Текст книги "Хранитель Путей (СИ)"
Автор книги: Юрий Окунев
Жанры:
Бытовое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)
Глава 20
День, когда меня закоротило
С прошлого визита коморка Электро не изменилась: всё такая же небольшая и скромная. Разве что ремонт стал получше, да мой пьедестал заметно укрепился, практически скрыв разлом.
Демоническая сущность висела чуть над нами, изучая гостей. Синие глаза словно стали больше, мощнее. Возможно, это казалось за счёт размеров каморки, а может ему удалось кого-то сожрать.
– Спасибо, что печешься о моей диете, Сновидец, – усмехнулся Электро. – Не всем гостям здесь рады, – и зыркнул в сторону.
Мария, стоявшая до этого рядом со мной, сделала неловкое движение, пытаясь спрятаться в свои тени. Которые сгорели.
Я расставил руки, прикрывая собою сестру.
– Электро, позволь представить тебе мою сестру Марию. Она выходец из ваших краёв, но давно мечтала встретиться с семьёй. Мария, – я повернул голову к сестре, одним глазом продолжая следить за синими глазами, – перед тобой Покровитель нашего рода и машины Электро.
– Приятно познакомиться, – неуверенно пискнула сестра. Интересно, манеры в снах, оказывается, тоже преподают.
– Дитя трёх миров, – протянул Электро.
Неведомая сила подвинула меня в сторону, а Электро приблизился к сестре.
– Давно я таких как ты не видел. Живыми.
Прозвучало это не очень обнадёживающе. Но я уловил главное.
– Такое уже было? Как вернуть её в реальный мир?
– Вернуть? Ты имел в виду перенести? Её дом здесь, она дитя изначальной Тьмы, а не вашего мира.
– То есть у меня нет шанса? – вскинулась Маша. – Но отец сказал, что он нашёл способ.
– Который чуть его не погубил, ага, видели, – покачал головой Электро. – Теперь вот и сидит в своей тюрьме неизвестно где.
– Это не тюрьма! И я знаю где он! – повысила голос Маша, но Электро её быстро осадил:
– Во-первых, прекрати повышать на меня голос. – Он закатил глаза и пробормотал: – Вечно с этими Сновидцами проблемы. Почти как с самим…
Он замолк, а потом продолжил уже снова серьёзно.
– Во-вторых, забудь, что ты только что сказала и никому никогда не говори, как можно дольше. И не дай себя сожрать, поняла? По крайней мере, пока ваш отец жив хотя бы в таком виде.
– Поняла, – кивнула она.
– Хорошо. Теперь ты, Сновидец, – Электро переключился на меня. – Твои силы растут, раз ты смог попасть сюда. Это хорошо. Я чувствую, что ты заложил первый камень своего Пути.
Я непонимающе заморгал. Не помню такого.
– Ясно. Всё как обычно, – проворчал Электро, заметив моё удивление. – Ты теперь официально Сновидец с доступом ко всему имеющемуся у тебя арсеналу. Твоя встреча с последним предком позволила тебе соединить все или почти все силы в одно тело и теперь ты делаешь уже не чужую работу, а свою. При следующем заходе в Царство Снов ты это поймёшь. Продолжай в том же духе и шанс, что вы, человечишки, снова угробите мир, снизится.
– А что я теперь могу? Кроме того, что делал раньше?
– Делать сны. – Я скривился, а Электро хохотнул. – Не надо отлынивать от своей основной обязанности. Сможешь чувствовать сны, состояние машины, «души». Твои сны смогут вновь лечить часть заболеваний, связанных с твоей стихией.
– Электрошоковая терапия? – не удержался я.
– Болезни мозга, нервы, связность тела, – сказала молчавшая Мария. На мой удивлённый взгляд, она ответила: – Что? Думаешь, как я не сошла с ума в этом мире? Только постоянно оживляя свой мозг и тело нашей семейной силой. Только на это и хватает, – угрюмо закончила она.
– Ты закоротила саму себя? – спросил я. – Это же великолепно!
От моего восторженного возгласа вздрогнули как Мария, так и Электро. От их взглядов я немного смутился.
– Но ведь действительно прикольно.
– Ага. Сновидец как обычно смотрит на мир под странным углом, – буркнул Электро. – Так, подожди. А где эти?
Электро сделал движение глазами, словно искал за моими плечами ангелов хранителей.
– Линк и Рейхт? Один сторожит машину, а второй вытаскивает нас из передряги. Мы случайно нарвались на мастера кошмаров. Представляешь, в его сне сидел настоящий демон, его привязали…
– Что-что⁈ – взревела волна, искры электрическими волнами. – Ты вообще понимаешь⁈ Нет, ты вообще…
Покровитель от возмущения потерял дар речи, и только искры сыпались из сияющих синим огнём глаз.
В ответ на его рык затряслись стены и словно стали сжиматься. А не, не словно – реально приблизились.
– Срочно выходи из сна, в реальность и бежать со всех ног! Строй сны, выстраивай Путь, срочно, иначе… – Электро снова задохнулся, подавился словами, закашлялся, как обычный человек, наглотавшийся воды. – Выходи, Сновидец! Прямо сейчас!
– А как же она… – начал я, но сильная боль молотом ударила в грудь, уронила на спину, протащила по полу, проломила моим телом стену, крепость, кошмарные преграды, закружила водоворотом. Краем сознания я слышал голос сестры, зовущий, молящий её не бросать, не оставлять снова одну. Но владыки снов – истинные, а не мы, со своими станками и мечтами, – решили, что мне пора.
– Морфей тебя подери, Электро, – простонал я, чувствуя, как приближается момент пробуждения. Я видел его, несясь к тонкой плёнке между реальностями, чётко понимая, что вот он – выход.
Вдруг перед глазами мелькнула тень, ехидно улыбнулась, пробежала по спине и руке холодным касанием. В голове возникли голосочки, шёпотки, странные ощущения и образы. Ничего конкретного, но всё словно бы существующее и нереальное одновременно.
Я попробовал дёрнуться, не дать демону меня сожрать, перехватить на пути к реальности, как снова мелькнули ехидные глаза, едва различимые на тёмной массе, а затем перед моими глазами расцвела картинка.
Совершенно чёткая, как фотография, как картина великого художника прошлого: лесная поляна, огромный камень, у подножия которого подобие алтаря. У этого алтаря, приклонив колени, стоят мужчина и женщина. Пара. Свадьба. Пусть нет белой фаты и костюма с бабочкой. Они оба приложили руки к камню и из него по пальцам потекла чёрная субстанция, разрезая камень на куски. И даже сквозь эту чёрную жижу видно, как формируется каменная шестерня.
Виденье исчезло, тень отступила, ехидно улыбаясь.
– Морфей, – прозрел я.
Это был именно он. Бог, что дал нам сны. Демон, что пошёл против своих. Он был там, тысячи лет назад, у самых истоков безумия человечества. И как-то дал нам шанс выжить. Но как – я так и не понял. Как и зачем.
Морфей исчез также быстро, как и появился, оставляя меня дрейфующим в сторону поверхности и света. Я уже чувствовал тепло реального мира, видел плёнку, разделяющую Царство-за-снами и реальность. Ту тонкую грань в форме Царства снов, что должны были поддержать мы, мастера снов.
Но сейчас я шёл на свет. На тепло. На факел, что горел в ночи, не давая безумию чужого мира меня поглотить.
Я шёл домой.
– Привет, – сказал я, касаясь лицом плёнки между мирами, и она, с радостью и солёными слезами, лопнула под моим натиском, выпуская из ночного кошмара.
Я вернулся. Но куда?
В голове было пусто и легко, как должно быть после хорошего крепкого сна без всяких примесей. Никогда не лечился кошмарами, но после того, что я только что пережил, предполагал, что буду ощущать себя разбитой в лепёшку отбивной.
Кстати, насчёт отбивной – живот заурчал, требуя кусочек того, чем пахло вокруг. А пахло мясом. Жаренным. На открытом огне. Автоматически я облизнулся и открыл глаза, пытаясь понять, на какую кухню меня затащило.
Что ж. Лучше бы я не спрашивал и не смотрел. Пасть демона, Царство-за-снами, даже удар Электро уже не казались такими мерзкими.
Я действительно лежал в помещении, связанном с едой. Только это была не кухня, а холодильник. Такой, размером с фуру, в которой перевозят замороженные туши. Туши здесь были. И холод тоже. А ещё здесь были те, ради кого я всё это затеял.
– Андрей, огоньком не поделишься? – прошелестел я. В горле жутко пересохло.
Белобрысый перестал выпускать огненный цветок со своих рук и бросился ко мне. Он быстро ощупал мою голову, плечи, коснулся груди. Отпрянул назад и уселся попой на ледяной пол.
– Живой…
– А ты сомневался?
Пламенный помог мне сесть и дал чуток огня, чтобы согреть – замерзать я начал буквально в считанные секунды.
– Когда вас сюда закинули, у вас не было ни пульса, ни признаков жизни. Мы посчитали… – он замолк.
К нам тяжело подошла Александра и присела на корточки. Она выглядела очень уставшей и замёрзшей. Синие пряди словно стали продолжением синеющего лица. Она виновато смотрела мне в лицо.
– Прости. Я во всём виновата, – прошептала она. Несмотря на запах грязного льда, через него пробивался запах её любимых духов.
Я лишь покачал головой.
– Как отец? – спросил я, выглядывая из-за брата с сестрой, чтобы оценить состояние Оскола.
Мужчина сидел, прислонившись спиной к стенке, и, казалось, уже отчасти вмерз в неё. Однако почувствовав мой взгляд, он поднял голову, прищурился, от чего с ресниц и бровей посыпался иней. Узнал, кивнул. Снова опустил голову.
Вот уж кого и стоило бы винить во многом – не всём, я признаю свою часть вины, – так это его. Но сейчас я это говорить не стану. Не зажарят, так бросят замерзать.
– Держится на последних силах. Мы сейчас втроём на одной половинке шестерни, – ответил Андрей, самый бодрый из них. Шёпотом он добавил. – Но отец хуже всех владеет стихией, приходится его периодически подогревать.
Хрустя кристалликами льда под ногами, он ушёл помочь отцу, не дать тому околеть. По дороге Пламенный присел, подхватил кусок мяса и стал его жарить прямо рядом с отцом, одновременно грея его и готовя обед. Прагматично, уважаю. Снова запахло едой.
Мысленно я позвал Рейхта, но не получил ответа.
– Зачем ты пришёл? – спросила Лекс, выпуская на ладони огненный цветок и пристраиваясь рядом со мной. Капелька тепла вернулась, заставляя тело сбросить наваждение холода.
Я ещё раз осмотрел её. Почему-то сейчас бросилось в глаза то, что у неё острые черты лица, в отличие от Ксении, у которой были более мягкие, в чём-то кукольные линии. И несмотря на то, что прямо сейчас Лекс грела меня огнём, не давая умереть, просто воспоминание об утре с Ксенией – как давно это было! – заставляло сердце биться чаще и с наслаждением. Словно там огонь был настоящим, а здесь – нет.
Но Пламенная ждала мой ответ. Поэтому я ответил честно:
– Чтобы не дать Андрею сделать глупость.
Лекс улыбнулась и промёрзшие губы треснули, обнажая мелкие капельки крови. Она резко прикрыла рот рукой, посмотрела на красные отпечатки на пальцах.
– Это место забирает у нас даже улыбку. – Она покачала головой. – Без огня и тепла мы долго не протянем. И даже то, что нам издевательски дали возможности коснуться своего дара, не спасёт – мы умрём здесь. Мы им больше не нужны. Они получили всё, что хотели.
Говоря это, Лекс смотрела сквозь меня. Огонёк на её руках становился всё меньше и меньше, пока окончательно не потух. Не замечая моей грустной улыбки и замерзающих на её губах каплях крови.
– Не всё.
– Что? – встрепенулась Александра.
– Они получили не всё, – спокойно ответил я, глядя в глаза Лекс. – И скажу больше – не получат.
Девушка лениво отреагировала. Холод максимально замедлил её реакцию. Её хватило только на спокойное:
– Тогда почему мы умираем здесь?
После чего она медленно опустилась окончательно на пол. Руки стекли по бокам и коснувшись пола легли ладонями вверх. Взгляд замер, а щёки стали бледными, как лёд, что пророс пушистым, но твёрдым как наждак ковром по стенам.
За спиной раздался рык:
– Что ты с ней сделал⁈
Андрей бросился в мою сторону, снёс меня, уронил на пол, начал душить. Я видел бешенство в его глазах, чувствовал запах его пота и той агонии, что сейчас плескалась внутри него. Чувствовал его пальцы на своей коже.
И не чувствовал ничего.
Поэтому я спокойно улыбнулся, коснулся его плеча пальцами правой руки и ударил током. Сил во мне было меньше, чем в мыши, но во сне даже этого хватает с головой. Подчиняясь законам этого измерения, Андрей отлетел к потолку, отскочил от него и, упав в стороне, затих.
Оскол лишь глянул на меня мутными глазами, криво улыбнулся, показывая острые зубы, но встать уже не смог – лёд приморозил его к стене. Поэтому я медленно поднялся, посмотрел на сонную фигуру Лекс, на застывшие рубины крови на губах и мягко коснулся их поцелуем.
А затем сказал в потолок:
– Здесь хотя бы чувствуется рука мастера, мистер Пинч. Лёд – он же вода. Ваша стихия. Аплодисменты. – Я нарочито медленно похлопал в ладоши. Даже не знаю, слышит ли он меня, или я сейчас устраивая концерт для самого себя. – Но использовать детей таким образом – вам должно быть стыдно. И слишком много деталей, которых в нормальном сне не бывает.
Я сделал жест пальцем, словно «выстреливая» последним аргументом и ещё раз посмотрел на Лекс, снова покачал головой:
– Видимо нам не суждено было. Уже второй раз какая-то фигня. Не считая того случая на крыше. – Я вздохнул и сосредоточился. – Пора выходить. Я и так задержался.
В ответ на мои мысли раздался скрежет, и стальная дверь морозильной камеры начала открываться. Силуэт человека махнул мне рукой, но кто именно там стоял было непонятно: яркий свет не давал разглядеть детали. Так что пришлось просто шагнуть вперёд, призывая в руку по новой привычке всю свои скромную силу.
Ток прошёлся по пальцам, выпуская синее лезвие на крепко сжатый кулак.
Стоило мне шагнуть за порог, как яркий свет ослепил, заставил закрыться рукой, и я… проснулся.
– Красивый переход, – одобрил я. Этот сон был скроен в разы лучше и пугал своей безысходностью, гораздо больше. – Сон во сне. Красивая тема. Я запомнил.
Как бы я ни злился на Фобоса, Пинча и прочих, кто встал у меня на пути, всё же качество постановки, которая разыгралась передо мной, вызывала уважение. Тем более, глядя на сохранившееся в руках лезвие моей «электробритвы» я понимал, что всё ещё во сне. В третьем слое. Или даже в четвёртом, учитывая технические помещения первого кошмара.
На мгновение мне даже показалось, что моя встреча с Машей и Электро – это не более, чем сон. Но искры, что посыпались с моих рук, заставили поверить – нет, это было реально.
– Что меня ждёт теперь, создатель кошмара?
На первый взгляд вокруг было вполне мило: просторная комната, красивая девятнадцатого века деревянная мебель, обшитая более светлыми и актуальными сезону тканями. Крашенные светло-бежевой краской стены, на фоне которых мебель казалась инородной, но всё равно стильной. Открытые окна и ветер, что заставлял тонкие занавески мягко волноваться.
Потянув носом, как в Царстве-за-снами, постарался определить, где выход из сна. Визуально казалось, что лучше двинуться к двери на террасу, на улицу, но по «запаху» мне за ту неприметную дверь справа. Однако стоило мне сделать шаг вперёд, как выход на террасу распахнулся, впуская внутрь не только новый порыв ветра, но и Андрея.
Пламенный с выпученными глазами уставился на меня, поднял руку, сжатую в кулак, которую тут же окутало пламя. Он замахнулся и не медля ни секунды, бросил огненный шарик в меня. Интуитивно я отбил атаку своей бритвой и огонёк врезался в стену, растёкся по ней и медленно потух.
Андрей заморгал, а потом нахмурился. Обе руки стали покрываться пламенем.
– Задолбали, – пробурчал он и направил на меня ладони.
Две струи пламени, как из огнемёта, полились в мою сторону. Тут с бритвой против пожара я не попёр, а молча сиганул за спинку дивана, радуясь, что создатели этого сна подумали о том, чтобы мы все помучились: поджечь такую махину нужно постараться. Хотя ткань радостно затрещала, медленно разогревая каркас.
– Вам ещё не надоело? – крикнул белобрысый. – Мне нужно убить всех своих близких, чтобы вы отстали? Отпустите Лекс с отцом и поговорим о ваших условиях!
Что-то в его голосе заставило меня выглянуть из-за дивана и посмотреть на Пламенного иначе. Во-первых, я понял, что он горел. Горел по-настоящему. Во-вторых, это значило, что передо мной не структура сна, а реальный человек. Как я это понял? Как минимум потому, что реальность вокруг него выглядела иначе. А менять реальность во сне может только человек.
Какая-то хрень. Ни разу не слышал про групповые сны, чтобы они пересекались. Но это я видел – и чувствовал – прямо сейчас.
Мысль прервал очередной выплеск огнемётов. Теперь диван запылал ярко и пришлось перебраться за менее удобное кресло.
– Андрей! Ты во сне! – крикнул я в паузе между атаками.
– А то я не знаю, – устало сказал он. Он тяжело дышал, словно пробежал уже не один километр. А с его лишним весом…
Так, стоп. Сон начинает нас уносить в сторону.
– Андрей! Я – настоящий. Мы оба спим!
– Ага, – без энтузиазма ответил белобрысый. – А ещё это пламя настоящее!
Теперь досталось креслу и немного моим волосам – почувствовал, как они задымились и стали жечь кожу на голове.
– Получается, что в здании огненная машина? Фобос на ней создаёт кошмары? – стараясь перекричать пламя, спросил я.
Продолжая перебегать с места на место, я огляделся: надёжная мебель начала заканчиваться, а бежевые стены постепенно становились чёрными от копоти. Ветер из окон отлично раздувал пламя.
– Ты слишком много вопросов задаёшь для сонного видения. При чём здесь машина? Посадили на стул, поставили ловца снов и теперь отдувайся.
Он снова запустил в меня огнём, однако в этот раз струя оказалась совсем тоненькой и даже не смогла зажечь ткань на кресле. Когда я полностью выпрямился, вставая из-за кресла, Андрей удивлённо посмотрел на свои руки.
– Андрей, сосредоточься и вспомни, как ты сюда попал.
Он настолько удивился, что пламя в руках кончилось и даже не заметил, как я шагнул к нему ближе.
– Это уже пятый сон. Пришлось убить отца, Лекс, маму. Абрафо, – почему-то он хихикнул и по его лицу расползлась довольная улыбка. – Теперь вот ты, Демон. И видимо здесь твоё прозвище имеет большую силу. – Он грустно посмотрел на меня и опустил руки. – Видимо сейчас начнётся настоящий кошмар. Я помню твои рассказы. О демонах. Видимо пришёл мой черёд это вынести.
Ой зря он это сказал. Потому что в следующий момент часть стены прогоревший комнаты словно откусили, выдернули в сторону, открывая провал в темноту. Оттуда потёк леденящий холод, замедляя и замораживая пламя, пляшущее на мебели и стенах. Тонкими чёрными щупальцами она заползала в помещение, приближаясь к нам.
И как бы я ни хотел считать это сном, всё моё естественно кричало от ужаса. Ибо к нам действительно заглянули демоны.
– Вот кто тебя тянул за язык, Белобрысый! – простонал я, поднимая перед лицом кулак с синим лезвием.
Он не успел ответить, как одно щупальце выстрелило в его сторону. Открыв рот, он смотрел, как чёрный жгут несётся в его лицо. В последнюю секунду я успел извернуться в прыжке и отсечь тёмную плоть. Помещение тут же наполнил визг. Захотелось зажать уши и закрыть глаза, но во сне это сделать невозможно.
– Я думал ты на их стороне…
Кажется, моя поведение сбило его столку больше, чем атака настоящего демона. Но комментировать его состояние и тем более приводить в чувство времени не было. Пришлось крутиться, стараясь отбивать летящие в нашу сторону всполохи тьмы.
Уже через несколько секунд я вспотел, а руки налились свинцом. Я пропустил пару ударов в грудь и с трудом сбросил с ноги вцепившуюся пасть, которая появилась на конце щупальца. Отсёк резким движением.
– Помогай! – крикнул я, не оборачиваясь.
За спиной раздалось рычание, но вместо огнемёта, который я ожидал, Андрей просто кинулся вперёд и начал бить жгуты тьмы руками и ногами. На мгновение они опешили, отпрянули, но поняв, что ничего страшного Пламенный сделать им не может, они одномоментно скрутили его, погрузив в тёмный кокон, который тут же начал пульсировать.
– Да что за день сегодня! Жги их! Ты же мастер огня!
Но он меня уже не слышал. Кокон продолжал пульсировать и даже сквозь темноту я расслышал стоны Андрея: демон рвал его на части изнутри и питался им.
Я вспомнил свой страх, свой ужас и свою боль, когда похожее происходило со мной. Как я не мог двигаться и оказался в замкнутом круге, полной нагара, пепла и крови. Моей собственной крови.
Но стоило ещё одному щупальца коснуться моей ноги, так, ненавязчиво, словно игриво предлагая погрузиться в совместный экстаз боли и страдания, я рассвирепел. Перед глазами появилась голубоватая пелена, а в помещении резко запахло озоном. Рука стала тяжелее и скосив глаза я увидел в ней тяжёлый, сияющий ослепительным сине-белым огнём меч.
Подняв его над головой, я с резким выдохом рубанул им по полу, выбивая основу из-под собственных ног. А также «ног» демона. По комнате разбежались волны молний, выжигая тьму, вычищая нагар со стен, выбивая окна и двери. Демон взвизгнул, теряя в сине-красных всполохах свои конечности, и стал отползать обратно во тьму.
Отпустив меч, который продолжал пульсировать, разваливая кошмар, я бросился к лежащему на полу Андрею и начал, не сдерживаясь, бить его по щекам, приводя в сознание.
– Прийди в себя и просыпайся! Выжги путь в реальность! Выходим! Нас там ждут! Лекс, твой отец, Ксения – они ждут нас назад! Живыми!
С каждым ударом с моих пальцев сыпались искры, который впитывались в его кожу, заставляли мышцы дёргаться. Наконец он услышал меня, вздрогнул и застонал. К этому моменту комната практически исчезла, оставался только кусочек пола под нами, да дверь, за которой я чуял выход из сна.
– Вставай, верзила, – приказал я, поднимая его на плечо. Некоторые вещи во сне всё-таки проще сделать, хотя его тяжесть и громоздкость я чувствовал даже сейчас. – Нам нужно туда!
– Дементий, – просипел он, когда мы сделали пару качающихся шагов к выходу. Пол за нами проваливался, оголяя неприглядную изнанку потустороннего мира.
– Что?
– Прости.
Я хмыкнул.
– Вот когда вернёмся в Лавку – там поговорим.
Мы вместе толкнули своим телами дверь и начали падать в темноту. Только в этот раз она не пугала, а манила своим теплом и мягкой надеждой – за ней действительно был выход.




























