Текст книги "Исполняющий чужие желания (СИ)"
Автор книги: Юна Ариманта
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)
Должок
Очнулась она от недовольного голоса Сиренн.
– Твоя повелительница чуть меня без волос не оставила, – ворчала ифрит.
Даша приоткрыла глаза и увидела Сиренн, которая, нисколько не стесняясь наготы, сидела на камне и расчесывала свои длинные черные волосы пальцами. Вместо ног у нее до сих пор был черный дельфиний хвост. В остальном она выглядела, как обычно, если не считать полное отсутствие одежды.
Было тепло, даже жарко. С пронзительно-синего неба на них смотрело огромное южное солнце, а вокруг не было ничего, кроме голых скал, песка и бескрайнего бирюзового моря. Освежающий морской бриз с отчетливым запахом йода обдувал разгоряченное лицо и шевелил подсохшие волосы.
– Не сердись, Сиренн, – послышался примирительный голос джинна, от которого Даша дернулась и попыталась вскочить. Он жив! Он на свободе!
– Лежи-лежи, – мягко произнес Иббрис, и на ее лоб легла его большая прохладная рука. Даша запрокинула голову и увидела склонившееся над ней лицо джинна. Он выглядел совершенно обычно. В своей неизменной белоснежной рубашке и голубых джинсах. На его лице играла мягкая улыбка, а в серебристых волосах запутались солнечные лучи.
– Должен будешь за мою помощь! – продолжала выговаривать ему Сиренн. – Сколько еще я буду у тебя, будто девочка на побегушках?
Даша поерзала, устраиваясь поудобнее, и обнаружила, что уютно лежит между бедрами джинна. Он сидел на песке, вытянув свои длинные ноги и откинувшись назад на подставленные руки. А она лежала между его ног, устроив затылок почти на уровне его паха. И ей было невероятно удобно так лежать.
– Я думал, что ты помогаешь мне великодушно и бескорыстно, – ответил джинн ифриту, и в голосе его скользнула добродушная усмешка.
– Вот еще! – фыркнула Сиренн и тряхнула головой, пряча лицо под волной густых черных волос.
Они дружески препирались, получая от этого удовольствие, и теперь особенно было заметно, что их связывают длительные и близкие отношения. Дашу кольнула ревность. Он говорил, что Сиренн ему, как младшая сестра, но, похоже, сама Сиренн так не считала.
– И чем же я могу рассчитаться за твою помощь? – с улыбкой спросил Иббрис, отряхивая одну ладонь от песка, на котором они сидели, и запуская пальцы в Дашины волосы. – Загадывай, не стесняйся. Ведь я специалист по исполнению желаний. Чего ты желаешь, Сиренн?
В его голосе появились низкие соблазнительные ноты, от которых у Даши против воли сбилось дыхание и заколотилось сердце, хоть он обращался и не к ней. За одну эту фразу, сказанную таким тоном, она, не задумываясь, отдавалась бы ему снова и снова.
– Оставь свои шуточки для повелительниц, – неожиданно разозлилась Сиренн, вскакивая на материализовавшиеся ноги, обтянутые черными кожаными штанами.
Джинн расхохотался, и его густой басовитый хохот раскатился по пустынному пляжу.
– Если твоя повелительница уже пришла в себя, то нам пора уходить отсюда, – сказала она ровным голосом, повернувшись к ним спиной и вглядываясь в бескрайний океан. А Даша подумала о том, какая она, Сиренн, удивительная. Одновременно сильная и хрупкая, гордая и уязвимая. Неужели Иббрис не видит ее чувств? Или делает вид, что не видит?
– Куда нас переместить? – спросил Иббрис с готовностью.
– Я бы предпочла оказаться где-нибудь поближе к цивилизации. Может на какой-нибудь курорт? Бали? Сейшел? Фиджи? – предположила Сиренн.
– Домой… – робко заикнулась Даша.
– Нет, домой пока нельзя, – вздохнул Иббрис. – Наор и его подручные в первую очередь будут искать нас там.
– Но ты можешь загадать оставшиеся два желания, и я тогда я тот час же верну тебя домой, – напомнил он спустя минуту, прерывая повисшее тягостное молчание.
Даша отрицательно покачала головой. Яна вернется только через десять дней. За это время, возможно, что-то изменится. А пока, она тоже хотела бы добраться до благ цивилизации, таких, как телефон и душ в первую очередь.
– Тогда решено, – хлопнула в ладоши Сиренн, оборачиваясь и подходя к ним. – Я знаю одно райское местечко неподалеку от Тайланда.
Она опустилась на колени и принялась писать на мокром песке строчки непонятных цифр и букв, а закончив, выжидательно посмотрела на Иббриса.
Он, внимательно изучив письмена, кивнул головой, и она тут же исчезла. Только что сидела на песке и р-раз! Как туман растаяла в воздухе.
Даша восхищенно выдохнула. Чудеса продолжались.
– Ну? – проговорил джинн. – Теперь наша очередь. Готова?
Даша, сглотнув, посмотрела на джинна. Перемещение, которое устроил ей маг, прошло для нее совершенно незаметно. Лишь мгновенно изменилась обстановка вокруг. Но теперь ей вдруг стало страшно.
Джинн, задумчиво посмотрев ей в глаза, привлек ее к своей груди и потянул обратно на песок.
– Прости меня, – шепнул он, зарываясь ладонью в ее волосы. – Он напугал тебя? Что он сделал тебе?
– Это ты прости меня, – всхлипнула Даша, давая волю слезам. После всего пережитого пружина напряжения начала раскручиваться, и рыдания сами рвались из груди. – Это я во всем виновата! Сбежала на работу, не предупредив тебя, а потом… потом…
– Тише, тише, тш-ш-ш, – Иббрис держал ее крепко, прижимая к своей груди и уверенно оглаживая по затылку и спине. – Все позади. Больше я тебя от себя не отпущу.
– Я разболтала твое имя ифритам. О-они бы-ы-ыли так добры-ы-ы и ы-ы-ы… – Даша уже заикалась от рыданий, но ничего не могла с собой поделать. Страшные воспоминания о захлестнувшем ее огне, о холодной круглой комнате на вершине башни, о вбитых в стену кандалах и головокружительном падении настигли ее, пронизывая всю душу первобытным ужасом, в пучину которого она погружалась все глубже.
Иббрис больше ничего не говорил, лишь гладил по спине и целовал залитые слезами глаза и щеки, помогая пережить, удерживая ее на поверхности и не давая захлебнуться своим страхом. Он был здесь, рядом, и все остальное было уже не важно. Даша нашла губами его соленые от морского ветра и ее слез губы и прильнула к ним.
Огромная синяя птица вновь уносила ее в небеса, прочь от мрачного замка на обрыве над бурлящим морем, прочь от мечущих молнии синих глаз злого мага, прочь от обжигающих снарядов огненных ифритов.
А его губы нежно ласкали ее, скользя по губам и прихватывая кончик языка. Даша сама не заметила, как рыдания переросли в стоны страсти, а по телу прокатилась горячая волна желания. Она толкнула джинна на спину и, оседлав его, принялась покрывать его лицо поцелуями, ловила губами его дыхание и жадно слизывала крошечные крупинки морской соли с его скул. Он хрипло застонал, стискивая в ладонях и ее талию и запрокидывая голову. Разве она сможет загадать желания и отпустить его навсегда?
Ее била крупная дрожь, но она гасила ее, прижимаясь к его телу так сильно, словно хотела слиться с ним, навсегда раствориться в нем. Поцелуев ей было мало, и она, не помня себя, вылизывала его шею, оставляя на коже влажные дорожки от своего языка. А он, извиваясь под ней от ответного желания, стонал все громче, беспорядочно скользя ладонями по ее телу и подставляя ее губам и языку шею.
Его нежные руки проникли под толстовку и, обласкав лопатки и поясницу, нырнули под резинку спортивных штанов.
– О-о-о, – Даша задохнулась от предвкушения, помогая ему стягивать с себя заиндивевший от морской соли спортивный костюм.
Не в силах сосредоточиться на крошечных пуговках его рубашки, она рванула тонкую ткань, помогая себе зубами, чтобы скорее добраться до его груди, обрисовывать языком контуры твердых мышц, сомкнуть губы на горошинке соска, ощущать, как подрагивает его живот под ладонями.
– Даша, Да-а-аша, что ты со мной делаешь? – застонал он, выгибаясь, когда она скользнула языком во впадинку пупка, нащупывая руками застежку джинсов.
– Хочу… Хочу тебя, – выдохнула она, справившись с застежкой и выпустив на волю его восхитительный член. Длинный, идеально ровный, перевитый жгутами вен, с капелькой блестящей на солнце влаги в углублении на нежно-розовой головке. Даша облизнула пересохшие губы и уже склонилась к нему, чтобы скорее ощутить его вкус на языке. Но Иббрис стиснул ее плечи и нетерпеливо дернул на себя.
– Не сейчас, – хрипло выдавил он, впиваясь губами в ее грудь, а руками направляя ее бедра на себя. Член скользнул в нее так легко и заполнил ее всю до самого основания, словно был идеально подогнанным к замку ключом, словно был создан по ее мерке, словно… был недостающей частью ее самой.
Даша застонала и сорвалась в стремительный ритм, сливаясь с джинном в безумном варварском танце. Ветер срывал с их тел крупинки песка, но они не замечали ничего вокруг, упиваясь своей близостью и пронзающим тела насквозь одним на двоих наслаждением.
– А вот теперь нам надо уходить. Быстро, – пробормотал Иббрис, откинувшись на песок с закрытыми глазами и сияя струящимися по его телу, как сказочные ручейки, дорожками сдерживающих заклятий.
– Сейчас, – прошептала Даша, лежа на его груди и часто дыша, – отдохнем немного и…
– Наор нас уже засек, и явится в течение нескольких минут, – проговорил джинн уже тверже, приподнимаясь над песком и щекоча прильнувшую к нему Дашу под подбородком.
– Засек? – насторожилась Даша. – До этого не знал, а теперь засек?
– Да, к сожалению, – вздохнул Иббрис, вставая с песка и подтягивая спущенные джинсы. – Сдерживающее заклятие оставляет в эфире слишком яркий след, который невозможно скрыть от опытного мага. Поэтому…
– То есть он нашел тебя из-за того, что мы занимались любовью? – изумленно воскликнула Даша. Но джинн не ответил, стряхнув от песка ее толстовку и натянув ей на голову.
– Почему ты раньше не сказал? – возмутилась Даша, выпутываясь из воротника толстовки и просовывая в рукава руки.
– Что бы это изменило? – усмехнулся джинн невесело и как-то обреченно.
– Это заклятие на древнем китайском языке, оно привязывает тебя к бутылке, оно сдерживает твою силу и оставляет в эфире след твоего местонахождения, – Даша загибала пальцы на руке, пытаясь объединить все, что ей было известно о странном явлении, пока Иббрис натягивал на ее ноги штаны. – А еще, оно содержит твое настоящее имя. Не так ли? То, которое дал тебе создатель. То, которое заставляет тебя подчиняться ему.
– Вставай давай, исследователь древних заклятий, – снисходительно улыбнулся джинн, протягивая ей руку. – Мы поговорим об этом в более уютном месте.
Иббрис помог ей подняться на ноги и, развернув ее лицом к морю и спиной к себе, накрыл ее глаза ладонью. Даша ничего не почувствовала, кроме близости его тела и тепла его руки на своем лице. Лишь шум моря дополнился криками чаек, да бьющий в лицо соленый ветер донес сладкие запахи экзотических цветов и фруктов.
– Все, – проговорил Иббрис, отнимая ладонь от ее глаз. – Мы на месте.
– Здесь Наор не найдет нас? – Даша открыла глаза. Море почти не изменилось, лишь чуть сместилось относительно горизонта солнце, да песок под ногами стал мельче и мягче.
Ограничения
По синему безоблачному небу катилось к закату жаркое южное солнце, а необозримое пространство ярко-голубой воды уходило за горизонт. Под ноги, утопающие в белоснежном песке, с шорохом набегали волны прозрачной, как слеза воды. А ветер приносил ароматы фруктов и цветов. На несколько ударов сердца Даша замерла, вдруг осознав, что еще сегодня утром проснулась дома в своей постели, стояла на занесенной снегом остановке и ёжилась под ледяным ветром. А сейчас вечер, и где она?
– Долго вас еще ждать? – послышался недовольный голос Сиренн. Даша обернулась и увидела ее, сидящую на песке неподалеку, и, несмотря на стоящую вокруг жару, зябко кутающуюся в тонкий узорчатый платок.
– Улыбнись, Сиренн. Если будешь все время хмуриться, то станешь похожа на морщинистую ворчливую старуху, – Иббрис, продолжая обнимать одной рукой Дашу, вторую протянул к нахохлившейся Сиренн. Даша обратила внимание, что на его руках на миг проступили голубые символы и тут же растворились под кожей.
Ифрит, раздраженно отпихнув его руку, вскочила на ноги сама. И окинув джинна и Дашу ледяным взглядом, грациозно скользнула в проход между пальмами, подступающими здесь почти к самой воде. Иббрис потянул Дашу следом за ней в заросли тропических растений, где за ближайшей пальмой обнаружилась широкая живописная тропинка, выложенная разноцветными камешками.
– Почему она так расстроена? – шепнула Даша Иббрису, глядя вслед скрывшейся за деревьями Сиренн. Перед ними раскинулся тропический парк. Огромные растения с резными листьями и волосатыми стволами качались на прибрежном ветру. Уютная тропинка, обрамленная цветущими кустами, убегала между стволов. Воздух был пронзительно сладкий и вибрирующий от многоголосого птичьего посвиста.
– Ифриты Наора сожгли дотла ее убежище, пока она пыталась предупредить сначала тебя, а потом меня об опасности. Похоже, она не ожидала, что все выйдет так серьезно. Иначе не стала бы нам помогать, – проговорил Иббрис, быстро шагая следом за Сиренн и увлекая Дашу за собой. – Но сейчас дело сделано, и остается только злиться на свою недальновидность, да на меня, попавшего в эту глупую передрягу.
– Надо восстановить ей дом. Ты ведь можешь? – Даша вздрогнула при мысли о том, что стало с ее уютной квартиркой. Ведь ифриты и там побывали в поисках джинна. От этих мыслей стало совсем невесело. Там осталось все, что было нажито с таким трудом. Каждая вещь в квартире была ей по-своему дорога, хранила счастливые и не очень воспоминания. А как же деньги, документы, фотографии, телефон и ноутбук? От мысли о том, что она вернувшись домой обнаружит голые выжженные стены, у Даши перехватило дыхание.
– Тут все непросто, – уклончиво ответил джинн. – Мы недооценили Наора, но в этот раз он решил взяться за поимку меня всерьез.
– Но ты же джинн, – вскричала Даша, забывшись, – Могущественнейшее существо в мире!
Пока они разговаривали, тропинка привела их к десятиэтажному отелю, так органично вписанному в окружающий пейзаж, что Даша не сразу заметила его, выжидающе глядя на Иббриса.
– Моя сила запечатана в бутылку, – напомнил джинн, отводя глаза. – Стоит мне только чуть превысить отведенный мне предел, как активируется блокирующее заклинание, которое светится на моем теле. Я могу колдовать по мелочи: отвести глаза, создать десяток денежных бумажек. Перемещение уже далось мне с трудом. Лишь по желанию повелителя запрет снимается, и я могу сотворить все, что угодно. Если ты пожелаешь, то…
Теперь настала очередь Даши отводить глаза. Сиренн, лишившуюся всего по их милости, было жалко. Наверняка за свою долгую жизнь она накопила еще больше памятных вещей, чем Даша. Но загадывать желание, которых осталось всего два…
– Вот мы и пришли, – выдернул ее Иббрис из невеселых размышлений. Даша подняла глаза и с удивлением обнаружила себя перед огромным зданием гостиницы. Вокруг было многолюдно и царила атмосфера беззаботного веселья, настолько не вязавшаяся с ее настроением, что Даша почувствовала себя лишним элементом на этой картине. Как будто вырезала себя с домашней фотографии с поварешкой и в трениках, и приклеила на чье-то чужое фото с отпуска.
Пока она осматривала главный вход, окруженный клумбами с пышными цветами, праздно прогуливающихся по дорожкам туристов, огромный общий бассейн, наполненный сияющей голубой водой, и парковку велосипедов, растянувшуюся на добрую сотню метров сбоку от отеля, Иббрис уверенно провел ее внутрь здания.
У стойки администратора их уже ждала Сиренн, нетерпеливо постукивая по полу босой пяткой. Иббрис, не выпуская Дашу из своих объятий, подошел к ней и заговорил на безупречном английском с администратором. Даша даже не пыталась вслушиваться, потрясенно озираясь в просторном холле, уставленном уютными кожаными диванами. Три стены помещения занимали панорамные окна, открывающиеся на тропический парк, в центре помещения стоял огромный аквариум с яркими морскими рыбками, а под потолком висели клетки со звонкими тропическими птицами, наполняющими зал мелодичными трелями.
Когда Иббрис закончил беседовать с администратором, и, продолжая по инерции говорить по-английски уже с Сиренн, потянул Дашу за собой в сторону лифта, она, наконец, отошла от первого потрясения. Раньше она никогда не была за границей, и единственный курорт, который она посещала был в пределах своей же страны.
– Постой, мне нужен телефон. Я должна связаться с дочерью и начальником, – проговорила она, высвобождаясь из его рук и подбегая обратно к стойке администратора.
– Phone, please, – выпалила она, с трудом вспоминая слова чужого языка, который учила еще в школе.
Администратор, молодая приветливая девушка азиатской внешности с длинными черными волосами и выразительными миндалевидными глазами, понятливо кивнула и выставила перед ней на стойку стационарный телефон с радио-трубкой. Быстро набрав номер сотового телефона Яны, Даша отвернулась от выжидающе глядящих на нее джинна и ифрита. Эти существа, всю свою бесконечно-долгую жизнь проводящие в одиночестве, не могут понять ее тревогу за своего ребенка.
Но гудки в трубке вдруг оборвались, сменившись глухой тишиной. Даша в недоумении обернулась. Около стойки стояла Сиренн и, глядя на нее, держала палец на кнопке отбоя вызова.
– В чем дело? – рассержено спросила она у Сиренн.
– Я думаю, что это плохая идея звонить отсюда тем, кто тебя знает, – Сиренн отпустила кнопку и очаровательно улыбнулась. В трубке зачастили короткие гудки.
– Я думаю, это тебя не касается, – процедила Даша. В голове сами собой всплыли воспоминания о том, как Сиренн, обернувшись коброй, столкнула ее с головокружительной высоты и, если бы не Иббрис, то Даша разбилась бы насмерть. Все-таки эта женщина для нее скорее враг, чем друг. Даша была уверена, что Сиренн только и ждет случая избавиться от нее.
Даша подошла к телефону, смахнула с него руку Сиренн, как смахивают с поверхности пыль, и снова набрала номер дочери.
– Оставь ее. Пусть позвонит, – это Иббрис подошел к Сиренн сзади и положил ладони ей на плечи. И Даша, слушая длинные гудки, почувствовала еще бо́льшую неприязнь к этой самовлюбленной выскочке. Которая ввязалась, куда ее не просили, а теперь еще и права предъявляет на внимание джинна. А ведь он еще при первой встрече велел ей уходить и больше не беспокоить его!
– Мама! Где ты была? Я тебе весь день звоню! – послышался в трубке тревожный голос Яны, и все посторонние мысли тут же покинули Дашину голову.
Убедившись, что с дочерью все в порядке, и она под присмотром своих школьных руководителей, Даша позвонила на работу и с удивлением выяснила, что ее в обеденный перерыв увезли с работы на машине скорой помощи. Начальница очень переживала и все спрашивала о самочувствии, разрешив отсутствовать на работе столько, сколько потребуется для выздоровления.
«Даже не предложила взять работу на дом...» – с удивлением подумала Даша, отметив для себя о необходимости позже подумать, где ей взять больничный лист за эти дни.
А потом, покосившись на стоящих у окна и беседующих на повышенных тонах джинна и ифрита, Даша набрала соседке. Маме надоедливого дяди Миши.
– Таисья Ивановна, здравствуйте. Это я, Даша с пятой квартиры…
У Таисьи Ивановны хранился запасной ключ от квартиры и, после небольшой лжи про срочную командировку, Даша попросила соседку проверить все ли в порядке с квартирой и полить цветы на подоконнике, пообещав перезвонить через час.
– Ну как? Все в порядке? – Иббрис подкрался незаметно сзади и обвил руками ее талию, как только она отодвинула от себя телефон и поблагодарила администратора. Но Даше вдруг стали неприятны его прикосновения. Видение того, как он обнимал Сиренн, все еще стояло у нее перед глазами. Может и правда ей стоит оставить в покое этих магических существ? Пожелать вернуть ее домой и, скажем, кошелек с не кончающимися деньгами. И навсегда забыть о существовании в этом мире настоящего джинна, исполняющего чужие желания…
Даша расцепила его руки на своем животе и отстранилась, старательно глядя в пол. Ведь она и вправду чужая в этом магическом мире. Глупо ревновать его к той же Сиренн, с которой их связывают сотни лет каких-то отношений, в то время, как она, Даша, смешно подумать, знает джинна всего пять дней.
Хотя ощущение такое, будто они знакомы целую жизнь, но нет никакой гарантии, что это не очередная магия хитрого джинна, мечтающего задержаться в мире чуть подольше.
– Мы все устали и взвинчены, – примирительно проговорил Иббрис. И как только у него хватает нервов на двух раздраженных женщин? – Предлагаю пойти в номер и отдохнуть. Даша? Сиренн?
Бросая друг на друга сердитые взгляды, Даша и Сиренн все-таки последовали за ним к лифту.
– Мне заказать еду в номер или вы хотите сходить в ресторан? – спросил джинн, попытавшись рассеять гнетущую тишину, воцарившуюся в лифте.
– Я хочу принять ванну, – моментально отозвалась Сиренн. Она стояла к ними спиной, скрестив руки на груди и придирчиво разглядывала себя в зеркальной стене. На ней по-прежнему вместо топа был лишь запахнутый на груди платок.
– Я очень голодна, – пожаловалась Даша. Последнее, что она ела – был суп, которым кормил ее огненный ифрит по кличке Тан. При воспоминании о его руках, от которых под кожей разбегалось тепло, почему-то стало грустно. В какой момент он был настоящим собой? И был ли вообще, или все их общение – от и до – спланированный Наором спектакль?
– Тогда давайте сделаем так: я спущусь в кафе и принесу вина и фруктов в номер, – преувеличенно бодро предложил он. – А вы пока отдохнете и приведете себя в порядок. А затем отправимся на прогулку и в хороший ресторан где-нибудь на побережье. Как вам такой план?
Даша кивнула, соглашаясь. Сиренн промолчала.
Дверь лифта открылась и их взглядам предстала площадка с единственной дверью.
– Здесь только один номер? – удивилась Даша.
– Он занимает весь этаж, и он весь наш, – жестом фокусника Иббрис распахнул дверь номера.
