Текст книги "Фентези-2016. Земли первородных. Избранницы(СИ)"

Автор книги: Юлия Терехова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)

– И убегу, – зевая, пробормотала я, сворачиваясь клубком у него на груди.

– Поймаю, – донеслось до меня уже еле слышное. – Догоню и поймаю.

А я, улыбаясь, заснула, и снилась мне в ту ночь сказка о колобке, только вместо колобка была я, а за мной, потрясая почему-то ухватом, бегал Аллинар в традиционном крестьянском наряде – расшитой птичками по вороту рубахе, подпоясанной красным кушаком, штанах и лаптях. Вид у него был настолько потешный, что всякий раз, как он меня догонял, я долго не могла сказать свои коронные слова про "я от дедушки ушел, и от бабушки ушел", потому как захлебывалась хохотом и теряла способность связно изъясняться.

***

Следующие несколько дней я повсюду сопровождала Женю, мотаясь с ней по лавкам и пекарням, кондитерским и винодельням. Уму непостижимо, сколько всего моей бедной подруге приходилось держать в голове. И почему эти акшиани так уцепились в свои традиции, размышляла я, рассматривая ряды бутылок всех видов и форм, когда в винодельне гоблина Житвика Женя уточняла, как обстоят дела с ее заказом на традиционную гоблинскую настойку, дриадские цветочные ликеры и вино из Картуш-кха.

Винных дел почтенный мастер Житвик уверял мою подругу, что все с ее заказом в порядке. Настойка и ликеры уже в его подвалах, а вино придет аккурат в день приема – на рассвете приходит корабль из Картаната.

– А корабль точно придет вовремя? – уточнила я, поймав за хвост одну мысль, промелькнувшую за секунду до этого при упоминании названия этого необычного города из далекого пустынного мира.

– Житвик сказал, Житвик сделает! – выдал традиционно гоблинское уверение седой винодел и, поправляя на длинном горбатом носу очки, непонятно как там державшиеся, более доступно пояснил, – Корабль приходит каждую дюжину дней на рассвете и уходит вечером, чтобы на закате достигнуть портала. Купцы из Картаната нас еще никогда не подводили, не смейте сомневаться, будущие леди Вир-Шиани и Даргонт-Акш.

Мы с Женей переглянулись и, оставив гоблина в покое, собрались идти дальше по делам. Мне на прощание мастер Житвик вручил именную карточку, рассыпаясь в уверениях, что я нисколько не прогадаю, ровно как и леди Евгения, низкий поклон в сторону моей подруги, если выберу его лавку главным поставщиком вина и других напитков на прием в честь своей помолвки. Покивав безмерно радушно хозяину, мы на всех парах припустили подальше от его лавки, пока к нам не прицепились еще с каким-нибудь чрезвычайно выгодным для гоблина предложением.

Выйдя из тупика Зеленого змия обратно на проспект Красной реки, я неожиданно поняла, что мы находимся всего в двух шагах от порта.

– Жень, а что у нас дальше по списку? – спрашиваю подругу, быстро пытаясь придумать достойный повод, чтобы оставить ее на время и пробежаться до порта.

– Кондитерская, стекольщик и кузнец. – быстро пробежав глазами по списку, ответила Женя.

– Кузнец? – от удивления я даже на порт перестала таращиться.

– Ага, – улыбнулась подруга, щурясь на ярком и уже совсем весеннем солнце, – Подсвечники, – и шепотом, – будь они неладны.

– Ааааа, – понимающе, рассмеялась я. Я снова обернулась в сторону порта, на глаза мне попалась семейство гномов, гномка восторженно показывала мужу бусы из ракушек, гном же согласно кивал явно довольной супруге. Кажется, сегодня мой день, подумала я. – Жень, а ты там без меня справишься?

– Справлюсь, конечно, ты уже домой? – подруга улыбаясь смотрела на меня.

– Нет, я хочу пробежаться до порта, посмотреть, что там за бусы продаются. – кивнула на проходящих мимо гномов. – Я мигом, туда и обратно. Будет чего стоящее, и тебе прикуплю.

Женька задумчиво посмотрела в сторону порта, видно, ее тоже заинтересовала мысль посетить торговые лавки порта, но грустно взглянув на свой изрядно помятый список, была вынуждена согласиться с моей идеей. На что я, собственно, и рассчитывала. – Ну хорошо, сейчас с этим приемом дурацким разделаюсь, потом вместе пойдем.

Женя двинулась в одну сторону проспекта, а я резво направилась в противоположную. На территорию порта я уже практически вбежала. Остановившись на центральном причале, чтобы выровнять дыхание, огляделась по сторонам, – ничего похожего на центральную кассу или какой-то домик по продаже билетов не наблюдалось и в помине.

– Вот черт, – тихо выругалась я, – оглядывая корабли и ведущие к ним мостики, – надо было хотя бы про билеты узнать. Идиотка чертова, – продолжила ругать себя.

– А куда Вам, леди, плыть надо-то? – раздался неожиданно голос снизу справа от меня. Невольно вздрогнув, я посмотрела на спрашивающего, им оказался немолодой с виду гоблин, впрочем они все выглядели немолодо по нашим меркам, поэтому о его возрасте судить не приходилось. Одет он был в видавший виды сюртук, заметно ношеную рубашку, брюки в заплатках и высокие сапоги. На голове, между больших острых ушей, забавно смотрелся платок, завязанный на манер банданы в наших мирах. Пират, мелькнула первая мысль, и за ней вдогонку вторая – тот, кто нужен!

– Да я вот подумываю о путешествии, – изобразив на лице равнодушие, осматриваю корабли и существ, снующих между ними.

– Ну в зависимости от направления цена тоже разная, – завел привычную гоблинскую песню мой собеседник. Но этого мы еще и в своем мире наелись, поэтому резко прерываю собеседника, глядя прямо в его глазки-бусинки:

– Ты сначала предложи товар, а потом про деньги спрашивай.

Гоблин усмехнулся, поняв, что ему попался не самый бестолковый вариант обеспеченной горожанки, и потому быстро перешел к сути вопроса. Через несколько минут я уже знала, что в нужный мне первый день пятой дюжины Желтой луны из Акшинт-Аара уйдут два корабля. Один пойдет ближе к закату в земли Картуш-кха, второй отчалит чуть позже и направится в земли оборотней.

Задумчиво смотрю на раскинувшуюся морскую гладь, – Почем проезд? – внимательный взгляд на гоблина.

– Куда именно, леди, в Картанат или бухту Резвых? – уточнил мой собеседник.

– И туда и туда, – туманно ответила я: заметать следы, так заметать...

– По полтора золотых с носа, – хитро сверкнул глазами гоблин.

Думаю примерно с минуту, кажется, все действительно складывается...

– Договоришься по золотому за каждый проезд и поможешь мне еще кое с чем, оставшийся золотой пойдет тебе лично за услуги. – Я умею быть убедительной, когда это необходимо, и когда златоглазого лорда рядом нет, мысленно добавляет подсознание. Соглашаюсь с обеими мыслями и выжидающе смотрю на гоблина.

– Если кого убрать, это будет стоить дороже, – холодею от этих слов, но раз уж ввязалась в этот спектакль, отступать поздно.

– Не придется. Поручение пустяковое, просто выполнено все должно быть точно и слаженно, как часы. У Вас есть доверенный возница, который сможет доставить куда надо без лишних вопросов? – переход на уважительный тон видимо стал решающим звеном в принятии решения гоблином. Так как мне протянули руку со словами:

– У Хватчика везде люди есть, не сомневайтесь, леди. Хватчик сказал, Хватчик сделает! – скрепив традиционный гоблинский уговор рукопожатием, я попросила его показать мне быстренько лавку с бусами и сказала, что с деньгами и точными распоряжениями относительно той самой услуги я вернусь на днях. Чтобы не светиться перед всем портовым людом, встретиться договорились у той же лавки с бусами.

Удаляясь из порта по проспекту Красной реки, меня еще долго не покидало ощущение, что спину мне прожигает внимательный взгляд глаз-бусинок моего нового подельника, но сейчас меня больше волновало другое – как успеть провернуть все намеченное за шесть оставшихся до приема дней. И основной вопрос, который до этого меня вообще никак не касался, – где же мне взять нужное количество денег.

Остаток дня прошел чудесно, встретившись с подругой, я подарила ей купленные бусы, заверив, что себе потом другие куплю. И выпив по кружке горячей каппы на этот раз в маленькой кондитерской у гномов, мы отправились по домам. Женя, наняв самоходную повозку, так как свертков у нее было изрядное количество, а я решила прогуляться до дома пешком, приписав этот свой порыв чудесной весенней погоде.

– Ох, Сашк, – выдохнула подруга, когда я уже помогла ей закидать все ее свертки в повозку, и возница терпеливо ждал, пока мы попрощаемся, – Вот разберусь с этим приемом чертовым, нагуляемся вдоволь. – И радостная улыбка в мою сторону. И я весело улыбаюсь в ответ, понимая, какой подлый удар собираюсь ей нанести, но теперь у нее есть Вард, он не даст ей долго грустить. Этим я и успокаиваю себя, глядя на удаляющуюся в пыли повозку.

Мысль о побеге не покидала меня уже несколько дней. Я часами сидела на подоконнике, делая вид, что разглядываю город и его жителей, а в голове прокручивая все возможные сценарии своих поступков. И все у меня в итоге сводилось к тому, что надо исчезнуть. Айк мое решение дать ему свободу не примет, в этом я была уверена более чем на сто процентов, сразу вспоминала его слова про честь и долг и тому подобное. А жить здесь, рядом с ним, занимая по сути чужое место, не хотелось – я видела, как смотрит на подругу Вард, и хотела, чтобы на меня смотрели так же. Хотела, чтобы меня любили, чтобы со мной хотели разделить жизнь, потому что я это я, а не из-за жалости или чувства долга. Нет уж, практически бессмертную жизнь, подаренную Террой, не стоит тратить, соглашаясь на меньшее, чем заслуживаешь. Я так считала и когда была обычной земной девчонкой, да и сейчас мое мнение не изменилось. Что семьдесят, что семьсот лет я собиралась прожить на полную катушку, выбирая свою дорогу не по принципу, что по ней легче идти, а по велению сердца. Поэтому эту страницу своей жизни предстояло перевернуть в ближайшее время, сделав это по возможности тайно. Сомневаюсь, что представится второй шанс. Мысль об испорченном празднике друзей настрой портила изрядно, но суматоха, сопровождавшая все балы, и так вовремя уходящие корабли, стали завершающими частичками пазла моего плана. В итоге с одной стороны медали я имела выбор собственного пути и свободу, а с другой – оставленную здесь подругу и, что толку самой себе рвать, огромный рубец только теперь уже на сердце...

Ладно, не время рассусоливать, – мысленно взбадриваю себя, для пущего эффекта тряхнув головой. – ну вот, снова коса расплелась, и что же мне с тобой делать... отрезать что ли, рассуждаю я, пока переплетаю косу. А это мысль, – пальцы замирают на мгновение, но тут же продолжаю переплетать пряди, – оставлю ее на крайний случай, все-таки так давно хотела длинные волосы...

Но что-то в этой мысли есть, надо только разобраться что именно. Нахожу пустую скамейку и, завязывая золотой шнурок на кончике косы, пытаюсь продолжить логическую цепочку. Если я отрезаю волосы, что в итоге происходит? Да ничего, в сущности, не происходит, у меня просто короткая прическа. Как у Варда, задумчиво ковыряю тротуарный камень носком ботинка, а ведь точно как у шиани, – волосы короткие и волнистые. Замираю, уставившись на носок ботинка, покрывшийся пылью, – вот оно! Я становлюсь похожей на мужчину!

Внимательно осматриваю гуляющих горожан и отмечаю, что точно как и думала, все дамы всех рас, которые проходили мимо, отличаются длинными волосами и все без исключения носят платья. Это выход, продолжаю думать я в заданном направлении, волосы конечно отрезать необязательно, спрячу под какой-нибудь платок, как у того же Хватчика к примеру, а вот штаны с камзолом и сапогами раздобыть придется.

Прикинув, что на все про все мне нужно будет не меньше четырех золотых плюс какие-то деньги на первое время, направилась в сторону дома, раздумывая, где же взять эти деньги, да еще и в срочном порядке. По пути я заглянула в пару лавок портных и приглядела несколько очень приятных сорочек из тонкой мягкой ткани. Стоили они по пятьдесят серебряных монет каждая, прикинув стоимость своего наряда, решила, что рубашки могу взять и свои. Изначально планировалось оставить весь гардероб Айку, он же его и покупал, но понимая, что просто не потяну финансово покупку нового, кое-что решила позаимствовать.

Придя домой, сбросив на пороге уличные ботинки и повесив накидку на крючок, направилась в сторону библиотеки. Как и ожидалось мой темноволосый лорд сидел там, склонившись над какими-то документами и что-то в них усиленно сверяя. Подхожу к столу и становлюсь рядом с его креслом.

– Вечер добрый, мой лорд, – учтиво известила я о своем прибытии.

– И тебе привет, маленькая..., – пальцы быстро перекладывают местами несколько листков, – леди, – заканчивает он свою фразу и, улыбнувшись, поднимает на меня глаза.

Невольно подмечаю, что он устал, эта морщинка, которая в последние дни нередко перечеркивает его красивый лоб, снова на месте. Повинуясь какому-то внутреннему неосознанному порыву, прижимаю пальчик к его лбу и наставительно заявляю: Не хмурьтесь, лорд, морщины появятся.

Айк, видимо опешив от моего поведения, несколько мгновений озадаченно смотрит на такую серьезную меня, но потом весело улыбается и, перехватив мою руку, подносит ее к губам, начиная целовать пальчик за пальчиком. – И ты так каждый раз все мои морщины трогать будешь? – хитрый взгляд золотых глаз, – буду хмуриться, Саша, учти, твоя вина, что я буду весь в морщинах.

Я рассмеялась, представив почему-то в его кресле шарпея, и выдернула свою руку.

– А я по делу пришла, – задумчиво объявила я, обходя кресло за его спиной, стараясь не натыкаться на его изучающий взгляд.

– Внимательно тебя слушаю, моя деловая леди, – раздался ответ лорда, вновь склонившегося над бумагами.

– Айк, вот все, что у меня осталось, – чувствую себя дико неловко, но приходится выворачивать карманы и выкладывать на его стол остатки своей наличности, всего около одного золотого серебряными монетами и сколько-то медяков. Понимаю, что начинаю заливаться краской, и оставшуюся часть речи продолжаю, адресуя ее столу, а не сидящему за ним мужчине, – Я сегодня в лавку зашла, а там рубашки по пятьдесят серебряных. Я как-то с денежным вопросом раньше не сталкивалась, – вздохнув, закончила я, так и не поднимая глаз от крышки стола.

– Это и есть твое дело? – весело спросил акши и, схватив меня за руку, повел к одной из книжных полок, на которой я только сейчас разглядела шкатулку из темного камня. – Так, вот она, держи. – и мне протянули весьма увесистую шкатулку.

– Это что? – почему-то шепотом поинтересовалась я.

– Открой и увидишь, – тем же шепотом, но весело улыбаясь до клыков, предложил Айк.

Я вернулась к столу, открыла шкатулку и удивленно уставилась на ее содержимое. Шкатулка была полна золотых монет. – Я все время хотел ее тебе отдать, но забывал, – извиняющимся тоном произнес этот непостижимый мужчина, усаживаясь в свое рабочее кресло. А я задумчиво перебирала монетки и укладывала их в ровные горочки.

– Айк, а это много денег? – задумчиво смотрю на башенку из десяти золотых монет. В шкатулке монет наберется еще штук на шесть таких башенок минимум.

– Это смотря для кого, – акши уже что-то сосредоточенно писал, – для нас нет, ерунда. Для кого-то много.

– То что акшиани богаты, я слышала, но вот как-то не осознавала этого. – задумчиво строю новую горку. – Ну а если порядок цен, вот на эту горку – двигаю в его сторону свою постройку – корову купить можно?

Айк, по-моему, даже перо сломал от удивления.

– Саша, – вкрадчиво так, – а зачем тебе корова? Нам ее держать особо негде, – и растерянно озирается по сторонам. А на меня такой смех накатил, что не могу сдержаться. Делаю сосредоточенное выражение лица:

– А козу?

Акши вновь взятое перо отложил, видимо, чтобы не сломать еще одно, скрестил длинные пальцы и задумчиво уставился на меня: – Александра, позволь полюбопытствовать, что ты задумала? Ты тут молочную ферму хочешь устроить? Так с экономической точки зрения ее абсолютно невыгодно держать в городской черте...

Дальше я свой маскарад уже продолжать не смогла и, весело рассмеявшись, заверила изрядно озадаченного лорда, всерьез рассуждающего об экономической целесообразности моего бреда, что это просто шутка.

– Я просто хочу понять порядок цен. Вот тут рубашка стоит пятьдесят серебряных, но это же столица самой богатой народности, не знаю уж скольки миров, если не всех вместе взятых. А что эти же пятьдесят серебряных для обычных людей? – внимательно жду ответа.

Айк, видимо, изрядно успокоенный тем, что приобретение коровы и козы откладывается, придвинул к себе мою горку из золотых и начал: – Ну вот смотри, одна монета – корова, 5 монет – неплохой дом, 10 монет – во многих мирах приличное приданое за невесту. У купцов и знати, разумеется, поболе будет, а у простого люда меньше. Это скорее у ремесленников.

– А коза? – златоглазый лорд уже озадаченно, если не сказать озабоченно, посматривает на меня, крутя по столу золотую монетку. – Больше пятидесяти серебряных не давай, – почему-то выдал он и еще более обреченно, – и учти, тебя Тар-Такш с ней домой не пустит!

Весело рассмеявшись, я отсчитала двенадцать золотых из шкатулки и свою ранее выпотрошенную на стол мелочь, остальное аккуратно сложила обратно в шкатулку, мысленно решив, что много брать не буду. Да и это верну со временем, как-нибудь потом придумаю как именно.

Чмокнув своего занятого лорда в щеку и явно вызвав этим его недоумение, весело направилась к выходу из комнаты.

– Александра, остальное забирать не будешь? – не отрываясь от бумаг, он махнул пером в сторону шкатулки, оставленной на столе.

– Неа, не буду. – и на самом пороге, не удержавшись, – на козу-то мне хватит!

И пока он не успел осознать мои последние слова, рванула вверх по лестнице к своей комнате, захлебываясь от смеха. Вволю отсмеявшись над этой дурацкой шуткой с козой, я разложила на кровати свое состояние и пересчитала имеющееся: двенадцать золотых золотыми монетами, около двух серебряными и горка медяков. Неплохо, усмехнулась я. Вы отделаетесь от меня за сущие копейки, мой лорд, грустно подумала я, но тут же осекла себя, вспомнив о метке, легко передающей все мои эмоции. Вместо этого я подошла к гардеробу и вдумчиво осмотрела его содержимое. Остановив свой выбор на двух белых и двух черных сорочках, решила, что возьму их, а еще этот широкий черный пояс с платья, который предстоит надеть на прием, и, пожалуй, накидку. Моя ежедневная темно-синяя как раз подойдет. Остаток вечера я просидела, внимательно перечитывая план приема, который Женька, как водится, расписала чуть ли не по минутам, мысленно сопоставляя его с расписанием отхода кораблей.

Через день мне удалось вырваться незамеченной в порт, где у прилавка с бусами, ко мне почти сразу же подошел знакомый уже гоблин. Проинструктировав его по поводу имен для вымышленных пассажиров на оба корабля и передав деньги, я перешла к основной части договора – услуге, за которую посулила гоблину золотой. Корову, можно сказать, подарила, снова всплыли в моей голове эти парнокопытные ассоциации.

– Во сколько отходит каждый корабль? – своему подельнику я также не собиралась сообщать, на каком из них я в реальности собираюсь плыть. – И откуда?

– Смотрите, находчивая леди, видите тот дальний пирс с вышкой. Там еще флаг обретается? – кивнула, показав, что поняла, о каком пирсе речь. – Оттуда в десять вечера отойдет корабль в земли оборотней. А на два пирса раньше, где сейчас лодка рыбацкая с гномами-полукровками – видите, – лодку я еще кое-как разглядела, а вот кто там на ней был, моего зрения тут уже не хватало, но направление я поняла, поэтому снова кивнула, – так оттуда за час до этого уйдет корабль в Картуш-кх.

– Что надо сказать при входе на корабль или предъявить? – спрашиваю гоблина, еще раз запоминая очередность пирсов.

– Нужные бумаги будут у возницы, моя леди, не сомневайтесь.

– Идет, еще вопрос, сколько времени у твоего возничего займет путь от гномьей кондитерской на переулке Ледяных всполохов до порта? – место я прикинула заранее, выбрав один из соседних переулков, на которые были выходы из сада, окружавшего дом Варда и Жени. Я очень старалась сильно не отбрасывать тень на друзей, да и вообще об этом особо старалась не думать, иначе моя решимость таяла на глазах.

Гоблин прикидывал маршрут в уме, – минут десять.

– Быстро, – одобрительно кивнула я. – Возница должен быть там без двадцати девять. Золотой – за услуги – передам через него же. – внимательный взгляд на гоблина, – мастер Хватчик, мы же друг друга поняли, что данная сделка строго конфиденциальна, и хранить этот секрет в интересах обеих сторон?

– Само собой, моя леди, – почтенный поклон в мою сторону, – Все будет сделано в лучшем виде.

На этих словах мы с гоблином расстались, весьма довольные друг другом. Я, купив еще одни бусы, чтобы в случае чего оправдать свой поход в порт, отправилась в одну из самых отдаленных от дома портняжных лавок, расположенной в маленьком безымянном тупике у самых южных врат. Там клиентов поименно не знали, как в лавке у Рубиконса, да и моя чистокровность вообще ни у кого не вызвала вопросов – мало ли кто посещает столицу...

Там я весьма бойко наплела сердобольной хозяйке заведения историю про больного братишку, которому надо купить штаны, камзол и сапоги с шапкой. А что размера он такого маленького, как я, так это он болеет с рождения, и пока необъятная портниха жалостливо советовала мне какие-то корешки и мази для моего новоявленного брата, мастеровые быстро сделали мне то, что требовалось. И спустя час я покинула лавку с объемным свертком, в котором помимо вышеперечисленной одежды еще был лоскут тонкой кожи, под которым я намеревалась прятать свою метку от любопытных глаз.

Прикупив еще пару рубашек в одной из соседних с домом лавочек, я вернулась домой, отчаянно молясь всем богам, чтобы Айка дома не оказалось. Вероятно, боги мне вообще благоволили в эту дюжину дней, потому как дома меня настороженно встретил Тар-Такш, видимо предупрежденный Айком, и, убедившись, что козу я не привела, облегченно сообщил, что господина нет дома, вернется скорее всего очень поздно, просил его не ждать.

Поужинав в гордом одиночестве, Тар-Такш, вероятно, тоже был чем-то занят, я немного повалялась с книгой в библиотеке, и в двенадцатом часу отправилась в свою комнату. До приема оставались считанные дни.

***

Половину следующего дня я провела на переулке Ледяных всполохов, прикидывая, куда можно спрятать сверток со своими вещами, так, чтобы его никто не забрал, да и чтобы вещи не попортились. Для второго я уже присмотрела большую кожаную сумку у одного милого мастера полугнома, у которого в роду явно затесались люди или шиани, уж больно высок он был для своего народа. Сумку мне мастер посулил за двадцать серебряных. Итого, у меня оставалось восемь монет золотом и достаточное количество серебра. На первое время должно хватить, рассуждала я, а потом работу найду, не пропаду как-нибудь.

В который раз проходя мимо сада Варда, внимательно разглядывала окружающий пейзаж, – обычная улочка зажиточного квартала, ровные ряды каменных домиков, несколько кондитерских, обувная и портняжная лавка, конюшня, стоящая прямо по соседству со стойлами Варда.

– Нашла! – мысленно ликую я, а в реальности молча останавливаюсь, сделав вид, что развязался шнурок на ботинке, и внимательно осматриваю стык двух конюшен. Стены прилегают друг к другу не вплотную, образуя приличную по размерам щель, в которую легко пролезет сумка. Осталось только придумать, как ее туда закинуть. Тщательно перевязывая шнурок на своем ботинке аккурат напротив щели, замечаю, что щель сквозная и ведет в один из нелюдимых уголков сада. И, если мне не изменяет память, эта часть сада в грядущем приеме задействована не будет. Фейерверк будут устраивать в другой части сада, значит тут как раз никого не будет. Пока я мысленно перебираю различные варианты контрабандного проноса сумки, один неудачнее другого, меня окликает тонкий детский голосок.

– Леди, леееедииии, – растягивает гласные какой-то невидимый мне малыш. Отпустив свой многострадальный ботинок, распрямляюсь в полный рост и внимательно оглядываю улицу, но никого не видно. Может тут еще народ невидимок живет, а я не в курсе была... – задумчиво возвращаюсь взглядом на столь заманчивые для меня конюшни и, о чудо, прямо оттуда мне машет ручкой маленькая гномочка. Белая рубашка в кружавчиках, зеленый сарафанчик, зеленая косынка и такие же зеленые сапожки, – немудрено, что я ее не заметила на фоне зеленого забора.

Широко улыбаясь, подхожу к гномочке, – Привет, маленькая леди, – весело улыбаюсь ей, – Ты меня звала?

– Вас, леди, – весело кивает гномочка, отчего золотые кудряшки забавно подпрыгивают вокруг ее круглого личика. – А что это у Вас такое из кармана торчит? – пальчиком указывает на заинтересовавшую ее вещицу.

Посмотрев, куда она указывает, замечаю, что пока я вязала морские узлы на ботинке, из кармана накидки выпали бусы, купленные в порту, и теперь висят как странное нагрудное украшение из ракушек.

– Это бусы такие, в порту купила – протягиваю безделицу ребенку. Гномочка зачарованно рассматривает ракушки, а я невольно улыбаюсь, вспомнив семейство гномов на проспекте Красной реки: ракушки, видимо, все-таки имеют на гномок какое-то магическое влияние. Девочка перебирает ракушки, задумчиво прикусив нижнюю губу, явно о чем-то задумавшись.

– А у нас жеребенок родился недавно. Почти такой же красивый как поднебесный, только без крылышек. – неожиданно выдает она. – Хотите покажу? А Вы мне их еще посмотреть дадите... – на меня с мольбой уставились детские глаза.

– Конечно, хочу, – улыбаюсь я, я уже начинаю побаиваться собственной удачи, видимо откат потом будет неслабый, но пути назад уже нет. – Только у меня сегодня не получится, времени не осталось. Но я завтра могу зайти. – расстроившаяся было гномочка расцветает в улыбке и согласно кивает, – приходите завтра в полдень, как раз все кони тут будут. А родители на рынок уйдут, почему-то добавляет гномочка в конце. Хитро подмигнув своей нежданной удаче зеленоглазой, весело обещаю, что непременно зайду завтра в полдень с бусами. И помахав крохе на прощание, отправилась в сторону лавки кожевенника, так как сумку надо было купить уже сегодня.

Сумку мне удалось пронести незамеченной, бодро крикнув у самого входа, что я без козы. Тар-Такш поверил мне на слово, и не показывался до самого вечера, когда накрывал мне ужин. Аллинара снова не было. Грустно посмотрев на пустой и одинокий без него стол, я быстро съела свою порцию как всегда чего-то очень вкусного и, попросив у хранителя бокал вина, прошмыгнула в библиотеку, где свернулась калачиком на любимом кресле Айка, вытянув с полки наугад какую-то книгу. То ли книжка оказалась куда скучнее, чем я ожидала, что ли вино крепче, но там я и уснула. Сквозь сон я почувствовала, как сильные руки лорда меня аккуратно подняли и прижали к себе, – Айк, – пробормотала я сквозь сон, – Шшшш, спи, моя хорошая, спи, моя девочка маленькая. – И под его убаюкивания я окончательно уснула, проснувшись наутро в своей кровати.

Утро я встретила в пустом доме, Айк всегда уходил очень рано, но вот чтобы хранителя не было – это было впервые на моей памяти. Зайдя в столовую обнаружила на столе подогревающийся кувшин с каппой, блюдо с пирожками и записку.

Ровным почерком Айка было выведено: Александра, доброе утро.

– И Вам доброе утро, мой ненаглядный лорд, – решила я поговорить хотя бы с запиской, попутно наливая бодрящий напиток в чашку и откусывая пирожок, интересно с чем на этот раз, – надо же что-то мне неизвестное, задумчиво перевожу взгляд с записки на начинку пирожка, которая по внешнему виду похожа на какое-то варенье, только явно из неведомых мне фруктов или ягод. Меня не будет до позднего вечера – суматоха в Главном Доме, плюс осталось по мелочи помочь Варду дома. Тар-Такш тоже у Варда, поэтому все хозяйство на тебе.

И подпись – Аллинар Даргонт-Акш

Весело ухмыляюсь, отчетливо представив с какой улыбочкой он писал последние строки про хозяйство.

И два постскриптума в конце. Первое дополнение: Саша, пожалуйста, не покупай козу, пожалей седины Тар-Такша.

Подавившись на этом предложении пирожком и расплескав полчашки кружки на скатерть, угрожаю кулаком записке. Хотя если на кого и сердиться, так на саму себя, сама эту историю с козой затеяла, вот и получай теперь.

И второе: Пирожки с начинкой из дикой груши, которая растет в моем родовом имении. Разберемся с этой нервотрепкой, съездим.

И еще одна размашистая подпись в конце.

Мечтательно улыбаясь, сижу за столом, глядя на расплывшееся по скатерти пятно. Нехорошо вышло, конечно, но сам виноват, нечего было меня смешить. Быстро покончив с завтраком, я аккуратно сложила записку и убрала в карман, решив, что маленькую слабость в виде такой памяти об этом удивительном лорде я могу себе позволить, встала из-за стола. Вся посуда вместе с испорченной скатертью моментально растворились в воздухе.

– Предусмотрительно, – задумчиво протянула я и направилась в свою комнату, собирать сумку с контрабандой.

Сборы заняли минимум времени, несколько сорочек, белье, брюки и камзол, кожаный лоскут для маскировки метки и сапоги с шапкой, больше похожей на мягкий капюшон. Запихнув во внутренний карман половину своего золотого запаса, оставшуюся половину решила спрятать где-нибудь в другом месте, – не будем класть все яйца в одну корзину, так ведь, – рассуждала я сама с собой, прикидывая вес сумки. Весила она немного, но мне же еще надо было размахнуться и закинуть ее подальше в щель...

Спустя полчаса я вышла из дома и быстрым шагом направилась в сторону переулка Ледяных всполохов. Как и рассчитывала, путь занял еще около часа, и в оговоренное время я стояла напротив уже знакомой конюшни. Практически сразу от забора отделилась моя недавняя знакомая, и деловито поинтересовавшись, – Бусы принесли? – выжидательно уставилась на меня.

– И тебе привет, маленькая хваткая леди, – усмехнулась я девочке и, достав из нагрудного кармана накидки бусы, помахала у нее перед носом. Ребенок расплылся в улыбке и тут же потащил меня смотреть на жеребенка. Жеребенок и впрямь был очень красивый и крайне напоминал поднебесных скакунов, но меня сейчас больше заботил вопрос, как перекинуть принесенную сумку на территорию сада. Взгляд задумчиво бродил по конюшне и вновь остановился на гномочке, жадно разглядывающей бусы из ракушек. Отлично понимая, что ничего хорошего я сейчас не делаю, тем не менее озвучиваю мысль, посетившую меня только что: – А хочешь сделку?

– Жеребенка за бусы не отдам, – моментально среагировал ребенок, при этом не отрывая взгляда от побрякушки.

– Неа, не нужен мне твой жеребенок. – заверяю девочку, теперь сверлящую меня своими зелеными глазенками, – Смотри какое дело, – во мне как обычно включился сказочник, – я хочу устроить своим друзьям сюрприз – ну можно ведь и так это назвать, мысленно подбадриваю я себя, – но для этого мне необходимо пронести тайком на территорию соседнего сада эту сумку. А между стеной вашей конюшни и соседней щель как раз. Ничего сложного, ты как раз в нее легко пролезешь, а на той стороне я заметила, что щель сквозная. Прикроешь сумку ветками, вот и вся работа.