444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Юрий Окунев » Хранитель Путей (СИ) » Текст книги (страница 18)
Хранитель Путей (СИ)
  • Текст добавлен: 1 ноября 2026, 14:30

Текст книги "Хранитель Путей (СИ)"


Автор книги: Юрий Окунев



сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Глава 28
Поиск утерянного сокровища

– Этого не может быть!

Я попросил Бурю достать сон ещё раз, но она также ответила пустотой: место в памяти, в котором долгие годы хранился один из самых успешных снов нашей фабрики, исчез. Растворился в пространстве.

– Так, я не мог его стереть…

Я суетливо проверял соседние ячейки памяти, но там привычно расположились «Морская прогулка» и «Сальса». Посередине же была непривычная пустота.

– Я не мог удалить даже в самом бессознательном состоянии. Никто кроме меня тоже не касался машины. Хотя…

Страшная догадка ударила молотком в висок. Ноги подкосились, стало трудно дышать. В прошлый вечер в одиночку в машинный зал ходил единственный человек. Времени было немного, но кто сказал, что удалить сон – это долго? Буквально пара движений и всё – наследие предков уничтожено.

Неужели всё, что произошло – это была инсценировка ради этого? Чтобы отвлечь меня, поймать момент и нанести предательский удар? Сердце не хотело в это верить.

Я отошёл от машины и сел на пол. Казалось, что доски подо мной качаются. Даже стало укачивать и комок тошноты подполз к горлу. Не верю. Глаза… эти глаза не врали. Не должны были врать!

Через минуту в зал заскочили мухи с выпученными глазами.

– Что у тебя опять происходит? – Рейхт опустился рядом на колени и изучил меня вблизи. – Почему мы чувствуем себя так, будто ты снова теряешь душу при работе со снами.

– Теряю душу? – я хихикнул, а спустя мгновение истерически заржал. – Теряю душу, теряю душу.

Внутри словно колыхался шарик с ртутью, отравляя каждый вздох. А ведь она сказала: сможет работать только после того, как со мной… Получается, это было, чтобы меня зацепить? Втереться в доверие? Но зачем? Я и так пускал её к машине, оставлял один на один с Бурей. Зачем это всё доводить до такой крайности⁈

– Демон, вернись! – Линк щёлкнул пальцами у меня пред глазами, и я мгновенно сфокусировался. – Что произошло?

Я покачал головой.

– У нас проблема: кто-то стёр «Шалфей». А сегодня его нужно сдать заказчику.

Мухи переглянулись между собой, приблизились ко мне вплотную.

– Ты догадался кто?

– Да, – кивнул я. – Только один человек имел доступ к машине, пока мы все были заняты. Имел и доверие, и знание, и понимание. А я ещё думал, почему она так странно среагировала на мою фразу про жену…

– Ты думаешь это Ксения? – удивился Линк.

– А кто ещё? – с трудом сдерживая слёзы ответил я. – Я отправил её за сном для Рейхта. Она воспользовалась моментом, чтобы нанести удар по Лавке. В тот самый момент, когда мы могли выйти на безопасный уровень! Подстраховаться! Теперь же, даже несмотря на то, что мы живы, мы потеряли свой самый главный актив. Нам капец.

Мухи встали, снова переглянулись. Линк пожал плечами, Рейхт кивнул. Я дураком смотрел на них снизу вверх. Хотелось зарыться в доски, забить на всё, вернуться на фабрику Пинча и продолжить работать мелким клерком. Хотя теперь туда меня не возьмут ни под каким предлогом. А если возьмут, то будет ещё смешнее: как работник Пинча я не смогу подойти к собственной Лавке…

– Молодёжь, – протянул Рейхт.

– Думать половыми органами – это, конечно, очень по-человечески, – добавил Линк.

Я лишь кивал, принимая свой грех. Она же красавица, огненная, всё более рыжая с каждым днём. Как устоять-то?

– Только почему сейчас ты думаешь ими, когда её рядом нет⁈ – рыкнул на меня Рейхт, от чего я аж подпрыгнул на полу.

– Соберись, тряпка! И не позорься! Особенно перед женщиной, – уже спокойно добавил Линк.

Я удивлённо моргал на своих помощников. Те закатили глаза.

– Невозможно просто так стереть сон. Можно перезаписать, да, но стереть – это прям жуткий процесс. Примерно, как удалить родинку плоскогубцами, – постарался объяснить Рейхт. – Так что причина исчезновения сна в чём-то другом.

– Иными словами, Дементий, Ксения здесь ни при чём. По крайней мере в том смысле, который заложил ты.

Я резко выдохнул. Я ещё не верил до конца их словам, но по крайней мере внутри стало чуток спокойнее.

– Но Ксении ни в коем случае не говори о своих мыслях, Сновидец! Иначе она тебя никогда не простит, – прошипел змеёй Линк.

Испуганно закивав, я поднялся с пола и снова подошёл к машине, в очередной раз проверив ячейку памяти. Шалфея, как не было, так и не стало.

Сначала я заглянул в заметки родителей и собственные, чтобы попробовать найти ответ на возникший вопрос. Но там ничего не оказалось.

– Надо спросить у мамы, что могло произойти.

Быстро набрав маму, я вышел на улицу. Было влажно и холодно, хотелось закутаться в куртку по самые уши. Как Кепке, который с широкой улыбкой выглядывал из своего домика, не отмораживает… уши.

Мама отреагировала вяло, с трудом отвечая на вопросы, будто бы с похмелья или заболевшая. Не получив от неё внятных ответов, я положил трубку и задумался. В мозге билась какая-то мысль, но я всё не мог её сформулировать.

Может у отца Феодосия спросить? Не, он по высоким материям. Морфея? Ну, вряд ли стоить лезть к высшим силам без спроса – и так слишком часто привлекаю внимание. Электро? Разумно, тем более он сам звал меня.

Я уже собрался идти в Лавку, как телефон завибрировал: Абрафо. Удивлённо изучив его обычный номер на экране, я ответил:

– Слушаю вас.

– Демон, что за хрень твориться? Что ты опять начудил?

В голосе Аба не было ни толики сдержанности и официоза. Только ярость, недовольство и… страх?

– Не знаю в чём меня обвиняют на этот раз, но я ни при чём.

– Ага, как же! Тогда почему твой долбанный «Шалфей» больше не работает?

В груди зазвенел колокольчик.

– В смысле не работает? Сны больше не сняться? – я позволил себя смешок. Не мог сдержаться.

– Да не тупи, Демон! Я про печать! Машины больше не печатают «Шалфей»! Сегодня утром все на ушах стоят, не могут запустить, а больницы требуют дополнительные партии! Это ваша разработка, так что давай рассказывай, что произошло и как править?

Помолчав в трубку, я изучил внимательно Летнюю улицу до самого перекрёстка. Это действительно была странная новость. Ладно саботаж у меня в Лавке, это имело смысл для тех же Пинчей или даже Фобоса. Но на фабрике Пинчей?

– Не молчи! – рявкнул Абрафо.

– Проверь память машин! – откликнулся я. – Проверьте, есть ли там сон внутри. Когда поймёшь, что нет, позвони коллегам по региону, кто ещё по лицензии печатал «Шалфей».

– В смысле «поймёшь, что нет»?

– Не теряй времени. Проверяй!

Кинув трубку, я вернулся в Лавку и попросил дядю Нестора притащить со склада пяток коробок со старым «Шалфеем» – всё, что оставалось у нас на самый крайний случай. Разложив на прилавке и коснувшись крышки каждой, я убедился, что они сны «живы», но словно замедлились, стали менее активными и яркими. Даже запах от коробок был менее насыщенным, чем обычно.

Ложиться спать сейчас не хотелось, но возникло подозрение, что такие сны будут менее эффективными. Через пять минут отзвонил Абрафо:

– Дементий, не понимаю, – ворчливо сказал он. – Сны исчезли из памяти машин. Скажу больше: не только у нас, но и у Храма, и у нескольких других фабрик. Это что за саботаж? Неужели фанатики смогли организовать одновременную атаку на все фабрики региона?

– Если бы это были фанатики и сектанты, то они бы сразу порушили машины целиком или постарались стереть все сны, чтобы неповадно было. А вылавливать единственный сон, который ещё и в разных местах хранится под разной защитой – это какое-то извращение. Даже демонам такое редко снится.

– Тогда что произошло?

Ответа на этот вопрос у меня не было. Как и мыслей, что делать дальше. А ведь вечером у меня должна быть отгрузка товара.

Когда в Лавке собралась вся команда – мухи, Андрей, дядя Нестор, Ксения, Валентина Павловна и даже Кепка засунул голову в дверной проём – я кратко пересказал ситуацию.

– Если мы не отпечатаем сон – сорвём заказ. Его выполнение могло бы спасти и стабилизировать ситуацию в Лавке. Однако сейчас происходит что-то непонятное: «Шалфей» растворился, как ложка сахара в чашке с кипятком. Причём не только у нас, но и у всех конкурентов. Я не знаю, что делать, так что буду рад услышать ваши предложения.

Народ переглянулся и первым встал Андрей:

– Дементий, понимаю тебя, но мне кажется, что ситуация лучше, чем тебе кажется.

Я поднял бровь.

– Не подумай, – замахал он руками. – Если бы сна не было только у нас, то ситуация была бы опасной. Выглядело бы так, словно мы уходим от выполнения заказа. Тогда клиент просто бы ушёл к конкурентам. Но ведь сейчас все столкнулись с этой проблемой, а значит…

– Значит что? – спросил я.

– Он сегодня с самого утра тупит, проявите снисхождение, – язвительно сказал Линк.

По помещению прокатились смешки.

– Это значит, что клиенту всё равно нужно искать альтернативу «Шалфею». Вопрос только один: у нас или не у нас?

– А ты сделал новый сон недавно, – сказала Ксения.

– И, скажу честно, эффект у него вполне себе лечебный, – добавил Рейхт. – Я тому яркий пример.

Все повернулись к нему. Ну да, вчера он, без преувеличения, умирал в этой Лавке. А мой сон помог ему проснуться вновь. Даже существо из моего сна указало, что это было что-то удивительное.

– Дементий, мы можем предложить им стартовую партию на особых условиях, убрав наценку, – присоединилась мадам Пакхус. – Да, сейчас мы потеряем деньги, но, что важнее, постараемся сохранить клиента. Для компании это во сто крат важнее.

Все закивали и сжали кулаки. Никто не собирался уходить, никто не собирался сдаваться. Все смотрели на меня с затаённым азартом и готовностью двигаться дальше. Я почувствовал, как легкие наполнились воздухом и стало легче дышать. Что ж, в таком случае как я могу подвести команду. Тем более, свою команду.

– Значит решено: приступаем к печати нового сна! Докажем славу Лавки Сновидца!

Все вскочили со своих мест и зааплодировали, будто я объявил об основании нового государства. Моё сердце затрепетало, а в руках появилась сила. Быстро раздав команды, я отправился к Буре. По дороге меня перехватила Ксения, чмокнула в щёку:

– Только посмей сдаться. Иначе жены тебе не видать.

Она хитро подмигнула и ушла на склад, помогать дяде Нестору.

– «Мы же говорили», – мысленно сказал Рейхт.

– «Молодец, что промолчал», – добавил Линк.

Я покраснел, но молча кивнул.

Обе мухи проверили кабели питания и очистили пространство вокруг машины снов. Затем они вместе с дядей Нестором притащили коробки для новых снов и загрузили в податчик рядом с конвейером. Лязгнул широкий стальной поддон, который служил спуском с конвейера, позволяя освобождать линию естественным путём по мере печати. Андрей подкатил тележку с деревянным паллетом, на который будут грузится сны для отгрузки. Рядом стояли коробки побольше, чтобы не повредить товар при транспортировке. Пакхус выдала Андрею документы и тихо инструктировала, как оформлять такого вида накладные.

– Кажется я понял, кого она метит себе в заместители, – пробормотал я, в очередной раз проверяя память машины снов. Новый сон на месте, а Буря нетерпеливо потрескивает, будто разделяя наши ожидания.

– Ну что, все готовы? Тогда я начинаю! – коснувшись рукоятей управления объявил я. Главное колесо качнулось и медленно пошло.

– Стойте, Дементий! – резко остановила меня Валентина Павловна. Все с удивлением уставились на неё.

– Что-то случилось? – нервно спросил я.

Она замотала головой и выглядела слегка смущённой. Непривычно видеть её такой.

– Дементий, вы забыли указать одну вещь, а без неё никак, – она широко и очень тепло улыбнулась, от чего я чуть не сел прямо рядом с машиной.

– Что же мы забыли в этот раз?

– Название, – она пожала плечами. – Как вы собираетесь назвать сон? А то без этого ни накладные не оформить, ни патент в службу регистрации снов не подать. А вы, как я помню, раньше очень переживали за права «Шалфея». Вы же не хотите упустить эту возможность и в этот раз?

Она позволила себе подмигнуть, а я глубоко задумался. Про название я реально даже не успел чухнуть – слишком много дел, чтобы такой мелочью заниматься.

– Может у вас есть версии? – спросил я у команды.

– Никто кроме тебя, да вашего немецкого родственника, – Дядя Нестор покосился с лёгким испугом на мух, – не видели этого сна. А значит нам сложно будет что-то предложить.

– Разве что «Воскрешатор» или «Возвращение с того света», – в своём стиле добавила Ксения. Её голова почти полностью стала рыжей и лишь несколько прядей привычного бурого цвета обрамляли лицо.

– Вполне, – кивнул Рейхт, принимая версию, как единственный, кто прожил сон в полную силу.

Я покачал головой:

– Во-первых, не слишком эстетично. Нарушает модельный ряд, – со смешком заметил я. – Во-вторых – завысим ожидания, обманем клиента и получим массу проблем. Это не то, что нам нужно. Нужно что-то более плавное, как восхождение на гору. Сначала тяжело, но чем выше поднимаешься на вершину, тем лучше вид и ближе солнце.

– Восхождение на вершину? – предложил Андрей.

Все закивали. Это действительно звучало хорошо. Но словно бы слишком длинно.

– Может тогда просто «Вершина»? По типу «Шалфея» или «Сальсы»? Запомнить легче.

– Мы можем использовать и то, и то сейчас, – серьёзно сказала мадам Пакхус. – В любом случае название нужно будет проверять в регистре. Если короткое занято, а оно может быть занято, то длинное станет регистрационным знаком, а в маркетинге и продвижении вы сможете использовать короткую версию.

– Годится! Значит приступаем к печати «Восхождения на вершину». Андрею – премия за название, остальным – за преданность. Сразу, как только деньги получим от клиента, – тихо добавил я на фоне восторженных восклицаний Андрея, дяди Нестора и Ксении. Мухи тоже кивали – они видимо начали привыкать к местным человеческим обычаям. Не уверен, что в Царстве-за-снами практикуют премии.

А куда им платить? Наличкой? Так, стоп. Это потом обсудим и решим. Сейчас нужно начинать – времени вообще не осталось.

– Погнали! – объявил я, закрывая глаза и сдвигая рычаги на машине снов.

Буря радостно заурчала, затрещала электричеством, в воздухе приятно запахло озоном. Процесс пошёл.

Следующие несколько часов мы все работали не покладая рук. И душ. Я прерывался только на туалет и перекусить, а остальное время находился у рычагов и контролировал процесс. Саму печать можно было бы запустить в автоматическом режиме, но всё же мне нужно было следить за каждым этапом, за каждым элементов в создаваемых снах. Это съедало дополнительные силы, пожирало внимание и откусывало кусочки души, но всё равно я не отходил от Бури.

Слишком уж многое зависит от этой работы. Слишком долго я убегал от неё. Слишком глубоко мы упали, чтобы позволять себе работать спустя рукава. Сейчас от моей внимательности и сосредоточенности зависят жизни множества людей: от родителей до Ксении, от мух до Пламенного.

Чтобы нас не ждало за пределами фабрики, какими бы жестокими не были конкуренты и древние существа и Царство-за-снами, сегодня мы должны выстоять и закончить в срок свой продукт. Сложить каждую коробочку ровными рядами и порадовать клиента. Даже если он этого ещё не знает.

Как говорил отец Феодосий: мастера снов отвечают за материальное. Ведь если не будет материи, самого человека, то кому нужны сны и барьер между мирами? Вот и я о том же.

* * *

Машина приехала около шести вечера. Водитель-грузчик и представитель клиники-заказчика зашли в Лавку и сразу же получили по чашке кофе от Андрея. Затем он достал коробку с эклерами, предложил попробовать прежде, чем приступить к документам. Клиенты переглянулись и не отказались – конец рабочего дня, спешить уже некуда.

Мы же тем временем заматывали два паллета прозрачной плёнкой. Успели. Впритык, но успели.

– Нет! Это нарушение контракта!

Ага, теперь пришло время для второй части – уговорить клиента на то, что есть.

– Всё понимаем, уважаемые, но ситуация… – начал было Андрей, но представитель клиники взвился:

– Сновидцы всегда славились крепкими договорённостями! Но видимо это в прошлом! Мы заказали партию «Шалфея» от производителя, оригинал и готовы платить выше рынка ради вашего имени, а вы не можете выполнить заказ и подсовываете не пойми что? Это отвратительно! Мы уходим! Штраф и неустойка – вот что вас ждёт. Помимо рухнувшей репутации.

Он развернулся и пошёл к двери, не дожидаясь, пока водитель дожуёт эклер с чёрной смородиной. Мужик с трудом пытался впихнуть остатки пирожного в рот, но из-за этого пачкал руки и всё равно не мог ускориться в направлении выхода.

– На сколько вы готовы увеличить смертность в вашей клинике? – раздался громкий, но спокойный голос. Представитель клиники дёрнулся, но не остановился. Лишь бросил через плечо:

– Не ваше дело.

– Думаю, если смертность вырастет в два раза, репутация клиники пострадает ничуть не меньше. – Я говорил, – а это был именно я, – размеренно, вежливо, с лёгкой ухмылкой. – А ведь ваша клиника славится именно тем, что вы снизили смертность от онко-диагнозов. Если вы потеряете это преимущество, то кто станет платить такие деньги за вашу работу?

Человек в дверях, наконец, повернулся. По его лицу скользило высокомерное выражение:

– Молодой человек, наша клиника работает не только за счёт снов. Мы предлагаем комплексное решение…

– И «Шалфей» всегда был крепким фундаментом для этого, – добавил я. – Вот только «Шалфея» больше не существует.

Представитель скривился.

– Всегда можно обратиться к другим. Тем более мы годами заказывали поставки у ваших конкурентов.

– Только вот у конкурентов тоже больше нет «Шалфея». Производство уничтожено. Окончательно, – весомо припечатал я. – Можете спросить у Пинчей, по своим каналам.

Человек слегка побледнел. Зато водитель спокойно сел и взял следующий эклер – в этот раз с бананом.

– Это не кажется возможным. Но всегда есть склады, запасы.

– Вы действительно можете биться за остатки, – кивнул я, подходя к стойке и забирая последний эклер из коробки. Черничный. – Ставить цену всё выше, бороться за исчезающее предложение… Воевать с коллегами, больницами, частными покупателями. Чтобы в конце концов всё равно столкнуться с той же проблемой.

Я покрутил эклер в руках и со вздохом положил на место. Водитель жестом спросил разрешения и после кивка взял его доедать.

– Либо вы можете прямо сейчас, пока конкуренты ещё не в курсе свежих событий, пока паника не захлестнула рынок, обратиться к создателям того самого «Шалфея» и взять у них новый сон, который ничуть не хуже. В чём-то даже лучше.

– Я не могу принять решение, не мой уровень, – начал оправдываться представитель клиники.

– Понимаю. Но если вы сейчас не примите решение, будьте уверены, что эта партия уйдёт уже завтра с утра. Все столкнуться с проблемой, когда «Шалфея» не стало. Но, – понизив голос, сказал я, – поскольку в нас была договорённость и Сновидцы всегда держаться своего слова, я предлагаю взять вам эту партию по стандартной цене. Без наценок. И, когда вы оцените продукт и вернётесь за повторным заказом, оставить за вами право выкупа первых партий, до всех конкурентов. В течение, скажем, месяца.

– Мне нужно согласовать…

– Предложение действует до семи вечера. После этого Лавка закрывается и все сотрудники, в том числе я, идут спать. У нас у всех был напряжённый день.

Я видел, как метался представитель. На воротнике белой рубашки проступили пятна пота. Пальцами он постоянно теребил рукава. Посмотрев на дорогие часы на запястье, он убедился, что до моего дедлайна менее десяти минут.

– Секундочку! – пискнул он, выскакивая на улицу.

Мы все молчали с суровыми лицами, и только водитель широко улыбался, собирая крошки в коробке от эклеров. Думаю, что он сам себе выписал премию в виде пирожных и наслаждается ими в полный рост.

Когда до дедлайна оставалась ровно одна минута, я вздохнул и огляделся. По лицу Андрея текли капли пота, Пакхус выглядывала из кабинета, как кукушка, Ксения гремела ключами у меня в кабинете, а мухи вообще не высовывались со склада, выставив перед собой дядю Нестора, которого сейчас качало, словно после бутылки рома.

– Простите, начальство долго отвечало, – заскочил внутрь представитель клиники. – Берём!

Никто не произнёс ни слова, не вскочил, не закричал. Скорее наоборот: все расслабились настолько, что больше походили на амёб, которые растеклись по стульям и столам, не в силах больше поддерживать напряжённую форму.

– Мадам Пакхус, документы, пожалуйста. Мадам Пакхус? – пришлось повысить голос, чтобы вывести бухгалтера из оцепенения.

Клиенты быстро расписались, убедившись, что в накладной указана цена без наценки, и вышли на улицу. Дядя Нестор вернулся на склад и открыл широкую дверь, через которую выкатил паллеты со свежими снами. Я в очередной раз коснулся их руками, убеждаясь, что они живые и пульсирующие.

– Надеюсь, что Лавка Сновидца нас не подведёт, – пожал мне руку бледный представитель клиники прежде, чем сесть в машину рядом с водителем.

– Не подведёт, – ответил я, чувствуя, как стекает пот по спине.

Я прекрасно понимал, что если «подведёт», то Лавке кранты. Но выбор сделан, и не столько нами, сколько за нас. И всё же, я верил, что у нас всё получится.

Мы попрощались и, едва сдерживая эмоции, начали обниматься, как только машина клиники скрылась за поворотом.

– Удалось! Всё получилось!

Затем все отправились по домам. Я провёл Ксению до порога её пятиэтажки, и мы долго целовались, наслаждаясь друг другом. К себе она меня не пригласила, мило улыбнувшись и сказав:

– У тебя должны быть силы на случай, если придётся отбиваться от недовольных заказчиков!

После чего махнула рукой и скрылась за дверью. Мне же оставалось лишь покачать головой и вернуться к себе домой. Благо, что меня уже ждал ужин и заинтригованные сёстры с мамой, которые ждали свежих новостей о новом этапе жизни Лавки Сновидца.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю