может быть интересной идеей, – пророкотал Электро и теперь мне казалось, что я слышу не рокот воды, а гул электричества в проводах. – Хотя существа из нашего мира живут на других законах.

– Например? – с искренним любопытством спросил я.

– Как минимум, внешняя форма может меняться, подстраиваясь под душу человека, его оружие. Нет жёстких рамок, как ваше физическое тело, – он кивнул на постамент с трещиной. – Но при этом, чтобы противостоять вашему миру, им приходится мимикрировать под привычные вам формы. Иначе вы даже не пугаетесь.

Последняя фраза прозвучала с издёвкой в голосе.

– У них получается достаточно эффективно, – прошептал я, вспоминая, как меня мучил один из демонов.

Хорошо, что теперь у меня есть полноценная магия. Но посмотреть оздоровительный сон давно пора.

От мысли о крепком и здоровом сне меня отвлёк удар. Показалось, словно в стену зала, снаружи, что-то ударилось со всем силы. Например, гигантский таран.

– Я же говорил, что нужны обе составляющие! – прошипел Электро. – Быстро, выметайся отсюда, и сделай хоть пару снов. И выспись! Иначе не к кому будет ходить за советами.

– Что это? – крикнул я, но мой голос заглушил следующий удар, и по дальним колонам заструились трещины.

– Выводите его! – приказали глаза, и мухи схватили меня под мышки, замахали крылышками и потянули наверх.

Я же дёргался, пытаясь освободиться.

– Пустите, я могу помочь!

– Чтобы помочь – сделай свою работу, мастер! – прикрикнул на меня Линк.

– Подтверждаю, – беспокойно оглядываясь подтвердил Рейхт. – Структура зоны за сотню лет истрепалась. Где чёртов выход⁈

В его голосе зазвенела паника. Мухи крутили головами, держа меня на высоте в три метра, но ничего не видели.

«Буря, выводи. У нас много работы», – потянувшись к искорке внутри моей души, подумал я.

И стоило это сделать, как невидимая сила потащила нас в сторону и, словно выжимая пасту из тюбика, вытянуло в реальность. Единственное, что мы успели увидеть, как противоположная стена рушится и оттуда выстреливают тёмные жгуты.

– Электро! – крикнул я.

– Владыка! – подхватили мухи.

Но путь, пробитый Бурей, закрылся и остался только треск остывающей машины и лёгкий гул шестерёнок, работающих внутри «души».

В груди зажало. Неужели на Электро напали демоны?

Глава 3
Старые новые знакомые

За окнами стояла ночь. Буря потрескивала, словно вправляла суставы после длинной напряжённой драки. Я лежал на полу, пытаясь прийти в себя. Линк и Рейхт сидели по бокам, понурив свои мушиные головы. Тишина убаюкивала.

«Буря, прикрой», – подумал я и отдался сну.

Удивительно, он был глубоким, тихим и без снов. В хорошем смысле.

Утро началось со стука по металлу.

– Мастер Сновидец! Открывайте! Нужно поговорить.

Голос Андрея звучал несколько искажённо, словно ему затыкали рот, а он пытался говорить через кляп. Я потряс головой, пытаясь разобраться, где я и что делаю. Оказалось, что всё также лежу на полу, но под головой у меня свёрнутый пиджак. Стул, на котором я спал, занимал какой-то тощий парень.

– Ты ещё кто такой? – бурча спросил, потянувшись к искорке внутри себя.

– Действительно, – удивлённо ответил парень, поднимая руки и разглядывая свои пальцы. Его голос звучал знакомо.

– Что происходит? – раздался с другой стороны голос Линка.

Он подошёл поближе, щуря глаза.

Так. Не понял.

– Что произошло, ребята? – спросил я, ошалело переводя взгляд с Линка на Рейхта и обратно.

– Понятия не имеем, – хором ответили они.

А вопрос был не праздным. Передо мной сидели и стояли два парня. Человека. Было видно, что они братья, хотя сидящий на стуле Рейхт выглядел более высоким, тонким и серьёзным, а Линк – пошире в плечах, помассивнее. Оба были русыми, сероглазыми и всё также носили свои худи с капюшонами.

– Ты чем-то похож на Сновидца, – показал пальцем на Рейхта Линк.

– И ты тоже, – ответил Рейхт.

Мда, действительно. Они чем-то походили на меня. Как далёкие родственники, когда генетика вдруг пошутила и создала похожих людей в разных семьях. От мыслей меня отвлёк стук в дверь:

– Дементий! Просыпайтесь, пожалуйста! – Андрей повысил голос, пытаясь до меня докричаться.

– Иду! – ответил я и кивнул мухам, в смысле, парням. – Идите, проверьте, всё ли там хорошо.

Они кивнули и метнулись к двери, коснулись стены и встали.

– Мы материальны? – просипел Линк.

– Мы материальны, – зло ответил Рейхт.

– Мастер? – спросил Андрей.

– Буря, прикрывай, – закатив глаза, сказал я и открыл дверь, готовый разить молниями направо и налево. Нефиг на моих работников нападать и тем более на меня.

Нападения не случилось. Андрей стоял с большой коробкой в руках, а в зубах сжимал булочку, которую уже наполовину сжевал.

– Неужели, – чуть шамкая, но достаточно чётко для такой ситуации, сказал Пламенный. – Понимаю, безопасность, и всё такое. Но на завтрак можно и прийти. Тем более вам посылка.

Он покачал коробку в руках и сделал шаг в машинный зал. Но замер. Булка выпала изо рта.

– А это кто?

Он удивлённо переводил взгляд с меня на Рейхта, потом на Линка и обратно. Хм, не только материальны, но и видимы. Что-то сломалось в нашем Сонном королевстве. Или демоническом?

– Знакомься, Андрей. Это мои далёкие родственники, из остгейцев – Рейхт и Линк, – я указал рукой на одного и второго. – Они прибыли ночью, так что я их пустил, и мы долго обсуждали семейный бизнес.

Пламенный продолжал крутить головой и открывать беззвучно рот. Наконец он сформулировал вопрос:

– А остгейцы – это кто?

Не оборачиваясь, я почувствовал, что мухи смотрят на меня с двух сторон.

– Это так называют прибалтийских немцев. Они, – я взял у Андрея коробку и понёс в сторону стула, – с родителями давно эмигрировали в Германию, но вот как-то узнали об изменении в семейном статусе. Думали, может урвут себе машину. Не успели.

Я пожал плечами и поставил коробку.

– Зато мы решили немного помочь Сновидцу, – сказал Рейхт. – Раз уже приехали.

– Мы уже наслышаны о том, что здесь происходило, – добавил Линк.

Андрей приподнял брови, покачал головой, а потом спохватился:

– Посылка! Она от мадам Пакхус. Валентина Павловна мне звонила, просила тебе передать в руки.

– Спасибо, – с интересом ответил я. Что же завсклада мне прислала? – Почему мне не позвонила?

– Сказала, что вы не брали трубку.

Я пожал плечами. Такое могло быть.

На коробке была только наклейка с адресом, плюс почтовый штемпель. Лишь присмотревшись внимательнее, я увидел сбоку, на самом краю верхней крышки, потёртый логотип моих родителей.

Тут моё нетерпение и дало знать – я быстро содрал скотч, вырвав при этом кусок картона, и раскрыл коробку.

Внутри нас ждала ещё одна коробка, плотно обложенная смятыми листами газет и журналов. Дата на первой попавшейся обложке говорила, что этой макулатуре десять лет. Сама же коробка была размером с обувную, спокойного серого цвета, замотана простой бечёвкой, на которую редкие домохозяйки продолжают вешать бельё на балконе.

Аккуратно вынув серую коробку из большой посылки, я поставил её на конвейер. Мне показалось, что по машине прошла лёгкая вибрация, словно Буре тоже было любопытно, что внутри.

– Она говорила, что это? – спросил я, коснувшись верёвки.

– Только то, что это важно и что она чуть не забыла об обещании, данном вашему отцу. «Не думала, что этот день настанет», – изобразил он голос Валентины Павловны.

Линк и Рейхт усмехнулись подобию.

Меня же больше волновало то, что внутри. Развязав большой бантик, сделанный максимально просто, я убрал верёвку, положил руки на крышку. Ничего не почувствовал, никакого биения.

– Снов и живых существ там нет, – пробормотал я себе под нос и медленно стянул крышку.

Все присутствующие почти что засунули свои любопытные носы внутрь.

– Но-но, – раздвинув их головы руками, сказал я. – Это посылка мне, а не вам.

Они молча повиновались и передо мной оказалась толстая, явно исписанная тетрадь. На твёрдой обложке красовалась какая-то гоночная машина, заходящая в поворот по бездорожью. Открыв тетрадку, я узнал почерк отца и мамы.

«Технические заметки. Сновидцы Т. и Г.»

– Надо позвонить и поблагодарить мадам Пакхус. Она прислала мне инструкции, как делать сны.

Следующие часы прошли в изучении записей родителей. Я постепенно разбирался в том, как создавать сны. Но важнее на сегодняшний день оказалось даже не это, а то, что здесь была инструкция, как вытянуть из памяти машины старые, ранее созданные работы.

Пока что я не рассматривал себя как крутого дизайнера, способного к созданию чего-то стабильного, не то, чтобы прорывного. Я в эту сторону даже не учился! Но бизнес нужно кормить и начать нужно прямо сейчас.

Хотелось верить, что этого будет достаточно, чтобы удержать Пути в Царстве снов. Вроде Электро говорил, что нужно напечатать сны, а не требовал обязательно создавать новые.

Когда я устал сидеть в кабинете, встал и начал ходить кругами вокруг машины, одновременно читая записи. Иногда я подходил к рычагам Бури, касался их, двигал, стараясь запомнить базовые приказы. Машина довольно гудела в ответ, словно котёнок, а не тигр, что недавно рвал врагов на куски.

Андрей пошёл принимать последних клиентов – на складе осталось буквально пара десятков коробок.

Мухи же заперлись в пустом кабинете Валентины Павловны и пытались разобраться с тем, что произошло. Как я понял по долетавшим до меня иногда мыслям-фразам, они перестали чувствовать контакт с Электро. Их материальная часть перевесила и теперь они принадлежали моему миру больше, чем своему.

Да, я всё ещё слышал их, хотя теперь эта связь прерывалась, если они отходили на несколько метров. Раньше они могли докричаться до меня на гораздо большем расстоянии.

И всё же было непонятно, что произошло. Жив ли покровитель? Почему-то мне казалось, что да – благодаря искорке магии внутри. И Буря была совершенно спокойна и здорова, если так можно сказать про набор шестерёнок со встроенным сердцебиением.

Если бы он погиб, то моя магия явно прервалась. Или ослабла. Может даже машина стала бы горой дерева и металла, а не тем, чем она являлась сейчас.

Я подошёл к Буре поближе, положил руку на её бок. Меня обдало заботливым теплом. Я слушал спокойное мерное биение её сердца и успокаивался вслед за ней.

Электро – многогранное существо, если верить его биению жизни. Плюс прожило тысячи лет. Он должен додуматься, как выйти из сложной ситуации и защитить себя.

А мы пока подумаем, как выполнить свою задачу. Я сосредоточился на бумагах родителей.

Спустя ещё примерно час я встал, чтобы размять спину и вышел на улицу, держа тетрадь под мышкой. Достал по дороге телефон, набрал маму.

– Да, сынок? – мама звучала сонно.

– Прости, что разбудил. Могу перезвонить попозже, – извинился я.

– Всё в порядке. Не могла долго уснуть. Продлила больничный. Что там храмовники сказали?

Да уж, хорош сын. Ходил узнавать про отца, а матери ничего не рассказал.

– Они пообещали о нём заботиться, но пока оставляют у себя. Считают, что так безопаснее.

– Он хоть жив?

И здесь мама имела в виду явно не физическое существование его тела.

– Надеюсь, что да. – А про себя подумал: «Надеюсь, что он не все силы потратил на прорыв в реальность и что демонам не удалось его поймать». Но вслух сказал: – Мне сейчас нужно сделать одно задание для Храма, а потом я договорюсь об отце отдельно.

– И что они от тебя хотят? – недовольно уточнила мама. – Мне хватает того, что моя дочь слишком активно молится на Морфея. Мастера снов должны быть чуть в стороне от веры – мы работаем.

– Речь как раз о нашей работе, – уверил я. – Мне нужно напечатать новую партию снов.

– И что ты хочешь от меня? – аккуратно уточнила мама. – Я сейчас немного в другой области работаю, да и воспоминания у меня не самые радужные от сотрудничества с Бурей.

Я усмехнулся и раскрыл тетрадь там, где у меня возник вопрос:

– Расскажи, пожалуйста, что значит твоя пометка: «Не забывай про поправку на время».

На той стороне трубки повисла тишина. А потом раздался искренний смех.

– А про дизайн сновидений тебе тоже надо будет рассказывать? – веселилась мама.

– Я пока не планирую печатать новые сны – не мой профиль. А вот вытащить из памяти Бури несколько старых считаю необходимым. Для бизнеса и для отца.

Последний довод заставил её замолчать. Она вздохнула и без вводных начала:

– Поправка на время – это параметр, который учитывает изменение состояние людей и снов со временем. Это как с классическим кино: то, что наделало шуму пятьдесят лет назад и было на вершине чартов, сегодня смотреть невозможно. Скучно, странно, глупо. Сны работают не так жёстко, как кино, у них многовариативность подразумевается на уровне структуры, но всё равно нужны правки со временем.

– Как такую правку сделать? – сказал я, усаживаясь на одинокий стул, что остался после Кепки.

– Как тебе сказать В общем, нужно найти слой, который отвечает за детали мира и добавить туда новых красок. Новых эмоций.

– Хорошо. – Я сделал пометку в телефоне. – В ваших записях я не нашёл, как это делается. Подскажи, пожалуйста.

– В этом и проблема, сынок.

Мама рассказала, что каждый сон имеет свою индивидуальную структуру и где именно прячется этот эмоциональный слой с деталями не всегда понятно даже создателю. Если сон арендуют другие фабрики, то эту поправку на время всё равно нужно делать тому, кто сделал дизайн сна. И поэтому каждое поколение сны меняются.

– А если не делать эту поправку?

– Сна не будет. Будет некая муть, движение, но без ощущений, – грустно объяснила мама.

Возможно, я нашёл одну из причин, почему сны себя так плохо чувствуют! Ни разу не видел и не слышал, чтобы на фабрике Пинчей делали поправку на время. Надо будет уточнить у Абрафо.

Проблема была лишь в том, чтобы найти этот слой, чтобы добавить в него изменение. Что ж, придётся идти на крайние меры:

– Мама, ты сможешь приехать в Лавку и помочь мне найти эти места в ваших снах?

Она молчала. Почувствовал, как скрутило живот от напряжения, словно я на экзамене и прошу поставить себе на полбала выше, чтобы не пришлось пересдавать.

– Без тебя я не справлюсь и тогда все мои труды пойдут коту под хвост, – добавил я.

Прозвучало наивно и слабо. Блин, лучше бы молчал. Захотелось оправдываться, сказать что-то ещё, но мама не дала мне позориться дальше:

– Хорошо. Ради тебя. Ради твоего выбора. Ради Гриши.

Он положила трубку не попрощавшись и даже не сказав, когда приедет. Что ж, я буду ждать. И доставать старые сны.

Но первым делом я набрал Абрафо.

«Вы позвонили Абрафо Пинчу. Сейчас я на службе, но как только освобожусь, изучу ваше сообщение. Ждите сигнала».

Ну да, человеку работать надо. Тем более, что Пинч-старший уехал куда-то ещё в субботу, оставив тётю Валенсию в растерянности. Она даже второй раз позвонила моей маме, чего не случалось, по словам сестёр, лет десять.

– Абрафо, добрый день, – нарочито вежливо и серьёзно сказал я под запись. – Понимаю, что наши переговоры прошли не так, как предполагалось, но я рассчитываю на ваше адекватное отношение: бизнес есть бизнес. Поэтому предлагаю вам встречу, чтобы обсудить оставшиеся вопросы. Место встречи вы знаете. Буду ждать вашего ответа. Всего доброго.

Положив трубку, я выдохнул. Надеюсь, Абу хватит чувства юмора, чтобы сообразить о чём это я. А так, если кто-то слушает его записи, даже отец, скорее испытают злорадство, что Сновидец так быстро сдался.

Или, наоборот, ярость, что я снова чего-то требую? Блин, идея уже не казалась такой уж умной, но перезаписать звонок не удастся.

Так что, вздохнув и почесав затылок, я встал со стоящего на улице кресла.

– Бли-и-и-ин! – протянул я.

Всё-таки сел на папино кресло, пусть божился, что этого никогда не допущу.

Ладно, сделаем вид, что это ничего не значит. Накрыв кресло остатками картонных коробок, чтобы не мокло, я пошёл внутрь. Андрей листал ленту в телефоне и, завидев меня, спросил: