444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Юрий Окунев » Хранитель Путей (СИ) » Текст книги (страница 14)
Хранитель Путей (СИ)
  • Текст добавлен: 1 ноября 2026, 14:30

Текст книги "Хранитель Путей (СИ)"


Автор книги: Юрий Окунев



сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Глава 21
Кто здесь Демон?

Как же приятно проснуться после долгого и вязкого кошмара! Ощутить физическую тяжесть своего тела, с надрывом наполнить грудь свежим воздухом, насладиться покалыванием в затёкших руках и ногах. Хотелось с кряхтением растянуться, улыбаясь новому дню. И не важно, что меня тащат, как мешок с картошкой по полу, цепляя за каждый угол и неровность старого паркета. Пинч, что же ты так плохо следишь за особняком?

От последней мысли я глухо засмеялся и тут же закашлялся. Движение остановилось, меня положили на спину, заглянули в лицо. Молчаливый с огромным синяком между глазом и виском изучил меня, хмыкнул, после чего приподнял за ослабшие руки и потащил дальше уже лицом вверх. Над головой мелькал чуть посеревший потолок, простые дешёвые люстры и тёмные нити пыльной паутины по углам.

– Неужели проснулся? – недовольно спросил Пинч. Я его не видел, но голос узнал моментально.

Молчун кивнул, и я стукнулся спиной о пол, а затем меня протащили по ступенькам винтовой лесенки. Туфли мелодично отстучали чечётку по дереву, создавая музыкальное сопровождение нашему невесёлому походу.

Впереди раздался лязг металлической двери, по телу прошла волна холода.

– Не-не-не, – попытался дёрнуться я, да кто меня спрашивал. Просто закинули внутрь тёмного помещения и заперли.

Глаза минуту привыкали к темноте, после чего я разглядел висящие мясные туши, высокие полки с банками, гроздья чеснока.

– Не вампир, и хвала Морфею, – пробормотал я, продолжая оглядываться.

Внутри было холодно, но далеко до той морозильной камеры, что встретилась мне во сне. Да и Пламенных не видно. Неплохой выход из сложившейся ситуации.

Я оказался внутри домашнего ледника-кладовки. Возможно даже не в основном доме, а в одном из гостевых домиков, коих было на территории две штуки. Это объясняет, почему пыльно по углам, дешёвые люстры и пол неровный. Не все готовы вкладываться в апартаменты для гостей так же, как в собственный особняк.

Последняя мысль снова меня повеселила, и я медленно встал, разминая тело. Оно ото сна, неудобной позы и холода задеревенело, но стоило сделать несколько упражнений, как стало лучше. Осталось только снять с рук пластиковые стяжки. Они больно давили на запястья, и под ними уже были тёмно-красные полосы – так пластик врезался мне в кожу, пока Молчун тащил меня по полу.

Но сначала я прислушался: за запертой дверью никого не было. Видно, хозяева ушли, уверенные, что из реальной ловушки, а не этих наших сновиденческих выкрутасов, я никуда не денусь. Логично, нечего сказать.

Пройдясь вдоль полок и изучив маринованные помидоры, огурцы и даже кабачки, коснулся мясной туши. Она оказалась твёрдой и чуть солёной на запах – вяленная свинина или хамон. Во рту брызнула слюна: не доеденный утром холодный хот-дог уже казался деликатесом далёкой прошлой жизни.

– Сами напросились, – сказал я, аккуратно доставая с полки банку с огурцами связанными руками и оглядываясь в поисках ножа.

Разумеется, такой оплошности мои пленители не совершили, оставив голодного меня наедине с съедобной, но недоступной едой. Я даже попробовал откусить мясо прямо зубами, но это удалось лишь на крошечный кусок – хозяева любили какой-то жёсткий сорт, который можно есть только в виде очень тонкой нарезки. Плюс сразу захотелось дыни, но из закусок были только огурцы. Благо, что даже стянутые руки не мешали зажать банку коленками и открутить крышку.

Так что следующие пару минут я хрустел огурцами и исследовал доступную местность. Дверь оказалась с засовом снаружи, никаких замков и ключей. На стук отвечала глухо – явно не полая и не из тонкой жести. Настоящая защита от посягательства на стратегический запас закусок. А вот вина явно в другом месте – ничего подобного в кладовке я не нашёл.

Источником света служило кро-о-о-охтное оконце под потолком. Плюс неожиданно нашёл коробок спичек и две свечки. То ли на корм мышам, то ли кто-то забыл.

Я тут же зажёг одну и расплавил пластик на руках. Да, я слегка обжёг тыльную часть ладоней, но как только пластмасса потекла под жаром, резко рванул и освободился. Потирая раны, я полюбовался пламенем. Глядя на него, я смог немного успокоить мысли и умерить злость.

А вот злости у меня хватило бы на всё Царство-за-снами. Хотелось схватить стеллаж, расшатать и уронить на землю, разбив все банки в мелкую пыль. Повиснуть на тушах, раскачаться на них как на таране и снести стену. Ударить кого-то по голове, в конце концов. И не током, а тяжёлым ударным предметом. Например, палкой. Или той же вяленой свиной тушей.

Да только это всё ерунда и не поможет. Начну буянить и первым же получу по голове, и в этот раз в ней появится большая дырка. Как там сказал Пинч: есть кому наследовать мою Лавку. Сёстры не смогут, отец в коме. А значит действительно ближе всего Абрафо. Он даже может посопротивляться для виду, но вряд ли пойдёт против отца, а уж тем более Фобоса. Последний – тот ещё жук. Как-то научился использовать демона для своей ловушки во сне.

Надеюсь, тот факт, что я его отпустил и увёл из сна, как-то испортит этому мастеру кошмаров пищеварение и настроение. А то, что этот чудик себе позволяет⁈

Всё-таки гнев увёл меня в сторону, и я потратил какое-то время на то, чтобы его выплеснуть, боксируя с грушей в виде мясной туши. «Груша» раскачивалась, боль в костяшках отвлекала от боли на запястьях и грустных мыслей в голове. Вместо туши я видео перед собой то Пинча, то Фобоса, то Молчуна и удары становились всё сильнее и быстрее. Пока туша не начала раскачиваться так сильно, что слетела с крюка и с грохотом упала на пол, подняв клубы пыли.

– С уборкой у вас тоже проблемы, мистер Пинч, – пробормотал я и чихнул.

Видимо кошмарные сны и ярость слишком сильно отшибли мне мозги, ибо только через минут десять в голову пришли два вопроса: если всё так просто, то почему я до сих пор жив? И почему я до сих пор не позвал на помощь?

Про жизнь я решил не углубляться и лишь вслух поблагодарил Морфея. Такими темпами – учитывая, как я часто стал его благодарить и видеть – я скоро начну ходить в Храм чаще Норны, а то и священником заделаюсь. Учитывая опыт общения – пусть и даже чисто номинальный – меня прямо при жизни можно канонизировать, писать с меня иконы и они явно будут лечить от бессонницы. Или изжоги. Вот как наследников подготовлю, так сразу можно и в Храм.

Хрустнув огурцом, я выдохнул и покачал головой. Совсем понесло. Пора уже о помощи просить, а не думать на такую далёкую перспективу, как наследники и иконы с моим фейсом.

– «Рейхт, ты меня слышишь?» – крикнул я в мысленное пространство.

Ответом мне послужило громогласное:

– «Жи-и-ив!»

В этом возгласе было столько счастья и успокоения, что меня аж пошатнуло от волны эмоций. Не думал, что можно так «орать» через мысли.

– «А что, были варианты?» – я постарался скрыть смущение.

– «У тебя дважды останавливалось сердце, Сновидец! Мы дважды умирали вместе с тобой!»

Не понял. Это, что, Линк?

– «Да! Мы уже близко! Держись!» – сказал Линк, непривычно весёлый. Я почти увидел, как он лыбится во все зубы, от чего его улыбка была больше похожа на демонический оскал, чем на мою милую ухмылку.

– «Не лезьте сюда! Здесь опасно!» – приказал я, но меня не послушали.

– «А то мы не знаем. Я предупреждал», – сказал Рейхт. – «Нужно было сразу уходить».

– «Тем более твоя зазноба», – в этот момент я почувствовал, как Линк посмотрел в сторону и его обожгло, – «не готова сидеть на месте. Она позвала специалистов».

– «Это кого? Маму? Абрафо? Феодосия?» – я начал стремительно ходить по кладовке туда-сюда, не в силах сдержаться. Подставлять Ксению мне хотелось ещё меньше, чем мух.

– «Кстати, Феодосий – хорошая идея. Он может пригодиться, чтобы разобраться с тем демоном, что спрятался под лестницей», – протянул Рейхт. – «Но вообще-то она вызвала полицию».

Я хлопнул себя по лбу. Идиот. Есть же не только «сновидческие» способы решения проблемы. Мастера снов, конечно, несколько выделяются на фоне человеческой иерархии, но всё же остаются людьми и налогоплательщиками. Полиция зачастую гораздо более простой и эффективный инструмент. В голову стукнула мысль:

– «Меня что, не было двое суток? Обычно же с этого момента начинают искать и берут заявления?»

– «Угу. Ты попробуй это объяснить своей женщине. Тем более, что она припечатала их тем фактом, что в одну сторону ушли три мастера и все трое перестали отвечать на звонки».

Красотка. Просто красотка. Огненная девушка. Пусть про Лекс я не говорил ей, а значит спалился кто-то их мух. Судя по эмоциям – Линк.

– «Подъезжаем», – сообщил Линк, переключая моё внимание, и я услышал издалека завывание сирен. – «Остальные с тобой?»

– «Нет».

– «Плохо».

Главное, что вы уже рядом и не одни. На полицию прилюдно нападать они точно не решаться.

– «Андрей точно жив. Мы встретились с ним… во сне». – Я понимал, как глупо это звучит, но сказать иначе не мог.

– «Всё очень плохо, Дементий», – это уже переживает Рейхт. – «Царство снов совсем истончилось. Такого не случалось два-три…» – он замолчал.

– «Два-три десятилетия?»

– «Тысячелетия».

Сирены зазвучали совсем близко, и я подошёл к окошку. Слишком высоко, ничего не видно. Оглядевшись, я ещё раз осмотрел доступные мне инструменты. Как бы я ни хотел свернуть шкафы, вряд ли бы смог: они были из настоящего толстого дерева, а не МДФ из прессованных опилок, прикручены к полу и потолку, плюс закреплены металлическими уголками. Но мне нужно было на что-то взобраться. Лестница из банок для этого не подходила, поэтому…

– Ме-хе-хе, – киношно засмеялся я, возвращаясь в центр кладовки. – Дементий, тащи свиней!

Я начал скидывать висящие на крюках туши на пол и стаскивать их к окошку. Пришлось взобраться на четыре еле державшиеся друг на друге туши, чтобы наконец дотянуться и выглянуть наружу. По удачному стечению обстоятельств оно выходило как раз в сторону входа на территорию виллы.

Я увидел, как пять человек в форме полицейских, в стандартных бронежилетах и с пистолетами наголо вошли на территорию. Их приказы были приглушены толстым стеклом, но я всё же понял, что трое идут внутрь центрального здания, а двое других – к домикам.

Несколько раз стукнув кулаком по стеклу, я чуть не навернулся с горы солонины. Убедившись, что один из полицейских подошёл к моему домику, я побежал к металлической двери и принялся стучать изо всех сил и звать на помощь. Уже через минуту я услышал звон стекла, звук открываемой входной двери, а затем топот по лестнице и скрежет засова.

– Вы в порядке? – спросил молодой полицейский. Он опустил пистолет, но продолжал смотреть внимательно, выискивая тени за моей спиной.

Я кивнул и быстро пошёл вперёд.

– Надо поторопиться: они удерживают моих друзей. – Нельзя было терять ни минуты.

Когда мы вышли на улицу, сразу почувствовали запах гари. Клубы чёрного вонючего дыма вылетали из открытого окна на первом этаже виллы, словно щупальце демона из Царства-за-снами. Полицейский тут же по рации вызвал пожарных и стал звать коллег. Сквозь шум помех рации донеслись ответы, что всё в порядке.

– Жгут документы, – сообщила рация. – Выводим двоих.

Через минуту из виллы действительно вышли согнутые пополам Молчун и мистер Пинч. Одновременно с ними из второго домика вывели Андрея, Лекс и их отца. Пламенные поддерживали Оскола: тот выглядел измученным, с огромными синяками под глазами, и тяжело опирался на плечи сына и дочери. Лекс с размазанной по лицу тушью зло смотрела на Пинча, но не могла бросить отца.

– Должен быть ещё один человек, главный, – сказал я. – Он приехал на лимузине в сопровождении двух красных машин.

– Внутри никого больше нет, мы проверили все помещения. Да и на улице никого мы не видели, ближайшие парковки пустые. По красные машины спросим – такие явно должны были заметить, – ответил полицейский, что вёл этот отряд. За нашими спинами завыли сирены, появились красно-синие проблески – приехало подкрепление и пожарные.

Мимо пробежали мужчины в огнеупорных костюмах, разворачивающие пожарные рукава, полиция попросила задержаться для снятия показаний. Я сделал шаг в сторону дома, но полицейский, что вытащил меня, остановил рукой, опасаясь, что я нанесу вред Пинчу.

– Он мне не нужен, нужно проверить дом… – начал я, отодвигая руку полицейского чуть в сторону. – Там может быть опасно для вас.

Я пробовал сосредоточиться, чтобы понять, как обстоят дела с демоном под лестницей, про которого напомнил Рейхт, но мои чувства молчали, словно ничего и не было.

– Он ушёл, Демон, – Пинч, проходя мимо, тихо обратился ко мне по прозвищу. Я понял, что он не про демона под лестницей, пусть тот тоже отсутствовал.

– Ему не скрыться, – ответил я.

– А он и не будет. К сожалению, это не его стиль. Погодите минутку, – сказал он полицейским и те, переглянувшись, кивнули. Всё-таки, кто такой мистер Пинч знали если не все, то многие.

Его руки были застёгнуты в наручники за спиной, так что полиция решила, что он не опасен. Взглядом предупредив меня вести себя прилично, офицер сделал шаг назад, давая нам возможность поговорить наедине. Молчуна уже паковали в машину.

– Слушай внимательно, Сновидец.

Голос Пинча зазвучал максимально серьёзно и строго. Будто он сейчас в собственном офисе за столом, а не в наручниках с заложниками в собственном доме. Будто он начальник, а я – подчинённый. Или младший партнёр.

– Я хотел решить проблему мирно, но с вами, мелкими демонами, теперь всё будет плохо. Не перебивай, – чуть повысил он голос, когда я попытался его остановить. – Мистер, хм, Фобос, как ты понял, не сторонник долгих переговоров. И он не любит, когда его делам мешают. И, в отличие от нас с тобой, решает проблемы максимально громко и жестоко.

– Вы меня пугаете? – спросил я, чувствуя, как холодок идёт по спине. Надеюсь, что я не дрогнул.

– Нет, предупреждаю. – Он покачал головой. По его лицу невозможно было что-то прочитать. – И только потому, что в процессе уничтожения тебя может пострадать Абрафо, а Валенсия этого мне не простит.

– А это? – я указал рукой на дом. Он криво улыбнулся.

– Готовься, Сновидец. Один раз твоя Лавка выстояла, но сможет ли это сделать теперь… – Он пожал плечами. – Просто, чтобы ты представлял масштаб того, во что вляпался: тот, кого ты видел – он даже сюда не приезжал. Так что кроме нас с тобой никто их здесь не видел.

После чего он дал знак полицейскому, и Пинча отвели к машине, аккуратно посадили в салон и увезли.

– Что за хрень здесь творится? – спросил я сам себя. Но меня услышал Андрей.

– Я объясню, – оправдываясь сказал Пламенный, подходя ближе ко мне. – Ты же понимаешь…

В ответ я лишь покачал головой.

– Едем домой. У нас куча дел. И демоны всего Царства-за-снами даже не занимают первую пятёрку позиций. – После чего хитро улыбнулся и добавил, глядя на Лекс: – Заодно с девушкой своей познакомлю.

Ради вытянувшегося лица Лекс стоило претерпеть все страдания сегодняшнего дня. Тем более, что мои мухи и огненная дева моего сердца ждали за воротами: их не пустили внутрь и они благоразумно не нарушали правил, оставаясь за кордоном из машин и людей.

Хоть кто-то же в моей команде должен быть адекватным, верно?

Глава 22
Общий сбор

Всё время до поздней ночи ушло на то, чтобы пообщаться с полицией, рассказать свои истории, составить протокол и пройти весь бюрократический кошмар, который ожидает любого, кто столкнулся с административным аппаратом, заинтересованном в громком деле. А что уж может быть громче, чем разборки среди мастеров снов, в которые замешан главный поставщик региона? Такими темпами можно остаться вообще без снов и быстренько сойти с ума.

Поэтому, когда я вместе с Андреем, Лекс и спящей на ходу Ксенией вышел из участка, мой телефон был полон сообщений и пропущенных звонков. Игнорируя незнакомые номера, я первым делом набрал маму, зная, что это убьёт сразу четырёх зайцев.

– У меня всё в порядке: жив, здоров и невредим, мальчик Демон, Лавки сын.

– Шутит, значит действительно в порядке, – хрипловато ответила мама, и я услышал стоны и смешки сестёр на фоне. – Что там произошло? В новостях какие-то ужасы про тебя, Пинча, твоих друзей.

– Ужасы закончились, мама, – ответил я, прижимая к себе Ксению и вдыхая запах её волос. Словно присел к костру после длинного перехода. – Мы… – Чуть потряс девушку, провоцируя посмотреть её мне в глаза. Та покачала головой. – В смысле я скоро приеду. Одно дело быстро сделаю и вернусь домой. Всё расскажу.

– Хорошо, Дементий, мы ждём. Возвращайся, пожалуйста, – в её тоне мелькнула жалостливая нотка.

– Только посмей заночевать в офисе, – ворвалась в разговор Ирин. – А то попрошу знакомых Юлианы тобой заняться.

– Понял, – серьёзно ответил я. – Ещё с военными мне не хватало проблем. Скоро буду.

И не удержался в конце, чтобы не хохотнуть.

– Завтра в девять, как обычно? – виновато спросил Андрей.

Лекс удивлённо посмотрела на него, потом на меня.

– Да. Заказ нужно сделать. Времени впритык – грузить будем прямо с конвейера в машину заказчика.

Мы оба ухмыльнулись и пожали руки. Все разборки завтра. Или даже через два дня, когда сделаем то, что обезопасить Лавку хотя бы финансово. Учитывая ресурсы Фобоса, нам нужен какой-то запас прочности. В том, что он не оставит нас в покое я уже не сомневался – я верил Пинчу. В этом вопросе – безоговорочно.

Мы распрощались: Пламенные поехали на такси в больницу к отцу, а я повёл Ксению домой. Мы молча дошли до остановки автобуса, молча доехали, прижимаясь друг к другу. Ладная завязала волосы в узел на затылке, оставив одну по одной пряди сзади и на висках. Она прижималась щекой к моему плечу, а я аккуратно играл пальцами с рыжим локоном у её правого виска. Что-то меня беспокоило, но я всё не мог уловить что. И вдруг я понял.

– Посмотри на меня, пожалуйста, – попросил я и чуть отстранился от Ксении, продолжая держать её обеими руками. Девушка удивлённо подняла одну бровь.

– Что-то вспомнил? Или забыл? – спросила она в привычном ехидном тоне.

– Рыжая, – протянул я, касаясь руками рыжих прядей на обоих висках. – Раньше же была только одна? Или меня слишком долго били по голове?

Ксения отвела взгляд и залилась смущённым румянцем. Я провёл ладонью по щеке, погладил её шею, краем чувств отмечая, как пульсирует жизнь в её сознании – целый ансамбль.

– Она стала такой утром. После того, – она замолчала, не переводя взгляд на меня, словно стесняясь этого.

Я наклонился и нежно поцеловал её в горячую щёку, чувствуя, насколько сухие у меня губы. Длинный неприятный денёк. За исключением утра.

– Я не знаю, что произошло с этим… – Я чуть дёрнул за прядь и получил возмущённый яркий взгляд. Улыбнулся. – Но ничуть не жалею ни о чём.

– Ещё бы, – хмыкнула Ксения. – Не приворожил бы меня, так бы и сидел в подвале, жевал бы солёную свинину с огурцами.

Ксению очень позабавила та часть моего рассказа, в которой я описывал ущерб, нанесённый мною запасам Пинча.

Наконец мы встали на пороге, обняли друг друга и разошлись. Ладная медленно закрыла дверь, словно надеясь, что я останусь у неё. Хотел. Остался бы. Если бы не дела. Если я завтра не встану вовремя и не займу место мастера у Бури, то через два дня моя и так отсутствующая репутация в профессиональной среде может рухнуть, так и не сформировавшись. И там не то, что содержать жену, просто платить зарплату будет не из чего.

Я сказал «жену»? Кажется, я слегка тороплюсь.

Вернувшись домой, я ввалился в прохожую под болтовню телевизора, в котором обсуждали скандал с фабрикой Пинча. По дому плыли вкуснейшие ароматы мяса, картошки, приправ и чего-то мало уловимого. Уюта. Ю с визгом выскочила мне навстречу и крепко обняла. Норна, собравшая чёрные волосы с русыми отросшими корнями в хвост, подошла молча, обняла, заглянула в глаза, словно выискивая там что-то, а затем также молча ушла. Ирин с мамой ждали всех на кухне.

– Ну что, герой, – с выдохом сказала мама, – разворошил ты осиное гнездо. Надеюсь, у Пинча хватит мозгов не отрицать то, что он натворил и объяснить, зачем ему это всё.

– Он заботился о бизнесе, – ответил я, глядя голодными глазами на тарелки на столе, из которых поднимался пар. День почти без еды – это, пожалуй, одно из самых сложных испытаний за последнее время. Не считая кое чьих зубов.

– Мы тоже позаботимся. О своём, – с улыбкой сказала Ирин. – Мам, давай вопросы потом – а то Демон сейчас бросится на стол, как на амбразуру.

Мы наконец расселись и в ближайшие десять минут за столом царила умилительная тишина: ели все, но больше и дольше всех, конечно, трудился челюстями я. Пюрешка, курица во французском соусе, салат с салатом айсберг и греческим сыром по маминому родовому рецепту. Домашний компот из малины и яблок, процеженный, чтобы мелкая шелуха и косточки от малины не застревали в зубах. Хлеб с маслом и чесноком. Пирог, который при мне вытащили из духовки и который сейчас остывал на плите.

– Ксении бы понравилось, – пробормотал я, откусывая очередной кусок курицы с ананасами.

– Кто такая Ксения? – спросила Ю. У неё всегда был хороший слух.

Я замялся.

– Ну, это моя коллега.

– О, ты хорошо знаешь вкусы коллег? С каких пор? – спросила Норна.

– Коллега или работница? – добавила мама.

– Работница? Надеюсь, она моложе Пакхус? Тебе нужны сверстницы в окружении! А как там у вас с Лекс? – закидала вопросами Юлиана.

– Лекс же тоже была с тобой там? – спросила мама.

– Угу, – только ответил я, сосредоточенно жуя. Все мои женщины нависли вокруг меня, как стая стервятников, ожидающая, когда жертва испустит дух. В моём случае – когда освободится рот.

Но я хитро закинул туда ещё салата и продолжил жевать. Краем глаза я увидел, как на телеке, в котором выключили звук, мелькнула красная машина и дёрнулся. Но нет, это была другая, не джип и тем более не белый лимузин. Хвала Морфею, чтоб Фобоса Машина Смерти пожрала.

Когда на столе остались только корочки хлеба, да половина пирога, я наконец откинулся на стуле, по-старчески поглаживая живот. На часах было двенадцать ночи, жутко хотелось спать… Но я обещал. Поэтому я кратко обрисовал ситуацию: что произошло, как спаслись, опустив утро с Ксенией, да ту часть снов, в которой был демон и ещё одна сестра.

Лишь после этого все разошлись по комнатам, оставив грязную посуду в раковине. Даже мама не стала возмущаться. Она лишь зашла ко мне в комнату, обняла и пожелала спокойной ночи.

На пороге я всё-таки её окликнул.

– Мам! – она обернулась, и платье красиво плеснуло по косяку. – Я видел её.

– Кого? – удивилась она.

– Сестру. Марию. Она действительно жива.

В следующее мгновение мама пошатнулась и начала падать. Повезло, что упала она на дверной косяк и съехала по нему вниз. У самого пола я успел её поймать и не дать удариться.

– Что случилось? – Норна вылетела из своей комнаты и начала хлопотать вокруг мамы. Она двигалась профессионально, как медсестра.

Пришлось сказать. Так что лёг я спать только через час, когда все сёстры с удивлением узнали, что есть ещё одна, которая выросла в Царстве-за-снами, училась в Царстве снов и как-то смогла связаться сначала с отцом, а теперь со мной.

– Так что у плена оказались и свои плюсы, – натянуто улыбнулся я.

Мама слабо покачала головой:

– Когда Дементий перестанет хохмить – наступит конец света.

Её слова вызвали слегка истерический смех, да и сама мама то ли закаркала, то ли закудахтала от смеха.

Но стоило мне на ловца снов установить свежую коробочку, как завибрировал телефон. Я не собирался отвечать, честно, лишь взял в руки, чтобы включить авиа-режим. Но увидев имя на экране, я не мешкал:

– Да⁈

– Прости, что так поздно, – голос Абрафо был глухим.

– Всё в порядке, только ложусь. Что случилось?

– Слушай. Понимаешь. – Она замолчал, судя по всему, отодвинулся от трубки, но тяжёлый вдох я услышал даже так.

– Чем я могу помочь? – я уже не сомневался, что ему нужна помощь.

– Я могу приехать к тебе? – наконец ответил он, а потом быстро добавил: – Мы, в смысле мы – можем?

Я задумался на секунду, представляя сцену встречи моей мамы и тёти Валенсии и…

– Если трудно, то ничего, – начал Абрафо, но я его перебил:

– Приезжайте. Пойду разогрею чай к остаткам пирога. Заодно найду дополнительные подушки – если в такой огромной семье они ещё остались.

– Спасибо, – сказал Абрафо и положил трубку.

Уже через пятнадцать минут я стоял у двери и впускал Абрафо с его мамой в квартиру. Тётя Валенсия больше походила на призрака, чем на себя саму. В этот раз на ней было тёмно-синий спортивный костюм, а волосы были стянуты в простой короткий хвост. Увидев меня, она судорожно вздохнула, но всё же сказала:

– Спасибо, что пустили.

Я показал им диван, где могла лечь тётя Валенсия, а Абрафо провёл к себе.

– Матраса не было, так что сделал тебе подстилку из одеяла. Надеюсь, не развалишься, – пошутил я, но Абрафо молча кивнул и принялся укладываться на свою постель. Также молча он достал из сумки портативного ловца снов, положил на него коробку сна и, отсалютовав рукой, закрыл глаза.

Чтобы спустя минуту тишины всё-таки спросить:

– Демон, что к Морфею, происходит?

У меня не было однозначного ответа на его вопрос. Тем более до будильника оставалось менее пяти часов.

* * *

– Не жалеешь, что запретил ему приближаться?

Андрей, как и я, сидел за прилавком и задумчиво смотрел на кипящий чайник. Кружки с тремя ложками растворимого кофе в каждой стояли перед нами в ожидании кипятка. Не глядя в зеркало, чувствовал, как меня тянут к полу огромные мешки под глазами. У Андрея залегли круги вокруг глаз, но он с интересом смотрел на остатки пирога, что лежали в пластиковом контейнере и ждали своей печальной участи.

– Когда тебя чуть не убили, сложно удержать в голове все нюансы юридического договора. И Абрафо не обижается. Почти.

– Почему они пришли к вам? – Чайник наконец щёлкнул, и Андрей разлил кипяток по кружкам. В воздухе поплыл терпкий горьковатый аромат.

– Аб сказал, что несколько работников стали вести себя очень подозрительно. – Горячая чашка грела ладони, но, в отличие от Пламенного, я мог держать её в руках всего пару секунд. – Он предположил, что это люди не отца, а инвестора. И решил подстраховаться.

– А у него башка варит, – потягиваясь и зевая вышел к нам Рейхт. – С такими как… – он замялся, – этот, нужно быть осторожным.

– Кстати, я не сказал тебе спасибо, Рейхт, – сказал я и подтолкнул в его сторону контейнер с пирогом. – Как тебе удалось сбежать? Мне казалось, что ты всех нашёл и вывел, а попался только я.

Рейхт покачал головой.

– Когда я сказал «мы», то имел в виду только нас с тобой. – Тут он хитро улыбнулся. – Но если тебе показалось, что на выходе было больше одного человека, то да – я применил некоторые, скажем так, недокументированные возможности. Это позволило мне уйти за пределы виллы и позвать на помощь, пока они думали, что я тоже попался в сеть.

Я глянул на Андрея, который должен был сейчас удивляться и задавать вопросы, но он задумчиво жевал пирог. Мой кусок, засранец!

Ещё через некоторое время из кабинета вышел Линк, тоже плеснул себе кипятка в кружку с чайным пакетиком (в этот раз вроде как с мандаринами) и принялся рассказывать какой-то анекдот, вычитанный в Сети. Я уже видел и слышал его раз двадцать, но то, с каким выражением лица это делал Линк, заставило меня заржать снова. На мой смех вышел со склада дядя Нестор и глухим, но трезвым голосом спросил, какие задачи на сегодня. Все повернулись ко мне, ожидая приказов.

– Задача номер один на сегодня: проверка и обновление сна. «Шалфея».

Мужики многозначительно закивали.

– Нужно будет перепроверить Большое колесо, питание. «Душой» займётся Ксения, когда придёт.

В этот момент как раз открылась дверь и стряхивая с пальто капли дождя, вошла Валентина Павловна, а за ней и моя огненная дева.

– Что там будет делать Ксения, когда придёт? – спросила Ладная, скидывая с головы капюшон и показывая всем свои рыжие пряди на висках. – Получать зарплату?

Все в Лавке захихикали.

– Кстати, Дементий, – степенно сказала Пакхус. – Тебе нужно подписать несколько документов, иначе некоторые сотрудники не получат зарплату и устроят саботаж.

– Только не это, – я театрально запрокинул голову и воззвал к Небесам. – Выпейте кофе и пойдём работать. Все.

Я вдруг понял, что торговый зал вдруг стал казаться не таким уж большим и пустым. Что шесть человек – это уже достаточно большой коллектив. И что все эти люди и не совсем люди – моя команда. И я действительно несу ответственность за них. По телу прошла лёгкая дрожь то ли страха, то ли возбуждения.

– Допили? – громко спросил я, когда увидел, что все отставили чашки и принялись общаться между собой.

Дождавшись кивков, я встал в проходе в коридор, словно страж между внешним агрессивным миром, полным конкурентов, споров, вызовов, и внутренним, где у нас есть любимая работа и мы совершаем настоящую магию во благо людей. Вздохнул.

– Сегодня нашей Лавке предстоит важная работа. – Все затихли и пристально смотрели на меня. – К нам пришёл заказ, который позволит Лавке не просто свести концы с концами, но и получить первый серьёзным запас прочности. Дать нам опору для того, чтобы идти дальше, строить будущее, опираясь на прошлое. Сегодня передо мной стоит задача освежить и дать новую жизнь классике, которую создали мои родители, Григорий и Тина: «Шалфей». – Я сделал паузу, набираясь сил. – Честно скажу, я собирался оставить его напоследок, чтобы, не дай Морфей, его не испортить. Но судьба распорядилась иначе. – Я ухмыльнулся. – А Сновидцы, как вы уже знаете, не ноют на судьбу, а берут её в свои руки. Так что сегодня мы будем ковать новую судьбу – снам, Лавке и самим себе. За работу!

Мне ответили радостным улюлюканьем, краткими, но дружными аплодисментами, одобрительными кивками. Внутри что-то расслабилось. Мы справимся.

Ксения подошла ко мне и чмокнула в щёку. Я сжал её ладонь, и мы вместе пошли вперёд, к Буре.

Уже через пятнадцать минут вокруг машины закипела жизнь: мы проверяли подключение питания, смазывали механизмы, просматривали детали на трещины и неровности. Ксения почти с ногами залезла в «душу» и с тихим матерком ковырялась в самой важной части Бури. Дядя Нестор носил тяжести, а затем подметал пол. Линк и Рейхт составляли списки дел, отмечали выполненные, а также были на подхвате по мелочи.

Пакхус принесла документы на подпись и ушла дальше наводить порядок в документах после пожара. А Андрей то бегал выдавать заказанные сны курьерам, то возвращался к нам помочь, чтобы затем убежать проверять, не пришёл ли кто – телефон же к Буре брать нельзя.

Наконец все подготовительные этапы были пройдены, машина налажена, и даже Ксения выглядела довольной, вытирая пот со лба. Все работники Лавки встали поодаль, ближе к двери, и смотрели, как начало раскручиваться Большое колесо Бури. В воздухе приятно запахло озоном. Я мягко передвигал рычаги по позициям, стараясь сейчас скорее размяться, нежели начать процесс. Проверить всё заранее, чтобы потом сосредоточиться на одном – на работе.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю